Жанр: Любовные романы
Роковая Женщина
...се возможные аргументы в защиту кого угодно, только
не самого себя.
— Боже правый! — воскликнул Касс и впервые усмехнулся. — Да я
готов отправить за решетку кого угодно, чтобы спасти свою шкуру, но только
не Торнтона. Дело даже не в нем самом. Просто его надо знать. У него не тот
характер. Это у нас с Дженет характер Грантов, а Торнтон не подвержен
страстям. Его чувства заморожены навечно.
— Может быть, Ева его разморозила? — предположил Поттер.
Касс пожал плечами:
— Пожалуй. Для того чтобы разбудить такого безнадежного флегматика, как
наш кузен, у нее были прекрасные данные. Во всей этой истории есть только
единственный отрадный момент. Торнтону пришлось вернуть Дженет деньги. Она
убеждена, что он согласился по одной причине: хотел избежать громкого
скандала в прессе. Дженет припугнула его, что поместит интервью в газеты,
где заявит, что он не дает ей денег на повторное расследование. Видно,
Торнтон тогда уже собирался жениться на Еве, но не осмеливался сделать ей
предложение, пока считал себя — обязанным распоряжаться судьбой и деньгами
Дженет. Но не из-за угрозы сестры он медлил с предложением. Торнтон не
таков.
Поттер умело вернул разговор к теме убийства Фредерика, и Касс продолжил
исповедь:
— Отец тогда болел. Его мучила ангина. Торнтон пришел навестить его.
Кузен ждал в библиотеке, а дворецкий... Не помню, как его звали, черт
побери. Он отправился доложить о нем отцу.
— Откуда вы знаете, — Поттер снова перешел на официальный
тон, — что гость остался в библиотеке?
— Торнтона сразу же проводила туда Дженет, зная о его пристрастии к
чтению.
— Хорошо, продолжайте.
— Дженет отозвала меня в сторону и рассказала о беседе с миссис
Мейтленд.
Я не поверил, решив что все эти подозрения — плод болезненных фантазий
мадам. Я направился к почтенной леди, чтобы высказать ей свое мнение, а
заодно и поговорить с Фредериком с глазу на глаз.
Поттер протянул пачку, и Касс взял сигарету, которая плясала в его дрожащих
руках. Детектив помог ему прикурить. Глубоко затянувшись, Касс продолжил:
— Дженет передала мне, что Ева все знает. Я побрел к ней. Она плакала,
обнимала меня, клялась, что слухи о ее связи с художником — ложь, клевета.
Ева умоляла меня смириться и переждать. Потом она начала...
Темный румянец пятнами проступил на лице Касса, который всего несколько
минут назад был бледным как смерть.
— Да, черт побери. Постель — ее самое верное оружие в поединке с
мужчинами. Она знала, что неотразима в искусстве обольщения, которым владела
виртуозно.
— Возможно, ее главной целью было отвлечь ваше внимание.
— Что вы имеете в виду?
— Ева разговаривала по телефону. Сразу после того, как Дженет сообщила
ей о звонке миссис Фредерик.
Касс посмотрел на Поттера, сморщился, как будто его замутило, и смял
недокуренную сигарету. Затем Касс признался, что отважился по-мужски
поговорить с самим художником. У него не было желания дискутировать с миссис
Фредерик. В дом его впустила прислуга. Торнтон и госпожа Мейтленд находились
в гостиной. Они пытались остановить Касса, но он грубо оттолкнул Торнтона и
ворвался в мастерскую Фредерика.
— Может, закончим? Я уже сто раз все это перемалывал, — видно,
терпение Касса Гранта иссякло.
— Нет, не все, — возразил упрямый Поттер, — сейчас я хочу
услышать всю правду, и в деталях. — Поттер сделал акцент на слове
всю
. Касс послушно продолжил.
Он распахнул дверь мастерской и оцепенел. Фредерик лежал мертвый на полу.
Касс увидел, что на его шее — удавка. На этюднике стоял портрет Евы.
— Я сжег его в камине.
— А зачем тогда на суде вы утверждали, что не видели никакого портрета?
— Потому, что существование картины давало судьям серьезную улику
против меня, неужели это не ясно? — Касс старался держаться спокойно,
но у него это плохо получалось.
— Да поймите же, наконец! Я же увидел полотно и все понял! Блудница не
стоила того, чтобы убивать из-за нее Фредерика. Я не убивал его!! Клянусь
Богом!
Мужчины с минуту помолчали. Каждый из них погрузился в свои мысли. Затем
Поттер изрек:
— Но это было не самоубийство, и категорически исключено, что
преступление могла совершить супруга художника. Если принять за истину слова
Торнтона, что он уловил какой-то шум за дверью, и ваши показания о том, что
Фредерик был мертв, когда вы появились в мастерской, то, значит, там был кто-
то еще. Как этот
кто-то
мог незаметно проникнуть в святая святых мастера?
У преступника было всего несколько минут, не больше.
— Удивительно, — признался Касс, — я до одури бился над
загадкой: кто бы это мог быть, но никогда не задавал себе простейшего
вопроса: как убийца проник в мастерскую.
Касс был серьезно озадачен невинным на первый взгляд вопросом Гирама
Поттера.
— Вы представляете, как устроены ваши два дома?
— Да, но только в общих чертах. Я никогда не осматривал их подробно.
Два дома имеют общую стену. В каждом из них имеется боковой вход на первый
этаж. Еще есть так называемые французские комнаты, двери которых открываются
прямо с первого этажа в сад.
— Почему тогда вы направились в мастерскую Фредерика через парадное его
дома, а не через французскую комнату, имеющую выход в сад?
— Дело в том, что тогда отец перестраивал террасу и рабочие заколотили
дверь во французскую комнату.
— Значит, получается, что кто-то третий — а он явно существует, —
мог попасть в дом Фредерика двумя путями: либо через парадную, либо через
боковую дверь. Но в мастерскую художника можно было попасть только пройдя
через французскую комнату в их доме.
— Через парадную никто не проходил, там постоянно находилась
прислуга, — возразил Касс. — Они могут это подтвердить. Об этом
говорилось и на суде. Разве только этот ваш третий — сказочный невидимка.
Поттер глубоко вздохнул:
— Вы, Торнтон и кто-то третий. Но как-то же он попал внутрь! Думайте,
думайте!
Касс нахмурился.
— Дженет хотела доказать на суде, что она видела этого третьего. Что
кто-то был в мастерской. Дженет называет его хромым. Бедняжка Дженет!
Поттер, поверьте мне, это навязчивая идея сестры. Она всячески старается
помочь мне, не брезгуя и химерами.
— Значит, так, — обобщил Поттер. — Вот эта тема о химерах
выводит наш разговор к последним событиям. Дженет, вашей сестре сегодня
утром позвонил человек, назвавшийся хромым. Он требовал пятьдесят тысяч
долларов в обмен на достоверную информацию о том, кто убил Фредерика и Еву.
Касс в ужасе смотрел на Поттера.
— О боже! И сестра попалась на эту дешевую удочку? Бедная девочка.
— Она назначила с ним встречу, но деньги передать не успела.
— Слава богу! Его поймали?
— Не полиция, орудовал кто-то другой. Вымогателя задушили.
— Он мертв? — глухо спросил Касс.
— Даже очень. Его жена опознала тело. Это Берн Симмонс, отчим Евы. Он
страдал костным туберкулезом. Покойный и есть тот самый хромой. Человек,
который преследовал и шантажировал Еву.
Касс вскочил со стула.
— Поттер, а что с Дженет?
— Я отослал ее домой. С ней все хорошо. С деньгами тоже все в порядке.
— Но, черт побери! В полиции решат, что Дженет пыталась прикрыть меня.
Что же они теперь с ней сделают? Ей угрожает тюрьма, высшая мера?!
— Прекрати истерику и сядь! — приказал Поттер. Он подождал, пока
Касс хоть немного успокоится, и продолжил свои логические
рассуждения. — Дженет сейчас дома, и ей ничто не угрожает. Во-первых,
она не в состоянии убить Фредерика, да и никого вообще. Во-вторых, после
проверки ее банковских счетов станет ясно, что жертвой подлого шантажа
Симмонса в последние годы она быть не могла. В любом случае, полиции теперь
придется копать все с самого начала,
от печки
. А когда они начнут заново
ворошить прошлое, то с моей помощью найдут того, у кого были серьезные, если
не жизненно важные причины убить Фредерика, вашу бывшую жену и Симмонса.
Касс опешил:
— А вам не откажешь в аналитическом даре.
— Приходится шевелить мозгами, старина. Ничего другого просто не
остается. Малейшая ошибка смерти подобна, и мы упустим матерого преступника.
— Поттер, умоляю вас, немедленно свяжитесь с Питом Расслином. Хорошо?
Он любит Дженет. Он придумает что-нибудь. Найдет выход. — Бедняга Касс
от волнения кусал губы: — Пит Расслин преданный, проверенный друг. Он сделал
все возможное и невозможное, чтобы избавить своего подзащитного от
электрического стула. Ему удалось перевести меня из обычной психушки в
привилегированную лечебницу Вентфорт. Но мой процесс разрушил его карьеру.
Солидные клиенты полагали, что адвокат предпочел доброе имя шальным деньгам.
Расслина подвергали остракизму. В его профессионализме усомнились. Я и
Дженет обязаны Питу всем. Наверное, мы так никогда и не сможем отплатить ему
за жертву, принесенную во имя любви и дружбы.
Касс попросил у Поттера сигарету и снова закурил.
— Я просто хочу вам объяснить, кто для нас Пит Расслин. Это настоящий
мужчина. В жизни встречается не так много людей, которым ты можешь полностью
доверять.
Поттер загадочно улыбнулся:
— Ничего. Даст бог, все образуется. Вы можете быть уверены, что мы с
Расслиным начнем действовать в одной команде.
Поттер поднялся, якобы собираясь уходить и невзначай спросил:
— Да, кстати, еще вопрос. Вы читали
Метаморфозы
Овидия?
Касс удивленно поднял на него глаза:
— Да, я брал эту книгу в библиотеке Вентфорта. Я перечитал все, что
имелось в вентфортском собрании и пошел бы по второму кругу, если бы
швейцарский профессор не вытащил меня из клиники.
— Что вам особенно понравилось в
Метаморфозах
?
— Глубокий своеобразный взгляд на вечные проблемы бытия. Правда,
классика не мое хобби, но Овидий произвел на меня сильное впечатление. Я
даже ощутил себя исследователем.
Поттер, пожав Кассу руку, направился к двери и вдруг резко обернулся.
— Где вы вчера вечером провели антракт? Вопрос не был для Касса
неожиданным.
— В баре, за стойкой. Я не хотел говорить правду. Ева пребывала на
вершине блаженства. Я видел, что она наслаждается жизнью как ни в чем не
бывало. А я... Моя судьба... Все пошло прахом. Да, я согласен, я жалел себя.
Мне необходимо было выпить, чтобы подбодриться. Честно говоря, выпил-то я
всего одну рюмку, потому что поклялся: эта дрянь не увидит меня сломленным.
— В каком баре вы были?
— Кажется, он называется
Тиме
. — Кто-нибудь заметил вас?
— Даже не знаю. Возможно. Фотографии
убийцы века
— во всех газетах.
Теперь, наверное, многие знают мою физиономию. Вам не кажется?
— По крайней мере будем надеяться, что это именно так. — Слова
детектива прозвучали многообещающе.
Глава шестнадцатая
— Остановите здесь, — сказала Дженет, и таксист затормозил.
За полквартала от особняка Грантов была видна толпа, жаждущая сенсаций. Все
как обычно: журналисты, фотографы, зеваки и полицейские. Истинное
наваждение. Ей снова предстоит продираться сквозь строй, чтобы попасть в
дом. На сей раз Дженет была изысканно одета. Старую ветошь она бросила на
вокзале. Ей с трудом верилось, как она прокралась из дома в чужих лохмотьях,
как отчаянно рисковала. Только сейчас Дженет осознала, насколько опасна была
ее затея и как подозрительно выглядело ее шутовское поведение в глазах
полиции. Дженет решительно направилась к дому, гордо подняв свою хорошенькую
головку. Она смотрела прямо перед собой. Вновь засверкали вспышки
фотоаппаратов, замелькали возбужденные чужие лица. Не отставали и
телевизионщики: камера следовала за ней неотступно.
— Мисс Грант, что вы чувствуете в связи с убийством бывшей жены вашего
брата?
— Скажите, а Пит Расслин снова осмелится защищать Касса Гранта?
— Почему вы явились вчера вечером в театр? Дженет молчала, сцепив зубы.
Но ей никак не удавалось протиснуться к парадной двери. Она повторяла про
себя: молчать, молчать, ни звука. По горькому опыту она знала, что любое
произнесенное ею слово будет истолковано превратно и смысл его извратят до
неузнаваемости. Увидев Дженет, из полицейской машины вышел патрульный.
Журналисты не унимались:
— Посмотрите сюда, мисс Грант. Спасибо.
— Что вы можете сказать об аресте вашего брата?
— Но он не арестован... — не выдержала Дженет.
Офицер крепко взял ее под руку и провел сквозь беснующуюся толпу к двери.
Дженет позвонила, но тут же вспомнила, что дом пуст: прислуга оставила его,
испугавшись работать у сестры опального Касса. Мисс Грант долго искала
ключи. Снова сверкнула вспышка, и Дженет тотчас сообразила, что на
фотографии получится малоприятный вид: словно полицейские ведут ее под
конвоем.
— Спасибо за помощь, офицер, но я очень прошу вас, сделайте так, чтобы
бессердечные зрители чужого горя наконец разошлись.
— Странно, — удивился полицейский, — а я думал, что вы в
особняке. Как же вы оказались на улице?
— Воспользовалась черным входом. Старый коп с участием посмотрел на
девушку:
— Послушай моего совета, сестричка, лучше не выходи никуда из дома.
Мисс Грант кивнула и, повернув ручку двери, наконец, оказалась дома.
Ей чудилось, что минула целая вечность с того момента, когда она,
переодевшись, прокралась сквозь толпу, как собирала деньги в банке и ездила
на склад. В своей спальне наверху она накинула халат, засунула ноги в мягкие
тапочки и растянулась на широкой постели. Ей нужно было собраться с мыслями.
Но как только ее голова коснулась подушки, она закрыла глаза и тут же
провалилась в глубокий сон.
Дженет разбудил настойчивый звонок. Полусонная, она протянула руку к
телефону, услышала длинные гудки и поняла, что звонят в дверь. Теперь уже
кто-то изо всей силы колотил в парадное. Дженет посмотрела на часы и
удивленно поморгала глазами. Что произошло? Она не могла сразу припомнить.
Она уснула и проспала целых три часа. Боже, кто же ломится в дом? Что делают
слуги? Тут Дженет вспомнила, что она одна в пустом особняке.
Молодая леди оделась и спустилась вниз. Отдернув занавеску, она увидела, что
неуемные журналисты все еще толпятся под окнами. У двери стоял Пит Расслин и
отчаянно колотил в дверь. Он не сдавался и продолжал стучать все сильнее и
сильнее. Дженет отодвинула засов и впустила его в прихожую. Расслин крепко
обнял ее:
— Слава богу! Я боялся, что с тобой что-то случилось. Еще секунда и я
бы сломал дверь.
— Я была почти уверена, что ты сломаешь ее. Пит, господи, как я рада,
что ты пришел!
— Помчался, как только узнал, что ты мне звонила. Дженет, какое
невезение. Я был в суде в это время. — Он огляделся: — А где прислуга?
По-моему, я стучал так, что можно было разбудить и мертвого.
Дженет рассказала, что слуги уволились еще утром.
— Но ты не можешь оставаться в пустом доме без слуг. Это невозможно.
Давай я позвоню в отель и закажу тебе номер.
Она не согласилась.
— Но как же ты останешься совсем одна в огромном доме?
— Это лучше, чем жить в отеле, где все будут следить за каждым твоим
шагом. Здесь я, по крайней мере, свободна.
— Но это небезопасно. Ведь твой смотритель Маркер говорил, что кто-то
проникает в дом. Я умоляю тебя, дорогая, сделай, как я прошу. Я буду
волноваться, если ты останешься одна в этом чертовом особняке.
— Бесполезно меня убеждать, Пит. Я никуда не уеду.
Расслин понял, что его уговоры напрасны. Дженет была непреклонна.
— Ну хорошо. Тогда я попрошу полицейских поставить дежурного у дома,
пока нет прислуги, — предложил адвокат.
Дженет, слава богу, не отказалась. Пит взял девушку за плечи и приблизил ее
лицо к себе:
— Дорогая, — он говорил быстро, решительно, словно боясь
отказа. — Дженет, почему бы тебе прямо сейчас не выйти за меня замуж?
Давай не будем больше ждать. Ведь пожениться можно за считанные дни. Тогда у
меня появится законное право остаться здесь, с тобой, чтобы оберегать тебя.
Я прошу твоей руки.
Дженет подумала, что Пит снова готов на любые жертвы ради нее. Он опять
забыл о своей пошатнувшейся карьере. Она старалась отвечать спокойно, хотя в
горле стоял ком.
— Спасибо, Пит. Это весьма благородно с твоей стороны.
— Ты не понимаешь. Я серьезно прошу тебя стать моей женой. Я долго
ждал. Может быть, настал самый подходящий момент для нашего брака?
Растерянная, застигнутая врасплох Дженет молчала.
— Я всегда отлично понимал, что пока Касс в лечебнице надежды на твое
согласие нет, но теперь, Дженет? Я люблю тебя. Соединить наши жизни было бы
лучше для всех: для тебя и для меня. Вместе мы намного сильнее перед лицом
судьбы. Мы любим друг друга уже столько лет. И потом, разве супружество не
единственный способ доказать людям, что мы с тобой заодно? Не испытывай
меня. Позволь быть рядом с тобой.
— Пит, мне очень жаль, но... — Дженет не знала, как сказать
Расслину правду и не причинить ему боль. — Прости, Пит.
Дженет мягко убрала руку адвоката со своего плеча. Он взял ее за подбородок
и заглянул в темные правдивые глаза.
— Все будет прекрасно, Дженет. Мы будем хорошей парой. Я все сделаю,
чтобы ты стала счастливой. Не заставляй меня ждать, пока длится следствие по
обвинению Касса.
— Но дело вовсе не в недоразумении с братом. Я очень сожалею, Пит, но я
не могу.
Расслин все понял. Он отвернулся и заметался по комнате. Потом внезапно
остановился и стал разглядывать рисунок на старинном гобелене.
— Значит, у тебя кто-то есть, — голос Пита стал каким-то
отчужденным. Он недоуменно посмотрел на нее: — А ты сильно изменилась,
Дженет Грант!
Она не ответила. Молодая женщина тихо сидела, наблюдая за мужчиной, чье
самолюбие страдало. Прошло несколько долгих минут пока он осмелился снова
посмотреть ей в глаза. Дженет изумилась: перед ней был все тот же Пит —
близкий и любящий человек.
— Хорошо, — сказал он и подвинул стул, сев к ней лицом.
— Раз так, забудем влюбленного Расслина и вернемся к Расслину-адвокату.
Настало время серьезно поговорить о Кассе. Нам нужно выработать тактику его
оправдания.
— Дело в том, Пит, что ты должен о многом узнать. Случилось нечто
ужасное.
Дженет рассказала ему о телефонном звонке хромого, о том, как он
шантажировал ее, утверждая, что знает, кто убийца и требовал пятьдесят тысяч
долларов. Она мужественно описала, как стала свидетельницей убийства и как
встречалась затем с Гирамом Поттером. Расслин, затаив дыхание, слушал; его
лицо побледнело. Он сжал ее руку так сильно, что Дженет стало больно.
Наконец, когда она закончила повествование, Пит с ужасом вымолвил:
— О боже! Какому риску ты подвергалась! Представляешь, а если бы убийца
тебя увидел и захотел избавиться от свидетеля? Господи, Дженет!
— Преступник слышал мой голос — я кричала ему снизу. В этот момент этот
маньяк душил хромого. Я расслышала, как умирающий колотил пятками об пол. Но
потом раздались шаги другого человека. Я уловила еще характерный звук
открывающихся ставень. Убийца выбрался через слуховое окно.
— Ты разглядела его?
— Даже не подумала, Пит, я так испугалась. Потом поднялась наверх и
увидела труп. Я чуть не грохнулась в обморок. Но было уже поздно что-либо
предпринимать. Убийца ускользнул.
— А потом ты позвонила Поттеру, — раздумчиво сказал Расслин.
— Но ведь ты же был в суде, — напомнила она. — Так заявили в
твоем офисе. Я позвонила сначала тебе. Правда! Ты же знаешь, что я
предпочитаю не обращаться в полицию.
— Но при чем здесь Поттер? Почему именно он?!
— Потому, что Гирам Поттер — единственный человек, который верил, что
хромой существует. В полиции не верили, ты не верил, даже брат сомневался. А
он верил. Все думали, что я лгу, стараясь защитить Касса. А теперь этот
человек мертв, и с ним умерла надежда вернуть доброе имя брата.
— Вот именно Касс меня волнует меньше всего. То, что произошло сегодня,
меньше всего касается твоего брата. А вот ты... Твоя жизнь под угрозой.
Теперь важно защищать тебя.
— Да, я знаю. Полиция мне не поверит. Да никто не поверит, что у
хромого были улики, которые могли бы помочь оправдать Касса. Власти
подумают, что хромой меня шантажировал и поэтому я его убила.
— Послушай, — окрылился Пит, — ведь мы с тобой не сдадимся,
мы будем сражаться.
Он вышел в холл, взял свой плащ и вернулся назад с пакетом в руке.
— Вот еще одна игрушка, которую я прихватил для тебя. Теперь, когда ты
совсем одна в доме, она может оказаться полезной.
Дженет открыла пакет и отпрянула:
— Нет, только не револьвер. Я боюсь даже дотрагиваться до него.
— Это просто пугач. Зажигалка в форме револьвера. Держи его под рукой
на всякий случай.
Дженет рассмеялась и положила зажигалку на столик.
— Пит, ты неподражаем.
— Рад, что заставил тебя улыбнуться. А теперь, детка, расскажи-ка мне,
что случилось вчера вечером, когда ты путешествовала за кулисы к Еве.
Расслин внимательно выслушал Дженет, время от времени задавая вопросы и что-
то отмечая в блокноте.
— Ты так и не увидела хромого вчера в театре, а только слышала шаги?
— Я никого не видела. Только Еву и миссис Симмонс и еще двоих рабочих
сцены. Все актеры были заняты переодеванием, накладывали грим и готовились
ко второму акту. Я видела хромого только со спины, когда он убегал по аллее.
— Послушай, Касс говорил тебе, где он все же провел время в антракте?
Ведь ты же понимаешь, что он не мог быть в фойе. Иначе Сандерс Ньютон его бы
увидел. Да и Торнтон отрицает, что Касс был там.
— Я не смогла побеседовать с братом с глазу на глаз. Полицейские строго
следили за тем, чтобы никто не разговаривал. Едва кто-то открывал рот,
раздавался приказ:
Никаких пересудов! Только лейтенант О'Тул уполномочен
говорить с каждым
.
— Послушай, дорогая, есть одно обстоятельство, которое ты должна ясно
осознать. Касс мог воспользоваться пожарным выходом и спрятаться в
гардеробной, пока ты была у Евы. Он мог убить ее, когда ты выбежала на
аллею. Нам придется искать твердое алиби для Касса, чтобы никто не мог
усомниться в его невиновности.
— Да, я понимаю.
Дженет ловила взгляд Расслина.
— Ради бога, Пит, я знаю, сколько тревог мы принесли тебе. Но это
жизнь. Прошу тебя, не расстраивайся. Я так же реально смотрю на события, как
и ты. Но, вне всяких сомнений, подозрение падает на Касса и меня. Либо на
одного из нас, либо на обоих. Есть только один шанс спастись — найти
истинного убийцу. Господи! Зачем только меня понесло за кулисы. Я попалась в
хитро расставленную ловушку.
— Каюсь, моя вина. Ведь я уговорил вас пойти на эту никчемную
репетицию. Мне казалось, выход в свет несколько развлечет тебя и брата. Ева
собиралась замуж за Торнтона, я боялся взрыва ревности Касса. Думал сделать
как лучше. Хотя было глупо надеяться примирить бывших супругов.
— Пит, ты не должен винить себя. Все кончено. Евы нет. И потом, в театр
мы с Кассом пошли по собственной воле. Никто нас не заставлял.
— Ты права, дорогая, Еву не воскресить. Расслин собрался уходить.
— Я хочу убедить Касса признаться, где он был во время убийства. Надо
отыскать какого-нибудь свидетеля. Ну кто-то ведь должен был узнать твоего
брата. Его фотографиями пестрят все газеты города.
Пит сжал ладони Дженет.
— Ничего-ничего, детка. Выше голову. Раздался телефонный звонок, Дженет
подняла трубку. Это был Гирам Поттер.
— Мисс Грант? Я хочу, чтобы вы кое-что сделали для меня.
— С удовольствием, господин Поттер. Чем могу быть полезной?
— Мне нужна ваша помощь.
— Господин Поттер, а можно...
— Потом. Все вопросы потом. Сейчас я прошу, чтобы вы поднялись наверх,
к своему окну. Туда, откуда вы увидели мойщика окон. Вы наблюдали, как он
шел по направлению к вашему дому. Так вот, вы не могли бы появиться у окна,
скажем, мину
...Закладка в соц.сетях
