Жанр: Любовные романы
Я, мой бывший и...
...млю, пристроиться между ног и...
Ох! Когда преследуют подобные фантазии, пережить ночь будет очень тяжело
, — подумала Мишель.
Она должна перестать думать о сексе! Райан повел себя благородно и
ответственно, а она являет собой пример психологической незрелости.
Чувство признательности затопило все ее существо, и нервная дрожь,
блуждавшая в теле, немного ослабла, а вместе с ней ослабела и пульсирующая
боль между ног. И все же у Мишель было чувство, словно кто-то украл у нее
сладкую плитку шоколада, дико вкусную, долгожданную, приберегаемую
напоследок. И чувство это было мучительным.
Но ей ли жаловаться? В отличие от нее Райан вообще не получил никакой
разрядки! Он заставил ее кончить, лаская руками, и даже не попросил ничего
взамен.
Пожалуй, эту ошибку она могла исправить.
Мишель торопливо расстегнула ремень его джинсов (на сей раз пряжка сдалась
быстро) и потянула вниз язычок молнии. Райан резко дернул наручники вверх, в
этом рывке чувствовалось раздражение. Скованная рука Мишель зависла в
воздухе.
— Я серьезно, Мишель!
— Мне об этом известно. — Мишель забралась свободной рукой ему в
джинсы.
Райан перехватил ее запястье.
Мишель вздохнула. Не объяснять же мужчине на словах то, что она собиралась
для него сделать? Ей хотелось доставить ему удовольствие, хотя бы дать
разрядку, как он ей раньше. Ну, разве что она собиралась его немного
помучить, как он мучил ее там, у дерева. Подразнить... подержать в
напряжении. Ведь это вина Райана, что у них нет презервативов! Пусть
расплачивается за свою недальновидность.
Выдернув запястье из хватки Райана, и получив тем самым небольшую свободу,
Мишель решила действовать иначе. Она опустилась на колени и наклонила
голову. Поймав зубами кромку джинсовой ткани, она потянула ее вниз. Ее
движения были неловкими, зубы клацнули о металлическую пуговицу, и девушка
порадовалась, что темнота почти скрывает ее от Райана. По крайней мере, он
не мог видеть лихорадочного румянца, вызванного смущением.
— Мишель! — Его бедра подались вперед, видимо, инстинктивно,
поскольку тон был по-прежнему изумленным.
Она усмехнулась и потянула в сторону и вниз другой уголок джинсов. Ее нос
ткнулся в теплую выпуклость, внезапно обретшую свободу. Райан был возбужден,
и между губами девушки и его членом не оказалось больше ни единой преграды,
такой, как хотя бы нижнее белье. И в этом Райан оказался... распущенным
нахалом, решила Мишель с удовольствием. Оставалось только взять его в рот.
— Что ты делаешь? — озадаченно спросил Райан.
— Ты доставил мне удовольствие. Теперь моя очередь, — бесхитростно
объяснила Мишель и потерлась о шелковистую выпуклость щекой.
Райан поднял ее голову за подбородок. Его глаза блеснули в темноте.
— Отчего-то я тебе не верю, — проворчал он. — Думается, ты
собираешься поиздеваться надо мной.
— Проверим, кто прав? — Мишель снова опустила голову, коснулась
языком головки члена, который подпрыгнул от нежданной ласки.
Из груди Райана вырвалось низкое ворчание, словно девушка собиралась
доставить удовольствие не мужчине, а медведю гризли. Его член увеличился в
размерах, пугая своей величиной.
Мишель не знала, какие именно ласки предпочитает Райан, но ей самой хотелось
ласкать его всеми возможными способами: губами, языком, тереть его о свое
лицо и нёбо, чуть сжимать его яички пальцами и втягивать их в рот...
Она осторожно сжала его рукой и взяла крепкую мужскую плоть в рот, поласкала
языком и выпустила, затем начала ритмично насаживаться на нее ртом,
представляя, что на самом деле он входит в ее истосковавшееся влагалище.
Бедра Райана приподнимались ей навстречу, его пальцы вплелись Мишель в
волосы, принялись чуть надавливать на затылок, задавая ритм.
Девушка обхватила член обеими руками, помогая приблизить разрядку, отчего
Райан хрипло застонал. Мишель дорого дала бы, чтобы видеть удовольствие на
его лице. Ну, ничего, решила она. В другой раз...
Когда дыхание Райана участилось, Мишель расслабила мышцы горла и вобрала его
так глубоко, как могла. Она продолжала двигаться, теперь быстрее, чем
раньше, зная, что развязка приближается. Мужское тело мощно содрогнулось, и
стон Райана отразился от каменных стен.
Чуть позже Мишель стала выбирать себе местечко для ночлега. Спать в обнимку
с Райаном она не желала — слишком мучительные мысли посещали ее, если их
кожа соприкасалась. Ночь выдалась удивительно теплой для осени, поэтому
дополнительное тепло девушке почти не требовался.
Она выбрала кучку листьев у дальней стены, но Райан, который не собирался
лежать всю ночь с вытянутой вбок рукой, поскольку цепь наручников была
короткой, перебрался к ней и крепко обнял.
— Кто-то категорически отказывался заниматься со мной сексом, —
сонно прошептал он ей на ухо.
— Возможно, — согласилась девушка, удивляясь тому, до чего удобно
устраивается голова на мужском предплечье. — А почему ты спрашиваешь?
— По-моему, ты даже говорила, что я больше не кажусь тебе
привлекательным, — продолжал поддразнивать Райан.
— Прекрати! — Мишель пихнула его локтем в ребра. — Ты уже
знаешь, что это был блеф.
— Блеф? А как обстоят дела на самом деле?
— Ты мне даже нравишься. Доволен? А теперь давай спать.
Нравится ли ей Райан?.. Мишель мысленно усмехнулась. Увы, все не так просто.
Она и сама точно не знала, как относится к лежащему рядом мужчине. Пожалуй,
она находилась в одном шаге от любви...
Да нет же, кого она хочет обдурить? Она давно влюблена в Райана Слейтера.
Она никогда не переставала его любить. Похоже, он был ее единственной
любовью. Когда-то она сходила по нему с ума, сохла, вожделела. А сейчас
снова проходила те же круги ада.
Увы, даже пяти лет не хватило, чтобы выкинуть его из сердца! А ведь порой
казалось, что Райан забыт, отправлен в корзину, стерт, как ненужный
документ, из памяти.
Наверное, это вполне закономерно, а она продолжала трепыхаться, словно
бабочка, угодившая в паутину. Она влюблена, а значит, ей чертовски повезло,
что предмет ее вожделения вызвался стать ее партнером в соревнованиях. Судя
по его желанию извиниться и по настойчивым попыткам затащить ее в постель,
Райан тоже к ней неравнодушен. Но насколько? Есть ли у них общее будущее?
А может, она просто растрогалась, лежа в объятиях мужчины, недавно
доставившего ей удовольствие? Может, и нет никакой любви, а есть лишь
взаимное сексуальное притяжение? Выходило, что она пять лет воображала,
будто ее чувство к Райану — пустая прихоть, а на деле оказалась слабой и
безвольной, неспособной забыть то, что когда-то не принесло удовлетворения.
Что-что, а наивной Мишель себя не считала.
— В чем дело? — спросил Райан, почувствовав, как отстранилась
девушка.
— Ничего, — спокойно ответила Мишель, хотя на душе у нее было
горько.
Следовало подвести скорбные итоги. Она была влюблена в школе и не
переставала любить последние пять лет. При этом она и сама не верила, что у
их связи с Райаном есть будущее. Не верила раньше и не верит сейчас. Она
словно заранее ставила на себе клеймо обреченной на безответную любовь, и
это было гадко вдвойне.
Мишель нахмурилась.
Она всегда ввязывается куда-нибудь, заранее предполагая, что ее ждет крах.
Может, в этом причина ее неудач? Как добиться успеха, если не веришь в
победу? Как жить с любимым мужчиной, если не веришь, что счастье с ним
возможно? Собственный скепсис сыграл с ней дурную шутку.
Но почему она думала, что дальше секса у них с Райаном не пойдет? И только
ли с Райаном она следовала этой схеме? Быть может, именно поэтому у нее не
сложились отношения ни с одним из ее партнеров. Она не видела будущего с
ними, не представляла совместной жизни после бурного секса, не мечтала о
настоящем романе. И ее мужчины уходили озадаченные не ее податливостью, а
тем, что совершенно не понимали, чего от них добиваются.
Боже, Боже!
Мишель хотелось вскочить и выбежать в ночь. Она неслась бы, не разбирая
дороги, пока не упала бы где-нибудь, рыдая, поддеревом. Только опасение
выколоть себе в темноте глаз какой-нибудь веткой удерживало ее от нелепого
поступка. Ах да, и еще наручники!
Отчего она в жизни шла таким странным путем? Боялась провала? Мишель
повернулась к Райану и уткнулась лицом ему в грудь. Тяжелое биение его
сердца немного успокаивало и примиряло с собой.
Она всю жизнь мечтала стать шеф-поваром и получила нужную работу. Но чтобы
сделать себе имя, одной должности в ресторане мало. Для дальнейших успехов
требовалось четко знать, к чему и каким путем движешься, а также много
вкалывать. И она замялась, отступила, испугалась. Понеслась, словно
напуганная курица, под крышу родительского дома. Глупая трусиха!
Теории хороши лишь в юности, когда даже крошечные результаты кажутся
огромными достижениями. Вот почему ей все удавалось в родном городе. Когда
свежесть впечатлений сменилась рутиной — пропали силы и желание двигаться
дальше.
Райан был о ней слишком высокого мнения. Он считал, что она многого
добилась, работая над собой. Это было иллюзией несведущего человека. Ничего
особенного она не добилась. И не добьется, если не сосредоточится на
достижении цели.
То же и в отношениях с мужчинами. Вот только что делать в одном-единственном
конкретном случае, с конкретным мужчиной? Мишель повозилась, устраиваясь
поуютнее. Заслуживали ли они оба настоящего романа, или полноценный секс
станет достойной развязкой?
Мишель почувствовала, как тяжелы ее веки.
Утро вечера мудренее, решила Мишель, проваливаясь в сон.
Глава 12
Когда они, наконец, поднялись на вершину скалы, сияло ослепительное
солнечное утро. Увидев, что члены остальных двух команд уже стоят у обрыва,
Райан разочарованно вздохнул. Разумеется, он радовался окончанию проклятой
гонки по пересеченной местности, однако предпочел бы, чтобы их с Мишель
команда пришла к финишу первой.
— Райан! Мишель! — Маргарет принялась махать руками. Ее лицо
выражало искреннее беспокойство. — Мы волновались за вас! Как вы? Где
вы были так долго?
Райан не знал, как следует ответить на этот вопрос. Провели вместе ночь в
уютной пещерке? Эти слова могут быть неверно истолкованы... то есть очень
даже верно истолкованы.
— Когда стемнело, мы все еще не добрались до вершины, — пояснила
Мишель. — В общем, переночевали в пещере. Там оказалось сухо и уютно.
Райану захотелось наступить ей на ногу, чтобы прекратить поток откровений.
Мишель, пять лет жившая в больших городах, отвыкла от того, что в Карбон-
Хилле любое слетевшее с губ откровение легко становится достоянием
общественности, да еще и додуманное в нужных и ненужных местах.
На лице Маргарет отразился ужас. Она обвела пытливым взглядом одежду
парочки, заляпанную грязью.
— Ночевать в пещере? Кошмар! — вынесла она вердикт.
— Да уж, — покивала Мишель. — Это и был кошмар.
— Действительно? — не удержался от вопроса Райан и пристально
посмотрел на девушку.
— Да, действительно, — настойчиво повторила Мишель, поджав губы.
Похоже, она сообразила, что о них скоро пойдут слухи.
Райан больше ничего не сказал. Ему хватило красноречивого румянца, залившего
щеки Мишель. Любопытно, всегда ли она краснеет, если смущается? В таком
случае он будет заниматься с ней сексом только при свете!
И будет говорить при этом непристойности, чтобы вызвать у малышки румянец.
— А вы где ночевали? — спросила у Маргарет Мишель.
— О, нам повезло добраться до финиша до темноты. Я и Деннис были так
измучены, что даже отказались от ужина, сразу пошли спать.
— Значит, вы были здесь еще вчера? — изумилась Мишель. — Но
как вам это удалось? Неужели вам было комфортно скрываться от погони в
наручниках?
— Наручники? Какие наручники? — Только тут Маргарет обратила
внимание на скованные запястья парочки. — О, теперь ясно...
Да уж, подумал Райан, теперь судачить будут не только заядлые болтуны.
Конечно, для Мишель это было не столь важно — она-то давно переехала из Карбон-
Хилла. Она уедет, но сплетники останутся, и за девушку будет краснеть ее
мать.
— Так вас не сковали? — недоверчиво уточнила Мишель.
— Нет. — Маргарет покачала головой. Она не могла оторвать взгляда
он опухшего запястья девушки. — Чем вы заслужили такую кару?
— Нас подстрелили в пейнтболе. А вас, судя по всему, нет.
— Нет, хотя пару раз мы были близки к провалу. — Женщина кивнула в
сторону стола для пикника. — Брэнди и Клейтона тоже не сковывали.
Мишель посмотрела на Райана.
— Значит, мучились мы одни. Наручники были только на нас!
— Думаю, мы особенные, — усмехнулся он, не понимая, чем она
недовольна. Им пришлось пережить одну из самых ярких и запоминающихся ночей
в жизни, и во многом благодаря наручникам.
Конечно, веско добавил внутренний голос Райана, ночевка в пещере не слишком
удобная штука, особенно когда нет спального мешка, однако то, что произошло
между ними...
— А где Анни? — вежливо улыбаясь, спросила Мишель. — У нее
должен быть ключ от наручников.
— Посмотрите у микроавтобуса, она где-то там, — посоветовала
Маргарет.
— Спасибо. — Мишель кивнула Райану. — Пошли, чего стоишь?
Наконец снимем эти проклятые железяки!
— А я не спешу, — заявил тот, двигаясь нарочито медленно. — Я
к ним привык.
— Да идем же быстрее! — взмолилась Мишель и дернула за
цепь. — Может, Анни уже готовит тебе свежий кофе с булочкой. Неужели не
голоден?
Это сработало.
— Так бы и сказала — идем есть. А то
наручники
да
железяки
... — хмыкнул Райан, припускаясь галопом.
— Привет, ребята! — обрадовалась Анни, которая как раз вылезала из
микроавтобуса, пригибая голову. — Рада, что вы справились.
— Надеюсь, теперь нас освободят? — с мольбой спросила Мишель,
потрясая железной цепью.
— Разумеется. — Анни вынула из кармана маленький ключик. —
Ой, что с твоим запястьем? Оно так распухло!
Райан тоже склонился над рукой Мишель. Вокруг запястья, кроме припухлости,
красовался синеватый ободок. Видимо, синяк появился после падения со склона
оврага. Но красноватая опухоль? Неужели это он виновен в страданиях Мишель?
Ведь он дергал за цепь! Но почему она даже не пожаловалась? Не позволила
гордость?
Однако вместе с чувством вины Райаном овладело удовлетворение. Словно он
поставил свою отметину на теле Мишель, особое клеймо, означавшее, что она
принадлежит только ему.
— Ерунда! — отмахнулась девушка. — Просто мы один раз
свалились в овраг. Да еще на бегу трудно держать руки вместе, если под ноги
попадаются коряги.
— Какой ужас, — искренне посочувствовала Анни, вкладывая ключ в
протянутую ладонь Райана. — Мне так жаль, честное слово! Организаторы
что-то перемудрили.
Райан торопливо отомкнул два замочка.
— Ты свободна, — скованно сказал он Мишель, отдавая наручники
Анни.
Собственные руки показались обоим слишком легкими, почти невесомыми.
— Да, Мишель, пока я не забыла. — Анни заглянула в кабину,
порылась в бардачке и достала телефон. — Вот твой сотовый.
— Ура! — Девушка выхватила трубку из ее рук и прижала к
груди. — Спасибо огромное! Где он был?
Анни покусала губу, словно заранее извиняясь за свой ответ.
— На тумбочке возле твоей кровати.
— Неужели? — Мишель обменялась с Райаном понимающими
взглядами. — Как интересно!
— Кстати, тебе каждые пятнадцать минут названивает мать.
Мишель вздохнула.
— Этого следовало ожидать. Ты не отвечала? Не сказала, где я нахожусь?
— Я сообщила ей, что вы с Райаном выполняете сложное задание, поэтому
тебе не до звонков. — Лицо Анни сильно побледнело. Видимо, ей устроили
допрос с пристрастием. — Я не хотела ее волновать, поэтому особенно не
распространялась.
— Что ж, спасибо, — поблагодарила Мишель. — Я ее сейчас
успокою.
Она отошла в сторонку, и Райан внезапно почувствовал себя покинутым. Ночью
они были близки, но сумеет ли он сохранить эту близость? И как надолго
сможет удержать Мишель рядом? Не кончится ли их краткая связь одновременно с
окончанием соревнований?
Ему следовало разработать план завоевания.
— Кстати, Анни, а где именно организаторы одолжили наручники?
Мишель нашла тихое местечко подальше от остальных участников и группы
мужчин, которые что-то споро строили. Она выбрала из списка мамин номер и
приготовилась к самой нравоучительной лекции из всех, что ей доводилось
слышать.
— Мишель Луиза Нельсон, — строго сказала мама вместо
приветствия. — Где ты была?
Стоило Мишель оказаться в родных пенатах, как для мамы переставал иметь
значение тот факт, что ее дочери уже двадцать пять и что она целых пять лет
живет совершенно самостоятельно.
— Я выполняла задание организаторов.
— Среди ночи? Вместе с Райаном Слейтером, я полагаю? Парнем, с которым
ни одна благоразумная мать свою дочь не отпустит даже днем в парк погулять?
Тебя видели?
— Нет. — Мишель решила ничего не отрицать. Это было проще, чем
вступать в нудную дискуссию. — И прежде чем ты спросишь... сегодня
последний день. Думаю, этой ночью я буду свободна.
Мать ахнула.
— Очень на это надеюсь, Мишель Луиза Нельсон, — чопорно
проговорила она. — Ведь тебе еще судить кулинарный конкурс.
Мишель мигнула от неожиданности. Она совершенно забыла о дурацком кулинарном
конкурсе. Поедать блюда с редькой на глазах любопытствующей публики — это
похоже на издевательство! Уж лучше вернуться в пещеру!
— Мишель, — подозрительно спросила мать, — надеюсь, ты не
забыла о том, что будешь сидеть в жюри?
— Нет, разумеется.
Но мать ей явно не поверила.
— Хорошо, что я позвонила и напомнила тебе об этом. Уж лучше тебе быть
в жюри, когда все начнется! И не вздумай опаздывать. Все ясно?
— Яснее не бывает, — устало пробормотала Мишель. — Я буду в
жюри, как и обещала.
Она совершенно не представляла, каким будет следующий конкурс и сколько на
него потребуется душевных и физических сил. Для ее матери это не имело ни
малейшего значения.
— Вот и хорошо. — Мать издала протяжный вздох. — А теперь,
дорогая, расскажи, что на тебе будет надето.
Мишель отняла трубку от уха и в изумлении уставилась на нее.
— Понятия не имею! — не выдержала она. — На мне вся та же
одежда, что и вчера! И она очень грязная!
— Боже, надеюсь, тебя никто не видел? — испугалась мать.
Терпение Мишель лопнуло. Продлевать мучения она не собиралась.
— Ой, у меня садится батарея! — пискнула она в трубку. —
Забыла зарядить.
— Мишель! — истерично выкрикнула мать. — Надеюсь, рядом с
тобой нет газетчиков из
Геральд
? Они не фотографируют тебя в грязной
одежде?
Мишель представила, какая истерика приключилась бы с матерью, если бы на
первой полосе газеты появилось ее, Мишель, фото, в заляпанных землей джинсах
и с вороньим гнездом на голове.
— Все, пока, — торопливо бросила она в трубку, приготовившись
нажать отбой.
— Помни о своем высоком статусе! — взвизгнула мать.
— И я тебя люблю. Целую. — Мишель выключила мобильный и зашагала к
столу с едой, за которым уже сидел Райан. — Как считаешь, на кого я
похожа в этой одежде, — пытливо спросила она своего напарника. —
На бывшую
мисс Редьку
или на чучело огородное?
Взгляд Райана попутешествовал по ее телу, на губах заиграла хитрая усмешка.
При этом грудь Мишель налилась и потяжелела.
— Ты прекрасно выглядишь даже в грязной одежде, — заявил Райан
уверенно. — Какая разница,
мисс Редька
ты или
мисс Свинина
?
Ответ этот Мишель понравился. Она села за стол и поставила на него локти.
— Представляешь, я забыла о кулинарном поединке, — тихо шепнула
она партнеру на ухо. — К сведению, я с детства ненавижу редьку. Лютой
ненавистью.
— Ни за что бы не подумал,
мисс Редька
!
— Мне придется пробовать все блюда! — Мишель прикрыла глаза
ладонью. — Надеюсь, меня не стошнит.
— Ты же ехала верхом на лошади. И играла в пейнтбол. Спала в пещере. Ты
уже совершила кучу поступков, на которые считала себя неспособной, —
веско заметил Райан. — Подумаешь, редька! Ерунда на постном масле!
— Ну, если посмотреть с этой точки зрения... — Девушка
задумалась. — Может, пойдешь в жюри вместо меня? — развеселилась
она. — Небось, тебе понравятся желатиновые пудинги с редькой, творога и
прочими радостями желудка.
— Желатиновые пудинги с редькой? Звучит заманчиво. — Райан сделал
вид, что задумался. — Пудинг с редькой, ух ты! Это так в стиле нашего
городка! Правда, в жюри меня не пустят, но я могу просто составить тебе
компанию.
Мишель в изумлении уставилась на него.
— Что, действительно? Но зачем? Ведь соревнования к этому времени
окончатся.
— Ну и что? Может, мне понравится?
Мишель уставилась в тарелку с овощным салатом и нахмурилась. Момент истины?
Начало отношений, к которым она не готова? Вернее, которых боится больше...
пудингов с редькой. Она не была уверена, что ей нравится такое быстрое
развитие событий.
И потом, верно ли она истолковала намек? Быть может, Райан хочет развеяться
и приятно провести время на кулинарном поединке после тягот соревнований?
Глупость какая! Кто, находясь в здравом уме, может получать удовольствие от
присутствия на кулинарном поединке? Значит, Райан вызывался только из-за
нее.
— Уверена, тебе не понравится. Будет скучно.
Мишель мысленно вздохнула. В том-то и дело. Райану все быстро наскучит. В
том числе и она. Райан откроет для себя, какая Мишель на самом деле обычная
женщина, и потеряет к ней интерес. Простая обывательница с минимумом
достоинств.
— И все равно я пойду, — упрямо настаивал Райан.
— Пойдешь куда? — спросила Брэнди, присаживаясь рядом с ним.
Мишель всячески старалась скрыть свое раздражение. Нервы и так были на
грани, а нахальное поведение Брэнди могло подтолкнуть шаткое равновесие в
сторону открытого конфликта.
— Мишель будет в жюри кулинарного конкурса, где участники представят
блюда с редькой, — пояснил Райан довольно приветливо и сделал глоток
кофе.
— Правда? — Брэнди смотрела на Мишель, сощурив глаза. — Тебя
пригласили потому, что ты повар? Или потому, что ты бывшая
мисс Редька
?
— Думаю, по обеим причинам, — ответил за Мишель Райан.
Той очень захотелось пнуть его под столом ногой. Неужели он не замечал, как
из ушей Брэнди пошел пар? И что она позеленела от зависти? Говорить при
рыжей фурии о достижениях Мишель было сродни размахиванию красной тряпкой
перед быком.
— Жительницы Карбон-Хилла оказали Мишель большую честь, —
воодушевленно продолжал Райан. — Ведь это так почетно — судить конкурс!
— Думаю, да, — в замешательстве кивнула Мишель, недоумевая, почему
Райан несет такую ахинею. — Правда, я не уверена, что они сделали
правильный выбор...
— И я не уверена, — процедила Брэнди, изучая свой безупречный
маникюр. — Женщины Карбон-Хилла с большим трепетом относятся к
кулинарному конкурсу. Для них важно, чтобы победил достойный кандидат. Так
что Мишель должна выбирать с умом.
У Мишель застучало в висках. Отлично! Выходит, она ввязалась в аферу,
которая ей не по плечу. Как она сможет выбрать достойнейшего, если терпеть
не может редьку? Или выбирать на
...Закладка в соц.сетях
