Жанр: Любовные романы

Мое бурное прошлое

сторінка №24

ку и заключил в
объятия. Он распространял аромат лосьона после бритья и свой собственный
очень приятный запах, напоминающий корицу, в котором и заключалась львиная
доля его обаяния. Сквозь свою фланелевую пижаму я чувствовала рельеф его
мышц.
— Просто не знаю, куда я без тебя, Джулс, — пробормотал он,
уткнувшись в мои волосы. — Правда. М-м... клево пахнешь.
— Ты тоже, — машинально ответила я. — Да?
Он усилил хватку. Я откашлялась и очень спокойно произнесла:
— Знаешь, я только что вымыла голову. Вот в чем дело.
Лайам отстранился и одарил меня умильным взглядом, распахнув пошире большие
голубые глаза.
— Как мне отблагодарить тебя, Джулс? Ворвался к тебе домой, завывая как
девчонка, обдолбался, а ты взяла и вытащила меня за уши из этого дерьма...
Мне вовсе не хотелось выглядеть матерью Терезой.
— Лайам, я представляю твои интересы. Любой агент сделал бы на моем
месте то же самое.
— Угу, но ты другая, не такая, как все агенты.
— Нет, такая.
— Нет, не такая. Тебе не плевать на меня, верно? Что я должна была
ответить? Ошибаешься, Лайам. Ты для меня ступенька наверх и бесплатная
выпивка в барах
? Я и вправду беспокоилась о нем. К тому же его поза была
наигранной лишь отчасти. В ней было больше правды, чем казалось.
— Конечно, нет, — сказала я, взяв его за руку. — Я желаю тебе
счастья и успеха, потому что знаю, сколько в тебе таланта. Все будут это
твердить через пару дней, но я хочу, чтобы ты сам это понял.
— Напле... — Лайама снова захлестнул ужас при мысли о том, что его шоу
появится на экране. — Я буду выглядеть как придурок, потому что я
придурок и есть.
— Ну, паника перед премьерой — это нормально, — возразила
я. — Поверь мне, ты не один такой.
И я привела в пример некоторых небезызвестных поваров, которые себя не
помнили от страха перед тем, как их шоу должны были выпустить на
телевидение. Лайам реагировал очень живо: Да ну! Маялся два часа в сортире!
Ни хрена себе!
Под конец он даже взбодрился.
— Я твой навеки, Джулс. Я знаю, за мной агенты толпами бегают, но я
выбираю тебя. Я обязан тебе успехом.
Я хладнокровно выслушала этот лепет. Клиенты всегда говорят что-то в этом
роде, но разве устоишь перед искушением, когда некто обещает вам вашу
физиономию на обложке ультрамодного глянца и во весь разворот всех газет
одновременно? Но такие обещания редко выполняются, и иногда клиенты
возвращаются.
Лайам склонился над блюдцем, рассекая коку кредиткой.
— Хватит, Лайам, — твердо сказала я, пытаясь скрыть
раздражение. — Ты уже и так перебрал. Ты ведь говорил, что хочешь
сбавить обороты.
— Я и хочу, — инфантильно ответил он.
— Вот и отлично. Тогда больше никакого кокса.
— Ну пожалуйста, чуть-чуть.
— Хватит химии. Выпей вина, — поспешно добавила я, заметив на лице
Лайама неприкрытое отчаяние.
Он послушно подлил себе вина. Я поднялась, взяла блюдце и удалилась в кухню.
Тихонько открыла духовку и сунула туда коку, после чего для отвода глаз
хлопнула дверцей шкафчика. Едва ли это самый удачный тайник в мире. Если
Лайам начнет шарить, то приз быстро попадет к нему в руки. Но я просто
хотела убрать кокс с глаз долой, чтобы Лайам поскорее о нем забыл.
— Итак, ты устал? — поинтересовалась я, снова усаживаясь на диван.
Он кивнул.
— Тогда тебе пора на боковую. И мне тоже, ведь завтра у меня самый
ответственный день перед выходом в свет моего самого проблемного клиента.
Я рассчитывала получить в ответ хотя бы водянистую ухмылочку, но его
физиономию опять перекосило от ужаса.
— В чем дело?! — взбеленилась я.
— Не прогоняй меня домой! — взмолился он. — Я не хочу домой!
— Почему? — озадаченно спросила я.
Пару месяцев назад Лайам снял милую квартирку в Ноттинг-Хилл, не вняв
советам риэлтора купить собственное жилье. Наверное, не желал взваливать на
себя такой груз ответственности, пока не убедится, что телешоу сможет хотя
бы прокормить его. Таков уж Лайам. Живи он в прошлом веке, прятал бы деньги
под матрасом.
Он смущенно опустил голову и промямлил:
— Там пусто.
— Как это — пусто?
— Да мебели нет. Я ни фига не купил.
— Почему?

— Без понятия... не знал, чего хочу... Я с сомнением уставилась на
него:
— Правда? Мне казалось, ты всегда знаешь, чего хочешь.
Лайам покраснел.
— На самом деле я боялся пустить бабки на ветер. Ну, знаешь, на кой
черт тратить сразу все, надо и припрятать что-то на черный денек.
Я подавила желание указать ему, что черный денек еще ни разу не помешал
ему утопить всю компанию Джейн в выпивке или ухнуть целое состояние на
химию. А этот его золотой ошейник, которым он страшно гордился! Но хоть я
была Лайаму как старшая сестрица, превращаться в его мамочку я вообще-то не
собиралась.
— Но что-то там есть?
Он неопределенно помахал рукой.
— У меня клевый матрас, а еще телик и проигрыватель ди-ви-ди, ну и
колонки, понятное дело.
Лайам умолк. Я ждала продолжения.
— Больше ни фига.
— Лайам!
— Еще кухня есть! — поспешно добавил он. — Все с собой
приволок! А еще... еще автоответчик!
— На котором никто не оставляет сообщений, поскольку ты их все равно не
прослушиваешь.
— Ага, — согласился он и отхлебнул вина. — Я все соображал,
чего бы мне прикупить, но ничего не придумал. В общем, понимаешь, не мог
выбрать. Улавливаешь? С чего начать, не знал.
— Но у тебя же наверняка и раньше были хоть какие-то вещи.
Лайам рассмеялся:
— Не-а, ни хрена не было. Мы с одним чуваком снимали халупу, ну там был
полный угар, короче. А когда я снял эту нору, тут оказалось все так мажорно,
что я ничего с собой не приволок, не смотрелось бы оно тут. Хотя вначале все
было в кайф. У меня там паркет, и мы с корешами на роликах катаемся. Но
теперь мне уже не кажется, что все круто. Мне и домой не хочется
возвращаться, разве что когда я совсем никакой.
— Тебе нужно срочно завести подружку, — поставила я диагноз.
— Чего-чего? — взбунтовался он, собрав остатки своей обычной
наглости. — Чтобы она спустила все мои деньги на дурацкие шкафы? Ни за
что! — Лайам вздохнул. — Хотя я понимаю, о чем ты. У меня все
шмотки по полу валяются, потому как шкафа нет. Однажды я даже пошел в
магазин за шкафом, но ничего не купил. Видела бы ты, сколько их там! В
общем, я точно знал, что хочу ПРОСТО ШКАФ. А там их море, и что
делать? — Он умоляюще взглянул на меня: — Джулс, а Джулс, давай вместе
смотаемся за шкафом, а?
Это сразило меня наповал.
— Господи, я же не дизайнер по интерьерам, Лайам! И не эксперт по...
хм... шкафам. У меня в квартире все шкафы встроенные, так что я их не
выбирала.
— Но у тебя ведь глаз наметанный. Глянь, какая славная у тебя
квартирка. Я бы тоже такую хотел, ну, уютную и в теплых тонах.
— Ладно, поживем — увидим, — беспомощно ответила я.
Последнее, чего мне хотелось, это таскаться с Лайамом по магазинам и
подбирать для него мебель. Но он выглядел таким одиноким и потерянным. К
тому же, если я этого не сделаю, другой агент мигом возьмет малыша к себе
под крылышко и намертво к нему прилепится.
— Так что, смогу я здесь завалиться? — бодро спросил мой
проблемный клиент.
— Естественно, — ответила я, похлопав рукой по дивану. — Если
хочешь — разложи.
— Кайф. Спасибо, Джулс, — почти смиренно добавил он.
И никаких гадких намеков насчет того, чтобы прыгнуть ко мне в койку. Передо
мной был как будто совсем другой человек. Я ослабила бдительность. Начни он
бросать на меня косые взгляды, и я бы в ту же секунду отправила его домой.
Перспектива выкидывать Лайама под утро из своей постели не казалась мне
отрадной. Но в его глазах не было и капли похоти.
— Давай попробуем поспать, хорошо? — предложила я. — Мне
завтра на работу с первыми лучами солнца.
— По мне — отлично, — покорно согласился Лайам и неожиданно
потянулся к моим ногам.
Я сидела на диване, поджав ноги под себя, Лайам положил их к себе на колени.
— Помассирую тебе ножки, чтобы лучше спалось. Я пристально посмотрела
на него, но он всем своим видом выражал лишь рассеянную невинность.
— Да, здорово, — согласилась я, разгибая колени. Лайам оказался замечательным массажистом.
Его сильные и проворные пальцы — пальцы повара — пробегали по всем
чувствительным точкам, расслабляя мышцы, лаская ямки и выпуклости ступней.
Мне припомнились мои недавние переживания на массажном столе, но тогда
человек доставлял мне удовольствие за деньги. А сейчас все было иначе.

Приятно, что есть кто-то, кому я небезразлична, — пусть даже это мой
гриппозный бред.
Лайам принялся разминать пальцы. Я поплыла, вздохнув в экстазе, а затем
вздрогнула, когда он задел болевую точку на большом пальце.
— Упс. Ты попалась, Джулс, — сказал Лайам спокойно и нажал
посильнее.
Я застонала:
— А-а-а-ах! До чего же здорово.
— Да?
— Да.
Глаза закрывались сами собой.
Его руки заскользили вдоль подошв, широкими расслабляющими движениями
отыскивая натруженные места.
— Перевернись, я поработаю над икрами, — сказал Лайам.
Диван был достаточно длинный, чтобы вытянуться на нем. Я перевернулась на
живот и уткнула лицо между двух подушек. Лайам месил мои икры как тесто,
разрабатывая кулаками напряженные мышцы.
— Господи, как здорово, — снова не удержалась я. — Не знала, что ты спец по массажу.
— Закончил как-то курсы.
— Неужели?
— Угу. Хотел даже податься в спортивный массаж. Давно. Потом занялся
стряпней и ни разу не пожалел. Странно, как жизнь иногда поворачивается.
— У тебя очень сильные руки, — заметила я, когда мышцы
превратились в податливую резину.
— Это все готовка. Каждый день руками орудуешь: рубишь, шинкуешь,
месишь, перетаскиваешь тяжелые сковородки. У нас даже толстяки знаешь, какие
дюжие. Приходится, правда, и задницу тренировать, ну, бегать или еще что-
нибудь. Последнее время я тащусь от роликов.
Лайам перешел к бедрам. До него никто еще не делал мне ничего подобного. В
салонах вам обычно предлагают расслабляющий массаж с ароматерапией и
обволакивающей музыкой, но он и рядом не стоит со столь глубоким разминанием
мышц. Я совершенно расслабилась, даже болтать перестала. Лайаму было все
равно. Процесс, похоже, доставлял ему истинное удовольствие. Я и не
возражала: после приступа депрессии и сеанса самокопания трудотерапия очень
эффективна, особенно если занимаешься тем, что у тебя отлично получается.
Попрошу его и плечи помассировать — они уже подергивались от нетерпения.
Хотя, надо признать, происходящее сильно смахивало на процесс соблазнения —
массаж на диване в два часа ночи, после изрядного количества спиртного и
химии. Но эта мысль улетучилась, как только Лайам взялся за дело. Обычно,
когда мужчины в подобных обстоятельствах предлагают помассировать тебя, их
действия весьма целенаправленны — они стремятся как можно скорее подобраться
к самым интимным местам. Но Лайам оказался настоящим профи, он мастерски
усыпил мою бдительность. В отличие от прочих хитрецов-массажистов он целую
вечность исправно месил мои мышцы, даже не делая попыток перейти к чему-то
большему. К тому же я была в пижамных штанах — Лайам не попросил меня снять
их под жалким предлогом, что иначе он не видит, что делает.
Так что когда он добрался до области, где бедра перетекают в задницу, я
ничего и не заподозрила. Я бы, конечно, подпрыгнула, похлопай он меня по
попке, но он этого не сделал. Лайам просто мягко нажимал, поглаживал,
разминал. Нижняя часть моего тела все больше и больше расслаблялась. До
этого я не подозревала, что у меня столько точек, которые нуждаются в
массаже. Я повернула голову на бок и закрыла глаза, покачиваясь в волнах
дремоты, вся во власти восхитительного ощущения — мое тело буквально
наливалось силой. С губ время от времени срывались легкие блаженные стоны —
этакое незатейливое мычание.
Руки Лайама мягко скользнули под мои бедра, подбираясь к основанию
четырехглавых мышц и находясь в опасной близости от паха. Я почувствовала
легкое возбуждение, но отмахнулась от него. И как не возникнуть возбуждению?
Вполне привлекательный парень ласкает самые чувствительные мои зоны, а
полноценный секс у меня был несколько месяцев назад. Неудивительно, что
массаж меня заводил. Выяснилось, что, пока нижняя часть меня расслабляется,
живот усиленно трется о диванные подушки. Господи, как неловко, только бы
Лайам ничего не заметил. Так, похоже, все это и впрямь начинает меня...
захватывать. Как раз вчера я прикупила батарейки для вибратора — очень
вовремя.
Я попыталась вспомнить, где батарейки — в сумке или я уже переложила их в
тумбочку у кровати. Погрузившись в размышления, я не сразу заметила, что
руки Лайама перестали двигаться. Его ладони лежали у меня на бедрах, а
большие пальцы явно намеревались дотянуться до ягодиц. Даже если бы мы
занимались сексом и он вдруг остановился, я и то взбесилась бы меньше. Мой
зад невольно вильнул, призывая Лайама вернуться к делу. Это была ошибка. Его
руки энергично засновали, одна ладонь тут же оказалась на моей заднице, в
открытую ее поглаживая, а вторая скользнула между ягодиц и быстро
переместилась в промежность.
— Лайам! — пропыхтела я в подушку, постаравшись вложить в это
слово все негодование, на которое была способна, но, прошу обратить
внимание, возмущенный тон дается нелегко, если лежишь на диване, уткнувшись
носом в подушки, а над тобой громоздится мужик, почти оседлав тебя. —
Что ты там делаешь?

Вот слабоумный вопрос номер 107. Разве не ясно, что там делает Лайам? От
неожиданности (вернее, от возбуждения) я подпрыгнула, освободив ему еще
больше пространства для маневра. Хотя он и так неплохо справлялся. Его
пальцы в совершенстве владели отнюдь не только техникой массажа. Мне
пришлось признать, что как бы хорошо Лайам ни орудовал ранее, сейчас он
превзошел самого себя.
— О-о-о, черт, — невольно простонала я.
— Нравится? Тебе нравится?
— Разумеется, да. — Я попыталась прийти в себя. — А кому бы
не понравилось — по крайней мере, из живых? Лайам, ты бы мертвую
воскресил... а-а-а-а...
Просто поразительно, как Лайам умудрился добиться такого эффекта сквозь
пижаму и мои неприглядные зимние трусы. Нижняя часть меня жила своей жизнью
— в самом буквальном смысле.
— О боже! — пробормотала я, в поисках спасения хватаясь за
подлокотник дивана.
— Держись, — предупредил Лайам, продолжая работать руками.
Если он хотел сказать, чтобы я держалась за подлокотник, то именно это я и
делала, о чем и собралась заявить, когда спиной ощутила какое-то копошение.
Судя по движению диванных подушек, Лайам сменил положение, и я
почувствовала, как мои бедра поднимаются. Он перевернулся на спину и подлез
под меня. Вернее, подлезла его голова. Лайам обхватил мою задницу обеими
руками и потянул меня к своему лицу.
— Нет, — вяло сказала я и тут же разозлилась, что веду себя как
героиня дешевого любовного чтива, которая отказывается уступить
домогательствам ловеласа до тех пор, пока у нее на руке не будет
кольца. — Лайам... нет... не стоит...
— Я не буду снимать пижаму... — пробормотал он, углубляясь.
— Не думаю, что получится... о черт, получается... нет, да,
действительно, получается... о черт... господи... но... о...
Если уж Лайам умудрился пальцами разогреть меня сквозь наслоения ткани, то
его манипуляции губами можно было сравнить с чудом. У меня не оставалось сил
оценить, что бы я чувствовала голой плотью.
— Боже, ты — прелесть... — сдавленно бормотал он, а его руки между тем
нырнули мне в штаны и прошлись по ягодицам.
Я поежилась — одновременно в знак протеста и от удовольствия. Лайам,
разумеется, выбрал вторую интерпретацию и прибавил в ретивости. Он лихо
стянул пижамные штаны, с трусами повозился чуть подольше — древний музейный
экспонат как-никак.
— Я так хочу попробовать тебя, — простонал он, рьяно вылизывая мне
живот. — Разреши мне... пожалуйста...
Открытие, что мужчина фактически умирает от желания доставить мне оральное
удовольствие, показалось мне до того эротичным, что какое-то время я лежала
почти неподвижно, смакуя его. Впрочем, лежала — это явное преувеличение.
На самом деле мои бедра парили в воздухе, как и ноги, которые болтались,
задевая согнутые колени Лайама. А он уже вовсю орудовал языком. В полном
восторге я подскакивала на месте, точно нетерпеливая скаковая лошадь. Как
там Лайаму удается дышать? Он легонько покусывал меня, а я чуть ли не
повизгивала от удовольствия. Его палец шмыгнул в углубление между ягодицами,
и для меня не было секретом, куда именно тот направляется. Что тут скажешь,
свинья есть свинья.
— О... о черт, о да!.. — заорала я, когда палец достиг конечной
цели своего путешествия.
Застигнутая оргазмом, я невольно отцепилась от подлокотника, дернулась и с
силой врезалась в него головой. Между прочим, очень больно.
— Уй! — завопила я, разрываясь между болью в голове и оргазмом в
остальном теле.
Лайам, решив, что угодил пальцем не туда, быстро вытащил его. Я тяжело
опустилась на диван.
— Нет, — приказала я, — засунь его обратно, и побыстрее... О
боже, что я говорю?
Неизвестно почему, но мне вдруг представились Лайам и Фелисити: как она
визжит засунь его обратно!. И хотя картинка была мерзейшей, но
спохватиться меня заставила не перекошенная от удовольствия физиономия
Фелисити, а лицо Лайама. Пока я лежала, уткнувшись носом в подушку, ощущая
лишь его руки и губы, еще можно было притворяться, будто подо мной копошится
отнюдь не мой протеже, по совместительству Казанова-маньяк. Но как только я
представила себе его лицо, все наслаждение мигом улетучилось. Нет, я не могу
переспать с Лайамом.
— Пусти! — резко вскрикнула я. — Лайам! Пусти!
Я попробовала лягнуть его, что, пожалуй, явилось самым неуклюжим секс-
маневром в истории человечества. Лайам сел и облизнулся.
— Какая ты вку-усная, — вожделенно протянул он. — Эй, ты
куда...
Пижамные штаны запутались вокруг лодыжек и не позволили мне совершить
успешный побег с дивана. Я дернулась, соскочила, сделала два неуклюжих
прыжка и как подкошенная повалилась на пол, нелепо взмахнув ногами, сверкнув
голой задницей и взметнув в воздух пижамные штаны, точно официальный стяг
извращенцев. Принять мой маневр за кокетство не мог даже Лайам. Он
захохотал.

Все еще валяясь на полу, я натянула штаны, задев причинное место, от чего
получила электрический заряд. Опираясь на столик, я вскочила на ноги.
— Лайам! Мы с тобой не занимаемся сексом.
— Ага, заливай! — закатывался он.
— Мы больше не занимаемся сексом. Никогда. Тут Лайам перестал смеяться.
— Ну, Джулс! А как же моя маленькая проблемка?
— И часто ты от этого заводишься?
— Угу, — смущенно ответил он. — Глянь, как я от тебя торчу!
И он вильнул бедрами в мою сторону. Слава богу, что на нем были его
неизменные мешковатые штаны. Выпирающий член в симпатичных обтягивающих
джинсах был бы куда более душераздирающим зрелищем — в том смысле, что душу
он мне точно разодрал бы в клочья.
Глядя на меня, Лайам прижал ладонь к ширинке.
— Это все из-за тебя, Джулс.
Да, безусловно, Лайам был лакомым кусочком: темные взмокшие кудри, большие
голубые глаза, кривая ухмылочка — сплошной соблазн. Но это ведь Лайам, мой
клиент, а я его рекламный агент и собираюсь оставаться им не один год —
особенно когда его карьера ракетой рванет вверх. Перед глазами пронеслись
картинки: вот он демонстрирует новую татуировку в моднейшем ресторане
Лондона; вот он возится с Фелисити и ее игривой ножкой в Л'Оранж; вот его
снимок в Санди таймс — он возлежит на кушетке нагишом, если не считать
тонкой полоски взбитых сливок, ведущей от обнаженной груди прямо к
причинному месту, прикрытому горкой клубники. Картинки подействовали не
хуже, чем двустволка, направленная мне в лоб. Я мигом осознала: а) Лайам —
МОЙ КЛИЕНТ; б) Лайам — СУЩИЙ РЕБЕНОК.
Набрав в грудь побольше воздуха, я сугубо официальным тоном произнесла:
— Ситуация вышла из-под контроля.
— Я бы сказал, выпрыгнула, — ухмыльнулся Лайам, — потеряв
штаны.
— Заткнись. Просто мы перебрали с химией и вином.
— Говори за себя.
— Заткнись! Я иду спать, что и тебе советую. Устраивайся на диване.
Один. Понял?
Лайам угрюмо кивнул. Он сдался гораздо быстрее, чем я ожидала. В мгновение
ока вновь превратившись в моего пакостливого младшего братишку, он принялся
потешаться над бельем, которое я ему постелила. Должна признаться, комплект
и впрямь был странноват — бежевого цвета с коричневым кантом и крупным
набивным узором. Бельишко вело счет дням с той поры, когда на дворе были
глубокие семидесятые. Я уперла его из маминого шкафа, будучи еще студенткой
колледжа. Надо будет попробовать продать его в Музей Виктории и Альберта.
Лайам позволил себе лишь два намека на нашу диванную оргию — сначала его
рука как бы невзначай легла мне на задницу (я гневно дернулась), а затем
потребовал выдать ему порножурналы, чтобы он мог решить свою маленькую
проблему. Я посоветовала использовать воображение и постараться не заляпать
простыни. Так я ему и показала, где у меня хранится порнуха. Я тогда от него
вообще никогда не отделаюсь.
Наверное, Лайам повел себя так покладисто потому, что тоже считал секс между
нами ошибкой. Отсюда и его отношение ко мне как к старшей сестре. Право же,
трудно получить от человека, с которым трахаешься, непредвзятый совет,
касающийся твоей карьеры. К тому же у Лайама была уйма женщин (имей — не
переимеешь). Да и опыт с Фелисити научил его не путать секс с работой.
Ладно, секс с начальством. Хотя всех остальных смазливых особ женского пола,
что встречались на его пути, он, разумеется, затянул в койку. Мне известно,
что он пе-репихнулся с ассистенткой фотографа сразу же после съемок для
журнала (предположительно, и фотограф не избежала той же участи).
Я удалилась в спальню, приперла дверь стулом — на случай, если за ночь его
сила воли иссякнет, — и убедилась, что батарейки в тумбочке. Отлично.
Вы бы ухохотались до слез, если бы увидели, как мы, каждый в своей комнате,
занимаемся... почти одним и тем же, только порознь. Надеюсь, что, громко
раскачивая диван и исторгая проклятия в мой адрес, Лайам не слышал жужжания
вибратора.
Разумеется, у меня возникли некоторые опасения по поводу наших дальнейших
отношений, но, угомонившись, я провалилась в сон, успев, правда, вознести
благодарственную молитву за то, что на свете существуют вибраторы.
В ту ночь мои сны, насколько я помню, отличались необычной яркостью и
изобиловали деталями. Вспомнить все подробности я не могу, но знаю
наверняка, что занималась во сне сексом с целой толпой мужчин в самых
невероятных позах. Ни мужчины, ни позы удовлетворения не принесли. Не думаю,
чтобы я хоть раз достигла оргазма. Я просто переносилась из одной
эротической ситуации в другую. Например, я ехала в поезде и смазливый
кондуктор хотел, хм, прокомпостировать мой талон. Но как только мой талон
был, хм, как следует прокомпостирован, меня почему-то выкидывало из поезда и
я оказывалась в мужском гареме быстрее, чем вы бы успели сказать трах-
тибидох
. Затем я пыталась овладеть кем-то на кухне, но на самом интересном
месте ломтик хлеба, застрявший в тостере, начинал вдруг дымиться, включалась
пожарная сигнализация, и на

Список сторінок

Поділитися у соцмережах

☏ Замовлення реклами: +3805044-68-872

© Асоціація електронних бібліотек України

☝ Усі матеріали сайту (зокрема статті, зображення, рекламні оголошення тощо) призначені лише для попереднього ознайомлення. Усі права на публікації, представлені на сайті, належать їхнім законним власникам. Просимо Вас не зберігати копії інформації.