Жанр: Любовные романы
Под небом Сицилии
...осчитали, что для меня это не важно! Замолчите, Лоренцо,
иначе вы совсем запутаетесь. Господи, какой я была дурочкой...
- Совершенно верно, Нина. Прелестной, маленькой дурочкой, и за это я
тебя так люблю.
Ах, вот оно что! Он смеется над ней и дразнит, словно ребенка. Она отскочила
в сторону, не желая, чтобы он ее обнимал и придумывал новые оправдания.
Но... он сказал, что любит ее. Неужели? Нина с надеждой посмотрела на него.
Он улыбался, но в глазах затаилась тревога, и она засомневалась в
искренности его слов.
- Значит, вы не собирались рассказывать мне о Кристине? —
выпалила Нина.
- Нет, но раз ты затронула эту тему, то я скажу. Кристина мне не
любовница и никогда ею не была. Она моя сестра.
Нина в ужасе отшатнулась. Его сестра? Она побелела и чуть не потеряла
сознание. Ей казалось, что она сейчас замертво упадет к ногам Лоренцо.
Сзади она нащупала край стула. Лоренцо усадил ее и, снисходительно улыбаясь,
что-то говорил, но Нина ничего не слышала. У нее в мозгу стучала лишь одна
мысль...
- Правда, у нас разные отцы.
- Что? — вскрикнула Нина. Ей показалось, что она ослышалась. Но
вдруг она вспомнила его слова о том, что он любит Джо как родного отца,
поскольку собственного у него нет. Джо не его отец!
Она пришла в себя, облизала сухие губы и провела по лбу рукой, отгоняя
дурные видения.
- Простите, что кричала на вас, — тихо сказала она, избегая
встретиться с Лоренцо взглядом — ей было стыдно за свои мысли о том,
что она занималась любовью с братом.
Потрясение оказалось для Нины слишком сильным. Она поднесла ко рту чашку с
горячим кофе и, отвернувшись, стала смотреть в сад. Что за дьявольское место
эта Сицилия! Здесь просто с ума можно сойти.
Нина держала чашку обеими руками, чтобы не уронить.
- Мне в голову не могло прийти, что она ваша сестра, — слабым
голосом вымолвила она.
Кристина. Теперь Нина знает ее имя. Казалось, что она должна почувствовать
близость к ней, но этого не произошло, скорее наоборот.
Но что же все-таки хотел ей сказать Лоренцо до того, как она устроила
скандал?
- Лоренцо, ты собирался мне что-то сказать, — начала она, с
опаской глядя на него.
Он посмотрел ей в глаза и улыбнулся.
- Да, но ты забросала меня обвинениями. Правда, теперь понятно, почему
ты так неуверенно себя чувствуешь.
- Разве? — Нина не могла вспомнить, что же такое она сказала.
- Меня тоже посещают подобные чувства.
Нина выдавила из себя улыбку и прошептала:
- Так что ты должен был рассказать?
- Мне трудно объяснить, так что наберись терпения. Как я уже говорил, я
не представлял, что влюблюсь в тебя.
Нина подняла голову. Серые глаза подернулись влагой и стали совсем
прозрачными, а сердце распирало от счастья. Все будет хорошо, потому что он
любит ее и поможет преодолеть тягостные моменты в будущем.
- Ты испытываешь ко мне те же чувства, что и я, Нина?
Она была тронута и тихонько засмеялась.
- Ты удивляешь меня, Лоренцо. Да, конечно, мои чувства такие же,
— глаза у нее сверкали. — Пожалуйста, поскорее скажи то, что
собирался. Иначе я не смогу обнять тебя и как следует доказать тебе это.
Он взял ее руку и нежно поцеловал. Нине казалось, что она парит высоко в
воздухе на крыльях любви. Она была готова сказать ему, как сильно его любит,
и... признаться, кто она на самом деле.
Лоренцо отпустил ее руку.
- Прости, что я был погружен в свои мысли после звонка Джо. Он забыл
сказать мне прошлым вечером, что...
- Ты был с Джо вчера? — прервала его удивленная Нина.
Лоренцо налил им еще кофе. Нина, сжав на коленях руки, ждала ответа,
волнуясь оттого, что Лоренцо избегает смотреть ей в глаза.
- Мы обсуждали приготовления к свадьбе, — пояснил он.
- Разве телефонного разговора для этого недостаточно?
Их взгляды встретились. Нина вся напряглась. К чему эта встреча вчера
вечером, к тому же после ссоры?
Наступило долгое молчание. Он смотрел ей прямо в глаза.
- Я должен был знать, — начал он.
- Что знать? — волнуясь, спросила она.
- Я должен знать, была ли ты любовницей Джо или нет.
У Нины внутри все оборвалось. Она сжала кулаки. Он проверял ее, прежде чем
заняться с ней любовью! А она-то думала, что его любовь простодушна.
- Ты никогда этого не отрицала, — ровным голосом продолжал он,
— и...
- И тебе стало любопытно, — с горечью прервала его Нина. Губы ее
презрительно скривились, и она поднялась со стула. Ей было очень больно. Она
смотрела на него как в тумане, все еще не веря, что он на такое способен.
— И Джо сказал тебе, что никогда не слыхал о Нине Паркер?
- Он тебя не узнал. — Лоренцо встал, обошел вокруг стола и
протянул к ней руку, но она отскочила от него.
- Не узнал меня! — воскликнула она, ничего не понимая. Мысли
обгоняли одна другую. Джо был здесь, а она этого не знала. Он видел ее?
- Дорогая, послушай. Я тебе должен сказать совсем другое. Не усложняй
все — мне и так трудно.
- Подожди минутку! — Нина жестом попросила его замолчать. —
Джо не был здесь. Я бы знала об этом, услышала бы, как подъезжает машина. У
тебя нет моей фотографии... — она замолкла на полуслове. — Твой
рисунок! Ах ты, негодяй! Ты специально меня нарисовал, чтобы показать Джо и
убедиться наверняка, была ли у нас с ним связь или нет! — Нину трясло
от ярости и унижения. Лоренцо показал свой рисунок ее отцу! Какой ужас!
— А если бы Джо подтвердил твои худшие опасения и сказал, что спал со
мной, то ты не пришел бы ко мне прошлой ночью? Ты это хотел мне поведать?
Сама по себе я для тебя ничего не значу. Конечно, пресловутая гордость
сицилийца не позволит тебе этого. Ты просто высокомерный наглец.
Он догнал ее на ступенях террасы и креп ко схватил. Глаза его снова
сделались совсем черными от гнева.
- Ты никогда не отрицала этого, — грозно повторил он. — Я
должен знать.
- Мне и не нужно отрицать! Ты должен был доверять мне. Достаточно и
того, что у нас с Джо все кончено!
- Но между вами ничего и не было. Почему же ты этого не отрицала?
— мрачно спросил он. — Что ты затеяла, Нина?
Нина ощутила слабость во всем теле и испуганно опустила глаза. Она ведь была
готова во всем признаться, но теперь не могла. Она заставила себя посмотреть
ему в глаза. Ей придется смириться с его гордостью, а если она этого не
сделает, то совместной жизни у них не получится.
Нина облизала нижнюю губу и робко выговорила:
- Обстоятельства были против меня. Ты вытащил меня из канавы. Само по
себе это ужасно. Я сносила твои обвинения, хотя мне было очень больно. А
потом я думала, что, когда ты лучше меня узнаешь, это не будет иметь
значения — ты поймешь, что я не такая уж плохая. Но, Лоренцо, почему
тебе понадобилось спрашивать об этом Джо? — жалобно закончила она.
Гнев его не прошел, и он сильнее сжал ее.
- Да потому, что дело не только в нас с тобой. Свадьба Джо очень важна
и для Кристины, и для меня, а особенно — для Софии. Все изменила моя
любовь к тебе. Я хочу, чтобы ты стала частью моей жизни, и должен быть
уверен!
Но она все-таки не понимала его. Лоренцо прочитал это в ее недоверчивом
взгляде.
- Когда я подобрал тебя в Палермо, то должен был изолировать тебя. Но я
влюбился, и все осложнилось. Теперь я знаю, что ты никогда не имела связи с
Джо, но не знаю, почему ты скрывала это от меня. Вероятно, потом ты мне
расскажешь, но сейчас для этого нет времени — София с Кристиной едут
сюда из аэропорта. Они делали покупки в Милане. Джо не предупредил меня
прошлым вечером. Он был почему-то очень рассеян, совершенно не похож на
себя. Сегодня утром он позвонил и сказал, что не сможет сам их встретить, и
они едут прямо сюда. Я к этому оказался не готов, так как ничего тебе не
сказал заранее.
- Чего не сказал? — Нина отчаялась что-либо понять.
- София — мать не только Кристины, но и моя тоже. Джо женится на
моей матери, — на одном дыхании произнес Лоренцо.
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Нина встретилась глазами с пронизывающим взглядом Лоренцо. От шока она вся
похолодела, а мысли путались, обгоняя одна другую.
Как теперь ей объяснить свое отношение к Джо? Оказывается, все значительно
сложнее, чем она предполагала: София — мать Лоренцо и Кристины, Джо
— отец Кристины, но не отец Лоренцо. Джо женится на матери своей
дочери, и выходит, что в настоящий момент Кристина тоже незаконнорожденная.
Какая неразбериха! Но одно ясно: она не принадлежит к этому родственному
хитросплетению.
Она — Нина Паркер, незаконная английская дочь Джо Джульяни, а его
жизнь и без нее достаточно запутанна. Чем скорее она уберется отсюда, тем
лучше. Если она останется, то правда обнаружится, потому что Лоренцо хочет
знать, почему она приехала на Сицилию.
- Если... твоя мама приезжает, то мне надо прибраться, прежде чем я
уеду, — спокойно сказала Нина.
- О твоем отъезде не может быть и речи, — сурово заявил он и
вопросительно посмотрел на нее. — Разве ты не хочешь узнать, как
получилось, что моя мать выходит замуж за Джо, отца ее дочери?
Нина пожала плечами. Ее удивило собственное хладнокровие, но что ей
оставалось еще делать, как не отмахнуться от всего, сохранить остатки
гордости и избежать позора?
- Лоренцо, ко мне это не имеет отношения, — так же спокойно
продолжала она. — Теперь мне понятно твое упорное желание меня
изолировать. Твоя мать — та женщина, на которой женится Джо. Вполне
естественно, что в такой волнующий для всех момент я лишняя. Поэтому мне
следует уехать до того, как она здесь появится.
Нина собралась вернуться в дом, но Лоренцо яростно вцепился ей в руку.
- Ты никуда не уедешь, Нина. И не пойдешь убираться в доме, где и без
того чисто, пока не объяснишься.
- Что тут объяснять? Я не такая уж глупая, да и ты не дурак. Сообрази
сам, почему я должна уехать.
Глаза Лоренцо метали молнии.
- Значит, я дурак, поскольку не могу этого понять. Ты все еще злишься
на меня за то, что я расспрашивал Джо, любовники вы с ним или нет? Неужели
ты не понимаешь, почему я это сделал? Ты наводила о нем справки, а я ошибся,
приняв тебя за его любовницу. Вскоре я понял, что ты не принадлежишь к
подобной категории женщин, но, тем не менее, я должен был знать, какие у вас
отношения. Да, все это касается и моей гордости, и чувства собственного
достоинства моей матери — она достаточно настрадалась, чтобы в
последнюю минуту все рухнуло!
- Вот поэтому я и уезжаю, — сердито крикнула Нина, — чтобы
не навредить твоей маме в последнюю минуту! Лучше ей никогда меня не видеть,
а ты глупец, Лоренцо, если сам этого не сообразил. Джо ведь не подтвердил
того факта, что я никогда не была его любовницей! — презрительно
бросила она ему в лицо.
- Что это еще значит? — взревел Лоренцо.
Но Нина и глазом не моргнула. Она твердо знала одно: ей необходимо уехать,
пока не прибыли его мать с сестрой и тем самым не усугубили ситуацию.
- Подтверждения от Джо ты не получил, — повторила Нина. —
То, что он тебе сказал, — ложь. Если ты сам не можешь сообразить, что
к чему, то я тебе помогу. — Она на секунду замолчала, собираясь с
силами. — Конечно, он отрицал, что знаком со мной, — он ведь
собирается жениться на твоей матери. Ты друг Джо, но, тем не менее, он очень
осторожен, особенно накануне свадьбы. Джо отрицал, что знает меня, потому
что я для него уже ничто, а София много значит, и он, как и ты, хочет, чтобы
свадебная церемония прошла гладко.
Глаза Лоренцо потемнели и стали похожи на грозовые тучи. Еще бы! Она
обвинила Джо во лжи, и верному Лоренцо Бьяччи это не понравилось. А Нина
продолжала свое:
- Итак, теперь тебе известно, почему я этого не отрицала — я была
одно время любовницей Джо. Мы познакомились в Лондоне в начале этого года, и
наша связь была... как ураган. Я отнеслась к ней серьезнее, чем он, но
поняла это, лишь приехав сюда. Вот почему ты дашь мне возможность исчезнуть.
Как ты говорил, персона, которая никому не нужна на свадьбе! Презренная
любовница!
Нина развернулась и убежала. Комок льда внутри растопила жгучая боль, но
пути назад нет — она высказала все, и он ей поверил!
Поверил! Он смерил ее ледяным взглядом и не побежал за ней вдогонку. А она
— пусть это глупо и нелепо — хотела, чтобы он догнал ее и
потребовал взять свои слова назад!
Нина с грохотом захлопнула дверь в спальню и прижалась к ней спиной. Ее бил
озноб, а незастланная постель, казалось, смеялась над ней, эдакой дурочкой.
Да, она полная дура, раз любит его и дала ему повод влюбиться в нее.
Она отошла от двери. Надо упаковать вещи, но как уехать отсюда, Нина не пред
ставляла. Правда, теперь, когда Лоренцо понял, что ей лучше не встречаться с
его матерью, он будет рад с ней расплатиться и расстаться!
И тут Нина разрыдалась. Она так сильно его любит и сама же все разрушила.
Она зажала рот, чтобы заглушить рыдания, и вдруг услыхала приближающийся шум
мотора. Господи, они уже здесь!
Ее охватила паника. Что делать и куда бежать? Она в ловушке. Думай, Нина,
думай, твердила она.
В тени старой оливы спал Карло. Нина сидела рядом, скрестив ноги и положив
на колени альбом. Она машинально водила кисточкой по бумаге, не видя того,
что рисует. Она не знала, сколько времени сидит здесь, ничего не замечая
кругом. Ноги у нее затекли, было жарко, и хотелось пить.
Нина плохо помнила, как пришла сюда, прижимая к груди рисовальные
принадлежности. Преданный друг радостно встретил ее, а теперь спал у ее ног
и не представлял, в каком возбужденном состоянии она пребывала.
- Привет, вы ведь Нина?
Нина вскинула голову и зажмурилась от яркого солнечного света. Сердце
сжалось — Кристина!
Она была такой же, как на фотографии, темноволосая и красивая, с длинными
вьющимися каштановыми волосами, волной ниспадающими на спину. Ее несходство
с Ниной было настолько велико, что та даже засомневалась, сестры ли они. В
мозгу пронеслась мысль: а вдруг действительно эта очаровательная девушка
— не ее сестра, а Джо Джульяни — не ее родной отец? Но в глубине
души Нина знала, что Джо — ее отец. Она чувствовала это интуитивно,
как и то, что Лоренцо сразу же, с первого утра их встречи в Палермо занял
особое место в ее жизни.
Кристина немного смущенно улыбалась, а Нина, не зная, что сказать, просто
смотрела на нее.
Но тут неожиданно проснулся Карло, разбуженный голосом Кристины. Он вскочил,
отчаянно виляя хвостом, и, приветственно лая, прыгнул ей навстречу.
Кристина опустилась на колени и обняла огромного пса, не обращая внимания на
то, что ее длинное шелковое платье оказалось в пыли.
- Милый Карло, ты скучал по мне? Я тоже по тебе соскучилась. Правда,
Лоренцо сказал, что о тебе заботится Нина, поэтому совесть меня не особенно
мучила. — Она с улыбкой посмотрела на Нину, которая с трудом поднялась
на ноги. — Слава Богу, что вы были здесь. Не знаю почему, но они с
Лоренцо не выносят друг друга. Вероятно, столкнулись два сильных характера.
Кристина подошла к Нине и протянула ей руку.
- Я — Кристина, как вы, наверное, догадались. Лоренцо только что
рассказал нам о вас. Все это очень забавно.
Нина заставила себя протянуть в свою очередь руку Кристине. Что им сказал
Лоренцо? Правду? Вероятно, придумал что-нибудь, так как правда оскорбляет их
сицилийскую гордость.
- Мне кажется, это так романтично, — восторженно продолжала
Кристина. — Он подобрал вас прямо на улице. Вы должны мне все
рассказать. Эти люди ужасно с вами обошлись? Я никогда не бывала в той части
Палермо, да и вообще почти не знаю Сицилии — я ведь выросла в Америке.
- Поэтому вы говорите без итальянского акцента, — с улыбкой
заметила Нина. Что еще такое сказать? Интересно, как Лоренцо объяснил, что
она находится здесь? Ей надо быть предельно осторожной. Кристина очень
милая, и совершенно не хочется ее обидеть. — Ммм... как ваша поездка?
Лоренцо сказал, что вы делали покупки в Милане.
Кристина со смехом изящно взмахнула рукой.
- Купили все, что надо. Мама получает от этого удовольствие. Она так
счастлива, что будет свадьба, а я не понимаю, зачем это надо. —
Кристина снова засмеялась. — Папа говорит, что так положено, но я
— уже другое поколение, и мне все равно, законнорожденная я или нет. У
большинства девочек в моем пансионе сомнительное прошлое. Ой, я, наверное,
вас шокировала?
Нина вымученно улыбнулась. Если бы Кристина только знала, сколько потрясений
она пережила с тех пор, как попала сюда! Быть внебрачным ребенком —
это ерунда, она с этим сжилась. Но, возможно, Кристина знает достаточно
много, и Нина вновь задалась вопросом: что именно им рассказал Лоренцо?
Придется быть с Кристиной настороже.
- Вы побледнели. Вам нехорошо? — участливо спросила Кристина.
- Да я просто устала — очень долго просидела здесь с Карло.
— Нина улыбнулась, чтобы показать, что все в порядке. — Надо
размяться.
Необходимо куда-нибудь уйти, потому что эта встреча приводит ее в
замешательство.
- Прекрасно! — восторженно воскликнула Кристина. — Мы
пойдем погулять. Карло, и ты с нами.
Нина собралась уже возразить, но Кристина одарила ее лучезарной улыбкой.
- Ой, Нина, я так рада, что вы здесь — есть хоть с кем поболтать.
Мама отдыхает, а Лоренцо порой бывает таким занудой. К тому же он без конца
висит на телефоне. Он велел мне позаботиться о вас, что я и делаю, —
она засмеялась. — Да я и сама хочу побыть с вами. Пойдемте. Я
захватила холодное питье. Вы уже разыскали потайную тропку к бухте? Лоренцо
не станет вам ее показывать. Он никогда туда не спускается, так как там
погиб его отец.
И она пошла к калитке, а Карло весело побежал впереди.
Нина осталась стоять, как пригвожденная. Ее до глубины души потрясло
услышанное — отец Лоренцо погиб в бухте! Неужели самоубийство? Да нет,
не может быть, она просто все драматизирует с тех пор, как попала на
Сицилию.
Нина нехотя последовала за Кристиной.
- Нина, дорогая, куда ты?
Она вздрогнула — навстречу по дорожке шел Лоренцо. Кристина бежала
впереди в сопровождении Карло. Она крутила в руках холщовую сумку, платье
мягкими складками струилось вокруг щиколоток. Она выглядела очень довольной
и, услыхав голос Лоренцо, не остановилась, а лишь помахала ему рукой.
Он назвал меня
дорогой
только ради Кристины, промелькнуло в голове у Нины.
- Куда ты идешь? — повторил он, на этот раз не сказав
дорогая
.
- Погулять, — натянуто ответила она. — Ты же сам велел
Кристине присмотреть за мной, вот она этим и занимается.
Он завладел ее рукой и притянул к себе. Нина с опаской посмотрела на него.
Он выглядел бледным и измученным. Вероятно, как и она, испытывал неловкость
от создавшегося положения.
- Не говори Кристине ничего такого, что встревожило бы ее, —
сердито прошептал он.
- За кого ты меня принимаешь, Лоренцо? — возмутилась Нина.
- За ту, кто ты есть, — раздраженно огрызнулся он. — Я
сказал ей и маме, что мы познакомились с тобой в Палермо случайно...
- Это я уже слышала, — оборвала его Нина и попыталась выдернуть
руку. — Кристина считает это весьма забавным. Что ты еще им рассказал?
Надеюсь, не всю правду?
- Вполне достаточно, — проворчал Лоренцо, не отпуская ее руки. Он
так близко наклонился к ней, что почти касался ее губами. Глаза блестели,
как два черных янтаря. — Они знают, что Локасто тебя выгнали, и почему
— тоже знают.
- О, конечно, — язвительно вставила Нина.
Он встряхнул ее.
- Послушай. Я привез тебя сюда, потому что тебе некуда было ехать. Ты
осталась пожить в доме, и у нас начался роман...
Нина чуть не задохнулась от ярости.
- Да, роман! — подчеркнул он.
- Это звучит вульгарно, — с жаром заявила она.
- Но тебе очень подходит!
Глаза ее сверкали.
- Это неуместно...
- Очень даже уместно, — не менее горячо парировал он. — Ты
сама объявила себя любовницей, поэтому еще немного побудешь в этой роли.
Кристина с матерью поверили тому, что ты моя любовница, понятно? И если ты
дашь им повод в этом усомниться, то не сносить тебе головы!
Он так внезапно отпустил ее, что Нина пошатнулась. Какую отвратительную
отговорку он придумал! Ведь она на самом деле его любит. Ситуация была
невыносимая, но выхода она не видела.
- И... как долго я должна изображать любовь? — сухо осведомилась
она.
- Столько, сколько потребуется. Они, вероятно, захотят вернуться через
пару дней в Палермо.
- И все это время я должна притворяться, что люблю тебя?
- Притворство у тебя в крови, Нина, — холодно сказал он. —
Тебе к этому не привыкать. Страдать придется мне, поскольку моя жизнь
основана на правде и чести, а ложь мне претит.
- И, тем не менее, вы чертовски здорово с этим справляетесь, —
обвинила его Нина. — Особенно в постели! Вы лицемер!
Неожиданно он заключил ее в объятия и впился ртом в ее губы. Она
содрогнулась от такого неистовства. Его губы обжигали и вдруг сделались
мягкими и невозможно нежными. Нина сразу поняла, в чем дело, так как
услыхала негромкий смех, сопровождающийся угрожающим рычанием, —
видно, Кристина вернулась посмотреть, почему задержалась Нина, и Лоренцо
устроил для нее этот небольшой спектакль.
Наконец Лоренцо отпустил ее и предостерегающе прошептал:
- Подыграй мне, дорогая, если желаешь себе добра. — И оттолкнул
ее, но со стороны могло создаться впечатление, что он просто боится
поддаться искушению, а сейчас не время и не место для нежностей.
Лоренцо улыбнулся и ласково провел ладонью по щеке Нины. Ну и актер,
подумала она.
- А теперь иди погуляй с Кристиной, — обратился он к ней, словно
к ребенку. — Поболтайте, но будь осторожна и думай, что говоришь.
— Он вдруг нахмурился. — Странно, но я уверен, что вы легко
поладите — у вас много общего: вы обе наивные и простодушные. Правда,
твои качества наигранны, не так ли?
- Убирайся к черту! — прошипела в ответ Нина, а затем с улыбкой
чмокнула его в щеку и уже громко сказала: — Увидимся позже, дорогой.
— И холодно добавила, чтобы слышал только он: — У адских врат,
Лоренцо Бьяччи!
- Я так рада за Лоренцо, — ликовала Кристина, когда Нина наконец
присоединилась к ней. — Я уж и не рассчитывала, что он кого-нибудь
встретит. У него много приятельниц, но все это несерьезно. Мама полагает,
что это из-за неразберихи в наших судьбах. Он боится влюбиться и
остерегается брака. Лоренцо воспринимает жизнь чересчур серьезно.
Да,
благородный Лоренцо
Бьяччи — дитя своего поколения. Нину не
удивило, что кто-то еще считает его упрямым, непреклонным, рассудочным
педантом. Но сегодня утром она испытала на себе его любовь, такую пылкую и
самозабвенную, что по наивности решила, будто он выбросил из головы мысли о
том, что она была любовницей Джо. Но все оказалось совсем не так — он
прежде навел справки у Джо!
Нина снова вспомнила их ссору. Если бы он углубился в свои разыскания о ней,
то это могло бы стать опасным. Правда, Джо все равно не знал, кто она такая.
Не в первый раз Нина задавала себе вопрос: знал ли Джо о ее существовании?
Может быть, ее мать скрыла свою беременность от него? А может, их отношения
были столь кратковременными, что его согласия на удочерение не
потребовалось? Она очень хотела задать ему эти вопросы, но их встреча была
невозможна. Ощущение, что ее обманули, не давало ей покоя.
- Лоренцо сказал, что вы веселая, но я этого не нахожу. —
Кристина остановилась у каменной стены и улыбнулась Нине. — Вы не
вымолвили ни единого слова.
Нина улыбнулась в ответ:
- Но вы все время сами говорите, Кристина. Я не против —
интересно узнать об американской жизни. Расскажите еще. Мне всегда хотелось
туда поехать.
Кристина засмеялась и пошла по дорожке, бегущей по вершине обрыва. Она, не
умолкая, тараторила о жизни в Нью-Йорке и о том, как ее отправили учиться в
Швейцарию. Каникулы она проводила на Карибском море и Сейшельских островах,
а также в круизах. Все говорило о том, что воспитывалась Кристина как
богатая девочка, несмотря на то, что родители не состояли в браке.
- Но в каникулы нам нельзя было приезжать на Сицилию, — трещала
Кристина. — Джо был еще женат, хотя маме удавалось время от времени
выбираться сюда, чтобы навестить сестер, и, конечно, Джо, который обычно
прилетал к нам в Нью-Йорк четыре-пять раз в году. Он всегда оставался для
меня папой. Смотрите, здесь ступеньки
...Закладка в соц.сетях
