Жанр: Любовные романы
Разбойник для Сибиллы
...дное кресло.
— Вот эту, пожалуй.
Берти открыла золотой тюбик, вытянула губы и принялась малевать их ярко-алой
помадой.
— Ну как? — Она откинулась в кресле, удовлетворенно созерцая
результат своих трудов. — Не слишком ярко?
— В самый раз. Чтобы гости не ослепли, выдадим им темные очки. Ну, ты
готова?
— Вроде бы. — Берти повернула голову к девушке. — Ты что, так
и пойдешь?
— Тебе не нравится? — Си Джей окинула взглядом льняную юбку и
шелковую блузку. По случаю приема она повесила на шею несколько цепочек и
надела тяжелые золотые серьги — подарок Берти к Рождеству.
— Для офиса и общения с агентами по торговле недвижимостью сойдет, но
принимать в таком виде гостей — ты меня извини!..
— Это ты их принимаешь, а не я. Да и что за гости?.. Доктор Уиллерсон
почти член семьи, а второй, как я поняла из твоих слов, не слишком удачливый
бизнесмен, который готов ишачить на
Парсонс индастриал
. Бьюсь об заклад,
меня никто и не заметит, будь я хоть в рубище.
—
Не слишком удачливый бизнесмен
, как ты изволила выразиться,
принадлежит к числу самых богатых и влиятельных людей в Америке. И о том,
чтобы на кого-то
ишачить
, нет и речи. Я предлагаю ему стать моим деловым
партнером. Поверь мне, дорогая, он заметит все, что нужно.
Си Джей метнула на тетку подозрительный взгляд.
— Ты что опять задумала?
— Я? Задумала? — Берти прижала к груди унизанные кольцами руки и
посмотрела на племянницу широко раскрытыми невинными глазами.
— Похоже, тебя пора действительно запереть в спальне!
— Вот она, благодарность за все мои заботы!
Носишься с детьми как с писаной торбой, а они так и норовят всадить тебе нож
в спину!
— Хватит сорить метафорами. Если я пойму, что ты заманила сюда этого
бедолагу, посулив ему сказочные доходы и меня в придачу, берегись, Берти!
— Господи, до чего же ты мнительна! По-твоему, у меня только и дел, что
искать тебе мужа.
— Именно! Только и дел! — мрачно подтвердила Си Джей. —
Вспомни того чокнутого банкира, что случайно оказался у нас на острове
прошлым летом.
— Чокнутого! Что у тебя за выражения?
— А как еще назвать того, кто носится по берегу в чем мать родила и
воет на луну?
— Ну, скажем,
несколько эксцентричным
.
Если пользоваться твоей терминологией, то и меня можно счесть
чокнутой
.
— Такой тебя все и считают. А тот архитектор... как уж его... Кент или
Кайл... словом, тот, что пытался взломать стенной сейф в твоем кабинете, он
тоже
несколько эксцентричен
?
По-моему, его эксцентрика тебя не слишком позабавила.
— Кто же мог знать, что он наркоман? — буркнула Берти. — Тебе
бы только придираться к тетке по всяким пустякам!
— А еще звезда футбола Джефри, у которого вместо головы футбольный мяч,
и художник, который, как выяснилось, предпочитает иметь дело с мужчинами, и
преуспевающий финансист, у которого было небольшое осложнение в Джорджии
жена и трое детей! А Моррис крупный риелтор...
— Кстати, Моррис — прекрасный человек!
— Между прочим, он хотел вымазать меня медом, а потом облизывать!
— У каждого свои эротические фантазии, жеманно произнесла Берти. —
Кто знает, может, тебе бы и понравилось. Подумаешь, хотел слизывать мед...
— Только с моего трупа! — рявкнула Си Джей. Еще раз уличу тебя в
сводничестве — учти, призову на помощь доктора Уиллерсона, и мы отправим
тебя в дом для старых маразматиков.
— Да кто его станет слушать, твоего Уиллерсона? Он же шарлатан! —
Берти усмехнулась. А ты охотишься за моими деньгами — это всякому ясно.
Слава богу, у нас есть законы для защиты беспомощных стариков от хищных
родственников.
— Это ты беспомощная? Ха! Если кто здесь и нуждается в защите от хищных
родственников, так это я.
— Вот что, Си Джей, не заговаривай мне зубы.
— Интересно, кто кому заговаривает!
— Думаешь, заморочила мне мозги — я и позабуду, что тебе следует
переодеться к ужину?
Нет, милочка, ошибаешься. И насчет моей памяти, и насчет сводничества. Нам с
мистером Джеймисоном надо обсудить серьезные финансовые проблемы. Просто
гораздо удобнее побеседовать здесь, чем в Майами, только и всего.
Не скрою, он дьявольски красив, умен и вообще завидная партия, но, уверяю
тебя, я пригласила его погостить у нас несколько дней без всякой задней
мысли.
— Погостить? — Глаза девушки сузились. Здесь? В усадьбе?
— Ну а где еще? Не в палатке же на берегу? Я поместила его в зеленом
коттедже.
— Так-так! — Си Джей изо всех сил старалась сохранять
самообладание.
Зеленый коттедж от ее маленького бунгало отделяли только заросли бугенвиллеи
да несколько редколистных пальм.
— Ну же, будь умницей, детка, ступай переоденься. Твое алое вечернее
платье будет великолепно смотреться с тем колье из рубинов и брильянтов. И,
ради бога, приведи в порядок голову! У тебя такие роскошные волосы, а
болтаются, как пакля. И еще...
— Хватит, хватит! Я уже иду!
Взмахом руки Си Джей оборвала готовую последовать лекцию об искусстве
соблазнять мужчин.
Увы! Если Берти настроилась на
светскую
волну, значит, весь остров обязан
ей подыгрывать.
У двери, по обыкновению, торчала свора злобных собачонок, ожидая приказа
следовать за Берти вниз, в гостиную, где они будут терроризировать каждого,
кто посмеет приблизиться к хозяйке. Си Джей с опаской обогнула их, особенно
зорко следя за серой дворняжкой. И недаром: помесь пуделя с собакой
неизвестной породы ринулась ей наперерез с поразительной для своего
преклонного возраста скоростью.
— Тэффи! — раздался властный оклик Берти.
Собака сразу поджала хвост и все-таки враждебно зыркнула в сторону Си Джей.
Та ответила благодушной улыбкой и пробормотала:
— Когда-нибудь мы с тобой останемся один на один...
— Что ты говоришь, детка?
— Я говорю, красное платье порвалось. Я нечаянно наступила на подол,
когда мы были у Лейкерсонов.
— Какая досада! — посетовала Берти. — Тогда надень маленькое
черное платьице, что я недавно купила тебе в Нью-Йорке. То, в котором...
— То, в котором я выгляжу как уличная девка.
— Чепуха! У тебя великолепная фигура. Честное слово, грех скрывать ее
под твоими жуткими балахонами!
Си Джей остановилась в дверях и глянула на Берти через плечо.
— Учитывая тот факт, что дьявольски красивый мистер Джеймисон находится
здесь для обсуждения исключительно деловых вопросов, не могу понять, какое
значение имеет мой внешний вид.
— Ты же знаешь, я люблю, чтобы все было красиво.
Си Джей невесело усмехнулась.
— Я буду готова через двадцать минут.
Два просторных коттеджа для гостей спрятались в рощице красноствольных
гибискусов и высоких австралийских сосен метрах в ста от большого дома. Их
окружали шпалеры бугенвиллеи и плетистых роз, разливающих несравненный
аромат в теплом вечернем воздухе.
Гаррет стоял, облокотясь о каменный парапет, и любовался огненным диском,
величественно приближающимся к линии горизонта.
Он не привык к таким стремительным закатам. В Висконсине, где он родился и
вырос, летние вечера тянулись бесконечно долго. А тут... кульминационная
вспышка света — и почти следом густая, бархатная тьма, наполненная
освежающим бризом и шепотом волн, расчерченная мириадами звезд, которые
потускнеют, едва над морем взойдет луна.
Природа стихла словно в предчувствии неведомых чудес, исполнения всех
желаний. Да и чего желать в такую сказочную ночь?
Гаррет вздрогнул, будто очнувшись, и увидел прямо перед собой семейство
пеликанов, торжественно проплывающих по гладким водам залива, а чуть дальше
— какую-то птицу с длинной грациозной шеей: лениво хлопая крыльями, она
двигалась к северу.
С песчаной полоски за дамбой доносился птичий гомон; поглощенный своими
мыслями, Гаррет только теперь его расслышал.
Рука невольно потянулась к виску, где вздулась шишка — след от арбалета...
Отделившись от каменного барьера, Гаррет одернул закатанные рукава рубашки,
застегнул манжеты и, натянув на плечи вечерний пиджак, широким шагом
двинулся к дому.
ГЛАВА ВТОРАЯ
С парадного крыльца ему навстречу метнулось множество истерично тявкающих
собачонок. Они сбились в кучу, спотыкаясь и буксуя на скользких ступенях.
В дверном проеме возникла сутуловатая фигура.
— А ну, пошли вон! — прикрикнул мужской голос.
Шавки неуклюже повиновались, но оглушительный хор еще долго не умолкал.
— Вон! — Дворецкий Уинтроп погрозил им кулаком и кивнул Гаррету,
приглашая внутрь.
Наконец лай стих в глубине старого дома.
— Спрашивается, для чего держать столько дармоедов? Какой с них прок?
Иное дело — кошка, она животное полезное, а эти уроды кому нужны? —
Старик неодобрительно покачал головой.
— Между прочим, я все слышу!
Гаррет, еще не повернувшись, узнал голос леди д'Аллер.
— Сам ты дармоед! Я час назад просила принести мне что-нибудь выпить и
до сих пор умираю от жажды!
— Не час, а три минуты, ваша милость, — спокойно уточнил Уинтроп,
проходя вместе с Гарретом в гостиную. — Вам лимонад или минеральную?
— Виски! — прогремел голос от камина. — На кой черт мне твой
лимонад?!
— Виски нельзя, — с неприкрытым злорадством отозвался дворецкий.
Доктор запретил.
Не хотите лимонаду — велю кухарке заварить чаю с мятой.
— Да чтоб тебе... А-а, Гаррет Джеймисон! Рада вас видеть. —
Хрупкая женщина в инвалидном кресле приветливо улыбнулась и протянула ему
унизанную кольцами руку. — Как мило с вашей стороны откликнуться на мое
приглашение!
— Мог ли я упустить такую возможность, леди д'Аллер? Что ни говори, вы
умеете пробудить к себе интерес.
В ее карих глазах заплясали чертики.
— В былые времена, юноша, я пробуждала к себе интерес, не прибегая к
подкупу.
— Вне всяких сомнений.
— И пожалуйста, давайте обойдемся без
леди
. Для вас я просто Берти. С
тех пор как умер мой муж — а тому уже минуло немало лет, — я перестала
быть
леди
.
— Что правда, то правда, — проворчал Уинтроп. — Что будете
пить, сэр? Виски?
— Ты уволен, Уинтроп! — выпалила Берти.
— Слушаюсь, ваша милость. — Не моргнув глазом старик снова
обратился к Гаррету:
— Какую марку предпочитаете? У нас найдется на любой вкус. А заодно я
принесу чай ее милости. — Он одарил Берти притворно-подобострастной
улыбкой.
— Чему радуешься? — усмехнулась в ответ хозяйка. — Чтоб ты
знал, я исключила тебя из своего завещания. Ни цента не получишь.
— Как прикажете, ваша милость. — Уинтроп взглянул на Гаррета с
видом великомученика и многозначительно покрутил пальцем у виска. Ум, сэр,
не каждому дается.
— Ничего, чтоб вышибить тебя отсюда, у меня ума хватит, — заявила
Берти. — Ну кончай дурака валять, неси виски! И не разбавленную мочу,
какую ты всегда подаешь, а чистый
скотч
.
Пошевеливайся!
Дворецкий возвел глаза к небу, и Гаррет с трудом сдержал улыбку.
— Садитесь, садитесь, — пригласила Берти, указывая на кресло-
качалку. Я нарочно придумала для Си Джей кое-какие поручения, чтобы спокойно
поговорить с вами. Я хочу окончательно убедиться, что наш уговор остается в
силе. Надеюсь, вы не пойдете на попятную?
Гаррет задумчиво поглядел на сидящую напротив женщину: на маленьком
сморщенном лице горели нетерпением живые, как у обезьянки, глазки. В этом
хрупком немощном существе сразу чувствовались цепкий ум и стальная воля.
— По-прежнему считаете, что я спятила?
— И в мыслях не было, — ухмыльнулся Гаррет. — Кстати сказать,
это меня и пугает.
Она весело рассмеялась.
— В начале века мой отец основал
Парсонс индастриал
буквально на
голом месте, а сегодня мы имеем филиалы в двадцати с лишним странах мира. Но
все это вам известно, не так ли? Иначе вы не были бы здесь.
— Мм... да, я навел кое-какие справки.
— Вы поступили согласно моим ожиданиям.
Мне бы не хотелось, чтобы моя внучатая племянница вышла замуж за... э-э...
безрассудного человека.
— А наш уговор вам не кажется безрассудным?
— Напротив. Он сулит нам обоим немалую выгоду.
Гаррет заглянул ей в глаза.
— Вот-вот, насчет вашей выгоды. Что вам сулит подобная сделка, кроме
душевного спокойствия?
На лице Берги отразилось удовлетворение; у Гаррета возникло такое чувство,
будто он выдержал некий экзамен.
— Когда мой отец был вынужден по болезни удалиться от дел, он передал
управление
Парсонс индастриал
своим детям. Мой брат Джеймс получил сорок
девять процентов акций, а оставшийся пятьдесят один процент поделили мы с
сестрой. Вполне справедливое решение, ведь ни я, ни моя сестра Клара не
интересовались бизнесом. Джеймс представлял нам необходимые бумаги на
подпись, и компания процветала. Я вышла замуж за француза, а Клара за Джона
Карузерса и родила ему двоих сыновей, один из которых стал впоследствии
отцом Си Джей. Вы меня слушаете?
— Весь внимание!
— Потом Клара умерла, завещав мне свою долю, но я по-прежнему не глядя
подписывала все присылаемые братом доверенности. После смерти мужа я
вернулась в Штаты и обнаружила, что как дома, так и в компании творятся
странные вещи. Родители Си Джей погибли в результате несчастного случая за
четыре года до моего приезда, и в доме брата с девочкой обращались как с
приблудным котенком. Я немедленно взяла ее к себе, чему все несказанно
обрадовались. Гораздо меньше удовольствия Джеймсу, его сыну и двум внукам
доставило то, что я начала вникать в дела
Парсонс индастриал
, и то, что я
узнала, мне совсем не понравилось. — Старуха сдвинула брови и покрепче
вцепилась пальцами в резной набалдашник трости. — Оказывается, брат
вложил деньги в химическое производство, отравляющее воду и воздух, и в
предприятие по заготовке древесины, которое безжалостно истребляло леса, и в
военную промышленность, выпускающую оружие, бомбы и ракеты для уничтожения
ни в чем не повинных людей. Мы заключали торговые сделки с диктаторскими
режимами на очень выгодных условиях. Но это были грязные деньги.
И я твердо решила все поломать.
— И брат вам позволил?
— А что он мог сделать, когда у меня контрольный пакет? Я поставила
вопрос ребром: либо выполняй мои указания, либо выметайся ко всем чертям.
Они там, в Нью-Йорке, до сих пор в себя прийти не могут, хотя я лично уже не
веду никаких дел. Я передала компанию моему помощнику Эммету Ройсу. —
Она снова нахмурилась. — Но он, как и я, уже не молод и поговаривает о
том, чтобы уйти на покой. А у меня, честное слово, есть более интересные
занятия, чем надзирать за моими племянниками.
— И теперь они видят возможность вернуть свой приоритет?
— Не то слово! Они не чают избавиться от надоедливой старухи,
помешанной на своих романах. Наглецы! — Берти затряслась от беззвучного
смеха. — Конечно, все мы не вечны, но, клянусь, я не уйду в мир иной,
пока не буду уверена, что оставляю
Парсонс индастриал
в надежных руках. Я
вас имею в виду, мистер Джеймисон. Си Джей — моя основная наследница.
Женитесь на ней — и контрольный пакет ваш.
Гаррет понимающе кивнул.
— А почему вы не хотите передать все дела ей?
— Да вы что! Эти стервятники разорвут девочку на части. Хуже того
обведут ее вокруг пальца. — Она пристально посмотрела на
Гаррета. — Теперь я жду вашего решения, да или нет?
Гаррет позволил себе еще раз все взвесить. В конце концов, почему бы и нет?
Берти верно угадала его тайные мысли: обзавестись семьей и наследником самое
время, а играть в любовь вовсе не обязательно.
— Поскольку у нас деловое соглашение, — негромко произнес
он, — вы, очевидно, захотите скрепить его на бумаге?
— Разумеется. Я вверяю вам свою племянницу и свой бизнес, но учтите:
они неразделимы.
В случае развода вы теряете все — таково условие контракта.
— Идет! — выдохнул Гаррет, внезапно ощутив невероятную усталость.
— Когда-нибудь она сведет меня в могилу, ворчала Си Джей, осторожно
спускаясь по лестнице, чтобы не оступиться и не рассыпать две пригоршни
шпилек. — Что за блажь? Зачем ей теперь шпильки? Уинтроп! Ну слава
богу, хоть одна живая душа! А я уж было подумала, что Берти опять рассчитала
всю прислугу без моего ведома.
Дворецкий подставил ладони, и Си Джей высыпала в них шпильки.
— Ваша тетушка велела мне вас поторопить.
Вроде бы шпильки ей уже не нужны.
— Когда-нибудь я задушу ее собственными руками, и суд меня оправдает!
Си Джей было направилась в гостиную, но на полпути оглянулась на старого
дворецкого. — Уинтроп, что-то доктор зачастил к нам в последнее время.
Надеюсь, у Берти нет проблем со здоровьем?
Тот слегка пожал плечами.
— Насколько мне известно — нет. Доктор Уиллерсон каждую неделю у нас
ужинает. Как будто здесь ресторан!
— По-твоему, за его экстренными визитами ничего не стоит, кроме личного
интереса?
— Экстренными?..
— Я же говорю, на этой неделе он навещал ее дважды — в понедельник и в
среду.
Замешательство лишь на миг отразилось на лице Уинтропа. Если бы я не знала
его, сколько себя помню, то ничего бы и не заметила, подумала Си Джей.
— Боюсь, вы ошибаетесь, мисс. В усадьбе ничего не происходит без моего
ведома... Прошу вас, поторопитесь. Вам лучше меня известно, как она не любит
ждать.
Си Джей поморщилась.
— Иду, иду! Спасибо, Уинтроп.
Она двинулась к гостиной, обуреваемая безотчетным страхом. Уинтроп что-то от
нее скрывает. За двадцать три года такого еще не случалось.
— Боже! — в смятении прошептала она и обхватила руками открытые
плечи, пытаясь унять набежавшую дрожь. — Что с тобой, Берти? Почему ты
не хочешь со мной поделиться?
Гаррет не спускал глаз с двери и чувствовал себя гангстером, который зашел в
салун пропустить стаканчик виски.
На случай внезапного нападения он занял такую позицию, чтобы постоянно быть
лицом к двери и в то же время не поворачиваться спиной к хозяйке.
Но несмотря на все меры предосторожности, появление Си Джей застигло его
врасплох.
Девушка словно материализовалась из воздуха — только что дверной проем был
пуст, и вот она уже здесь. В первый момент все ее внимание сосредоточилось
на Берти, подкатившей свое кресло к столику со спиртными напитками.
А Гаррет, оставаясь незамеченным в тени у камина, с любопытством наблюдал за
ее реакцией.
Поначалу он даже не поверил, что задиристый мальчишка с прилипшими к потному
лбу спутанными волосами, едва не пригвоздивший его к пальме стрелой из
арбалета, и молодая женщина, с улыбкой направляющаяся к хозяйке дома, одно и
то же лицо.
Она показалась ему выше ростом, отчасти благодаря высоким каблукам вечерних
босоножек бронзового цвета, и ноги, которые обуты в эти туфельки, такие
длинные и стройные, что закачаешься! Платье представляет собой кусок черной
ткани, доходящий до середины бедер и весьма заманчиво обтягивающий
бесподобную фигуру.
В ушах покачиваются большие висячие серьги — медь и бронза, — чуть ниже
талии, подчеркивая каждое движение, переливается пояс из множества черных и
бронзовых бусин.
Вот она засмеялась в ответ на какую-то реплику Берти, и смех ее неожиданно
отозвался радостью в душе Гаррета. Пожалуй, на нее приятно смотреть, когда
она смеется.
Но он вдруг вспомнил, что этот смех ему придется слышать не день и не месяц,
а всю жизнь, и у него на миг защемило сердце. Чему приписать странное
ощущение — нетерпению, страху или чувству вины, — Гаррет не успел
разобрать, потому что невероятно синие глаза, обведя комнату, обратились к
нему.
На миг в ее взгляде промелькнуло недоумение, потом едва заметная морщинка
перерезала гладкий лоб, зрачки расширились и краска медленно сползла со щек.
Гаррет с другого конца комнаты послал ей светскую улыбку и раскованной
походкой двинулся навстречу.
— Какого черта он тут...
— Что-что? — Берти вскинула на племянницу глаза.
— То есть я... — Си Джей увидела стакан в руке у старухи, и
незнакомец тут же вылетел у нее из головы. — Ради всего святого, Берти!
— Мне Уиллерсон прописал! — заявила та.
— Ничего подобного!
— Нет, прописал! Можешь сама у него спросить.
Си Джей решительно отобрала у нее стакан.
— Он как-то сказал, что изредка ты можешь позволить себе глоток виски.
Слышишь — глоток, а не порцию матроса в таверне! — Си Джей приподняла
бокал, почти доверху наполненный золотистой жидкостью.
— Какая же ты зануда! — Берти возмущенно повела плечами, и яркая
шаль заструилась вниз, обнажая их. — Сама Керри Нейшн могла бы
поучиться у тебя благочестию.
— Ей не приходилось иметь дело с тобой, отрезала Си Джей. — И не
будем пререкаться при госте.
Наконец-то она удостоила взглядом высокого кареглазого незнакомца, стоящего
теперь у нее за спиной, и спросила себя, отчего ее сердце вдруг забилось
чаще.
Он с вызовом посмотрел ей в глаза. Она вспыхнула, но не отвела взгляда.
— Так вы и есть Гаррет Джеймисон?
— В чем дело, Си Джей? — недовольно проговорила Берти. — Ты
что, не можешь дождаться, когда тебя представят как подобает?
Она переместилась так, чтобы оказаться между ними, и при этом как бы
невзначай задела племянницу по ноге колесом кресла.
— Вот, Гаррет, эта взбалмошная юная леди, как вы, наверное, уже
догадались, моя внучатая племянница Си Джей Карузерс. Вообще она умеет себя
вести, но сегодня что-то на нее нашло. А теперь, детка, можешь
поздороваться.
Си Джей растянула губы в такой фальшивой улыбке, что у нее челюсти свело.
Гаррет подошел к ней слишком близко, она была вынуждена задрать голову. Этот
не упустит случая тебя унизить!
— Полагаю, вы уже рассказали Берти о нашей сегодняшней стычке?
— Что? — Берти завертела головой. — Какой еще стычке?
Он лениво усмехнулся.
— Да нет, собственно... я пока ничего не говорил.
Берти тут же засыпала племянницу вопросами, а та внутренне выругала себя за
свою оплошность.
— Дело в том...
— Дело в том, — подхватил Гаррет, — что я вышел сегодня в
полдень погулять по острову, а ваша племянница наткнулась на меня и...
видимо приняв за браконьера, обошлась со мной весьма решительно.
— Боже правый! — Берти наградила Си Джей уничтожающим взглядом.
Неужели мистер Джеймисон и есть твой
незваный гость
— агент по
торговле недвижимостью?
— Ты же не потрудилась сообщить мне, что пригласила мистера Джеймисона
в гости, — оправдывалась Си Джей. — Вот я и решила, что по острову
рыщет разбойник...
— Это переходит всякие границы! Она все печется о моей безопасности! А
ты подумала, что могло бы случиться, если бы на месте мистера Джеймисона
действительно оказался разбойник?.. Раз и навсегда прошу тебя прекратить
твои детские игры в скаутов! Не для того я тебя растила, чтоб дать тебе
погибнуть от руки вооруженного бандита. Завтра же на острове будет
постоянная охрана, дабы моей драгоценной девочке стало не с кем
расправляться, кроме как с теткой.
— Обрадовала! — попыталась отшутиться Си Джей. — Я бы
предпочла сражаться с армией вооруженных бандитов.
— Давай обойдемся без лести. Подай-ка мне лучше вот это. — Берти
протянула руку к стакану с виски. — Ты меня совсем выбила из колеи.
Си Джей шагнула к камину и отодвинула стакан подальше, чтобы тетушка никоим
образом не могла до него дотянуться.
— Тебя выбьешь! Когда, наконец, ты начнешь оглядываться на свой
возраст?
— Я оглядываюсь, — безмятежно отозвалась Берти. — Разумеется,
я уже не та, что была пятьдесят лет назад, одн
...Закладка в соц.сетях
