Жанр: Любовные романы

Не повторяй ошибок

сторінка №13

се стены были заклеены
вырезанными из журналов и рекламных плакатов смешными персонажами мультфильмов и
сюда приводили детишек, особо
боящихся посещения больницы. Уолт Дисней мог бы восхититься столь полным
собранием образцов его творчества. Сет
усадил Бонни на детский стульчик, на такой же уселся сам и спросил:
- Кто такой Бишоп?
Ее удивили прямота и жесткость заданного вопроса, но, вероятно, их встреча с
агентом ФБР на крыльце полицейского
управления возбудила какие-то слухи, дошедшие и до Сета. Ей незачем было
скрывать правду, но все-таки Бонни сначала
удостоверилась:
- Ты знаешь, что он из той конторы?
- Конечно. Но что связывает тебя и твою сестру с ним? В чем его вина перед
вами? Откуда появился шрам на твоей
руке?
Бонни растерялась. Сет оказался слишком проницательным. Он не только заметил
шрам на ее руке, но и мысленно связал
это с чем-то тщательно скрываемым обеими сестрами.
Но кто он - священник, к которому она пришла на исповедь? Какое право он
имеет допрашивать ее?
- Бонни! Ответь мне.
Ответ давался ей тяжело.
- Когда я была маленькой, мы жили в Лос-Анджелесе с родителями и с сестрой
Карой.
- Я не знал, что у тебя есть еще другая сестра.
Бонни отвернулась, пряча от него глаза.
- Да... я тебе не рассказывала. Рэнди тогда не жила с нами. Она снимала гдето
квартиру. Она училась на юридическом
факультете и уже готовилась к защите диплома. Это было, как ты понимаешь,
весной. Тогда же какой-то человек, которого
газеты потом окрестили Мясником, начал убивать людей. Он всегда выбирал семейные
дома и проникал туда так легко, что
это казалось колдовством. Сигнальные системы, сторожевые собаки и даже
вооруженные охранники - никто и ничто не
могло ему помешать и уберечь семью, на которую пал его выбор. Полиция не могла
справиться с ним и обратилась за
помощью в ФБР. Всю весну и все лето копы и агенты ФБР пытались вычислить убийцу
и остановить этот кошмар. А он
продолжал убивать.
Бонни вздрогнула, и Сет взял ее руку в свою, успокаивая.
- И что было дальше?
- Моя сестра Кара... она была телепатом. И очень сильным. Ее способности
посчитали сверхъестественными и даже
опасными. Иногда ее посещали видения, и в это время она могла... воспринимать
мир через органы чувств какого-то другого
человека. А еще она иногда, правда, редко, была способна управлять действиями
этой неизвестной личности.
Бонни с тревогой посмотрела на Сета, ожидая его комментария, но он лишь
попросил ее продолжать.
- Бишоп участвовал в расследовании от ФБР. Он и Рэнди встретились в то лето,
не знаю, при каких обстоятельствах, но
вскоре они стали близки... очень близки. Он узнал от Рэнди о способностях Кары и
посчитал, что их можно использовать для
поимки Розмонтского Мясника.
Бонни замолчала, и Сет некоторое время терпеливо ждал, когда она найдет в
себе силы продолжить. Потом, не выдержав,
все-таки спросил:
- И Кара смогла помочь Бишопу?
- Нет. Возможно, в другом случае у нее бы и получилось, но Бишоп не мог знать
про телепатический дар убийцы. Он
был также телепатом, и еще более сильным. Когда Кара пыталась видеть вещи его
глазами, он брал над ней верх и, наоборот,
использовал ее. И он пришел за нашей семьей...
Она опустила взгляд и посмотрела на шрам на своей руке.
- Только я одна осталась в живых из тех, кто был в доме.
- Бонни, прости... я сожалею, что начал расспрашивать тебя об этом. Хватит,
давай помолчим.
Однако желание высказаться до конца уже охватило ее. Дрожащим, срывающимся
голосом Бонни продолжила:
- Самое ужасное, что Кара слишком поздно почувствовала его присутствие в
доме. У нее не было времени что-либо
предпринять, кроме того, как спрятать меня. И я видела все... все, что он делал
с ней.
- Бонни, прекрати. Пожалуйста.

Она заглянула в его полные ужаса глаза и прошептала:
- Я ей обещала... Когда она меня прятала, то заставила поклясться, что я не
издам ни звука, чтобы ни происходило... И я
смотрела, как он ее убивал... и... и сдержала обещание.
Сет понял, откуда появился шрам у Бонни, что сделали ее зубы с собственной
плотью. Должно быть, она прокусила себе
запястье до кости.
- О боже! - прошептал он и прижал девушку к себе, утешая и согревая ее,
впрочем, не веря, что способен изгнать холод
из ее души.


Миранда не любила всякую непогоду, будь то ливни, штормовые ветры или снежные
бури. Правда, если бы у нее была
возможность нежиться в кресле у огня, вкушая горячий ароматный чай и наблюдая,
как за окном крутятся снежинки, то,
вероятно, она по-иному воспринимала бы каверзы природы, но подобное
времяпрепровождение было для нее недоступной
роскошью. С того дня, как они с Бонни переселились в эти места, где смена погоды
по сезонам происходила неуклонно
четырежды в год, природа скорее вызывала в ней чувство настороженности, а не
желание любоваться ее красотами.
В ее обязанности не входило готовить Гладстоун к встрече со снежной бурей.
Этим занималось другое ведомство. Но все
же Миранда должна была отдать необходимые распоряжения своим людям, определить
распорядок дежурств и патрулей.
Только к восьми вечера она закончила свои дела и наведалась в штаб, чтобы
проверить, не прояснилось ли хоть что-то в
расследовании. Телепатическое чутье подсказало ей, что Бишопа нет в комнате,
прежде чем она открыла дверь, да и вообще
было сомнительно, что он находится где-то в здании, но свое знание она предпочла
скрыть от Тони Харта, поглощенного
работой на компьютере, и на всякий случай поинтересовалась, где его шеф.
- Он в больнице вместе с Шарон, - сообщил Тони. - Сказал, что хочет
присутствовать при вскрытии, но не объяснил,
для чего. Полагаю, у него появились какие-то догадки, которые он пока не смог
сформулировать. Или он просто ждет
озарения и надеется на подсказку.
Миранда машинально присела на место за столом совещаний, обычно занимаемое
Бишопом, а Тони Харт опять
погрузился в созерцание монитора.
- Следы покрышек такой подсказки не дали?
- Говоря языком оперативных сводок, есть достижения двоякого рода.
- Вот как! С каких же начнем?
- Хорошо то, что мы получили великолепные отпечатки.
- А что плохо?
- Плохо то, что шины самой распространенной марки и их продают по всей
стране. Я поручил кое-кому в бюро сузить
пространство поисков, но больше половины дилеров вообще не попало в компьютер.
Пройдут дни и недели, пока мы
составим удобоваримый список торговцев этой чертовой резиной в окружности
радиусом хотя бы в сто миль, и уж
неизвестно, как и когда мы добьемся от них списка покупателей, пусть неполного,
пусть даже самого приблизительного.
- А что еще мы выудили на старой мельнице? Что-то все-таки нашли?
- Весьма немного. Мерзавец, может, и не был готов к тому, что мы так быстро
обнаружим труп, но убийство он
совершил идеальное. Нам досталась веревка, которой были связаны лодыжки Пенмана,
и ее можно приобрести повсюду для
хозяйственных надобностей, а способ завязывания узла самый примитивный, обычный
и никаких соображений не вызывает.
Мы столкнулись с некоторыми странностями, обнаруженными медицинскими экспертами,
и они, конечно, будут
фигурировать в суде, но, опять же, никакой из этих фактов не наводит нас на
конкретного убийцу. Материальных улик
ничтожно мало. Несколько ковровых волокон, возможно, из его машины или жилища,
пара волосков, застрявших в щели
дверцы автомобиля Стива, которые могут принадлежать как убийце, так и жертве,
смазанный отпечаток подошвы - и то не
полный, а лишь крохотной ее части, без каких-либо данных о походке человека и
других характерных признаков. - Тони не
без раздражения пожал плечами. - То, что мы не способны истолковать и уяснить
для себя здесь, приходится отсылать в
штаб-квартиру в Куантико на анализ.
Миранда некоторое время хранила молчание, рассматривая доски, где уже
появились фотографии с последнего места
преступления. Снимки выглядели серыми, невзрачными, как любое фото, еще влажным
выставленное на обозрение; но
впечатление они производили именно то, какого добивался убийца, - ужас и желание
закрыть глаза и не видеть.

- Две вещи меня беспокоят, как гвоздь в обуви, - призналась Миранда.
- Только две? - осведомился Тони иронично.
- Да, только две на данный момент. Что он, черт побери, делает с кровью,
которую выкачивает, как нефть из скважин, и
что перевернулось в его мозгах, когда мы нагрянули на место преступления раньше,
чем он рассчитывал?
- На первый вопрос я пока не имею ни ответа, ни даже гипотезы. А насчет
второго - скажу одно. Не поздоровится тем,
кто сорвал его планы и заставил намочить штаны с испуга. Посмотрев, как он
творит расправу с теми, кто его чем-то задел, я
не завидую им. Боюсь, что это чудовище начнет мстить. Честно говоря, я не
испытываю желания встретиться с ним до того,
как он будет в наручниках, а еще лучше - с пулей между глаз.
- Я тоже, - согласилась Миранда. - Но, наверное, такая встреча нам предстоит.
У Тони окаменели челюсти. В теплой комнате агенту ФБР стало зябко.
- Ты считаешь, что он узнает, кто навел нас на его след?
- Если он прислушивается к слухам, гуляющим по городу, то такая возможность
реальна.
- И он поверит, что в этих сплетнях есть толика правды? Не думаю, что он так
наивен и доверчив.
Миранда не сразу откликнулась на явно провокационное высказывание Тони.
- Если психологический портрет убийцы, нарисованный Бишопом, хоть в чем-то
соответствует реальной личности, то он
поверит. Он считает себя сверхчеловеком, не допускающим никаких промахов. То,
что его в чем-то опередили, стало для
него потрясением. Он с легкостью примет версию, что мы использовали в сражении с
ним паранормальные силы.
- Но тогда, если он решит, что Бонни навела на него полицию...
Тони сразу же пожалел, что поспешил сделать такой вывод.
- Тогда она, с его точки зрения, представляет для него опасность, - мрачно
подтвердила Миранда. - Поэтому ей
нельзя оставаться одной ни на минуту, пока мы не покончим со всем этим кошмаром.
- Я понимаю, как ты обеспокоена, но...
- "Обеспокоена" - вряд ли подходящее слово. Я привыкла быть настороже. Много
лет мы с сестрой живем в
напряжении, но сейчас Бонни угрожает реальная опасность.
- Мы скоро возьмем мерзавца, - заверил ее Тони, впрочем, без особой
убежденности.
- Я знаю, что возьмем... и упрячем под замок. Но как скоро?
- Мы делаем все возможное... И ты тоже.
- Ты так считаешь?
- Полицию не в чем упрекнуть. Она действует своими методами. Шаг за шагом,
пусть медленно, но кольцо сжимается. А
что касается нас... Мы пускаем в ход другие инструменты. Нашу интуицию,
например.
- Интуицию?
- Могу употребить более научный термин, если тебе угодно. Но ведь ты же
просвечиваешь людей, ловишь вибрацию
токов мозга и читаешь мысли.
- Я не ловлю ни твоих, ни чьих других вибраций. И вообще, кончим этот
разговор.
Тони внимательно посмотрел на нее.
- Потому что ты закрылась? Втянула голову под панцирь, как черепаха?
- Может быть, поэтому... Тебе какое дело?
- А не пора ли высунуть голову наружу? И помочь нам?
- Я должна взвесить многое - за и против.
Осознав очевидную неудачу своей атаки, Тони прибегнул к обходному маневру:
- Вероятно, я влез не в свое дело.
Миранда позволила себе рассмеяться:
- Когда человек так говорит, значит, он думает наоборот.
Тони улыбнулся:
- Туше! Признаю это. Но об одном я все-таки хотел бы тебя спросить и получить
прямой ответ.
- О чем?
- Вернее, не о чем, а о ком. О Бишопе.
Миранде очень бы хотелось излить все накопившееся в ее душе, но личность шефа
непозволительно было обсуждать с
подчиненным. Однако честность, свойственная ее натуре, не позволила ей
уклониться от разговора. А может быть, и толика
любопытства.
- Что бы ты хотел услышать о нем, Тони?
- Не восторгов и не отзывов, вычитанных из газет. Он стал живой легендой.
Таким его сделало бюро после первых
достигнутых им успехов. А в секретных материалах он упомянут как самый
могущественный телепат. Только вот многие из
нас не могут понять, как он плюхнулся в лужу восемь лет назад.

Миранда молча поднялась из-за стола и направилась к кофеварке за чашкой кофе.
- Я повторяю, что, кажется, это не мое дело. - Тони уже готов был извиниться
за то, что затеял этот разговор.
- Значит, общее мнение таково, что Бишоп переоценил свои силы и способности?
- задала Миранда встречный вопрос.
- Все мы считаем, что та операция была проведена из рук вон плохо. Погибли
люди, я имею в виду твою семью. И коекому
в агентстве известно, что сам Бишоп признает свою вину в этой трагедии. Я
же искренне удивляюсь, как он допустил
подобный промах, да еще с такими последствиями. Каждый имеет право на ошибки, но
не в тех случаях, когда за них
приходится платить столь высокую цену.
Миранда возвратилась на прежнее место за столом.
- Легче всего совершить ошибку, когда ты уверен, что знаешь ответы на все
вопросы, когда в видениях тебе открывается
картина будущего и ты веришь, что ход событий будет именно таким.
Тони помолчал, обдумывая высказывание Миранды.
- Он предвидел позитивный результат и не побоялся использовать любой шанс? Я
так понял тебя, правильно? Но ведь
Бишоп телепат, а не ясновидец.
- Он был ясновидцем тогда, - сказала Миранда. - На короткое время он был им.
- Что-то новое для меня, - покачал головой Тони. - Он проходил испытания. Он
не ясновидец ни в малейшей степени.
Такие способности являются врожденными, а не приобретаемыми. Изредка бывает, что
черепно-мозговая травма,
затронувшая мозг, пробуждает дотоле скрытую способность, но... Подожди... Травма
головы! Его шрам имеет к этому
отношение?
- Нет, шрам появился позже.
- Тогда не было никакой черепно-мозговой травмы? Никакой необычной травмы,
которая пробудила бы в нем на время
эту способность?
- Травма? - повторила Миранда и вдруг беззвучно рассмеялась. - Думаю, что
можно это определить как травму, и
весьма необычную.
- Что же это было?
- Я. - Миранда приподняла чашечку кофе, словно в шутливом тосте. - Я
послужила катализатором.
- Каким образом? - спросил Тони.
Миранда рассмеялась уже открыто, встала из-за стола и, забрав чашечку кофе с
собой, направилась к двери.
- Боюсь, что это действительно не твое дело. Извини, Тони.
- Ты поступаешь жестоко, - возмутился Тони. - Я сгораю от любопытства.
- Иногда приходится быть жестокой. Жизнь заставляет, - несколько мрачновато
отшутилась Миранда. - Ты еще
побудешь здесь?
Он вздохнул:
- А что еще мне делать, когда на дворе вьюга? Сидеть в гостинице и смотреть
телевизор? Тут я хотя бы для себя создаю
видимость активной работы. А может, и проклюнется что-то новенькое, а я тут, на
дежурстве.
- Значит, мы, вероятно, еще увидимся, - прервала его Миранда. - Счастливо
тебе, Тони.
- До встречи, шериф.
Она прошла к себе в кабинет и, по рассеянности не прикрыв дверь, уселась за
стол.
Что, в самом деле, на нее нашло? Говорить об этом с кем-нибудь, даже думать
об этом она не позволяла себе уже много
лет. С ее стороны было непростительной глупостью втянуться в разговор и в
воспоминания о давнем прошлом.
Миранда уставилась на чашку с остывшим кофе, словно та гипнотизировала ее, и
все-таки вспоминала, хотя не хотела
этого делать. Ей вспомнилось его лицо, преображенное нежностью, и его губы, чтото
беззвучно шепчущие. И то, как он
ласкал ее волосы, тогда еще не стриженные накоротко, а раскинувшиеся пышными
волнами на подушках, как он крепко
сжимал ее в объятиях даже спящую, всю ночь, до рассвета не отпуская ее.
Неожиданные всплески его страсти часто
заставали ее врасплох, а интенсивность вожделения почти пугала. Это так не
соответствовало его внешнему облику
холодного, замкнутого мужчины и тому, что она успела вычитать в его сознании. От
соприкосновения их тел возбуждалась
энергия, подобная грозовым разрядам. Разве она могла предвидеть, что такое с
ними случится? Самое пылкое воображение
не способно было представить тех чувственных картин, которые сейчас возникали в
памяти Миранды.

Ее руки похолодели, и она прижала ледяные ладони к пылающим щекам.
Только не дай бог, чтобы Бишоп каким-то образом догадался, что к ней
возвращается прежний кошмар.
- Рэнди!
Она очнулась, с усилием разлепила отяжелевшие веки, убрала ладони,
закрывающие лицо, и выпрямилась.
- Извини, но дверь была открыта. Если я помешал, то я загляну попозже.
- Нет, все в порядке, - не очень убедительно солгала Миранда. - В чем дело?
Алекс аккуратно прикрыл за собой дверь и уселся напротив Миранды на стул,
предназначенный для тех, кому шериф дает
аудиенцию.
- Срочного ничего. Могу лишь доложить, что пурги еще нет, но вот-вот она
начнется. Свободный от дежурства состав
распущен по домам поспать несколько часов на случай, если ночь выдастся
тревожной. И здесь, в пустой комнате, я
разместил полдюжины походных кроватей, а съестного припасено на двое суток для
полного штата плюс для гостей из ФБР.
К осаде мы подготовлены.
- Отлично.
- Завтра воскресенье, и большого движения на улицах не будет, особенно если в
церквях отменят службу из-за плохой
погоды. Я поднял возрастную планку комендантского часа до двадцати одного года.
С восьми вечера - я полагаю, такое
будет приемлемо?
- Конечно. У меня нет возражений, - сказала Миранда.
- Спасибо, шериф. Тогда перейдем ко второй части.
- А есть еще и вторая часть?
- Есть. Я не знаю, как это изложить тактичней... но лучше уж скажу прямо.
Дикие слухи ходят по городу... Я им не
верил, но когда доложил тебе о заявлении этой девчонки Эми Фоулер и увидел,
какое стало у тебя лицо, то сразу догадался,
что никакого анонимного звонка насчет старой мельницы не было. Я знаю, что никто
вам не звонил до того, как ты и твой
чертов Бишоп с командой помчались туда, и никто к тебе не приходил, кроме Бонни
и ее дружка Сета Дэниэлса. Любые
анонимные звонки сейчас тоже отслеживаются и фиксируются. Ведь так, правда? Не
было этого звонка. То, что говорит Эми,
- дикость. Но все же я должен понять. От агентов ФБР я правды не добьюсь. А от
тебя, Рэнди? Открой мне истину.
- Это не облегчит тебе жизнь, Алекс, - предупредила своего верного помощника
Миранда.
- А без правды моя жизнь будет не легче. - Алекс попытался улыбнуться, но это
у него не получилось.
- Тогда слушай.
Миранда глубоко вздохнула и рассказала ему все, точнее, почти все.


Лиз решила не закрываться в обычное время, а обслуживать клиентов до
одиннадцати вечера или даже позже, пока
посетители не испугаются грядущей пурги и не разбегутся по домам. Ее бизнес в
этот день процветал - книжки
раскупались, а кофейня была набита до отказа. Ей было некогда даже на минуту
забежать к себе и проверить, как там ее
любимый кот. Зато она наслушалась такого количества сплетен и чудовищных слухов,
что их хватило бы, будь у нее
писательский дар, для вполне сносного романа ужасов.
Но Лиз категорически противилась тому, чтобы ее кофейня превратилась в форум
агрессивно настроенных граждан,
требующих непонятно каких, но немедленных действий. А уж когда возле ее стойки
вырисовался Джастин Марш и заказал
чашку кофе для, как он добавил, возбуждения самого себя, тут она нарушила
привычный ритм обслуживания клиентов и
позволила себе спросить:
- А где Селена, Джастин? Куда ты ее подевал?
- Она дома, - ответил тот.
- Вот как. Что закажешь, Джастин? Как обычно - черный кофе без сахара и без
печенья?
- Да, спасибо, Элизабет, однако...
- Вроде бы на улице похолодало. Расслабься, Джастин, и согрейся здесь у нас
вместе со всеми.
Некоторые посетители обратили на него внимание и ждали, что он разразится
какой-нибудь проповедью.
Джастин вдруг схватил Лиз за запястье:
- Послушай меня, Элизабет. Что-то надо сделать, пока зло не завладеет нами.
Вы все - заблудшие души. Но они... -
Он кивнул в сторону других посетителей и понизил голос до шепота: - Они не
знают, где прячется зло. И под чьей личиной
оно скрывается. Только я один могу его разоблачить.

Лиз очень хотелось попросить "проповедника", чтобы он хотя бы приблизительно
обрисовал черты этого конкретного
человека и, таким образом, сдернул с него личину, но, подумав, все же решила,
что разумнее будет не дразнить его.
- У нас у всех есть свои теории. Но обвинять кого-то без достаточных
доказательств - значит ввергнуть нас еще в
большую беду. На нас надвигается снежная буря, и каждый пусть по-своему, но,
разумеется, этим обеспокоен. Почему бы
тебе не выпить здесь в тепле чашку кофе и не отправиться домой к Селене молча и
без выступлений? Хорошо, Джастин?
Он отпустил ее руку, но остался непреклонен.
- Все вы агнцы, готовые к закланию. Вы не знаете, что вас ждет. И не узнаете.
Лиз нарочито громко звякнула кассой, отбивая чек. Ей хотелось, чтобы этот
мирный, привычный звук вернул Джа-стина
из заоблачных эмпиреев к реальности, чтобы он не впал в свой традиционный раж
пророка, который обычно заканчивался
кратким пребыванием в психиатрическом отделении больницы (впрочем,
безрезультатным для него).
Джон Макбрайд подтолкнул к Лиз пустую чашку, намекая, что ее следует снова
наполнить. При этом он пробормотал
недовольно:
- Если я сижу и помалкиваю, то из этого не следует, что меня можно не
замечать.
Лиз тотчас одарила высокопоставленного гостя самой очаровательной улыбкой из
своего арсенала.
- Вы всегда у меня под наблюдением, мэр. На кого из мужчин в моей кофейне я
могу смотреть с таким удовольствием,
как не на вас? Меня, честно, волнует, что вам как-то не по себе.
- А кому будет по себе, когда такое происходит? Нам приятно сидеть здесь и
взбадриваться твоим превосходным кофе,
Лиз, но большинству избирателей хочется знать, почему их мэр смакует кофе в
популярном заведении в разгар кризиса.
- Половина членов городского совета тоже здесь присутствует, - на всякий
случай заметила Лиз, окинув взглядом
довольно тесное, но уютное помещение. - Кто-то приобрел книжки по своему вкусу
для вечернего чтения, кто-то пожелал
побыть часок в кругу сограждан. Ко мне заходят и помощники шерифа, и патрульные
полицейские. Всем надо обогреться,
как и вам, мэр, в такую стужу.
- А ты не видела шерифа, Лиз?
- Сегодня она не почтила нас своим присутствием. Думаю, что у нее дел по
горло.
Макбрайд поморщился, хлебнув глоток крепкого черного кофе.
- Мне не спать всю ночь, - вздохнул он. - А агенты ФБР не появлялись?
Лиз знала, что мэр в надежде на быстрое раскрытие серийных убийств сам
настаивал на приглашении команды из бюро, и
понимала, что присутствие федеральных агентов страховало Рэнди от возможных
обвинений в некомпетентности, а также
спасало его репутацию.
Лиз сочувствовала всем, понимая их заботы и тревоги, - и Миранде с Алексом,
на которых свалилась такая тяжелая
ноша, и мэру, который многое поставил на свое избрание и, не будучи избранным
повторно, окажется буквально нищим. Все
надо учитывать, занимаясь бизнесом в самом центре провинциального городка. Ну а
те родители, кто сейчас оплакивает
детей, погибших в страшных муках? Сердце и душа Лиз не выдерживали такого
мощного потока хлынувших эмоций.
Обстановку, как ни странно, разрядил Джастин, изгнанный из кофейни и вновь
вернувшийся.
- Мэр Макбрайд! Я желаю, чтобы вы выслушали мое обращение.
Мэр изобразил на лице ироническую гримасу и повернулся к доморощенному
проповеднику:
- Я ловлю каждое изреченное тобой слово, Джастин. Не откладывай. Говори.
Используй свое конституционное право.
Джастин снова начал метать молнии в адрес вселенского зла, а тем временем
снег за окнами повалил густыми хлопьями.
На часах было ровно десять, и тьма над Гладстоуном сгустилась.


Бишоп, проходя мимо закрытой двери кабинета Миранды и услышав невнятные
голоса, понял, что она не одна, и решил
до поры до времени не заявлять о себе. В зале заседаний его приветствовал
безмолвным кивком Тони, занятый, как обычно,
работой на компьютере.
- Дело движется? - спросил Бишоп, заранее зная, каков будет ответ.
- Такими темпами, что скоро у нас будет в списке шесть сотен лавочек, где
продаются эти чертовы покрышки.

Посчитай, сколько времени потребуется, чтобы хотя бы набрать столько телефонных
номеров. Пытаюсь как-нибудь разумно
сократить это число. А что насчет вскрытия?
- Шарон убеждена, что парню ввели в вену то, о чем она раньше говорила, но, к
сожалению, это самое обычное средство
и свободно продается в аптеках. Конечно, по рецепту, но мы оба знаем, как легко
добыть любые рецепты.
- Никто не удосуживается даже телефонным звонком удостоверить подпись на
рецепте, - согласился Тони. - Но не в
наших силах исправить аптекарей, да и все человечество в целом. Я связался с
группой в бюро, расследующей преступления,
совершенные по Интернету, и получил миленький ответ, что здесь больше шансов у
любого разбойника, чем когда-то на
большой дороге. По-моему, этот якобы след заведет нас в тупик, и мы в конце
концов без толку расшибем себе лоб. А что
еще у тебя в загашнике, шеф? Скажи честно, ты ничего не выудил из этого
вскрытия?
- Ты подразумеваешь, что Шарон что-то могла проглядеть? Вряд ли. - Бишоп
направился к кофеварке и с жадностью
следил, как наполняется пластмассовая кружка. - Ни ей, ни мне ничего
материального не открылось.
- Тогда зачем ты был там и столько времени потратил зря? - Тони был
любознателен по характеру и настойчив в силу
своей профессии.
Он выждал немного, прежде чем задать прямой вопрос.
- Раз ты, Бишоп, осязательный телепат, то ты надеялся что-то вычитать,
касаясь мертвого тела? И оно тебе что-нибудь
сказало?
- Оно не откликнулось, - бросил Бишоп и включил свой портативный компьютер.
- И ничего не произошло, когда ты коснулся его?
- Пара видений промелькнула передо мной... вроде бы как вспышки молнии.
- Ну и?.. - оживился Тони.
- Должен тебя разочаровать. Лицо господа я не увидел и врата в рай тоже.
Прости, Тони.
- Тогда что же?
- Я полз в темноте по какому-то крысиному, узкому лазу.
- Неужели? Ты шутишь.
- Сейчас не время шутить.
Тони, только что вдохновленный и вскочивший со своего стула, сел обратно и
обмяк, будто надувная кукла, из которой,
открыв затычку, выпустили воздух.
- Не переживай так, Тони, - н

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.