Жанр: Любовные романы
Весна в провинции
...ом они будут ужинать вместе с Маком. Они ведь такие
разные. Мак обожает неожиданности, а Джеффри терпеть их не может. Джорджия
поправила очки и тут же почувствовала себя на работе. По-деловому быстро
набрав нужный номер, она услышала в трубке железный голос секретарши
Джеффри:
— Мне очень жаль, но он разговаривает с клиентом.
Джорджия иногда думала, что таланты Руфь — так звали секретаршу Джеффри —
пропадают зря. С такой железной волей она вполне могла бы охранять кабинет
премьер-министра, а не страхового агента. Если бы ее секретарша Роуз была
хоть немного похожа на Руфь, Мак Хендерсон не смог бы с такой легкостью
войти к ней в кабинет.
— Я могу что-нибудь ему передать? — Голос Руфи был, как всегда,
безупречно вежлив, однако Джорджия чувствовала, что секретарша ее бой-френда
недолюбливает ее. Она приревновала ее то ли к своему шефу, то ли к высокому
посту редактора местной газеты.
— Нет. Спасибо, Руфь, — неохотно произнесла Джорджия. —
Просто напомните Джеффри, что я жду его сегодня в восемь.
— В этом нет никакой необходимости, — чопорно сказала Руфь. —
У него это записано в дневнике.
Другими словами, ужин с Джорджией был для Джеффри всего лишь еще одной
деловой встречей. Именно на это намекала секретарша.
Джорджия сняла очки и устало потерла глаза. На сегодня с нее достаточно!
Вступительную статью она напишет завтра утром. Не стоит придавать этому
слишком большое значение. Люди в Аскерби сами знают, что думать о тех или
иных вещах, и им не понравится, если какая-то выскочка, только что
вернувшаяся из Лондона, будет учить их жить.
Иногда Джорджии трудно было поверить в то, что она здесь выросла.
Предыдущего редактора
Новостей Аскерби
все в городе очень любили, и никого
не волновало то, что он полностью развалил газету. Когда Джорджия была
назначена на его место, ее поддержало всего несколько человек. Джеффри был в
их числе. Джорджия всегда будет благодарна ему за это.
Напоследок она еще раз просмотрела свою электронную почту и прибрала на
своем письменном столе. Джорджия терпеть не могла приходить утром в
неряшливый кабинет. Накинув на плечи пальто, она открыла дверь в приемную.
— Я ухожу, Роуз, — сказала Джорджия секретарше. — Не забудь,
что завтра редакционная коллегия. Я хочу, чтобы все присутствовали.
— Помню, помню... — успокоила ее Роуз. — Приятного вечера. Ты
идешь на встречу со своим другом?
— С моим другом?
— Мистером Хендерсоном. Он сказал, что знает тебя. — Роуз внезапно
встревожилась. Она поняла, что совершила ошибку.
— Ах, Мак... — растерянно произнесла Джорджия. — Да, мы не
виделись целую вечность.
— По-моему, он очень милый, — сказала Роуз, затем наклонилась
поближе к Джорджии и шепотом добавила: — И привлекательный.
Джорджия невольно улыбнулась. Отношения Роуз с ее собственным мужем
закончились полным провалом, но, несмотря на это, секретарша была очень
обеспокоена одиночеством своей начальницы. Роуз была уверена в том, что в
воспитании Тоби Джорджии необходима помощь мужчины.
Джорджия тоже была в этом уверена. Однако Мак не был тем самым мужчиной,
который мог помочь ей в этом. Тоби нужен был добрый и надежный папа, а Мак
сам все еще был ребенком.
— Тоби, пожалуйста, собери игрушки!
Джорджия вздохнула и наклонилась, чтобы поднять с пола гостиной детский
носок. Трудно было поверить в то, что маленький мальчик может произвести
такой беспорядок. Раньше Джорджия думала, что на этом свете просто не может
быть человека неряшливее Мака.
Но Тоби был еще неряшливее! Пол его спальни был усыпан какими-то открытками,
маленькими пластиковыми фигурками от конструктора, обрывками бумаги,
цветными мелками, сломанными игрушками и еще многими непонятными вещами.
Подобрав с пола шарик, который подозрительно напоминал ей жевательную
резинку, Джорджия с отвращением сморщилась.
— Тоби! — она не заметила, как голос взлетел вверх.
И как тут было не сорваться! Отработав день в редакции, она прибежала домой,
чтобы за несколько минут успеть приготовить ужин для своих мужей — бывшего и
будущего. Сегодня им придется трапезничать вместе. С ума сойдешь!
— Там кто-то в дверь звонит, — сказал Тоби, и Джорджия с
облегчением подумала, что ребенок по крайней мере не глухой.
Мальчик взглянул в окно. Несмотря на скорый приход гостей, он был одет в
пижаму. Волосы его были растрепаны.
— Это, наверное, разносчики рекламных объявлений, — сказала
Джорджия, пытаясь сохранять спокойствие.
— У него классный мотоцикл, — глядя в окно, произнес Тоби.
Джорджия нахмурилась. Разносчики рекламных объявлений обычно не пользуются
мотоциклами. Мисс Сибли из 23-й квартиры часто в это время просовывает под
двери районные информационные бюллетени, но она не ездит на мотоцикле.
Впрочем, даже если бы и ездила, Тоби вряд ли назвал бы ее мотоцикл классным.
Заинтригованная словами Тоби, Джорджия подошла к окну. Рядом с калиткой
действительно стоял мотоцикл. Это была мощная, стильная машина. Сердце
Джорджии сжалось. Только один человек из тех, кого она знала, мог ездить на
таком мотоцикле.
Услышав звонок в дверь, Джорджия вздрогнула. Эта наглая манера была ей
знакома до боли.
— Кто это? — спросил Тоби.
Тоби трудно было назвать красивым ребенком. Всегда угрюмый мальчик был
худым, с редкими зубами и большими ушами. Когда Тоби смотрел на Джорджию
своими беспомощными глазами так, будто она знала ответы на все вопросы,
сердце ее сжималось от жалости.
— Я не знаю, — ответила Джорджия. — Пойдем посмотрим.
Мальчик послушно пошел за ней в прихожую. Когда Джорджия открыла дверь,
Тоби, выглядывая у нее из-за спины, с интересом посмотрел на мужчину,
который стоял на крыльце.
Это был Мак. В потертых джинсах, белой футболке и видавшей виды кожаной
куртке, с фотоаппаратом, который, как всегда, висел у него на груди, он был
великолепен.
— Ты слишком рано, — резко сказала Джорджия. — Я просила тебя
прийти в восемь часов, а сейчас еще нет и половины восьмого.
— Я хотел познакомиться с Тоби до того, как он пойдет спать. — Мак
подмигнул Тоби.
— Ты кто? — с подозрением глядя на незнакомца, спросил мальчик.
— Это Мак, — быстро сказала Джорджия, намеренно опередив Мака.
— Мы были знакомы... когда-то... очень давно, — сказала
Джорджия. — Дядя Мак приехал в Аскерби, и я подумала, что мы должны
пригласить его в гости.
— Привет, Тоби, — весело произнес Мак, достал из кармана манго и
протянул его Тоби.
Это был всего лишь фрукт. Красивый, сочный, с кожицей, переливающейся от розовато-
зеленого до ярко-красного оттенка. Сейчас манго не такая уж редкость. Его
можно было купить, если повезет, даже здесь, в Аскерби.
Но для Джорджии манго было не просто экзотической ноткой во фруктовом
салате. Манго напоминало ей о долгих ночах в тропиках, треске вентиляторов
под потолком, зловещих звуках далекой, чужой страны. Она бы так и не
попробовала этот фрукт, если бы Мак однажды не порезал его на маленькие
кубики и не предложил ей. Отделив кожицу от ароматной оранжевой мякоти,
Джорджия с удовольствием съела его, и теперь этот вкус навсегда связан для
нее с Маком. Джорджия вспомнила веранду их дома в Западной Африке,
вспомнила, как она ела манго и его сок тек по ее подбородку, вспомнила, как
Мак, улыбаясь, сказал ей:
— Ты ешь манго так же, как занимаешься любовью. Все знают тебя строгой,
безукоризненной Джорджией, и только мне известно, что скрывается под фасадом
чопорной деловой женщины. На самом деле ты озорная девчонка!
Когда Мак приносил ей манго, это всегда заканчивалось любовью. Там, в
Африке, несмотря ни на что, она была очень счастлива.
И зачем только Мак принес ей сегодня манго? Принес бы цветы! Джеффри всегда
приносит ей цветы. Впрочем, он до сих пор не поинтересовался, какие цветы ей
нравятся. Он просто приносит ей цветы, потому что так принято поступать.
Джеффри вообще всегда поступает правильно. Иногда Джорджия сожалела об этом.
Ей хотелось, чтобы он хоть изредка удивлял ее чем-нибудь вроде причудливой
коряги, подобранной прямо на улице, или горшка с медом, или интересной
книжки.
Или манго.
Джорджия вцепилась в манго, прежде чем Тоби успел взять его в руки.
— Тебе лучше пройти, — сказала она Маку дрожащим голосом.
— А что это такое? — спросил Тоби.
— Это манго, — как можно спокойнее постаралась ответить Джорджия.
— Нет, вот это, — переспросил Тоби, указывая пальчиком на
фотоаппарат.
— Это мой фотоаппарат, — непринужденно произнес Мак, снимая
камеру. — Хочешь посмотреть?
Тоби кивнул, и Мак протянул ему фотоаппарат. Джорджия вся сжалась.
— Ты уверен, что это следует делать? — обеспокоенно спросила
Джорджия. Профессиональная камера стоит недешево, а Мак зарабатывал этим
себе на жизнь.
— Все в порядке, — ответил Мак, перекидывая ремешок фотоаппарата
через голову Тоби. — Он не уронит его.
Тоби нахмурился и с подозрением посмотрел на фотоаппарат.
— Это не похоже на камеру. Она не цифровая.
— Да, — подтвердил Мак. — Ты не сможешь позвонить с нее по
телефону. Этим делают только фотографии. Хочешь я покажу тебе, как она
работает?
Тоби снова кивнул, и Джорджии оставалось только с удовольствием наблюдать за
тем, как Тоби, усевшись рядом с Маком на диван, заинтересованно
рассматривал, как работают телескопические линзы.
Но Джорджия должна была еще хоть немного прибраться. Мак никогда не обращал
внимания на бытовые мелочи. Даже если бы ему пришлось пробираться к дивану
по колено в мусоре, он не заметил бы этого. Тоби был точно таким же.
Джорджия подумала вдруг о том, насколько легче была бы жизнь, если бы люди
просто закрывали глаза на то, что они не хотят видеть. Ей очень хотелось
быть именно таким человеком, но... Но Джорджия просто не могла ужинать в
гостиной, где царил такой беспорядок.
Вздохнув, Джорджия нагнулась и начала собирать игрушки, а Мак и Тоби тем
временем склонились над фотоаппаратом.
Однако как это приятно — убираться в комнате, когда двое молодых людей сидят
на диване, поглощенные таким интересным занятием! — подумала Джорджия и
удивилась своим мыслям. Не означает ли это, что Мак снова мог бы стать
членом ее семьи? Джорджия так увлеклась своими мыслями, что не сразу
расслышала, как Мак обращается к ней.
— Я просто хотел сказать, что мыс Тоби можем закончить уборку, если
тебе нужно переодеться.
— Да нет, спасибо, — почему-то покраснев, ответила Джорджия.
Только сейчас она поняла, что не успела еще переодеться. — Я обычно
вообще не переодеваюсь.
Мак нахмурился. Он очень любил, когда Джорджия переодевалась, приходя с
работы, и превращалась из сухой, холодной Джорджии в нежную, домашнюю
Джорджию.
— Почему? — спросил Мак. Джорджия пожала плечами.
— Просто некогда. По вечерам у меня столько дел.
Да и не для кого больше переодеваться, — подумала про себя Джорджия,
подбирая с пола части детского конструктора. Ах, да! Есть же еще Джеффри! Но
он всегда приходил к ней прямо с работы в своем костюме, и Джорджия
представить себе не могла, что может встретить его в одной из тех вещей,
которые она надевала для Мака. Ведь, в конце концов, тогда она была намного
моложе, и с тех пор много воды утекло.
— Можно я сфотографирую Джорджию? — попросил Тоби.
— Конечно, — ответил Мак.
— Посмотри на меня, Джорджия!
Обрадовавшись тому, что Тоби так повеселел, Джорджия подняла голову и
улыбнулась.
Тоби поднял тяжелый фотоаппарат своими тоненькими ручками, наставил его на
Джорджию, затем взглянул на Мака и спросил:
— А что мне делать теперь?
— Теперь ты можешь сделать снимок, — сказал Мак. — Только
сейчас Джорджия совсем не похожа на себя, не правда ли? Дело в том, что
таких людей, как Джорджия, вообще трудно фотографировать, — продолжал
объяснять Мак так, будто Тоби был взрослым, а вовсе не маленьким мальчиком,
которому нужно было всего лишь нажать на кнопку. — Представь, что ты
охотишься на дикое животное. Ты должен вести себя очень тихо и дож— даться
того момента, когда оно забудет о том, что ты находишься здесь с
фотоаппаратом. Вот тогда-то и нужно жать на кнопку!
Лекцию Мака прервал звонок в дверь.
— Это Джеффри, — с облегчением сказала Джорджия, поднимаясь с
пола. — Тоби, подбери, пожалуйста, оставшиеся игрушки, — попросила
она, не очень надеясь на то, что он ее послушается.
Тоби тяжело вздохнул.
— Джеффри — ее жених, — услышала Джорджия у себя за спиной детский
голос. — Он скучный.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Джеффри, как всегда, был минута в минуту и, как всегда, с
сюрпризом
.
Сюрпризом
— тоже всегда — был букет цветов.
— Какие милые! Спасибо, Джеффри, — сказала Джорджия, привычно
принимая букет тюльпанов и поцелуй в щеку. — Проходи.
Джеффри послушно прошел за Джорджией в гостиную, где, к ее удивлению, Мак и
Тоби, ползая на коленях по ковру, собирали в коробку оставшиеся игрушки.
— Ох... спасибо, — сказала Джорджия. Участие Мака тронуло ее до
глубины души.
— Я знал, что ты не расслабишься, пока все игрушки не будут
собраны, — ответил Мак. Поднявшись на ноги, он с удовольствием протянул
руку остолбеневшему от удивления Джеффри. — Здравствуйте.
Слишком поздно Джорджия подумала о том, что не знает, как представить друг
другу своих мужчин.
— Ммм... ты... помнишь Мака, не так ли, Джеффри?
— Мака? — Джеффри испуганно посмотрел на Джорджию.
— Мак Хендерсон, — представился Мак. — Муж Джорджии.
О! Вот без этого точно можно было бы обойтись! — подумала Джорджия и
спешно добавила:
— Бывший муж.
— Муж? — с любопытством произнес Тоби.
— Мы однажды ужинали вместе в доме у родителей Джорджии, —
напомнил Мак. Скованность Джорджии явно доставляла ему удовольствие.
— Я вспомнил. — Джеффри неохотно пожал Маку руку.
— Муж? — снова произнес Тоби. Он все это время переводил взгляд с
Джорджии на Мака и обратно. — Ты что, замужем?
— Нет, — сказала Джорджия одновременно с Маком, который сказал:
Да
.
Джеффри неодобрительно посмотрел на них обоих.
— Это долгая история, — попыталась выйти из положения
Джорджия. — Я потом все тебе объясню, а сейчас тебе пора спать.
— Но еще рано, — хмуро произнес Тоби.
— Нет, уже пора, — строго сказала Джорджия.
— Но, пожалуйста, Джорджия, — заныл Тоби. — Мак еще не все
рассказал мне про свой фотоаппарат.
— Я могу сделать это наверху, — Мак подошел ближе к Тоби. —
Ты не хочешь показать мне свою комнату? Мы можем сделать там несколько
фотографий. Мне кажется, Джорджия хочет поговорить с Джеффри наедине.
— Прекрасная мысль! — сказала Джорджия, выдавливая из себя
улыбку. — Почему бы тебе не отправиться в свою спальню вместе с Маком,
а я через несколько минут тоже поднимусь, чтобы пожелать тебе спокойной
ночи?
Через секунду после того, как Мак и Тоби удалились, Джеффри потребовал от
Джорджии объяснений.
— Что он здесь делает?
— Он сказал, что хочет поговорить о разводе, — сдерживая
раздражение, ответила Джорджия. — Он появился сегодня днем, как гром
среди ясного неба, и я подумала, что будет лучше обсудить все за ужином. Мы
ведь цивилизованные люди.
— Ты должна была предупредить меня, — гневно произнес Джеффри.
— Я звонила тебе, но Руфь сказала, что ты занят.
— Я разговаривал с клиентом, следовательно, я не мог подойти к
телефону.
Джеффри обожал слово
следовательно
. Это всегда действовало Джорджии на
нервы. Обычно она мирилась с этим, но сейчас раздражение готово было
вырваться наружу.
И все-таки она справилась с собой, ведь Джеффри всегда был таким
внимательным, таким надежным другом.
— Извини, — сказала она. — Мне очень жаль, что я не смогла
предупредить тебя о том, что Мак будет сегодня ужинать с нами. Но худа без
добра не бывает. Раз уж он здесь появился, давай поговорим обо всем напрямик
и раз и навсегда решим эту проблему. Если нам повезет, Мак подпишет
документы на развод в самое ближайшее время. Тогда я перееду к тебе.
— Да, конечно, — согласился Джеффри. — Я так долго ждал
этого, но я всегда знал, что такая женщина, как ты, стоит того.
Джорджия импульсивно чмокнула Джеффри в щеку:
— Спасибо за понимание.
И Джеффри послушно последовал за ней в кухню. Джорджия никогда не любила
готовить — по правде говоря, она готовила ужасно, — но Джеффри очень
любил домашнюю еду, поэтому Джорджия старалась изо всех сил. Впрочем, дальше
двух-трех простеньких рецептов дело не пошло. У нее было слишком много
работы в редакции, и с Тоби забот хватало. Возвращаясь домой, Джорджия
частенько жалела о том, что не может забежать в супермаркет и купить какой-
нибудь полуфабрикат. Сегодня она готовила свинину с черносливом. Джеффри не
нравились специи и чеснок. Это осложняло дело, однако все было не так уж
плохо.
Но какая жалость! Свинина пригорела... Джорджия поморщилась и закрыла дверцу
духовки. Теперь уже с этим ничего не поделаешь. Оставалось только надеяться
на то, что есть это блюдо будет приятнее, чем смотреть на него.
Попросив Джеффри открыть бутылку вина, Джорджия отправилась наверх пожелать
Тоби спокойной ночи. Тоби и Мак сидели на кровати и болтали. Впервые
Джорджия видела Тоби таким счастливым и заинтересованным. Мак, вальяжно
раскинувшись, лежал на кровати, которая стояла рядом с кроватью Тоби.
— Все! По-моему, тебе пора спать, — сказал Мак, увидев Джорджию.
— Я уже в постели, — недовольно ответил мальчик.
— Я вижу, — произнесла Джорджия, входя в комнату. — Молодец.
— Мак сказал, что я должен стараться быть... э-э-э... Мак, как это?
— ...благоразумным, — улыбнувшись, подсказал Мак.
— Он сказал, что я должен быть благоразумным и лечь в постель до того,
как ты поднимешься наверх, — наивно сообщил Тоби.
Джорджия села на край постели.
— Мак объяснил тебе, что означает это слово, — умиленно спросила
она.
— Он сказал, что моя жизнь станет легче, если я буду делать то, что ты
хочешь, — простодушно объяснил мальчик.
— По-моему, это хороший совет, — согласилась Джорджия и посмотрела
на Мака. — Тогда нам обоим станет легче жить.
— Тебе вообще чаще нужно прислушиваться к моим советам, — лукаво
блеснув глазами, сказал Мак.
— Неужели ты стал знатоком детской психологии? — с легкой издевкой
в голосе спросила Джорджия.
— Я знаю, как сделать жизнь проще и удобнее в любой ситуации, —
ответил Мак.
Да, это ему всегда прекрасно удавалось, — подумала Джорджия. Мак всегда
жил только настоящим. Он проживал день так, как будто это был последний день
его жизни. В отличие от Джорджии он никогда не беспокоил себя планами на
будущее, не тревожился о том, что подумают о нем люди, и не разрывался между
двумя несовместимыми задачами. Если бы Мак был женщиной, то это была бы
весьма безнравственная женщина.
Джорджия повернулась к Тоби и слегка ущипнула его за нос.
— Тебе завтра в школу, — с любовью сказала она. — Так что
давай спи.
— Я не устал, — ответил Тоби и с удовольствием свернулся клубочком
под одеялом.
— Спокойной ночи, Тоби, — сказал Мак, наклонившись, чтобы провести рукой по волосам Тоби.
— Приятных снов. — Джорджия нежно поцеловала Тоби в щеку. Ребенок
не ответил ей, но большим достижением было уже то, что Тоби улегся спать
вовремя, поэтому Джорджия не стала давить на него.
Мак уже стоял в дверях и наблюдал за ними. Его тронула странная смесь
нежности и неловкости, которую демонстрировала Джорджия в обращении с Тоби.
Мак хотел бы быть сейчас на месте Тоби. Он вспомнил, какими мягкими были ее
губы, когда она целовала его. Затем он вспомнил о Джеффри и помрачнел.
Известен ли ему вкус ее поцелуев?
С этой минуты настроение у Мака резко испортилось. Ему не понравилось, как
Джеффри предложил ему бокал вина, когда они спустились вниз и Джорджия вышла
на кухню, как развлекал его светскими разговорами. Можно было подумать, что
он, Джеффри, хозяин в этом доме, а Мак здесь всего лишь случайный гость!
И как это так вышло, что Джорджия пристрастилась к кулинарии? Раньше Мак
частенько посмеивался над тем, как она готовит, хотя втайне был доволен тем,
что у его идеальной жены тоже есть свои слабые места. Когда время позволяло,
Мак был счастлив приготовить что-нибудь самостоятельно, но чаще всего они
покупали готовую еду или полуфабрикаты.
Мак не имел ничего против кулинарных опытов Джорджии. Зная, как она
ненавидит готовить, он даже восхищался ею. Однако тот факт, что она делает
это для Джеффри, раздражал его, а Джеффри воображал себя гурманом и не хотел
есть полуфабрикаты.
— В них полно соли и консервантов, — объяснял он Маку.
Но хуже всего было то, что Джорджия пыталась приготовить для Джеффри
сливовый пудинг — любимое блюдо Мака! К счастью, из этого ничего не
получилось. Хрустящая крошка, которая должна была бы оставаться наверху,
утонула в сливах, а сами сливы плавали в какой-то неаппетитной коричневой
гуще.
Однако Джеффри водил ложкой по миске и называл эту бурду восхитительной.
Поймав на себе взгляд Джорджии, Мак прошептал ей на ухо:
— На твоем месте я бы заказал что-нибудь на вынос в ближайшем кафе.
— У меня, кажется, совсем нет склонности к кулинарии, — ответила
она.
— Ты сделала большой шаг вперед, — возразил ей Джеффри, затем
посмотрел на Мака и продолжил: — Она просто замечательная и совсем не
изменилась с тех пор, как я впервые увидел ее! А ведь это было не вчера.
— Ода, — подхватил Мак. — Вы, кажется, вместе учились в школе
и были влюбленной парочкой?
— Нет, — вынужден был с сожалением признать Джеффри. — Мы
были всего лишь друзьями.
— Разве вы не делали вместе уроки?
— Конечно, делали. — Джеффри с удовольствием предался
воспоминаниям, а Джорджия тем временем нервно ерзала на стуле.
— Счастливое было время, не так ли? — В голосе Мака чувствовалась
легкая зависть.
— Мы оба хорошо учились, — с гордостью заявил Джеффри.
— Хочешь еще пудинга, Джеффри? — спросила Джорджия, пытаясь
предотвратить следующее едкое замечание Мака. Джеффри и так уже выглядел
глупо.
Для того чтобы сменить тему, Джорджия попросила Джеффри рассказать, как
прошел его день. И конечно же Джеффри начал подробно рассказывать. Ах, и как
же сложно было ей, немного наклонив голову набок, изображать
заинтересованность, когда рядом сидел Мак и она чувствовала на себе его
взгляд, от которого мурашки по коже бежали!
— Средиземноморье — лучшее место для отдыха, — утверждал Джеффри,
и вместо того, чтобы рассмеяться и сказать, что в мире есть еще много
интересных мест, где можно отлично провести отпуск, Джорджия послушно кивала
головой. Мак не мог поверить своим глазам. Джорджии всегда нравилось бывать
в далеких странах, неважно, была ли это Сахара или Серенгети. Ее никогда не
пугали трудности. Он вспомнил, как они часами бродили вместе под палящим
солнцем, а вечером занимались любовью прямо под открытым небом. Куда делась
та Джорджия? Его Джорджия, которая мечтала пройти тропой инков в Перу и
встретить рассвет над Мачу Пикчу, те
...Поділитися у соцмережах
