Жанр: Любовные романы
Грехи Книга 2
...а него.
— Не брак, а сплошное притворство. — Найджел глубоко
вздохнул. — К сожалению, о разводе не может быть и речи. Социальное
положение и прочее.
Элен кончиками пальцев коснулась его щеки.
— Ужасно, Найджел. Наверное, тебе очень тяжело. — Он вздохнул и
прижал ее руку к своей щеке.
— Дорогая, я знаю, что сейчас не время и не место. — Он быстро
посмотрел по сторонам и перешел на шепот: — Но мне хотелось бы увидеть
тебя...
Элен отступила назад и отвела взгляд, чтобы не утонуть в его глазах.
— Я... я не знаю, — пробормотала она, замявшись. — Об этом
еще рано говорить. Я должна подумать...
Голос ее сорвался. Она стремительно покинула Найджела, церковь и душный
запах хризантем.
Два дня спустя, в секрете от Элен, Жак продал свои акции даме и Марчелло
д'Итри.
Глава 12
Поговорка верна: время лечит, и жизнь Элен вернулась-таки в нормальное
русло. Конечно, судьба была к ней несправедлива — дать ей так много и так
безжалостно отнять простое человеческое счастье! Впрочем, с помощью Эдмонда
и ради малышки Элен она будет жить, лелея свою мечту. Именно заветная мечта
привела ее сейчас в Венецию.
Уже пробило одиннадцать вечера, когда последний рабочий, взяв инструменты,
отправился домой. Когда он уплыл по залитому лунным светом Большому каналу,
Элен закрыла массивную резную дверь палаццо. Наступила тишина. Только
изредка слышался плеск воды за порогом.
Закрыв глаза, Элен устало прислонилась к косяку, отерла пот со лба и
облегченно вздохнула. Итак, все закончено. Завтра состоится прием.
Если бы она только знала, с какими столкнется трудностями, то охотно
передоверила бы все Царице. Что ж, сама виновата. Она тихонько засмеялась.
До сегодняшнего дня самой большой проблемой для нее всегда была одежда для
приемов и связанное с этим бесконечное стояние в душных ателье, где кутюрье
и портные дергают, подворачивают, скрепляют булавками, пришивают,
подрубают... Но все это не шло ни в какое сравнение с тем, что она затеяла,
и связанным с этой затеей упорным двухмесячным трудом.
Элен снова покачала головой. Самый большой и самый амбициозный прием, и на
удивление, она со всем справилась сама! Но кто мог подумать, что придется
столько работать? Одна попытка распределить помощь — флористы, официанты,
лакеи, поставщики провизии, команда чистильщиков, оркестр, рок-музыканты,
работники по кухне... список можно продолжать до бесконечности, — от
всего этого голова идет кругом. Нанять тех, кто поспособнее, и попытаться
объяснить им, что от них требуется, — это просто кошмар какой-то! Если
бы не опыт одного из ее друзей, ей пришлось бы отказаться от этого
мероприятия. Что ж, она извлекла хороший урок: в будущем она избавит себя от
этой головной боли, наняв профессионального координатора. Даже ее беглый
итальянский не помог. Она слишком поздно поняла, что Венеция разительно
отличается от Милана. Здесь все делается медленнее и не столь рационально.
Знания языка здесь недостаточно — непременно надо знать менталитет местных
жителей.
Проблемы начались с поисков подходящего для приема места. Не прием, а бал,
поправила она себя. Золотой бал.
Поначалу все казалось очень просто. Даже Пегги Гуггенхейм, услышав, что Элен
подыскивает дворец, проявила неслыханную щедрость — предложила ей свой
собственный массивный палаццо Веньер деи Леони. Этот великолепный дворец
располагался на престижном Большом канале, а со стороны сада к нему было
пристроено дополнительное крыло, где разместилась всемирно известная
коллекция современного искусства. Сама мысль об этом вытесняла все
волшебство старой Венеции, которую хотелось воссоздать Элен, и потому от
предложения она отказалась; к тому же ей не хотелось отвечать за музейные
реликвии стоимостью в миллион долларов, поскольку по дворцу будут бродить
три тысячи гостей. В общем, бал должен состояться в одном из огромных
полуразрушенных дворцов, где комнаты напоминают золоченые клетки для птиц.
Внутри и снаружи, за исключением водопроводной системы, он должен был не
меняться со времен Каналетто. К счастью, оказалось, что такие дворцы есть и
они вполне доступны. Правда, с арендой были проблемы.
Наконец она нашла агента, который был согласен на ее условия и показывал ей
одно палаццо за другим. Обследовав девять из них, она нашла то, что хотела.
Дворец располагался между мостом Риалто и устьем Большого канала. К высоким
изящным колоннам при входе можно было привязывать гондолы и быстроходные
катера. Огромный холл с широкой лестницей радовал глаз облупившейся, но все
еще прекрасной фресковой живописью Тинторетто. А когда распахнулись створки
высоченной двери, у Элен захватило дух.
Перед ней простирался один из самых больших бальных залов, которые она могла
вообразить. Он занимал весь первый этаж. Мраморные пилястры, византийская
роспись на стенах с отваливающейся штукатуркой, крестово-купольный свод небесно-
голубого цвета. Где-то высоко вверху сверкали звезды. Сердце Элен
затрепетало. Вот то, что нужно! Она уже ясно представляла себе, как при
зажженных люстрах замерцают звезды под куполом. Оркестр расположится в углу,
дискотека разместится в одной из комнат, столы будут ломиться от закусок,
рекой польется шампанское
Дом Пе-риньон
, а вокруг тысячи гостей, одетых в
золотые костюмы! Все это вдохнет в пустующее палаццо новую жизнь.
Элен, наконец, решительным шагом подошла к агенту.
— С кем мне следует подписать контракт на краткосрочную аренду? —
деловым тоном спросила она. — С вами или с хозяевами?
Спустя неделю, по всему миру были разосланы приглашения с золотой
гравировкой, предназначенные для кинозвезд, знаменитостей и разных
высокопоставленных особ.
Бал должен был состояться через полтора месяца. Элен рассчитала, что таким
образом она предоставит всем достаточно времени, чтобы, расталкивая друг
друга, попытаться первыми попасть к известным парижским кутюрье.
Да, Париж загудит, — с улыбкой подумала Элен. — Нарасхват будут
золотые ткани, парча, кружева и нитки. Страсти накалятся, и Живанши неплохо
заработает. Ильяс Лалунис тоже сделает хороший бизнес
, продавая
драгоценности, так как только он специализируется на золоте
. Для Золотого
бала золотые костюмы будут de rigueur. Без такового, невзирая на чины, с
приглашением или без оного, вход в палаццо будет строго запрещен.
Работу над ее золотым костюмом Ив Сен-Лоран закончил еще два месяца назад.
Она, хозяйка, должна переплюнуть всех, включая прессу. Кстати, только
горстка репортеров и корреспондентов будет пропущена в палаццо, чтобы
освещать событие изнутри.
Итак, пора делать второй шаг. Палаццо было совершенно пустым. Настало время
подобрать мебель и разместить ее. И, кроме того, бальный зал надо превратить
в самую веселую сказочную страну. В своем воображении она рисовала себе все
золотым: золотые гирлянды, золотые столики и стулья. Золотой бал должен
стать одной из тех неуловимых фантазий, которые никогда и никто повторить не
сможет. Хорошо бы найти не просто декоратора по интерьеру или сценического
дизайнера, а... чародея!
Она придвинула стул к столу, из верхнего ящика достала лист бумаги и
набросала список лучших в мире декораторов по интерьеру. Конечно, каприз
влетит ей в хорошую копеечку, но этого требует ее чрезвычайно
экстравагантная затея. И потом, она ведь собирается начать новое дело —
запустить в производство духи, ценность которых измеряется золотом. В первую
очередь из-за них она и затеяла весь этот бал. Надо привлечь к
Д'Ор
внимание. Чем расточительнее будет бал, тем больше будут говорить и писать о
Д Ор
. Словом, надо сделать так, чтобы слух о новых духах поскорее дошел до
тех, кто на этот бал не приглашен. Массированная рекламная атака начнется
сразу же после бала и мощным потоком хлынет на рынок.
Д'Ор
.
Элен знала, что, сколько бы денег она сейчас ни потратила, она потратит их
не напрасно. В данном случае скупиться нельзя.
Она нетерпеливо забарабанила наманикюренными пальцами по столу, выбирая из
списка декораторов подходящего. Похоже, ни один из них не годится.
Элен устало вздохнула и задумалась. Вот оно! И как она раньше не догадалась?
Ее подруга Иветта, с которой они когда-то вместе работали в
Фоли де
Бабилон
, стала теперь весьма преуспевающим ресторатором и владелицей
ночного клуба. Пожалуй, Иветта — самый подходящий человек для организации
бала! Уж она-то точно знает, кто способен отменно декорировать бальный зал,
кто является лучшим поставщиком провизии и прочая. Проблема только в одном:
найдется ли у Иветты время, чтобы помочь ей? В конце концов, она чрезвычайно
занятая женщина, со всей этой сетью разбросанных по всему миру клубов.
Ладно, есть только один способ выяснить это. Элен сняла телефонную трубку и
попросила соединить ее с
Иветтс интернэшнл
в Париже.
Часом позже Элен уже сокрушалась: кому, как не ей, знать, что все не так
просто? В парижском клубе Иветту не нашли. Не было ее в Монте-Карло,
Лондоне, Рио-де-Жанейро, Нью-Йорке, Берлине, Сиднее, Гонконге, Сингапуре.
Одним словом, никто не имел ни малейшего представления о том, где она. Элен
оставалось только оставить сообщение о своем звонке в каждом из клубов.
Наконец в восемь вечера из Сингапура донесся хриплый голос Иветты:
— Конечно, дорогая, я буду только счастлива, помочь тебе! Мы сделаем
этот прием событием года. Нет, не года, а целого десятилетия! Это будет
нечто! Ни о каких деньгах и речи быть не может! У меня, их достаточно, да и
вообще — зачем тогда друзья? Мы с тобой прекрасно поладим, даже не
сомневайся. Мы с тобой всегда ладили. — В трубке раздался ее громкий
смех: — Пока жива, никогда не забуду, как ты
накапала
на Жослин. Ты
единственная и сумела подгадить этой суке! Да, кстати, она теперь работает
на улице, как двадцатифранковая проститутка. Я тут случайно столкнулась с
ней на Пигаль. О Боже! Страшная, обрюзгшая, совсем опустилась. И предложила
себя мне, представляешь? Считает, что у меня сточная канава. —
Послышался хриплый смешок. — Во всяком случае... Что? Золотой бал? О,
могу себе представить. Восхитительно! Для такого вечера тебе понадобится
целый полк официантов и вышибал, поверь мне... Почему? Да потому, что там
будет масса желающих прорваться на прием, папарацци, всякая пьянь. Пусть
официанты и вышибалы будут только в набедренных повязках, грудь и торс надо
покрасить золотой краской, а на голову надеть маски буйволов. Здорово, а? Я,
в который уже раз повторяю, что ты вовсе не навязываешься. Для меня это
очень приятная новость! Нет, я еще не получила приглашения. Ты куда его
послала? В Париж? Ну, тогда все ясно. Я путешествую уже целых две недели...
Не надо меня благодарить. Ты когда-то спасла мне жизнь. Скорее бы уже
улететь отсюда. В общем, я позвоню тебе, как только буду в Венеции. До
скорого!
В палаццо стояла тишина, когда Элен распахнула массивную резную дверь
бального зала. Она чуть не ослепла от отблесков на позолоченных вещах: горел
полный свет, а завтра зажгут еще и свечи.
Элен двигалась как во сне. Иветта и впрямь превзошла самое себя. Это и в
самом деле был старинный бальный зал.
Вдоль стен были аккуратно расставлены изогнутые позолоченные стулья, обитые
синим муслином, расписанным золотыми звездами. Стены были полностью закрыты
зеркалами, испещренными золотыми прожилками, которые отражали и преумножали
все вокруг до бесконечности. Холодный мраморный пол был покрыт толстым слоем
золотых звезд из фольги, которые взлетали и кружились вокруг ног, стоило
только по ним пройти.
Элен была бесконечно счастлива: ей удалось справиться с поставленной
задачей! Мало того, действительность превзошла все ее самые смелые мечты. Об
этом бале и впрямь будут помнить десятилетия. К тому же его не станут
облагать подоходным налогом, поскольку здесь будут представлены новые духи
д'Итри. Духи, которые они с Любой создали совместно с химиками из Грассе и
которые будут продаваться исключительно в бутиках д'Итри и специальных
всемирно известных эксклюзивных магазинах, с которыми они начнут
взаимодействовать уже послезавтра. В каждом из этих магазинов установлены
специальные киоски, на информационных табло которых изо дня в день и час за
часом цена на
Д'Ор
за унцию, небольшую частичку летучего вещества, будет
меняться в зависимости от цены на золото на мировом рынке.
Взгляд Элен скользнул к центру зала. Здесь возвышался огромный
тридцатигаллонный хрустальный флакон с
Д'Ор
. Завтра, в самый разгар бала,
Марчелло д'Итри под звуки фанфар торжественно откроет его, и каждый гость в
подарок получит флакончик духов. Мало того, что гости будут без ума от
содержимого флаконов — в скором времени и сами они станут предметом
вожделения коллекционеров, так как выполнены вручную из горного хрусталя,
колпачки к ним похожи на слитки золота в миниатюре, на каждом торговая марка
Д'Ор
, а на покрытие израсходован целый грамм чистого золота.
Элен опустилась на стул. Неужели все уже позади? Она вздохнула и закрыла
глаза. Завтра настанет изнурительно долгий день и бесконечная ночь. В десять
утра от Ив Сен-Лорана поездом приедет швея, чтобы устранить случайные
недоделки в ее платье, которые, не дай Бог, обнаружатся в последнюю минуту.
А в половине второго из Парижа прилетит Александр — ей надо сделать
сногсшибательную прическу. В пять из Нью-Йорка прилетит Пабло от Элизабет
Арден. Он разрисует ей лицо так, чтобы глаза походили на африканскую бабочку
в полете, с усиками в виде страусовых перьев, расходящихся к бровям, и
капельками слез, похожими на желтые бриллианты. Да, надо еще не забыть
проинструктировать Скавулло, которого она наняла делать фотографии бала для
Ле Мод
.
Открыв глаза, Элен тряхнула головой: хватит думать о том, что будет завтра!
Сейчас надо хорошенько выспаться.
Задолго до начала Золотого бала повсюду разнеслись слухи о том, что
подобного торжества Венеция еще не видела. Предстоящий прием затмил даже Черно-
белый бал, который вызвал здесь невероятный фурор несколькими годами раньше.
На протяжении всего вечера Элен беспрестанно сновала по залу, приветствуя
гостей, представляя их друг другу, беседуя с ними. В конечном счете, это
ведь обязанность хозяйки — следить за тем, чтобы прием действительно удался.
Впрочем, пока все шло как по маслу.
Не будучи большой любительницей приемов, она вдруг с удивлением обнаружила,
что в восторге от своего бала. Вне всякого сомнения, она здесь была звездой.
Гости с восхищением смотрели на ее невесомое прозрачное платье. Длинные до
пола, разрисованные в виде африканских бабочек рукава потрясающе сочетались
с рисунком глаз, создавая впечатление, что она вот-вот взлетит ввысь.
Понятно, почему ее костюм вызывал всеобщую зависть. Впрочем, Элен не
переставала удивляться, к какой экстраординарной изобретательности по части
нарядов прибегли приглашенные ею знаменитости. Каждый из них пытался
переплюнуть другого. Были здесь сверкающие пояса из бренчащих золотых монет,
рыцарские щиты, отделанные золотом, ожерелья из самородков, платья из
металлических сеток и монет. Всех затмила виконтесса де Севинье: наряженная
в костюм ацтекского идола, она прибыла на бал по Большому каналу на золотой
барже, раздобытой неведомо где. Царица вырядилась в старинное бальное
платье, которое когда-то принадлежало одной из Медичи, расшитое золотыми
нитями и отделанное тонким золотым кружевом. Шлейф платья был таким длинным
и тяжелым, что ей пришлось прибегнуть к услугам двух разодетых в золото
карликов, которые носили его на протяжении всего вечера. На плече Любы,
завороженно глядя на золотые серьги от Ива Танги для постоянного ношения в
качестве рекламы его торговой марки, восседала одетая в золотой костюм
обезьянка, видимо, взятая на время у какого-то предприимчивого шарманщика.
Проходя по коридору вдоль ряда столиков, Элен невольно замедлила шаг. Одетые
в золотые ливреи слуги проворно обслуживали проголодавшихся гостей с
золотыми тарелками в руках. Элен бросила взгляд на аппетитные закуски и
снова мысленно поблагодарила Иветту. Невероятно! Все такое свежее, вкусное —
и это несмотря на духоту, вызванную потоками света и толпами гостей.
Элен повернула налево и посмотрела в сторону входных дверей на залитую
светом прожекторов воду Большого канала. Вход хорошо охранялся четырьмя
раскрашенными золотой краской охранниками. За распахнутыми дверями виднелись
толпы прибывающих гостей и армада папарацци. Освещенные лампами-вспышками
гости, маневрируя на своих гондолах и моторках, потихоньку приближались к
палаццо.
Хозяйка бала взглянула на часы. Почти одиннадцать. Скоро приедет Найджел!
Она улыбнулась. Найджел! Хорошо, что он скоро будет рядом. Они будут
смеяться, и танцевать до упаду.
Двадцать минут двенадцатого Элен подошла к двери бального зала, и у нее от
неожиданности захватило дух: в дверях стоял Найджел. В золотой атласной
тунике и такого же цвета бриджах, он выглядел как повзрослевший мальчик с
портрета Гейнсборо, которому, казалось, стала тесна массивная золотая рамка.
Ветерок, долетавший с канала, легонько играл его волосами, а он напряженно
всматривался в толпу.
Элен чуть ли не кожей ощутила его нетерпение. Он шагнул вперед, но тотчас же
остановился: главное, не затеряться среди гостей.
Элен встала на цыпочки, помахала ему рукой, а через мгновение ей удалось
перехватить его взгляд. Он улыбнулся и быстро двинулся ей навстречу.
С трудом, проложив дорогу среди вальсирующих, Элен бросилась в объятия
Найджела.
— Знаешь, я испугался, что мы разминемся, — сказал он. —
Оделась бы уж как хозяйка во что-нибудь красное или белое, чтобы выделяться
из толпы.
Дама Бавьер уже и не помнила, как все случилось, но они с Юбером де Леже
стали друзьями. Ну, если не совсем друзьями, то уж соратниками во всяком
случае. И неудивительно: они оба ненавидели Элен Жано, и оба преследовали
одну и ту же цель — уничтожить ее. К тому же Лулу почему-то вдруг приятно
стало проводить время в обществе Юбера. С ней он всегда был вежливым,
галантным и очаровательным джентльменом, да к тому же известным графом де
Леже. Род был древним, манеры изысканными. Правда, дама чувствовала, что
внутри у него все кипело и этот
кипяток
в любой момент мог выплеснуться
наружу. Она догадывалась, что его состояние каким-то образом связано с Элен
Жано, но вот каким?
Юбер, в свою очередь, тоже не прочь был пообщаться с Лулу Бавьер. Он ценил
ее сообразительность, ее острый как бритва язык, ее всегдашнюю готовность к
авантюрам. Они словно были созданы друг для друга, но оба интуитивно
чувствовали, что уж больно похожи, чтобы поддерживать более глубокие
отношения. Что ж, в этом их сила. Их связывает только общая цель.
В полном молчании они плыли сейчас в гондоле по Большому каналу. Каждый из
них думал о своем, не обращая внимания на гондольера, который, ловко орудуя
гладким веслом, бесшумно рассекал воду.
Наклонившись вперед, дама выудила из маленькой хрустальной вазочки у
планшира чайную розу, поднесла ее к лицу, а затем стала задумчиво обрывать
лепестки и бросать их в воду. Еще сотня ярдов — и они достигнут палаццо
Даниела Донателла
. Всего лишь сотня ярдов...
Внезапно она укололась острым шипом розы и тотчас выбросила цветок за борт.
Все ее мысли сосредоточились на Элен, женщине, которая увела у нее мужа.
Интересно, как она отреагирует на появление непрошеных гостей? К счастью, ее
приятельница Бетти Линденбаум внезапно свалилась больная и согласилась
отдать приглашение ей. Бедная Бетти! После сегодняшней ночи она вряд ли
получит приглашение от Элен Жано еще раз.
Сгорая от нетерпения, Лулу стала рассматривать старинные палаццо, мимо
которых они проплывали. Время приближалось к полуночи.
Внезапно она почувствовала на себе взгляд Юбера. Он тотчас легонько толкнул
ее локтем и кивнул вперед: за поворотом показалось палаццо
Даниела
Донателла
. Лулу глазам своим не поверила: дворец переливался в потоках
яркого света от бликов и отблесков сверкающих золотых гирлянд. А репортеров-
то сколько!
— Мы почти приехали. — она со вздохом откинулась на сиденье и
забарабанила наманикюренными ногтями по своему колену, обтянутому золотым
ламе, из которого был сшит ее смокинг. — Интересно, как она отреагирует
на твой костюм? — Она с вызовом посмотрела на де Леже.
Тот отмахнулся. Лулу злобно усмехнулась:
— Представляю, как вытянется ее лицо, когда ты снимешь плащ. —
Хрипло рассмеявшись, она ткнула пальцем в его плащ из золотой кожи. — К
этому невозмутимая Элен Жано совсем не готова.
Ровно в полночь свет в бальном зале выключили. На какое-то мгновение
наступила кромешная тьма. Музыка, разговоры и смех мгновенно прекратились.
Внезапно раздалась барабанная дробь, ярко вспыхнул прожектор. У подножия
задрапированного пьедестала рядом с Элен замер Марчелло д'Итри в смокинге из
крученой золотой нити.
Элен окинула взглядом собравшихся. Да они просто умирают от любопытства! Все
замерли в ожидании.
— Дорогие друзья! — громко произнесла она, и ей вторило звонкое
эхо. — Итак, название этого бала — Золотой, и выбрано оно не случайно.
С удовольствием сообщаю вам, что мой друг Марчелло д'Итри, — Элен
повернулась к нему и присела в грациозном реверансе, на что он ответил ей
торжественным поклоном, — создал новое, роскошное дополнение к уже
зарекомендовавшим себя одеждам и аксессуарам. Это новое творение еще более
взывает к чувствам, чем все остальное, созданное его гением. — Элен
многозначительно посмотрела на Марчелло.
Д'Итри отступил назад и взялся за край золотой накидки.
— Леди и джентльмены! — провозгласил он. — Позвольте
представить вам...
Д'Ор
!
Снова раздалась барабанная дробь, и Марчелло осторожно потянул за ткань. Она
медленно соскользнула на пол. Все взгляды устремились к огромному флакону из
граненого хрусталя с пробкой в виде золотого слитка. Свет прожектора осветил
грани флакона, и хрусталь ожил, заиграл всеми цветами радуги, а жидкость
засверкала густым золотом. Раздался взрыв аплодисментов.
Марчелло выступил вперед:
— Леди и джентльмены! Сейчас каждому из вас подарят флакончик,
содержащий пол-унции духов. Нет нужды пояснять, что это отнюдь не
мелочь. — Он сделал многозначительную паузу. — Цена за унцию
Д'Ор
равняется цене золота на мировом рынке!
Д'Итри снова поклонился и удалился под шквал аплодисментов. Прожектор погас,
вспыхнули люстры, заиграла музыка, послышались оживленные голоса. Внезапно
звуки фокстрота смолкли, разговоры прекратились, и в зале вновь наступила
тишина. Гости, вытягивая шеи, принялись оглядываться, чтобы понять, в чем
дело.
Элен тоже озадаченно посмотрела вокруг. В воздухе повисло напряжение. Что, что такое? Что произошло?
Она стала протискиваться сквозь толпу; Найджел следовал за ней по пятам.
У самой двери она вдруг схватилась за косяк. Лицо ее побелело, по телу
пробежал озноб.
На пороге, улыбаясь, стояли Юбер де Леже и Лулу Бавьер.
Юбер, небрежно перебросив через руку плащ, поправил залихватски сидящую на
голове фуражку. Фуражку СС. Он с головы до ног был одет в немецкую форму.
Нацистскую форму золотого цвета, блестящую и сияющую.
Элен словно ударили. Она вцепилась в первую попавшуюся руку, все поплыло у
нее перед глазами. Кто-то поддержал ее, затем она очутилась в объятиях
Найджела.
Ее била дрожь. Как он посмел? Прийти сюда в таком костюме?! Для нее, и ее
гостей нет ничего более оскорбительного! Совершенно ясно, что он намерен
устроить скандал, погубить ее.
А самое страшное то, что он оживил ее воспоминания, оживил те ужасы, что она
испытала во время войны.
Внезапно в ушах у нее отдались быстрые шаги. К Юберу решительным шагом
направлялась Люба. Несущие ее шлейф карлики едва поспевали на своих
коротеньких ножках.
Остановившись перед наглецом, Царица смерила его негодующим взглядом и, не
говоря ни слова, взмахнула рукой. Да так быстро, что никто и не понял, что
происходит, пока не раздался звук звонкой пощечины.
Люба замахнулась снова, но на сей раз, де Леже уклонился и пальцы Царицы,
скользнув по щеке, попали ему прямо в нос. Хлынула кровь, мартышка на плече
Любы радостно завизжала и захлопала от восторга своими маленькими черными
лапками.
Тотчас придя в себя, Элен подала сигнал охранникам, и не успел Юбер
опомниться, как его уже подхватили под мышки и поволокли к выходу. Он
протестующе закричал:
— Нет! Кто-нибудь, ост
...Закладка в соц.сетях
