Жанр: Любовные романы
Завтрашние мечты
...евляющее объятие!
Теперь я знаю, ты можешь быть хорошим учителем, Сет. Твои уроки любви всегда такие...
- тут она нежно прикусила его нижнюю губу, - такие познавательные.
Издав то ли стон, то ли рычание, Сет сжал ее в объятиях и грубо накрыл ее рот своими
губами. Она безрассудно ответила на его поцелуй, охвативший ее огонь страсти
разгорался сильнее от каждого прикосновения, каждой ласки.
Никогда еще его поцелуи не были такими настойчивыми, никогда она так не жаждала
их. Все ее существо трепетало от наслаждения, нестерпимый жар охватывал все тело, И
когда его язык раскрыл ее губы, томительная боль желания разлилась в низу живота.
Со стоном, который эхом отозвался в ее душе, Сет медленно опустился на спину, ни на
секунду не прекращая своей атаки и увлекая Пенелопу за собой, пока она не оказалась на
нем.
Его язык был горячим, влажным, настойчивым, словно сталь под мягким бархатом,
когда проник в чувственную глубину ее рта. Вздыхая от удовольствия, она словно
растворялась в восторге. Весь мир исчез, она помнила только его поцелуи. Они разбудили
в ней неистовую страсть женщины, не сравнимую с застенчивыми девичьими желаниями
во время их помолвки.
Словно в ответ на призыв ее пробудившегося тела Сет крепко сжал ее ягодицы. Издав
прерывистый стон, он выгнулся и прижался твердой мужской плотью к ее животу. Снова
и снова повторяя свои воспламеняющие движения, он непроизвольно содрогался всем
телом.
Сильное желание подобно огненной лаве захватило все тело Пенелопы, и она стала
тереться животом о его пульсирующий жезл. Как она хотела его! Ей не терпелось увидеть
Сета обнаженным, с возбужденным членом, ощутить, как он проникнет в нее, одарить его
высшим блаженством, которое способна дать мужчине только любящая женщина.
Каждый ее вздох, каждый удар сердца говорили о любви к Сету. И больше всего на свете
ей хотелось показать ему силу своих чувств.
Движимая страстью, которую не могла себе и представить раньше, Пенелопа
скользнула рукой меж их тел и смело прижала ладонь к твердой плоти.
Сет застыл.
- Боже, принцесса! Я... я.
Хрипло задышав, он столкнул ее и откатился в сторону. Затем он поднялся на колени,
сжимая свой живот, словно в страшной агонии.
- Я... я не могу, - простонал он, и эти слова прозвучали так, будто шли из глубины его
души.
Пенелопа всхлипнула, ей было стыдно, но она не сожалела о своем нескромном
поведении. Напротив, ее охватила досада, что Сет не захотел удовлетворить ее желание.
Разочарованно вздохнув, она села. Возможно, Майлс прав, может, она и в самом деле
леди не больше, чем Чертова Кошка Хельга.
Но если быть леди означает, что она должна скрывать свою страсть к любимому
мужчине, то она не желает становиться частью этой хладнокровной когорты. Она
собиралась при любой возможности показывать Сету свои чувства, пока не удастся
вернуть его. У него не оставалось никаких шансов. Она улыбнулась и бросила жадный
взгляд на намеченную жертву.
Он все еще стоял на четвереньках недалеко от нее и прерывисто дышал, волосы упали
ему на лицо. Вдруг, точно от сильной боли, его тело стало содрогаться, и когда он закрыл
лицо руками, Пенелопа увидела, что они были сжаты в кулаки так, что на них выступили
вены.
- Что случилось, Сет?! - закричала она, испугавшись, что у него начался приступ какойто
опасной болезни. Нетерпеливо схватив его за руку, Пенелопа увидела, как дрожали от
напряжения его мышцы. Неужели за время их разлуки он заболел чем-то ужасным?
Может, именно по этой причине он панически испугался их близости?
Судороги прекратились так же внезапно, как и начались. Она почувствовала, как
мышцы под ее рукой стали расслабляться. Через мгновение он опустил руки на колени.
Дрожащими от нежности пальцами Пенелопа собрала его волосы и заправила их за
уши. Мягко взяв его за подбородок, она заставила Сета поднять лицо. Глаза у него были
плотно закрыты, а лицо сделалось пепельно-серым, точно его нокаутировали. У него был
вид тяжело страдавшего человека.
Всем сердцем сочувствуя, она погладила его щеку и умоляюще произнесла:
- Пожалуйста, Сет, скажи, что случилось. Я хочу помочь, если смогу.
Сет продолжал молчать, качнув головой, словно спорил сам с собой. Затем он глубоко
вздохнул и открыл глаза. Они сделались холодными, зеленовато-коричневыми, как лесное
озеро, и такими спокойными, словно последние несколько минут они занимались
обсуждением красот местной природы. Убрав ее руку, он небрежно пожал плечами и
ответил:
- Я в порядке.
- Но я не слепая! - негодующе воскликнула Пенелопа. - Я же видела, что с тобой
происходит нечто ужасное.
Он расхохотался.
- Ты слишком много времени проводила со своей невесткой. Ты начинаешь говорить
прямо как она.
- Что ж, невозможно жить рядом с доктором и ничему не научиться. Ты удивишься
тому, сколько всего мне известно.
- Тогда, может, ты знакома с состоянием, которое обычно называют "тяжелые яйца"?
Пенелопа наклонила голову, стараясь скрыть покрасневшие от смущения щеки. Да, она
знала о "тяжелых яйцах". Это был излюбленный недуг Майлса, который, если верить его
жалобам, поражал его с поразительной регулярностью. Как она не подумала, что у Сета
могла быть такая же проблема? Разве она не знала о его крайне возбужденном состоянии?
- Вижу, ты знаешь, о чем я говорю, - заметил он. - А теперь, если ты не собираешься
усугублять мое состояние, то лучше закончим репетировать и отправимся в цирк. Сегодня
утром я говорил с владельцем цирка, и он сказал, что показывает интермедию со всеми
экзотическими номерами. Если мы отправимся прямо сейчас, то как раз успеем
посмотреть ее до начала основного представления.
Интермедия оказалась совершенно завораживающей, как и обещал хозяин цирка. Там
выступали шпагоглотатель, безрукая женщина, рисовавшая портреты ногой, факир,
глотавший горящие угли. Сменяя друг друга, на арену выскакивали карлики, фокусники,
жонглеры и смелые акробаты.
Но не цирковые номера заворожили Пенелопу, какими бы удивительными они ни
были. Ее заворожил Сет. В этот чудесный день он снова был прежним, неугомонным,
хорошо ей знакомым Сетом, который заразительно смеялся, беспечно развлекаясь и
веселясь... Сегодня, как и раньше, его веселье было искренним, и она быстро заразилась
им.
За свою жизнь ей довелось побывать на многих цирковых представлениях, но Сет
сделал для нее это посещение таким волнующим и свежим, как в первый раз. С того
момента, как они ступили на огороженную фургонами и палатками территорию цирка,
Сет с детской непосредственностью наслаждался окружавшими их звуками и яркими
красками. Он сделался совершенно неудержимым в своем стремлении все посмотреть,
потрогать, попробовать. Он ел сладкую вату, сахарный рис, поп-корн, выпил целую
бутыль лимонада и накупил столько безделушек, что она умоляла его остановиться.
Когда они оказались внутри красно-бело-голубого шатра в первом ряду, восторг Сета
достиг наивысших пределов. Один только вид его радости наполнял ее сердце счастьем.
Она так много улыбалась, что даже лицо заболело.
С неукротимым энтузиазмом Сет подбадривал наездников, перебрасывался шутками с
клоунами и смело вызвался в номере "а-ля Вильгельм Телль" подержать на голове яблоко,
в которое один из циркачей выстрелил. К концу представления он очаровал и зрителей, и
артистов. Однако с окончанием шоу чудеса этого дня еще не закончились. Посасывая
карамель и держа в руке пакет с арахисом, Сет провел ее к большой палатке, где
познакомил с
Конго, настоящим африканским слоном, и его дрессировщиком Джошем. Пока она
восхищалась слоном и кормила его арахисом, Сет неожиданно исчез. Когда через
четверть часа он появился, его сопровождал фотограф. Не успела Пенелопа понять, что
происходит, как ее вместе с Сетом сфотографировали верхом на слоне. Это был один из
самых восхитительных моментов в ее жизни.
Вскоре настало время попрощаться с Конго и с цирком. Но чудесный день
продолжался. Пока они ехали к салону Шекспира, Сет непрерывно развлекал ее
смешными историями. И когда они оказались у служебного входа в салон, Пенелопа
совсем обессилела от смеха.
Она продолжала смеяться, когда Сет обошел вокруг экипажа и помог ей выйти.
- Я даже не помню, когда в последний раз у меня был такой чудесный день! -
воскликнула она.
- Я тоже получил большое наслаждение, - отозвался Сет, выбирая арахисовую шелуху
из ее волос. - Как хорошо, что ты показала мне цирк.
- Я показала тебе? - Она громко рассмеялась. - Да это ты мне показал. Ты заставил
меня совершенно по-новому посмотреть на все.
- А ты, принцесса, заставила меня совершенно по-новому посмотреть на тебя, -
прошептал он, нежно взяв ее за подбородок и приподняв лицо. Не сказав больше ни слова,
он накрыл ее губы своим ртом.
Ошеломленная и обрадованная, она ответила на неожиданный поцелуй, снова
затрепетав, когда почувствовала его губы на своих.
Как и весь этот день, поцелуй закончился слишком быстро.
- За ч-что? - заикаясь, спросила она, когда Сет выпрямился.
Улыбаясь, он нагнулся и достал из-под сиденья экипажа тетрадь с пьесой.
- Это заключительная репетиция тридцать второй страницы.
Глава 17
- Проклятый выродок! - тихо прошипела Адель. Ее глаза злобно сощурились, когда она
увидела, как Сет Тайлер целует ее ведущую актрису. У нее было предчувствие, что этот
человек доставит много неприятностей, и, как обычно, интуиция не подвела ее.
Разгневанная нежным воркованием парочки, она начала сердито топать босой ногой
по деревянному полу. Сет и Лорели стояли в тенистой аллее прямо под окном Адель. Они
любезничали и смеялись, держась за руки, и эта их интимность не давала покоя Адель.
Когда Сет притянул к себе Лорели и снова поцеловал ее, на этот раз неторопливо и
страстно, руки Адель с такой силой сжались в кулаки, что она смяла край плотной
золотистой шторы, за которую держалась. Тайлер оказался весьма шустрым, как она и
предполагала. Прошла всего неделя после его появления в Денвере, но он уже пользуется
большим успехом, не говоря о том, что самая недоступная женщина в городе оказалась в
его объятиях.
Но это не удивляло Адель. Именно он мог вскружить голову такой глупышке, как
Лорели: богатый, красивый, мужественный. К тому же он был проницательным,
влиятельным и честным человеком. И это последнее качество делало Сета весьма
опасным. Адель скрутила кусок шторы, представляя, что это шея Тайлера. Она должна
расстроить этот роман в самом зародыше и сделать это наверняка, чтобы он никогда
больше не расцвел. Вопрос в том, как это устроить?
У нее сразу возникло несколько планов, но она быстро отвергла их. Здесь нужно что-то
неожиданное, отличное от ее обычных угроз, что-то настолько сильно шокирующее, что
одна мысль о непослушании заставила бы Лорели содрогаться от страха. Ей нужно...
И тут Адель осенило. Ее губы скривились в улыбке, когда взгляд скользнул от
смеющейся девушки к державшему ее высокому мужчине. Ей нужно наказать Сета
Тайлера и на его примере преподать Лорели страшный, ужасающий урок. Адель едва не
захлопала в ладоши от собственной изобретательности. Убийство красивого владельца
салона - это отличное решение, просто гениальное. Смерть Сета Тайлера, во-первых,
устранит этого потенциально опасного противника, а во-вторых, его зверски
изуродованный труп докажет Лорели реальность ее угроз.
Довольная улыбка заиграла на губах Адель, когда она представила, как будет подробно
описывать его смерть Лорели. Она жаждала услышать истерические крики девушки,
наблюдать, как ее красивое лицо исказится от боли и чувства вины, когда та узнает, что
именно ее своенравность стала причиной смерти ее любовника. И скорее в аду станет
холоднее, чем глупая девчонка снова отважится перечить ей.
Испытывая нечто вроде благодарности к актрисе за то, что она дала ей повод
разделаться с Сетом Тайлером, Адель начала обдумывать практическую сторону
убийства. Ей нужен человек, который сможет сделать это ради нее, беспринципный, но
довольно осторожный и ловкий, кем можно легко манипулировать.
И она точно знала, что такой человек у нее есть. Сквозь длинные золотистые волосы
она бросила оценивающий взгляд на Харли Фрея, нежившегося голышом на кровати в
другом конце комнаты и попыхивающего сигарой. Она спала с этим картежником не ради
любовных утех.
Смуглый мужчина перехватил ее взгляд и торопливо расправил простыни возле себя,
под его густыми черными усами засверкала широкая улыбка. Осторожно отложив сигару в
сторону, он добродушно произнес, растягивая гласные, как все южане:
- Иди скорей сюда, милая. Мы с генералом совсем заскучали в одиночестве. - Его рука,
полезла вниз, к животу, и он помахал своим вялым членом.
Адель опустила штору на место и повернулась, стараясь показать свою фигуру в
наиболее выгодном свете. Слегка содрогнувшись всем телом, она печально произнесла:
- Я... я не могу. - Хорошо отрепетированным приемом она наполнила глаза слезами.
Такая женская хитрость безотказно действовала на Харли, как и на других мужчин,
которых ей доводилось использовать.
- Что случилось, дорогая? - спросил он, выпрыгнув из кровати и торопливо подходя к
ней, - Старик Харли чем-то расстроил тебя, да?
Она всхлипнула и отрицательно покачала головой.
- Вот и хорошо, - прошептал он, на его лице промелькнуло облегчение, и он крепко
обнял ее. - У меня сердце в пятки ушло, когда я подумал, что чем-то огорчил мою милую
птичку.
Крепче сжав женщину в объятиях, Харли поцеловал ее в висок.
- А теперь, дорогая, почему бы тебе не перестать рыдать и не рассказать своему Харли,
что произошло?
- Это... это все из-за нового владельца салона, Сета Тайлера. Он... он... - Адель
понизила голос, словно у нее не хватало сил продолжать.
- Что он сделал? - В интонации Харли появились металлические нотки. Схватив Адель
за плечи, он отодвинул ее от себя и стал напряженно всматриваться в залитое слезами
лицо. - Этот негодяй домогался тебя, да?
Адель издала стон и отвернулась.
- Черт возьми, Адель! Смотри на меня!
Она покорно подчинилась, на ее лице появилось выражение трагического отчаяния,
которое она несколько часов тренировала перед зеркалом. Это сработало безотказно.
- Это так, да? - прошипел Харли, дикая ярость переполняла его. - Он пытался навязать
тебе свои ухаживания, да?
Адель закрыла лицо руками, словно не могла вынести его взгляда из-за унижения,
которое будто бы испытывала. Ее голос дрожал, когда она бесстыдно лгала:
- Он не только пытался... ему удалось. Он набросился на меня и силой добился своего в
прошлый вторник, ночью.
Нечеловеческий рев вырвался из глотки Харли, и он с силой сжал Адель.
- Я кастрирую этого негодяя! - кричал он в приступе ярости. - Я кастрирую его и
принесу тебе его яйца как трофей.
Адель с трудом скрыла свою улыбку. Главное было сделано. Она уже представляла, как
Лорели будет убиваться от горя, увидев, что мужественный Сет Тайлер изуродован таким
постыдным способом. Что тут говорить о ее ужасе, когда в тот же самый вечер девица
обнаружит его отрезанные части среди своей косметики! Лорели навсегда останется ее
рабыней.
Взглянув на Харли с наигранным удивлением, она кротко спросила:
- Неужели ты сделал бы это ради меня?
- Я сделаю это ради тебя, - поправил он, его темные глаза горели как угли. - Ты моя
женщина, а я всегда забочусь о том, что мне принадлежит. Тайлер заплатит, он дорого
заплатит за то, что сделал.
- Но как ты сможешь все устроить? - Она в отчаянии заломила руки. - Тайлер - очень
сильный и опасный человек. Он же не будет просто лежать, раскинув ноги и дожидаясь
тебя?
Резкие черты лица Харли скривились в уродливой ухмылке.
- Неужели ты думаешь, что ему удастся одолеть меня в поединке?
Адель была готова ударить себя по губам за свою глупость. Харли Фрей был самым
тщеславным и самонадеянным мужчиной из всех, кого она когда-либо встречала. Для
него сомнение в его боевой доблести было равносильно умалению его сексуальных
способностей. Стремясь сгладить и утешить его оскорбленную гордость, Адель нежно
обняла напряженное тело Харли и положила голову ему на плечо.
- С одного взгляда ясно, что ты самый лучший. Ты сразу победишь его в честном бою.
Но я слышала, что Тайлер любит грязные приемы, что он предпочитает наносить удар в
спину, чем смотреть противнику в глаза. И... ну... - Тут ее голос пресекся. - Я не в силах
вынести даже мысли, что ты можешь пострадать. Что же я буду делать без моего Харли и
его генерала?
Спрятав лицо у него на груди, она притворилась рыдающей.
Застывшее от обиды тело Харли расслабилось.
- Ну, ну, дорогая. Не надо так плакать, - ласково произнес он. - Ничего не случится с
Харли и его генералом.
Она громко всхлипнула и замотала головой.
Харли молчал, нежно гладя ее по спине.
- Неужели ты правда так сильно переживаешь из-за меня? - В его голосе прозвучали
надежда и удивление.
Все еще прижимаясь к его груди, она кивнула, скрывая свое удовлетворение. Этот
дурачок быстро угодил в ловко расставленную ловушку.
- Приятно слышать, - произнес он, наматывая ее волосы на палец. - Только пусть твоя
хорошенькая головка ни о чем не беспокоится. Я возьму в подмогу Боба Вилларда, Дуана
Свини и Росса Нокса. Тайлер на прошлой неделе вышвырнул их из салона за
мошенничество, так что они будут рады вернуть ему должок, да еще с процентами, -
хмыкнул Харли.
Изобразив на лице озабоченное выражение, Адель подняла голову и посмотрела на
него.
- Я все равно беспокоюсь. Тайлер не из тех, кто уползет и скроется, когда вы так
унизительно изувечите его. Он очень жестокий. Если его не убить, то он отплатит сполна
и убьет тебя.
В ответ Харли расхохотался холодным жутким смехом, который Адель находила более
возбуждающим, чем его слащавую болтовню.
- Не бойся, моя дорогая. Я не собираюсь оставаться нежным и мягким, когда буду
вершить свое правосудие. Он лишится не только яиц. И если не умрет от шока, когда ему
их отрежут, то умрет потом от потери крови. Мы все проделаем за городом, где его долго
не найдут.
- Когда? - спросила она, затрепетав от его злобного тона.
Харли немного задумался.
- Может, в следующую пятницу, если ты поможешь.
- Чем я могу помочь? - Адель скользнула рукой по его телу, чтобы приласкать
генерала, который неожиданно показался весьма соблазнительным малым.
Харли застонал и прижал ее руку своей, чтобы усилить воздействие. Двигая бедрами в
такт движениям ее руки, он пояснил, прерывисто дыша:
- Когда вчера я играл в карты, то слышал, как девушки из салона просили Тайлера
сделать выходной в пятницу, чтобы они могли принять участие в скачках за шляпкой. Их
организуют миссис Вандерлин и несколько благотворительных обществ, чтобы собрать
деньги для сиротского приюта.
- Что это такое - скачки за шляпкой? - спросила Адель, нетерпеливо схватив его за руку
и направив ее к своей изнывающей от страсти плоти. Она задрожала от удовольствия,
когда Харли начал ласкать ее между ног.
- Боже, милая, - прошептал Харли, проникнув пальцами глубоко внутрь нее. - Ты такая
горячая... влажная. - Он содрогнулся всем телом, когда она крепко зажала его пальцы. -
Как насчет того, чтобы позволить генералу отведать твоего меда?
Она медленно, соблазнительно изогнулась под его рукой, издавая при этом хриплые
стоны. Приласкав пальцем красную головку генерала, Адель промурлыкала:
- Не будет никакого меда, пока ты не расскажешь мне о своих планах насчет Тайлера.
- О, не надо так пытать генерала.
- Генерала ждет награда за ожидание, - пообещала она, ни на мгновение не прекращая
своих пламенных ласк.
Хрипло вздохнув, Харли поторопился все выложить.
- Афиши о скачках расклеены по всему городу. Удивительно, что ты их не видела.
- Я не обращала внимания. А что в них?
Харли начал терять терпение.
- Женская благотворительная ассоциация приглашает всех холостых мужчин и
незамужних женщин принять участие в скачках. Женщины должны захватить свои
шляпки, - тут он замолчал и издал громкий стон, - которые повесят на шесты в полумиле
от стартовой линии. За входную плату в пять долларов мужчина получает шанс доскакать
до шляпки, принадлежащей даме его сердца. Если ему удастся привезти шляпку к
стартовой линии, то он может сопровождать свою даму на бал, который дает вечером
Луиза Вандерлин.
- Ну? А как скачки связаны с твоим планом? - требовательным тоном произнесла
Адель, прижимаясь к нему своим обнаженным телом, чтобы потереться о его
возбужденную мужскую плоть.
Харли агрессивно выгнулся, пытаясь проникнуть внутрь, но Адель хрипло засмеялась и
отодвинулась. Погрозив генералу пальцем, она пошутила:
- Ну нет, генерал. Никакого нападения, пока полковник Харли не изложит свой план
атаки.
Неохотно отступив, Харли торопливо продолжил:
- Скачки будут на земле Вандерлинов, в миле к западу от Денвера. Если сможем
привлечь Тайлера к участию в скачках, то мы с парнями устроим ему засаду, когда он
будет возвращаться в город. Вот где нужна ты. Надо найти девушку, которой он
симпатизирует, и убедить ее принять участие в скачках.
- Это Лорели, и она будет в них участвовать, - заверила Адель, вполне удовлетворенная
его идеей. - Я буду взывать к ее чувству... милосердия.
Соблазнительно закинув волосы на одно плечо, она повернулась и поманила Харли.
Потом она раскинула ноги, сдаваясь долго осаждавшему ее генералу.
Скоро, очень скоро ее враг будет повержен.
Вода была еще теплой. Пенелопа прислонилась спиной к стенке ванны, постепенно
погружаясь в воду. Она чувствовала себя такой разбитой. Просто чудо, что она смогла
выбраться из кровати и ровно в семь появилась здесь, в отеле Сета.
Ее дорогой, такой неаккуратный Сет. Зевнув, она посмотрела сонными глазами на
мокрые полотенца и красный бархатный халат, валявшиеся на полу возле ванны. Это по
его вине она была такой усталой.
Улыбка появилась на ее губах, когда она представила, что ответил бы Сет на эти
обвинения, особенно после того, как он приложил столько усилий, чтобы она имела
достаточно времени на отдых. Став владельцем салона, он распорядился, чтобы у актеров
было свободное время с трех до шести часов дня. Сет также следил, чтобы Пенелопа
возвращалась в пансион не позже двенадцати тридцати каждый вечер.
В общем, теперь ей вполне удавалось восстановить силы. Однако именно Сет невольно
стал причиной того, что эту ночь Пенелопа провела без сна. Накануне вечером он объявил
о своем участии в скачках за шляпкой, чтобы завоевать право проводить ее на танцы.
Разволновавшись, как дебютантка в ночь перед выступлением, она вертелась с боку на
бок до рассвета, раздумывая, что наденет, как украсит свои волосы шелковыми фиалками,
представляя себе волнующие сцены, в которых так очаровала Сета, что он в вальсе
увлекал ее в темный угол, чтобы украдкой сорвать поцелуй.
И самое приятное, что она будет танцевать на балу с благословения Адель. По правде
говоря, та просто приказала ей принять участие в скачках, мотивировав это тем, что
присутствие прелестной Лорели Лерош в доме Вандерлинов привлечет к салону
Шекспира и тех мужчин, которые обычно избегали посещать варьете. Все это звучало
слишком лестно, чтобы казаться правдой.
Снова вообразив себя в объятиях Сета, в чудесном светлом шелковом платье,
украшенном многочисленными сиреневыми атласными ленточками и шелковыми
цветами, она выловила кусок сандалового мыла у себя из-под ног.
Платье это они заказывали с Сетом за два дня до разрыва помолвки. Она даже не
взглянула на него, когда через две недели его доставили из мастерской. Слишком
грустные воспоминания были связаны с ним. И это роскошное творение почти три года
пылилось на дне сундука. Пенелопа совсем забыла, каким оно было красивым, пока они с
Эффи не достали его вчера вечером.
Сама мысль о том, что она наденет такое чудесное платье, заставила Пенелопу
почувствовать себя настоящей принцессой, как зовет ее Сет. Довольная улыбка заиграла
на ее губах. Вечером она будет выглядеть достойной этого титула.
Представив ошеломленный взгляд Сета, когда он увидит ее, Пенелопа глубже
погрузилась в воду. В отличие от предыдущих дней, когда она слишком боялась, что ее
обнаружат, и осмеливалась только быстро окунуться, сегодня она набралась храбрости и
решила понежиться в воде. Напевая непристойную песенку, которую она услышала в
салоне, Пенелопа намыливала руки, наслаждаясь душистой мыльной пеной.
Сет закрывал салон в полдень, чтобы его служащие могли участвовать в скачках. Он
сам вчера сказал, что для большинства девушек салона это единственная возможность
побывать на таком балу. Хотя Пенелопа за свою жизнь побывала на многих балах, она,
как и другие девушки, тоже волновалась и хотела, чтобы салон закрыли пораньше, ведь
тогда у нее весь день будет свободным.
Проведя мыльными руками по одной ноге, а затем по другой, она попыталась
придумать, как провести остаток утра. Может, купить небольшой флакончик духов с
ароматом сирени, которые любил Сет, а потом побаловать себя лимонным мороженым. А
может, начать читать роман, который ей подарила Эффи на день рождения. Перед ней
открывалось столько возможностей, таких прекрасных и соблазнительных, как коробка с
ее любимыми конфетами.
Зевнув, она уставилась на кусок мыла в своей руке. Чем бы она ни решила заняться,
сейчас надо прекращать нежиться в ванне и выбираться из нее. Уже, наверное, половина
десятого, и пора скорее возвращаться в пансион, пока Эффи не начала беспокоиться.
В сотый раз за последние две недели Пенелопа возблагодарила свою счастливую звезду
за наивную доверчивость ее подруги. В первый день, возвратясь от Сета, Пенелопа
сказала Эффи, что стала следовать новому, научно разработанному режиму здоровья. Она
сочинила, что по этому режиму нужно вставать не позднее шести утра и прогуливаться
два часа, глубоко вдыхая свежий воздух. Эффи поверила в эту чепуху и больше не
интересовалась ее утренними исчезновениями.
Пенелопа собиралась улыбнуться своей изобретательности, но вместо этого снова
зевнула. Что ей действительно нужно сделать, так это немного поспать перед скачками.
Да, ей просто необходимо
...Закладка в соц.сетях
