Жанр: Любовные романы
Леденящий ужас
...е смог бы такого предположить. Мальчишкой я
здесь не гулял, другие дети — тоже. Слишком далеко от главного корпуса и
конюшен. Даже пять лет назад мы сюда не заглядывали. Ну, когда мы с Бишопом
помогли вам найти ту маленькую девчушку. Помню только, что мусору здесь было
немерено. А твои люди здесь ходили?
— Да... Представляю, что нас еще может поджидать.
Квентин мрачно кивнул:
— Какая здесь площадь? Акров двадцать? Тридцать? Плюс часть долины да
еще тропинки для верховых прогулок. Легче иголку в стоге сена найти. Разве
что с собакой искать...
— Можно попробовать.
— В любом случае эта могила находится на территории парка. Наверное,
потому ее и не тронули хищники. То есть скелет пролежал здесь довольно
долго. Но сколько точно — определит только судмедэксперт.
— Значит, пока нам известны две детали — это ребенок, и причина его
смерти — обезглавливание. Это мы и без экспертов определить можем.
— Сначала мы проведем анализ ДНК, — сказал Квентин. — Без него нельзя
определить возраст. А как только он нам станет известен, начнем сравнивать
данные анализа с данными членов семей, заявлявших о пропаже детей в этом
районе примерно в то время.
Нат лениво чертыхнулся:
— Что она говорит? Как она его нашла?
Квентин мельком взглянул на Дайану. Девушка сидела неподалеку на уложенных
друг на друга гранитных плитах, наблюдая за работой. Возвращаться в коттедж
она не захотела, только на минуту заскочила за кофточкой и присоединилась к
Квентину. До сих пор Дайана находилась в сильном волнении, потому говорила
очень мало.
— Ты же слышал ее рассказ, — ответил Квентин. — Она гуляла по саду,
забрела сюда, облокотилась на валун и заметила череп. Ничего удивительного,
он торчал из земли — почвенный слой смыло дождем, гравий ссыпался.
Разумеется, она обратила на него внимание. Он отличался от камней и цветом,
и формой. Будь я на ее месте, я бы тоже его заметил.
— И после этого она бросилась к тебе.
— Правильно. Она же знала, что я из ФБР. К кому ей еще бросаться?
Нат кивнул, скорее устало, чем недоверчиво.
— Да, вот уж повезло нам так повезло, — кисло заметил он. — Я знаю, ты
всегда подозревал, что у нас тут дети и гибли, и пропадали, даже список себе
составил. И вот теперь мы имеем первое подтверждение. Убийство чистой воды.
— Согласно моему списку, за последние двадцать лет на территории
Пансиона пропало трое детей. Даже четверо, если приплюсовать к ним
мальчишку, который, как вы считаете, просто убежал от родителей.
— Может быть, ты и прав... У нас тут творится что-то неладное, —
задумчиво произнес Нат.
— Может быть?
— Квентин, у нас уже висит убийство двадцатипятилетней давности. Убийцу
мы не нашли. Это — несомненно. Теперь на нас сваливается этот скелет,
возможно, принадлежащий одному из пропавших здесь детей... Но...
— Никаких
но
. Здесь не только дети пропадали, но и взрослые.
— Это ты так говоришь. А я говорю, что не верю. В большинстве всех
стародавних случаев протоколы не составлялись и документы по ним нигде не
фигурируют. Либо составлялись обычные заключения, в которых указывалась
правдоподобная и убедительная причина исчезновения. Детей могли похитить
раздельно проживающие родители, они сами могли убежать... К тому же
местность здесь горная, заблудиться — раз плюнуть. И где потом искать? Да и
не найдешь.
— Я все это знаю. Я в курсе, что в ваших лесах бесследно пропадали
преступники, находившиеся в федеральном розыске. Мне известно, что
предположительно убежавших от родителей детей вы честно искали. Но только
вот не находили. Полагаю, могли бы и не разыскивать. Здесь они, в этой
земле. Нат, в Пансионе происходят странные вещи.
Нат снова вздохнул.
— Теперь тебе, наверное, будет легко убедить директора Пансиона дать
разрешение на просмотр документации, — произнес он печально. — Только если
тебе все-таки откажут, к судье обращаться не советую. Придется доказывать,
что убийство как-то связано с Пансионом.
— А что тут доказывать? Могила обнаружена на территории сада — вот тебе
и все доказательства.
— Я так и думал, что ты не остановишься и пойдешь к судье. Все
правильно ты говоришь. — Нат отвернулся, посмотрел, как работают его люди. —
Проклятие, когда же это успело так похолодать? — пробормотал он, поежился и
застегнул
молнию
на куртке.
Квентин мог бы ответить ему:
Двадцать пять лет назад
, — но благоразумно
промолчал. Он, как и Нат, ждал, когда полицейские вскроют тайную могилу и
вытащат из нее скелет.
Мэдисон хорошо знала, что сейчас ей ни в один из садов ходить не следует,
особенно в тот, где работали полицейские. Мама строго-настрого запретила ей
покидать здание. Но девочка была очень любопытной, к тому же маленькой, и
умела незаметно перемещаться между взрослыми. Те ее просто не замечали. Так
она оказалась вблизи места действия. Рядом с ней находилась ее новая подруга
Бекки.
— Они нашли Джереми, — сказала она Мэдисон, которая стояла, прижимая к
себе Анджело, чтобы тот случайно не заскулил. — Косточки его выкапывают.
— Так это, значит, Джереми, — проговорила Мэдисон и нахмурилась. —
Послушай, Бекки, но если он неживой, откуда ты его знаешь?
— Он не совсем неживой. Они его просто не видят. Они видят только
косточки. Правда, не все. Вон та леди, — Бекки кивнула в сторону Дайаны, —
его видела и может подтвердить, что косточки — это не весь он.
— Вон как, — прошептала Мэдисон.
— Да. Джереми захотел, чтобы его нашли, и показал ей, где он лежит. —
Бекки вздохнула. — Значит, он уже готов уйти.
— Уйти из Пансиона? — спросила Мэдисон.
— Да, он здесь уже очень долго.
— А ты тоже здесь находишься долго?
— Наверное, — пожала плечиками Бекки. — Я точно не знаю. — Она
взглянула на освещенные фигуры полицейских. — Раньше здесь было хорошо.
Сейчас тоже хорошо бывает, но редко. В основном страшно.
— Потому что... Ну, ты мне говорила... Оно приближается, да?
Бекки кивнула:
— Оно раньше здесь жило и теперь иногда приходит.
— Почему?
— Потому что они не знают, как остановить его. Они ведь не могут
остановить то, чего не видят, то, во что не верят.
— А ты в него веришь?
— Должна верить. Разве нет?
Мэдисон задумалась над словами подруги, машинально прижимая к груди щенка и
наблюдая за действиями взрослых.
— А леди, которая видела Джереми, наверное, может увидеть и его? —
медленно сказала она. — Как ты думаешь, Бекки?
— Наверное, может. — Девочка повернулась и посмотрела в глаза Мэдисон.
— Слушай, а может, она за этим сюда и приехала? Тогда ей следует
поторопиться.
— Проследить перемещение ребенка спустя много лет? Да ты что? Скажи
спасибо, что его вообще нашли. Нам даже причину убийства скорее всего
никогда не установить. — Нат презрительно фыркнул. — Адский холод. Черт
подери, я замерзать начинаю.
— Да, холодок прямо жуткий, — кивнул Квентин и непроизвольно посмотрел
на Дайану.
Нат уловил его взгляд, снова нахмурился:
— Думаешь, имеет смысл поспрошать ее еще раз? Сомнительно как-то. Что
она тебе говорила? Она увидела череп или задела его ногой?
— Нат, она говорила мне то же самое, что и тебе, ни словом больше.
— О чем? — Нат пригнулся к самому уху Квентина. — Она тоже из ваших? У
нее есть дар?
Квентин удивился тому, что полицейский вдруг заговорил с ним открыто о его
работе, но не стал отвечать сразу.
— В ее случае это скорее не дар, а проклятие. С одной стороны, она о
нем слышать не хочет, а с другой — не умеет эффективно им пользоваться.
Дайана могла бы нам помочь, но она не согласится. По-моему, она собирается
покинуть Пансион вместе с теми постояльцами, которые сейчас уже пакуют вещи.
Ладно, пусть уезжает.
— Я краем уха уловил беседу одного уезжающего с директрисой. Он явно
был на взводе, говорил, что не может позволить себе ненужной рекламы, —
смущенно произнес Нат. — Думаю, остальные бегут отсюда по той же причине.
Боятся оказаться в центре скандала. Как только об этом пронюхают
корреспонденты, тут начнется кошмар. Выкопают все и обо всех, все интрижки и
шалости сразу же вылезут... А многим гостям явно есть что скрывать.
— Не сомневаюсь, — кивнул Квентин. — Пансион заслужил устойчивую
репутацию тихого местечка, где уважают частную жизнь и где можно без особых
забот и отдохнуть, и поразвлечься. Если журналисты начнут тут ползать, могут
кого-то и узнать. И прости-прощай тогда спокойный отдых. Выкопают, что было
и чего не было. А в том, что пресса сюда понаедет, я не сомневаюсь. Как
только пойдут слухи об убийстве двух детей — вот тогда держись, Нат. Но их
можно и остановить. Все-таки Пансион — место удаленное, и здешние жители не
любят, когда чужаки суют нос в их дела. Не думаю, что они станут много
болтать. В ближайшее время журналистов точно можно не ждать. Кроме того...
Нат не дал ему закончить, подхватив мысль:
— ... кроме того, Пансион — один из основных работодателей. Каждый
местный лично заинтересован, чтобы он процветал. Следовательно, все будут
помалкивать. Ты так хотел сказать? — спросил он решительно, но беззлобно.
Квентин усмехнулся. Нат говорил как истинный выходец из этих мест. Да он и
родился и вырос в Лежэ.
— Именно, Нат. Так я и хотел сказать. Я сам натолкнулся на заговор
молчания, когда обходил жителей с расспросами. Необходимые документы у меня
на руках были, я их показывал, но все делали удивленные глаза и качали
головами. Слышал одни отговорки, извинения, жалобы на провалы в памяти...
Конечно, я намек понял. Мне дали понять: не следует совать нос в дела
Пансиона. Я попробовал действовать иначе — получить ордера на допросы.
Отказали, разумеется.
— Капитан! — позвал Ната один из полицейских, стоящий у выкопанной
могилы.
Нат и Квентин одновременно вышли из толпы и приблизились к нему.
— Мы тут кое-что нашли, — сказала Салли Чавес из криминального отдела.
— Да? И что же? — с интересом спросил Нат.
— Вот, сами посмотрите.
Она присела на корточки и ткнула пальцем в землю. Могилу уже почти разрыли,
из земли выступал полный скелет. Ноги вытянуты, руки раскинуты в стороны.
Череп полицейские положили туда, где он и должен был находиться, возле
шейных позвонков. Квентин отметил про себя, что скелет лежит в земле
аккуратно, словно кто-то готовил его к погребению. Он знал, что одни убийцы
с невероятным почтением и заботой относятся к телам своих жертв, другие —
просто бросают их.
— Да это же часы! — воскликнул Квентин.
— Да, — кивнула Чавес. — Надеты на правое запястье. Следовательно,
мальчик был левшой.
— Мальчик? — переспросил Нат.
— Скорее всего. Часы мужские, девочки такие не носят. Правда, по
скелету пол определить сложно, особенно если он принадлежит ребенку. У тех,
кто достиг половой зрелости, признаки пола уже выражены. Часы явно мужские,
на ремешке, но он истлел. Будь они на браслете, металлическом или
пластмассовом, то он сохранился бы.
— Размер часов совсем не детский, — отметил Квентин. — Они больше.
Такие дарят на вырост, обычно за какие-то успехи или достижения.
— Мне отец подарил точно такие же, когда меня зачислили в школьную
футбольную команду, — проворчал Нат.
— Поближе взглянуть можно? — Квентин посмотрел на Салли.
— Секунду. Райан, сделай несколько снимков руки с часами.
Ее напарник, флегматичного вида немногословный молодой мужчина, счищавший
щеткой грязь с левой стопы скелета, неторопливо поднялся, снял с плеча
фотоаппарат, защелкал затвором.
Чавес, не снимая перчаток, осторожно сняла часы с кости, бегло осмотрела их,
сунула в пластиковый пакет с надписью
Вещественные доказательства
и
передала Нату.
— По-моему, нам крупно повезло, — проговорил тот, оглядев часы со всех
сторон. Капитан встал. За ним поднялся и Квентин.
— Ты прав, — кивнул он, взглянув на крышку часов. — Здесь гравировка:
Лучшему игроку команды Джереми Гранту
.
— Его звали Джереми Грант, — прошептал Нат.
— Как, вы сказали, его зовут? — раздался вдруг голос Дайаны. — Джереми
Грант?
Нат и Квентин вздрогнули от неожиданности и одновременно повернулись к
девушке. Она стояла метрах в двух от них и не могла ни видеть гравировку, ни
слышать голос Ната. Лицо ее напряглось, голос заметно дрожал.
— На крышке часов написано, да? Джереми Грант? — повторила Дайана.
Квентин шагнул к ней:
— Дайана...
— Скажи мне, Квентин.
— Спроси ее, откуда она знает его имя, — потребовал Нат.
Дайана умоляюще смотрела на Квентина.
Он вспомнил совет Бишопа стать для нее якорем и подумал, что сейчас для
этого самое время. Дайана наверняка видит перед собой дверь, и если он
сейчас же не возьмет ее за руку, она может исчезнуть. Возможно, она уже
скрывалась за дверью, уходила в тот, другой мир. И не один раз.
Квентин быстро пересек расстояние, разделяющее их, взял ее холодную руку в
свои ладони.
— Да, Дайана. Мальчика звали Джереми Грант. Это имя выгравировано на
крышке часов, — просто сказал он. — Ты его видела?
Из ее груди вырвался тихий звук, не то смех, не то вздох.
— Видела... — Она помолчала. — Не только видела. Я с ним разговаривала.
Стефания Бойд, директор Пансиона, не знала, что делать. Как только прошел
слух, что на территории парка найден скелет мальчика, с десяток гостей
упаковали чемоданы и уехали. Столько же собирались это сделать в самое
ближайшее время. Те же, кто решил остаться, находились в шоке. Их, мягко
говоря, вовсе не радовала перспектива оказаться в центре скандала. Они
требовали от Стефании уверений, что полиция скоро уедет и что газетчики
ничего не пронюхают и не наводнят Пансион.
Пока репортеры не появлялись. Стефания до боли стискивала пальцы, понимая,
что это только пока, но неизвестно, что будет завтра.
Мало того, на нее свалилась еще одна напасть.
— Капитан, вы неудачно пошутили, — сказала она Нату Макдэниэлу,
надеясь, что тот не слышит в ее голосе отчаяния.
— Да какие уж тут шутки, мисс Бойд. Я говорю вполне серьезно, —
решительно, но и не без некоторого недовольства возразил он. — Версий у нас
несколько, и одна из них, к сожалению, самая правдоподобная — убийство. Его
мы и собираемся расследовать. В самое ближайшее время мы сделаем анализ
костей на ДНК, но уже сейчас нам известно, что это мальчик восьми лет по
имени Джереми Грант и что он бесследно исчез на территории Пансиона десять
лет назад. Отец его в то время работал здесь садовником и умер спустя
несколько лет. Местонахождение его матери сейчас устанавливается, мы уже
подали документы на федеральный розыск.
— Вы не можете утверждать, что ребенка убили на территории Пансиона, —
глухо возразила Стефания, не слыша собственного голоса. — И вы не знаете,
кто убийца.
— Могилу нашли на территории английского сада.
— В то время он не входил в состав садов, принадлежавших Пансиону.
— Не входил, но забор проходит дальше. Значит, это территория Пансиона.
Стефания откинулась на спинку кресла, посмотрела на Ната. Его массивная
фигура, казалось, занимала почти все свободное пространство ее крошечного
кабинета.
— Поправьте меня, если я не права. Никаких иных доказательств, что
убийство совершено на земле, принадлежащей Пансиону, кроме того, что могила
расположена до забора, у вас нет.
— Мисс Бойд...
— Можете называть меня Стефанией, — сухо произнесла она. — Насколько я
понимаю, нам с вами предстоит часто встречаться. Во всяком случае, в
ближайшие дни.
— Боюсь, что так, Стефания. — Нат грустно кивнул. — Я бы рад сообщить
матери Джереми Гранта, что ее сын просто пропал, но не могу. Мы имеем дело с
явным убийством. — Он помолчал, затем прибавил: — Меня зовут Нат.
Она рассеянно кивнула:
— Ну и как же вы собираетесь расследовать убийство десятилетней
давности? Конечно, у нас есть люди, которые работали и тогда, но где вы
возьмете улики и вещественные доказательства? Как можно что-нибудь найти по
прошествии стольких лет?
Нат не стал говорит, что у него есть два помощника — агент ФБР, увлеченный
раскрытием преступления аж двадцатипятилетней давности, и молодая женщина с
травмированной психикой, вероятно экстрасенс, которую, была б его воля, он
поместил бы под наблюдение врачей. Он сказал иначе:
— Будем стараться, мисс Стефания. Пока мне ясно одно — расследование
необходимо вести без лишнего шума. Попробуем сделать так, чтобы ничего за
пределы Пансиона не вышло. Служащих ваших, конечно, придется допросить.
Думаю, не стоит возить их в полицейских машинах в город и обратно. А вы как
считаете?
— По-моему, вы мне угрожаете, Нат.
Он удивленно приподнял брови:
— Даже и не думаю. Я вам скажу больше — хотя я уверен, что преступление
совершено на территории Пансиона, мне никто не разрешит потребовать у вас
помещение для проведения допросов.
— Я тоже так думаю. Полагаю, учитывая давность совершения убийства,
судья вам не разрешит давить на нас.
— Верно. Но ни один судья в стране, — продолжал Нат приятным голосом, —
и не подумает заставит меня прекратить расследование. Не забывайте — дело
касается убийства ребенка. Иначе говоря, у нас с вами, Стефания, выбор
небольшой. Либо я приезжаю сюда в полицейской машине, предъявляю ордер и
забираю ваших работников одного за другим, либо вы выделяете нам здесь
помещение и мы тихо и незаметно ведем расследование.
Оба варианта Стефании не нравились. Вместе с тем она прекрасно понимала, что
с каким-то из них ей придется согласиться. Она машинально взяла со стола
свою шляпку с крупными вышитыми буквами
Директор
, быстро отложила ее и
снова спросила:
— Вы абсолютно уверены, что мальчик был убит здесь?
Нат помолчал, затем снова заговорил, еще печальнее:
— Видите ли, Стефания, все обстоит куда хуже. У нас есть информация,
что двадцать пять лет назад на территории Пансиона была убита маленькая
девочка. Предположительно могут быть и другие жертвы.
— Господи помилуй, — прошептала Стефания.
— Вижу, при приеме на работу вам ничего об этом не сказали, — сухо
заметил капитан.
— Мы не обсуждали историю Пансиона. Вообще в нее не вдавались. Двадцать
пять лет назад? И вы думаете, оба убийства как-то связаны между собой? Ведь
их разделяют пятнадцать лет!
Нат вздохнул:
— И тем не менее между ними может быть связь. Хотя мне не известны
серийные убийцы, действовавшие со столь длительными перерывами.
— Что? Вы сказали — серийный убийца? — Директор была потрясена.
— Это одна из версий, но и ее следует проверить.
Стефания покачала головой.
— Представляю, как взовьются репортеры. Они сделают из нас героев дня.
Пансион с первых страниц газет сходить не будет. — На ее лице появилось
страдальческое выражение. — Извините, это звучит бессердечно, особенно когда
речь идет о погибших детях... но если мальчика, как вы говорите, убили
десять лет назад и с тех пор здесь ничего подобного не случалось, значит...
Нату очень не хотелось вступать в дискуссию со Стефанией, поэтому, перебив
ее, он сухо произнес:
— За последние двадцать пять лет на территории Пансиона зафиксированы
три детские смерти в результате болезней, один ребенок предположительно
убежал от родителей, двое погибли якобы в результате несчастных случаев, а
двое, считая найденного нами сегодня, были, вне всякого сомнения, убиты.
Кроме того, еще двое детей бесследно исчезли.
Я не говорю уже о двух взрослых постояльцах, которые тоже исчезли.
Сообщение Ната ошеломило Стефанию. С минуту она молча смотрела на него.
— И все случаи имели место после гибели этого мальчика?
— Да, — кивнул Нат, припоминая факты, о которых в свое время говорил
ему Квентин. — Один ребенок исчез девять лет назад, двое умерли от болезней
восемь и шесть лет назад, а от родителей один ребенок убежал семь лет назад,
— медленно произнес он.
— Умерли в результате болезней, вы сказали? Наверное, их брать в расчет
не нужно. Ну, вы понимаете, о чем я...
— Понимаю, но мы будем брать их в расчет. Причиной смерти, судя по
медицинским заключениям, явилась какая-то странная лихорадка. Тогда
полицейского расследования не проводилось.
— Ну разумеется, — с надеждой сказала Стефания. — Смерть произошла по
естественным причинам.
— Увы, не вполне естественным, — возразил Нат. — Как мне сказали,
лихорадку вызывают некоторые яды. — Капитан надеялся, что Стефания не
догадается спросить его, кто ему такое сказал.
Директор была слишком расстроена, чтобы уточнять ответы. Она оперлась
локтями о стол, придавив папку с бумагами, потерла ладонями лицо и
прошептала:
— Проклятие...
Нат смотрел на Стефанию не просто с сочувствием, но с симпатией. Перед ним
сидела очень привлекательная блондинка, а Нат всегда питал к ним некоторую
слабость. Особенно к тем, чья женственность была столь ярка. Тщедушных
созданий наподобие тех, что заполонили страницы модных журналов, он не
любил. К тому же у Стефании не было обручального кольца. Как только капитан
это подметил, сразу же вспомнил печальный финал своего первого брака. С тех
пор он вел холостяцкую жизнь. Постепенно она ему понравилась.
Либо он считал, что такая жизнь ему нравится.
Нат всмотрелся в лицо Стефании, поймал взгляд ее глаз. Умный,
проницательный.
— Значит, Нат, ты всерьез веришь, будто в течение двадцати пяти лет на
территории Пансиона разгуливает серийный убийца?
Нат быстренько вспомнил, зачем он здесь, представительно насупился, помолчал
немного и ответил:
— Думаю, это вполне возможно. Да, кстати, чтобы вам совсем жизнь
подпортить, скажу, что эту идею разделяет один ваш постоялец. Он утверждает,
что даже имеет некоторые доказательства.
— Какой? — встрепенулась Стефания. — Ах, этот фэбээровец.
— Вы знаете, что он у вас остановился?
— Ну а как же. У него есть оружие, и, слава Богу, он догадался сообщить
нам об этом. Показал свои документы.
— И вы проверяли, действительно ли он работает в ФБР?
— Конечно. Ничего обидного, стандартная процедура. Не могу же я
допустить, чтобы по Пансиону разгуливал какой-то тип с пистолетом в кармане!
А так я спокойна — знаю, что он из ФБР и разрешение на ношение оружия у него
есть. Его фамилия Хейз, правильно? — Она вдруг нахмурилась. — Все понятно...
Теперь ясно, почему он здесь. По этому делу, да? Его сюда прислали на поиски
тела? Правда, он сказал, что собирается просто отдохнуть, не более того.
— Будет лучше, если вы назовете его присутствие здесь деловым отпуском.
— Нат вздохнул. — Двадцать пять лет назад, еще мальчишкой, Квентин был
здесь. Тогда-то и случилось первое убийство. Погибла девочка, и Квентин
никак не может этого забыть. Он не успокоится, пока не раскроет его.
Последние лет десять — двенадцать он проводит отпуск в Лежэ, копается в
бумагах, ищет, анализирует, проверяет, нет ли между всеми исчезновениями и
гибелью детей какой-либо связи. — Нат неловко поежился и прибавил: — Кстати,
он прекрасный детектив, все держит в голове.
— Похоже, очень увлеченный человек, если не сказать
зацикленный
, —
усмехнулась Стефания.
— Я бы тоже пришел к такому выводу, — уклончиво заметил Нат.
Стефания понимающе кивнула:
— Он помогает вам в расследовании гибели этого мальчика?
— Неофициально. Он будет осуществлять связь с ФБР. У нас нет
оборудования для анализа ДНК, да и судмедэксперта тоже. У нас отсутствует
опыт расследования преступлений с таким сроком давности.
— Ясно. Давайте вернемся к тому, что вы сказали пять минут назад. Вы
хотите действовать, не поднимая шумихи. Кон
...Закладка в соц.сетях
