Жанр: Любовные романы
Дразнящий аромат
...е тревожные сообщения, о
которых вы упомянули, относятся к международным океанским круизам. Тогда как
мы получили отличные отзывы о капитане Холле от береговой охраны, а мисс
Жардин превосходно ориентируется в программе безопасности. Так что ваши
претензии, мистер Пойнтер, не имеют ни малейшего основания. Да и не пора ли
нам дать имя моему кораблю?
— Давно пора! — Пойнтер махнул оператору, приказав прекратить
съемку, и многозначительно ухмыльнулся. — А вы крутая леди, миссис
Стенхоп!
— Ради Бога, Дэррил, зовите меня Ди. Это отнимает намного меньше
времени, а нам сегодня наверняка его будет не хватать. — Ди изящно
положила руку репортеру на плечо и доверительно добавила: — До крутой леди
мне еще далеко, но я отношусь к
Талисину
как к своему ребенку. Мы оба
знаем, что хорошей рекламе не помешает немного перца — конечно, в разумных
пределах.
Пойнтер расхохотался во все горло, и у Тессы зачесались руки спихнуть его
прямо в воду. Она оглянулась на Холла — не выдал ли он своих чувств к этому
типу — и обнаружила, что капитан не спускает с нее глаз. Смущенная столь
откровенным вниманием, она торопливо отвела взгляд.
Ковальски подвел их к трапу, возле которого исходили потом давно заждавшийся
мэр и его свита. Все они мечтали только о том, как бы поскорее нырнуть в
свои лимузины с кондиционерами и вернуться в шикарные офисы в деловой части
города.
Тесса без труда представила их восторг по поводу того, что придется
спуститься в раскаленное машинное отделение, где голые до пояса кочегары
лопатами подают уголь в адское жерло пароходной топки. Женщины были одеты
гораздо легче, но на таких каблуках и с маникюром тоже не очень-то
разгуляешься. В машинном отделении слишком много всяких железяк и грязи.
Сама она с огромным удовольствием укрылась бы от этой толпы на нижней
палубе.
По спине медленно поползла тонкая струйка пота, пробиравшаяся под застежку
простого ситцевого бюстгальтера. Тесса старалась не замечать, как эта
струйка щекочет ей спину, и делала вид, будто слушает мэра. Затем настала
очередь Ди. Она сказала несколько слов и разбила бутылку шампанского о
свежевыкрашенный борт корабля, нарекая его
Талисином
в блеске и шипении
розовых пузырьков.
Защелкали вспышки камер, толпа оживленно зашумела и расцвела улыбками. Тесса
делала все, что могла — улыбалась так, что онемели щеки, — стараясь
держаться как можно дальше от Холла.
Это не составило для нее особого труда, поскольку и гости, и репортеры —
особенно женщины — сочли его более интересным объектом, нежели какой-то там
первый помощник, пусть даже и женщина. В конце концов, ее никогда не
привлекали к суду, да к тому же еще по обвинению во взрыве танкера с
четырьмя матросами на борту.
Какую гнусную шутку сыграла с ней судьба! Ведь она так мечтала об этом
месте, а в итоге угодила в настоящий ад!
Напрасно Тесса уговаривала себя, что глупо досадовать на кого-то после того,
как она с таким трудом достигла своего нынешнего положения. Между теорией и
практикой лежала чертовски глубокая пропасть.
— Мисс Жардин, мы поднимаемся на борт! — Голос Ковальски заставил
ее вернуться в реальность.
Мэр прошел вдоль ряда выставленных для пожатия рук и поспешил откланяться,
тогда как репортеры поднялись вместе с Ди на палубу, чтобы осмотреть
корабль. Их громкие голоса и хохот гулко разносились над водой, мерно
плескавшейся о борта
Талисина
.
Ковальски тоже поднялся по трапу, увлекая за собой остальных гостей, и в
этой суете Тессу и Холла снова оттеснили назад.
Холл следил за каждым ее движением. Он не спускал с нее глаз. Под низко
надвинутым козырьком невозможно было разглядеть выражение его лица, и это
окончательно лишало ее выдержки, заставляя чувствовать себя беззащитной и
растерянной.
— Что ты так разглядываешь? — наконец не выдержала Тесса.
— Я не разглядываю. Я жду. — Он помедлил еще секунду и кивнул на
металлические сходни: — Леди, вперед!
Тесса сердито прищурилась.
— Капитан Холл, когда я одета в этот мундир, мой пол не играет никакой
роли! Считайте меня просто одним из членов экипажа. Договорились?
Глава 2
Только в том случае, если его кастрируют, а еще лучше — просто прикончат!
Пока Тесса поднималась по трапу, Лукас ловил каждое ее движение, выдававшее
тщательно скрываемый гнев. Он не мог не обратить внимания на то, как плотно
сидят форменные брюки на ее тугих ягодицах, и даже разглядел под тонкой
тканью очертания трусиков. Она по-прежнему носила трусики с вырезом,
оставлявшим открытой большую часть бедер, спрятанных сейчас под формой.
Ему пришлось на секунду зажмуриться и подождать, пока ветерок отнесет в
сторону запах ее любимого детского шампуня. Прошло столько лет, а он все еще
не мог оставаться равнодушным, когда чувствовал этот сладковатый запах. Он
всегда напоминал ему девятнадцатилетнюю слушательницу морского кадетского
корпуса на Великих озерах, чьи губы и пальцы обладали далеко не детскими
навыками и достоинствами.
Почему-то ему казалось, что она давно должна была перерасти эту смешную
привычку пользоваться детским шампунем. Потому что, черт побери, во всем
остальном она явно повзрослела — да еще как!
Лукасу пришлось встряхнуться, чтобы прийти в себя. Опираясь о поручни, он
последовал вверх по трапу за своим несговорчивым первым помощником.
Им следует прийти к какому-то соглашению, и чем скорее — тем лучше. В
противном случае кто-то из них вынужден будет покинуть корабль. И черта с
два это будет он, капитан Холл! Впрочем, можно было не сомневаться, что
Тесса скорее умрет, чем согласится оставить службу на
Талисине
. Есть такие
черты в человеческом характере, которые не меняются вплоть до самой смерти —
поэтому совсем не важно, сколько времени прошло с их последней встречи.
Словно в ответ на его мысли, Тесса кинула на него презрительный взгляд через
плечо.
Кроме характера, есть еще и такие вещи, которых женщины не забывают. И не
прощают никому.
Оказавшись на палубе, Лукас направился в ту сторону, где Ковальски своим
прокуренным басом излагал гостям историю
Талисина
:
— ...был построен в 1908 году и в сороковых годах сменил деревянную
обшивку бортов на металлическую. В 1974 году, когда стало ясно, что ремонт
корабля обойдется слишком дорого, его списали на металлолом. Миссис Стенхоп
приобрела его шесть лет назад и начала реставрационные работы, пользуясь
поддержкой благотворительного фонда...
Пока Ковальски старательно излагал гостям подробности этой душещипательной
истории, украшая ее статистическими выкладками и короткими анекдотами, Лукас
старался держаться как можно дальше от жадных линз телекамер и чутких
микрофонов репортерской братии, заполонившей всю палубу.
Легче выйти один на один против загнанного в угол наркокурьера, вооруженного
автоматом Калашникова, или обратить в бегство катер с нелегальными
иммигрантами, чем снова отвечать на каверзные вопросы о
Макки
.
Лукас украдкой покосился на своего первого помощника и залюбовался гордо
посаженной головой Тессы и ее шелковистыми темными волосами, в которых
запутался легкий морской бриз. Черт побери, ну почему судьбе было угодно
сделать так, чтобы даже внешний вид этой неотразимой, удивительной женщины
стал горьким напоминанием о его самой ужасной, роковой ошибке?
На него снова навалилось застарелое чувство вины, и внутренности моментально
скрутило в тугой тошнотворный комок, подкативший к самому горлу.
Единственное, что помогло бы сейчас снять напряжение, — это хороший
заплыв на несколько миль, после которого уже не останется сил на
самоуничижение и горькие мысли. И с чего он взял, будто достаточно оправился
после своего поражения и способен справиться с этим кошмаром?
— Мы переходим на капитанский мостик, в командную рубку. Вы с нами?
Лукас встрепенулся, услышав обращенный к нему вопрос. Ковальски, Жардин,
репортеры и гости — все стояли и смотрели на него. И ждали ответа.
— Простите. — Он многозначительно посмотрел на Жардин. — Я
позволил себе на минуту отвлечься.
Темные глаза мисс Жардин, опушенные густыми черными ресницами, широко
распахнулись от неожиданности. Затем она резко повернулась и пошла вперед,
всем своим видом выражая презрение. Лукасу ничего не оставалось, как
присоединиться к стаду репортеров, которых Ковальски и Ди загоняли в рубку.
Конечно, ему не следует давать волю языку, но если Жардин и впредь будет
доставать его своими шпильками, то пусть не удивляется, если Лукас станет
отвечать ее же оружием.
Пока все пытались разместиться в тесном помещении рубки и разглядывали
прогулочную палубу, любуясь ровными рядами полотняных шезлонгов для
пассажиров, Лукас постарался найти такое место, чтобы оказаться как можно
дальше от Тессы. В рубке все еще стоял запах моющих средств и краски, а
огромные окна сверкали просто вызывающей чистотой и даже казались немного
влажными.
Ди с неподражаемым упорством возрождала к новой жизни свой
Талисин
, не
обращая внимания на скандально известную тяжбу мистера Ярвуда со
Стенхоп
шиппинг
по поводу несчастного случая с
Макки
. Розовая Вдова прибегла к
самому эффектному ответу на отрицательные отзывы в прессе, породив этим
новую волну слухов и сплетен. Она назначила капитаном своего корабля
человека, сыгравшего главную роль в трагедии с затонувшим танкером.
— Капитан Холл, — Лукаса оторвал от размышлений голос репортера из
Милуоки джорнэл сентинел
, — вас не затруднит объяснить нам, как
действует вся эта механика?
Стоило Лукасу шагнуть вперед — и все расступились перед ним, не дожидаясь
просьбы.
— Ну, прежде всего вы и сами, конечно, догадались, что вот это —
штурвал. — Он сжал полированное дерево и слегка повернул колесо
штурвала туда-сюда, а затем положил руку на гладкую бронзовую рукоятку,
приятно холодившую ладонь. — Здесь — внутренний телеграф. Он связывает
рубку с машинным отделением, чтобы можно было передавать команды
непосредственно машинисту. Как любезно объяснил нам мистер Ковальски, этот
корабль оснащен настоящим четырехпоршневым паровым двигателем.
Талисин
—
один из последних кораблей на Великих озерах, передвигающийся с помощью
пара.
— А нам покажут...
— Мисс Жардин проводит вас на нижнюю палубу и покажет все машинное
отделение, — тут же заверил репортера Ковальски.
Лукас тем временем объяснил, как работают гирокомпас, магнитный компас,
радар, радио и селекторная связь с остальными помещениями. Стараясь говорить
кратко и просто, Лукас описал назначение множества кабелей и устройств,
находившихся под крышей рубки и на мачте. Все гости с умным видом кивали в
такт его словам, как будто понимали, о чем идет речь.
— Поразительно! — выдал Пойнтер, когда Лукас закончил свою
лекцию. — А я-то думал, что на свете нет посудины капризнее, чем мой
Сатурн
!
Все вежливо посмеялись над его шуткой, после чего Ковальски решил, что
экскурсию в рубку можно считать законченной. Следя за тем, чтобы никто не
заблудился и не отбился от общей группы, он провел гостей по длинному
коридору, застланному толстым ковром, и показал помещения, предназначенные
для пассажиров. Танцевальный зал с прекрасно оборудованным баром. Столовая-
кафетерий со старинным автоматом для содовой воды. Кроме того, на
Талисине
имелись кинотеатр, лавка сувениров, детская игровая комната и пусть
небольшой, но настоящий корабельный музей. Везде царили пустота и тишина, но
уже на днях эти комнаты и коридоры должны были снова оживить голоса
пассажиров и экипажа.
Ковальски не возражал против того, чтобы репортеры познакомились с
обстановкой в пассажирских каютах от пульмановского эконом-класса до самых
дорогих апартаментов на верхних палубах.
— Здесь вовсе не так шикарно, как на настоящем лайнере! — капризно
заметила миниатюрная блондинка в красном костюмчике. Дамочка была
разочарована и не скрывала этого.
— Но ведь назначение
Талисина
не в том, чтобы конкурировать с
океанскими прогулочными лайнерами, а в том, чтобы обеспечить его пассажиров
комфортабельным и познавательным путешествием по Великим озерам, —
невозмутимо возразила Ди. — Те сногсшибательные интерьеры, что вы
видели в кинофильме
Титаник
, здесь попросту ни к чему. Да и береговая
охрана не позволила бы нам сохранить деревянные палубы и переборки. Пожарная
безопасность превыше всего, вы и сами должны это понимать.
— А по-моему, он довольно мил! — подал голос один из
операторов. — Готов поспорить, что по нынешним ценам вам пришлось
вколотить в эту посудину целую кучу денег! Вы только взгляните на этот бар!
И все дружно повернулись в сторону танцевального зала. Устроенный на заднем
плане бар был отделан черным деревом и серебром и имел форму убывающей луны.
— Мы по возможности сделали
Талисин
таким, каким он был в свои лучшие
годы. Вот почему большая часть помещений отделана в стиле начала двадцатого
века. — Ди буквально сияла от гордости. — Я сама выбирала картины
и обивку для стен, а специально нанятые мастера реставрировали мебель,
сделанную когда-то на фабрике самого Уоррена Макартура. Естественно, нам
пришлось раскошелиться, чтобы получить все эти подлинные вещи, но мы не
жалели денег. Если здесь что-то и изменилось, то исключительно из
соображений безопасности. Кроме того, мы реконструировали помещения для
персонала и приспособили одну из грузовых палуб для погрузки и
транспортировки автомобилей. Но в основном нам удалось вернуть
Талисину
его первоначальный облик. Ведь мы относимся к этому кораблю не только как к
транспортному средству, но и как к живому музею.
Это вызвало оживленный спор об экономических тонкостях корабельного бизнеса.
Гости медленно потянулись обратно к рубке, где Лукасу предстояло снова
встретиться с Жардин. Она стояла в дальнем углу, безуспешно стараясь
подавить нервную зевоту.
Воспользовавшись тем, что Тесса отвернулась, Лукас посмотрел на нее
повнимательнее. И снова залюбовался пухлыми чувственными губами,
экзотическим разрезом глаз, слегка потемневшей от загара оливковой кожей и
темными волосами, подстриженными гораздо короче, чем она носила раньше.
Тесса показалась Лукасу чертовски привлекательной в своей белоснежной форме
— и еще более естественной. Она воплощала спокойствие и уверенность, как
будто точно знала, что по праву занимает место первого помощника капитана на
этом большом корабле.
На какую-то долю секунды Лукасу даже стало завидно. Увы, он никак не мог
похвастаться такой же уверенностью.
Тем временем он с удовольствием продолжал рассматривать соблазнительную
фигурку. Да, такие формы не скроешь ни под каким мундиром! И вдруг Лукас
наткнулся на разъяренный взгляд самой Жардин. На этот раз он не стал
отводить взгляд. Интересно, что она видит, когда вот так сверлит его взором?
Догадаться было совсем нетрудно — да она и не скрывала, что думает по этому
поводу. Ну что ж, этого и следовало ожидать. Учитывая то, как демонстративно
Тесса шарахалась от Лукаса все эти дни, вряд ли стоило надеяться, что когда-
нибудь она все же смирится с аварией на
Макки
и гибелью младшего брата.
— Капитан, не могли бы вы рассказать всем этим людям, как вы
собираетесь управлять
Талисином
во время плавания?
Лукас повернулся к Ковальски, радуясь возможности отвлечься. На целых десять
минут у него появился повод стоять к Жардин спиной, чтобы посвятить гостей в
тонкости навигационной техники. Но тут Ди приказала Жардин принести в рубку
секстант и показать, как он работает. У Жардин не оставалось иного выхода,
кроме как встать совсем близко к нему в душном и тесном пространстве
переполненной людьми командной рубки.
Запах детского шампуня мигом сделал свое дело. Солнце придало ее блестящим
волосам медный оттенок, и Лукас не мог не думать ни о чем, кроме того, какие
они мягкие и шелковистые на ощупь.
Руки сами тянулись к этим темным прядям, и Лукасу пришлось отодвинуться как
можно дальше, заложить руки за спину и крепко-накрепко переплести пальцы.
— Показания секстанта служат основой для всех последующих навигационных
действий и измерений, — объявила Жардин, высоко поднимая тяжелый
прибор. Она не смотрела в сторону Лукаса, а значит — слава Богу — не могла
догадаться о том, какой опасный поворот приняли его мысли. — Он
измеряет углы в градусах, минутах и секундах. Угол между звездой и линией
горизонта называется высотой и дает...
— Ах, как интересно! — перебила ее мисс Красный Костюмчик. —
Но, сказать по правде, мисс Жардин, нас всех гораздо больше интересует то,
как вы себя чувствуете, работая на корабле с мужским экипажем.
В рубке повисла мертвая тишина. Тесса медленно наклонилась и положила
секстант на свободное место вахтенного рулевого. При этом она вынуждена была
слегка задеть плечом Лукаса.
— Сказать по правде, я и сама частенько задавала себе этот вопрос. Если
вам так будет проще, попытайтесь представить, что должна чувствовать женщина
на должности руководителя среднего звена в обычной корпорации. Плюс к тому
на мне лежит обязанность прокладывать курс корабля во время моей вахты,
составлять ежедневные отчеты, да и вообще я отвечаю за всю бумажную рутину.
— Ах вот как! Значит, он для вас вроде как босс, — Красный
Костюмчик ткнула длинным наманикюренным ноготком в сторону Лукаса, — а
вы — его секретарша?
— Нет, я говорила не об этом. — Тесса стояла совсем близко, и
Лукас почувствовал, как она напряглась. — Приказы капитана выполняет
весь экипаж, но я тоже имею право отдавать приказы и требовать их выполнения
от остальных членов команды. Я — ответственный палубный офицер, а не
секретарь.
Красный Костюмчик честно попыталась обдумать услышанное. На гладком лбу даже
прорезалась едва заметная морщинка.
— Разве вам никогда не приходилось сталкиваться с непослушанием?
Неужели экипаж выполняет ваши приказы точно так же, как если бы получал их
от мужчины?
— Кажется, эпоха темных веков благополучно канула в прошлое, —
небрежно вмешалась Ди. — Приказ есть приказ — и не важно, какого пола
офицер его отдал.
— Значит ли это, что на борту
Талисина
с сексуальной дискриминацией
покончено раз и навсегда? — Мистер Пойнтер тут же сделал стойку,
почуяв, что пахнет жареным.
Жардин запросто могла попасться на этот коварный вопрос. Лукас перевел
тревожный взгляд с Тессы на Ди. Оказывается, Розовая Вдова все это время
следила за ним с легкой усмешкой.
— Старшее поколение не очень-то охотно мирится с переменами, —
начала Жардин, осторожно подбирая каждое слово. — Но большинство членов
экипажа судит меня по профессиональным качествам, а не по полу.
— В дополнение к словам мисс Жардин, — тут же встряла Ди, — я
считаю необходимым сообщить, что компания
Стенхоп
не поощряет отношений
между ее служащими, выходящих за рамки служебных полномочий.
— Но всегда ли вы соблюдаете этот принцип? — тут же вцепился в нее
Пойнтер. — Разве не вы мне сказали, что один из матросов машинного
отделения женат на коке?
— Нас не волнуют браки между равными по рангу нижними чинами. Но мы
категорически не одобряем связи между офицерами и их подчиненными.
— А как насчет связи между офицерами? — поинтересовалась Красный
Костюмчик. При этом Лукас успел заметить, как жадно она раздевала его
глазами. — Капитан Холл, вы женаты?
— Нет, мэм, я холост.
Тесса нервно переступила возле него с ноги на ногу.
— А вы замужем, мисс Жардин?
— Нет.
Лукас невольно покосился на ее тесно сплетенные пальцы, хотя давно успел
убедиться, что она не носит обручального кольца.
— Это совершенно неприемлемо, — отчеканила Ди, окатив Красный
Костюмчик ледяным взглядом. — Личные отношения между офицерами
неприемлемы по той же причине, что и связь между начальником и подчиненным:
это неизбежно приводит к столкновению интересов и отравляет атмосферу на
судне. Ну а теперь, мне кажется, мы обсудили все интересовавшие вас вопросы.
Мистер Ковальски, мисс Жардин, будьте добры показать нашим гостям машинное
отделение!
— А вы разве не спуститесь с нами, миссис Стенхоп? — наигранно
удивился Пойнтер.
— Я подожду здесь, с капитаном Холлом, — процедила Розовая Вдова с
надменной улыбкой. — Боюсь, там и без нас будет слишком тесно!
Лукас смотрел, как толпа медленно покидает рубку, исчезая в распахнутом
люке, и чувствовал, что вот-вот сорвется. Потому что оставаться наедине с Ди
было еще труднее, чем выдерживать атаку целой армии настырных репортеров.
— Ну, — начала она, как только голоса и шорох шагов затихли на
нижней палубе, — по-моему, все сошло неплохо. А ты как считаешь?
— Неплохо. — Он прислонился спиной к штурвалу. — Корабль
выглядит очень внушительно. Ты их очаровала, а Ковальски загрузил своей
статистикой и историческими ссылками.
Ди подошла поближе. Из-за густого цветочного запаха ее духов в рубке было
почти невозможно дышать.
— Даже их намеки на
Макки
не дали им затеять скандал. Тесса держалась
до последнего.
В мозгу у Лукаса зазвенел сигнал тревоги. Беседы с Ди Стенхоп слишком
напоминали ему заплыв по водам, кишащим акулами, и он ушел в глухую оборону,
опустив на лицо маску полного безразличия.
— По-моему, Жардин принадлежит к тому типу людей, для которых хорошая
служба — дело чести.
Ди сделала еще шаг и оказалась почти вплотную.
— Ты по-прежнему уверен, что случай с
Макки
не помешает вам работать
вместе?
Лукас не посмел отстраниться, но старательно смотрел в окно, как будто его
заинтересовал оранжевый портовый кран, двигавшийся вдоль причала. Конечно,
он ответил именно то, что хотела услышать Ди:
— Жардин — профессионал. И ради этого она забудет о любых личных
претензиях. Мы сработаемся.
— И чем скорее, тем лучше. — Ди положила руку ему на плечо и
задержала ее ровно настолько, чтобы он успел почувствовать тепло, исходившее
от ее кожи. И при этом никто не смог бы назвать этот жест чересчур интимным.
Лукас по-прежнему смотрел в окно, хотя краем глаза успел заметить
промелькнувшее на ее холеной физиономии снисходительное удивление.
— Я вручаю тебе не просто корабль. Это дитя моей души. Моя
мечта, — с чувством промолвила Ди. — И если моя команда не будет
работать как один человек, провал неизбежен. Ты имеешь хоть малейшее
представление о том, как будут злорадствовать все эти слащавые олухи,
которые ползают сегодня по кораблю? Да они спят и видят, как бы приложить
мордой в грязь розовую куколку старины Ролли! Стоит мне сделать хотя бы один
неверный шаг — и все инвесторы потребуют назад свои денежки!
— Я не сделаю ни одного неверного шага.
— Надеюсь. — Ди задумчиво посмотрела на Лукаса, отступила и
похлопала его по плечу, снова задержав пальцы на какой-то едва заметный
миг. — Ты ведь просто не способен ошибиться, не так ли?
— Да. — Лукас небрежно улыбнулся, стараясь не выдать душившего его
гнева. — Я на такое не способен.
Вопреки ожиданиям Тессе даже понравилось водить публику по закоулкам
машинного отделения и рассказывать о своей работе. По крайней мере здесь не
было Холла с его нахальными взглядами.
Кстати, весьма показательно и то, что Розовая Вдова осталась на мостике
вместе с ним. Особенно если вспомнить, как близко к командной рубке
располагается капитанская каюта.
— Вы все время хмуритесь, — вырвал ее из задумчивости голос
Пойнтера. — Что-то случилось?
— Нет, просто... у меня разболелась голова. Вы ведь понимаете,
последние две недели были не из легких!
— А теперь вам еще приходится водить нас за ручку по всему
кораблю, — покровительственно улыбнулся Пойнтер. — Должен сказать,
что весьма признателен вам за такое гостеприимство — если это хоть н
...Закладка в соц.сетях
