Жанр: Любовные романы
Она любит скорость
...в
полной растерянности.
Зачем Генри понадобился врач? Да еще такой, которого пришлось везти из
города? Неужели его состояние настолько серьезно? Саманте стало нехорошо.
Сама мысль о том, что ее отец, такой энергичный и полный жизни, может быть
серьезно болен, привела ее в ужас.
— Надеюсь, вы хорошо долетели?
Кевин внимательно посмотрел на своего клиента. Тот встретил его на
ступеньках дома несколько минут назад, и сейчас они уже сидели в уютной
гостиной. Кевин, разумеется, знал, как выглядит Генри Максуэлл, слишком
часто его фотографии мелькали в газетах. Однако они передавали лишь то, что
Максуэлл был интересным мужчиной, молодо выглядевшим для своих пятидесяти с
лишним лет, но не отражали и сотой доли его жизнелюбия, которое бросалось в
глаза с первого взгляда.
Что можно было ему ответить? Да, полет прошел прекрасно. Разумеется, Кевин
умолчал о том, что прелестная дочурка его гостеприимного хозяина оказалась
порядочной язвой и набросилась на него, как пантера, только за то, что он не
понял, что Сэм Максуэлл — женщина.
Все равно она редкая красавица, шепнул ему внутренний голос, несмотря на
дурацкие замашки и острый язычок. Но по большому счету, Кевину было на это
наплевать. Красивых женщин он на своем веку видел предостаточно, и
хорошенькая мордашка была недостаточной причиной для того, чтобы завоевать
его расположение.
— Да, спасибо, — вежливо ответил Кевин, спохватившись, что Генри
Максуэлл ждет ответа. От предложенного кофе он отказался — короткий сон в
самолете достаточно освежил его. За годы врачебной практики Кевин научился
быстро восстанавливать силы даже после самого напряженного дня. Однако
сейчас он был уже не юношей, которому хватило бы пары часов сна, чтобы
продержаться потом еще сутки, и он понимал, что его хватит ненадолго.
Поэтому он сразу перешел к делу. — Вы обрисовали мне ситуацию в общих
чертах, мистер Максуэлл, но было бы лучше, если бы я сразу провел
обследование. Тогда мы сможем говорить конкретно.
Глаза магната, почти такие же синие, как у его дочери, затуманились
тревогой.
— Прежде чем мы приступим, мне хотелось бы еще раз напомнить, что это
дело сугубо конфиденциальное.
— Я это уже понял, — сухо заверил Кевин. — Саманта ведь ни о
чем не знает?
— Нет, — поморщился Генри. — Она задавала нескромные вопросы?
— В общем, да, — пожал плечами Кевин. — Но не
волнуйтесь, — прибавил он. — Что касается меня, то тайна пациента
для меня священна.
— Боюсь, что это не остановит Сэм, — покачал головой
Максуэлл. — Наверное, это была не лучшая мысль, попросить ее привезти
вас сюда. Но в тот момент мне как-то не пришло это в голову.
— По-моему, теперь уже поздно об этом горевать, — сказал
Кевин. — И потом, улаживать дела с любопытной дочерью — это ваше дело.
Я же приехал, чтобы провести обследование, — с нажимом заявил он и,
сообразив, что был излишне резок, извинился. — Простите за тон, просто
у меня был трудный случай ночью, и я совсем не спал.
— Разумеется, — поспешно произнес Генри Максуэлл. — Я введу
вас в курс дела, пока мы будем подниматься наверх.
Кевин подхватил чемоданчик с принадлежностями для осмотра и последовал за
хозяином дома, по пути внимательно слушая его рассказ. Максуэллу явно было
необходимо выговориться. Кевин был полон сочувствия. Он понимал, что
человеку, привыкшему держать под контролем весь свой мир и жизнь своей семьи
в течение тридцати лет, нелегко было примириться с нынешней ситуацией.
Однако такие вещи случались от века во многих семьях, и все как-то это
переживали и будут переживать, пока стоит мир.
Впрочем, Генри Максуэллу, похоже, нелегко было смириться со случившимся. Это
Кевин понял спустя некоторое время, когда после осмотра мужчины вернулись в
гостиную и Кевин сообщил о своем диагнозе.
— Просто поверить не могу, — простонал Генри Максуэлл, спрятав
лицо в ладони. — У меня, конечно, были подозрения, но...
— Иначе бы вы мне не позвонили, — сухо ответил Кевин, протягивая
собеседнику чашку уже остывшего кофе. Холодный или нет, но кофе хоть немного
подбодрит расстроенного промышленника.
— Но я не мог заставить себя поверить, — покачал головой Максуэлл,
машинально отхлебывая кофе.
Кевин позволил ему немного посидеть спокойно, чтобы дать время оправиться
после шока. Он знал, что как только первое потрясение пройдет, они смогут
обсудить то, что предстояло сделать в последующие несколько месяцев.
Наконец Максуэлл поднял голову и взглянул на Кевина. Глаза его были слегка
влажными.
— Извините, — поморщившись, произнес он. — Похоже, я не очень-
то спокойно все воспринял. Ох, как бы мне хотелось, чтобы мать девочек была
с нами. Она бы уж точно знала, что делать.
— А сколько у вас дочерей? — вежливо осведомился Кевин, понимая,
что Максуэлл еще не выговорился до конца.
— Две, всего две, — вздохнул Генри. — Но иногда мне кажется,
что их двадцать две.
Из того короткого опыта общения с Сэм Максуэлл, который почерпнул Кевин, он
мог сделать вывод, что Саманта вполне могла сойти за двадцать. Она способна
была нагнать страху на целую армию мужчин, не говоря уж о своем несчастном
отце.
— Они живут с вами? — непринужденно спросил Кевин, которому вдруг
стало интересно, нет ли у Саманты помимо запуганного отца еще и смиренного
мужа.
— Нет, — покачал головой Генри. — Кэсси живет в Далласе, хотя
последние несколько дней она провела здесь, а Сэм...
— Я живу не там, где можно повесить шляпу, а там, куда принесет меня
мой аэроплан, — заявила означенная девица, появляясь в комнате
собственной персоной.
Кевин невольно сжался при звуке этого насмешливого голоса, однако заставил
себя все же взглянуть на девушку. И во второй раз за этот день лишился дара
речи. Саманта сняла дурацкую кепку, и теперь стало ясно, что черные брови и
ресницы создавали обманчивое впечатление. Ибо волосы у Саманты были медно-
каштанового цвета и шелковистыми прядями струились до середины спины.
Если она с первого взгляда показалась Кевину очаровательной, то теперь, с
этой роскошной гривой, подчеркивавшей овал ее лица и тонкие черты, она была,
несомненно, самой красивой женщиной, каких ему доводилось видеть.
Кевин медленно поднялся.
— Ваш аэроплан? — вкрадчиво спросил, напирая на первое слово.
Непонятно почему, но перед красотой этой девушки он казался себе странно
уязвимым, и это заставило его занять оборонительную позицию.
На лице Саманты мелькнуло раздражение.
— Самолет моего отца, если хотите, — поправилась она и,
обернувшись к Генри, озабоченно вгляделась в его лицо. — Все
хорошо? — резко спросила она.
Просто поразительно, отметил про себя Кевин, какая метаморфоза произошла с
Максуэллом в считанные доли секунды. Тревожное выражение исчезло бесследно,
уступив место озорной мальчишеской улыбке. Ради спокойствия дочери
старается, это уж несомненно. Впрочем, скрывать правду от Саманты до
бесконечности все равно было невозможно.
— Все отлично, — бодро произнес Максуэлл. — Перед твоим
приходом мы с Кевином как раз решили, что пора пообедать.
При этом заявлении Кевин откровенно растерялся. Задерживаться здесь у него
не было желания, но, учитывая то, что со вчерашнего вечера у него во рту не
было ни крошки, перспектива хоть что-то перехватить была весьма и весьма
заманчивой.
— Ну, если вы уверены, что я никому не помешаю... — Неуверенно
протянул он.
Сине-зеленые глаза сверкнули.
— С каких это пор вас беспокоит тот факт, что вы можете кому-то
помешать? — язвительно поинтересовалась Саманта.
Рот Кевина плотно сжался — это уже было прямое нападение. Генри же не
удержался от короткого смешка, и Кевин наградил его неодобрительным
взглядом. Может, любящий папаша и находил поведение своего сокровища
забавным, но у Кевина на этот счет было свое мнение. Девица была просто-
напросто дурно воспитана.
— Ну-ну, не злись, дорогая, — примирительно заметил Максуэлл,
обнимая дочь за плечи. — В конце концов Эдриен и Карен уже дома, так
что пообедать с ними ты теперь сможешь в любое время.
— Но я-то планировала сделать это сегодня! — с обидой в голосе
сказала Саманта.
Стало быть, у нее действительно были свои планы на сегодня, подумал Кевин.
Готов искренне посочувствовать, но зачем вымещать злость на мне? Это ее
папаша виноват, так что пусть ему и предъявляет претензии.
— Согласись, что обед в обществе двух интересных мужчин — не такая уж
плохая замена обеда с братом и его благоверной, — продолжал шутливо
уговаривать дочь Генри Максуэлл.
Сэм повернулась к Кевину и смерила его презрительным взглядом с головы до
ног.
— Не уверена, что готова с этим согласиться, — сухо заявила она и
снова отвернулась к отцу.
Юная особа явно заслуживает хорошей взбучки, мрачно усмехнулся про себя
Кевин. И если ее нежный папа не в состоянии ей поддать, то наверняка
найдется немало мужчин, которые с удовольствием бы это проделали. Включая и
его самого...
Стоп, нахмурился Кевин. Он в жизни не поднял руки на женщину, и, хотя
Саманту не помешало бы хорошенько отшлепать, он ни за что бы на это не
решился.
Кевин вырос среди женщин. Его мать овдовела в тридцать лет с небольшим, и у
нее на руках остались Кевин и две его старшие сестры. И хотя его мать была
красивой женщиной с чудесным характером, она так и не вышла замуж вторично.
Каким-то образом, с помощью одной лишь домработницы, она ухитрилась поднять
одна троих детей. И Кевина — самого младшего и всеобщего любимца — баловали
и лелеяли не только мать и сестры, но и домработница.
У него было замечательное детство, он просто купался в любви, и его уважение
и нежность к матери и сестрам невольно распространилась на весь женский пол.
За исключением Саманты Максуэлл, с раздражением подумал он. Причем она сама
была в этом виновата, взъелась на него ни с того, ни с сего. Хотя, надо
отдать ей должное, Саманта заслуживала уважения. Девочка из богатой семьи,
которая могла бы бездельничать сколько душе угодно, она явно была способной,
умницей и очень серьезно относилась к своей работе. Укоротить бы ей немножко
язычок и этой юной особе цены бы не было.
— Какая жалость, — произнес Кевин первое, что пришло на ум,
спохватившись, что после дерзкого выпада Сэм наступила неловкая пауза.
Однако Саманта по-прежнему была настроена воинственно.
— И немного искренности вам бы тоже ничуть не помешало, — отрезала
она.
Это было уже чересчур, и ее отец счел необходимым одернуть свое сварливое
чадо.
— Сэм! — укорил он. — Придется тебе напомнить, что Кевин у
меня в гостях.
Саманта преобразилась так же внезапно, как несколько минут назад ее отец.
Упрямое выражение сошло с ее лица, уступив место нежной озабоченности, когда
она повернулась к отцу, и у Кевина невольно сжалось сердце. Ибо нежность
удивительно красила девушку: ее лицо прояснилось, словно после бури наконец
выглянуло солнце. Без этого дурацкого иронического выражения, которое,
похоже, было для нее привычным, Сэм была совершенно неотразима.
— Что ж, в конце концов, можно и пообедать, — согласилась она без
энтузиазма. — Не хотите ли освежиться перед едой, мистер Рид? —
Похоже, Саманта вспомнила наконец о хороших манерах и решила разыграть роль
гостеприимной хозяйки дома.
Кевин окинул ее пристальным взглядом, нисколько не обманутый этой внезапной
переменой. Ответом ему был абсолютно невинный взгляд, что только усилило его
подозрения. Эта вежливость неспроста, девица явно что-то затеяла, и это
наверняка связано с его приездом в дом. По-видимому, Сэм запоздало
спохватилась, что грубостью ничего не добьется, а ей ведь не терпелось
узнать причину его визита. Что ж, жаль, конечно, разочаровывать такую
красивую девушку, но выудить из него ей ничего не удастся. И очень скоро она
убедится в этом сама!
3
Саманта лениво ковыряла вилкой в тарелке, стараясь скрыть раздражение.
Бездарная потеря времени — вот и все, что можно было сказать об этом обеде.
Убедившись, что к Эдриену она уже не попадет, Сэм сначала решила, что будет
обедать наверху с младшей сестрой, и позволила отцу уговорить себя остаться
с ним и Кевином Ридом лишь в надежде на то, что ей удастся узнать, зачем
Генри понадобился врач. Однако за обедом оба говорили о чем угодно, только
не о цели визита Кевина.
В результате воображение Саманты разыгралось не на шутку, и ей в голову
полезли самые мрачные мысли. Нет, больным ее отец никак не выглядел. Он был
сегодня немного более скован, чем обычно, и улыбка чуть реже освещала его
лицо, но в остальном он выглядел превосходно, как всегда.
Самое обидное, что Саманте было не с кем поделиться своими переживаниями.
Эдриен в своем состоянии эйфории после медового месяца ни на что не годился,
да ей и не хотелось портить ему настроение. С младшей сестрой посоветоваться
Сэм тоже не могла: та еще не вполне оправилась от гриппа, который перенесла
в прошедшем месяце. Что же делать?
Внезапно Сэм осенило. Лорел! Как же она сразу о ней не подумала? Верная
помощница отца в течение последних двенадцати лет, Лорел наверняка была в
курсе происходящего. Если отец велел ей держать рот на замке, то всего она
Саманте, конечно, не скажет, но, может, хоть не будет такой непробиваемой,
как эти двое. Особенно красавец-мужчина, который сидит напротив. Саманта
наградила его очередным хмурым взглядом.
— Надеюсь, вы извините меня, если я откажусь от кофе. — Саманта
аккуратно положила на тарелку десертную вилочку. — Мне надо еще кое-что
сделать перед тем, как лететь назад в город, — пояснила она в ответ на
вопросительный взгляд отца. Как, однако, уютно они расположились, прямо-таки
семейная сцена, невольно подумала Саманта. Аппетит у Кевина, как она
заметила, был вполне здоровым, гораздо лучше, чем у нее, ведь ей кусок в
горло не лез. По-видимому, каким бы серьезным ни был случай, по которому его
сюда пригласили, это его совсем не трогало.
— Ну, разумеется, дорогая, — мягко согласился Генри. — Я
позвоню тебе, когда Кевин соберется лететь. Кстати, не стоит сейчас
беспокоить Кэсси, — озабоченно прибавил он. — Перед обедом я
заходил к ней в комнату, но она спала.
— Может быть, доктор Рид посмотрит ее до отъезда? — осторожно
спросила Саманта.
— Это еще зачем? — воскликнул ее отец.
— Ну, этот грипп, у нее, похоже, затянулся, — пожала плечами
Сэм. — Или терапия — не ваша специальность? — с вызовом спросила
она у Кевина.
Серые глаза спокойно встретили ее насмешливый взгляд.
— Я уже давно ею не занимался, — сухо отозвался Кевин, — но,
полагаю, что наверняка справлюсь и сейчас.
— Я...
— И зовите меня, пожалуйста, мистер Рид, Саманта, — продолжал
он, — или просто Кевин, если хотите.
Чего она хотела, так это узнать, в какой отрасли медицины он
специализируется! Но от этих двоих толку не будет никакого — это уже ясно.
Нет, надо срочно поговорить с Лорел!
— Что ж, тогда увидимся позже... Кевин, — вежливо произнесла Сэм.
В конце концов, он же звал ее Самантой без всякого на то разрешения.
Саманта прекрасно знала, где искать Лорел. Та была таким же трудоголиком,
как и Генри, и когда Саманта вошла в кабинет, то застала там секретаршу отца
за разбором почты.
Лорел подняла на девушку глаза и тепло улыбнулась. За прошедшие годы она
стала практически членом семьи, тем более что своей семьи у нее не было, и с
дочерьми босса у нее установились доверительные отношения. В сорок два года
эта высокая белокурая женщина была по-прежнему очень хороша собой.
— Так-так, — покачала головой Лорел. — И кто тебя обидел?
— Неужели так бросается в глаза? — нахмурилась Саманта,
присаживаясь на край стола.
— Да, — без обиняков заявила Лорел.
Надо подбирать слова очень тщательно, решила Саманта. Как бы хорошо ни
относилась к ней Лорел, она была душой и телом верна ее отцу. И ни за что не
предала бы его доверия.
— Ты знаешь, кто такой Кевин Рид? — как бы невзначай бросила
Саманта.
— Это тот, кто приезжал сегодня к Генри? — Лорел казалась слегка
озадаченной.
Сэм пристально вгляделась в ее лицо. Она просто медлит с ответом или
действительно ничего не знает? Последнее было бы удивительно — Генри доверял
своему секретарю безоговорочно. Но если так, то стало быть, дела
действительно плохи!
— Да, тот самый, — небрежно кивнула Саманта.
— Не знаю, — отозвалась Лорел. — А кто он?
— Вот и я не знаю, — вздохнула Саманта. — Я рассчитывала, что
ты меня просветишь.
— Боюсь, что нет, — мягко сказала Лорел. — Жаль тебя
разочаровывать, но я не имею ни малейшего понятия.
Черт побери! Час от часу не легче. Саманта твердо знала, что у ее отца нет
секретов от Лорел, Если уж он ей ничего не сказал... Похоже, самые худшие
опасения Саманты подтверждались.
— Единственное, что мне удалось выяснить, — это то, что он какой-
то врач, — сообщила она Лорел.
— О, — только и сказала та.
Ей показалось или на лице Лорел действительно промелькнуло настороженное
выражение? Она сказала, что ничего не знает о Кевине, и Сэм ей поверила. А
раз так, то в чем дело?
— Тебе это о чем-нибудь говорит? — сверля Лорел взглядом, спросила
Саманта.
Лорел не выдержала ее взгляда и отвернулась.
— Боюсь, что нет. Генри просто ничего о нем не сказал, вот и все.
Может, и нет, но то, что Кевин оказался врачом, могло навести Лорел на какие-
то мысли. В конце концов, она общалась с Генри чаще, чем кто-либо, и
наверняка заметила бы, если бы он чувствовал себя неважно. Даже если бы не
стала никому об этом рассказывать.
Сэм слезла со стола. Похоже, здесь тоже полный тупик.
— Ладно, пойду посмотрю, готов ли он к отлету. — Она состроила
гримаску — мысль о том, что придется провести еще какое-то время в обществе
Кевина, ее почему-то не вдохновляла.
— Желаю хорошенько повеселиться, — рассеянно напутствовала ее
Лорел. Похоже, мыслями она была где-то далеко.
Может, она тоже думала о Генри? — размышляла Саманта, медленно
возвращаясь в столовую. Теперь, когда Лорел было известно, что в дом
пригласили врача, она наверняка сообразила зачем. Саманта нетерпеливо
выдохнула воздух. Если отец болен, она имела право знать об этом. Ведь она
уже не ребенок — они все уже не дети, даже Кэсси. Узнать, что у Генри
серьезные проблемы со здоровьем, было бы, конечно, ужасно, но еще хуже было
терзаться неизвестностью.
— Почему такой мрачный вид, Сэм? — спросил отец, выходя в холл.
Он был один. А куда же делся их гость? Впрочем, этот вопрос Саманта отложила
на потом. Впившись в отца взглядом, она пошла напрямик.
— Что происходит, папа? — призвала она отца к ответу.
Ее отец невозмутимо встретил ее взгляд.
— Я...
— И не пытайся увиливать, и не говори, что не знаешь, о чем это
я, — заявила Сэм, воинственно вздернув подбородок. — Тебе
прекрасно известно, что я имею в виду!
— Я и не собирался увиливать, — с упреком отозвался отец. Его
голос звучал подозрительно мягко, а это говорило о том, что он начинает
сердиться. — Но я поговорю об этом с тобой, со всеми вами, когда буду
готов к этому.
Саманта чуть не ахнула. В том, что касалось бизнеса, ее отец был жестким
человеком, иначе и быть не могло, но он крайне редко бывал суров с дочерьми.
И если сейчас он готов был рассердиться на Саманту, это уже о многом
говорило. Дело все же, видно, обстояло серьезно, и Сэм решила переменить
тему разговора. Настаивать было бесполезно, да и расстраивать отца еще
больше ей не хотелось.
— А где Кевин Рид? — натянуто спросила она.
Генри тут же успокоился, и в его глазах зажегся лукавый блеск.
— Что-то я не заметил, чтобы ты прежде рвалась с ним общаться, —
усмехнулся он.
— Я и сейчас не рвусь, — поморщилась Сэм. — Но, похоже, у меня нет особого выбора...
— Ошибаешься, — широко улыбнулся ее отец. — Я отправил Кевина
в город на машине, — пояснил он в ответ на пристальный взгляд дочери.
Саманта растерянно заморгала. Как, Кевин уже уехал? Его отвезли в город на
машине?
— И чья же это была гениальная идея? — возмущенно спросила она,
кипя от разочарования. Общество Кевина ей было совершенно безразлично, но
это был шанс еще раз попытаться расколоть его.
— Вообще-то, моя, — буднично ответил Генри. — Я вдруг
подумал, что хватит на сегодня тебя эксплуатировать. Впрочем, Кевин, похоже,
был вполне доволен моим предложением.
Еще бы он был не доволен, подумала Саманта. За версту было видно, что
милейший Кевин ее не одобрял. Небось в его представлении Дочка миллионера
должна выглядеть, как картинка из модного журнала, и вести себя
соответственно, а она всю дорогу ему хамила. Саманта тяжело вздохнула. Ну,
что она могла сделать? От таких смазливых прожигателей жизни ее просто с
души воротило. Еще не факт, какой он там поставил диагноз после бурной ночи.
Впрочем, от нее не ускользнуло, что он был поражен переменой, которая
произошла с ней, стоило ей снять кепку, хотя его замешательство длилось
всего мгновение. Впрочем, таких непробиваемых, как он, вряд ли можно было
смутить больше чем на минуту.
— Я просто вышла поговорить с Лорел, — негодующе пробормотала
Саманта. — Ты же сказал, что позовешь, когда Кевин будет готов к
отлету.
Улыбка сошла с губ Генри Максуэлла.
— Я решил, что будет лучше, если он поедет с Роном на машине, — безапелляционно заявил он.
Ну, ясно, чтобы не дать ей возможности снова пристать к Кевину с
расспросами! Саманте все это решительно не нравилось. И Генри глубоко
ошибался, если решил, что она отступится. Машина ушла всего несколько минут
назад, так что далеко уехать они не могли. Саманта мгновенно приняла
решение.
— Ты куда? — спросил Генри вдогонку дочери, когда та сломя голову
ринулась вниз по лестнице.
— Я тоже поеду в город, — крикнула на бегу Саманта.
— Но...
— Извини, папа, — резко оборвала она протесты Генри. — Мне
некогда.
И, перепрыгивая через две ступеньки, помчалась вниз. Собрать вещи,
необходимые ей для поездки в город, было делом одной минуты. Схватив сумку,
Сэм поспешила к выходу, однако по пути услышала негромкий гул голосов,
доносившихся из-за двери гостиной.
— ... скоро все равно придется им рассказать, Генри, — раздался
мягкий голос Лорел. — И, боюсь, что очень скоро. Такие вещи долго
скрывать невозможно.
Прямодушной натуре Сэм претило подслушивать, но эти слова просто пригвоздили
ее к месту. Сердце испуганно заколотилось в груди, глаза расширились от
дурного предчувствия, и Саманта стала напряженно прислушиваться к голосу
Лорел. У нее не было оснований не поверить секретарю, когда та сказала, что
ничего не знает о причине визита Кевина, но, по-видимому, то немногое, чем
она поделилась с Лорел, заставило ту сделать собственные выводы.
— Да я понимаю, — простонал Генри с болью в голосе. — Просто
это не то известие, о котором можно невзначай сообщить детям за завтраком.
— Знаю, — с печальным вздохом отозвалась Лорел. — Но раз уж
даже я догадалась...
— Да-да, — нетерпеливо прервал ее Генри, — я им все
обязательно скажу. В свое время. Мне надо самому еще свыкнуться с этой
мыслью.
— Я все понимаю, — мягко с
...Закладка в соц.сетях
