Жанр: Любовные романы
Замки
...и один из
самых ее любимых. Она тщательно расчесала волосы, пока они не стали потрескивать и
завиваться в локоны, и отправилась разыскивать своего мужа.
Их первая встреча при свете дня после целой ночи опьяняющей любви для нее будет
просто ужасной, и Алесандра хотела, чтобы это как можно скорее прошло. Она была
уверена, что, если приложить некоторые усилия, ей удастся скрыть смущение.
Колин сидел за столом в своем кабинете. Дверь, выходящая в коридор, была открыта
настежь. Алесандра остановилась в дверном проеме, размышляя, стоит прерывать его или
нет. Однако он, должно быть, почувствовал на себе ее пристальный взгляд, потому что
неожиданно поднял глаза. Он все еще сосредоточенно хмурился над письмом, которое читал,
но выражение его лица тут же изменилось. Когда Колин улыбнулся ей, глаза его светились
нежностью.
Алесандра подумала, что и ей, вероятно, следует ответить ему улыбкой. Она не была
уверена. Боже правый, неужели она так никогда и не привыкнет к тому, что Колин рядом?
Он такой привлекательный мужчина. Сегодня его плечи ей показались еще шире, волосы -
еще темнее, а кожа совсем бронзовой. Белоснежная рубашка, которую он надел, сильнее
подчеркивала его привлекательность. Она резко контрастировала с его смуглым лицом.
Взгляд Алесандры упал на его губы, и неожиданно в ее голове возникли воспоминания об
ощущениях, вызванных поцелуями, которыми он покрывал все ее тело.
Алесандра поспешно отвела глаза и уставилась на его подбородок. Она вовсе не хотела
показывать ему свое смущение. Она должна сохранять достоинство и приличие.
- Доброе утро, Колин, - проквакала она хриплым лягушачьим голосом. Лицо ее горело
огнем. Единственным выходом было пойти на попятную, и как можно скорее. Алесандра
попытается встретиться с ним попозже, когда будет хорошенько держать себя в руках. -
Вижу, ты занят, - промолвила она, поспешно отступая назад. - Я спущусь вниз.
Она повернулась и собралась уходить.
- Алесандра!
- Да?
- Поди ко мне.
Алесандра, вопросительно взглянув на него, вернулась к двери.
Колин откинулся на стуле и поманил ее.
Она, гордо подняв голову, с улыбкой на губах вошла в кабинет. Приблизившись к
письменному столу, она остановилась. Он знаком показал ей подойти поближе. Сохраняя
маску беспечности на лице, она обогнула массивный стол. Колин не должен узнать, в каком
смятении она находится.
Он окинул ее долгим пристальным взглядом.
- Может быть, ты все-таки расскажешь, что с тобой происходит?
Плечи Алесандры дрогнули.
- Тебя не так просто обмануть, - заметила она. Колин нахмурился.
- Но ты же не собираешься меня обманывать?
- Да.
От его всевидящего ока не укрылось ее тревожное состояние. Видя, что ей трудно
говорить, он, смягчившись, произнес:
- Скажи мне, что тебя беспокоит. Алесандра потупилась:
- Мне просто... неловко... встречаться с тобой, после того...
- После чего?
- Прошлой ночи.
Ее щеки зарделись нежным румянцем. Колин нашел это очаровательным и в равной
степени возбуждающим. Он привлек ее к себе и усадил на колени, потом с улыбкой взял ее
за подбородок.
- И что же? - спросил он.
- При свете дня-воспоминания о том, что мы делали вместе, вызывают у меня
угрызения совести.
- Во мне эти воспоминания вызывают только одно - желание.
Глаза Алесандры расширились от такой откровенности.
- Но ты не можешь!
- Уверен, что могу, - сообщил он ей радостно.
Алесандра покачала головой.
- Я не в силах, - прошептала она.
Колин нахмурился.
- Но почему?
Кровь бросилась ей в лицо.
- Разве недостаточно того, что я сказала?
- Это совершенно ничего не объясняет, Алесандра снова опустила глаза.
- Ты все усложняешь, - заметила она. - Если бы со мной была мама, я могла бы
поговорить с ней, но...
Она замолчала.
Ее печальный голос вызвал у Колина прилив нежности к этому юному беззащитному
существу.
Ее явно что-то беспокоило, и он должен был докопаться до истины.
- Ты можешь поговорить со мной, - сказал он. - Я твой муж, не забывай об этом. У нас
не должно быть секретов друг от друга. Ведь тебе вчера было хорошо, - добавил он, глядя в
самую глубину ее фиалковых глаз.
Ей его слова показались ужасно высокомерными.
- Возможно, - нарочито неопределенно ответила Алесандра, просто для того чтобы
уязвить его.
А Колин был неприятно удивлен.
- Возможно? Ты же таяла в моих объятиях, - прошептал он. От этого воспоминания
голос у него дрогнул. - Неужели ты уже успела об этом позабыть?
- Нет. Я ничего не забыла. Колин, ты мне сделал больно.
Алесандра выпалила эти слова и ждала его извинений. Тогда она расскажет ему о своем
недомогании, и он наконец-то поймет, почему ему не следует прикасаться к ней снова.
- Малышка, я знаю, что причинил тебе боль.
От страсти в его голосе, такой неприкрытой, такой мужественной, ее бросило в дрожь.
Алесандра подвинулась у него на коленях. Колин положил на ее бедра свою огромную
ладонь, успокаивая жену. Ощущая на своих коленях восхитительную тяжесть ее сладких
бедер, он вновь испытал прилив огромного желания. Она не могла не заметить этого,
прижимаясь к нему своим телом.
Алесандра забыла о своем смущении. Перед ней не собирались извиняться, более того,
даже не посочувствовали. Молодой муж вовсе не испытывал никакого раскаяния!
Он улыбнулся, глядя на ее рассерженное лицо.
- Сердце мое, - в его голосе послышалась мягкость и даже вкрадчивость, - тебе больше
не будет так больно.
Алесандра покачала головой. Ей даже не хотелось смотреть ему в глаза. Вместо этого
она принялась изучать его подбородок.
- Ты не понимаешь, - еле слышно прошептала она. - Кое-что... произошло.
- Что произошло? - терпеливо начал расспрашивать он.
- У меня кровотечение. Пятна были на простыне, и я...
До него наконец-то дошло. Колин обнял юную жену и прижал к своей груди,
испытывая смешанные чувства. Ему хотелось держать ее в своих объятиях целую вечность, и
в то же время он боялся обидеть Алесандру невольной улыбкой, которую она могла
расценить как насмешку.
Алесандра не была настроена обниматься, но Колин не собирался выпускать ее из
своих сильных, решительных рук. Он должен был утешить и успокоить ее. Когда Алесандра
наконец сдалась и затихла у него на коленях, Колин вздохнул и потерся подбородком о ее
макушку.
- Ты подумала, что нездорова, правда? Мне следовало объяснить. Прости. Тебе не о
чем беспокоиться.
Нежность в его голосе немного приободрила Алесандру. Однако она все еще
сомневалась, верить ему на слово или нет.
- Ты хочешь сказать, что все так должно и быть?
В голосе Алесандры помимо ее волк звучала подозрительность, и молодая женщина
боялась рассмешить мужа своими нелепыми, как ей казалось, вопросами.
Колин не рассмеялся.
- Да, - объявил он. - У тебя должно было быть кровотечение.
- Но это... ужасно!
Колин был совсем другого мнения. Ему это показалось весьма приятным и
возбуждающим, и Алесандра не замедлила заявить, что ее муж - просто чудовище.
Алесандра воспитывалась в монастыре, отгородившись от всего мира, словно в коконе.
Она приехала туда совсем малышкой и оставалась там, пока не стала взрослой. Ей не
позволялось говорить с кем-то об изменениях, происходящих в ее теле, или о новых
ощущениях, которые пробуждали эти перемены, и Колин счел фатальным везением, что
чувственность Алесандры не была ею утрачена. Возможно, мать-настоятельница и избегала
доверительных разговоров об этой стороне жизни, но, надо отдать ей должное, не забила
голову Алесандры пугающей чепухой. Монахиня, кроме всего прочего, возвысила брачное
ложе, используя такие слова, как "храм", "обожание" и даже "благородный", и из-за такого
отношения Алесандра не сочла брачное ложе чем-то постыдным или греховным.
Его милая женушка была похожа на бабочку, появившуюся из своего уединенного
кокона. Ее чувственность и ответная страсть, вероятно, не на шутку ее напугали.
- Мне повезло, что в монастыре не испортили тебя, забив голову всякими страхами, -
заметил Колин.
- Такую цель никто не преследовал, - задумчиво произнесла Алесандра. - Брачные
клятвы, которые мы друг другу дали, священны. Было бы грешно смеяться над
торжественным обетом.
В который раз Колин восхитился чистотой и непорочностью своей юной супруги. Он
еще раз извинился за доставленную ей тревогу, а потом подробно объяснил, почему у нее
должно было быть кровотечение. Но он на этом не остановился.
Мать-настоятельница сказала Алесандре, что ребенок венчает своим появлением союз
двух рабов Божьих.
Колин точно объяснил, как происходит зачатие. Он говорил о различиях их тел,
успокаивающе поглаживая ее спину. Неожиданная лекция продолжалась почти четверть
часа. Алесандра была смущена, когда Колин начал объяснение, но его невозмутимость
вскоре помогла ей преодолеть застенчивость.
Она проявила чрезвычайную любознательность в отношении его тела и засыпала его
вопросами. Он рассказал ей все без утайки. У Алесандры словно гора с плеч свалилась, когда
Колин закончил объяснение. Она отстранилась от него с намерением поблагодарить за
просвещение, но горячий блеск его глаз заставил ее позабыть обо всем, и неожиданно для
самой себя Алесандра поцеловала мужа.
- Ты и правда решила, что мы никогда... Алесандра не дала ему закончить:
- Я переживала, что мы больше не сможем...
- Я хочу тебя сейчас!
- Мне еще больно, - прошептала она. - А ты только что сказал, что потребуется
несколько дней, чтобы я почувствовала себя лучше.
- Есть другие способы найти удовлетворение. Это раздразнило ее любопытство.
- Неужели? - спросила Алесандра прерывающимся шепотом.
Колин кивнул:
- Множество.
От того, как он на нее смотрел, Алесандра почувствовала волнующее желание. Внизу
ее живота возникла теплая волна, и неожиданно ей захотелось ощутить близость с Колином.
Она обвила руками его шею, играя волосами на его затылке, и улыбнулась.
- И сколько же есть таких способов?
- Сотни, - преувеличил он.
Его улыбка говорила о том, что он поддразнивает ее. Она ответила тем же:
- Тогда мне, вероятно, следует записывать все твои объяснения. Я не хочу забыть ни
один из этих способов.
Колин рассмеялся:
- Практика доставит больше удовольствия, чем теория.
- Прошу прощения, милорд, но внизу вас ждет посетитель.
Когда голос Фланнегана достиг ее ушей, Алесандра сгоряча готова была спрыгнуть с
колен мужа. Колин не отпустил ее. Он продолжал смотреть на свою жену, отвечая слуге:
- Кто это?
- Сэр Ричардс.
- Чтоб его черти унесли!
- Ты его не любишь? - спросила Алесандра.
Колин вздохнул. Он неохотно поднялся.
- Я прекрасно к нему отношусь, - возразил он. - А чертыхнулся, потому что знаю, что
такую персону нельзя не принять. Фланнеган, проводи его наверх. Я приму сэра Ричардса
через пять минут.
Дворецкий немедленно отправился выполнять поручение, Алесандра собралась
уходить. Колин схватил ее за руку и потянул назад. Он обнял ее, наклонился и надолго
впился в ее губы. Рот его был горячим, влажным, требовательным, и, когда Колин отпустил
ее, Алесандра дрожала от желания, доставив этим Колину немалое удовольствие.
- Потом, - прошептал он, прежде чем ее отпустить.
Обещание в его потемневших от желания глазах не оставляло сомнений в том, о чем он
говорил. Алесандра, казалось, потеряла дар речи. И она просто кивнула головой и молча
вышла из кабинета. Руки ее дрожали, когда она поправляла немного сбившиеся волосы, и
она нечаянно наскочила на стену, направляясь в спальню мужа. Алесандра сокрушенно
вздохнула, не узнавая самое себя. Стоит этому мужчине бросить на нее один только взгляд,
как ее мозги превращаются в пучок салата. Один поцелуй - и она сомлела в его объятиях.
Алесандра согласилась, что мысль была не из приятных, но что правда, то правда.
Возможно, когда новизна положения супруги пройдет, она сможет привыкнуть к Колину как
к мужу и снова станет самой собой. Она действительно надеялась на это, поскольку вовсе не
хотела провести всю остальную жизнь, натыкаясь на стены и бродя, как сомнамбула.
Она поймала себя на мысли, что боится доверять ему. Лицо ее вмиг стало серьезным.
Она, наверное, никогда не избавится от этого гнетущего чувства настороженности. Для нее
было большой неожиданностью обнаружить в себе способность на сильное ответное
чувство, неприкрытую страсть.
Алесандра вернулась в спальню Колина и, не находя себе дела, выглянула в окно. Ярко
светило солнце, сверкала омытая весенним дождем свежая зелень. Именно в такой день
должна торжествовать ее любовь. Должно быть, прошлой ночью она была само
совершенство, подумалось Алесандре. Ей доставляло огромное удовольствие быть
предметом вожделения.
Любовь и влечение не одно и то же. Алесандра воспринимала это как непреложную
истину. У нее хватило здравого смысла не заблуждаться насчет их отношений. Да, Колин
женился на ней из чувства, долга. Что сделано, то сделано. Но никакими силами нельзя было
отнять у нее надежду, что со временем его сердце будет принадлежать ей. Первый шаг на
пути к этому уже сделан.
Это будет продолжительный, крепкий брак. Они оба поклялись перед Господом и
свидетелями жить как муж и жена, пока смерть не разлучит их. Невозможно было поверить,
чтобы когда-нибудь честный и прямодушный Колин смог нарушить свой обет; ей казалось,
непременно с годами он научится ее любить.
А она уже полюбила его. Алесандра тут же помотала головой, отгоняя непрошеную
мысль, повергшую ее в смятение.
Собственная уязвимость напугала Алесандру. Ей пришлось признаться самой себе, что
в браке все не так просто, как она себе представляла.
- Принцесса Алесандра, я вам не помешаю, если перестелю простыни?
Она повернулась и улыбнулась Фланнегану:
- Буду рада помочь.
На лице дворецкого отразилось изумление, перешедшее в негодование. Вид у него был
удрученный. Алесандра рассмеялась.
- Я умею перестилать постель, Фланнеган.
- Вы действительно...
Слуга был слишком изумлен, чтобы продолжать. Его поведение привело Алесандру в
недоумение.
- Там, где я жила, прежде чем приехать в Англию, я сама заботилась о своей одежде и о
своей спальне. Если я хотела почувствовать роскошь свежих простыней, меняла их
собственноручно.
- И кто бы мог ждать такого от принцессы?
- Мать Мария, - ответила она. - Я жила в монастыре, - продолжала Алесандра. - И со
мной не обращались по-особому. Я была рада, что меня считали такой же, как все.
Фланнеган кивнул.
- Теперь я понимаю, почему вы так не испорчены, - выпалил он. - Это... ну...
вызывает еще большее уважение к вам, - добавил слуга, запинаясь.
- Спасибо, - с улыбкой поблагодарила Алесандра.
Дворецкий заторопился к постели и начал разворачивать простыни.
- Я уже положил чистые на вашу кровать, принцесса. Все перестелю вам сразу же
после обеда.
Его слова привели ее в смущение.
- Зачем такое беспокойство? Я считала, что буду спать с мужем в его постели.
Фланнеган не заметил беспокойства в ее голосе. Он был занят тем, что расправлял
уголки туго накрахмаленные простыни.
- Милорд сказал мне, что вы будете спать в своей комнате, - сообщил он ей.
Такая уклончивость смутила Алесандру еще больше. Она отвернулась и притворилась,
что смотрит в окно, чтобы Фланнеган не мог увидеть выражения ее лица. Ей очень не
хотелось, чтобы дворецкий увидел, как она вспыхнула от обиды.
- Понимаю, - произнесла Алесандра, не найдя более подходящего слова. - А Колин
объяснил почему?
- Нет, - коротко ответил Фланнеган.
Он разогнулся и обошел кровать, чтобы добраться до противоположной стороны.
- В Англии большинство супружеских пар имеют раздельные спальни. Так здесь
принято.
Алесандре стало немного легче.
Затем Фланнеган продолжил свое объяснение:
- Конечно, брат Колина Кейн не следует этому обычаю. Стерн - дворецкий в их доме и
к тому же мой дядя, - добавил он с ноткой гордости в голосе, - однажды проговорился, что
его хозяин никогда не спал отдельно от жены.
От этих откровений Алесандре стало совсем худо. Разумеется, Кейн и Джейд спят в
одной постели. Им посчастливилось полюбить друг друга. Она могла поспорить, что герцог
и герцогиня тоже разделяют одну спальню, поскольку и они сильно привязаны друг к другу.
Алесандра расправила плечи. Она не собирается допытываться у Колина, почему он не
хочет делить с ней супружеское ложе. В конце концов, у нее есть гордость. Этот человек
ясно дал ей понять, что он ни в грош не ставит свой брак. Сначала остриг волосы, а теперь
собирается заставить ее спать в одиночестве. Что ж, пусть будет так. Она и не подумает
обижаться. Нет, вовсе нет. Какое это неудобство - спать в одной постели! Она не нуждается,
чтобы он согревал ее ночью своим телом, и уж тем более не станет скучать по его объятиям.
Алесандра еще долго мысленно уговаривала себя. Наконец, поняв всю тщетность этих
попыток, она решила найти себе какое-нибудь занятие, чтобы отвлечься от подобных
мыслей.
Фланнеган закончил застилать кровать. Она вышла вслед за ним из спальни, Дверь
кабинета была закрыта.
Алесандра негромко поинтересовалась у дворецкого, долго ли продлится визит сэра
Ричардса.
- У Ричардса с собой была целая пачка бумаг, - сказал Фланнеган. - Могу поспорить,
пройдет битый час, пока они разделаются с ними.
Фланнеган ошибся всего на несколько часов. Было уже далеко за полдень, когда он
понес наверх поднос с закусками, приготовленными поваром. Вернувшись вниз, слуга
сообщил Алесандре, что мужчины все еще работают с документами.
Визит Дрейсона был назначен на три, и Алесандра занялась просмотром почты,
которую они с мужем получили утром. Там было более пятидесяти писем с поздравлениями
и почти столько же приглашений разного рода. Алесандра разложила бумаги по пачкам,
потом сделала списки каждой пачки. Она отдала Фланнегану стопку приглашений, чтобы
написать на них отказы, а сама в это время написала еще одно послание Нейлу Перри с
просьбой уделить ей всего лишь час его драгоценного времени, чтобы обсудить с ним дело
его сестры..
- Я должен переговорить с хозяином, чтобы он нашел вам горничную и секретаря на
полный рабочий день, - заметил Фланнеган.
- Ну что ты, - возразила Алесандра. - Нет нужды ни в той, ни в другом, разумеется,
если ты не откажешь мне в своей помощи, Фланнеган, ведь твой хозяин занят собственной
компанией. Дополнительные расходы лягут на него еще одним бременем.
Столь горячая отповедь подсказала неглупому Фланнегану, что ему лучше не вести
никаких переговоров с хозяином за ее спиной. Он кивнул в знак согласия.
- Вы прекрасно разбираетесь в финансовых делах своего мужа. Он не долго будет в
бедности, - добавил слуга с улыбкой.
"Мы и сейчас не бедны, - подумала Алесандра. - Только при условии, что Колин
воспользуется моими деньгами", - добавила она про себя.
- Твой хозяин очень упрям, - прошептала она больше для себя, чем для слуги.
Фланнеган не успел подумать над этими словами. Послышался звонок дверного
колокольчика, и дворецкий поспешил впустить очередного гостя.
В дверях появился Морган Аткинс. Проходя к лестнице, он увидел Алесандру в
гостиной и обратился к ней с улыбкой:
- Мои поздравления, принцесса. Я только что услышал весть о вашей свадьбе.
Надеюсь, вы будете очень счастливы.
Алесандра хотела подняться навстречу гостю, но Морган жестом остановил ее. Он
объяснил, что спешит в кабинет Колина, чтобы загладить свою вину за опоздание.
Морган действительно был очаровательным джентльменом. Он склонился в галантном
поклоне, прежде чем подняться вслед за Фланнеганом по лестнице. Алесандра проводила его
глазами, пока он не исчез из виду, и покачала головой. Колин явно ошибался. Морган
отнюдь не был кривоногим!
Прошло еще полчаса, и сэр Ричарде с Морганом спустились по лестнице вместе.
Обменявшись любезностями с Алесандрой, они ушли, Дрейсон появился в тот самый
момент, когда глава департамента и его новый сотрудник покидали гостеприимный дом.
- Я крайне обеспокоен, принцесса, - объявил Дрейсон, едва поздоровавшись. - Не
найдется ли местечка, где мы могли бы переговорить с глазу на глаз?
Реймоид и Стивен находились в прихожей рядом с Фланнеганом. Телохранители были
тут как туг при появлении очередного гостя. Алесандра считала, что после замужества не
нуждается в охране, поскольку она теперь вне досягаемости генерала. Но ей было хорошо
известно, что оба телохранителя будут ретиво служить ей, пока их не уволят. Тем не менее
Алесандра не собиралась отпускать их, не найдя для них подходящего места в Лондоне.
Реймонд и Стивен прозрачно намекнули, что не прочь остаться в Англии, и она намеревалась
пристроить их где-нибудь. Это то малое, чем она могла отплатить за их преданность.
- Не пойти ли нам в гостиную? - предложила Алесандра. агенту.
Дрейсон кивнул. Он пропустил принцессу вперед и обратился к Фланнегану:
- Сэр Холбрук принимает?
Фланнеган утвердительно кивнул. Дрейсон облегченно вздохнул.
- Соблаговолите пригласить его, Думаю, он хотел бы послушать эту печальную
новость.
Дворецкий тут же бросился исполнять просьбу. Дрейсон и Алесандра расположились в
гостиной.
- У вас сегодня хмурый вид, - сказала она с участием, усевшись поудобнее в кресле. -
Неужели у вас такая ужасная новость?
- Я принес вам даже две, - сообщил Дрейсон усталым голосом. - Простите, что
побеспокоил вас па следующий день после свадьбы, - с тяжелым вздохом начал он. - Мой
человек только что сообщил, что значительную часть средств - фактически почти все деньги
на счетах в вашей родной стране - невозможно перевести, принцесса. Похоже, генерал
Айван исхитрился найти способ прибрать к рукам почти все ваше состояние.
Алесандра выслушала это сообщение с легким удивлением.
- Я считала, что деньги уже были переведены в банк в Австрии, - возразила она. -
Разве это не так?
- Да, они были переведены, - ответил Дрейсон.
- Там они вне юрисдикции генерала Айвана.
- У него длинные руки, принцесса.
- Он и в самом деле снял деньги со счета в банке или же просто заморозил счет?
- Не все ли равно?
- Пожалуйста, ответьте, а потом я объясню причину своего вопроса.
- Счет заморожен. Банк не позволит Айвану прикоснуться к деньгам, но официальные
власти запуганы человеком, который не остановится ни перед чем для достижения своих
алчных целей, и не станут переводить вклад в английский банк.
- Это определенное затруднение, - согласилась Алесандра.
- Затруднение? Принцесса, я назвал бы это катастрофой! Неужели вы не знаете,
сколько денег лежит в этом байке мертвым грузом? Ведь это большая часть вашего
состояния!
У Дрейсона был совершенно убитый вид. Алесандра попыталась утешить его.
- У меня еще достаточно денег, чтобы вести приличную жизнь, - напомнила она ему. -
Благодаря вашим удачным инвестициям я не стану обузой ни для кого, и меньше всего для
моего мужа. Однако эту новость не назовешь хорошей. Если генерал до сих пор считал, что я
выйду за него замуж, почему же тогда он...
- Он знает, что вы уехали из монастыря, - объяснил Дрейсон, - И полагаю, ему
известно, что вам удалось ускользнуть от него. Он хочет отомстить вам, принцесса, за то, что
вы им пренебрегли.
- Месть - это всегда безотказная причина, - заявил Колин, появившийся в дверях.
Взгляды Алесандры и Дрейсона устремились на него. Агент встал. Колин плотно
притворил за собой двери, подошел и занял место в кресле рядом с Алесандрой.
- Ничего хорошего в мести нет, Колин, - заявила Алесандра. Она снова обратилась к
агенту. - У меня есть один способ попытаться разморозить деньги. Я напишу
матери-настоятельнице и передам ей чек на всю сумму целиком. Конечно, банкиры запуганы
генералом, но от настоятельницы они придут просто в ужас, когда та заставит их закрыть
счет. О да, это весьма действенный способ, Дрейсон. Святой крест нуждается в деньгах, мне
же они не нужны.
Колин запротестовал:
- Твой отец приложил столько усилий, чтобы сделать себе состояние. Я не хочу, чтобы
ты его отдавала в чужие руки.
- Я обойдусь и без него, - возразила Алесандра. Дрейсон назвал сумму, о которой они
говорили.
Колин заметно побледнел. Алесандра не собиралась уступать:
- Эти деньги пойдут на благое дело. Мой отец одобрил бы это. Настоятельница и
другие монахини заботились о моей матери во время ее болезни. Да, отец бы одобрил. Я
напишу письмо и подпишу чек при вас, Мэтью.
Алесандра повернулась к мужу. Колин явно не одобрял ее решения, но она была
благодарна ему хотя бы потому, что он не возражал ей.
- Что же касается корабля, принцесса, - перебил ее Дрейсон, - ваши условия и дата
прибытия приняты.
- Какого еще корабля? - спросил Колин. Алесандра поспешно переменила тему
разговора.
- Вы сказали, что у вас есть еще одна плохая новость, Мэтью. И что же это?
- Я хочу знать о корабле, - настаивал Колин.
- Предполагалось, что это будет сюрприз, - прошептала она.
- Алесандра!
От Колина было не так-то легко отвязаться.
- Когда я находилась в библиотеке твоего отца, то случайно прочла об удивительном
новом изобретении. Оно называется "пароход", Колин. Такой пароход может пересечь
Атлантический океан всего за двадцать шесть дней. Разве это не замечательно? - поспешно
добавила Алесандра.
Колин кивнул. Он был также прекрасно осведомлен о новом изобретении и со своим
партнером уже обсуждал возможность приобретения одной такой машины для пополнения
своей флотилии. Цена была просто грабительской, однако Колин все еще не отказался от
своей мечты.
- И ты купила один пароход, верно? - голос Колина прерывался от гнева. Не дожидаясь
ответа, он обратился к агенту с искаженным от ярости лицом. - Отмените заказ! - приказал
он.
- Ты не сделаешь этого! - выкрикнула Алесандра. Ее захлестнула волна негодования.
Она неожиданно так разозлилась на Колина, что ей хотелось его ударить. Паровое судно
значительно увеличило бы доходы, а Колин просто проявляет ослиное упрямство, и только
из-за того, что деньги были взяты из ее наследства.
- Нет, сделаю! - рявкнул он.
Такое возмутительное пренебрежение со стороны Алесандры к его решению не
прикасаться к ее деньгам глубоко уязвило его гордость.
Глядя на его твердо сжатые челюсти, она со всей очевидностью поняла, что Колин не
собирается
...Закладка в соц.сетях
