Жанр: Любовные романы
Рискованная игра
...чиняет и действительно
расправился с этой несчастной.
— Ты его видел? — прошептала Лорен.
— Нет. Как только он признался, что следующая жертва — ты, я вскочил и
выбежал, — продолжал Томми. — Сам не знаю, что собирался сделать.
В тот момент я ничего не соображал.
— Но разве ты не успел посмотреть, кто это? Он уже смылся? Не улетел
же! Ты должен был неминуемо столкнуться с ним лицом к лицу.
— Он и не думал сбегать.
— И вырубил беднягу Томми, — добавил Ник.
— То есть как вырубил?
— Ударил сзади по голове, — пояснил Томми. — Уж не знаю чем,
но повезло, что череп не прошиб. Я рухнул как подкошенный, а когда пришел в
себя, увидел монсеньора. Он подумал, что у меня тепловой удар.
— Боже мой, да он мог убить тебя!
— Чепуха! Когда играешь в футбол, и не такое приходится выносить.
— Немедленно покажи, куда он ударил тебя!
Когда Лорен коснулась огромной шишки на затылке, Томми сморщился.
— Все еще чувствуется, — вздохнул он.
— Наверное, следовало бы показаться доктору, — посоветовала
сестра.
— Говорю же, все это пустяки, жаль только, что я не видел его рожи!
— Я хочу послушать запись. Ты узнал голос?
— Нет.
— Может, мне он знаком.
— Он в основном объяснялся шепотом. Томми был смертельно напуган. Она
видела, как в его глазах плещется ужас, и слышала нотки страха в голосе.
— С тобой ничего не случится, Лорен. Мы все сделаем, чтобы ты была в
безопасности! — истово поклялся он, кивнув в сторону Ника.
Лорен долго молчала, уставясь на подтекающий кран. Ей казалось, что стоит
пошевелиться, и она тут же потеряет сознание.
— К этому надо отнестись серьезно, — предупредил Томми.
— Согласна.
— В таком случае почему ты так спокойна?
Лорен поставила локти на стол, наклонила голову и прижала пальцы к вискам.
Спокойна? Она привыкла скрывать свои эмоции, не выказывать чувств и все-таки
удивилась, что брат не замечает, как потрясена сестра. У нее было такое
ощущение, словно в мозгу взорвалась граната и разнесла в клочья уютный
спокойный мирок ее существования. Какое там спокойствие!
— Томми, что мне нужно делать?
— Прежде всего я перечислю то, чего тебе не надо делать. Не смей
рисковать, Лорен, пока все не кончится и его не поймают. Тебе нельзя
оставаться в Холи-Оукс.
— Но как я могу уехать? Моя лучшая подруга выходит замуж, и я —
подружка невесты. Ни за что не пропущу такое событие! И моя аптека должна
открыться уже через две недели, а еще ничего не готово. Кроме того, вот-вот
начнутся публичные слушания насчет расширения городской площади. Люди
надеются на меня. Не могу я вот так взять и смыться!
— Но это ненадолго, пока его не найдут! Лорен оттолкнулась от стола и
вскочила, не в силах больше продолжать этот бессмысленный спор.
— Куда ты? — осведомился Томми.
— Чай заварить. Хочу выпить чашечку.
— Чай? На улице сорок градусов, а тебе приспичило пить чай? —
возмутился Томми, но под мрачным взглядом Лорен отступил.
— Ладно-ладно, я покажу, где что стоит.
Лорен неспешно наполнила чайник водой, поставила на газ и, вынув из банки
пакетик с чаем, положила его в чашку. И только потом оперлась бедром о тумбу
и повернулась к брату:
— Мне нужно все хорошенько обдумать.
— Не о чем тут думать! Тебе нужно на время скрыться. Все равно иного
выхода у тебя нет. Я не позволю...
— Томми, — быстро перебил Ник, — ты забыл позвонить шерифу
Ллойду.
— Да, ты прав.
Томми и в самом деле успел выбросить шерифа из головы.
— А ты тем временем постарайся вбить ей в голову хоть немного здравого
смысла, — попросил он, хмурясь. — Должна же она понять, насколько
это серьезно!
— Я все понимаю, — запротестовала Лорен. — Но дай мне немного
опомниться!
Томми неохотно встал и пошел звонить. Ник, в свою очередь, взялся за
мобильник, чтобы сообщить в полицию о появлении Лорен. Потом связался с
шефом. Лорен заварила чай и снова уселась.
— Тебе не мешало бы тоже купить мобильный телефон, — посоветовал
он. — Тогда мы всегда знали бы, где ты, и можно было бы позвонить нам с
дороги.
— В Холи-Оукс каждый знает, кто где есть. Все равно что жить в
аквариуме.
— А вот шериф понятия не имел, где ты.
— Должно быть, поленился спросить. Страшный лодырь. Но своих соседок я
предупредила, и, кроме того, двое парней присматривают за аптекой в мое
отсутствие, пока там идет ремонт.
Лорен взяла со стола полицейский протокол, прочитала и снова отложила.
— Мне хотелось бы послушать запись.
Нику давно не терпелось узнать реакцию девушки на исповедь убийцы. Он принес
из комнаты кассетный магнитофон и поставил в центр стола.
— Готовы? — спросил он. Лорен перестала мешать чай, набрала в
грудь побольше воздуха и кивнула. Ник нажал клавишу и откинулся на спинку
стула. Лорен зачарованно таращилась на вращающееся колесико пленки, с каждой
минутой все яснее сознавая всю меру обрушившегося на нее ужаса. К тому
времени, как голоса стихли, девушке казалось, что ее вот-вот вырвет.
— Господи...
— Узнала его голос? Лорен покачала головой:
— Он еле шепчет. Я даже не все сумела разобрать. Но вряд ли я слышала
его раньше. Позже еще раз послушаю. Но не сейчас. Просто не могу.
— Кое-что он выкладывал с вполне определенным намерением и достаточно
расчетливо. По крайней мере мне так кажется. Ему хотелось довести Томми.
— И это ему удалось. Просто не знаю, что теперь делать с братом. Он
голову потерял от страха. Ему вредны такие стрессы.
— Ничего не поделаешь, Лорен. Представьте, что кто-то заявляет, будто
собирается убить вашу сестру после того, как вдоволь с ней натешится. Что
же, прикажете не волноваться?
Лорен в раздумье запустила пальцы в волосы.
— Да, конечно, только...
— Что?
— Как бы ему не стало хуже.
Ник с первых же слов, произнесенных Лорен, заметил легкий французский
акцент, сейчас ставший более явственным. Пусть она выглядит отрешенной и
собранной, но это всего лишь маска, которая вот-вот треснет, как весенний
лед.
— Но почему именно я? — с искренним недоумением поинтересовалась
она. — Я живу такой неинтересной, обычной жизнью. Не вижу никакого
смысла.
— Вряд ли стоит искать здравый смысл в выходках маньяка. Пару лет назад
мы поймали одного. Этот псих прикончил шесть женщин, прежде чем его удалось
прижать к стене. И знаете, что он ответил, когда на допросе его спросили,
где и по какому признаку он выбирал свои жертвы?
Лорен подняла брови.
— В бакалейных лавках. Он стоял у входа и улыбался покупательницам.
Первая, кто улыбнется в ответ, и есть та самая. Простые женщины, Лорен,
ведущие такое же существование, как и вы. Так что причины могут быть самые
невероятные. Вы лишь потратите время, пытаясь понять ход их мыслей. Оставьте
это специалистам.
— Вы считаете этого человека в исповедальне серийным убийцей?
— Возможно. А может, и нет. Вероятно, он всего лишь начинающий.
Эксперты скажут точнее, когда прослушают запись. Им лучше знать.
— Но что думаете вы?
— Во всем этом есть чертовски много противоречий: несоответствий, я бы
сказал.
— А именно?
Ник пожал плечами:
— Прежде всего он сказал Томми, что год назад расправился с какой-то
женщиной. Но думаю, он лжет.
— Почему?
— Потому что он хвастался, что именно тогда и приобрел настоящий вкус к
подобного рода вещам. Это заявление полностью противоречит другому.
— Не понимаю.
— Если он помешался на пытках и убийствах женщин, значит, прикончил ее
недавно, а не год назад. Он просто не выдержал бы так долго без своего
любимого развлечения.
— Ник, а как насчет письма, которое он, как утверждает, отправил в
полицию?
— Если он его написал и успел отправить, его получат завтра или
послезавтра. Они уже готовятся проверить, нет ли там отпечатков пальцев, в
чем я сильно сомневаюсь.
— Вряд ли найдут отпечатки и на кассете, верно?
— Был один, но не нашего друга. Парень, что продал ему кассету в
торговом центре
Сьюпер-сидс
, имеет приводы, поэтому его отпечатки были в
картотеке. Мы легко отыскали его, потому что офицер, который осуществляет
надзор за условно осужденными, помог ему найти эту работу.
— Он запомнил, кто купил кассету?
— К сожалению, нет. Вы когда-нибудь бывали в таких центрах? Там народу
тьма, и это была единственная касса, где брали наличные, так что маньяк не
предъявлял кредитной карточки и не оставил чека.
— А как насчет исповедальни? Там не осталось отпечатков?
— Сотни.
— Но вы не думаете, что какие-то принадлежат ему?
— Не думаю, — согласился Ник.
— Он очень хитер, верно?
— Не настолько, каким себя воображает. Любой, даже самый изворотливый
человек обязательно оставляет следы и делает ошибки. Кроме того...
— Что?
— Мы обязательно его переиграем.
Глава 6
Ник просто излучал уверенность, и до Лорен неожиданно дошло, что он,
возможно, привык изображать спокойствие, чтобы свидетели и жертвы не впадали
в панику.
— Интересно, вас что-то когда-то задевает? — выпалила она.
— Разумеется.
— Вы уверены, что этот человек не шутит, так ведь?
— Лорен, сколько бы раз вы ни спрашивали, ответ будет тем же. Да, я
думаю, он вполне серьезен, — терпеливо повторил Ник. — Он немало
трудов положил на то, чтобы изучить вас, меня и Томми. Как я уже говорил,
его целью было напугать вашего брата, и теперь он уверен, что это ему
удалось. Томми убежден, что этот тип свихнулся, но у меня такое чувство,
будто все сказанное им тщательно отрепетировано. Теперь остается только
выяснить его истинные намерения.
Поняв, что теряет самообладание, она судорожно вцепилась в Ника.
— Поверить не могу, что это происходит со мной, — дрожащим голосом
пролепетала она. — Вы слышали, что он сделал с этой женщиной? Как ее
терзал? Вы...
Ник ободряюще сжал ее руки.
— Лорен, сделайте глубокий вдох. Попробуйте.
Лорен послушалась, но это не помогло. Кошмар происходящего наконец настиг
ее. Заледенев, казалось, до самых костей, она отстранилась и принялась
лихорадочно растирать плечи. Видя, как она дрожит, Ник схватил пиджак и
укутал девушку.
— Так лучше?
— Да, спасибо.
Он едва подавил порыв обнять ее и утешить, как собственную сестру, но не
знал, как отреагирует Лорен, поэтому просто сидел и ждал, пока она придет в
себя. Она мертвой хваткой стиснула лацканы.
— Вы давно приехали?
— С час назад.
Оба смолкли. Тишину нарушали лишь тиканье часов над раковиной и приглушенный
голос Томми, доносившийся из гостиной. Девушка так и не притронулась к чаю.
Лорен подняла голову, и он увидел в ее глазах слезы.
— Тебе плохо? — выдавил он. Лорен смахнула прозрачную капельку.
— Я думала о той женщине, Милли, и обо всем, что он сделал с ней.
Чай остыл, и она решила заварить свежий себе, а заодно и Нику. Нехитрые
хлопоты немного отвлекли Лорен и дали время взять себя в руки.
Ник пристально наблюдал за ней, вежливо поблагодарил за совершенно ненужный
чай и, подождав, пока Лорен снова сядет, заметил:
— Я все гадал, как вы перенесете это известие.
— Надеялись, что я крепче, чем кажусь?
— Что-то вроде этого.
— А чем вы занимаетесь в ФБР?
— Розыском пропавших без вести.
— И кого же вы находите?
— Если повезет?
— Именно.
Ник нажал кнопку перемотки и посмотрел на Лорен.
— Детей. Я нахожу детей.
Его глаза потемнели, но он не отрывал взгляда от Лорен, пытаясь проникнуть в
ее мысли. Неужели анализирует каждое ее движение, словно сидит за шахматной
доской и рассчитывает ходы? Пытается найти ее слабое место?
— Это подразделение специального назначения, — пояснил он, надеясь
положить конец обсуждению его работы.
— Жаль, что нам пришлось встретиться таким образом, в подобных
обстоятельствах.
— Да, верно.
— Смотрите, как дрожат! — воскликнула она, вытягивая руки. —
Я так зла, что кричать готова.
— Валяйте.
Девушка недоуменно встрепенулась:
— Что?
— Кричите.
Лорен захлопала ресницами, но тут же робко хихикнула:
— Монсеньера удар хватит, а заодно и моего брата.
— Послушайте, постарайтесь отвлечься.
— И каким же образом?
— Давайте поговорим о чем-то другом, пока Томми не вернется.
— Не могу я ни о чем другом думать.
— Неправда. Попробуйте, Лорен. Сразу станет легче.
— Ну хорошо, — нерешительно протянула она. — С чего начать?
— С себя.
Лорен покачала головой, но Ник не отступал:
— Не правда ли, странно, что мы до сих пор не встречались?
— Очень, — согласилась она. — Лучший друг Томми с самого
детства, приняли его в семью, а я почти ничего о вас не знаю. Томми приезжал
домой на лето, и вас тоже приглашали, но вы так и не выбрались. Каждый раз
что-то мешало.
— Зато мои родители как-то побывали у вас, — заметил он.
— Да, и ваша мать привезла семейные фото: на одном вы, вернее, все
семейство... и Томми перед рождественской елкой. Хотите посмотреть?
— Оно с вами?
Она понятия не имела, каким красноречивым оказалось ее признание.
Лорен вынула из сумочки небольшое портмоне, выудила снимок из-под
пластиковой карточки, вставленной в одно из отделений, и протянула Нику. Тот
заметил, что пальцы Лорен больше не дрожат.
Он долго рассматривал снимок, на котором пялились в объектив все восемь
ребятишек Бьюкененов вместе с их гордыми родителями. И Томми тоже тут...
втиснулся между братьями Ника Алеком и Майком. У Дилана шикарный фонарь под
глазом. Ник смутно припоминал, что сам засадил брату в физиономию мячом во
время семейного футбольного матча.
— Ваша мать помогла мне запомнить все имена. Только вы немного не в
фокусе, и локоть Тео закрывает половину вашего лица. Неудивительно, что я не
узнала вас.
Ник отдал ей снимок и, пока она вновь его прятала, сообщил:
— Я тоже много знаю о вас. Томми увешал фотографиями всю комнату.
— Я была такой уродиной!
— Ужасной, — поддразнил он. — Настоящий кузнечик — сплошные
ноги. Томми читал мне ваши письма. Бедняга места себе не находил, оттого что
не может привезти вас. Все время терзался угрызениями совести. У него была
семья, а у вас — нет.
— Не так уж мне было плохо. Проводила летние каникулы с дедушкой, да и
в пансионе жилось чудесно.
— Просто вы не знали другой жизни.
— Я была счастлива, — настаивала Лорен.
— Но очень одинока.
— Немного, — призналась девушка. — После смерти деда.
— Ты уже свободно чувствуешь себя со мной? — неожиданно спросил
Ник.
Лорен почему-то стало неприятно.
— Да, а в чем дело?
— Видишь ли, мы будем много времени проводить в обществе друг друга,
поэтому очень важно, чтобы ты не смущалась в моем присутствии.
— И сколько же времени мы должны проводить вместе?
— Все дни и ночи напролет, пока это не закончится. Другого выхода нет,
Лорен. — И, не дав ей времени осмыслить сказанное, заметил: — Твой брат
на стену полез, когда узнал, что ты стала моделью.
— Верно, — усмехнулась Лорен, — просто взбесился. Даже не
поленился позвонить матери-настоятельнице. В жизни не предполагала, что
собственный брат меня выдаст!
— Мать-настоятельница, то есть мать Мэделин, не так ли? Ну и память у
него!
— Да. После звонка Томми она связалась с теми людьми, у которых, как
предполагалось, я гостила. Очень богатое семейство. Это они познакомили меня
с итальянским дизайнером.
— Всего один взгляд — и он тут же захотел тебя?
— Не меня. Он попросил показать его весеннюю коллекцию, —
поправила Лорен. — И я участвовала в нескольких демонстрациях.
— Пока мать-настоятельница не притащила тебя обратно в монастырь.
— Это так унизительно, — призналась она. — На меня наложили
покаяние, а это означало полгода работы на кухне. Сплошные горшки и
кастрюли. Из роскоши и блеска — в посудомойки! Мы действительно должны быть
все время вместе, Ник?
— Когда ты соберешься чистить зубы, я буду выжимать пасту из
тюбика, — не моргнув глазом сообщил он и снова вспомнил прошлое: —
Одиннадцать месяцев спустя ты появилась на обложке журнала мод, и когда
Томми показал его мне, я поверить не мог, что это та же тощая малышка с
ободранными коленками.
Кажется, он пытается ей льстить?
Но Лорен не знала, что на это ответить, и поэтому промолчала.
— Отныне мы неразлучны! — объявил Ник.
— Означает ли это, что ты будешь возникать на пороге моего дома прежде,
чем я успею одеться?
— Нет. Это означает, что мы будем одеваться одновременно. Какую сторону кровати предпочитаешь?
— Прошу прощения? Он повторил вопрос.
— Правую.
— Значит, я сплю слева.
— Ты шутишь?!
— Насчет кровати? Конечно. Но я сделаю все возможное, чтобы уберечь
тебя, и если для этого потребуется бессовестно вторгаться в твою личную
жизнь, значит, так оно и будет.
— И надолго все это?
— Как получится.
— А если я захочу принять душ?
— Вручу тебе мыло.
— Это, надеюсь, тоже шутка.
— Лорен, я должен быть достаточно близко, чтобы потереть тебе спинку.
Иначе никак нельзя. Пойми же: я первый, кого ты увидишь утром, и последний,
кто пожелает тебе доброй ночи, прежде чем ты закроешь глаза. Мы станем кем-
то вроде сиамских близнецов.
— Но если ты будешь все время проводить со мной, как же собираешься
ловить его?
— Я работаю на могущественную и влиятельную организацию, Лорен,
помнишь? Они уже начали расследование. Предоставь нам поймать его, для этого
мы существуем.
Лорен задумчиво подперла ладонью подбородок и надолго замолчала.
Наконец она выпрямилась и посмотрела Нику в глаза.
— Я не позволю ему запугать себя. И хочу помочь. Обещаю не наделать
глупостей, — поспешно прибавила она. — Нет, я не боюсь. Просто вне
себя от злости... ярости... бешенства, но никакого страха.
— А следовало бы опасаться. Страх — сильное чувство и пробуждает к
жизни инстинкт самосохранения.
— Но он также может парализовать, а этого я не допущу, — заверила
Лорен. — Этот человек... это чудовище расписывает брату, какое
удовольствие получил, терзая и убивая бедную беззащитную женщину, а потом
заявляет, что жажда крови не дает ему покоя и следующей жертвой он выбрал
меня. Сообразил, что Томми попытается его увидеть, и поджидал его у
исповедальни, чтобы оглушить. Хорошо, что не убил.
— Он этого вовсе не хотел, иначе спокойно прикончил бы Томми, —
тихо возразил Ник. — Теперь он использует Томми, как своего посланца.
Но тут он заметил, как исказилось лицо Лорен, и поспешил заверить:
— Не волнуйся за брата. Мы и его будем охранять.
— День и ночь, — потребовала она.
— Разумеется, — согласился Ник. Лорен кивнула.
— Не кажется ли тебе, что теперь этот человек правит бал? Велит Томми
известить тебя, заставляет увезти меня и тогда, может быть, откажется от
своего гнусного замысла. И мой брат послушно следует приказу. Прячет меня.
— Ну конечно, он хочет защитить тебя. Томми любит тебя. Лорен снова
потерла виски.
— Знаю, — вздохнула она. — Возможно, на его месте я поступила
бы так же.
— Но...
— Я слишком хорошо знаю своего брата, чтобы не видеть, как он
терзается, и причина тут не только во мне. Уверена, что маньяк сказал Томми
что-то такое, о чем вы оба умолчали.
— И что именно?
— Он наверняка пообещал Томми, что попробует найти себе другую
игрушку, — дрожащим голосом выпалила Лорен. — По какой-то причине
он решил предупредить меня, чтобы я успела найти защиту. Только другая
несчастная такого предупреждения не дождется.
— Возможно, нет, — согласился Ник. — Но тебе нужно скрыться.
— Ничего подобного. Бегство — это не выход! Не собираюсь давать никому
такую власть надо мной! Он меня не запугает!
— Думаю, нам стоит обсудить это позже, после того как Пит покажет
запись эксперту.
Ник попытался встать, но Лорен схватила его за руку. Она вовсе не собиралась
ждать.
— Я знаю, что у вас уже есть какие-то версии! И хочу их услышать. Мне
нужна информация, Ник. Не желаю чувствовать себя беспомощной, как сейчас!
Он впился в нее взглядом, прежде чем решиться.
— Так и быть, я выложу все, что мы знаем. Прежде всего мой шеф, Питер
Моргенштерн, уже прослушал запись. Он психиатр, возглавляет мое
подразделение и лучший специалист из всех, кого я знаю. Если кто-то и
способен разгадать ход мыслей маньяка, то это он. Только помни, у Пита нет
времени сидеть и анализировать каждое слово.
— Понимаю.
— Прекрасно. Первым делом обсудим факты. Самое главное, что жертва
выбрана не наугад, а специально. Псих добирается именно до тебя.
— Известно почему?
— Потому что... зациклился на тебе.
— И что это означает? — нетерпеливо бросила Лорен.
— У тебя появился поклонник. Фанат. Именно так мы их зовем... фанаты.
— Но это совершенная бессмыслица! Я не кинозвезда, не знаменитость.
Самая серенькая личность.
— Взгляни в зеркало, Лорен. В тебе нет ничего серенького. Ты прекрасна.
И он так считает... нет, помолчи. Большинство жертв маньяков — люди никому
не известные.
Лорен тяжело вздохнула:
— Продолжай. Мне нужно досконально знать своего врага. Ты меня не
пугаешь, — пояснила она. — Не стоит так тщательно подбирать слова.
Пусть поймет, что я способна ответить ударом на удар!
— Прекрасно! Так вот, судя по его словам, он давно преследует тебя. И
знает все о твоей жизни. Каждую деталь, вплоть до духов и стирального
порошка, которыми ты пользуешься, какие книги читаешь, с кем спишь и тому
подобное. Он дал понять, что пару раз побывал в твоем доме. Сидел за столом,
сунул нос в комод, ел все, что достал из холодильника. Именно таким способом
он знакомится с тобой. Не исключено, что он украл что-нибудь из нижнего
белья, вещь, которой ты до сих пор не хватилась. Подумай хорошенько и
вспомни, какую ночную сорочку или футболку ты последнее время никак не
можешь найти. Из тех, что носишь на голое тело.
— Но зачем? — ахнула она, потрясенная описанием человека, которого
Ник называл ее фанатом. Неужели кто-то тайком вломился в ее дом и рылся в
вещах? При одной мысли о том, что за ней следили, по коже мурашки поползли!
— Должно быть, на одежде остался твой запах, — пояснил Ник. —
Это каким-то образом сближает его с тобой. Как бы там ни было, он спит с
ней, — добавил он, вспомнив слова мужчины о том, что он упивается
ароматом Лорен.
— Что-то еще? — осведомилась она, удивленная собственным деловитым
тоном.
— Да, — вздохнул Ник. — Он умудрился наблюдать за тобой
спящей.
— Не может быть! Я бы знала! — вскрикнула Лорен. Ник постучал по
магнитофону.
— Тут все записано.
— А если бы я открыла глаза... что, если бы я проснулась и увидела его?
— Как раз этого он и добивается. Но, по его мнению, еще рано. Он
вообразил бы себя оскорбленным, если бы ты вынудила его к решительным
действиям именно на этом этапе.
— Но почему?
— Это означало бы, что ты слиш
...Закладка в соц.сетях
