Жанр: Любовные романы
Соблазненная
...а самого лучшего капучино! — Затем Эрин вздрогнула и торопливо
провела рукой по своим густым светлым волосам. — Ах, Близняшка,
немедленно посмотри на мои волосы! Скажи, они не выпали от такого
потрясения? И нет ли в них безобразной преждевременной седины?
Я хмуро посмотрела на девчонок.
— Эрин, твоя шевелюра ничуть не поредела и не поседела, а ты Шони, ни
капельки не побледнела. И вообще, вы первые меня напугали!
— Хочешь совет, подружка? — прищурилась Эрин. — Когда тебе
снова понадобится прогнать Неферет и Калону, просто завизжи, как ты сейчас
визжала, и дело в шляпе.
— Точно, Близняшка! Она орала так, что мы решили, будто наша супер-
героиня совсем спятила! — проворчала Шони, и обе подружки недовольно
прошествовали мимо меня.
Я виновато поплелась за ними следом, и вскоре мы вышли в погреб, где серый
от пережитого страха Дэмьен в изнеможении обмахивал себя ладошкой, а сестра
Мэри Анжела торопливо крестилась.
Даже не верилось, что я смогла устроить такой переполох! Я молча поставила
фонарь на стол, заставленный стеклянными банками с каким-то непонятным
содержимым, которое в полумраке погреба подозрительно смахивало на плавающих
в растворе эмбрионов.
— Нет, правда, что вы там делали? — спросила я.
— Даллас сказал нам, что они пришли сюда через этот туннель, —
ответила Шони.
— Ага! И еще сказал, что это все сделала Стиви Рей, и что там
круто, — поддакнула Эрин.
— Ну мы и решили, что спустимся вниз и сами посмотрим, — пояснила
Шони.
— А ты зачем с ними пошла? — спросила я у Афродиты.
— Видишь ли, ненасытное любопытство наших сиамских пустышек гармонично
уравновешивается их непомерной трусоватостью. Они побоялись лезть под землю
в одиночку и обратились ко мне за поддержкой.
— Но как вы вдруг вынырнули из темноты? — спросил Дэмьен, прежде
чем Близняшки успели перейти в наступление.
— Клево-плево, — фыркнула Эрин и, не успели мы опомниться, как она
со свечой в руках вернулась в туннель. Отойдя всего на несколько шагов
дальше того места, где я остановилась, она обернулась к нам. — Здесь
туннель резко поворачивает налево. — Эрин сделала шажок в сторону — и
исчезла. Потом снова появилась. — Вот почему мы не видели друг друга до
самого последнего момента.
— И все-таки потрясающе, что Стиви Рей смогла сделать такое! —
пробормотал Дэмьен.
Я отметила про себя, что он не только не сделал ни малейшей попытки
приблизиться к туннелю, но незаметно шагнул поближе к фонарю.
Сестра Мэри Анжела подошла к входу в туннель и с благоговением дотронулась
до свода.
— Стиви Рей не смогла бы сделать это без божественного вмешательства!
— Божественное вмешательство, говорите? — раздался из глубины
погреба оклахомский говорок Стиви Рей, и мы все снова вздрогнули от
неожиданности. — Кажется, вы когда-то говорили, что наша Никс есть лишь
одно их обличий Девы Марии?
— Именно так, дитя мое.
— Не хочу обидеть ваши чувства, мадам, но как по мне, так это чушь
собачья, — отрезала Стиви Рей. Когда она подошла ближе, мне бросилась в
глаза ее непривычная бледность. Потом я вдруг почувствовала какой-то
странный запах, но стоило Стиви Рей улыбнуться, как я позабыла об этом. Ее
улыбка осталась прежней, и этого было достаточно. — Зет, неужели это ты
так ужасно визжала?
— Ага, — я невольно улыбнулась до ушей. — Понимаешь, я вошла
в туннель, и вдруг на меня из-за угла неожиданно выскочили Близняшки с
Афродитой.
— В таком случае, я тебя понимаю. Афродита то еще чудище, она кого
хочешь напугает! — ухмыльнулась Стиви Рей.
Я расхохоталась и поспешила воспользоваться поводом сменить тему.
— Кстати о чудищах. Вы не нашли наверху никаких пересмешников?
Стиви Рей отвела глаза.
— Все спокойно. Тебе не о чем беспокоиться, — поспешно ответила
она, не глядя на меня.
— Вот и славно! — воскликнула сестра Мэри Анжела и
поежилась. — Эти существа были поистине омерзительны — какая-то
чудовищная помесь птицы и человека! Я счастлива, что мы от них избавились.
— Это не их вина! — вдруг резко выкрикнула Стиви Рей.
— Прости? — переспросила аббатиса, слегка опешившая от ее
ожесточенного тона.
— Они не просили порождать себя на свет и, наверное, не хотели бы
родиться такими уродами! Они всего лишь жертвы зла и насилия.
— Мне их ни капельки не жаль, — отрезала я, с удивлением глядя на
Стиви Рей. С какой стати она выступает адвокатом этих тварей, одна из
которых едва не отправила меня на тот свет?
— А нам обязательно говорить о пересмешниках? — жалобно спросил
Дэмьен.
— Нет, разумеется! — поспешно ответила Стиви Рей.
— Вот и славно. Я привел сюда Зои, чтобы показать ей твой туннель,
Стиви Рей. Признаться, я просто потрясен. Это невероятно!
— Спасибо, Дэмьен. Знаешь, я тоже пришла в восторг, когда поняла, что
смогу сделать это. — Стиви Рей прошла мимо меня в туннель и мгновенно
растворилась в темноте, словно проглоченная огромной черной змеей. Потом она
подошла поближе и раскинула в стороны руки, упершись ладонями в земляные
стены.
Внезапно на память мне пришла сцена из старого фильма про Самсона и Далилу,
который мы месяц тому назад смотрели с Дэмьеном. Я вспомнила, как Далила
подвела слепого Самсона к огромным колоннам, на которых держалось здание,
полное врагов, насмехавшихся над ослабевшим героем. Но магическая сила
вернулась к Самсону, и он уперся руками в колонны и снес их, погубив себя
и...
— Правда ведь, Зет?
— А? Что? — я поморгала, отгоняя душераздирающую сцену, непонятно
почему всплывшую с памяти.
— Я говорю, что Дева Мария не помогала мне таскать землю, когда я
делала этот туннель. Это Никс дала мне силы! Да ты что, вообще меня не
слушаешь? — обиделась Стиви Рей. Она убрала руки со стен и озадаченно
уставилась на меня.
— Прости... Что ты говорила по поводу Никс?
— Только то, что я не думаю, что она имеет хоть что-то общее с Девой
Марией! Мать Христа не помогала мне рыть землю! — Стиви Рей
пренебрежительно пожала плечами и добавила: — Как я уже говорила, я вовсе не
хочу вас обидеть, сестра, но таково мое мнение!
— И ты имеешь на него полное право, — со своей обычной
невозмутимостью ответила сестра Мэри Анжела. — Но ты говоришь это с
таким жаром, будто считаешь собственное неверие истиной в последней
инстанции. Многое в этом мире существует вне зависимости от того, веришь ты
в это или нет.
— Я много размышлял над вашими словами, сестра Мэри Анжела, —
вмешался в разговор Дэмьен, — и должен сказать, что не вижу ничего
странного в сопоставлении Никс и Девы Марии. Стиви Рей, ты должна помнить,
что в начальном курсе вампирской социологии Дева Мария упоминается как одно
из воплощений Никс.
— Вот как? — пробормотала я. — Правда?
Дэмьен смерил меня суровым взглядом, подразумевавшим, что мне следует с
большим вниманием относиться к учебе, а потом кивнул и продолжил занудным
учительским тоном:
— Правда, Зои. Следует вспомнить, что в период зарождения христианства
в Европе храмы Геи, как и храмы Никс, были обращены в храмы Пречистой Девы
задолго до того, как люди обратились...
Заунывный голос Дэмьена глухо звучал за моей спиной, но я его не слушала. Я
жадно смотрела в глубину туннеля.
Темнота была густой и глубокой, как омут. В нескольких дюймах от Стиви Рей
уже ничего не было видно. Совсем ничего.
Словно зачарованная, я вглядывалась в черноту и воображала то, что там может
скрываться. Подумать только, кто-то или что-то может спокойно рыскать совсем
рядом с нами, и мы никогда об этом не узнаем, если только он сам не захочет
нам показаться! Разве это не страшно?
Ладно, хватит себя запугивать! Это всего лишь туннель. Дырка в земле. Но
меня продолжал терзать необъяснимый ужас. И разумеется, я повелась, как
последняя дура. Понимаете, когда на меня давят, мне всегда хочется дать
отпор. Идиотское свойство, но что поделаешь?
Короче говоря, я поступила так, как поступают тупые блондинки во всех
фильмах ужасов. Просто взяла и шагнула прямо в темноту. А потом сделала еще
один шаг. И еще.
Меня проглотила жадная тьма.
Умом я понимала, что нахожусь в трех шагах от погреба и друзей. Я слышала,
как Дэмьен разливается соловьем на тему религии и различных инкарнаций
Богини. Но разум перестал быть моим союзником. Это не разум комком ледяного
ужаса колотился у меня в груди. Это мое сердце, моя душа, мой дух — как
хотите, так и называйте! — беззвучно кричали мне:
Беги!
Уноси ноги! Скорее!
Я чувствовала тяжесть земли. Мне казалось, будто она заполнила собой
туннель, обрушилась на меня... поймала в ловушку... засыпала... задавила...
Дыхание мое участилось. Я знала, что нужно успокоиться, иначе я доведу себя
до гипервентиляции, но уже не могла остановиться. Мне хотелось вырваться из
туннеля, убегавшего у меня из-под ног в темноту, но я смогла лишь сделать
крошечный шажок назад. Ноги мои словно приросли к полу, они отказывались мне
повиноваться! Перед глазами у меня поплыли разноцветные точки, а все вокруг
вдруг затянулось серой пеленой. И я вдруг стала падать... падать...
падать...
ГЛАВА 5
Тьма была беспросветной. Такое впечатление, что вместе со зрением я утратила
и все остальные чувства. Кажется, я судорожно хватала ртом воздух и, словно
безумная, молотила руками и топала ногами в отчаянной попытке найти хоть что-
нибудь, что можно ощупать, услышать или понюхать — хоть что-нибудь, что
вернет мне ощущение реальности. Но у меня не было никаких чувств. Плотный
кокон тьмы и бешеный стук сердца — вот и все, что я ощущала.
Я умерла?
Нет, похоже, пока нет. Я помнила, что вошла в туннель под бенедектинским
аббатством, и была всего лишь в нескольких шагах от своих друзей. Меня
напугала тьма, но ведь от этого не падают замертво, правда?
Но я испугалась. Я помнила, что чего-то смертельно испугалась!
А потом все исчезло, и осталась лишь тьма.
Что же со мной случилось?
Никс! — кричало все во мне. — Помоги мне, Богиня! Пожалуйста,
пошли мне хоть какой-нибудь свет!
Слушай душой...
Кажется, я разрыдалась, когда у меня в мозгу прозвучал тихий и нежный голос
Богини. Но ее слова отзвучали, а вокруг по-прежнему не было ничего, кроме
тьмы и тишины.
Как, черт побери, я могу слушать
душой ? Я этого не
умею!
Я попыталась успокоиться и прислушаться, но кругом была лишь тишина —
сводящая с ума, черная, глухая, абсолютная тишина, которую я не встречала
никогда в жизни. Мне не на что было опереться в этом жутком мире, я знала
только, что...
Внезапная мысль ослепила меня, и моя голова пошла кругом.
Мне было на что опереться. Однажды я уже сталкивалась с такой тьмой.
Я не могла видеть. Не могла чувствовать. Но я могла заглянуть в себя и найти
ту часть своей души, которая понимала, что происходит, и могла вывести меня
отсюда.
Шевельнувшиеся во мне воспоминания повели меня куда-то далеко-далеко от этой
ночи в туннеле под аббатством. Мое сопротивление таяло, как проносившиеся
мимо года, и вот, наконец, ко мне вернулась способность чувствовать.
Это произошло постепенно. Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я
снова смогла слышать что-то, кроме собственных мыслей.
Но вот до меня донесся грохот барабана и далекие женские голоса. Затем ко
мне вернулось обоняние, и я почувствовала затхлый сырой запах, напомнивший
мне о туннеле под аббатством. Наконец я почувствовала прикосновение земли к
своей голой спине. У меня было лишь мгновение на то, чтобы осмыслить поток
вернувшихся чувств, а затем вернувшееся ощущение реальности заставило меня
задрожать от страха. Я была не одна! Я была прижата спиной к земле потому,
что чьи-то руки удерживали меня, не давая встать!
И тут он заговорил.
О нет, Богиня, нет! Только не это! Не допускай этого, прошу тебя!
Это был голос Калоны. Я хотела закричать и вырваться из его рук, но тело мое
мне не подчинялось, и слова, сорвавшиеся с моих губ, не были моими словами.
— Ш-шшш, успокойся, любимый. Я с тобой. — Ты заманила меня в ловушку! — В его голосе звучал
гнев, но его руки еще крепче обвились вокруг моего тела, и я узнала холодный
жар его бессмертных объятий. — Я спасла тебя, возлюбленный мой, — услышала я свой
незнакомый голос, и тело мое еще откровеннее прижалось к телу Калоны. —
Ты не создан для того, чтобы жить в этом мире. Вот почему ты был столь
несчастен, столь ненасытен. — У меня не было выбора! Смертные никогда этого не
понимали! Руки мои обвились вокруг его шеи. Пальцы запутались в мягких
густых волосах. — Но я понимаю. Я одна тебя понимаю. Останься здесь, со мной.
Я помогу тебе забыть печаль и неутолимый голод. Я успокою тебя, возлюбленный
мой. Я поняла, что он сдался, даже прежде, чем он заговорил. — Да, — прошептал Калона. — Я похороню в тебе свою
тоску, ты утолишь мое ненасытное вожделение... — Да, любовь моя! Да, мой супруг, мой воин, мой господин...
да... И тогда я растворилась в А-е. Я уже не могла сказать, где
кончается ее желание и начинается моя душа. Не знаю, оставался ли у меня
выбор. Но даже если оставался, в тот момент я не хотела выбирать. Все, чего
я хотела — это остаться там, где мне предназначено было быть — в объятиях
Калоны. Черные крылья Калоны окутали нас, не позволяя ледяному холоду его
прикосновений сжечь меня дотла. Наши губы встретились. Медленно и осторожно
мы исследовали друг друга, и восторг узнавания сменялся сладостью
подчинения. Но вот тела наши начали двигаться в едином ритме, и я уже готова
была познать полное счастье... Но вдруг начала таять. — Нет! — дикий вопль исторгся из глубин моей души и
горла. Я не хочу уходить! Я хочу остаться с ним. Мое место возле
него! Но я опять утратила контроль над собственным телом. Я улетала, возвращалась
на землю, и рыдающий голос А-и эхом звучал в моих ушах: ЗАПОМНИ...
Звонкая пощечина обрушилась на мою щеку, и я с шумом втянула в себя воздух,
который моментально вымел из моего сознания остатки тьмы. Открыв глаза, я
зажмурилась от света электрического фонарика.
— Я помню...
Голос мой прозвучал так же сипло, как и в недавнем видении.
— Ты помнишь, кто ты такая, или мне врезать тебе еще раз? —
раздался у меня над головой сладкий голос Афродиты.
Сознание возвращалось медленно, поскольку часть меня все еще отчаянно
цеплялась за остатки тьмы, в которой остался Калона. Я снова моргнула и
затрясла головой, пытаясь прийти в себя.
— Не-ет! — выкрикнула я, да так громко и отчаянно, что Афродита
отскочила в сторону.
— Отлично, — донесся до меня ее довольный голос. —
Поблагодаришь меня позже.
Занявшая ее место сестра Мэри Анжела склонилась надо мной и ласково отвела
волосы с моего покрытого холодной испариной лба.
— Зои, ты меня слышишь?
— Д-да, — выдавила я из себя.
— Что случилось? Что вызвало гипервентиляцию? Тебя что-то
испугало? — мягко спросила монахиня.
— Ты ведь не заболела, правда? — слабым голоском спросила Эрин.
— И не собираешься зайтись в кашле и захлебнуться кровью? — с
дрожью в голосе уточнила Шони.
Стиви Рей решительно отпихнула Близняшек в сторону и наклонилась надо мной.
— Поговори со мной, Зет. Ты в порядке?
— Со мной все хорошо. Я не собираюсь умирать, и кашля у меня тоже нет.
Сознание вернулось, мысли пришли в порядок, но труднее всего оказалось
стряхнуть с себя отчаяние, которое я разделяла с А-ей.
Я понимала, что до смерти перепугала своих друзей, решивших, будто мое тело
начало отвергать Превращение. Значит, мне нужно было сосредоточиться и
окончательно вернуться в реальность, поэтому я протянула руку Стиви Рей.
— Помоги мне встать. Мне уже лучше.
Стиви Рей с легкостью подняла меня на ноги и заботливо подхватила под локоток, когда я пошатнулась.
— Что с тобой случилось, Зет? — спросил Дэмьен, пристально глядя
на меня.
Что я должна была ему ответить? Признаться друзьям в том, что меня посетило
подозрительно живое воспоминание о прошлой жизни, в которой я отдавалась
своему злейшему на сегодня врагу? Я даже не успела как следует разобраться с
чувствами, которые оно во мне пробудило. Как же я могла объяснить им это?
— Расскажи нам, дитя мое. Никакая правда не может быть страшнее
подозрений, — попросила сестра Мэри Анжела.
Как видите, они сами вынуждали меня ляпнуть первое, что пришло в голову.
— Меня до смерти пугают туннели! — выпалила я.
— Пугают? Туннели? Ты боишься, что в них кто-то есть? — Дэмьен,
наконец-то перестал пялиться на меня и перевел глаза на темное отверстие
туннеля.
Близняшки мгновенно отошли на пару шажочков от туннеля в глубь погреба.
— Нет, там ничего нет, — нехотя признала я. — По крайней
мере, мне так кажется. Короче, пугает меня совсем не это.
— И ты хочешь, чтобы мы поверили, будто ты хлопнулась в обморок просто
от страха перед темнотой? — прищурилась Афродита.
Все снова молча уставились на меня.
Я откашлялась.
— Ой, божечки, да отстаньте вы все от Зет! — воскликнула моя
лучшая подруга Стиви Рей. — Может, она просто не хочет об этом
говорить!
Я посмотрела на нее и поняла, что если сейчас же не расскажу им о том, что
со мной произошло, то уже никогда не смогу откровенно расспросить Стиви Рей
о ее собственных тайнах.
— Ты права, — медленно сказала я, не сводя глаз со своей лучшей
подруги. — Мне не хочется об этом говорить, но вы заслужили знать
правду. — Я обвела глазами друзей. — Этот туннель до смерти
напугал меня потому, что моя душа узнала его. — Откашлявшись, я
продолжала: — Я вспомнила, как когда-то была погребена под землей вместе с
Калоной.
— Хочешь сказать, что в тебе действительно есть что-то от А-и? —
мягко спросил Дэмьен.
Я кивнула.
— Я — это я, но не только... Понимаете, часть А-и до сих пор живет во
мне, — жалобно признала я.
— Интересно... Очень интересно, — со вздохом пробормотал Дэмьен.
— И какое это имеет отношение к тебе на данный момент? — резко
спросила Афродита.
— Не знаю! Не знаю! Я ничего не знаю! — заорала я, не в силах
справиться с клокочущим в душе страхом. — У меня нет ответов на эти
проклятые вопросы! У меня есть лишь воспоминания, и я пока не успела их
обдумать! Может, вы оставите меня в покое и дадите навести порядок в
собственной голове?
Как всегда, истерика помогла. Все тут же согласно закивали, забормотали, что
все в порядке и мне не стоит волноваться, и стали смотреть на меня, как на
чокнутую. Но меня этим было не удивить. Не обращая внимания на друзей и на
их невысказанные вопросы о Калоне, я повернулась к Стиви Рей.
— А теперь расскажи мне, как тебе удалось его сделать.
Испуг, мелькнувший в голубых глазах Стиви Рей, подсказал мне, что ее
встревожил мой тон. Ну что ж, я прекрасно ее понимала. Вместо смущенного
бормотания типа:
Черт! Я позорно хлопнулась в обморок и мне до смерти
стыдно, что в меня вселилась глиняная кукла из далекого прошлого, поэтому
давайте поскорее сменим тему
, я вдруг заговорила с властностью Верховной
жрицы.
— Ну... Вообще-то это было не так уж сложно, — выдохнула Стиви
Рей. Вид у нее был напуганный и смущенный, но она изо всех сил пыталась
держаться беззаботно. — Слушай, ты точно в порядке? Давай-ка мы
проводим тебя наверх и поищем колы или еще чего-нибудь укрепляющего. Раз это
место пробуждает дурные воспоминания, лучше тебе держаться от него подальше,
верно?
— Я точно в порядке. И я хочу услышать ответ на свой вопрос, —
ответила я, не сводя с нее глаз. — Расскажи мне, как ты сделала
туннель.
Я чувствовала, что все ребята и даже сестра Мэри Анжела смотрят на нас с
любопытством, смешанным с растерянностью, но мне было все равно.
— Ну... Ты же знаешь, что во время сухого закона туннели были почти под
всеми городскими зданиями?
Не сводя с нее глаз, я кивнула.
— Да.
— Ну вот... Помнишь, я говорила тебе, что собираюсь провести разведку и
посмотреть, как далеко они тянутся?
— Да, помню.
— Мы так и сделали, и я нашла полузасыпаный вход, о котором говорил
Муравей, помнишь? Этот туннель ответвлялся от остальных, что тянулись под
городом...
Я снова нетерпеливо кивнула.
— Он был почти полностью засыпан, но я нашла в завале отверстие... А
дальше все просто. Разгребла землю, просунула внутрь руку и почувствовала
дуновение холодного воздуха. Я сразу решила, что тут должны быть какие-то
проходы, поэтому призвала на помощь свою стихию и принялась расчищать
проход. И земля откликнулась...
— Откликнулась? Это был обвал или что-то подобное? — спросила я.
— Нет, скорее, земля просто сдвинулась. Как мне и хотелось. Я мысленно
представила себе это, и земля мне повиновалась. — Стиви Рей
помолчала. — Это трудно объяснить. Но земля, плотно заваливавшая вход,
просто осыпалась, и передо мной открылся проход в очень-очень старый
туннель. Наверное, самый старый из всех, какие я видела до тех пор.
— И этот старый туннель оказался полностью земляным, а не цементным,
как остальные? — уточнил Дэмьен.
Стиви Рей с улыбкой закивала, так что ее смешные кудряшки запрыгали по
плечам.
— Ага! И вел он не в центр, а на окраину города!
— Он привел прямиком сюда? — я попыталась представить, сколько же
миль в этом подземном проходе, но мгновенно сбилась. Положим, с математикой
я никогда особо не дружила, но тут и сам Дэмьен сбился бы со счета!
— Ах, божечки, да нет же! Просто когда я нашла туннель и сумела его
открыть, то сразу полезла его исследовать. Он начинался как ответвление из
подавала небоскреба Филтауэра. Представляете, как я офигела, когда
выяснилось, что он уходит прочь от центра куда-то за город?
— Но как ты об этом узнала? — перебил ее Дэмьен. — Как ты
могла догадаться, куда вел тебя этот туннель?
— Ха, ты забыл, с кем дело имеешь? — усмехнулась Стиви Рей. —
Для меня это легче легкого. Я всегда чувствую, где север, ведь это
направление моей стихии! Стоит мне найти север — будь уверен, я найду все
остальное!
— Х-ммм, — протянул Дэмьен.
— Продолжай, — кивнула я. — Что было дальше?
— Дальше туннель закончился. Вернее, оборвался. К тому дню, когда ты
сунула мне записку о встрече в аббатстве, я как раз дошла до конца. Нет, я,
конечно, собиралась исследовать дальше, но тут началась вся эта суматоха с
пересмешниками, и разведку пришлось на время отложить. Но когда ты сказала,
что нам угрожает опасность и велела перевести красных недолеток в обитель, я
сразу подумала об этом туннеле. Я помнила, что он заканчивается как раз
неподалеку от этого места. Поэтому я вернулась туда, остановилась перед
завалом и сказала себе, что мне очень-очень хочется, чтобы туннель
продолжался до самого аббатства. Потом положила руки на землю и легонько
толкнула, как сделала это раньше с завалом. И тут — фокус-покус! —
земля снова послушалась и расступилась. Раз-два-три — и вот мы здесь! Та-да-да-
да! — пропела Стиви Рей и просияла до ушей.
Некоторое время все молча переваривали услышанное, но сестра Мэри Анжела
первой нарушила молчание. Голос ее прозвучал, как всегда, спокойно и
рассудительно, и я поняла, что за это люблю ее еще сильнее, чем раньше.
— Это чудо! — искренне сказала она. — С
...Закладка в соц.сетях
