Жанр: Любовные романы
Жертва
...го одолела жажда красноречия, в то время как ей нужно
было поразмыслить над собственными проблемами.
Если Эми Джаггер сумела разглядеть в Марчелле задатки талантливого писателя-
романиста, то у нее должна начаться совсем другая, отчасти сказочная жизнь.
Издатели, редакторы, владельцы книжных магазинов со счастливой улыбкой на
устах будут приветливо встречать ее. Наконец-то они сами убедятся в наличии
той искорки таланта, которая дремала в ней. Обуреваемая приятными мыслями,
она долго не могла уснуть этой ночью.
Следующим утром, прошагав четыре квартала, она уже в третий раз согласовала
с живущей поблизости знакомой родительницей вопрос о том, чтобы та забрала
детей Марчеллы и отпустила их поиграть на улице, отправив их затем отмыться
в ванной. Аккуратно накрасив розовой помадой губы и тщательно подкрасив
веки, Марчелла нарядилась в недавно купленное платье фирмы
Пуччи
, которое
изящно обтягивало ее слегка похудевшую фигуру, поскольку сразу же, получив
письмо от Эми Джаггер, Марчелла села на жестокую диету. Стоя у зеркала,
Марчелла всматривалась в свое отражение: лицо, ноги, платье — все было в
полном порядке. В двенадцать тридцать дня в скромно обставленной чистенькой
квартире было спокойно и тихо. Перед уходом Марчелла долго и внимательно
осматривала квартиру так, будто собиралась в долгое путешествие. Она
предчувствовала, что после этой встречи за ленчем с Эми Джаггер ее жизнь
должна измениться радикальным образом.
— Вы гостья мисс Джаггер? Ну конечно же, добро пожаловать в наш
ресторан
Ле Серк
, — улыбаясь, встретил Марчеллу метрдотель, при виде
которого наряженная гостья тоже расплылась в улыбке.
Добираясь до ресторана на метро, она очень боялась помять свое новое платье.
Ее воображение рисовало огромную толпу лакеев, которые, выстроившись в линию
и опустив головы, будут встречать ее на каждой ступеньке длинной ресторанной
лестницы.
Но здесь не было никаких ступенек, и ее приняли так, как будто она была
самым желанным гостем. Проходя по залу, Марчелла на ходу посмотрелась в
зеркало: слава Богу, это был один из тех редких дней, когда она чертовски
хорошо выглядела. Она следовала за метрдотелем, поправляя на ходу каштановые
волосы, которые неукротимым водопадом струились по ее, плечам. При виде
приятных округлостей ее тела, большой груди и стройных бедер в ней
безошибочно можно было угадать женщину, которая могла стать предметом
обожания мужчин, знающих толк в действительно красивых женских фигурах. В
этот день в залах ресторана находилось много гостей, которые при виде
Марчеллы, прервав свой ленч, с любопытством глядели ей вслед. В этом гудящем
шикарном ресторане мужчины привыкли видеть худосочных великосветских дам. В
зале присутствовала разнообразная публика: блестящие, беспечные, надменные
кавалеры, которые, вальяжно поглощая пищу, делали вид, что внимательно
слушают своих собеседниц, а сами тем временем украдкой рыскали глазами по
залу.
Дойдя до центральной части зала, метрдотель внезапно остановился, будто не
желая нарушить границу строго отведенной ему территории. Кивнув официанту и
перепоручив ему Марчеллу, он стоял, улыбаясь и желая приятно провести время
за ленчем.
Следуя за своим новым гидом, она шла, оглядываясь по сторонам. Сидевшие за
столами люди разговаривали, смеялись, обменивались взглядами, флиртовали
друг с другом. По телу Марчеллы пробежала приятная дрожь: не успев поближе
познакомиться с этой богемной жизнью, она уже ее полюбила. Чем дольше она
находилась тут, тем больше ее захлестывали чувства. Ей очень хотелось
поразить этих сдержанных, слегка занудных людей, которые могли чувствовать
себя несчастными только из-за того, что их посадили не за тот столик в
ресторане, который бы им хотелось занять.
— А вот и мисс Джаггер! — проходя мимо необыкновенно роскошного
оформления из экзотических цветов, которые Марчелла не видела ни разу в
жизни, официант подвел ее к столику, за которым сидела рыжеволосая женщина.
— Ты и есть Марчелла? — задыхаясь от волнения, спросила мисс
Джаггер низким грудным голосом. Затем вскочила со стула и, обежав стол с
распростертыми объятиями, направилась к Марчелле, восклицая: — Дорогая моя!
Мисс Джаггер выглядела ниже ростом, симпатичнее и старше, чем на тех
фотографиях, которые Марчелле доводилось видеть на обложках. Обдав Марчеллу
крепким запахом духов, мисс Джаггер в течение нескольких минут обнимала
Марчеллу за плечи, поражая молодую гостью необыкновенной силой своего
худенького тела. Наконец, отойдя на шаг от Марчеллы, она осмотрела ее сверху
вниз.
— Обалденная женщина! — воскликнула она. Затем, внимательно
разглядывая волосы Марчеллы, поинтересовалась: — Это твой натуральный цвет?
У тебя такой цвет кожи, как на картинах Ренуара. Ну что же, дорогая, садись
на стул, я очень хочу послушать тебя.
Густо покраснев при таком неожиданном сравнении с красавицами Ренуара,
Марчелла плюхнулась на стул, который терпеливо придерживал сзади официант.
Эми тоже села, подперев кулачком подбородок и пожирая Марчеллу взглядом
замечательных изумрудных глаз. Первое, что так сильно поражало окружающих,
были ее глаза. Только немного позже, когда Марчелла оторвала взгляд от ее
зеленых озорных глаз, она заметила вокруг них ровные полоски дугообразных
морщинок. У Эми была бархатистая кожа, которая, похоже, никогда не
покрывалась загаром, а легкий налет веснушек на лице делал ее похожей на
простую девушку-подростка и явно не гармонировал с утонченными чертами ее
лица. Вьющиеся огненно-рыжие волосы имели слишком уж красный для
натурального цвета оттенок, а на худеньком теле выделялась узкая талия,
которая, по-видимому, являлась объектом нередких мужских объятий.
— Вот это то, что нам предлагают поесть, — обратилась к Марчелле Эми, держа в руках меню.
Марчелла была не прочь подкрепиться. Просматривая меню, она продолжала
удерживать уголком глаза свою новую учительницу. На Эми был темно-красного
цвета замшевый приталенный пиджак, а на ногах — изящные, в тон, туфли-
лодочки. В глаза бросались ее руки с ярко-красными ногтями. А пушистый
воротник белого свитера из ангорки придавал лицу ореол какого-то
таинственного великолепия. На фоне такой утонченной внешности ее грубый, с
бруклинским акцентом голос прозвучал довольно неожиданно. По-видимому, для
Эми Джаггер вообще не существовало никаких запретов, поэтому она не
старалась звучать поделикатнее.
Официант наполнил шампанским бокалы в форме тюльпана.
— Я пью за свою новую подругу! — произнесла тост Эми. Ударившись
хрустальными бокалами, Марчелла стала маленькими глотками отпивать вино.
Ле-ле-ле... Пузырьки лопались у нее во рту.
— Это французское? — поинтересовалась она, и Эми подтвердила это
кивком головы. — Это первое настоящее шампанское, которое я когда-либо
пила в своей жизни, — призналась Марчелла, жадно осушая бокал.
Пока официант наполнял новой порцией вина бокалы, Эми изучающе смотрела на
Марчеллу.
— Да, это очень забавная вещь — привычка к изысканным вещам, —
согласилась мисс Джаггер. — Но моя жизнь начиналась очень скромно,
Марчелла. Мой отец был счастлив, когда в холодильнике появлялась хоть какая-
нибудь банка пива. Никто тогда и думать не смел о французском шампанском! Но
у меня были неплохие мозги, и еще я была очень сексуальная. Эти два качества
до сих пор находятся в противоречии друг с другом.
В момент, когда Эми перешла почти на визг, Марчелла даже прыснула от смеха.
— Принесите жареной осетрины! — крикнула Официанту Эми.
— И мне тоже, — облегченно вздохнув, попросила Марчелла.
— Мне доставляет такое наслаждение знакомиться с новыми людьми! —
обращаясь к Марчелле и пожимая ее руку, говорила Эми.
Бросив взгляд на третье, пустующее, за их столом место, Марчелла
поинтересовалась:
— Мы еще кого-нибудь ждем?
— Скотт Макэвой, мой редактор, выразил желание пожаловать на
ленч, — сказала Эми. — Но я ему разрешила присоединиться к нам
только в конце нашей встречи, когда подадут десерт.
— А какова цель его прихода, Эми? — поинтересовалась Марчелла.
Подняв брови, Эми ответила:
— Любой прочитавший первую главу твоего романа человек захочет
встретиться с тобой. Скотту так и не терпится посмотреть, кто выиграет пари.
— Какое пари?
Эми, усмехнувшись, пояснила:
— Мы поспорили о том, как ты выглядишь. Я была уверена, что ты хороша
собой, а он утверждал, что написанные тобой романы являются для тебя своего
рода компенсацией за твою неприглядную внешность. Поэтому до того, как мы
начнем обсуждать твою работу, он должен будет выложить мне двадцать пять
проигранных долларов.
— А каково его мнение по поводу написанной мною главы? —
полюбопытствовала Марчелла.
— Ну, как тебе сказать, — растягивая слова, начала Эми. —
Если у него будет мнение, сходное с моим...
Те словечки, которыми оперировала Эми, а также принятая доза шампанского
очень развеселили Марчеллу. Вскоре язык у Марчеллы развязался, и наша юная
писательница начала рассказывать Эми все о своей жизни.
Эми была великолепным слушателем. Она ни разу не перебила рассказчицу, и
лишь ее зеленые глаза время от времени расширялись, словно выражая удивление
по поводу неслыханных дотоле вещей. Марчелла взяла на вооружение этот
замечательный прием, при котором рассказчик мог чувствовать себя хозяином
положения. К тому моменту, когда официант принес заказанные блюда, Марчелла
уже чувствовала себя искушенной в житейских вопросах женщиной.
— Итак, ты недовольна своим мужем, — начала Эми. — У меня
тоже самые лучшие рассказы получаются именно в тот момент, когда мне
наставляют рога.
Улыбнувшись, Марчелла попробовала объясниться:
— Нет, это совсем не то, что вы подумали, Эми. Я чувствую себя какой-то
опустошенной и всем своим нутром требую внимания к себе. Когда мужчина
смотрит на меня взглядом, которого я достойна, я отвечаю ему тем же и хочу
его не меньше, чем он хочет меня. Поэтому лучше уж я буду сидеть дома и
заниматься творчеством.
— А почему ты думаешь, что это лучше? — поинтересовалась Эми,
разрезая на кусочки принесенную рыбу. — Ты что, и вправду думаешь, что
твой муж не заводит шашни с каждой встречной девчонкой?
— Не знаю, — ответила Марчелла, стараясь получить удовольствие от
запеченной осетрины, но аппетит у нее явно пропал. — Каждую ночь Гарри
все больше и больше хочет меня в постели. Если бы он еще с кем-то крутил, то
тогда вряд ли.
— Забудь об этом! — прервала ее Эми. — Мой второй муж гулял
от меня налево и направо и все равно каждую ночь хотел меня в постели.
Правда, — призналась она, наклонившись поближе к уху Марчеллы, —
мне это очень нравилось!
Не успели они допить бутылку шампанского, Эми тут же заказала другую.
Марчелле казалось, что она, отрезанная от реалий земного существования,
парит где-то высоко в небесах.
— Эми, я даже не знаю, благодарить мне свою судьбу или проклинать за
то, что я родилась такой сверхчувствительной женщиной, — выпалила
Марчелла — Я даже боюсь показать открыто те чувства, которые меня одолевают.
Если бы я не вышла замуж за Гарри, я, наверное, превратилась бы в распутную
девку. По-видимому, я наделена даром чувствовать гораздо больше остальных
людей...
— Конечно, это так, — согласилась с ней Эми, как будто это было
вполне нормальным явлением. — Сотни тысяч женщин, не задумываясь,
отдали бы очень многое, чтобы испытать то же, что и ты. Будучи писателем,
тебе придется пройти суровую школу жизни тех женщин, у которых нет ни
времени, ни темперамента для того, чтобы ощутить то же, что ощущаешь ты.
Официант унес тарелки и предложил им меню для десерта.
Нагнувшись к Марчелле, Эми сказала:
— Давай поговорим о деле до прихода Скотта. Я хочу стать твоим агентом,
Марчелла.
Марчелла, запинаясь, начала спрашивать:
— Я понятия не имею о том, в чем заключаются обязанности агента.
Заказав две чашки кофе, Эми сказала:
— Я потолкую с издательством о цене на твою книгу, — сообщила она
Марчелле. — А это значит, что тебе заплатят аванс за книгу в счет
авторского гонорара. Я лично просмотрю под увеличительным стеклом каждую
строчку твоего контракта. Мы еще поторгуемся насчет того авторского
гонорара, который ты сможешь поиметь в новозеландских и еврейских
издательствах. Ну и все такое прочее!
Марчелла поинтересовалась:
— Что заставляет вас помогать мне?
— Дело в том, что я в течение многих лет выполняла работу агента
бесплатно, — пояснила Эми. — Неизвестные писатели постоянно
посылают мне рукописи, и если они мне нравятся, я отсылаю их агентам или
издателям. Знаешь, какой ревнивый народ эти писатели? Если бы я
почувствовала в тебе соперницу, я бы выцарапала тебе глаза. А так мы
остаемся друзьями, да еще вдобавок я получаю десять процентов!
— Что касается меня, то я
за
! — согласилась Марчелла — Для меня
большая честь иметь такого агента, как вы!
Вдруг Марчелла заметила остановившегося рядом с их столиком бородатого
мужчину. Ему было за тридцать, и аккуратно подстриженная бородка была
намного темнее его светлых волос. Он не спускал с Марчеллы своих
проницательных карих глаз. На нем был темно-синий костюм с ярко-розовым
шелковым галстуком. Демонстративно вытащив свой кошелек, он положил на стол
двадцать пять долларов.
— Твоя взяла, — сказал он, протягивая деньги Эми. Марчелла
прыснула от смеха, залившись ярким румянцем смущения.
— Скотт, познакомься с Марчеллой Балдуччи-Уинтон, которую я по праву
смогу назвать своей редкой находкой и клиентом одновременно, — сказала
Эми.
Скотт, нагнувшись, поцеловал руку Марчеллы.
— Я никогда раньше не делал этого, — признался он. — Но вы
именно та женщина, которой просто нельзя не целовать руку.
— А как же я, Скотт? — спросила Эми. — Ты мне, может быть, тоже что-нибудь поцелуешь?
— Твой зад, — мрачно произнес Скотт, усаживаясь на стул. —
Извини, Марчелла, просто Эми очень любит своих коллег Рабелайзенов.
Немного смутившись при появлении такого симпатичного мужчины, Марчелла
заулыбалась. Почему редактор Эми, которого Марчелла представляла суровым,
профессорского типа интеллектуалом с огромными очками в роговой оправе на
носу, оказался пышущим здоровьем, аккуратно подстриженным молодым человеком
с резко выраженными чертами лица и нетипичной для чистокровного американца
вульгарной бородой? Пока Эми развлекала его разговорами, он смотрел на
Марчеллу смешливым и одновременно очень чувственным взглядом.
— Марчелла согласна, чтобы я стала ее агентом, Скотт! — с гордостью в голосе сказала Эми.
— Неужели? — нахмурился Скотт. — С каких это пор ты вступила
на тропу агентского рэкета?
По-дружески обняв Марчеллу, Эми ответила:
— Полчаса назад!
Официант принес меню десертных блюд, которое Скотт принялся с интересом
изучать.
— Я съем только шоколадный мусс, и если он не вреден для
здоровья, — сказала Эми, обращаясь к официанту, — мы закажем его
вместе с Марчеллой.
— Салат из свежих фруктов, — заказал Скотт, — и большую чашку
кофе. Похоже, благоразумие здесь не будет лишним.
Эми закурила.
— Очевидно, раньше ты не обращал никакого внимания, — сказала
Эми, — а теперь, когда стал главным редактором, и подавно, на то, что я
была сама себе агент в течение многих лет! В книжном бизнесе нет такого,
чего бы я не знала, — похвалилась Эми.
— Вот это как раз то, чего я и боюсь, — пробормотал Скотт.
Эми налила ему шампанское в бокал, и он поднес его к бокалу Марчеллы.
— Выпьем за твою новую писательскую карьеру, — предложил
он. — И за твою новую карьеру агента, — сказал Скотт, обращаясь к
Эми.
Он смотрел на Марчеллу таким взглядом, который попросту доконал ее. Выпитое
вино приятно горячило кровь. И когда Скотт уперся в колено Марчеллы, она не
отодвинулась. Исходящее от его тела тепло передалось и ей.
— Ты решила стать агентом после того, как изрядно выпила? —
спросил Скотт.
— Роман Марчеллы ждет издательство
Вольюмз
, — продолжала
дразнить Скотта Эми. — Чего же мне еще желать?
Скотт несколько раз тяжело вздохнул, чем еще больше привлек внимание
Марчеллы.
— Но у меня нет пока романа целиком. Я написала всего лишь одну главу,
но это вовсе не значит, что я смогу его закончить...
— Мы, агенты, на то и существуем, чтобы заставить человека не
останавливаться на полпути, — сказала Эми.
— И помимо прочего, выплачиваем заранее авторский гонорар, обязывая
этим писателя закончить свою работу, — дополнил Скотт.
Поданный как нельзя кстати шоколадный мусс зарядил Марчеллу энергией, а Эми,
съев лишь крошечную порцию десерта, сидела с таким блаженным видом, как
будто только что испытала оргазм.
После десерта Эми, спрыгнув со стула, пошла проводить Марчеллу до туалета.
— Ну, как он тебе? — процедила сквозь зубы вопрос Эми, когда они
вдвоем оказались в тихой зеркальной туалетной комнате. — Не очень
сексапильный для редактора?
— Он превзошел все мои ожидания, — пролепетала Марчелла.
— Ну-ну. — Рассматривая свое отражение в зеркале, Эми сказала: —
Одним из условий моей агентской деятельности является пункт, согласно
которому я должна быть в курсе всего, что между вами будет происходить!
Марчелла не сводила глаз с приглаживающей свои волосы Эми.
— Что между нами должно произойти? — спросила Марчелла.
Эми подмигнула:
— Насколько я знаю Скотта, он обязательно пригласит тебя в свой офис
сразу после нашего обеда. Будем надеяться, что теперь он обзавелся, по
крайней мере, софой.
Волна возбуждения пробежала по животу Марчеллы.
— Но я... — выпалила она, — совершенно не знаю, как вести
себя с таким типом мужчин. Пожалуйста, Эми, пойдем с нами вместе!
Эми кинула на Марчеллу испепеляющий взгляд:
— Дорогая, разве тебе не нужны тесные, дружеские связи с собственным
редактором?
— Не знаю, — ответила Марчелла. — А это очень нужно?
Открывая вместе с Марчеллой дверь, Эми быстро ответила:
— Это просто необходимо.
Предположения Эми оправдались, и в три тридцать Скотт пригласил Марчеллу в
свой офис, решительно пожелав при этом, чтобы Марчелла пришла одна, без Эми.
Сердце Марчеллы бешено колотилось, когда она позвонила своей соседке,
попросив ее посидеть с Марком и Соней до шести тридцати вечера.
С поцелуями и обещаниями надежды на скорую встречу Эми распрощалась с
Марчеллой, шепнув ей на ухо:
— Я позвоню тебе завтра!
Явно нервничая, беседуя на ходу, Марчелла шла рядом со Скоттом в направлении
Шестой авеню, туда, где находилось десятиэтажное здание редакции
Вольюмз
.
— Думаю, мне пока не понадобится контракт или аванс за мою
книгу, — смеясь, объясняла она. — Боюсь, что это будет помехой для
дальнейшей работы. По-видимому, это звучит глупо, но...
В этот момент он мягко взял ее под локоть, направив в сторону находившегося
поблизости здания редакции. Двери пустого лифта закрылись, и Скотт
повернулся к Марчелле, глядя на нее таким восхищенным дружеским и
вопрошающим взглядом, что у Марчеллы учащеннее забился пульс. Он опустил
глаза на перед своих брюк.
— Видишь, что ты со мною делаешь? — спросил он. Она молча
продолжала смотреть ему в глаза, стараясь справиться с охватившим ее
возбуждением. — Хичкок в свое время сказал, что лучшая женщина та,
которая, несмотря на прекрасное воспитание и элегантность, может быть
проституткой в постели. Что ты думаешь на этот счет?
— Насколько мне известно, в постели проститутки занимаются лишь тем,
что раздвигают ноги, — шутливым тоном сказала Марчелла, — потому
что этим они зарабатывают на жизнь.
— А как бы повела себя твоя героиня, если бы ее захотел мужчина? — полюбопытствовал Скотт.
— Моя героиня будет держаться до последнего, чтобы не отдаться во
власть жаждущего ее мужчины. Она добьется того, чтобы мужчина умолял ее об
этом.
— И тебе нравится, — спросил он, придвигаясь к ней поближе, —
когда мужчины умоляют тебя?
Отрицательно покачав головой, она ответила:
— Я же говорю не о себе, а о своей героине.
В течение нескольких секунд дрожавшее от волнения тело Марчеллы то полыхало,
охваченное жаром, то становилось ледяным. Наконец открылись двери лифта, и
Скотт проводил ее через лабиринты кабинетов и офисов. Следуя за широкоплечей
фигурой Скотта, Марчелла вошла в кабинет, на двери которого виднелась
табличка с фамилией главного редактора.
— Я на собрании, — предупредил он сидевшую в холле секретаршу.
Захлопнув и заперев на ключ, Скотт прислонился спиной к двери. Огромная
комната офиса была застелена серым ковром. Как и предупреждала Эми, здесь не
было софы, зато стояло много растений, огромный стол и две большие
композиции из цветов. Окна офиса находились на уровне верхних этажей
соседних небоскребов.
— Это что, теперь называется собранием? — спросила Марчелла.
Скотт подошел к ней. Платье фирмы
Пуччи
прилипло к телу Марчеллы, и ее
единственным желанием теперь было поскорее снять его с себя для того, чтобы
предаться той неге, которая разлилась по ее томному телу.
— А почему нельзя назвать собранием встречу мужчины с женщиной? —
спросил он, переходя на шепот.
Она попыталась цинично улыбнуться, но Скотт уже гладил рукой у нее между
ног, вырывая из ее груди легкие стоны. В этот момент она так сильно жаждала
близости с мужчиной, что не могла, как ни силилась, выдавить из себя подобие
улыбки.
Даже если бы сейчас она вздумала повернуться и уйти, ее тело все равно бы
воспротивилось этому. После роскошного обеда и бесконечных перипетий этого
дня Марчелле захотелось немного расслабиться, что оказалось достаточно
просто благодаря изрядной порции выпитого шампанского. Она жаждала увидеть
на себе его нагое, чистое, здоровое, прекрасно пахнущее тело. Ей хотелось,
чтобы он, раздвинув ее ноги, коснулся своей аккуратно подстриженной бородкой
и поласкал языком ее самое интимное место.
Подобно укротителю, стоящему перед диким животным, Скотт старался прочесть
ее мысли. Ноги ее подкашивались, и она сползла на пол, вульгарно упав перед
ним на колени. Он тоже встал на колени, склонившись над ней, и Марчелла
приоткрыла свои губы, чтобы встретить его поцелуем. В это время Скотт
скользнул рукой под платье Марчеллы. Очень многое зависело от первого
прикосновения. Марчелла раздвинула свои колени, чтобы Скотт мог
беспрепятственно коснуться ее нежного органа. Когда же он протиснул свои
пальцы под ее шелковые трусики и начал робко гладить ее между ног, Марчелла
стала учащенно вздыхать, постанывая от удовольствия. Встав перед Скоттом,
она осторожно сняла через голову платье. Сняв с нее лифчик и трусики, Скотт,
встав на колени, принялся внимательно рассматривать тело своей партнерши.
Чувственная грудь Марчеллы ожидала прикосновений его губ. Зарывшись в нее
лицом, Скотт, закрыв глаза, водил сосками по своим векам. Когда он разделся,
Марчелла сняла с себя серьги, часы и кольцо. Ее охватило непреодолимое
желание ощутить прикосновения его мужского органа к своему телу.
Каждый раз, когда Марчелла вступала в очередную интимную связь с мужчиной,
она делала все новые и новые открытия для себя. Сейчас ей было приятно
наблюдать за тем, как рассматривает ее голое тело мужчина, гладя округлости
и изгибы, и как наливается силой и становится упругим его член. Лежа спиной
на полу, Скотт нашептывал:
— Сползай потихонечку вдоль моего тела так, чтобы сперва меня коснулись
соски твоих грудей...
Его нежные наставления вызвали у Марчеллы прилив еще большего возбуждения.
Раскинувшись на поверхно
...Закладка в соц.сетях
