Жанр: Любовные романы
Ищу импотента для совместной жизни
...деревьями. Давид подбегает к Кармен:
— Он попал в них?
— Кажется, нет! По крайней мере, надеюсь на это...
Она показывает на охотничий схрон, который оборудован несколько правее того
места, где выходили к водопою олени, на опушке леса. Оттуда, конечно, хорошо
просматривается берег озера, где стояли косули, а также скамейка, на которой
сидели Кармен и Давид.
Из-за веток показался ствол ружья.
Кто мишень на этот раз: Давид или Кармен?
— Пригнись! — Давид наклоняет голову девушки.
Звучит второй выстрел. Но он предназначен не им, а Каину, который так и
застыл возле скамьи, где они только что сидели.
— Возьмите вашего дрянного пса на поводок, иначе я пристрелю его! Здесь
охотничьи угодья! — слышится голос.
— Если вы застрелите собаку, я отверну вам голову! — кричит Кармен
в ответ.
Она распрямляется, идет на голос, туда, к скамейке.
— Стрелять в беззащитных оленей! Что вы себе вообразили, как вас
там? — Тут она замечает, что охотник устроился на дереве.
Чтоб ты навернулся сверху!
— добавляет она мысленно.
— Немедленно покиньте мои охотничьи угодья! — орет тот с дерева.
Ствол ружья все еще направлен в их сторону. Кармен буквально кипит от
злости. Давид догоняет ее. Каина он держит за ошейник. Вместе они идут в ту
сторону, где засел охотник.
— Я предупреждаю вас, оставайтесь там, где стоите!
— А что, вы станете в нас стрелять? Как в тех маленьких оленят у
водопоя?! — кричит Давид. — Вы знаете, что выстрел в нашу сторону
можно расценивать как покушение на убийство!
— Ваша собака бегает без поводка. И у меня есть лицензия...
Между тем Кармен и Давид уже стоят прямо под елью, где оборудован схрон. Но
охотник так и не рискует показаться им на глаза. Только оружейный ствол
сопровождает каждое их движение.
— Уходите прочь!
Давид решает забраться на дерево.
Кармен удерживает его за рукав куртки, она поняла, что тот задумал.
— Не надо. Это опасно. Кто знает, что еще взбредет в голову этому
типу, — шепчет она.
Схрон устроен очень высоко. Наверх ведет деревянная лестница, прибитая прямо
к дереву. Многие ступени от ветра и дождей треснули.
— Эй вы, внизу, убирайтесь, предупреждаю вас! — слышится снова
голос сверху.
Давид перекладывает ошейник в руку Кармен, осторожно отодвигает ее и Каина с
линии огня за соседние деревья и вдет к лестнице. Он слегка раскачивает ее,
потом делает усилие и отрывает довольно большую ее часть. Еще мгновение — и
эта часть лестницы повисает на сучке соседней ели. Потом он весело кричит
тому, кто засел наверху:
— Желаем приятного воскресного вечера! Может, мимо пойдет еще кто-
нибудь, кого вы захотите пристрелить. Только советую лучше попросить его о
помощи — ночи в ноябре довольно холодные. Пока!..
Сначала сверху не раздается ни звука. Давид ведет Каина за ошейник,
прикрывая со спины идущую впереди Кармен. Они направляются к машине. И тут
до них доносится голос:
— Вы не можете так поступить! Я подам на вас в суд! Я член местного
совета и так этого не оставлю! Немедленно вернитесь! — Когда Кармен и
Давид уже садятся в машину, то слышат крик о помощи: — Пожалуйста, вернитесь
назад!..
— Как, однако, поменялся его тон, — ухмыляется Давид и качает
головой.
Кармен, смеясь, прижимает голову к его груди:
— Ты был восхитителен!
— Зато ты оказалась более быстрой!
— Я заметила, как из-за веток показался ствол, и это было все, что я
помню!
— Я думаю, ты спасла жизнь одному из этих оленей!
— Прекрасно, значит, сегодня у меня в активе хороший поступок!
— А что бы такого сделать мне?
— Пойдем со мной к моим родителям!
— О нет, это не могу! Нет ли какого-нибудь другого варианта?
— Тогда поедем встречать Лауру в аэропорт!
— О'кей, если она твоя лучшая подруга, к тому же, наверное, недурна
собой... Едем!
Она бросается ему на шею:
— Спасибо, Давид, я всегда верила в тебя!
Он нежно, но крепко прижимает ее к себе и шепчет в самое ухо:
— И не забудь напомнить мне, чтобы я позвонил сегодня вечером в Службу
спасения. Может, они согласятся снять этого стрелка с дерева, прежде чем он
превратится в мумию!
— Только не надо звонить слишком рано. Пусть он немного подергается
там, наверху!
— Ну, дорогая, ты недооцениваешь меня! — И он легонько кусает
Кармен за мочку уха.
На часах 17:15. Кармен и Давид уже в аэропорту. Кармен нравится здешняя
атмосфера — суета, прощания и радостные приветствия. Кармен и Давид так
увлеклись разглядыванием пассажиров, возвращающихся из дальних путешествий,
что едва не пропустили момент, когда объявили прибытие рейса из Рио.
— Да вот же она! — восклицает Кармен, когда Лаура уже выходит в зал прилета. — Лаура!
Кармен дергает Давида за рукав куртки и бежит навстречу подруге. Давид едва
поспевает за ней.
— Откуда ты появилась? Я и не заметила тебя!
— Да оттуда... — Подруга кивает головой через плечо, — Знаешь
ли, мало удовольствия стоять там, у выхода с таможни. Но позволь-ка сначала
на тебя взглянуть, моя сладкая. Ты выглядишь роскошно. Что, влюбилась?
Подруги обнимаются и сердечно целуются. Давид как неприкаянный стоит подле.
Лаура оценивающе поглядывает на него через плечо Кармен. Наконец они
заканчивают обмен любезностями, и Кармен, взяв Давида под руку, знакомит его
с подругой:
— Это Давид Франк, а это, Давид, та самая Лаура Рапп.
Давид протягивает Лауре руку, глаза у той блестят:
— Что, совершенно новая любовь? Здорово, я очень рада за вас! В
Бразилии, знаете ли, мужчины все больше мелкие и черноволосые, к тому же
очень много гомосексуалистов. Так что лучше наших мужиков, наверное, нигде
нет!
Кармен бросает на Давида короткий взгляд, но на него, кажется, замечания
Лауры не оказывают никакого воздействия.
— И Кармен тоже, к счастью, так думает, — серьезно заявляет
он. — А то кто знает, смог ли бы я когда-нибудь с ней познакомиться?..
— О, достойный ответ. Кажется, намерения у твоего молодого человека
весьма определенные! Но к делу! Мы выпьем прямо сейчас что-нибудь за приезд
или чуть позже где-нибудь оттянемся? У меня есть желание проглотить большую
пиццу!
— А как насчет чего-нибудь посерьезнее вроде свиных ножек с квашеной
капустой? — предлагает Давид.
Лаура смеется:
— Ну, если бы я пробыла вдали от дома больше двух недель, мне,
безусловно, не захотелось бы ничего другого. А так, после короткого отдыха
за границей, предпочитаю нормальную немецкую пиццу!
— Вот как? — удивленно смотрит на нее Давид. — И где же нам
подадут такую?
— Ну, скажем, у Вагнера, Игло или Айсмана.
Давид сокрушенно вздыхает:
— Эх, девушки, я бы с удовольствием пригласил вас в любое из этих
чудных заведений, но боюсь, что сегодня вечером мужчинам среди вас нет
места.
Кармен с удовольствием бы провела этот вечер вместе с Давидом. Но, с другой
стороны, ей очень хочется поделиться с подругой последними новостями. К тому
же Лаура ни секунды не сомневается, что нынче у них с Кармен девичник!
— Ты отвезешь меня домой, Кармен? Я брошу чемодан, быстро приму душ, и
мы встретимся потом в
Лагуне
!
— Нет, мы подождем тебя, а ты соберешь все, что тебе необходимо завтра
с собой на работу, и переночуешь у меня!
Лаура кивает, но потом вопросительно смотрит на Давида:
— Может, я буду мешать?
Давид, улыбаясь, качает головой:
— Сегодня я возьму с собой в постель Каина — его общества мне вполне
достаточно.
— Он что, тоже голубой? — обескуражено спрашивает Лаура.
— Кто? Мой пес? Я как-то не успел его об этом спросить!
Все трое громко смеются. Давид берет чемоданы, идет по направлению к выходу:
— Впрочем, Лаура, вам придется сегодня довольствоваться моим авто.
Заодно познакомитесь с Каином поближе!
Каин уже спит. Все время, что Кармен была у родителей, Давид провел с
собакой в лесу, а позднее, когда они снова встретились с Кармен, то
совершили в Рабенвальде еще одну прогулку. Потом они сидели в кафе и вкушали
замечательный линцевский торт. Каин тоже получил огромный кусок торта от
хозяина кафе, который принес его в миске своего пса, бернского зенненхунда.
При этом долго удивлялся всеядности Каина:
— Наш-то привык есть только ромштексы и диетические куриные грудки, так
мы его избаловали!
Лаура замерла перед машиной, пораженная размерами собаки.
— Я вообще не могу разглядеть, где он начинается и где заканчивается!
Интересно, где же я смогу уместиться? Мне не очень хочется лежать рядом с
ним. И надо же что-то придумать с чемоданами!
— Один момент!
Давид берет чемоданы, открывает заднюю дверь, бросает ключи на водительское
сиденье, втискивает чемоданы рядом с Каином в багажный отсек — так, что они
отделяют собаку от передних сидений, залезает сам туда же.
— Гениально! — Кармен в восторге. — Только кто поведет?
— Конечно, ты. Ключи на сиденье, тебе надо только завести мотор. Слева
вверху переключатель света, который надо просто повернуть. Влево — габариты
и ближний свет, вправо — дальний. Ну а где живет Лаура, ты знаешь лучше
меня!
— Все ясно, капитан. — Кармен регулирует кресло и зеркало заднего
вида, пока Лаура взгромождается на соседнее сиденье.
— Замечательная машина, — восхищается Лаура. — Вы уже были с ним на сафари в Африке?
— Нет, пока нет. Но если нам удастся без приключений доставить вас до
дома, то можно будет поговорить на эту тему!
— Втроем?
— Вчетвером!
Давид указывает на Каина, который замечательно устроился рядом с чемоданами
и время от времени подергивает во сне всеми четырьмя лапами. Наверное, ему
снится сегодняшняя прогулка по лесу и стоящие у кромки берега олени.
— Конечно, вчетвером! — Кармен поворачивается к Лауре: — Что-то
случилось с Вилко?
— Фу!.. — Лаура брезгливо морщит лоб. — Вилко только с других
горазд требовать то, что сам не в состоянии выполнить!
Кармен выруливает со стоянки и непонимающе смотрит на подругу.
— Другими словами, он оказался порядочным проходимцем! — Лаура
показывает вперед: — А теперь смотри, пожалуйста, на дорогу, я хочу
закончить свой отпуск дома, а не в гробу. Потому что, если это чудовище
придавит меня, — указывает она пальцем на Каина, — мало не
покажется!
Кармен и Лаура сидят за столиком в
Лагуне
. Давид повел себя как истинный
джентльмен. Он доставил подруг в кафе и тут же попрощался. Подруги выбрали
местечко чуть поодаль от остальных посетителей. Кафе и прежде не пустовало,
но сегодня здесь особенно людно. В воздухе разносится аромат пиццы,
перекрывая все другие запахи, даже запах табачного дыма.
— Останься хоть ненадолго, — просит Кармен Давида.
Лаура тоже уговаривает молодого человека съесть хотя бы кусочек да захватить
что-нибудь лохматому другу, спящему в машине. Но Давид непреклонен:
— У вас сегодня есть о чем поговорить после разлуки. К тому же я не
выношу табачного дыма. Сейчас мы с Каином отправимся домой, потом выпьем по
стаканчику с моим соседом. Насколько я знаю, он в это время отсиживается
дома.
Давид обнимает Кармен и целует в губы:
— Я позвоню тебе завтра утром.
— Только в офис.
— Тогда быстро диктуй номер! — Он отрывает кусок салфетки и
достает ручку.
Лаура смотрит на Кармен непонимающим взглядом:
Что, он даже не знает твоего
рабочего телефона?
Кармен ухмыляется, диктуя Давиду цифры.
— Пожалуйста, скажи заодно и свою фамилию, моя любовь, — добавляет
Давид, перехватывая взгляд Лауры.
Кармен хохочет:
— Ну, хватит! Целуй Мартина от меня. Скажи ему, что я погладила тебя по
животику. Он поймет!
— Боже мой! Как у нас, оказывается, все далеко зашло! — Давид идет
к выходу.
Потом на ходу оборачивается, поднимает в прощальном жесте руки:
— Приятного вам вечера, дамы!
— Итак, Лаура, если я тебе начну подробно рассказывать о том, что
произошло за последние четырнадцать дней, нам придется просидеть здесь до
утра!
— Невозможно! У меня завтра утром первый урок! Не забудь поставить
будильник на шесть тридцать! Да и потом, меня пока интересует одно: как ты с
ним познакомилась? Я полагаю, такие экземпляры не бегают свободно по улицам!
— Именно это сказала себе и я! Но ты будешь долго смеяться: он
свободен!
— Был... — уточняет Лаура. — Был свободен!..
— Это точно! Так, пожалуйста, фирменную пиццу с двойным сыром и пол-
литра вашего домашнего красного вина!
— А не хотите ли еще и салатов? — Энцо персонально обслуживает их
столик.
Подруги на некоторое время задумываются.
— Пожалуй, этого будет многовато! — колеблется Кармен.
А Лаура, похлопывая себя по животу, добавляет:
— Я и так уже набрала несколько лишних килограммов! Но хватит! Хватит
увиливать от ответа! Давай рассказывай, где в нашей дыре обитают такие
герои?
— Ты говоришь так, думая о Зигфриде и Нибелунгах? Ведь так? Да, есть
такие. Действительно есть. Впрочем, у Давида липовый лист не на спине, а на
другом месте!
— Гм... Как прикажешь тебя понимать?
— Ну, если ты кое-что узнаешь, то поймешь, что и тебе доступны подобные
герои!
— Не будь такой циничной! Это тебе не подходит! Ах, ты имеешь в виду,
что у него есть проблемы с... Или он голубой? Но такого я вообще не могу
себе представить! В чем же дело?
Энцо накрывает на стол. Кармен и Лаура наливают вина, чокаются, глядя друг
другу в глаза. Они дружат давно, целую вечность, у них нет тайн друг от
друга, поэтому Кармен пони мает по взгляду Лауры, о чем та думает. Поставив
бокал на стол, Лаура хватает Кармен за руку.
— Тебя нельзя надолго оставлять одну. Ну, рассказывай, мышонок, что
учудила на этот раз!
— Ну что ж, слушай внимательно, Лаура! Я дала объявление в газету.
Наверное, потому, что Петер достал меня окончательно. Незадолго до того
здесь, в этом кафе, я пережила еще одну отвратительную историю, и мое
терпение лопнуло! Я решила построить для себя систему идеальных
взаимоотношений!
— Ага... — кивает Лаура. — То-то, я смотрю, клей на Давиде
еще не совсем высох...
— Либо ты будешь меня слушать и перестанешь острить, либо я ничего не
буду рассказывать. Давид появился в моей жизни позднее. Итак, мы
остановились на объявлении!
— Ладно. Как я понимаю, ты решила искать себе мужчину!
— Да, но не собирать его из запчастей, по своей схеме свинчивая
детальки!
— Боже мой! Ты можешь говорить нормальным языком?
Некоторое время они молчат, потом Лаура, вроде догадавшись, встряхивает
головой:
— Ты рехнулась! Что ты собираешься делать с импотентом?! Ты!.. Да это
даже не смешно!
— А теперь слушай меня! — Кармен почти злится. — Ты решила,
наверное, что я превратилась в некое насекомое, пожирающее всех подряд
мужиков? Нет! Просто мне до смерти надоело их самодовольство, их вечно
торчащие, словно флаг штоки, пенисы, эти ядреные мошонки. Действительно
зверски надоели!..
— Тихо, люди оборачиваются, — просит Лаура. — Выпей и не
впадай в разе!
— Понимаешь, когда начинаю об этом говорить, внутри все закипает. Но я
уже переболела. И мне стало намного легче! Я хочу преодолеть в себе это!
— Что ты хочешь преодолеть?
— Что-то в самой себе, что нарушает внутреннюю гармонию и постоянно
нервирует меня. Я хочу просто убрать секс из своей жизни!
— Это означает, что в настоящий момент ты вообще не хочешь спать с
мужчинами!
— Именно это! Я не хочу быть зависимой от них!
Лаура наливает в бокал вина и залпом выпивает его.
— И Давид — составная часть твоей программы?
— Что значит программы! Он один из тех мужчин-импотентов, которые
откликнулись на мое объявление!
— Интересно! А что, их было много?
— Приличное количество. Я не могла даже предположить, что столько
мужиков откликнется! — Кармен довольно смеется. — К сожалению, я
уже убрала многие письма, а некоторые переслала! Наверное, стоит их еще
разок достать, чтобы ты посмотрела!
— Спасибо, я только что пережила фиаско на любовном фронте. Не хватало
мне еще чужих подробностей!
Энцо расставляет на столе закуски. Подруги, как по команде, придвигают к
себе тарелки и набрасываются на еду.
— А тут еще Вилко! Такой чопорный, благовоспитанный. Чмо!.. —
Лаура отправляет в рот большой кусок пиццы.
— Вы снова поцапались?
— Я его едва не убила!
Кармен подкладывает в тарелку Лауре еще кусочек пиццы.
— В самом деле, Лаура, ты же знаешь, я ничего не имею против Вилко —
наоборот, со временем он стал мне казаться даже милым. Но когда я увидела
его впервые, никак не могла понять, как ты дошла до жизни такой!
— Можно и я поухаживаю за тобой? — Лаура отрезает большой кусок
пиццы и кладет на тарелку Кармен. — Правильно, — соглашается
она, — я тогда была влюблена. Но потом, особенно после того, как мы
переспали, чувства стали уходить. Я поняла, что любовь просто затуманила мне
мозги!
— Так что же произошло? — Кармен в недоумении.
— Он явился передо мной в нижнем белье, представь себе! Он не снял свое
белое нижнее белье. Можешь вообразить, как это выглядело!
— Ну а носки-то он хоть снял?
— Нет, — хохочет Лаура, — и носки не снял! Да к тому же
вспотел так, что пришлось вытирать его тремя банными полотенцами. Понимаешь,
три минуты любви — и три огромных банных полотенца!
— Ну... ничего особенного я в этом не нахожу. И как долго ты терпела
его?
— Так долго, что сыта по горло. И теперь поздно что-либо менять...
— Что значит поздно? Объясни, пожалуйста!
Лаура ничего не отвечает, лишь легонько хлопает себя по животу.
Кармен роняет вилку, испытующе смотрит на подругу:
— Ты что, в самом деле! Ждешь от него ребенка?
— Ну, что будет дальше, сказать пока не могу. Потому и поехала в
Бразилию, чтобы как-то прояснить наши отношения.
— А почему я ничего не знаю об этом? Почему мне ничего не сказала?
— Ты должна меня простить, Кармен! Когда я узнала об этом, мне
захотелось побыть одной. И я сбежала ото всех. Меня даже посетила мысль, а
не избавиться ли мне от ребенка там, чтобы никто не узнал об этом. Ну,
может, кроме тебя... Только я рассказала бы тебе об этом, когда все было бы
позади! Но я не смогла!..
Кармен встает, обходит вокруг стола, садится на краешек стула, на котором
сидит Лаура, и крепко обнимает подругу. Потом кладет руку на живот Лауры и
произносит:
— Теперь я понимаю, что значили твои слова, будто ты поправилась!
Лаура доверчиво улыбается.
— А теперь? — спрашивает Кармен. — Что ты намерена делать
теперь? В любом случае знай: если ты решишься рожать, я помогу тебе всем,
чем смогу!
— Кармен, ты единственный человек, на которого я могу положиться!
— Твоя мама уже знает об этом?
— Ей я скажу утром. Перед поездкой в Бразилию не хоте лось ни с кем
говорить на эту тему.
— А Вилко?
— С тех пор как он сбросил маску, мне стало ясно — он просто
использовал меня. Ему нужно было лишь самоутвердиться! И это не первый его
ребенок! Он большой специалист в таких играх!
— Да как ты можешь говорить такое о нем! Он же обещал носить тебя на
руках. Так, во всяком случае, он постоянно говорил мне!
— Да, он готов был носить меня на руках, пока мной можно было крутить
как хочется. И прежде всего он хотел, чтобы к нему относились как к
божеству. Причем он таков не только в частной жизни. И не одна я
разочаровалась в нем — многие его деловые партнеры тоже. Он довольно
посредственный бизнесмен, хотя на каждом углу кричит об обратном. Он
обыкновенный авантюрист и обманщик. И осознание этого доставляет мне
нестерпимую боль. Но я сама сделала тогда свой выбор, и винить мне некого.
Какая же я была дура! Но связываться с импотентом, как ты, я не стану ни за
что! Можешь даже не мечтать о том, чтобы втянуть меня в свою авантюру!
Обе смеются. Кармен возвращается на свое место.
— Так что же получается? Ребенок все-таки есть... — Кармен качает
головой.
— Ну, пока это лишь эмбрион. Я всего на пятой неделе. Плод даже еще не
сформировался!
— Понятно, госпожа учительница. — Кармен пытается попробовать
лазанью. — Гм... Вкусно, но очень горячо. А кстати, дорогая моя
учительница, как служащая ты имеешь право на страховку. И это значит, что
твоему милому Вилко можно просто помахать ручкой!
— Уверена, он попытается все повернуть так, будто не он меня, а я его
бросила. Могу поспорить на что угодно!
— Ах, не стоит! Я лучше выпью вина. И сейчас в последний раз с тобой.
Ты должна сохранить ребенка, и это будет твой последний бокал вина на
ближайшие девять месяцев.
— Восемь... — поправляет Лаура.
— Восемь?
— Ну да. Хотя врачи считают в неделях. А у меня вся жизнь — от каникул
до каникул! Но я уже знаю, как назову ее: Алина Оливия Кармен!
— Ее? — удивляется Кармен.
— Конечно. Нам нужна только девочка!
Обе опять смеются. Слишком долго, чтобы это выглядело прилично. Но им не до
приличий. Им просто весело. Потом опять поднимают бокалы и чокаются.
— Добро пожаловать к нам, дорогая, — хихикает Кармен.
— Оставь своих импотентов себе, — огрызается Лаура. —
Впрочем, о Давиде ты мне до сих пор ничего не рассказала. Как могло
случиться, что такой видный молодой человек стал импотентом?
— Из-за катастрофы, в которую он попал во время мотогонок. Три года
назад. Он думал, что импотенция со временем пройдет, но пока ему остается
только надеяться... Зато теперь его отношение к женщинам совершенно
переменилось. У него произошла переоценка ценностей...
— Да, он ведет себя как джентльмен... А привет, который ты передала
Мартину, и упоминание о животике — это что, некий намек на его прошлую
жизнь?
— Ха, ты, как всегда, попала в точку!
— Ясное дело. А нет ли у Давида брата-близнеца или друга, который не
был бы импотентом?
— Ну, Мартин вряд ли вызовет у тебя восхищение. Среди моих новых
приятелей есть более привлекательные типы. Ты можешь даже посмотреть!
— Правда? А сколько сейчас времени? — Лаура кивает на наручные
часы Кармен.
Кармен показывает ей циферблат — уже девять вечера.
— Ты что, потеряла свои?
— Да нет, просто я не настолько богата, чтобы брать свои в какую-то
Бразилию. Я не могу так обходиться с дорогими вещами. А время мне нужно
знать. Ведь как будущая мамаша я должна думать о своем малыше!
Кармен смеется:
— Мне кажется, ты уже освоилась в этой роли!
— Верно! И у меня есть еще одна сногсшибательная идея: мы сейчас
расплатимся, пойдем к тебе, выпьем по стаканчику минеральной водички прямо в
постели и еще немного по болтаем. Согласна?
— Отлично придумано! Если ты видишь Энцо, дай ему знак, чтобы принес
счет. А ты уверена, что все взяла с собой на завтра? Я имею в виду — для
школы? Мне показалось, что Давид нес не очень большой пакет...
— На понедельник мне и не надо много. Но мне надо рано встать, зато и
вернусь я пораньше. Это и отличает нас, служащих, от вас — деловых людей.
Вы, наоборот, поздно идете на службу и поздно возвращаетесь. Поэтому мы с
тобой, наверное, никогда не выйдем замуж. Ни твой, ни мой режимы работы не
вписываются в семейную жизнь!
— Хорошее обоснование!
— А может быть, милая моя Кармен, в твоей жизни просто наступила черная
полоса? Ведь есть же семейные пары, которые живут в любви
...Закладка в соц.сетях
