Жанр: Любовные романы
Она любит скорость
...казала Лорел. — Но согласитесь,
Генри, пройдет всего несколько недель, и они сами все поймут.
— Все обойдется, Лорел, — успокаивающим тоном произнес
Генри. — Вот увидите, все будет хорошо.
Саманта была больше не в силах стоять и слушать. Выскочив из дома, она
захлопнула за собой дверь. Ей было ужасно противно, что она подслушала
разговор отца с Лорел, и было бы еще более противно, узнай они об этом.
Что значит — несколько недель? Неужели ее отец настолько серьезно болен? Сэм
не могла дольше оставаться в неизвестности и сидеть сложа руки. Ее
энергичная натура требовала решительных действий. Хочет Кевин ее видеть или
нет, но она была твердо намерена встретиться с ним еще раз, и пусть только
попробует отмолчаться!
На заднем сиденье
роллс-ройса
было тепло и уютно, и глаза Кевина понемногу
стали слипаться. Слава Богу, впереди еще почти весь уик-энд, может, все же
удастся хоть чуть-чуть отоспаться.
Стареешь, братец, усмехнулся он про себя. Одна бессонная ночь — и ты уже
похож на зомби. Почти, уточнил он про себя, ведь хватило же у него сил
навестить пациента. И уж, конечно, он еще достаточно соображал, чтобы
оценить красоту этой ядовитой штучки Сэм Максуэлл. Кевин покачал головой и
откинулся на сиденье. Да, эта девушка явно не терпела несерьезного к себе
отношения, а он позволил себе отнестись к ней именно так. За что сразу же и
поплатился, ибо, похоже, юная леди его просто-напросто возненавидела.
— Прошу прошения, сэр, — ворвался в его размышления голос
водителя, и Кевин открыл глаза. — Мне придется остановиться. Похоже,
мисс Сэмми хочет перекинуться с нами парой слов.
Мисс Сэмми?!
Кевин выпрямился на сиденье и с любопытством заглянул в заднее стекло.
Никакой мисс Сэмми в обозримом пространстве не было видно, зато к ним на
огромной скорости приближался мотоцикл, этакий черный монстр. Водитель в
шлеме низко пригнулся к рулю. Мотоцикл подъехал совсем близко, и Кевин смог
разглядеть под шлемом ясные сине-зеленые глаза. Да уж, когда Саманта
Максуэлл не летала на самолете, она летала по земле, причем на такой
кошмарной штуке, которая, свались она на нее, могла раздавить девушку в
лепешку. Впрочем, это маловероятно, усмехнулся про себя Кевин, даже мотоцикл
не посмел бы проделать такой номер. Живи полной жизнью, вот ее девиз,
подумал он, и, откинувшись на сиденье, стал терпеливо ждать, пока Рон выйдет
и переговорит с Самантой. Через несколько секунд дверь распахнулась, Сэм
забралась внутрь и уселась с ним рядом.
Кевин приподнял брови и иронически посмотрел на девушку. Она уже сняла шлем
и снова распустила по плечам свои роскошные волосы. Черные кожаные штаны
облегали ее бедра, как вторая кожа, и Кевин невольно ощутил, как его тело
откликнулось на эту откровенную демонстрацию женской красоты.
— Чем обязан? — сухо осведомился он, злясь на себя за свою
невольную реакцию. Тем более что красота Саманты Максуэлл была лишь внешней
— внутри эта девица была жесткой, как сталь, и грубой, как наждак.
Рот Саманты насмешливо искривился.
— Вы забыли попрощаться, — заявила она. Кевин оглядел ее из-под
полуопущенных век. Как же, держи карман! Он был готов поклясться, что это
была не единственная причина, почему Саманта устремилась за ним вдогонку.
Похоже, придется ему отражать очередную атаку.
— До свидания, Саманта, — вежливо произнес он.
— Очень любезно с вашей стороны, — улыбнулась Сэм.
Кевин наклонил голову в знак признательности за столь изысканную вежливость.
— Моя мама с детства внушала своим детям, насколько важны хорошие манеры, — отозвался он.
— Ясно, — кивнула Саманта. — Но неужели нам обязательно
прощаться? — И ее глаза лукаво блеснули.
Вот оно, началось! Некая смесь вызова и кокетства, хотя последнее в данной
ситуации было не слишком уместно.
— Что вы задумали? — прямо спросил Кевин.
Саманта пожала плечами, и ее щеки залились краской.
— Я подумала, может, вы сегодня со мной поужинаете?
Кевин так и ахнул. Он прекрасно понимал, что кроется за этим небрежным
предложением, однако, даже сознавая, что должен быть начеку, против воли был
заинтригован.
— Увы, не могу, — без обиняков заявил он и с трудом сдержал
улыбку, увидев, как краска смущения на щеках сменилась краской гнева.
Юная особа явно не привыкла, чтобы ей в чем-то отказывали.
Сэм проглотила вертевшееся на языке ядовитое замечание и решила не
сдаваться.
— Почему? — резко спросила она, сердито сверкнув на Кевина
глазами.
Кевин едва не расхохотался. Да уж, ненадолго ее хватило! Кокетство было явно
не в ее натуре. Впрочем, пусть грубит, все лучше, чем притворяться. По
крайней мере, так он будет точно знать, на каком он свете.
И все же, она потрясающая красавица...
— Я не отказываюсь от ужина вообще, Саманта, — терпеливо пояснил
Кевин. — Просто сегодня я не в состоянии. Вы наверняка уже успели
заметить, что у меня глаза слипаются на ходу.
Гнев в ее глазах уступил место презрению.
— Естественно, я это заметила, — процедила она. — Вы же сами
сказали, что почти не спали ночью.
Ну, ясно, и она, конечно, тут же сделала свои выводы из его признания. Кевин
слегка усмехнулся. Разумеется, у него в жизни случались и романтические
приключения, и бессонные ночи любви. Но как раз в этот момент у него не было
женщины, причем уже довольно давно. Главным образом, из-за того, что он
вдруг как-то устал от отношений, которые ни к чему не вели и не обязывали.
На данном этапе Кевин, можно сказать, переживал некий период самокопания. У
него была любимая работа, семья — мать и сестры с их семьями, но в последнее
время все чаще возникало ощущение, что в его жизни чего-то не хватает. И
временами Кевина охватывало неясное беспокойство, которого не могла
заглушить ни работа, ни хорошие отношения с семьей.
Впрочем, возможно, это беспокойство как раз и объяснялось тем, что у него не
было женщины. И хотя он сомневался, что ужин с Самантой Максуэлл разрядит
ситуацию, но что это будет забавно, знал совершенно точно.
— Зато завтра меня бы вполне устроило, если, конечно, это удобно
вам, — предложил Кевин. И тут же засомневался, не делает ли он
грандиозную ошибку. Помимо чисто мужского восхищения ее красотой, Саманта не
вызывала у него особого восторга, и, похоже, это было взаимно. Ибо она всем
своим видом давала понять, насколько сильно он ей не нравится.
Что ж, есть смысл попробовать. Если, конечно, Саманта согласится. Из
рассказа Генри Кевин знал, что она не замужем, но это не значило, что у нее
никого нет. Так что вполне возможно, у нее были планы на завтра.
В конце концов, это ее дело, с досадой подумал Кевин. Если уж она предложила
ему поужинать сегодня, то с тем же успехом может перенести ужин на завтра. А
может, ей просто не хочется откладывать дело на двадцать четыре часа? Скорее
всего, так оно и есть, решил Кевин. Сэм — явно человек действия, и если уж
что задумала, то будет осуществлять свою идею немедленно. Поэтому-то она и
помчалась за ним на этом своем устрашающем мотоцикле.
— Ну, так как? — с ноткой нетерпения в голосе спросил он.
Собственное время он ценил не меньше, чем Саманта и ее отец — свое, да и
мысль о том, чтобы наконец лечь в постель, становилась все более навязчивой.
Сине-зеленые глаза снова сверкнули гневом, но Саманта тут же взяла себя в
руки и даже ухитрилась выдавить некое подобие улыбки.
— Что ж, пусть будет завтра, — ровным тоном произнесла она. —
На самом деле так будет даже лучше, — продолжала она. — Уверена, у
меня не будет проблем заказать столик в моем любимом итальянском ресторане
на воскресенье.
Кевин не сомневался, что, вздумай Саманта, не предупредив предварительно,
провести вечер в своем любимом ресторане под Рождество, когда обычно все
столики заказаны заранее, для нее все равно отыщется там свободное местечко.
Ибо сомнительно, чтобы нашлось много мужчин, способных сказать ей нет.
Да и то, что Саманта сама взялась заказывать столик в ресторане, не слишком
удивило Кевина.
— В котором часу вы собираетесь за мной заехать? — спокойно
поинтересовался он и с трудом удержался от смеха, увидев ее изумленный
взгляд. — Я обычно заезжаю за теми, кого приглашаю в ресторан, — с
невинным видом пояснил он.
На мгновение на лице девушки промелькнуло раздражение, но она сразу овладела
собой.
— В семь тридцать вас устроит? — спросила она.
— Это зависит от того, на какое время вы закажете столик.
Рот Саманты слегка искривился, ей было явно не по душе, что он развлекается
за ее счет.
— Часов на восемь, если вам удобно.
— Что ж, тогда в семь тридцать, — согласился Кевин, наслаждаясь ее
замешательством. — Кстати, — мягко прибавил он, — я буду
ждать с нетерпением.
По лицу Саманты было заметно, что она отнюдь не разделяет его энтузиазма.
Кевин окончательно развеселился. Саманта Максуэлл, конечно, не могла
избавить его от беспокойства, не дававшего ему покоя в последнее время, но
сегодняшний день она ему скрасила, это точно. И Кевин подумал, что с
удовольствием продолжит их словесную перепалку завтра вечером. Он бросил
взгляд на элегантные золотые часы, украшавшие его запястье.
— А теперь извините меня, Саманта, — коротко произнес он. —
Мне надо посетить еще одного пациента перед тем, как отправиться на отдых.
В выразительных глазах снова мелькнуло раздражение, Саманте явно не
понравилось, что от нее отмахиваются. Однако она и тут справилась с собой.
Нет, наблюдать за ее попытками обуздать свой не в меру вспыльчивый
темперамент было сплошным удовольствием.
— Вы определенно занятой человек, — заметила она наконец.
— К сожалению, мне не часто доводится летать на шикарных самолетах.
— А где именно вы работаете? — небрежно поинтересовалась Саманта.
Дипломат из нее никудышный, снова развеселился Кевин, ее же видно насквозь!
— То там, то тут, — загадочно отозвался он и едва не поперхнулся
от смеха, когда на лице девушки промелькнуло бешенство, которого она не
сумела вовремя скрыть.
— Что ж, — тогда не стану вас задерживать, — объявила Саманта
и, наклонившись, подхватила шлем и перчатки, небрежно брошенные на покрытый
ковром пол машины.
— Вы ничего не забыли? — спросил Кевин, когда она с обычной
стремительностью распахнула дверь.
— Что? — Саманта обернулась, озадаченно глядя на него.
Как же все-таки она хороша! И какая жалость, что единственная причина,
почему она хочет с ним встретиться, заключается в том, чтобы выудить у него
информацию. Тем более что ее ждет разочарование. Впрочем, любопытно будет
посмотреть, как она к этому отнесется.
— Вы же не знаете, где я живу, — пояснил Кевин и, вынув из
внутреннего кармана пиджака ручку и маленький блокнот, набросал адрес.
Вырвав листок, он протянул его девушке. — Жду вас завтра в семь
тридцать.
Саманта засунула листок к карман кожаной куртки, явно недовольная своим
проколом.
— Постараюсь приехать вовремя, — бросила она и, выскочив из
машины, захлопнула дверцу.
Рон едва успел вернуться в машину и сесть за руль, как черный мотоцикл уже
растаял вдали.
Кевин снова откинулся на сиденье, на его губах играла улыбка. Язычок у
Саманты был острым, как бритва, а самоуверенность граничила с нахальством,
но при этом она была самой яркой и интригующей женщиной, какую Кевину
доводилось встречать в своей жизни.
Как все-таки жаль, что она хочет увидеться с ним лишь из корыстных
соображений. И как жаль будет ее разочаровывать!
4
Кажется, это называется убийственное платье. Саманта внимательно вгляделась
в свое отражение в зеркале. Короткое платье цвета морской волны в тон ее
глазам облегало фигуру так, что белье под него надеть было невозможно. Сэм
пришлось отказаться от лифчика и ограничиться лишь трусиками из тончайшего
шелка. Волосы она распустила волнами по плечам — они сияли, как спелый плод
каштана, когда его подносят к солнцу, в густых прядях мелькали медные
проволочки.
Она наложила чуть больше грима, чем обычно. Впрочем, обычно она макияжем
вообще пренебрегала. Ресницы девушки были длинными и шелковистыми, глаза
слегка подведены, высокие скулы подчеркнуты румянами, а вишнево-красная
помада подчеркивала цвет ее волос.
Если Кевин Рид не сочтет ее красавицей, значит, он манекен, а не мужчина из
плоти и крови! Саманта ни за что бы не призналась себе в этом, но чисто
инстинктивно она была задета нечувствительностью Кевина к ее чарам. Она
сознавала свою привлекательность и со временем сообразила, что ее красота
может компенсировать многое, включая нарочитую дерзость. Но Кевин оказался
совершенно особенным. С одной стороны, он был готов поддаться ее чарам, а с
другой... Похоже, в его случае красота не являлась оправданием грубого
поведения. Саманту это тревожило. Она уже поняла, что этот человек чем-то
сродни ее отцу — не зря же Генри потратил почти полдня на незнакомого
мужчину, тем более врача, вызванного по делу. Видимо, было в Кевине Риде
нечто такое, что вызвало Генри на откровенность, хотя Саманта знала, что ее
отец редко с кем готов был делиться своими переживаниями.
Саманта понимала, что добиться от Кевина признания в том, зачем он на самом
деле приезжал на ранчо, будет сверхсложно. Это и злило Саманту, и
подстегивало. Сначала она огорчилась из-за того, что их встреча
откладывается, но потом решила, что это к лучшему. Кевин был опасным
противником, такого с наскока не возьмешь, так что было совсем неплохо
собраться с мыслями, а заодно и с чарами, чтобы выработать наиболее
эффективную стратегию поведения.
Ладно, будем надеяться на лучшее, подумала Саманта, взвесив все
обстоятельства. Кевин находил ее привлекательной — это было ясно, как день.
Но и сам он был отнюдь не уродом, и не дураком, кстати, что тоже было
немаловажно. А раз так, то кокетничать с ним будет не так уж сложно и, если
быть честной до конца, то даже приятно. Отсюда вывод — у нее совсем неплохие
шансы добиться своего. Хотя... может, он и находил ее привлекательной
физически, но в остальном она его явно не привлекала. Не самый лучший
вариант, но делать было нечего.
Если бы она смогла добиться своего другим образом, она бы это сделала. Ведь
съездила же она утром на ранчо, намереваясь поговорить с отцом начистоту. Но
выяснилось, что они с Лорел уехали в Форт-Уэйд, чтобы подготовить какую-то
сделку, которая должна быть завершена на следующий день. Кэсси тоже уехала,
должно быть, вернулась к себе в квартиру в Далласе. Впрочем, что толку от
Кэсси, наверняка она ничего не знала, да и сама Саманта не хотела беспокоить
ее раньше времени.
Стало быть, единственной возможностью хоть как-то рассеять неизвестность
оставался доктор Рид.
Пора ехать, решила Саманта. Подхватив сумочку, она набросила на плечи легкую
кашемировую накидку. Еще не хватало, чтобы вдобавок ко всему Кевин обвинил
ее в необязательности.
Дом по адресу, который дал ей Кевин, находился в фешенебельном районе.
Саманта полагала, что у него там квартира, и, обнаружив элегантный
трехэтажный особняк, была крайне удивлена. Чем бы там ни занимался Кевин
Рид, это приносило ему неплохой доход.
Кевин был просто великолепен в черном костюме и ослепительно белой рубашке.
Это Саманта выяснила всего несколько минут спустя, когда он открыл дверь на
ее звонок. Костюм был явно сшит у портного, так идеально он сидел на широких
плечах и подчеркивал узкую талию и крепкие бедра мужчины, а белая рубашка
выгодно оттеняла его загар. Но больше всего Саманту поразило его лицо. Если
оно показалось ей красивым, когда он был вымотанным после бессонной ночи, то
теперь Кевин Рид был просто неотразим. Резкие черты его лица необыкновенно
смягчались взглядом глубоких серых глаз.
Похоже, соблазнить этого мужчину будет еще труднее, чем она полагала. Хуже
того, он начинал ей нравиться!
— Саманта Максуэлл, я полагаю, — протянул Кевин, явно насмехаясь
над переменой, происшедшей в ее наружности.
Спокойно, Сэм, — сказала себе девушка, подавляя гнев, — и не таких
мы обламывали.
— Кевин Рид, я полагаю — в тон ему отозвалась она, давая понять, что и
от нее не ускользнула перемена в его облике.
Кевин улыбнулся, от его глаз разбежались веселые лучики.
— Вы именно такая, какой я вас запомнил, Саманта.
Хорошо бы, если бы она смогла ответить ему тем же. Однако теперь, когда он
уже не был измучен бессонной ночью, Кевин Рид был слишком хорош собой.
— Считаю это за комплимент, — кивнула Саманта, хотя прекрасно
знала, что Кевин вовсе не собирался ей льстить, а просто расплатился за ее
ядовитые замечания, сделанные накануне. — Вы собираетесь весь вечер
стоять на пороге или уже готовы ехать?
Улыбка Кевина стала еще шире.
— Я просто подумал, может, вы зайдете что-нибудь выпить, прежде чем мы
отправимся ужинать?
Саманта и так уже была слишком обескуражена превращением плейбоя в истинного
джентльмена, и ей вовсе не улыбалось остаться с ним наедине в его шикарном
доме. Она бы с большим удовольствием отправилась сразу в ресторан. С другой
стороны, ей было любопытно посмотреть, как выглядит его жилище.
— Возможно, мы приедем сюда выпить кофе после ужина, — нашла она
компромисс. Это была удачная мысль. Если ей не удастся вытянуть из него
информацию за ужином, то, может, что-нибудь получится в более интимной
обстановке.
— Что ж, хорошо, — согласился Кевин, Его дымчато-серые глаза
смеялись.
Забавляется за ее счет, решила Саманта. И как только ему удается сметать все
ее защитные барьеры? И потом, она все же была не настолько глупа, чтобы не
сообразить, что Кевин уже догадался о ее корыстных намерениях.
Ну и Бог с ним! Она сама сочла бы его круглым дураком, если бы он не сумел
сложить вместе два и два, размышляла Саманта по пути в ресторан. Сейчас
главное, что они идут вместе ужинать, и гори оно все синим пламенем.
— Сэм! — радостно приветствовал ее владелец ресторана Франко,
итальянец по происхождению, проживший почти всю жизнь в Штатах. — Я
очень рад вас видеть, мистер Рид, — обратился он к Кевину. — Я и
не знал, что вы знакомы.
— А мы и не особенно знакомы, — объявил Кевин, пожимая Франко
руку. — Во всяком случае, пока.
Саманта выжала из себя улыбку. Не дай Бог, Кевин заметит, в какое смятение
повергло ее его небрежное замечание. У нее не было ни малейшего желания
ближе знакомиться с Кевином Ридом сейчас или когда-либо в дальнейшем. Мысль
о том, что она не слишком-то справедлива к нему, Саманта решительно отмела.
Не она же, в конце концов, лечащий врач одного из членов их семьи. И Кевину
не худо бы сообразить, что вступать в личные отношения с ней в высшей
степени непрофессионально.
— Выглядишь великолепно, как всегда, Сэм...
— Оставь свои комплименты при себе, Франко, — оборвала владельца
ресторана Саманта. — Я сегодня весь день почти ничего не ела и умираю с
голоду.
— Ты слышал, что сказала дама, Франко, — протянул Кевин, легко
подхватывая девушку под локоть. — У меня такое ощущение, что Саманта,
если ее сейчас же не покормить, того и гляди кого-нибудь укусит. Так
ведь? — негромко спросил он па ушко Саманту, провожая ее к столику
вслед за улыбающимся Франко.
Саманта выгнула брови дугой и внимательно обозрела спутника из-под густых
ресниц.
— Знаете, я много лет задаю себе вопрос, почему большинство людей
вызывают у меня раздражение, но, похоже, за короткое время нашего знакомства
вы успели дать мне на него ответ, — с нарочито приторной улыбкой
заявила она.
— Стало быть, все же есть счастливцы, которые не вызывают у вас
раздражения? — засмеялся Кевин.
Саманта пожала плечами и уселась на предупредительно выдвинутый для нее
стул.
— Иногда меня просто поражает, насколько у людей отсутствует
воображение, — надменно произнесла она.
Кевин смотрел на нее через стол с нескрываемым восхищением. Франко между тем
выдал им меню и тихо испарился.
— А у вас всегда есть ответы на все вопросы? — закончив обозрение,
спросил Кевин.
— Мама говорила, что первое слово, которое я произнесла, было не мама и
не папа, а нет!
— Охотно верю, — улыбнулся Кевин. — А какой, кстати, она
была?
На мгновение Саманта растерялась — слишком уж резко он сменил тему.
— Кто? — озадаченно спросила она.
— Ваша мать. — Кевин посерьезнел. — Наверное, она была
необыкновенной женщиной, раз ваш отец в нее влюбился. И, кроме того, она
произвела на свет удивительно красивую дочь.
— Это что, лесть, Кевин? — поддразнила Саманта.
— Вовсе нет, — отозвался он. — Физическая красота сразу
бросается в глаза — это очевидно.
— В отличие от красоты внутренней? — с вызовом спросила Сэм.
— Внутреннюю красоту, как известно, разглядеть гораздо труднее, —
согласился Кевин, и в его голосе послышались стальные нотки.
Разговор принимал слишком серьезный оборот, это вовсе не входило в планы
Саманты на сегодняшний вечер, и она нахмурилась. Однако Кевин продолжал
вопросительно смотреть на нее, и девушка со вздохом начала рассказывать:
— Мама была одной из тех счастливых женщин, в ком внешняя красота
сочетается с внутренней. Она была миниатюрная, с темно-каштановыми волосами,
которые при определенном освещении казались совсем черными, а на солнце были
почти медными, как мои. У нее были правильные, почти кукольные черты
лица, — с грустью вспомнила Саманта. — Но люди тянулись к ней не
из-за внешности. Она была редким человеком, умевшим приносить другим радость
и видеть в людях только хорошее. Строго говоря, — решительно закончила
Саманта, — мама была полной противоположностью мне.
Кевин ответил не сразу, несколько секунд он внимательно вглядывался в лицо
девушки.
— Вам ее по-прежнему не хватает, — наконец произнес он.
Саманта вздрогнула, охваченная печальными воспоминаниями. Мама умерла, когда
ей было семнадцать лет. До этого она купалась в материнской любви, ей было
так хорошо, уютно и покойно в мамином мире, наполненном солнечным светом и
смехом. Разумеется, она тосковала по матери! Однако обсуждать эту тему с
Кевином Ридом она категорически не желала.
— Надо быть бесчувственным чурбаном, что бы не переживать из-за смерти
матери, — уклончиво отозвалась Саманта.
Кевин кивнул.
— А моя мать вырастила меня и двух моих сестер совершенно одна. Отец
умер, когда я был совсем маленьким.
Этого Саманта знать не желала. Она вообще не хотела ничего знать о его
личной жизни. Чем более приветливо и непринужденно держался Кевин, тем
большей стервой она себя ощущала. А это никуда не годилось.
— Жизнь вообще иногда бывает жестокой, правда? — нарочито небрежно
произнесла Саманта. — Что вы будете есть? — И она взяла со стола
меню.
Этот разговор о матерях подействовала на нее сильнее, чем она готова была
себе признаться. Свою мать она любила до самозабвения, а в одной короткой
фразе Кевина прозвучало такое искреннее восхищение его матерью, что Саманта
не придумала ничего более стоящего, чем ляпнуть очередную грубость. Но ее
переживания о смерти мамы были глубоко упрятаны от всего мира, она и думать-
то решалась об этом только наедине с собой, а уж обсуждать их с едва
знакомым мужчиной было немыслимо.
— Я буду спагетти, а потом креветки с чесноком, — объявил Кевин,
изучив меню и откладывая его в сторону. — Если, конечно, вы не
возражаете. Нет ничего хуже, когда кто-то рядом дышит на тебя чесноком, если
ты сам при этом его не ел, — пояснил он в ответ на ее недоуменный
взгляд.
Саманта нахмурилась. Она была исполнена решимости держаться с ним
приветливо, чтобы получить ответы на свои вопросы, хотя пока у нее не очень-
то это получалось. Однако в ее намерени
...Закладка в соц.сетях
