Жанр: Любовные романы
По закону чувств
... Патрик видел, что сказано это по инерции и на самом деле нисколько ее не
волнует.
— Или вы не умеете отдыхать?
— Я вполне способен хорошо провести время, — едко ответил он.
Лу ничего не сказала. Только приподняла бровь и слегка улыбнулась.
Лу уже сидела за столом, когда Патрик пришел на следующее утро. При виде
босса сердце уже привычно вздрогнуло, но Лу постаралась не подать виду. По
пути в кабинет Патрик задержался возле ее стола:
— Когда покончите с делами, запишите меня на отпуск.
— Собрались в отпуск?
— Это была ваша идея.
— У меня всегда хорошие идеи. — Недолгая пауза, напомнившая обоим,
что идея о браке тоже принадлежала ей. Патрик не сказал ни слова, но Лу
прекрасно знала, о чем он подумал. Румянец окрасил ее щеки. — Иногда.
Глаза Патрика блеснули.
— Закажите мне билеты и отель на Мальдивах на ту неделю, что будете
отсутствовать.
— Где хотите остановиться?
— Где лучше, — равнодушно ответил он, взял со стола отчет и начал
его перелистывать. — Оформите номер люкс или коттедж — одним словом,
самое лучшее.
— Лучшее из чего? Природа? Питание?
— Ну, не знаю. Самое дорогое.
— Хорошо. Я так понимаю, что вы собираетесь путешествовать не один?
— Не один. — Он захлопнул отчет и бросил его в кучу других. —
Один билет — на имя Ариэль Харпер.
Ариэль. Очаровательно. Можно не сомневаться, что у Хейзел из отдела финансов
есть ее фото, но Лу и так могла бы поклясться, что Ариэль — бесплотная
блондинка не старше двадцати пяти.
— Оплатите с моего личного счета, — распорядился Патрик и уже
повернулся уходить, но перехватил взгляд Лу. — Что?
— Ничего. Просто я удивлена выбором места. Представить не могу, как вы
целую неделю проваляетесь на пляже.
Патрик тоже не мог. На пляже он заскучает уже через час. Но, по едкому
замечанию Лу, он не умел отдыхать, поэтому вчера просто спросил у Ариэль, не
хочет ли она на недельку куда-нибудь поехать. Ариэль жадно ухватилась за
идею и выбрала Мальдивы. Пусть будут Мальдивы, Патрику все равно.
— Я скроюсь на мелководье, — пообещал он, и Лу рассмеялась.
Лучше бы она этого не делала. Патрик всегда пугался, когда она смеялась и
становилась такой живой.
— Неделя, а дорога туда и обратно долгая.
— Почему бы вам не взять две недели?
Патрик представил себе, что ему две недели придется терпеть болтовню Ариэль.
Нет, это, конечно, супердевочка, но она же будет говорить!
— Этого хватит. Сами-то вы берете только неделю.
— Детям нужно будет в школу. И едем мы в Йоркшир-Дейлс, а это немного
ближе, чем Мальдивы.
— А почему в Йоркшир?
— Там у меня тетя. Родители умерли, когда я была совсем юной, и с тех
пор у меня нет никого ближе Фенни. Она живет в деревне, и у нее прекрасный
сад. Правда, это не Индийский океан, зато похоже на родной дом. Мне нравится
возиться в саду и таскать детей в дальние прогулки по холмам.
— Как бы то ни было, возвращайтесь, — сказал он и пожалел, что не
подобрал других слов.
На заказ номера у Лу ушло все утро. Она выбрала отель с сумасшедшими ценами
и заказала два билета в первом классе, стараясь не думать о тех, какие
покупала накануне для себя и детей.
Не успела Лу положить трубку телефона, как в приемную влетела очень
хорошенькая девушка, длинноногая, с прямыми светлыми волосами (она то и дело
отбрасывала их от лица) и с таким загаром, будто солнце сопровождало ее всю
жизнь. У нее были изумительно голубые глаза и потрясающая фигура. Она была в
узкой короткой юбочке и очень неубедительной кофточке из нескольких
прозрачных лоскутков.
Лу сразу показалась себе серой, поблекшей и почтенной.
— Чем могу помочь?
Взлетели белые волосы.
— Пат здесь?
Лу не сразу поняла, о ком речь. Пат? Как сердечно!
— Боюсь, он на встрече.
— О, — девушка надула губки. — Мне нужно поговорить с ним о
нашем путешествии.
— Вы, наверное, Ариэль? Я как раз сегодня утром занималась вашей
поездкой.
Постыдился бы Патрик — девушке едва за двадцать.
Глаза Ариэль вспыхнули:
— Ах да, Патрик говорил, что поручил это своей секретарше.
Ах, вот как? Он даже имени ее не назвал? Лу слегка обиделась.
— Не волнуйтесь, все оформлено.
Волосы опять взметнулись.
— Надеюсь, вы заказали номер в
Кандарай-Бич
?
— Нет. Меня не просили именно в
Кандарай-Бич
, но я выбрала самый
лучший отель, какой только смогла найти.
— Но я хочу в
Кандарай-Бич
! — Личико Ариэль сморщилось и на
мгновение стало похоже на лицо Грейс над салатом. — Я как раз об этом
хотела поговорить с Патом. Я советовалась с подругой, и она сказала, что там
потрясающе! Не думала, что все так быстро сделается. Но можно же все
переделать, правда?
— Я могу, конечно, упомянуть об этом Патрику.
Честно говоря, на это утро ей уже хватило всяких оформлений.
— О чем упомянуть? — раздался от дверей голос Патрика. Он увидел
Ариэль и нахмурился, но та, кажется, ничего не заметила.
— О, Пат, вот и ты! — воскликнула она и, бросившись ему на шею,
чмокнула в щеку.
Патрику ничего не оставалось, как тоже поцеловать ее. Но, подняв глаза, он
поймал ироничный взгляд Лу и с досадой отодвинул от себя девушку:
— Ариэль, что ты здесь делаешь? Ты же знаешь, я не люблю решать на
работе личные дела.
— Ой, я так жду этого путешествия! Я хочу быть уверенной, что все будет
прекрасно. — Ариэль состроила гримаску маленькой девочки. — Пат,
она оформила не тот отель!
— Ты говоришь о Лу?
— Не всели равно! Пат, пожалуйста, ну, пожалуйста, прикажи ей
переоформить в
Кандарай-Бич
! Мне так хочется! — Она, как ребенок,
повисла у него на руке, не сводя с него огромных голубых глаз. — Я буду
любить тебя вечно!
Ого! Лу подумала, что Ариэль совершила большую ошибку, устроив эту
демонстрацию! И даже Ариэль следовало бы заметить румянец раздражения,
выступивший на лице Патрика.
Он — бросил умоляющий взгляд Лу. Понятно, что он озабочен только тем, как бы
заткнуть и выпроводить Ариэль.
— Я посмотрю, что можно сделать, — холодно сказала ему Лу, и лицо
босса несколько смягчилось.
Ариэль не заметила его раздражения.
— О, спасибо, спасибо, спасибо, — пропела она Патрику, хотя на
телефоне предстояло висеть не ему. — Пойдем куда-нибудь, отпразднуем
событие?
— Мне сегодня некогда завтракать, — прервал ее восторги
Патрик, — у меня встреча.
Ариэль слегка надулась:
— Значит, увидимся вечером.
Патрик не поддался на провокацию:
— Я тебе позвоню. А сейчас извини, я очень занят.
Лу не столько порадовал уход Ариэль, сколько оскорбил равнодушный вид, с
каким Ариэль приняла отказ Патрика. Наверное, девушка вся в предвкушении
праздничной недели в самом шикарном отеле Мальдивских островов. У дверей она
обернулась и послала Патрику воздушный поцелуй.
Патрик увидел, что Лу наблюдает за ними.
— Ни слова! — предупредил он.
— И не собиралась, — Лу с невинным видом протянула ему
папку. — Вот нужные вам расчеты. — И все же, не удержавшись,
сообщила, когда он уже дошел до двери кабинета: — Знаете, если бы вы сказали
мне, что будете любить меня вечно, это прозвучало бы гораздо искреннее!
Он обернулся, и тут она, очень, похоже, передразнив Ариэль, послала ему
воздушный поцелуй. И получила огромное удовольствие, когда он с чувством
грохнул за собой дверью.
Ариэль же, очевидно посчитавшая, что Лу и ее личная секретарша, принялась
названивать каждый день. В конце концов, Лу удалось все уладить, но и этого
девушке показалось мало: выяснилось, что ей нужен не номер люкс, а один из
роскошных коттеджей над водой, и Лу пришлось переоформлять все еще раз.
Потом Ариэль захотела остаться там еще на день, поскольку ей нужно было на
какую-то вечеринку, но, как только Лу поменяла ей обратный билет, пришлось
менять его снова, потому что Ариэль решила возвращаться через Момбасу. А еще
через день она потребовала, чтобы Лу выяснила, сможет ли ресторан отеля
подавать ей соевое молоко, потому что у нее аллергия на молочные продукты.
Таким образом, ко времени отпуска у Лу уже ныли скулы от постоянного
стискивания зубов. Ариэль так и не потрудилась запомнить имя секретарши
Патрика, хотя звонила непрерывно.
Хейзел из финансового сказала, что Ариэль — модель. Так чего удивляться? Лу
чувствовала, что несправедлива к малышке (возможно, из-за ее оглушающей
красоты), но и Ариэль, в соответствии со стереотипом, обладала всеми
повадками примадонны и требовала постоянного к себе внимания. О чем Патрик
может с ней разговаривать?
С великим облегчением она отвязалась, наконец, от Ариэль с ее капризами и
отправилась в Йоркшир. Фенни встретила их на вокзале в Скиптоне и повезла
домой, что представляло собой большое испытание для нервов, поскольку и
автомобиль, и Фенни передвигались, мягко говоря, странно. Поэтому Лу
перевела дух, только когда вышла из машины.
Да, хорошо приезжать туда, где можно забыть и о неоплаченных счетах, и о
работе. И о Патрике. Странно только, что за эту неделю она довольно часто
мысленно путешествовала по Индийскому океану. Например, полола сорняки в
палисаднике и вдруг задумывалась над тем, что сейчас делает Патрик. Бродит с
Ариэль по побережью? Кувыркается в зеленой воде? Нет, она не будет
представлять его в плавках! Или они всю неделю проведут в постели?
— Ты очень рассеянна, Лу, — сказала Фенни, когда они пили чай, сидя на ступеньках крыльца.
— Извини, задумалась.
— О чем?
О Патрике в постели, о загорелом теле с белыми полосками...
— Да всякие пустяки. Неоплаченные счета, новая обувь для детей. Они так
растут!
— А не в мужчине дело?
Тетушка обнаружила телепатические способности? Лу попробовала рассмеяться:
— Ох, Фенни, мне уже поздно!
— Глупости! — энергично возразила Фенни. — Никогда не поздно.
Я все-таки надеюсь, что ты еще выйдешь замуж. Знаешь, стыдно, если Лори
отвратил тебя от мужчин совсем. Не все же они бесчестные, безответственные
плуты.
К понедельнику Лу твердо взяла себя в руки. Когда в офис вошел Патрик, она
уже стояла возле своего стола, просматривая накопившиеся сообщения, и, хотя
сердце при его появлении знакомо дрогнуло, сумела прохладно ему улыбнуться.
— Хелло, — приветствовала она босса так, будто они только вчера
виделись в офисе.
Патрик взглянул на нее, стройную и загорелую и, как всегда, очень опрятную в
серой юбке со светлым жакетом и ниткой жемчуга на шее. Не особо волнующая
одежда, тем более после тропических пляжей, где он наблюдал женщин в бикини,
шортах или вообще в каких-нибудь лоскутках. Лу выглядела чопорно и стильно.
— А, это вы.
Лу приподняла бровь:
— Это мой офис, что ж удивительного, что я здесь?
— Не думал, что вы уже пришли. — Он почти возненавидел ее за то,
что она опять выставила его дураком.
— Я вас ждала именно сегодня. — Она много занималась его билетами
и прекрасно помнила, что он должен был прилететь вчера вечером. —
Хорошо провели время?
— Нет! — И Патрик ушел в кабинет, сильно хлопнув дверью.
— Я тоже хорошо отдохнула, благодарю вас, — обратилась Лу к
закрытой двери. — Очень любезно с вашей стороны поинтересоваться этим.
Патрик включил компьютер. Ох уж эта неделя! Хорошо, что удалось отделаться
от Ариэль, посчитавшей приглашение провести недельку вместе верным знаком
его готовности взять на себя некие обязательства. Беспрестанно кокетничая,
она игнорировала все его попытки объяснить, что о длительных отношениях не
может быть и речи. Патрик проклинал себя за то, что взял ее с собой. Он
только что-то хотел доказать Лу (что, он уже не помнил). Значит, во всем
виновата Лу.
Вечерами, любуясь пышными закатами, он мысленно блуждал по Йоркширу. Горячий
ветер шумел в пальмах, а Патрик мечтал о зеленых и чистых холмах. Он
представлял себе, как Лу неярким английским вечером сидит с тетушкой в
очаровательном садике и они что-то оживленно обсуждают. Зачем он все это
себе представлял?
Несколько раз, поймав себя за таким занятием, Патрик решил, что дело
неладно. Прекрасный тропический остров, роскошь немыслимая, ненавязчивый
персонал готов исполнить любой его каприз. Так почему же он сидит и думает о
женщине средних лет с блестящими глазами? У Лу, спору нет, хорошие ноги, но
от мечты она все-таки далека. Патрик обнаружил, что под глупую болтовню
Ариэль он тоскует по холодноватому юмору, по остроумным репликам, по
искоркам смеха в темных глазах.
А как она была раскованна тем вечером в Ньюкасле! А как споткнулась, выходя
из лифта, и он мельком увидел то, что надето под... Оказывается, он не прочь
увидеть это снова.
Патрик не любил неуверенности. А сейчас он был и взбудоражен, и неуверен. Да
еще, когда вошел в офис и увидел Лу, его сердце смешно подпрыгнуло. Она
улыбнулась, но всего лишь вежливой улыбкой, а потом вздернула брови, и он
почувствовал себя идиотом. Она совсем не рада его видеть. В отличие от него.
И Патрик хлопнул дверью.
А нечего было его расстраивать! Патрик побарабанил пальцами по столу. Как же
сформулировать то, что нужно сказать?
Она вошла в кабинет, они занялись текущими делами.
Наконец он сказал:
— Я был немного резок, извините.
— Ничего. Жаль, что вам не удалось хорошо — отдохнуть. Были проблемы с
отелем?
— Нет.
— Погода плохая?
— Великолепная, и летели хорошо, и в оформлении сбоев не было. —
Он чуть заметно поколебался. — А как вы провели эту неделю?
— Ну, поезд опоздал, погода отвратительная, но Фенни — великая
повариха, так что все было прекрасно, и я отлично отдохнула. — На этом
допрос закончился. Совсем не дружеский обмен впечатлениями с предъявлением
фотографий. Лу закрыла ноутбук, спрятала ручку и поднялась.
— Не уходите, — остановил ее Патрик. — Нам надо поговорить.
Опять опустившись на стул, Лу открыла ноутбук, достала ручку и
приготовилась.
— Писать не придется.
Все нужно было делать не так. Дождался бы вечера, повел бы ее куда-нибудь
выпить... Но отступать уже поздно. Он должен сказать, а там будь что будет.
— Это личное.
— О! — Она положила ручку и уставилась на него.
Патрик не хотел откладывать дело в долгий ящик, но в том, как оно пойдет,
уверен не был. Он встал из-за стола и принялся ходить по кабинету взад-
вперед, сунув руки в карманы и насупившись.
— Я подумал над тем, что вы говорили, — сообщил он, остановившись,
наконец, у окна.
— Что я говорила? Когда?
— В тот вечер в Ньюкасле.
Еле заметный румянец окрасил щеки Лу. Опять тот вечер, и как раз когда она,
наконец, простила себя, надеясь, что инцидент исчерпан и забыт.
— Не стоит принимать всерьез все, что я наговорила в тот вечер. Слишком
много шампанского.
— Вы говорили, чтобы я подумал о женитьбе на вас. Я это сделал и счел,
что вы правы. Я думаю, мы должны пожениться.
Глава пятая
— Ну что ж... — Лу склонила голову набок и сделала вид, что
думает. — Нет.
— Нет? — Он был разъярен.
— Нет, — твердо повторила она. — Это отвратительно! Патрик, я
не собираюсь выходить за вас замуж! Найдите себе кого-нибудь другого — я для
решения ваших сексуальных проблем не гожусь!
— Минутку, но это была ваша идея!
— Не верю, что вы приняли ее всерьез, — так же сердито ответила
Лу. — Господи, да я весь вечер лакала шампанское!
— Вы были очень убедительны!
— Я была бы не столь убедительна, если бы знала, что вы воспользуетесь
моей шуткой для оскорблений!
— Я попросил вас выйти за меня замуж! В чем оскорбление?
— За кого вы меня принимаете? Вы и впрямь думаете, что я выйду замуж за
мужчину, которого не только не люблю, но который мне совсем не нравится,
несмотря на все его деньги? Который заявляет, что не хочет заботиться о моих
детях? Который находит меня непривлекательной, но рассчитывает на согласие,
потому что я нахожусь в отчаянном положении? Должна сказать вам, Патрик, для
меня это большое оскорбление. Я выслушивала разные предложения, но ваше даже
сравнить не с чем!
— А что, нужно пасть на колено и бормотать романтический вздор? Не
ждете же вы, что я буду признаваться вам в любви!
Лу холодно объяснила:
— Я жду от вас уважения.
— Я был честен!
— О, да. Вы предельно честны. Выдумаете, что можете купить меня так же,
как покупали других женщин. Что ж, у меня мало денег, но я не продаюсь! Я
хочу, чтобы мои дети верили, что вместе можно жить только по любви. Они не
глупы, им не понравится, когда до них дойдет, что вы таскаетесь по своим...
шлюхам... а, появляясь дома, когда вам заблагорассудится, обходитесь со мной
как с домработницей.
Гневные слезы уже вплотную подступали к глазам, и она повернулась к двери:
— Извините, если в Ньюкасле я произвела на вас такое впечатление.
Надеюсь, вы забудете тот разговор. Я, конечно, тоже постараюсь.
— Как угодно, — таким же ледяным тоном ответил Патрик.
— Я принесу вам отчеты на подпись, как только закончу. — И она
вышла, аккуратно закрыв за собой дверь.
Только тогда Патрик дал выход своим чувствам. Как она может так
разговаривать и так уйти! Он — Патрик Фарр! И он всегда получает то, что ему
нужно! До сих пор получал... Он великодушно предложил ей разрешение всех ее
проблем. У нее есть другие идеи, чтобы отказываться?
Что ж, не хочет выходить за него замуж, и прекрасно! Он обошелся бы без
этого унижения, но и оно не помешает ему жить так же счастливо, как прежде.
Он не из тех, у кого уже нет шанса изменить свою жизнь.
— Мам, мне нужны кеды, — приветствовал ее Том, когда она вернулась
с работы.
Сердце Лу замерло. Том растет так быстро, что обувь приходится покупать
каждые два месяца, и дело не только в цене, обувь еще должна быть
определенной фирмы и модного цвета (в ее годы носили парусиновые туфли, и
ничего).
— На следующей неделе купим, — пообещала она.
— Отлично! Можно я пойду, погуляю с Чарли?
Чарли был лучшим другом и соперником Тома.
Хороший мальчик, но иногда родители слишком его балуют. Впрочем, если бы она
могла, то, вероятно, поступала бы также.
— Летом Чарли собирается в замечательный лагерь, — сообщил Том,
вскидывая на худенькие плечи рюкзак. — На две недели получаешь
персонального тренера, и можно попробовать себя в самых разных видах спорта!
Вот бы и мне!
У Лу защемило сердце.
— Посмотрим, Том.
Лицо мальчика погасло.
— Это нечестно.
Посмотрим
— значит
нет
. Я футболист не хуже Чарли,
но у него будет самый лучший тренер, а я отстану, и в следующем году в
команду попадет он.
Легко сказать:
Я делаю для своих детей все!
А что она действительно готова
для них сделать? Задумавшись, она открыла холодильник и достала помидоры.
Сегодня опять макароны. Дешево и сытно. Но иногда от этого варева тошнит.
Перешагнув через хлам, раскиданный Томом, она полезла в стенной шкаф (в этой
квартире все было рядом) и взяла металлическую банку, в которой еще
оставалось немного масла.
Если она выйдет замуж за Патрика, в его доме хватит комнат для всех, не
придется сидеть на голове друг у друга, и тогда, может, они не будут так
раздражаться.
На улице стоял прекрасный летний вечер, но в их квартире всегда было темно,
и виднелся только лоскуток неба, потому что окна упирались в стену здания
напротив, даже садик позади их дома лежал в глубокой тени.
А вдруг у Патрика есть сад? Можно было бы выращивать там базилик, петрушку,
и к макаронам всегда была бы свежая зелень. Можно было бы вдыхать их запах и
подставлять солнцу лицо.
Нужно только выйти замуж за Патрика.
— Могу я с вами поговорить?
— Поговорить?
— Всего несколько слов. Я... я хочу извиниться за вчерашнее. Вы сделали
отличное предложение. Я просто... от неожиданности слишком остро
отреагировала. Извините.
Что-то изменилось в лице Патрика.
— Это я должен перед вами извиниться. Я не очень верно выразил свою
мысль. Я потом об этом думал: неудивительно, что вы рассердились. Так что
извините и вы меня.
— Дело в том... — Лу запнулась, не зная, как спросить, осталось ли его предложение в силе.
— Послушайте, а почему бы нам не начать все сначала? — пришел ей
на помощь Патрик. — Только пойдемте куда-нибудь, где можно немного
выпить и спокойно поговорить. Вам не надо забирать детей?
— Можно пойти. — Ей сейчас было бы очень полезно выпить.
Патрик бегло просмотрел бумаги:
— Это подождет до завтра. Пойдемте.
Пока они ждали лифта, пока спускались вниз, Лу признала, что он хорошо
держится и совсем не так сердит, как она боялась. После вчерашнего большая
наглость просить его жениться на ней... да еще не нагрузившись шампанским. И
все же что и как сказать?
Патрик привел ее в небольшой паб. Позади паба, к удовольствию Лу, имелся
садик с парой деревьев, несколькими кустами и даже веселыми геранями в
горшках. Народу было много, но свободный столик нашелся.
— Вы сидите здесь и стерегите место, — приказал Патрик и
отправился за выпивкой.
Закрыв глаза, Лу подставила лицо солнцу и почувствовала, как потихоньку
спадает напряжение. Все-таки даже в переполненном пабе приятнее, чем в
офисе. Разумеется, она чувствовала бы себя еще лучше, если бы ей не пришлось
просить босса жениться на ней, когда он вернется от стойки.
— Вот. — Она открыла глаза. Патрик поставил бокалы на стол и сел
напротив. Он оставил пиджак в офисе и был теперь в рубашке с закатанными
рукавами.
Его вид вызвал у нее легкую дрожь, и трудно было понять, то ли это нервы, то
ли еще что. Во всяком случае, она отчаянно смутилась и торопливо отхлебнула
джина с тоником.
Не может она ни о чем просить Патрика, несмотря ни на какие решения. Тем
более после вчерашних уверении, что она не из тех женщин, которые выходят
замуж из-за денег... Нужно быть сумасшедшей, чтобы даже заговорить об этом.
Пожалуй, она поговорит о сверхурочной работе.
Но тут в ее памяти всплыло личико Грейс, предвкушавшей лыжные походы по
горам, и поникшие после ее
посмотрим
плечи Тома. Она подумала о крохотной
квартире, в которой они иногда просто задыхались, в которой слышны были
ссоры соседей, в результате чего ее дети об интимных сторонах семейной жизни
знали больше, чем полагалось бы в их возрасте.
А потом она подумала о Патрике с его женитьбой, и внутри у нее все сжалось:
нет, отступать некуда.
Молчание становилось уже неприличным. В отчаянии Лу обвела взглядом садик,
но мысленно видела сидящего напротив Патрика. До нее постепенно дошло, что
Патрик тоже нервничает. Это придало ей уверенности, и она начала:
— Я подумала...
В тот же момент заговорил Патрик:
— Возможно, я не должен этого говорить...
И оба умолкли.
— Вы первая.
— Видите ли, вчера вы были честны со мной, поэтому сегодня я буду
честна с вами. Я ужасно рассердилась, когда вы сделали мне это предложение.
Но сегодня ночью я много думала о нем, и сейчас мне интересно было бы
знать... не слиш ком ли поздно, если мое мнение изменилось?
Ну вот, сказала.
Патрик предыдущую ночь провел в попытках убедить себя в том, что он еще
счастливо отделался. Вся затея смехотворна, и если бы не ужасный отпуск, он
никогда не полез бы в эту авантюру. А если бы Лу приняла его предложение? Он
взвалил бы на себя немолодую жену и двух ее недорослей! Правда, он все равно
обиделся на ее категорический отказ. Да еще к обиде примешивалось чувство
вины за то, как небрежно он провел это дело. Он ведь тоже обидел Лу.
— Что заставило вас переменить мнение?
— Деньги, — мрачно отозвалась Лу. Она рассказала ему о лыжных
походах и спортивном лагере. — Я устала разбивать надежды детей. Вчера
вы предложили мне шанс изменить положение дел. Я много говорила о том, что я
не та женщина, которая выхо
...Поділитися у соцмережах
