Жанр: Любовные романы
Любовница бродяги
... с вами всякое
может случиться. А если вы не сможете
писать, когда мы туда придем? Руку сломаете или еще что-нибудь? Тогда мы с
Кларенсом лишимся тысячи долларов. От
этого мы уже начинаем немного нервничать.
Ренни попыталась успокоиться.
- Я думаю, вы оба понимаете, что если я подпишу сейчас такой чек, то поневоле
сама стану нервничать. - Их
добродушный смех, который должен был ее обезоружить, на самом деле оказал
противоположный эффект.
- Думаю, что мне пора спать, - сказала Ренни. Она встала, подняла свое седло
и спальный мешок и отодвинула их от
огня.
- Вы там замерзнете, - сказал Кларенс, наблюдая за ее действиями.
- Нет.
Ренни разложила клеенку и положила сверху толстое шерстяное одеяло. Положив
седло под голову вместо подушки, она
легла и накрылась двумя более тонкими одеялами. Даффи учил ее потеплее одеваться
на ночь и спать между слоями одежды,
просушив все, что могло намокнуть. Его совет вновь сослужил ей хорошую службу.
Даже вдали от огня Ренни могла меньше
бояться обморожения, чем своих спутников.
Кларенс и Том некоторое время тихо разговаривали, потом добавили топлива в
огонь и разложили свои одеяла. Ренни не
выпускала из руки револьвер, пока не услышала, как они заснули. Даже после этого
она подождала еще некоторое время,
прежде чем сесть.
Ночь была тихая. Ветер успокоился, и снег скрадывал звуки от передвижения
ночных животных. Далеко за пределами
пространства, освещенного светом костра, изредка раздавался хруст веток или
шорох деревьев. Ренни двигалась тихо, с
величайшей осторожностью.
Она не была уверена, что сумеет найти дорогу назад в Эхо-Фолз, но прекрасно
понимала, что ждет ее" если она останется.
Лучше воспользоваться минимальными шансами, чем дожидаться неизбежной атаки
проводников.
Ренни погладила Альбион, успокаивая кобылу, и набросила на нее седло. Она уже
успела застегнуть подпругу, когда
поняла, что лошадь беспокоится по другой причине. Ренни медленно обернулась,
засунув руки в карманы.
Том стоял едва не в метре от нее с пистолетом в руке. Воротник его тяжелого
пальто был поднят, но шарф приспущен.
Улыбка его обнажила два передних клыка, что напомнило Ренни ядовитую змею.
- Покидаете нас? - небрежно спросил он.
- Мне... мне было холодно, - неубедительно ответила Ренни. - Я подумала,
будет лучше, если я прогуляюсь.
В его смехе не чувствовалось ничего веселого.
- Прогуляться - это одно, У вас такой вид, как будто вы собрались уезжать.
- Ведь уже скоро утро, не так ли?
- Вы прекрасно знаете, что это не так. Пройдет еще часов восемь, прежде чем
можно будет ехать. Все, что вам нужно
было сделать - это перебраться поближе к огню. - Он посмотрел в сторону костра.
- Верно, Кларенс?
- Верно. Вот там я смогу ее разогреть.
Похожие на проволоку брови Тома вопросительно приподнялись.
- Ну, что вы об этом думаете? - сказал он, взглянув на Ренни. - Не хотите
принять предложение Кларенса?
- Думаю, что нет, - ответила она с кажущимся спокойствием.
Он кивнул.
- Тогда, возможно, вы обдумаете мое предложение. Я хочу, чтобы вы сейчас
подписали нам этот чек. Мне кажется...
- Я не собираюсь этого делать.
Том продолжал как ни в чем не бывало:
- Мне кажется, что вы чуть не удрали, не заплатив свой долг. А, Кларенс?
Давай-ка пошарь там - может, найдешь то
что нам нужно. - Он улыбнулся, глядя на Ренни. - Если он не найдет, мне придется
обыскать вас.
Ренни отошла от Альбион, увидев, что Кларенс перетряхивает ее вещи в поисках
чека. Он действительно нашел
отороченную кожей маленькую черную чековую книжку, в которой находилось с
десяток пустых бланков.
- Ого-го! - закричал он, поднимая вверх книжку, чтобы ее мог увидеть Том. -
Мы нашли серебро! - Он бросил
книжку Тому и продолжил поиски. В конце концов он нашел тайник, где Ренни
держала монеты и наличные деньги.
- Смотри-ка, у нее здесь почти триста долларов! Ты только представь себе!
- Только представь себе! - как эхо повторил Том, опуская пистолет. - Ты нашел
для нее что-нибудь, чем можно
писать?
- Ручку и чернила, - сказал Кларенс, со смехом доставая то и другое. Он
встряхнул бутылку. - Еще не замерзли.
- Вот и хорошо, - сказал Том. - А то пришлось бы воспользоваться ее кровью.
Ренни побледнела.
Том махнул рукой Кларенсу, чтобы тот принес ручку и чернила. Получив и то, и
другое, он отдал их Ренни вместе с
чековой книжкой.
- Вон там будет достаточно светло. Две тысячи долларов каждому, мэм. Мы не
жадные.
Подписать чек значило подписать себе смертный приговор. Ренни это понимала.
Вытащив руки из карманов, она
направила на бандита "смит-и-вессон".
- Шаг назад, мистер Брайтон, - сказала она. - Иначе я воспользуюсь вот этим.
- Сделай то, что она говорит, - сказал Кларенс приятелю. - Никогда не
доверяйся леди с пистолетом, особенно с такой
модной маленькой игрушкой.
Том сделал широкий шаг назад и в то же мгновение метнул в Ренни чековую
книжку. Ренни выстрелила, но
промахнулась, так как чековая книжка ударила ее по руке. Тут же она поняла, что
больше ей выстрелить не удастся.
Они схватили Ренни с двух сторон и повалили на землю. От волны воздуха,
поднятой се пальто, огонь в костре
взметнулся вверх и загудел. Ренни сопротивлялась, нанося сильные удары руками и
ногами. Скорее случайно, чем
преднамеренно, она заехала коленом в пах Тому. Он взвыл, отскакивая назад, а
затем ударил ее кулаком в живот. Крик Ренни
застрял у нее в горле вместе с воздухом, который она была не в состоянии
выдохнуть.
Ночная тишина внезапно наполнилась звуками. Ветки над головой закачались и
зашуршали, когда птицы и мелкие
животные стали в панике убегать, испугавшись пронзительных криков женщины и
тяжелого дыхания мужчин. Лошади
заржали и беспокойно зафыркали. Стая волков в испуге шарахнулась в сторону,
затем вновь подошла ближе.
Шарф сорвали с ее лица и отбросили к костру. Пламя принялось лизать бахрому
на его концах. Своим ртом Кларенс
пытался найти губы Ренни, в то время как Том рвал застежки ее редингота. Его
руки, проскользнувшие под мех, тискали ее
груди сквозь материю платья. Ренни не сознавала, что хнычущие звуки издает она
сама. Когда чей-то язык стал
просовываться ей между зубов, Ренни с отвращением его укусила. Она не поняла,
почему на губах ощущается вкус крови,
пока Кларенс не отпрянул назад, сильно ударив ее ладонью. Слезы расплывались в
глазах и замерзали на щеках. Она
услышала, как воротник ее платья уступил бешеному натиску рук Тома. Его кожаные
перчатки царапали ей кожу, холодный
воздух обжигал обнаженное тело. Стоны перешли в душераздирающий крик, когда Том
обхватил своими губами сосок ее
груди.
Ренни царапалась как кошка, но так как руки были в перчатках, это ничего не
давало. Она схватила прядь волос Тома и
дернула их. В ответ он прищемил зубами ее плоть и держал так до тех пор, пока
она не отпустила его. Ренни зарыдала, когда
чьи-то руки - она уже не могла понять, чьи, - задрали ей юбку и начали
стаскивать панталоны.
- Я первый, - проворчал Кларенс. - Я не стану на этот раз спрашивать твоего
разрешения. - Он долго возился с
ширинкой на брюках, затем сбросил перчатки и расстегнул ее. - Держи ее крепче. Я
не хочу тоже получить коленом между
ног.
Ренни попыталась сесть, но руки Тома надавили ей на плечи. Шея ее выгнулась
дугой, и она отчаянно закричала.
Ей приподняли колени и раздвинули в стороны так, что тело Кларенса оказалось
между ними. Краем глаза Ренни
заметила, что один конец ее шарфа горит. Она сумела схватить его и ткнуть в лицо
Кларенсу.
Когда пламя ярко вспыхнуло над его широкой бровью, он закричал и ухватился за
шарф, откинув назад голову и отчаянно
глотая ртом воздух. Его бешеный крик эхом отдавался в близлежащих холмах. Он был
таким громким, что заглушил звук, с
которым Кларенса настигла смерть.
Кларенс тяжело осел вперед, повалившись поперек Ренни. Том отскочил в сторону
и, упав навзничь, бешено заработал
ногами, отползая в сторону в поисках укрытия. Хрипло крича, Ренни безуспешно
пыталась отодвинуть от себя тело Кларенса,
Ренни схватила горящий шарф, покрывающий голову мертвого, и успела отшвырнуть
его прочь, прежде чем пламя обожгло
ее собственное лицо. Страх тяжко сдавил грудь, дыхание было прерывистым.
Ренни видела, как Том вытащил пистолет и начал стрелять в направлении
соснового леса. Внезапно она почувствовала,
как что-то влажное и мокрое сочится у нее между грудей. В панике Ренни снова
напрягла силы, и на этот раз сумела
отодвинуть тело Кларенса. Она села и оглядела себя. Ее грудь была измазана его
кровью. Она поднесла к груди дрожащую
руку и попыталась вытереть кровь. Глазами Ренни выискивала в темноте своего
спасителя.
Том проскользнул за ней и обхватил рукой за шею, сжимая горло до тех пор,
пока не сумел уложить на землю.
Прикрываясь Ренни как щитом, он держал наготове пистолет, медленно поворачивая
его во все стороны в ожидании еще
одного выстрела.
- Ты хочешь встать за мной в очередь? - крикнул Том. - Если нужно поделить
эту женщину, я не возражаю. Черт
возьми, да бери ее всю.
Руки Ренни слабо вцепились в предплечье Тома. Она задыхалась.
Он слегка ее встряхнул и несколько ослабил хватку, чтобы она могла дышать;
затем снова стал взывать к скрывающемуся
в лесу врагу.
- У нее есть деньги. Больше, чем ты можешь себе представить. Тебе нужно
только заставить ее подписать маленькие
клочки бумаги. Она это сделает, не сомневайся. Поводи ей только своей конфетой
между ляжек, и она сделает все что
хочешь.
Ренни безуспешно попыталась прикрыться. Она скрестила руки на груди и поджала
колени. Ренни дрожала так сильно,
что это мешало Тому твердо держать пистолет. Он снова надавил ей на горло.
- Ты меня слышишь? - надрывался Том. - Ты хочешь получить ее или деньги? Или
хочешь и того, и другого?
Тому пришло в голову, что нападавший может обойти его сзади, прокравшись
лесом. Придерживая Ренни, он стал
медленно поворачиваться вместе с ней, вытянув голову в сторону сосен.
- Так приди и получи! - Он тяжело задышал Ренни в ухо. - Скажи ему, -
приказал Том. - Скажи ему, что хочешь
его. - Он прижал ствол пистолета к ее подбородку. - Скажи ему, черт тебя возьми!
- Я хочу тебя, - дрожащим голосом проговорила Ренни.
Том снова пошевелил пистолетом.
- Громче! Скажи ему это громче!
- Я хочу...
Почти одновременно со вспышкой света грянул выстрел. Том ответил огнем, но
пуля, попавшая ему в плечо, сбила
прицел. Она отбросила Тома назад, боль обожгла ему грудь. Ренни мягко осела на
землю. Другая пуля, угодившая в правую
руку, заставила Тома выронить пистолет. Он тихо всхлипывал, пытаясь отползти в
сторону.
Джаррет вышел на леса и появился в круге света. Шляпа отбрасывала тень на его
лицо, но дрожащая на подбородке
жилка была хорошо видна.
Том узнал его мгновенно.
- Это ты! Чего ты хочешь?
- Я думаю, это и так ясно.
- Мы не в розыске. Проклятие, ведь ребята вокруг говорили, что ты с этим
покончил. Говорят, ты теперь не можешь
метко стрелять.
Джаррет выстрелил. Не причинив никому вреда, пуля попала в огонь, подняв в
воздух сноп искр.
- Иногда не могу, - сказал он философски и выстрелил снова, на этот раз в
грудь Тома Брайтона. - А иногда могу. -
Он убрал пистолет, увидев, как тело Тома неуклюже растянулось на снегу. -
Правда, так попасть нетрудно.
Встав на колени рядом с Ренни, Джаррет приподнял ее голову и откинул копну
вьющихся каштановых с медно-красным
отливом волос. Лицо Ренни было мертвенно-бледным, глаза закрыты.
- Ренни, - мягко позвал он. - Ренни, это я... мистер Салливан.
Она медленно открыла глаза. Под ресницами лежали тени.
- Джаррет, - удивленно прошептала Ренни. Салливан слабо улыбнулся, глаза его
смотрели невесело.
- Да, - сказал он, - Джаррет. - Он взял ее за подбородок. - Ренни, я хочу
забрать вас отсюда. Мы не сможем
добраться в Эхо-Фолз до утра, но нужно поскорее уйти отсюда. Звери найдут
тела... Вы меня понимаете?
Ренни коротко кивнула.
- Как скажете.
Он не стал спрашивать, как она себя чувствует и не пострадала АИ она. Джаррет
просто занял ее работой. Ренни
беспрекословно подчинялась, передвигаясь с механической аккуратностью детской
игрушки. Джаррет ни на чем не
настаивал, просто предлагал. Уже через пятнадцать минут они двигались вдоль
хребта в сторону Эхо-Фолз.
Они ехали почти час, когда Джаррет решил остановиться. Лошадь Джаррета начала
уставать, двигаясь по неровной
местности с двойным грузом. Не было смысла изнурять ее еще одним подъемом.
Джаррет первым соскочил на землю,
поддержав Ренни, когда она сползла вниз с седла. Девушка прислонилась к нему, не
в силах удержаться на ногах. Джаррет
взял ее на руки, отнес к скале, отгреб в сторону снег и усадил Ренни на землю.
Потом вернулся, принес одеяла, подстелил их
под нее и стал разбивать лагерь.
Вбив колья в мерзлую землю, Джаррет установил маленькую армейскую палатку,
затем расстелил внутри клеенки и
одеяла. Когда он вернулся за Ренни, ее на месте не оказалось.
Сердце Джаррета ушло в пятки. Он тихо позвал ее. Ответа не последовало, и он
позвал громче.
- Я здесь, - сказала Ренни, входя в дрожащий круг света. В руках она держала
охапку хвороста. - Вы хотели разжечь
огонь.
- Хорошо, я это возьму, - вздохнув, сказал Джаррет. Не было смысла ругать ее.
Ренни просто старалась быть полезной.
- Идите в палатку. Можете взять с собой фонарь. Чтобы разжечь огонь, мне хватит
света.
Она застыла в нерешительности.
- Вы будете здесь?
- Я никуда не ухожу, - сказал он.
- Хорошо, - наконец сказала Ренни, взяла фонарь и нырнула в палатку.
Разожженный костер был предназначен скорее не для тепла, а для того, чтобы
отпугивать зверей. Джаррет подождал,
пока огонь разгорится посильнее, потом отошел к лошадям. Работая, он время от
времени посматривал в сторону палатки.
Силуэт Ренни ясно вырисовывался на ее стене.
Ренни сняла пальто и платье, освободила волосы от булавок. Тень прекрасно
прорисовывала все изгибы ее тела. Джаррет
мог различить линии плеч и рук, наклон ее грудей, изгиб талии. Он смотрел, как
она судорожными движениями перебирала
вещи в своем саквояже, успокоившись только тогда, когда поиски увенчались
успехом. Ренни наклонилась вперед, к выходу
из палатки, и на мгновение снаружи показалась ее рука, зачерпнула горсть снега и
снова скрылась. Держа в одной руке
мочалку, а в другой снег, Ренни стала яростно тереть себя. Джаррет отвернулся.
Когда он закончил свои дела, Ренни тоже управилась со своими. Через полог
палатки он передал ей еще кое-что из ее
личных вещей. Когда она надела фланелевую ночную рубашку, Джаррет уже устраивал
себе постель у огня.
- Джаррет! - позвала Ренни, В голосе ее звучало беспокойство.
- Я здесь, - ответил он.
- Что вы делаете?
- Собираюсь ложиться спать.
- Снаружи?
Он улегся на одеяла и повернулся лицом к огню.
- Таков мой план.
- Тогда я тоже лягу снаружи. Он сел и выпрямился.
- Оставайтесь там, где находитесь, Ренни. Снаружи слишком холодно. Вам будет
удобнее в палатке, Ренни высунула
голову наружу.
- И вам тоже.
- Мне очень хорошо.
Она покачала головой, повернулась и начала собирать свои одеяла. Ренни
остановилась только тогда, когда полог палатки
отодвинулся и Джаррет начал забрасывать свои вещи внутрь.
- Вы все же передумали, - сказала она, когда он, опустившись на корточки,
появился у входа.
- У меня не было выбора. - Джаррет пробрался внутрь, и Ренни поспешно
освободила ему место. - Вы уверены, что
этого хотите?
Отведя в сторону взгляд, она разглаживала под собой одеяла. Волосы свесились
через плечо, закрывая половину лица.
- Я не хочу оставаться одна, - прошептала Ренни. - Я боюсь.
От этого признания у Джаррета внутри все сжалось. Своенравная, гордая Мэри
Рини Деннехи признается в том, что
боится! Такого он никогда не ожидал от нее услышать.
- Все в порядке, - спокойно сказал он. - Ложитесь, я вас укрою.
Ренни тихо засмеялась.
- Вы говорите совсем как Джей Мак.
Она с готовностью вытянулась на одеялах.
- Я не ваш отец, Ренни.
- Я знаю. - Пока Джаррет ее укрывал, она застегнула на ночной рубашке верхнюю
пуговицу. - Я не имела в виду,
что...
- Я знаю, что вы имели в виду, - сердито сказал Джаррет, Он погасил фонарь и
выставил его наружу, закрыл и завязал
полог, а затем занялся устройством своей постели. Между собой они положили
тяжелое меховое пальто Ренни и овчинный
полушубок Джаррета.
Они лежали, повернувшись лицом друг к другу, не двигаясь и едва дыша. Оба
испытывали скованность и неловкость, но
не представляли, как от этого избавиться. Джаррет никогда не прикоснулся бы к
Ренни без ее разрешения, а Ренни не знала,
как попросить, чтобы он ее успокоил.
- Как вы меня нашли? - наконец спросила она.
- Джолин сказала мне, что вы уехали. - Его хриплый шепот успокаивал, снимал
напряженность, установившуюся
между ними. - Мне пришлось последовать за вами.
- Я не предполагала ничего такого, - сказала она. - Никогда бы не подумала,
что вы поедете следом.
- Я знаю.
Она вздрогнула и совершенно безотчетно придвинулась к нему. Их колени
соприкоснулись. Оробев, Ренни стала
отодвигаться.
- Нет, - сказал он. - Все в порядке. Можете остаться там, где лежите. Вас
бьет дрожь.
Согретая его тоном и его близостью, Ренни постепенно расслабилась. Слезы
медленно потекли из ее глаз.
- Я иногда поступаю глупо. - Она говорила очень тихо, едва шевеля губами. -
Но я не дура, мистер Салливан.
Она не могла его видеть, и Джаррет улыбнулся.
- Раньше вы называли меня по имени, - сказал он. - И я никогда не считал вас
дурой.
Она недоверчиво покачала головой.
- Это вы из вежливости так говорите.
- Я не особенно вежлив, Ренни, и вы должны это знать. Так что я не собираюсь
щадить ваши чувства. Сегодня вы
действительно вели себя безрассудно, но это не значит, что вы вообще дура.
Частично он винил в случившемся и себя - за то, что недооценил всю глубину ее
отчаяния. Если бы он это понял сразу,
то смог бы предугадать ее дальнейшие действия. Эксперимент с Томом Брайтоном и
Кларенсом Вестри можно было бы
предотвратить.
- Теперь я знаю, что для вас значат поиски отца, раз вы готовы всем
рисковать. Мне следовало понять это раньше.
На какой-то момент у нее появилась надежда.
- Значит, вы мне поможете?
- Я этого не говорил, - ответил Джаррет. - Мы обсудим это позже, - добавил
он, почувствовав ее разочарование. -
Сейчас вам нужно спать. Вам тепло?
- Более или менее.
- При такой погоде этого недостаточно. Вы можете придвинуться поближе, если
хотите.
- Я не...
- Я не сделаю вам ничего плохого, Ренни.
- Вам не нужно было это говорить. - Она стала поспешно вытирать соленые
дорожки на щеках. - Вы, наверно,
единственный человек, кому я могу доверять.
Ему захотелось спросить ее о Холлисе, но это было не ко времени. Сделав свое
загадочное замечание, Ренни повернулась
спиной к Джаррету и крепко прижалась к нему всем телом. Она вздрогнула, когда
Джаррет обнял ее рукой за талию, но как
только он стал убирать свою руку, схватила его за запястье и удержала, переплетя
его пальцы со своими. Через несколько
минут Ренни уже крепко спала.
Джаррета разбудил крик раненого зверя. Снаружи лошади беспокойно били
копытами о землю. Джаррет протянул руку,
нащупывая пистолет, и стал ждать, когда крик повторится. Он особенно не
задумывался о том, что будет делать.
Обезумевшее от боли животное может не испугаться огня и атаковать лошадей или
палатку. Единственный способ положить
этому конец - это убить животное, и Джаррет был готов к такому повороту событий.
Пока до него не дошло, что это было не животное, а человек.
Когда Репин закричала снова, Джаррет отложил в сторону пистолет. Ночные
страхи заставили девушку сжаться в тугой
комок. Свернувшись под одеялами, она придвинула колени к груди и охватила их
руками. Шея была согнута и вместе со
спиной представляла собой одну непрерывную дугу.
На этот раз Джаррет не стал спрашивать у нее разрешения. Он обнял Ренни и
привлек к себе. Его объятия были скорее
сильными, чем нежными, давая ощущение спокойствия и надежности. Джаррет
продолжал убаюкивать ее даже тогда, когда
его правая рука полностью онемела - от плеча до кончиков пальцев. Ренни
просыпалась, ощущая ужас и боль, и вновь
проваливалась в замкнутую пустоту.
Она глотала ртом воздух, тело ее сотрясалось от рыданий. Слезы лились из
глаз, пальцы вцепились в рубашку Джаррета
так крепко, будто это был спасательный трос. Ренни прижалась головой к его
плечу. Плач неудержимо вырывался из нее -
плач раненой души и сломленной гордости.
Он гладил волосы девушки непослушными пальцами, прижав свой подбородок к ее
макушке. Джаррет много раз
повторял ее имя, называя сначала Ренни, затем Мэри Рини, подозревая, что в
подобные минуты родные могут звать ее
именно этим именем. Так или иначе, но наконец Ренте все же услышала его. Она
захныкала и засопела. Джаррет вытащил из
своего кармана носовой платок и вложил ей в руку. Она не сразу поняла, что с ним
делать.
- Это вместо моей рубашки, - тихо сказал Джаррет. Слова скользили мимо нее, и
Ренни понадобилось некоторое
время, чтобы понять, что они означают. Она поняла, что тесно прижимается к
Джаррету - настолько тесно, словно срослась
с ним. Смущенная, Ренни стала отодвигаться.
- Нет, - сказал он, - с вами все в порядке. Возьмите носовой платок и вытрите
лицо.
Она с трудом разжала пальцы, освобождая его рубашку, промокнула глаза и
осторожно высморкалась.
- Сморкайтесь, - сказал Джаррет, - Ну же, сильнее - так, как вам хочется.
Глаза Ренни снова наполнились слезами, теперь из-за этой своеобразной
грубоватой любезности. Она застенчиво
улыбнулась невидимой улыбкой, подняла платок и высморкалась что есть силы.
Когда Ренни попыталась вернуть ему платок, грудь Джаррета затряслась от
сдерживаемого смеха.
- Нет, оставьте его себе, - сказал Джаррет. - До утра еще далеко, - добавил
он, побоявшись, что ей не понравится
этот смех. - Он может вам снова понадобиться.
Мысль о том, что ночной кошмар может повториться, заставила Ренни сжаться.
- Тогда я совсем не буду спать.
Джаррет подумал, что лучше бы он вообще ничего не говорил.
- Вы меня совсем не беспокоите, - сказал он, когда Ренни попыталась
отстраниться. - Разве что вам это неудобно.
Она осталась там, где была.
- Нет, мне хорошо. Я думала, вы захотите от меня избавиться.
"И постоянно хотел", - подумал Джаррет. Причины этого, однако, ему самому
теперь были не ясны.
- Нет, я не возражаю, чтобы вы были рядом. Успокоенная, Ренни кивнула. Она
взяла пальто и разложила так, чтобы оно
грело их обоих.
- Мне снились эти люди, - сказала она.
- Я догадался об этом.
- Мне хотелось их убить.
Джаррет ничего не ответил, гладя ее по волосам. Его радовало, что напряжение
постепенно покидает Ренни. - У меня
был пистолет.
- Я знаю. Карманный револьвер системы "смит-и-вессон". Я нашел его.
- Я хотела им воспользоваться.
- Я это тоже знаю.
Она прижалась щекой к его плечу. Он чувствовал на шее ее горячее дыхание.
- Вы жалеете о том, что убили их?
- Убивая, никакого удовольствия не испытываешь. Но что касается их... Я был
почти рад. Нет, я об этом не жалею... и я
рад, что этого не сделали вы.
Джаррет повернулся, сдвинув вместе с собой и Ренни.
- Давайте ложиться. Кто знает - может быть, вы сможете заснуть.
Он уже давно чувствовал некоторые затруднения в неподходящем месте и
надеялся, что успел отодвинуть ее прежде, чем
она почувствовала, что с ним происходит.
Даже в толстых шерстяных носках ступни Ренни закоченели. Когда Джаррет
вытянулся рядом, она придвинула к нему
свои ноги, слишком занятая поисками удобного положения, чтобы расслышать его
хриплое дыхание.
Удобно? - стиснув зубы, спросил он, когда Ренни угомонилась. Он выругался про
себя, а она замурлыкала. Мало того,
что она использует его ноги, чтобы точить когти, что с кошачьей грацией
сворачивается около него клубком, что смотрит на
него изумрудными кошачьими глазами. Она еще и мурлыкает!
- Постарайтесь немного поспать.
Время шло, а они не смыкали глаз и даже не думали о сне.
- Ренни, что случилось? Вы сейчас совсем проснулись и стали бодрее, чем
раньше.
Это было действительно так, но Ренни не могла понять, как он догадался. Она
честно старалась не двигаться, дышать
ровно, лежать расслабленно.
- Я все еще чувствую на себе их руки, - прошептала она.
Джаррет не знал, что сказать. Если бы он мог, то вобрал бы в себя ее боль.
- Я помылась, прямо-таки скребла себя. Не помогло. Я все еще чувствую
прикосновение их пальцев, их ртов.
- Что же я могу с этим сделать?
- Убрать их.
Он покачал головой.
- Я не могу этого сделать, Ренни. Я не знаю как.
- Тогда замените их.
- Что? - Он едва мог дышать.
- Замените их, - сказала она. - Поместите ваши руки туда, где были их руки,
ваши губы туда, где они касались меня.
- Вы не понимаете, о чем говорите. - "Или о чем просите", - подумал Джаррет.
Если он прикоснется к ней так, как
она предлагает, то этим дело не кончится. - А как насчет Холлиса Бэнкса? -
спросил он.
- Холлиса здесь нет, - упрямо сказала она. - А вы есть.
- Это эгоистично, Ренни. Даже для вас это чересчур. Его замечание попало в
цель и больно ранило.
- Наверно, вы никогда не станете делать то что нужно, - сказала Ренни.
- Давайте спать. Сейчас это как раз то, что нужно.
Ее запах напоминал крепкое вино. Ароматы мускуса и лаванды смешивались,
дразня ложными надеждами и обещаниями.
Губы ее были мягкими, податливыми и подвижными, они возвращали ему поцелуи и
сами искали его губы. Он провел
языком по ее зубам, и рот Ренни раскрылся. Если у желания есть свой вкус, теперь
он имел о нем представление.
Его голова покоилась у нее на руках, ее пальцы шевелили его волосы. Своими
губами, зубами, языком Ренни исследовала
его лицо, совершая набеги на щеки, подбородок, шею. Она чувствовала, как в ней
разгорается могучее желание,
заставляющее замолчать голос рассудка. Стремление обладать им поглощало все.
Сила собственных эмоций разбудила Ренни. Она проснулась, дрожа и хватая ртом
воздух. Джаррет спал рядом. Его рука
лежала у нее на груди поверх ночной рубашки. Под его пальцами плоть Ренни
странн
...Закладка в соц.сетях
