Жанр: Любовные романы
Любовь и грезы
...мени посылаем ей
приглашение, — продолжала объяснять Мариетта, приказав прислуге убрать
приборы Брайана и Триесты. — Из уважения к памяти мистера Вордейна,
конечно. Но, думаю, что это — мое последнее приглашение. Было ужасно
невежливо с ее стороны отказаться в самый последний момент. Она имела
нахальство прислать свою камеристку за списком приглашенных — можете
представить себе подобное? А потом горничная вернула список с ее
извинениями. Даже не объяснила, почему отказывается! Никаких оправданий. Ну
и хамка! Наверное, увидела в списке кого-то, кто ей не понравился, и решила
не приходить. Вот это-то меня и разозлило. Не могу понять, против кого она
могла бы возразить.
"А я могу", — с горечью подумала Джейд, но ничего не стала говорить.
Теперь она была почти уверена в том, что Триеста узнала ее на "вечеринке с
вафлями", а потом, увидев ее имя в списке гостей Мариетты, решила избегать
встречи с ней. Но почему? Джейд ничего не могла понять. Может быть, ей пора
заняться собственным расследованием. — Мариетта Уинслоу!
Они обернулись на оклик и увидели в дверях женщину в строгом платье из серой
шерсти и маленькой изящной шляпке всего с одним небольшим черным пером,
прекрасно сочетавшимся с ее черными волосами. У нее были тяжеловатые
челюсти, решительно сжатый рот со складками в уголках, а в глазах горели
озорные искры, словно ей нравилось казаться такой суровой и неприступной.
— Неужели я вижу рюмки для вина?
Она осуждающе указала в сторону стола.
Джейд было забавно слушать, как Мариетта пытается улестить мисс Франсез
Уиллард, пятидесятичетырехлетнюю основательницу Христианского женского союза
трезвенности. — Ну, Франсез, милочка, — жалобно проговорила она,
— ты же помнишь, что наш возлюбленный Христос превратил воду в вино. И
в обществе принято и допустимо пить вино за торжественным обедом.
Мисс Уиллард мгновенно парировала: — Нашему Господу не приходилось
иметь дело с язычниками, которые рады любому предлогу, чтобы остаться
язычниками.
И несколько глотков спиртного незаменимы в этом случае!
Джейд и Мариетта обменялись улыбками. — Среди моих гостей язычников
нет, Франсез, — возразила Мариетта, сумев придать своему голосу как
можно больше серьезности. — А, чушь! — пренебрежительно сказала
мисс Уиллард. — Это мы еще посмотрим. Но я хочу, чтобы от моего
прибора рюмку убрали, и не стану терпеть гадкого поведения от окружающих.
— Ну, я уверена, что ничего подобного и не будет. Так... —
Мариетта попыталась переменить тему разговора. — А вы нашли место,
чтобы поставить "Глэдис"? — Подмигнув Джейд, она с ухмылкой объяснила:
— "Глэдис" — это велосипед мисс Уиллард. — Велосипед?
— переспросила Джейд, загораясь любопытством.
Франсез Уиллард посмотрела на нее, на Мариетту, а потом рявкнула: — Вы
совсем забыли приличия! Вы даже не познакомили меня с этой молодой леди.
Мариетта поспешила это сделать, и, похоже, на мисс Уиллард новое знакомство
произвело впечатление: она заметила, что уже слышала о Джейд самые
прекрасные отзывы. — Может, вы захотите вступить в Союз трезвенности?
— Для начала мне бы хотелось посмотреть на ваш велосипед, —
уклончиво отозвалась Джейд. — Я подумываю, не купить ли такой себе.
Было бы приятнее, если бы я могла ездить на нем из гостиницы в студию, а не
искать каждый раз кучера.
Мисс Уиллард заметно удивилась: — О, правда? Но, говорят, что вы и
этот симпатичный вдовец, Брайан Стивенс, вскоре объявите о помолвке. Тогда к
чему все эти разговоры о велосипедах и студиях? И что это за студия?
Джейд обреченно вздохнула, решив, что пришло время положить конец слухам.
— Не знаю, откуда у вас эти сведения, мисс Уиллард. Мы с мистером
Стивенсом просто друзья.
Худощавая пожилая леди глубокомысленно поджала губы.
Глаза ее весело заискрились, словно она могла заглянуть в самое сердце
Джейд. — Ну, это было бы очень обидно, милочка, потому что вы с ним
прекрасная пара, — сказала она наконец.
Джейд услышала пронзительный, дребезжащий звук, раздавшийся в дальней части
дома. Мариетта вздрогнула и воскликнула: — Ох, я никогда не привыкну к
этой штуке! Стоит мне только отвернуться, как мистер Уинслоу устанавливает в
доме очередное новое изобретение! Я все время со страхом жду, что случится.
В дверях появилась горничная и с вежливым книксеном сообщила, что позвонил
мистер Уинслоу.
Раздосадованная Мариетта вышла следом за ней из комнаты, заламывая руки и
бормоча, что мистер Уинслоу установил в доме телефон только для того, чтобы
можно было позвонить и сообщить, что он опять задерживается на работе.
Прежде он не смел опаздывать, потому что у него не было возможности дать ей
об этом знать — не гонять же посыльного ради короткой задержки!
Вошел дворецкий с подносом закусок и бокалами охлажденного сверкающего
шампанского. Мисс Уиллард высокомерно вышла из комнаты, заявив, что раз
будут подавать спиртное, то ей здесь больше делать нечего. Джейд взяла бокал
и вышла через распахнутые стеклянные двери на террасу.
Глядя на лениво текущий Гудзон, Джейд подумала, что в сгущающихся сумерках
его вода напоминает жидкий шелк. Как хорошо, если бы можно было двигаться по
жизни так же спокойно, как течет эта река, не беспокоясь о неожиданных
поворотах, твердо зная, что рано или поздно, несмотря на все препятствия, ты
в конце концов достигнешь своей пели.
Она посмотрела через лужайку в сторону своего собственного дома. Каким он
казался печальным и одиноким: словно невидимое облако отчаяния и
безысходности опустилось на него, затмив все признаки жизни! Он понравился
ей с первого взгляда, она с таким наслаждением занималась его
переустройством и обстановкой, но теперь все это потеряло для нее интерес.
Где-то здесь, в кипящем жизнью Нью-Йорке, жил Колт.
Но теперь другая женщина разделяла его радости и печали, надежды и мечты..,
и знала блаженство его ласки.
На какое-то время у нее тоже появился мужчина. Который своей любовью
заполнил ее душевную пустоту.
Но она его потеряла.
Из-за упрямства? Из-за гордости?
Мисс Уиллард невольно напомнила ей боль утраты, и теперь Джейд поняла, что,
наверное, все это время она обманывала себя и что пришло время посмотреть в
лицо реальности. Завтра, пообещала она себе, что пойдет к Брайану и поговорю
с ним, скажет ему, что наконец перестала жить прошлым и... — Джейд,
милочка...
Она повернулась на голос Мариетты, пораженная тем, с какой печалью он
прозвучал. Сердце Джейд сжалось от мрачного предчувствия: она увидела, что
Мариетта плачет. Позади нее собрались другие. Женщины прикладывали к глазам
платочки, у мужчин вид был суровый и угрюмый. Джейд протянула дрожащую руку,
чтобы ухватиться за каменную ограду террасы.
Мариетта шагнула к ней. — Ох, Джейд, дорогая, мне так жаль! —
всхлипнула она.
Джейд почувствовала, что из самой глубины ее души рвется крик отчаяния.
— Скажите мне! Что случилось? Почему вы так странно себя ведете и
почему так на меня смотрите? Что происходит?!
Один из мужчин — Джейд узнала в нем недавнего собеседника, которого
оскорбила своей осведомленностью, — бросился к ней и обхватил ее
руками. Теперь он был очень обходителен и печален. Она не пыталась его
оттолкнуть, инстинктивно чувствуя, что ей понадобится его поддержка.
Наконец Мариетта выдавила из себя слова: — О Боже, как мне трудно
говорить вам об этом... Начался пожар. в здании мистера Стивенса, и.
Ее голос прервался рыданием, и она закрыла лицо ладонями, не в силах
продолжать.
Не сдержав крика отчаяния, Джейд стала умолять, чтобы кто-нибудь сказал ей,
что происходит.., и сквозь серый туман, опускавшийся на нее, чтобы унести в
забытье, услышала чей-то голос: — Мистер Уинслоу сказал, что мистер
Стивенс остался в горящем здании.
Глава 21
Джейд призвала на помощь все силы, чтобы остановить бешено закружившийся
перед ее глазами мир и не потерять сознания. Обведя взглядом море
обеспокоенно уставившихся на нее глаз, она взмолилась: — Не может ли
кто-нибудь отвезти меня туда? Пожалуйста!
Молчание взорвалось протестующими возгласами, но она не дала себя
отговорить. Когда на ее мольбу никто не откликнулся, она выбежала из дома,
готовая идти пешком. На середине лужайки она ощутила у себя на плече чью-то
руку и попробовала высвободиться, но услышала мягкий мужской голос: —
Подождите, мисс О'Бэннон. Я вас отвезу.
Она с благодарностью заглянула в полные сочувствия глаза племянника Мариетты
Уинслоу, Роберта Пенроуза. — Надеюсь, вы не побоитесь сесть в мой
безлошадный экипаж? нерешительно спросил он, словно она могла бояться нового
изобретения!
Если бы положение было не столь трагическим, Джейд в ответ на такой вопрос
только весело засмеялась бы. Вместо этого она схватила его руку и сказала:
— Не могу выразить, как я вам благодарна!
Не обращая внимания на испуганных лошадей, с громким ржанием шарахающихся в
сторону от автомобиля, они проехали по улицам Нью-Йорка и, подъезжая к
треугольной площади, где пересекались Бродвей, Пятая авеню и Двадцать третья
улица, ощутили резкий запах дыма, наполнявшего воздух.
Джейд не в состоянии была говорить — она могла только смотреть на
черную пелену, которая куполом поднималась в серебристо-голубое небо.
Внезапно они остановились. Полиция перекрыла улицу баррикадой. Кругом
сновали полисмены, не давая любопытным приблизиться к пожару.
Джейд выскочила из автомобиля, зацепилась юбкой за дверцу и не задумываясь
рванула ее, чтобы высвободиться. Роберт несколько раз окликнул ее, но она
упорно пробивалась вперед, к пылающему зданию.
Кто-то из полисменов увидел, как она пробирается через баррикаду: —
Туда нельзя! Это опасно. Вернитесь обратно!
Не обращая внимания на крики, требовавшие, чтобы она повернула назад, Джейд
бросилась прямо в дым, чувствуя, как он разъедает ей глаза и горло.
Неожиданно чьи-то сильные руки схватили ее — перед ней возникла фигура
огромного пожарного. — Успокойтесь, леди. Вы подвергаете себя ненужной
опасности. Оставайтесь на месте. Здание вот-вот может рухнуть. —
Пустите меня!
Джейд отчаянно вырывалась, но он крепко держал ее. Она видела, как впереди
из всех окон валил дым, к небу рвались языки пламени. Воздух был полон
гнетущего ужаса — и криков спасателей, и звона пожарных колоколов. Ей
видны были пожарные экипажи с их насосами, работающими от парового
двигателя, люди, направлявшие мощные струи воды в адское пламя Была
организована и традиционная цепочка людей, передававших друг другу ведра с
водой. — Мисс О'Бэннон! Мисс О'Бэннон!
Джейд повернулась на истерический крик и увидела мисс Пирсон, секретаршу
Брайана. — Отпустите меня, пожалуйста, — мне нужно поговорить с
ней! — с мольбой в голосе попросила Джейд у пожарного.
Тот сурово отрезал: — Я вас не выпущу, мисс. Вы не соображаете, что
делаете, и я обязан не дать вам погибнуть.
В это мгновение мисс Пирсон добралась до них, с ужасом глядя то на
вырывающуюся Джейд, то на пожарного, который ее держал. — Где мистер
Стивенс? — спросила Джейд.
Мисс Пирсон пошатнулась и на секунду прикрыла покрасневшие от дыма и слез
глаза, словно вознося молитву, а потом указала на горящее здание.
Прерывающимся голосом она прошептала: — Там. — Нет! — еле
выговорила Джейд, давясь комком рыданий. — Нет... Не может.., быть...
Ее голова бессильно опустилась на грудь. — Он вышел, но потом вернулся
обратно, — поспешно объяснила мисс Пирсон. Она задыхалась от рыданий.
— О Боже, мисс О'Бэннон, ему ни за что не выбраться!
Джейд собрала последние силы и мощно рванулась, пытаясь высвободиться. Когда
ей это не удалось, она излила на пожарного всю свою бессильную досаду и
муку: — Отпустите меня, будьте вы прокляты! Отпустите и делайте свое
дело! Вызволите его оттуда! — Он погиб Слишком поздно. Пожалуйста,
мэм, если вы не успокоитесь, мне придется вас связать, а я ужасно не люблю
быть грубым с женщинами.
Тут рядом возник Роберт Пенроуз: — Этого не понадобится, сэр. Я вас
сменю.
Пожарный помедлил, но только на секунду, потому что у него были заботы
поважнее, чем держать обезумевшую леди.
Передавая ее Пенроузу, он сказал с облегчением: — Сделайте одолжение,
мистер. Но предупреждаю вас: она сошла с ума, и если вы с ней не справитесь,
она кинется прямо в огонь. Так что держите ее крепче.
И он поспешно исчез.
Пенроуз крепко сжимал Джейд, но она вдруг перестала вырываться, словно
смирилась с судьбой Брайана и со своей собственной тоже. — Зачем?
— только простонала она, уткнувшись лицом в плечо Роберта. Зачем он
пошел обратно?
Мисс Пирсон с немой жалостью покачала головой, а потом сказала, что они
должны были работать допоздна, — и тут услышали крик, что дом горит.
Они быстро выбежали на улицу и остановились на тротуаре, глядя, как
подъезжают пожарные экипажи. — И я только думала, — прорыдала
она, — что бедный мистер Стивенс стоит и смотрит, как из окон рвется
пламя, и, наверное, думает о своей жене и малыше, которые погибли в таком же
пожаре. Вид у него был ужасный, просто ужасный, словно ему самому хотелось
умереть. И тут мы услышали вопль.
И увидели в окне четвертого этажа женщину. Все стали кричать, чтобы она
прыгала, но она только стояла там и кричала и умоляла, чтобы ее спасли. Я
помню, как какой-то пожарный, стоявший рядом, сказал, что у нее надежды
нет.., внутрь нельзя попасть — и тут вдруг мистер Стивенс перебежал
через улицу и бросился в дом. И никто не успел его остановить!
Джейд содрогнулась, представив себе Брайана среди пляшущих языков пламени.
Если бы...
Это слово бесчисленное количество раз повторялось у нее в голове.
Если бы они не поссорились. Тогда они были бы вместе, он не задержался бы в
конторе.., не попал бы в огонь...
Если бы она нашла в себе силы сделать последний прыжок из прошлого в
будущее, они бы уже строили планы свадьбы... может быть, уже были бы
женаты...
И Брайан был бы жив.
Она брела по улицам, не замечая едкого запаха, которым пропиталась ее
одежда. Она думала о тех ночах, когда шла по этим же улицам рядом с
Брайаном, держа его под руку, наслаждаясь романтическим сиянием газовых
фонарей. Они говорили о своем будущем так, как будто оно уже было с ними, у
них в руках. Рядом с Брайаном все казалось возможным. А что теперь? Мечты,
надежды, планы — все рухнуло.
Джейд остановилась и едва успела уцепиться за фонарный столб: ноги ее вдруг
ослабели и начали подгибаться.
Какое ужасное совпадение в том, что Брайан погиб так же, как его жена и сын!
Может быть, он втайне мечтал, чтобы получилось именно так. Она плачет о том,
что потеряла двух любимых, но то же самое делал и Брайан в последние дни
своей жизни. Он сказал, что без нее у него нет смысла жить. Может, он
бросился в огонь специально, желая умереть?!
Джейд содрогнулась, не в силах двинуться с места. Прохожие с любопытством
смотрели на нее. Несколько человек спросили, не нужна ли ей помощь. Она
отмахнулась от них: в первом оцепенении горя ей нужно было остаться одной.
Внезапно среди криков и возгласов раздался громкий треск, который быстро
перекрыл все остальные звуки, нарастая до оглушительного взрыва.
Стремительно обернувшись, она открыла рот в беззвучном вопле ужаса: горящее
здание рухнуло, поднимая тучи пепла и дыма.
Все кончилось.
Все.
Джейд почувствовала, как ее снова манит темная бездна забытья, — на
этот раз она не стала сопротивляться, погружаясь в ее бесконечные глубины.
Слезы текли по ее щекам, руки начали соскальзывать с фонарного столба...
Чувствуя, как уходит сознание, она вдруг ощутила прикосновение заботливых
рук, которые поймали и удержали ее. Она вскрикнула: — Нет, нет,
отпустите меня, пожалуйста!.. — Никогда, принцесса. Я никогда тебя не
отпущу.
Не веря своим ушам она ошеломленно открыла глаза и увидела почерневшее от
сажи лицо Брайана. — Я думал, что навсегда потерял тебя, — с
мукой в голосе прошептал он, подхватил ее на руки и направился к пустынному
парку на другой стороне улицы, где даже тени не посмели мешать первым
минутам их встречи.
Брайан поставил ее на ноги, а она не могла вымолвить ни слова, только
изумленно смотрела на него, не веря в чудо его появления.
Нежно целуя ее лицо, пожирая ее взглядом, он сказал: — Я не хотел
жить. Я бросился в огонь, чтобы умереть, потому что не мог жить без тебя,
Джейд. Но Господь провел меня к той женщине сквозь дым и пламя, и когда я
нашел ее, потерявшую сознание от страха и дыма, и взял ее на руки, Господь
показал мне дорогу назад, сквозь задымленную черную лестницу. Я благополучно
вынес женщину из огня, а потом потерял сознание. Наверное, я долго не
приходил в себя, а когда наконец опомнился и присоединился к толпе, увидел
мисс Пирсон. Она сказала мне, что ты была здесь. Я бросился искать тебя...
— С трудом улыбнувшись, он пригладил ее волосы. — И вот я снова
нашел тебя и на этот раз ни за что не отпущу ни на шаг!
Джейд прижалась лицом к его продымленной рубашке. — Никогда! —
глухо прошептала она, пытаясь разглядеть его в темноте. Сделай меня своей
женой, Брайан, — горячо взмолилась она. — Сделай меня своей
навсегда!
Глава 22
Между ними уже было решено, что они предпочтут скромную церемонию
бракосочетания на яхте, после чего сразу же отплывут на остров.
Джейд рассказала ему, что во время недолгого периода их отчуждения она сняла
помещения для студии танцев: ей важно было, чтобы Брайан знал, что, когда
они вернутся, она будет заниматься своим делом. Он охотно согласился, но
мягко предупредил ее: — Не забывай: это только маленькое хобби,
дорогая. Ты будешь поглощена нашей жизнью, и ты знаешь, что я хотел бы,
чтобы у нас как можно скорее были дети.
Джейд нахмурилась, но ничего не сказала. Нет, она не знала, что Брайан
намерен поскорее обзавестись детьми. Они собирались иметь детей, но о том,
когда это произойдет, речи не было. Она просто решила, что это будет не
сразу, — ей хотелось пожить в свое удовольствие, создать собственную
школу.
Ну что ж, пока ей везло. Возможно, так будет и дальше. По крайней мере она
по мере своих сил будет избегать беременности.
Брайан поделился их свадебными планами с мисс Пирсон, которая будет
управлять его конторой так же умело, как она делала это, когда он уезжал
после смерти Марии. Спросив Джейд, проинструктировала ли она Лигу Тулейн
относительно ее обязанностей, он с изумлением услышал о том, что она ее
уволила — Но почему? Тебе нужна помощница по дому! Разве рабочие не
будут продолжать переустройство? Лите надо будет за ними приглядывать!
— Я сочла за лучшее остановить работы на то время, пока нас не будет,
— сказала ему Джейд. — Я хочу сама за всем наблюдать. —
Нет, дорогая, нет! — возразил Брайан. — Дом должен быть готов к
нашему возвращению. А как же прием? Все будут ожидать, что мы его устроим.
Это будет наш официальный дебют в нью-йоркском обществе в качестве
супружеской пары. Ты ведь понимаешь, как это важно. И... — У нас еще
будет на это время, — прервала его она, не желая продолжать этот
разговор. — Сейчас меня гораздо больше волнует студия. Я отправила
часть рабочих туда. Мне бы хотелось открыть ее как можно скорее.
От нее не укрылось, что глаза его при этом потемнели, а губы сжались, она
даже подумала, не надвигается ли новая ссора. Но это настроение быстро
миновало, и он сдержанно ей улыбнулся: — Как хочешь, милая. Но мне
кажется, что было бы очень важно устроить прием как можно скорее после
нашего возвращения. — Посмотрим, — уступила она. — Может,
мы устроим его в бальной зале одного из самых хороших отелей.
Брайану такая мысль не очень понравилась, но он промолчал, и они заговорили
о другом.
Джейд устроила недолгую вылазку в магазины и купила себе новые туалеты
— специально для острова. Но самым важным было свадебное платье. Она
выбрала наряд из шифона цвета земляники, с воротником-стойкой, отделанным
кружевом, и узкими, длинными рукавами: оно показалось ей прелестным и
соответствующим событию.
Было начало июня. В день их свадьбы на ослепительно голубом небе танцевали
крошечные белые облачка, и от дуновения легкого ветерка поверхность гавани
сверкала, словно осыпанная тысячами бриллиантов.
Незнакомый Джейд пастор ожидал их на палубе с Библией в руках. Пока они
поднимались по трапу, Брайан сообщил ей, что зовут его Малкольм Приджен и
что он священник самой большой методистской церкви Нью-Йорка. — Все
наиболее влиятельные члены общества венчаются именно у преподобного
Приджена, — прошептал он, прижимаясь губами к ее уху. — Я не
согласился бы на кого-то другого. — А тебя с Марни тоже венчал он?
— спросила Джейд, не удержавшись. — Нет, — неохотно
ответил он. — Наше бракосочетание прошло в церкви, прихожанкой которой
была она, в Гудзон-Вэлли. — Сжав ее пальцы и заставив себя говорить
непринужденно, он добавил: — Неужели нам нужно говорить о ней именно
сегодня? Я ведь не расспрашиваю о твоем бракосочетании с Колтом. —
Извини. Я не хотела...
Тут на палубу поднялся Уолт Гиббоне. Заметив их, он бросился к ним,
приветственно протягивая руки, явно переполненный радостью. Смущенно
поцеловав Джейд в щеку, он воскликнул: — Вы даже не можете себе
представить, какой для меня это радостный день, мисс Джейд! Я с самого
начала знал, что шкипер не успокоится, пока вы за него не выйдете, потому
что вы вылитая его супруга, и... — Гиббоне, перестань! — сердито
оборвал его Брайан, а потом резко отвернулся, чтобы не сказать лишнего. Он
отошел к борту и сжал ограждение так, что костяшки пальцев у него побелели.
Уолт огорчился и смутился: — Ох, Господи, как это я! Извините, вечно
сболтну что-то лишнее... — Ничего, мистер Гиббоне, — сказала
Джейд, похлопав его по плечу. Просто оставьте нас. И не беспокойтесь
относительно мистера Стивенса: он понимает, что вы не имели в виду ничего
дурного.
Уолт ушел, пробираясь между такелажем, виновато сутулясь, а она сразу же
направилась к Брайану: — Пожалуйста, милый, не надо расстраиваться. Он
хотел сказать нам приятное.
Брайан глубоко вздохнул, на секунду задержал дыхание, медленно выдохнул, а
потом с обожанием посмотрел на Джейд: — Я знаю, принцесса, знаю. Я
слишком болезненно реагирую на пустяки. Но я так сильно тебя люблю, что мне
не хочется, чтобы воспоминания о прошлом омрачали сегодняшний день.
Я слишком долго его ждал. — Тогда давай поскорее начнем наш день,
— жизнерадостно сказала она, и нашу совместную жизнь.
Рука об руку они направились к преподобному Приджену, и Брайан все время не
спускал с нее глаз.
В преддверии скорого будущего Джейд переживала настоящую бурю эмоций. Брайан
ее обожает. Это она знала наверняка.
Он хороший человек, будет прекрасным мужем и отцом, но что-то не давало ей
покоя, печалило ее. Впрочем, она знала, в чем дело. Выйти замуж за другого
мужчину означало разорвать последнее звено той эмоциональной связи, которая
существовала между ней и Колтом. И как она ни боролась с собой, у нее по-
прежнему оставалось желание остановиться, ухватиться за прошлое. Пытаясь
успокоить себя, Джейд верила, что, когда новый брак будет заключен и жизнь
войдет в свою привычную колею, у нее пропадет всякое желание оглядываться
назад.
Брайан прервал ее внутреннюю борьбу. — Ты так прекрасна! —
прошептал он, глядя на нее словно завороженный. — Солнце осыпало твои
волосы золотой пудрой... А море, отражаясь в твоих глазах, заставляет их
сиять, словно воды Карибского залива на рассвете!
Он поймал ее руки, поцеловал каждую. Все его тело дрожало от переполнявших
его чувств.
Когда Джейд произносила слова брачного обряда, она огромным усилием
заставила себя не вернуться мыслями к другому времени, другой свадьбе. Вновь
и вновь она твердила себе, что Брайан ее любит и что это самое главное. Он
любит ее, и они будут счастливы вместе.
После церемонии Брайан откупорил бутылку дорогого шампанского, и они втроем
выпили в честь события, а потом осушили еще несколько бокалов, после чего
преподобный Приджен пожелал им всего доброго и покинул яхту, предоставив
молодоженам возможность отправиться в свадебное путешествие.
Яхта вышла из гавани, Джейд с удовольствием осталась бы на палубе
полюбоваться силуэтами Нью-Йорка, но Брайану не терпелось оказаться с ней
наедине.
Он закрыл дверь каюты, запер ее и начал развязывать галстук, жадно глядя на
жену. Указывая на ее земляничного цвета платье, он приказал: — Сними
его, только не испорть. Я хочу, чтобы ты надел
...Закладка в соц.сетях
