Жанр: Любовные романы
Помечтай немножко
...ть. И мне пришлось перестать его бить.
Целовать его? Бить его ? Этан слегка замешкался, соображая, о чем еще ему следует спросить ребенка.
— Так ты побил Гейба?
— Я прыгнул ему на спину, когда он целовал маму. Я бил его по голове
книжкой до тех пор, пока он ее не отпустил.
Если бы эта история касалась кого-нибудь другого, она порядком позабавила бы
Этана, но речь шла о его брате. Он понимал: ему не следует задавать вопрос,
который почти с самого начала разговора вертелся у него на языке, но не смог
удержаться:
— А где был Гейб, когда ты прыгнул ему на спину?
— Он навалился на мою маму.
— Навалился?
— Ну да. Он лежал на ней.
Черт!
Карие глаза Эдварда наполнились слезами.
— Он плохой, и я хочу, чтобы вы заставили его убраться из дома. И еще я
хочу, чтобы вы разрешили моей маме трогать вместо него вас.
Этан, на время отбросив в сторону свои опасения, обнял мальчика за плечи.
— Со взрослыми людьми так не делается, — мягко сказал он. —
Твоя мама и Гейб — друзья.
— А чего он на нее наваливается?
— Они взрослые люди, а это означает, что они могут делать все, что
угодно, даже наваливаться друг на друга, если им этого хочется. — Этан
старался говорить как можно спокойнее. — И потом, Эдвард, это ведь
вовсе не означает, что твоя мама стала любить тебя меньше. Ты ведь и сам это
знаешь, не так ли?
— Наверное, — сказал мальчик, подумав немного.
— Возможно, сейчас ты пока еще не очень ладишь с Гейбом, но вообще-то он очень хороший человек.
— Он придурок.
— С ним случилась большая неприятность, и он от этого бывает сердитым,
но он вовсе не плохой.
— Какая неприятность?
Этан заколебался, но затем решил, что ребенку следует знать правду.
— У Гейба были жена и маленький сын, которых он очень любил. Некоторое
время назад они погибли в результате несчастного случая. Гейб до сих пор
очень из-за этого переживает.
Эдвард надолго замолчал, а потом придвинулся поближе к краю кушетки, так что
голова его уперлась Этану в грудь. Преподобный Боннер погладил мальчика по
руке и в очередной раз подумал о том, что пути Господни неисповедимы. Вот
сейчас он, стоя у окна, утешал сына мужчины, которого презирал, и женщины,
которая вызывала у него сильнейшую антипатию. Так почему же при этом у него
было так тепло на душе?
— Гейб в самом деле мой брат, — тихо сказал он. — Я его очень
люблю.
Ребенок замер, но не отстранился.
— Он злой, — сказал Эдвард, помедлив немного.
Этану трудно было понять, почему его добрый, мягкосердечный брат был холоден
по отношению к этому чудесному мальчику.
— Я хочу, чтобы ты подумал как следует. Разве Гейб не сделал для тебя
ничего хорошего?
Эдвард отрицательно покачал головой, но затем, подумав еще немного, сказал:
— Одну вещь сделал.
— И что же именно?
— Теперь он называет меня Чипом.
Четверть часа спустя Этан снял телефонную трубку и позвонил Кэлу. Не
посвящая его в содержание разговора с Эдвардом, пастор Этан сообщил старшему
брату, что у семьи Боннеров возникли серьезные неприятности.
— А бесплатно пробовать у вас здесь дают, а, братец? — раздался в
дверях закусочной глубокий мужской голос.
— Кэл!
Гейб бросил на стойку коробку с булочками и, выскочив из-за прилавка,
бросился навстречу мужчине, который был удивительно похож на него. Пока
братья хлопали друг друга по спинам, Рэчел, глядя на Кэла Боннера, думала о
странном капризе природы, которая, скомбинировав гены определенным образом,
наградила всех троих братьев Боннеров такой внешностью, что любого из них
можно было смело назвать настоящей грозой женщин.
В отличие от светловолосого Этана Кэл, темноволосый, красивый какой-то
свирепой красотой, был очень похож на Гейба. Правда, у Гейба были чуть
длиннее волосы и глаза светлее, чем у Кэла, но оба они были высокими,
стройными и мускулистыми. Хотя Рэчел знала, что бывший футбольный защитник
почти на два года старше Гейба, он казался моложе. Возможно, все дело в том,
что от него прямо-таки исходило сияние богатства и благополучия.
— Ты должен был предупредить меня о своем приезде, — сказал Гейб.
— Ну, ты же не думал, что я пропущу церемонию открытия, верно?
— Речь идет всего лишь о придорожном кинотеатре, Кэл.
Эти слова Гейба больно укололи Рэчел. Для нее
Гордость Каролины
давно уже
перестала быть обычным придорожным заведением, и ей хотелось, чтобы открытие
прошло как можно успешнее. Целый день она занималась обучением Кайлы. Помимо
этого, она учила кое-чему и Гейба, чтобы он тоже мог помогать обслуживать
посетителей в перерыве между сеансами. Он быстро схватывал все, но при этом
было видно, что его это мало интересует. Гейбу надо было заниматься лечением
животных, а не разносить заказы в забегаловке при кинотеатре.
— Хочешь кофе? — спросил Гейб у брата. — Или мороженого. Я
уже здорово научился делать конусы.
— Нет, спасибо. Как только мы выехали из Эшвилля, Рози начала
брыкаться: она ненавидит свое детское сиденье хуже всякой отравы. И поэтому
мне надо поскорее возвращаться в
мавзолей
, чтобы немножко помочь Джейн.
Рэчел сразу поняла, что имеет в виду Кэл под словом
мавзолей
. Старший брат
Гейба между тем продолжал говорить с несколько преувеличенным оживлением:
— Я просто заехал сказать тебе, что мы с Джейн решили завтра, часов в
одиннадцать, устроить небольшое семейное торжество в виде позднего завтрака
и пригласить тебя и Этана. Ты теперь бизнесмен, у тебя новое дело, а это
надо отметить. Надеюсь, ты будешь?
— Конечно.
— Да, и вот еще что, Гейб. Не надо передавать мои слова Джейн, но я бы
на твоем месте перед отъездом чего-нибудь поел. Я свою жену знаю: начнет
пичкать нас какими-нибудь булочками из проросшей пшеницы или еще чем-нибудь
в том же роде. Ты бы видел, какой дрянью она кормит Рози — ни сахара, ни
консервов, короче, ничего стоящего, что можно есть.
— Я все понял, — улыбнулся Гейб.
— У тебя тут все выглядит просто здорово. — Кэл окинул закусочную
таким восхищенным взглядом, словно попал в четырехзвездочный
ресторан. — Ты в самом деле здорово потрудился.
Рэчел с трудом сдержала презрительную усмешку. Кэл вел себя также, как Этан.
Рэчел успела полюбить
Гордость Каролины
, но было очевидно, что заведовать
придорожным кинотеатром — занятие не для Гейба. Почему ни один из братьев не
мог посмотреть ему прямо в глаза и спросить, что он собирается делать дальше
со своей жизнью?
Тут Кэл впервые с момента своего появления взглянул на Рэчел, и улыбка
испарилась с его губ. Хотя они были незнакомы, Рэчел сразу поняла, что Кэл
сообразил, кто она такая.
— Рэчел, это мой брат Кэл. Кэл, это Рэчел Стоун.
— Миссис Сноупс, — бросил Кэл и коротко кивнул.
— Рада познакомиться. Хал, — приятно улыбнулась Рэчел.
— Меня зовут Кэл.
— А-а... — Рэчел продолжала улыбаться.
Губы Кэла сжались, и Рэчел тут же пожалела о своем легкомыслии. Было
совершенно очевидно, что Кэл Боннер рвется в бой, а она бросила ему вызов.
После не совсем приятной процедуры знакомства с Кэлом все пошло наперекосяк.
Кайла уронила громадный кувшин с соусом, который разлился по всему помещению
закусочной, один из рабочих, занимавшихся подготовкой фейерверка, порезал
руку, да так сильно, что пришлось накладывать швы. Что касается Гейба, то он
ушел в себя и почти все время молчал. Ближе к вечеру, когда Рэчел
отправилась в город, чтобы забрать Эдварда, прямо перед ней из боковой
улочки на большой скорости выскочил старый
шевроле-люмина
, едва не
врезавшись в ее
форд
. Нажав на клаксон, Рэчел успела узнать в человеке,
сидевшем за рулем
шевроле
, Бобби Денниса, который снова поразил ее
враждебным выражением лица.
Вечером, пока Эдвард, которого она привезла в кинотеатр, возбужденно сновал
в закусочную и обратно, на стоянке
Гордости Каролины
начали собираться
машины.
— Я не лягу спать до тех пор, пока сам не захочу, правда, мама? —
нетерпеливо допытывался Эдвард.
— Ну конечно, пока сам не захочешь, — улыбнулась Рэчел, засыпая
зерна кукурузы в автомат для изготовления поп-корна, и подумала, что вряд ли
мальчик будет бороться со сном ради того, чтобы посмотреть глупую, но весьма
популярную киноленту, которую предполагалось пустить во время первого
сеанса.
В дверь закусочной вошли первые посетители — супружеская пара с несколькими
маленькими детьми, и Рэчел стала помогать Кайле принимать заказ. Вскоре
появилась буйная компания из трех подростков, одним из которых был Бобби
Деннис. Ими занялась Кайла, поскольку Рэчел в это время обслуживала пожилого
мужчину и его супругу. Однако прежде чем Бобби и его приятели покинули
закусочную, Рэчел все же успела с ними пообщаться.
— Надеюсь, вам понравятся фильмы, которые у нас сегодня покажут, —
сказала она, проходя мимо.
Бобби посмотрел на нее так, словно она обругала его последними словами.
Рэчел пожала плечами — ей стало ясно, что юноша не намерен легко сдавать
свои позиции.
Между тем посетители продолжали прибывать, хотя их было и не так много, как
она ожидала. Когда начался фейерверк, она выглянула на улицу и увидела, что
стоянка заполнена наполовину. Поскольку в Солвейшн было не так уж много
мест, где можно было развлечься и отдохнуть в пятницу вечером, Рэчел поняла,
что жители города просто-напросто дают Гейбу понять, что ему придется
расплатиться за то, что он нанял на работу вдову Сноупс.
Эдвард заснул вскоре после того, как начался фильм.
Когда мать разбудила его, он захныкал было, что не хочет ложиться, но его
протесты звучали довольно неубедительно. Поднимаясь по металлическим
ступенькам лестницы и ведя за руку сына, который на ходу сонно прислонялся к
ее боку, Рэчел чувствовала себя не в своей тарелке. Она сознавала, что
создала довольно серьезные проблемы Гейбу Боннеру. От будущего опять повеяло
неопределенностью.
Посмотрев на сонного Эдварда, Рэчел невольно подумала о том, что Гейб
старается наладить отношения с ее сыном. Он научил Эдварда кормить воробышка
и сводил мальчика на прогулку в лес, к пещере, где жили летучие мыши. Однако
Гейб не вкладывал в это своей души, и атмосфера в коттедже с каждым днем
становилась все более напряженной.
Когда мать и сын проходили через проекционную в кабинет Гейба, где для
Эдварда был приготовлен на полу спальный мешок, Том, киномеханик, обладатель
громкого голоса и целого выводка внуков, улыбнулся Рэчел и пообещал дать ей
знать, если мальчик проснется.
Спускаясь по ступенькам, Рэчел увидела в закусочной Гейба. В ту же секунду,
выйдя откуда-то из тени, к нему подошел какой-то мужчина. Рэчел показалось,
что она его уже где-то встречала, но с ходу вспомнить, где именно и когда,
ей не удалось.
— Похоже, у тебя сегодня с клиентами недобор, Боннер, — сказал
мужчина.
— Я не жду, что у меня каждый вечер здесь будет битком набито, —
ответил Гейб, пожав плечами.
— Особенно когда на тебя работает вдова Сноупс.
Гейб на секунду замер в неподвижности.
— Почему бы тебе не прекратить совать нос в чужие дела, Скаддер? —
сказал он после небольшой паузы.
— Как скажешь.
Мужчина, неприятно осклабившись, отошел.
Ну конечно. Расс Скаддер. Он порядком облысел и похудел с той поры, когда
Рэчел видела его в последний раз: когда-то он был более мускулистым.
Пройдя оставшиеся ступени вниз по лестнице, Рэчел снова оказалась в
закусочной. Гейб посмотрел на нее.
— Расс когда-то работал в службе безопасности храма, — сказала
она.
— Я знаю. Я его как-то нанял, чтобы он помог мне здесь, но через пару
недель пришлось его уволить. Он оказался ненадежным человеком.
— Но насчет сегодняшнего вечера он прав. Народу должно было приехать
гораздо больше. Это все из-за меня.
— Меня это не волнует.
Рэчел знала, что Гейба это действительно не волнует, и это беспокоило ее не
меньше, чем пустые места на стоянке кинотеатра
Гордость Каролины
.
— Интересно, а зачем Расс сюда заявился? — поинтересовалась она.
— Наверное, ему нужно было найти какое-нибудь укромное местечко, чтобы
потихоньку надраться.
Гейб отошел к машине, полной шумных подростков, а Рэчел вернулась в
закусочную, готовясь к перерыву между сеансами. Как только первый фильм
закончился, Гейб снова появился, чтобы ей помочь.
У стойки образовалась очередь, однако не настолько большая, чтобы вызвать
сбои в обслуживании. В ней Рэчел увидела обоих братьев Гейба. Кэл заказал по
две порции всего, что было в меню, и она решила, что в машине его ждут жена
с ребенком.
Этан тоже взял по две порции каждого блюда, но, поскольку его обслуживала
Кайла, Рэчел этого не заметила. Если бы она обратила на это внимание,
возможно, из чистого любопытства она выскользнула бы на минутку на улицу,
чтобы посмотреть, с кем приехал пастор Боннер.
Глава 18
Этан передал Кристи поднос с едой через окно своей машины, затем открыл
дверцу и скользнул на водительское место. Ноздри его тут же уловили запах
духов Кристи, который почему-то вызвал у него ассоциацию с черным бельем и
румбой. Последняя мысль была совсем уж странной, поскольку румбу он
танцевать не умел и не собирался учиться этому и впредь.
— Там было шоколадное печенье, и я купил немного, — сказал он,
захлопывая дверцу.
— Прекрасно, — сказала Кристи весьма прохладным, но вежливым
тоном, которым она разговаривала с Этаном весь вечер, словно давая ему
понять, что он ее босс, но никак не приятель.
Колечки на ее пальцах поблескивали, отражая огоньки светового каскада,
который включили на время перерыва между сеансами. Под озабоченным взглядом
Этана Кристи поставила поднос с едой между сидений и развернула свой хот-
дог. Этан попросил, чтобы его сдобрили горчицей, исходя из того, что ему
самому горчица нравилась. При этом он с огорчением отметил, что понятия не
имеет, как к этой приправе относится Кристи Браун. За последние восемь лет
они добрых две тысячи раз ели вместе, но он не мог припомнить, что она
любила из еды, — в голове у него роились лишь смутные воспоминания о
каких-то салатах.
— Салатов у них не было, — сказал он на всякий случай.
— Само собой, — сказала Кристи, бросив на него слегка удивленный
взгляд.
Этан почувствовал себя полным идиотом.
— Я не знал, что тебе больше нравится — обыкновенная горчица или
острая. — Он сделал небольшую паузу. — Там есть и та и другая.
— Меня вполне устроит эта.
— Может, предпочитаешь кетчуп?
— Это не имеет значения.
— Или еще какую-нибудь приправу? — Этан отложил сосиску. — Я могу сходить и принести.
— Не нужно.
— Правда? А то я могу. — Этан уже наполовину приоткрыл дверцу
машины со своей стороны, на Кристи его остановила:
— Этан, если уж на то пошло, то я терпеть не могу хот-доги!
— Вот как. — Пастор Боннер захлопнул дверцу и откинулся на спинку
сиденья, чувствуя себя совершенно несчастным. На экране часы на фоне
марширующих бутылок с содовой водой отсчитывали последние секунды перед
началом нового сеанса, но у Этана возникло такое чувство, будто бегущая по
циферблату стрелка отмеряет последние мгновения его жизни.
— Правда, шоколадное печенье я люблю, — сказала Кристи.
Этан покачал головой:
— Получается, все то, что ты мне сказала тогда в
Горце
, — чистая
правда, верно? Я совсем ничего о тебе не знаю.
— Ну почему же, теперь ты знаешь, что я ненавижу сосиски, — мягко
поправила его Кристи.
При желании она могла бы смешать его с грязью, но не стала этого делать.
Такой уж она была человек, Кристи Браун. Этан спрашивал себя, почему не
замечал этого раньше.
Всю свою жизнь он почти не думал о ней, а теперь вот не мог думать ни о ком,
кроме нее.
Кристи завернула свою сосиску в салфетку, положила обратно на поднос и
занялась шоколадным печеньем. Прежде чем откусить первый кусочек, она
расстелила бумажную салфетку у себя на джинсах. Кстати, джинсы, которые были
на ней в этот вечер, равно как и довольно ординарная белая блузка,
разочаровали Этана. Он решил, что Кристи, по всей вероятности, приберегает
свои сногсшибательные шорты и блузки с глубоким вырезом для Майка Риди.
Освободив от обертки соломинку, Этан проткнул ею крышку стакана с вишневым
напитком.
— Я слышал, ты встречаешься с Майком, — с трудом выдавил он,
стараясь, чтобы голос звучал как можно небрежнее, так, словно тема, которую
он затронул, интересует его ничуть не больше, чем погода на прошлой неделе.
— Он очень хороший человек.
— Да, я понимаю, — пробормотал Этан, глядя на вьющиеся пряди
темных волос Кристи, частично прикрывавшие ее щеки. Ему хотелось отбросить
их назад, и на какое-то мгновение он вдруг представил себе, как он делает
это, но не рукой, а губами.
— Ты что? — спросила Кристи, искоса посмотрев на него.
— Ничего.
— Давай говори, — нетерпеливо потребовала Кристи. — Когда ты
что-то не договариваешь, я всегда чувствую.
— Ну... Пойми меня правильно... Майк, конечно, прекрасный парень, но...
когда он учился в школе, то был немного... не знаю даже, как сказать. Ну,
немного диковат, что ли.
— Диковат? Майк? — удивилась Кристи, отметив, что для священника,
привыкшего читать проповеди. Этан сегодня довольно косноязычен.
— Да нет, сейчас-то все в порядке. — Этан почувствовал, что
начинает потеть. — Он действительно, как я уже сказал, хороший парень,
но он иногда бывает немного... чудным, знаешь ли. Рассеянным.
— И что из этого?
— Да ничего. — У Этана вдруг разом пересохло в горле, и он глотнул
напиток из стакана. — Просто я подумал, что тебе лучше об этом знать.
— О чем? О том, что он рассеянный?
— Ну да.
— Ну хорошо. Спасибо, что ты меня предупредил. — Кристи откусила
кусочек печенья, причем сделала это так, что не просыпалась ни одна крошка.
Этан только сейчас неожиданно понял, как ему нравятся ее аккуратность и
опрятность.
— Я имею в виду, что, когда он, Майк то есть, сидит за рулем, он
может... Ну, ты понимаешь.
— Отвлечься?
— Да.
Кристи положила печенье на салфетку, в очередной раз сверкнув колечками.
— Ну хорошо, Этан. Скажи мне, к чему ты клонишь? Ты весь вечер ведешь
себя очень странно.
Она была права, и потому Этан не мог понять, почему ее слова так его
рассердили.
— Кто, я? Это ты ведешь себя странно — надо же, вырядилась в джинсы!
Лишь после того, как эти слова сорвались у него с языка, Этан понял,
насколько они были неуместны.
— Но ведь ты тоже в джинсах, — заметила Кристи, стараясь не терять
терпения. — Готова поспорить, ты их погладил, прежде чем надеть. Я свои
не гладила, но...
— Дело совсем не в этом, и ты прекрасно это знаешь.
— Нет, не знаю. Что ты имеешь в виду?
— А на последнее свидание с Майком ты тоже ходила в джинсах?
— Нет.
— Тогда почему ты в джинсах, когда ты со мной?
— Потому что это не свидание.
— Сегодня вечер пятницы, и мы припарковались в предпоследнем ряду на
стоянке
Гордости Каролины
! Я бы сказал, что это самое настоящее свидание,
разве не так?
Глаза Кристи расширились, и терпеливое выражение разом исчезло с ее лица.
— Прости меня, но ты что же, хочешь сказать, что после стольких лет
знакомства великий Этан Боннер наконец пригласил меня на свидание, а я об
этом даже не знаю?
— Ну, это не моя вина, верно? И потом, что значит
наконец
?
Прежде чем говорить, Кристи глубоко вздохнула:
— Скажи, чего ты от меня хочешь?
Что Этан мог ей ответить?
Я хочу, чтобы мы были друзьями
? Или:
Я хочу
тебя, хочу твое тело, которое ты столько лет от меня прятала
? Нет,
разумеется, не это. Ведь перед ним же была Кристи. Возможно, ему следовало
сказать, что она не имела права так меняться по отношению к нему и что он
хочет, чтобы все было как прежде, но это было бы не правдой.
— Я не хочу, чтобы ты спала с Майком Риди.
— А кто сказал, что я с ним сплю?
Поддельные бриллианты в ушах Кристи сверкнули. Она явно была взбешена.
— Я заглянул в твою сумочку: презерватива, который там лежал, в ней
больше нет.
— Ты рылся в моей сумочке? Ты, честный, безгрешный преподобный Боннер?
То, что от его сообщения Кристи не столько разозлилась, сколько смутилась,
поубавило Этану горячности.
— Извини меня. Этого никогда больше не случится. Я просто был... — Этан
отставил стакан с напитком. — Я просто беспокоился за тебя. Тебе не
следует спать с Майком Риди.
— А с кем тогда, по-твоему, мне следует спать?
— Ни с кем!
Кристи мгновенно снова вся подобралась.
— Прости, Этан, но такая жизнь больше не для меня.
— Я же сплю один, а почему ты не можешь?
— Не могу, и все. Хватит с меня. У тебя по крайней мере есть хотя бы
какое-то прошлое, и даже бурное прошлое, тебе есть что вспомнить. У меня
даже этого нет.
— Да никакое оно не бурное! Ну, хотя да, может быть... но... найди по
крайней мере подходящего человека, Кристи. Не бросайся на первого
попавшегося. Когда ты встретишь своего мужчину, ты сразу поймешь, что это
он.
— А может, я и сейчас уже все поняла.
— Майк Риди тебе совсем не подходит!
— А тебе откуда это знать? Ты не помнишь даже, что я терпеть не могу
хот-доги. Ты не знаешь, когда у меня день рождения, понятия не имеешь, кто
мой любимый певец. Откуда ты можешь знать, кто мне подходит, а кто нет?
— День рождения у тебя одиннадцатого апреля.
— Шестнадцатого.
— Вот видишь! Я знал, что в апреле!
Кристи, подняв бровь, испустила долгий вздох. Этан заподозрил, что она при
этом считает про себя до десяти.
— Я вынула из сумочки презерватив, потому что мне показалось глупым все
время таскать его с собой.
— Значит, ты и Майк не...
— Пока еще нет. Но это возможно. Мне он в самом деле нравится.
— В таких случаях мало, чтобы мужчина просто нравился. Я тебе тоже
нравлюсь, но это же не значит, что ты собираешься заняться со мной сексом.
— Конечно, нет.
— Вот видишь, — сказал Этан, почувствовав укол разочарования.
— Да и как я могу заниматься с тобой сексом? Ты ведь священник и не
можешь нарушать нормы морали.
Неужели она хочет этим сказать, подумал Этан, что, если бы он не был
священником, это не было бы невозможным?
— И потом, — продолжила Кристи, — я тебя не привлекаю.
— Это не правда. Ты мой...
— Не смей это говорить! — Кристи резко встряхнула головой, так что
волосы ее всколыхнулись, а поддельные бриллианты в ушах снова предупреждающе
сверкнули. — Не смей говорить, что я твой лучший друг! Никакой я тебе
не друг!
Этан почувствовал боль, словно его ударили. По роду своих занятий он нередко
давал людям советы в трудных ситуациях. Он гораздо лучше многих понимал всю
сложность мотивов, движущих людьми. Так почему же он был так бессилен рядом
с Кристи Браун?
Секундная стрелка на часах, изображенных на экране, обежала последний круг
перед началом второго сеанса. Этан всегда отличался упорством и
последовательностью, но сидящая рядом с ним в машине женщина каким-то
неведомым образом лишила его этих качеств.
— Кристи, что с тобой происходит?
— Ничего особенного. Просто я начала жить, — мягко сказала
она. — Наконец-то.
— Что это значит?
Кристи так долго молчала, что Этан уже начал думать, что не получит ответа
на свой вопрос. Однако он ошибся.
— Это значит, что я наконец-то перестала жить прошлым. Я начала жить
реальной, своей жизнью. — Она бросила на Этана взгляд, в котором, как
ему показалось, он заметил отзвук какой-то внутренней борьбы. — Это
означает, что я больше не буду любить тебя, Этан.
По телу Этана Боннера
...Закладка в соц.сетях
