Жанр: Любовные романы
Рискованная игра
...торчать здесь? Что мы тут высидим?!
— Сомневаюсь, что наш друг все еще в Канзас-Сити. Он уже сделал все,
зачем приезжал, и скорее всего благополучно вернулся домой. Мы остаемся
потому, что Пит обещал приехать. Он лично курирует расследование и хочет
поговорить с тобой.
— О чем? — удивилась Лорен. — Что такого еще может рассказать
Томми?
— Кучу всего, — улыбнулся Ник,
— Когда он приезжает?
— Завтра.
— Боюсь, я произвел на него странное впечатление. Молол всякую чушь.
Никак не мог найти тебя и был в полном отчаянии. Считал, что только ты
знаешь, как действовать.
— И до сих пор так считаешь? — поинтересовался Ник.
— Конечно.
— Тогда не мешай мне делать мою работу. Мы с Лорен должны перед
отъездом потолковать с Питером. Нужно любой ценой защитить ее, Томми, и
придется мне довериться.
Томми неохотно кивнул:
— Попытаюсь не мешать. Этого довольно?
Громко заверещал дверной звонок, и беседа прервалась. Ник велел Томми
оставаться на месте и пошел открывать дверь. Лорен заметила, что по дороге
он расстегнул кобуру.
— Уверен, что это Ноэ, — пробормотал Томми.
— Как по-твоему, он с этим и спит? — прошептала Лорен.
— С чем спит?
— С пистолетом.
— Конечно, нет, — рассмеялся Томми. — А тебе это не нравится?
— Терпеть не могу оружия.
— А Ника?
Лорен пожала плечами:
— По-моему, ничего. Я давно ему симпатизирую, потому что он был таким
хорошим другом тебе все эти годы. Похоже, он очень милый.
— Ты так считаешь? — снова рассмеялся Томми. — Ник впадет в
экстаз, услышав это. Поверь, когда дела плохи и беда на пороге, он совсем не
кажется милым. Вот почему он незаменим в подобных обстоятельствах.
Прежде чем Лорен успела вытянуть из брата подробности, в гостиную вернулся Ник в сопровождении Ноэ.
Предполагаемый телохранитель Томми выглядел весьма впечатляюще. Не дай Бог
подвернуться такому под кулак в уличной драке!
Ноэ был одет в потертые джинсы и легкую серую футболку. Светлые волосы
отчаянно нуждались в стрижке. В его теле не было ни унции лишнего жира, а
бицепсы распирали рукава. Шрам под бровью и дьявольская ухмылка придавали
ему залихватский вид, и Лорен с первого взгляда поняла, что перед ней
настоящий донжуан и бабник. Он уже успел раздеть ее глазами, пока пожимал
руку Томми, и его взгляд задержался на ее ногах намного дольше, чем
позволяли приличия.
— Огромное спасибо за то, что отложили все дела, чтобы приехать
сюда, — поблагодарил Томми.
— По правде говоря, у меня не было иного выхода. Ник очень просил.
— Он у меня в долгу, — вставил Ник.
— Верно, — согласился Ноэ, все еще пялившийся на Лорен. — И
он никогда не позволяет мне забыть об этом.
Томми познакомил его с сестрой, и Ноэ немедленно завладел ее рукой, да так и
не отпустил.
— Вы намного красивее своего братца, — протянул он и, оглянувшись
на Ника, добавил: — Слушай, у меня гениальная идея.
— Забудь, — коротко посоветовал Ник, но Ноэ, словно не слыша,
продолжал:
— Почему бы нам не поменяться? Займись своим другом, а я возьму на себя
Лорен.
— Руки прочь, Ноэ. Она вне игры.
— Но почему? — удивился Ноэ. — Лорен, вы замужем?
— Нет, — улыбнулась она, откровенно забавляясь его выходками.
— Тогда в чем же проблема? Я хочу ее, Ник.
— Обойдешься! — отрезал Ник.
Улыбка Ноэ стала еще шире. Очевидно, именно этой реакции он и добивался,
поскольку заговорщически подмигнул Лорен, словно она была его партнером и
сообщником в этой занимательной игре.
Он наконец отпустил ее руку и снова обратился к Томми:
— Итак, как же мне вас называть? Том, Томми или просто святой отец?
— Святой отец, — посоветовал Ник.
— Но я не католик.
— Сойдет Том или Томми, — решил тот.
— Пит сказал, что у вас есть копия записи, — заметил Ноэ, уже не
улыбаясь. — Пожалуй, стоит послушать.
— Идем на кухню, — пригласил Томми.
— Прекрасно. Умираю с голоду. Осталось что-нибудь от ужина?
— Хотите, я что-нибудь приготовлю? — предложила Лорен. Физиономию
Ноэ снова осветила улыбка.
— С удовольствием.
Очевидно, Нику это вовсе не понравилось.
— Сам приготовишь, — буркнул он. — Мы с Лорен уходим. Она на
ногах не держится.
— Что у нас на завтра? — осведомился Ноэ.
— Мне нужно сдать еще пару анализов, — сообщил Томми и, заметив,
что Лорен мгновенно напряглась, добавил: — Ничего страшного, обычная рутина.
— Черт, ненавижу больницы! — поморщился Ноэ.
— Врачи должны бы посылать вам благодарственные записки, — сухо
заметил Томми. — Судя по тому, что я слышал, вы поставляете им немало
пациентов.
— Ну уж нет. После встречи со мной клиентов отправляют прямо в морг.
Экономит время и деньги, — пояснил Ноэ. — Ник, что ты наплел
священнику обо мне?
— Что ты стреляешь на поражение.
— Верно, впрочем, и ты тоже. Просто у меня рука тверже, — пожал
плечами Ноэ.
— Ничего подобного! — фыркнул Ник. Лорен зачарованно слушала
перепалку, но так и не поняла, шутит Ноэ или говорит правду.
— Вы убили много людей? — не выдержала она наконец.
— Ну, Лорен, разве о таком спрашивают? Не могу же я хвастаться! Это
смертный грех, верно, Томми?
— Хвастовство — наименьший из твоих грехов, Ноэ, — поддел Ник.
— Поверьте, я добрый, хороший человек и считаю себя сторонником
защитников окружающей среды.
— Это еще что, черт возьми? — удивился Ник.
— Делаю все, что возможно, для совершенствования этого мира! —
торжествующе воскликнул Ноэ. — Кстати, Томми, мы пробудем в больнице
целый день?
— Нет, в семь мне нужно быть в радиологии. Вернемся в восемь или
десять.
— Пора идти на магнитоядерный резонанс? — коварно ухмыльнулся
Ник. — Хотелось бы по присутствовать.
— А что забавного в магнитоядерном резонансе? — удивился Ноэ.
Ник покачал головой, а Томми покраснел до корней волос.
— Собственно говоря, мне действительно нужно сделать такое
обследование, но Нику вход запрещен. Его изгнали из радиологии.
Ноэ пытался вытянуть из них подробности, но Лорен поняла, что именно ее
присутствие мешает друзьям выложить правду. Они ерзали и мялись, как
нашкодившие озорники в присутствии директора.
— Пожалуй, пойду возьму сумочку — сжалилась она наконец и, не успев еще
добраться до кухни, услышала взрывы смеха. Томми, очевидно, раскололся, но
при этом говорил так тихо, что она едва смогла уловить пару слов. Судя по
восторженным воплям Ноэ, история действительно была из ряда вон выходящей.
Что же успел натворить Ник?
Лорен нашла свою сумочку, закинула ремешок на плечо и терпеливо выждала,
пока хохот смолк.
Ник сам пришел за ней.
— Готова?
Девушка кивнула и пошла за ним к входной двери. Томми нагнулся, чтобы она
смогла поцеловать его в щеку, и Ноэ немедленно последовал его примеру.
Лорен, смеясь, оттолкнула его.
— Ну и ловелас!
— Верно, — согласился он. — А что мне делать, когда передо
мной такая красавица?
Не обращая внимания на комплимент, Лорен попросила:
— Приглядите за моим братом.
— Не волнуйтесь. Я здесь именно для этого. Последний из рода
потомственных сотрудников правоохранительных органов и рожден быть
защитником невинных. Это у меня в генах. Желаю приятных снов, Лорен.
— И вам тоже.
Ник открыл дверь, но она помедлила на пороге.
— Ноэ, как ваша фамилия?
— Клейборн. Ноэ Клейборн.
Глава 9
Машина Лорен была в ужасном состоянии. Карбюратор грязный, свечи давно пора
заменить, сцепление проскальзывало. Непонятно, как она сюда вообще
добралась!
Ник заказал номер по телефону из дома священника. Они зарегистрировались под
именами мистера и миссис Джон Хадсон, забрали ключи от номера и поднялись
наверх. В лифте он сообщил, что попросил перенести ее багаж.
— Весьма предусмотрительно с вашей стороны, — похвалила Лорен.
— Я всегда такой.
Он вышел из лифта первым, убедился, что лифтовая площадка пуста, и пошел
рядом с ней по длинному, застланному красной дорожкой коридору. Все тихо,
как в могиле. Их люкс оказался в самом конце. Ник вставил в скважину
пластиковую карточку и широко распахнул дверь.
— Нам отвели последний свободный люкс. Ну же, Лорен, тут нечего
смущаться, — поспешно добавил он, увидев ее лицо. — У тебя такой
вид, словно вот-вот сбежишь.
Лорен вымученно улыбнулась. Действительно, ситуация довольно неловкая, но
придется смириться.
— Я слишком устала, чтобы бегать.
— Перенести тебя через порог?
Лорен не ответила. Ему пришлось подтолкнуть ее, чтобы сдвинуть с места.
Девушка нерешительно ступила в номер с единственной спальней и, услышав
щелканье замка, мужественно попыталась справиться с внезапно нахлынувшей
паникой. Сейчас не время конфузиться и застенчиво хлопать ресницами.
Ник подошел и встал за спиной. Так близко, что она ощущала жар его тела.
Лорен поспешно отодвинулась и сделала вид, будто заинтересовалась
обстановкой гостиной, и в самом деле удачно декорированной в мягких,
умиротворяющих серо-коричневатых тонах. Между двумя диванами шоколадного
цвета стоял низкий столик черного мрамора, на котором возвышалась большая
хрустальная ваза с первыми весенними цветами. Широкие окна выходили на
залитую огнями площадь. На буфете красовался серебряный поднос с фруктами,
сыром и крекерами, а в ведерке черного оникса охлаждалась бутылка
шампанского.
Лорен повернула голову и застыла. Что это вытворяет Ник?! Откуда у него
взялся моток тонкой проволоки?
Ник продел сквозь ручку проволочную петлю. На одном конце находился
крохотный коробок размером с электрическую батарейку. Закрутив концы, он
нажал включатель, и красный индикатор начал весело подмигивать.
— Что это?
— Моя личная система безопасности, — пояснил Ник. — Ее
изобрела Джордан. Если кто-то попытайся ворваться, пока я в душе или сплю,
она тут же просигналит.
Он потянулся и предложил отправиться на покой.
— Я займу эту ванную, а ты — вторую, ту, что рядом со спальней.
Лорен послушно направилась к двери, отделявшей гостиную от спальни, и
недоуменно замерла. Всего одна кровать, правда, громадная, и уже расстелена
на ночь! В центре лежала одна-единственная роза на длинном стебле, а на
подушках поблескивали плитки шоколада
Годива
в золоченой обертке.
— Что с тобой? — удивился Ник, видя, что она застыла как
вкопанная.
— На постели роза.
Ник немедленно шагнул к спальне.
— Как трогательно, — заметил он.
Опять они рядом, и его близость... Нет, просто невыносимо!
— Это номер для новобрачных, — пробормотала Лорен, не в силах
встретиться с ним глазами.
— Ну да. И что тут такого? Тебе опять неловко?
— Ничего подобного! — солгала она.
— Ляжешь здесь, а я — в гостиной, на диване.
Раздался громкий хруст — это Ник надкусил яблоко. Сок капнул ему на
подбородок. Он небрежно вытерся тыльной стороной ладони и протянул яблоко
Лорен. Та подалась вперед и отгрызла крошечный кусочек.
Напряжение внезапно рассеялось, и он снова превратился в лучшего друга ее
любимого старшего брата. Лорен поспешила войти в ванную и, пока рылась в
дорожной сумке, не преминула подсмотреть, что Ник плюхнулся на постель и
включил телевизор.
Лорен долго стояла под душем, чувствуя, как струи горячей воды смывают и
уносят дневные заботы. Но когда закончила сушить свои длинные волосы,
почувствовала, как она вымотана. Надев безразмерную футболку с эмблемой
Пенсильванского университета, она наспех намазалась увлажнителем, схватила
флакон с лосьоном
Шанель
для тела и вернулась в спальню.
Ник явно чувствовал себя как дома: подложил под спину подушки, прислонился к
изголовью и вольготно вытянул ноги. Он уже успел переодеться в старые
потрепанные шорты и белую рубашку. Кончики волос все еще были влажны после
душа. На коленях лежали маленький блокнот и шариковая ручка. В руках — пульт
дистанционного управления. Похоже, он действительно освоился с ситуацией.
В шкафу висели гостиничные махровые халаты, но она забыла захватить один в
ванную, и поскольку Ник едва удостоил ее взглядом, перестала заботиться о
приличиях. В конце концов она не в каком-то прозрачном неглиже. Футболка
доходила почти до колен!
Ник не отрывал глаз от телевизора, и, хотя внешне был абсолютно спокоен, в
душе его царил хаос. Едва Лорен вышла из ванной, он жадно впился в нее
взглядом, успев за доли секунды вобрать все: неправдоподобно длинные ноги,
мягкий изгиб груди под тонким трикотажем, прелестную шею, раскрасневшиеся
щеки и пухлые, зовущие губы. Господи, вряд ли бы он возбудился сильнее, если
бы даже на ней были те кружевные штучки из каталога эротического белья!
О да, он заметил все, причем в один миг, но нечеловеческим усилием воли
отвел глаза, и, по правде говоря, спроси его, какая передача идет, он и не
вспомнил бы.
Ник был настолько потрясен, что готов был в эту секунду возненавидеть себя.
— Ты совсем как мой брат, — заметила она и, облокотившись на
подушки, принялась отвинчивать крышечку флакона.
Кровать была невероятно широка, и места между ними было хоть отбавляй, и все
же что ни говори, а это кровать.
Возьми себя в руки. Это же младшая сестра Томми!
— Что ты сказала?
— Я сказала, что ты совсем как мой брат, — повторила Лорен,
натирая лосьоном руки. — Томми тоже не расстается с пультом.
— Это потому, что Томми тоже знает секрет.
— Какой еще секрет?
— Тот, кто держит в руках управление телевизором, владеет миром.
Лорен рассмеялась, чем еще больше подогрела Ника.
— Неужели не замечала, как президент всегда поглаживает свой нагрудный
карман? Хочет убедиться, что пульт по-прежнему там.
Лорен комически закатила глаза.
— Подумать только, а я все время считала, что это дурная привычка.
— Теперь ты знаешь правду.
Девушка поставила лосьон на прикроватный столик и скользнула под одеяло. Ей
тоже было не до того, что происходит на экране.
— Ноэ вправду так опытен? Да-да, ты мне говорил, но когда я увидела
его, сразу поняла, что могу не волноваться за Томми. Теперь я уверена, что
он присмотрит за моим братцем. Он ведь шутил, когда распинался насчет того,
сколько человек прикончил, правда, шутил?
— Ну конечно, — заверил Ник.
— Ты сказал, что Пит время от времени пользуется его услугами. Значит, Ноэ не работает на ФБР?
— И да и нет. Эго вроде того, как быть немножко беременной.
— Такого не бывает.
— Именно. Ноэ любит воображать себя вольной пташкой. Свободным
художником.
— Но это не так?
— Разумеется, нет. Он под началом Пита.
Лорен, не совсем поняв, что он имеет в виду, уточнила:
— И поскольку Пит — фэбээровец, а Ноэ выполняет его задания...
— Значит, и он — агент ФБР. Мы ему просто этого не говорим.
— Не пойму, то ли ты шутишь, то ли говоришь серьезно, — улыбнулась
Лорен. — Совсем отупела от усталости. Надеюсь, утром я снова обрету
способность мыслить.
Завтра, когда она придет в себя, подумает, как теперь жить и что делать. Но
пока нет сил даже думать.
Она заснула под крики и свист хоккейных болельщиков, несущиеся с экрана.
Лорен сквозь сон услышала шаги Ника в гостиной, открыла глаза и, схватив
сумку, поспешила в ванную одеваться. В спешке она почти не захватила с собой
вещей, считая, что пробудет в Канзас-Сити не больше одной ночи, однако все
же бросила в сумку короткую черную полотняную юбку и белый топ на случай,
если Томми все-таки положили в больницу. Правда, стоит разок сесть, и юбка
примет такой вид, словно в ней спали, но на сегодня сойдет.
Она как раз надевала туфли, когда в дверь постучали.
— Завтрак принесли! — сообщил Ник. — Поспеши, у нас много
работы.
Забыв обо всем, Лорен высунулась из двери с туфлей в руках.
— Что еще за работа? Ник показал на блокнот:
— Неплохо бы составить список. Нужно же с чего-то начать! Но
предупреждаю, придется пройтись по всем фамилиям несколько раз.
— Ничего страшного. О каких фамилиях ты говоришь? Ник выдвинул для нее
стул и заставил сесть.
— Сначала мы припомним всех, кто мог затаить на тебя ало. То есть
врагов. Людей, которые будут счастливы, если ты просто исчезнешь.
— Наверняка найдутся такие, кто меня недолюбливает, но вряд ли кто-то
стремится причинить мне зло. Я кажусь тебе наивной?
Она наклонилась, чтобы надеть туфлю.
— Именно, — подтвердил Ник, кладя ей на тарелку круассан. —
Хочешь кофе?
— Я его не пью, но все равно спасибо.
— Я тоже терпеть не могу кофе. Странно, правда? Должно быть, мы
единственные в своем роде.
Нескафе
от нас никакого дохода!
Он устроился напротив и снял с ручки колпачок.
— Ты сказал, что сначала нужно составить список врагов. А потом? —
допрашивала Лорен.
— Хочу все знать о друзьях, которые, скажем... чересчур внимательны. Но
сначала главное. Сколько ты прожила в Холи-Оукс?
— Почти год.
— Переехала туда, чтобы быть поближе к брату, и скоро открываешь
магазинчик, не так ли?
— Да. Купила старое, заброшенное здание на городской площади и теперь
ремонтирую.
— Что это за магазин?
— Все называют его угловой аптекой, поскольку раньше там было нечто в
этом роде, но я не собираюсь продавать лекарства. Даже аспирин. Открою
заведение, где молодежь сможет спокойно тусоваться, а родители — кормить
детишек мороженым. Кроме того, в центре установим сатуратор с газировкой и
музыкальный автомат.
— С хитами пятидесятых — шестидесятых, верно?
— Что-то в этом роде, — согласилась Лорен. — Я много работала
на студенческие организации, составляла эмблемы и девизы для флажков и
футболок и надеюсь получить еще заказы. На втором этаже здания есть чудесная
мансарда с высокими окнами, залитая светом. Там я и собираюсь работать.
Магазин невелик, но по фасаду идет веранда, и я подумываю расставить там
столики и стулья и сделать летнее кафе.
— На мороженом и футболках много не заработаешь, но, думаю, с твоим
трастовым фондом об этом беспокоиться нечего.
Лорен не стала ни спорить, ни соглашаться и просто добавила:
— Дизайнеру всегда найдется работа на местных предприятиях, и, кроме
того, с осени я собираюсь вести курс истории искусств в колледже.
— Ты ведь изучала искусство в Париже? И кажется, сама рисуешь?
— Да, но это всего лишь хобби.
— Томми жаловался, что даже ему ты не показываешь свои работы.
— Когда я сама буду ими довольна, вернее, если буду довольна,
обязательно покажу.
— Может, кто-то не хочет, чтобы твой магазинчик открылся?
— Стив Бреннер и рад бы, чтобы у меня ничего не вышло, но не думаю, что
он готов пойти на преступление, лишь бы мы с братом убрались из города. Он
даже как-то назначил мне свидание. Надоедливый зануда. Не желает слышать
отказа!
— Насколько я понял, ты отказалась с ним встречаться?
— Ну да! Он совсем мне не нравится. Для него главное — деньги. Сам он —
председатель общества развития Холи-Оукс, честное слово, именно так они себя
и величают, хотя членов всего двое. Кстати, Стив — риэлтер.
— А второй член? — осведомился Ник, занося имя Бреннера в список.
— Шериф Ллойд Маговерн.
— Так каким же образом они собираются развивать Холи-Оукс?
— Хотят скупить все здания на площади для какой-то строительной
фирмы, — пояснила Лорен. — Идея принадлежит Стиву, и теперь они
пытаются ее осуществить. Даже если владелец продаст недвижимость
непосредственно фирме, Стиву с шерифом все равно причитаются комиссионные,
по крайней мере я так слышала.
— А зачем это строителям?
— Они намерены снести все чудесные дома старинной постройки и расширить
владения колледжа. Возвести уродливое высотное здание общежития для женатых
студентов.
— А что, они не могут его построить в другом месте?
— Могут, но заодно намереваются соорудить супермаркет за чертой города.
И если при этом избавятся от всех магазинчиков на площади...
— Захватят весь рынок.
— Совершенно верно.
— А кто они, эти строители?
—
Гриффин инкорпорейтед
. Я с ними почти не встречалась. Их главный
офис в Атланте. Стив — что-то вроде их представителя. Они предлагают
владельцам бешеные цены.
— У тебя есть союзники? Кто пока держится достаточно стойко?
— В городе полно людей, которые хотят, чтобы эти здания не сносили, а
реставрировали.
— Да, но у кого из них магазин на площади?
— В прошлую пятницу четверо еще были на моей стороне, — вздохнула
Лорен.
— Остальные сдались?
— Да.
— Нарисуй схему и напиши в квадратиках имена владельцев. Только не
сейчас, попозже, — велел Ник.
— Ладно, — охотно согласилась Лорен. — Я называю это место
городской площадью, но на самом деле она застроена только с трех сторон а с
четвертой — небольшой парк. Посреди чудесный старый фонтан. Не поверишь, ему
лет шестьдесят — семьдесят, но он еще действует. Рядом — эстрада для
оркестра. Летними вечерами по субботам местные музыканты собираются и
играют, не представляешь, как это прекрасно, Ник!
Закрыв глаза, Лорен принялась вспоминать имена тех, кто согласился на
предложения
Гриффина
, начиная с полуразорившегося владельца скобяной
лавки.
— Маргарет Стамп владеет небольшой булочной в центральном квартале, а у
Конрада Келлога аптека напротив. От них зависит все. Если кто-то из них
продаст дело,
Гриффин
может снести весь квартал, и, едва будет разрушено
одно здание, считай, всему конец.
— А если Томми переведут в другой приход? Продашь магазинчик и поедешь
за ним?
— Нет, останусь. Мне нравится Холи-Оукс. Я чувствую себя там уютно и
комфортно. У этого городка большая история, и тамошним людям всегда есть
дело до соседей.
— Не могу представить жизнь в таком месте. Я в два счета бы спятил.
— А я там как дома. И считала себя в полной безопасности, пока не
случилось это. Я была совершенно уверена, что в таком месте всем известно,
кто твой враг. Но, похоже, ошибалась.
— Ты ведь приехала туда после того, как Томми заболел?
— Он едва не умер.
— Но поправился же! Ты могла взять отпуск в чикагской галерее и
вернуться на работу, когда Томми станет лучше, но все же уволилась. Почему?
Лорен опустила глаза в тарелку и нервно поправила ложечку и нож.
— Я спешила не столько к брату, сколько пыталась выкрутиться из крайне
неприятной ситуации. Чисто личное. Впрочем, это не имеет значения.
— Лорен, я предупреждал, что отныне ты не должна ничего от меня
скрывать, — возразил Ник. — Жаль, если тебе неприятно говорить о
таких вещах, но что поделаешь, придется. Не волнуйся, я не скажу твоему
брату.
— Меня не это беспокоит. Просто никому не нравится признаваться в
собственной глупости, — вздохнула она, снова бросив косой взгляд на
Ника.
— Какой именно глупости?
— Я познакомилась с этим человеком в Чикаго. Собственно говоря, я
работала на него. Некоторое время мы встречались, и мне показалось, что я
влюбилась. Это и было самым большим идиотизмом с моей стороны. Он
оказался...
Она замялась, с труд
...Закладка в соц.сетях
