Жанр: Любовные романы
Джемайма
...ит ей в глаза чуть дольше, чем
того требуют приличия. Потом быстро пожимает мою руку, заставляя меня почувствовать себя
здесь абсолютно лишней.
- С Дианой? - Джеральдина поднимает бровь. - То есть вы ее... - она выдерживает
паузу. - ...вторая половина?
- Ну уж нет, - смеется Ник. - Скорее случайный знакомый.
- Не самое подходящее место для свидания, - дразнит его Джеральдина, и мне кажется,
я слышу кокетливые нотки в ее голосе.
- Да, но позднее я обещал пригласить ее на ужин. Вы работаете на телевидении? -
отваживаюсь и встреваю в разговор, пытаясь быть вежливой, но ощущая себя совершенно
ненужной.
- Нет, - он смеется и покачивает головой. - Знаете сеть магазинов "Кат Гласс"?
Кто же не знает. Маленький, необычный магазинчик оптики, в котором продавались
модные, экстравагантные очки со временем превратился в одну из самых крупных, а может, и в
самую крупную сеть магазинов оптики по всей стране.
- Так вы - специалист по подбору очков, - Джеральдина произносит это не с
вопросительной, а с утвердительной интонацией. Ее глаза тускнеют, и она тут же пытается
придумать тысячу способов, как бы от него избавиться. Улыбаюсь про себя и пытаюсь
представить ее ход мыслей. Симпатичный парень думает она, но скучный.
- Нет, - с усмешкой отвечает Ник. - Не совсем.
О боже, представляю, что думает Джеральдина. Все еще хуже: он не оптик, а обычный
продавец!
- Это моя компания, - неохотно признается он после напряженной паузы.
- Что значит - ваша компания?
- Она принадлежит мне, - повторяет он.
- О боже! - Джеральдина бледнеет. - Так вы - Ник!
Ник непонимающе уставился на нее.
- Я же сказал, что меня зовут Ник.
- Да, - она кивает головой. - Но вы же Ник Максвелл, я все про вас знаю!
- Как это все?
- Я - подруга Сюзи.
- Что? - восклицает он и расплывается в улыбке. - Сюзи Джонсон?
- Да, - отвечает Джеральдина. Она не может поверить, что ей так повезло. Ник
Максвелл не только неотразим, но и очень богат, обаятелен и, что само главное, свободен! И
Джеральдине уже все о нем известно. - Сюзи - моя старая подруга, она уже давно мне о вас
рассказывала.
- О боже! - теперь очередь Ника удивляться. - Так вы - Джеральдина Тернер!
Чувствую, мне уж точно здесь делать нечего. Пора оставить их наедине. "Хотите
выпить?"
Предлагаю я, но они отрицательно качают головами, увлеченные разговором об общих
знакомых. И я направляюсь к бару.
Все веселятся и даже не вспоминают, по какому поводу здесь собрались. Свет потускнел,
музыка играет громче. Джемайма стоит, прислонившись к барной стойке, и потягивает дешевое
белое вино - шампанское давно закончилось. Она оглядывает зал.
Бен стоит рядом с Дианой Макферсон и редактором. Диана что-то увлеченно рассказывает
и каждый раз кладет руку Бену на плечо - будто невзначай. Интересно, думает Джемайма, к
редактору она так случайно ни разу не прикоснулась.
Джемайма не ощущает угрозу с ее стороны, для этого она слишком стара и груба. Нет,
такие женщины совершенно не во вкусе Бена. Но каждый раз, когда ее длинный
наманикюренный палец опускается Бену на рукав, сердце Джемаймы разрывается на части.
Оставь его в покое, думает она. Он не твой.
Но он и не твой, Джемайма. Но она никогда не была влюблена, поэтому этого не
понимает. Большинство женщин, начиная с подросткового возраста, постоянно влюбляются и
переживают расставания. Им хорошо знакома подобная ситуация: приходишь на вечеринку, а
объект твоего пылкого обожания уходит с другой девушкой. Они потратили часы на разговоры
с подружками о той "суке", которая увела чужого парня. И прекрасно осознают, что, хотя
сейчас им больно, это не конец света.
Но, в отличие от большинства девушек, у Джемаймы не было переходного возраста. В то
время как ее сверстницы развлекались на вечеринках, экспериментировали с косметикой,
нарядами и обнимались с мальчиками в темных спальнях на кроватях, заваленных одеждой,
Джемайма сидела дома с мамой, объедалась, смотрела телевизор и мечтала о любви,
Она начала ходить на вечеринки только в университете, да и тогда редко отваживалась
выбраться из дома. Джемайма Джонс подружилась с группой таких же непопулярных ребят,
как и она. Они называли себя отщепенцами и делали вид, что наслаждаются своей
непохожестью на других, но на самом деле мечтали быть такими же, как все.
И до недавнего времени Джемайма почти не проявляла интереса к противоположному
полу. Конечно она уже не девственница. Но ей никогда не приходилось ощущать томление,
лежать всю ночь, не сомкнув глаз, и молить, чтобы он обратил на нее внимание и вздрагивать
от боли, осознав, что он никогда не ответит на ее чувства.
- Пышечка!
Мои раздумья прерывает знакомый голос. Медленно поворачиваюсь и пытаюсь
сообразить: с какой стати я слышу этот голос на корпоративной вечеринке? Дешевое белое
вино ударяет мне в голову - я глотала один бокал за другим весь вечер, чтобы успокоить
нервы. Голова немного кружится. Ну ладно, не немного. Сильно кружится.
И тут я вижу их. Софи и Лизу. Стоят рядышком. Приветливо улыбаюсь широченной
улыбкой чеширского кота, собираюсь произвести впечатление.
- Вы обе выглядите... - делаю паузу и оценивающе оглядываю их с ног до головы. -
...потрясающе! - великодушно завершаю я.
Мой голос звучит очень громко: как только Софи Лиза вошли в зал, воцарилась гробовая
тишина. Потому что Софи и Лиза сегодня превзошли самих себя. Они вырядились так, будто
собрались на съемку видеоклипа, но это не киностудия, а всего лишь Килберн. И в старом
добром "Винном погребе" на Килберн Хай-роуд они выглядят совершенно нелепо.
Лиза, видно, только что из парикмахерской. Ей так распушили волосы, что она с трудом
проходит в дверь. На ней маленький лоскуток ткани - платьем это назвать никак нельзя, и
туфли со множеством ремешков на высоченных каблуках.
Софи убрала волосы во французский пучок, как у меня, и надела крошечное черное
блестящее платье для коктейля, которое переливается и сверкает при каждом ее движении.
Они похожи на свои собственные отражения в кривом зеркале. Я не могу удержаться от
смеха. Здороваюсь с ними и вижу, что Джеральдина и Ник Максвелл тоже смеются. На секунду
чувствую злорадное ликование, от того что они попали в такое неловкое положение.
Только вот они этого не понимают. Они-то думают, что прекрасно выглядят. И очевидно,
так постарались ради Бена. Ха! Как они ошибаются. Но так им и надо.
- Где же виновник торжества? - спрашивает Софи, оглядывая комнату в поисках Бена.
- Видишь ту высокую блондинку? - показываю на Диану Макферсон. Я-то знаю, стоит
Софи или Лизе вторгнуться на ее территорию, она их в порошок сотрет. - Он с ней минуту
назад разговаривал. Наверное, отошел принести ей выпить.
- Боже, - говорит Софи, поправляя платье и оценивая Диану с ног до головы. - Такая
старуха, а разрядилась, как девчонка. Кто она такая? - Софи не смотрит на меня, ее взгляд
прикован к Диане. Бен подходит и протягивает ей бокал вина.
- Понятия не имею - пожимаю плечами и отчаянно пытаюсь скрыть злорадную
усмешку. - Она не из редакции. Раньше ее не видела. Наверное, подруга Бена, - делаю паузу.
Мы молча наблюдаем Диана смахивает пылинку с рукава Бена - интимный жест, слишком
интимный для начальницы
- Может, он ей нравится, - бросаю я камень. Интересно, чем закончится этот разговор?
- Размечталась! - с негодованием произносит Софи. Потом, видно, вспоминает, что я
влюблена Бена и ей не стоит быть столь резкой.
- Послушай, Пышечка, - она переключается в доверительный тон. - Пойду-ка я
избавлюсь от этой старой кошелки, чтобы ты могла спокойно подойти и поговорить с ним. Ты,
наверное, за весь вечер и словечком с ним не обмолвилась.
Не могу больше скрывать злорадную усмешку и отвечаю:
- Ты правда сделаешь это ради меня? Какая ты милая!
- Для этого и нужны друзья, - произносит Софи. Она уже начала пробираться сквозь
толпу к своей добыче.
- Пойду-ка я с ней, - решает Лиза и семенит за Софи.
- Что происходит? - ко мне подходит Джеральдина. - Что тут делают твои соседки? И
самое главное, какого черта они так вырядились?
Я не могу больше сдерживаться и начинаю хохотать. Смеюсь и не могу остановиться. Ну
и что, что я пьяна? Совсем чуть-чуть. Наконец мне удается произнести: - Смотри, что сейчас
будет. Жаль, что нельзя заснять на камеру.
- Твоя соседка не знает, кто такая Диана Макферсон? - в недоумении спрашивает
Джеральдина.
- Нет, - снова начинаю хохотать. - Не знает, но ей нравится Бен. Она думает, что
Диана - молодящаяся старушка, и собирается оттащить ее от Бена хоть за волосы, если
придется.
Джеральдина потрясена. Мы предвкушаем незабываемую сцену.
- Класс! - с нетерпением шепчет она, наблюдая, как Софи приближается к Бену и
Диане.
Софи по своей глупости решила, что Бену претит общество этой расфуфыренной
староватой блондинки. Она уверенно пробирается к ним сквозь толпу и разрабатывает свою
стратегию. Ей показалось, что у Бена такой вид, будто он хочет оказаться подальше отсюда,
поэтому он должен быть благодарен любому, кто спасет его от этой ужасной женщины, которая
портит всю вечеринку.
Так думает Софи. Она размышляет: я намного моложе, чем эта грубоватая блондинка. И
намного симпатичнее. К тому же, замечает она, подойдя ближе, у нее кривые ноги. Теперь у
Бена есть девушка, которая защитит его от притязаний этой мымры. И эта девушка - я.
Гениально! Он будет благодарен мне по гроб жизни.
- Бен! - выкрикивает она.
Бен поднимает голову и непонимающе смотрит на нее. Ему трудно сфокусировать взгляд,
потому что у Софи будто две, нет, даже три головы. К тому же он никогда ее раньше не видел.
В голове Бена звучит сигнал тревоги, потому что эта девушка явно знает его, причем знает
очень хорошо.
- Дорогой! - восклицает она, хватает его лицо руками и крепко целует в губы. -
Извини, что опоздала. Ты соскучился по мне? - ее голос похож на кошачье мурлыканье.
- Я... хм... - Бен в полном недоумении. Кто эта странная женщина? Может, агент по
связям с общественностью, с которой он разговаривал по телефону?
- Привет, - холодно произносит Софи, повернувшись к Диане Макферсон, лицо
которой вдруг стало твердым как камень. - Я - Софи, - протягивает руку, в то время как
Диана сверлит ее взглядом. - Девушка Бена.
- Что? - невнятно произносит Бен. Внезапно вспомнил, кто она такая.
- Не скромничай, дорогой. Это уже ни для кого секрет, - Софи ласково взъерошивает
его волосы
- Но... - не сдается Бен. - Мы же встречались всего раз в жизни. Ты - соседка
Джемаймы, да?
Софи замялась всего на долю секунды.
- Ты что, играешь в какую-то игру, дорогой? Хочешь, чтобы я тебе подыграла? Хорошо,
мы встречались всего один раз.
Софи поворачивается к Диане и закатывает глаза. Бен в глубоком шоке.
- Извините, - обращается она к Диане, которая, будучи намного умнее Софи,
потихоньку начинает понимать, в чем дело, глядя на выражение лица Бена. - Мы иногда
играем в эти маленькие игры, - продолжает Софи, не подозревая, что сейчас все пойдет вовсе
не так, как она планировала.
- Правда? - отвечает Диана, включая все свое обаяние и улыбаясь самой лучезарной
улыбкой. Ее коллеги по работе знают: она так улыбается, когда хочет кого-то уничтожить. -
Так вы и есть девушка Бена? Я так много о вас слышала.
На секунду улыбка сползает с лица Софи, но к ней быстро возвращается самообладание.
- Надеюсь, только хорошее, - отвечает она, ведь, насколько ей известно, у Бена нет
девушки. А если есть, она может быть здесь, на вечеринке, и тогда у Софи будут большие
неприятности.
- Конечно, - отвечает Диана. - Мне очень жаль вашу сестру, - произносит она,
теперь уже точно зная, что Софи - тупая кукла, которая подумала, сможет заполучить Бена.
- Мою сестру? Да, такое несчастье. Удивлена, что Бен вам все рассказал, - отвечает
Софи. Ей уже хочется поскорее убраться отсюда.
Джемайма и Джеральдина подкрались поближе и навострили уши, чтобы не пропустить
ни слова.
- М м-м, - доверительным тоном произносит Диана. - Бен все мне рассказывает. Я -
его психиатр.
- Что? - Софи в полном недоумении и не знает, что делать дальше.
- Ну, вы знаете, - Диана наклоняется и понижает голос. - После тех припадков в
прошлом году Бен все время слышит голоса. У него склонность к шизофрении. Мы решили, что
следует встречаться три раза в неделю. Он не говорил вам?
- М-м-м... говорил. Но вы же знаете, Бен такой скрытный.
- Да, вы правы, - соглашается Диана. - Только спрячьте получше кухонные ножи, и
все будет в порядке, - она легонько толкает Софи локтем в бок. - Мне не стоит этого
говорить, - продолжает Диана, - но вам надо быть поосторожнее. Вы же не хотите, чтобы с
вами случилось то же, что с его бывшей подругой?
- М-м-м, нет.
- Вот именно. Ну, ладно. Бен говорил мне, что вы - остеопат. Пойдемте выпьем,
расскажете мне о своей работе, - и прежде чем Софи успевает возразить, Диана хватает ее под
руку и ведет к бару. Джемайма и Джеральдина хохочут.
- Какого черта? - возмущается Бен, он даже протрезвел от изумления, поворачивается
ко мне и издает невнятные звуки. - Вот уж не знал, что у меня появилась девушка.
- Нет, Бен, - улыбаюсь я. - У тебя никого нет.
- Я тоже так думал, - произносит Бен, уставившись в свой бокал. Потом поднимает
глаза.
- Джемайма, - говорит он и опрокидывает стакан одним залпом. - Джеральдина, -
его слегка шатает из стороны в сторону. - Что я буду без вас делать?
Бен обнимает нас за плечи. Джеральдина, которая за весь вечер не притронулась к
спиртному, с отвращением закатывает глаза и освобождается из его объятий
- У тебя все будет хорошо, Бен, - говорит она - На Лондонском Дневном Телевидении
наверняка тысячи красивых женщин, и все они влюбятся в тебя. Кстати, раз уж мы заговорили о
любви... - она поднимает глаза и встречается взглядом с Ником Максвеллом. Он подает
Диане Макферсон пальто. - Самый красивый холостяк в Лондоне только что пригласил меня
на свидание.
- Кто? - спрашивает Бен. Он совершенно пьян, и ему все равно.
- Неважно, - Джеральдина вдруг поняла, что не следует откровенничать с Беном,
неизвестно, как к этому отнесется Диана Макферсон.
- Извините, - Джеральдина видит, что Дианы нет поблизости, и уходит, чтобы
попрощаться с Ником. - Сейчас вернусь.
Бен все еще обнимает меня за плечи. Я так нервничаю, что опьянение проходит. Вдруг
начинаю видеть все в мельчайших деталях. Ощущаю тяжесть его руки на своем плече.
- Ты - мой единственный друг, - произносит он, поворачивается и кладет голову мне
на плечо. - Я люблю тебя, Джемайма, - бормочет он. Я цепенею. Весь мир замирает.
- Что ты сказал? - охрипшим голосом спрашиваю я. Уверена, я ослышалась.
Бен смотрит на меня несколько секунд и целует меня. Крепкий, влажный поцелуй в губы.
Спасибо, спасибо, спасибо, Господи. Поцелуй длится четыре секунды, и потом Бен, шатаясь,
отходит в сторону. Я приросла к полу и дрожу как осиновый листок.
- Я тоже тебя люблю, - шепчу я, наблюдая, как редактор обнимает его и собирается
произнести речь. - Я тоже тебя люблю.
Глава 15
Последние три месяца Джемайма Джонс редко бывала дома. И за это время она
преобразилась до неузнаваемости. Если бы вы увидели ее сейчас, то не узнали бы. Она наконец
превратилась в Джей-Джей. Прежняя Джемайма Джонс исчезла безвозвратно.
Она ходила на работу, где без Бена стало совсем тоскливо, посещала тренажерный зал.
Изо всех сил пыталась избежать встречи с Софи и Лизой после случая на вечеринке. И
невыносимо страдала, потому что Бен ни разу ей не позвонил.
Она подружилась с Джеральдиной, которая, кстати, теперь встречалась с Ником
Максвеллом. Ей приходилось оплачивать большие телефонные счета за разговоры с Брэдом из
Калифорнии. Брэд стал единственной радостью в ее жизни, несмотря на то что он находится за
океаном.
Джемайма успела хорошо узнать Брэда, она рассказывала ему о своей жизни, делилась
мыслями, ведь она больше не может откровенничать с Беном, который исчез из ее жизни и
появился на телеэкране.
Брэд чувствует то же самое по отношению к Джемайме. Интересно, разве можно так
хорошо узнать кого-то, с кем даже не встречался? Разве можно стать близкими людьми,
общаясь только по Интернету, факсу и телефону? Разве можно понять, что этот человек
действительно тот, за кого себя выдает?
Но это не имеет значения. Джемайма ждет каждого разговора с Брэдом с огромным
нетерпением, ведь еда перестала быть ее единственным утешением.
Джемайма теперь ест ровно столько, чтобы не упасть в обморок во время тренировок. Она
наблюдает как ее кожа становится эластичной, как прощупываются косточки и мышцы, о
существовании которых она и не подозревала. В первые несколько недель после увольнения
Бена Джемайма очень хотела наброситься на еду, ей пришлось призвать всю силу воли, чтобы
бороться этим. Она победила, и теперь все в прошлом.
Когда мы в последний раз видели Джемайму на вечеринке, она весила семьдесят пять
килограммов теперь в ней пятьдесят четыре. Она выглядит так, как девушка с фотографии.
- Не могу поверить, - произносит Джеральдина Она стоит в гостиной, наблюдая за
Джемаймой. Та порхает по комнате в поисках пальто, действительно, разве можно поверить,
что Джемайма может порхать?
- Поверить во что? - рассеянно спрашивает Джемайма, наконец увидев свое огромное
старое пальто за диваном. Она надевает пальто и заворачивается в него, чтобы согреться. В
последнее время она мерзнет: ее худенькое тело уже не защищено от холода прослойкой жира.
- Ты только посмотри на себя, - говорит Джеральдина. - Кожа и кости.
- Не говори глупости, - отвечает Джемайма. - Я еще очень толстая. Посмотри, - она
сжимает то, что осталось от жира на бедрах.
- О чем ты говоришь? - восклицает Джеральдина. - Поверь мне, ты весишь столько
же, сколько и я.
- Хотелось бы, - отвечает Джемайма.
Она действительно весит, сколько и Джеральдина - более или менее, только это никак не
укладывается у нее в голове. Она понимает, что выглядит по другому, ощущает себя
по-другому, но еще не знает, что же ей теперь делать.
- Ладно, - говорит она. - Куда мы идем?
- Секрет, - таинственно произносит Джеральдина. - Я беру тебя под свое крылышко.
Все, что тебе нужно, - чековая книжка.
- О боже, - нервничает Джемайма. - Если хочешь повести меня по дорогим
магазинам, я пас. Мне предстоит поездка в Лос-Анджелес, я и так разорена.
- Не волнуйся, - отвечает Джеральдина. - Для чего еще нужны кредитные карты?
- Знаю, - вздыхает Джемайма, - но я почти исчерпала свой лимит. Понятия не имею,
как буду потом расплачиваться.
- Дорогая, - объясняет Джеральдина. - Подумай хорошенько, мы живем так мало на
этом свете. Так зачем волноваться, тем более о деньгах? Заплатишь по счетам, когда вернешься.
- Джеральдина, у меня нет богатых родителей, которые помогли бы мне, если я попаду в
беду. Мне не хватит одной зарплаты.
- Джемайма, во-первых, мои родители мне тоже не помогают. И потом, на что ты
вообще тратишь деньги? Раньше ты ничего не покупала.
- Да, - стонет Джемайма. Она думает о ресторанах, в которых никогда не была, о
красивых вещах, которые не могла позволить себе купить, о далеких странах, в которые
никогда не ездила, - Но это не значит, что нужно пойти и потратить все прямо сейчас.
- Мы не будем тратить все, - заявляет Джеральдина. - - Мы не пойдем в "Армани" ,
но, если нам попадутся красивые вещи, обязательно примерим. К тому же ты не можешь
поехать в Лос-Анджелес в старой одежде. Брэд вряд ли обрадуется, увидев тебя в этих
балахонах, которые теперь висят мешком. Нет, Джей-Джей должна быть одета совсем
по-другому. Правда, Джемайма дорогая, не хочу тебя обидеть, но в этих штанах ты выглядишь
ужасно.
Джемайма смотрит в зеркало и понимает, что Джеральдина права. Черная футболка
свисает спортивные штаны похожи на клоунские шаровары, ее новая стройная фигура утопает в
старой одежде. Джемайма неуверенно поднимает глаза.
- Хорошо, - наконец она сдается. - Думаю, ты права, - поднимает глаза к потолку. -
Прости Господи. Прости, мой банковский менеджер.
И они направляются к выходу.
- Сначала едем к Джеффу, - говорит Джеральдина, маневрируя по узким улочкам
Килберна и выезжая в Вест-Хэмпстед,
- Кто такой Джефф?
- Мой парикмахер,
- Это еще зачем? - начинаю нервничать. Ведь я всегда гордилась своими длинными,
блестящими волосами. Разумеется, я доверяю Джеральдине, но не до такой же степени.
Джеральдина прикуривает сигарету и предлагает мне, но я отказываюсь.
- Нет, спасибо, я бросила.
- Бросила курить? - Джеральдина смотрит на меня одновременно удивленно и с
уважением.
- Да, Брэд ненавидит курящих женщин. Вот я и решила бросить курить до своего
отъезда. Джеральдина соглашается.
- Скажи, - возвращаюсь к нашему разговору, - зачем мы едем к парикмахеру?
- Джемайма, - вздыхает Джеральдина, - Ты доверяешь моему вкусу?
- Да, - неохотно отвечаю я, но это правда.
- У меня хороший вкус?
- Без всяких сомнений.
- И ты думаешь, я ногу посоветовать тебе что то, что тебе не понравится?
- Нет
- Вот именно, поэтому расслабься, а я сама обо всем позабочусь. Обещаю, в конце дня
ты себя не узнаешь.
Молча сижу и постукиваю ногой в такт музыке. Очень нервничаю при мысли, что
какой-то незнакомый парень по вмени Джефф будет делать все, что заблагорассудится с моими.
прекрасными волосами!
Наконец мы останавливаемся у салона красоты в Хэмпстеде.. Заглядываю в стеклянные
окна. Люди снуют туда-сюда, парикмахеры и их клиенты словно сошли с обложек журналов.
Это не обычная парикмахерская. Даже через окно можно понять, что это очень дорогой салон.
Клиенты усаживаются вдоль зеркальных стен. Посреди зала стоят два красивых круглых
антикварных столика. На каждом из них - китайская ваза с огромным букетом белых лилий.
Нетерпеливые посетители в ожидании очереди расположились на больших плюшевых диванах
- Листают модные журналы, подбирая идеальную стрижку, прежде чем сесть в кресло.
Джеральдина направляется к молодому, стройному темноволосому парню. Его блестящие
каштановые волосы зализаны в хвост,
- Джеральдина! - произносит он глубоким баритоном, выключая фен и на время
оставляй клиента. - Как дела? - он целует ее в о5е щеки. Очевидно, Джеральдина - его
любимая клиентка. Она, должно быть, ходит к нему уже долгие годы.
- Познакомься, это Джемайма, - представляет она меня. Мне, как обычно, хочется
спрятаться или провалиться сквозь землю. - Помнишь наш телефонный разговор?
Телефонный разговор? Какой разговор?
Джефф кивает.
- Ну что? Помнишь, что я говорила? Думаешь, ей пойдет?
Джефф делает шаг назад и смотрит на меня поднимает мои волосы, трогает их,
взвешивает, оценивает. - Не просто пойдет, - он делает паузу. - Это будет невероятно. Ты
была совершенно права
Джеральдина бросает на него встревожен взгляд:
- Только не говори ей, что собираешься делать.
Джефф вздыхает.
- Ты понимаешь, что я нарушаю профессиональную этику? Не скажу, если она сама не
захочет узнать, - наконец-то он заметил, что я тоже здесь. Пристально смотрит на меня и
спрашивает: - Джемайма, ты хочешь, чтобы я подстриг и покрасил тебе волосы так, как
сказала Джеральдина? Но ты ничего не должна знать. О боже, - он качает головой. - Такое
со мной впервые.
Какого черта?!
Я согласно киваю.
- Хорошо, Джефф. Я ей доверяю. Но мне хочется, чтобы она хотя бы намекнула, как я
буду выглядеть.
- Хорошо, - вздыхает Джеральдина. - Не намек, а вопрос. Ты хочешь быть похожей на
свою фотографию? Я киваю.
- Тогда предоставь все Джеффу. Он настоящий волшебник.
- Длину убирать не буду, - говорит Джефф, снова приподнимая мои волосы. - Так,
несколько сантиметров, чтобы срезать посеченные концы. И я думаю... - он опускает прядь
волос мне на лоб. - Ты не хочешь челку?
Хочу ли я челку? Смотрю на Джеральдину, и она кивает.
- Хочу, - с улыбкой отвечаю я.
Через час я начинаю сильно сомневаться. Не сделала ли я ошибку? Из зеркала на меня
смотрит инопланетное существо с сотнями маленьких кусочков фольги, торчащих из головы.
Поворачиваюсь к Джеральдине и суровым голосом говорю:
- Ты уверена, что мы все делаем правильно?
- Ради бога, расслабься, - она поворачивается к Джеффу и спрашивает, сколько еще
ждать. - Хорошо. Вернусь через час.
Джеральдина возвращается в салон через час, проходит мимо Джемаймы. Когда же
наконец понимает, что не узнала ее, замирает на месте и в изумлении закрывает рукой рот.
Помните волосы Джемаймы? Длинные, блестящие, мышино-коричневого цвета? А
посмотрите теперь, и вы поймете, почему Джеральдина так поражена.
Золотистое, пышное облако переливается всеми оттенками медового, пепельного,
светло-рыжего. Волосы будто притягивают свет, искрятся, как жидкое золото. Джефф взбивает
прическу, добавляя последние штрихи.
Приглядитесь повнимательнее. Копна волос падает Джемайме на плечи, колышется при
каждом движении. Длинная золотистая челка подчеркивает зеленые глаза и идеальный овал
лица.
- Боже мой, - произносит Джефф, делая шаг назад и оглядывая свое творение. - Ты
совершенно неотразима. Можешь мне поверить.
- Боже мой, - эхом отзывается Джеральдина, снова обретая дар речи. - Боже мой! -
это все, что она может сказать.
- Я выгляжу ужасно, да? - я пока не осмеливаюсь - заглянуть в зеркало. Уставилась в
журнал и не хочу смотреть. Но по выражению их лиц понимаю, что выгляжу не ужасно,
поэтому неохотно поднимаю глаза и смотрю на свое отражение.
И теряю дар речи.
Протягиваю руку и - вы, наверное, я ненормальная, - притрагиваюсь к своему лицу и
волосам в зеркале. И шепотом произношу:
- О боже! - в изумлении оборачиваюсь и смотрю на Джеральдину. - Я - та женщина
с фотографии.
- Нет, - восхищенно отвечает Джеральдина. Ты красивее. Намного красивее.
Джеральдина настаивает на том, чтобы заплатить
- Это мой подарок, - говорит она. Мы выходим, и она не сводит с меня глаз. Постоянно
повторяет, какая я красивая.
- Заткнись, Джеральдина! - в конце концов не выдерживаю я, после того как уже
четвертый по счету прохожий посмотрел на нас как на ненормальных. - Все думают, что мы
лесбиянки!
- Извини.
Джеральдина перестает восхищаться мной. Мы н
...Закладка в соц.сетях
