Жанр: Любовные романы
Плейбой
...лвки. Это не разбило им
сердец. Кендалл посмотрела на полицейского, который ждал ответа.
Незачем было откровенничать с невольным спасителем, но ей захотелось все ему
объяснить.
— Мы с женихом расстались по обоюдному согласию. — Кендалл
сообщила о наиболее позитивном событии прошедшего утра в надежде, что он
поймет — она никого не бросала и не нарушала клятвы.
— Я в этом не сомневался. — Он провел рукой по темным, как
шоколад, волосам.
Длинные пряди упали на лоб как-то уж очень сексуально, на ее взгляд.
— Тогда зачем лить слезы? — поинтересовался он.
У нее повлажнели глаза.
— Это от солнца.
— Неужели? — Прищурившись, он изучал ее. — Солнце светило
так, что краска потекла?
Наблюдательный, интеллигентный и сексуальный.
Убийственная комбинация, подумала Кендалл. Он явно видит ее насквозь. Она
поежилась, несмотря на жару.
— Ладно, — последовал вздох. — Вы считаете меня примитивным
созданием. Да, мне немного взгрустнулось. — Ей все еще было непонятно —
так заторможенно она среагировала на недавнюю смерть тетки или это все-таки
от ощущения настоящей свободы, которое овладело ею после разрыва? Или то и
другое вместе? Как бы то ни было, почувствовав облегчение, Кендалл в ту же
минуту прыгнула в машину и умчалась прочь.
— Ячеловек импульсивный, — засмеялась она.
Он промолчал.
Кендалл понимала, что ей нужно подождать, собраться с мыслями и отправиться
на Запад. Седона в Аризоне — вот о чем она мечтала. Там она надеялась
отшлифовать свое мастерство и узнать побольше о секретах ювелирного дела. Но
душевная боль, от которой она не могла избавиться после смерти тетки,
привела ее в Йоркшир-Фоллз. Здесь находился полный воспоминаний старый
теткин дом. То, что ей наконец удастся уладить дела с наследством, было
положительным моментом в этом принятом наспех решении. Нужно было вернуться
в этот дом, чтобы прийти в себя, а потом вновь устремиться в дорогу.
Полицейский так и не произнес ни слова. Губы у Кендалл задрожали, и она
снова нервно заговорила, в то время как он пристально рассматривал ее:
— Моя тетка всегда говорила, что любой порыв заканчивается на ближайшей
автобусной остановке. Мудро, правда? — Она словно увидела себя со
стороны — подвенечное платье, из одежды только наряды для медового месяца в
багажнике, какая-то мелочь в кармане вместо денег...
— Ваша тетка, судя по всему, умная женщина, — наконец сказал он.
— Да, она умная. Была. — Кендалл проглотила слезы. Тетя Кристал
умерла несколько недель назад в частной лечебнице, за которую платила
Кендалл. Не потому, что тетка просила ее об этом. Она платила добровольно.
На всем белом свете существовало только два человека, для которых Кендалл
могла сделать все, что угодно, — тетка и четырнадцатилетняя сестра. За
несколько лет Кендалл прошла путь от обиды на сестру до любви к ней. После
того как она разберется с домом и оставшимися вещами Кристал, нужно будет
заехать в школу к Ханне, а уж потом — вперед, на Запад!
Коп настороженно смотрел на нее, щурясь от солнца. Вокруг его глаз собрались
морщинки.
— Итак. — Он шагнул к ней. Кендалл окутал исходящий от него
мужской запах. Стало жарче, чем от солнца. — Назовите настоящую
причину, почему вы оказались здесь, и мы займемся делами.
Какими делами?
— Не понимаю, о чем вы. — Поток адреналина хлынул в кровь.
— Ну хватит. Я ведь вызволил вас. Как вы думаете, что будет дальше?
— Ну, не знаю. Секс на заднем сиденье патрульной машины?
У него потемнели глаза. Кендалл поняла, что его тянет к ней, и прикусила
язык, жалея о вырвавшейся глупости. Если говорить откровенно, она
чувствовала то же самое. У нее появилось непреодолимое желание увести его в
лес и сделать все, что хотелось. Кендалл все еще не верила себе, но этот
полицейский возбуждал ее. Больше, чем любой другой мужчина, который у нее
был, включая Брайана.
— В конце концов мы до чего-нибудь дойдем. Итак, вы готовы признаться,
что устроили мне ловушку?
— Даже не подумаю. Я вообще не понимаю, о чем вы, черт побери,
талдычите. — Она уперла руки в бока. — Отвечайте, сержант. Ваш Йоркшир-
Фоллз всех прибывших так встречает? Грубо, разнузданно и с завуалированными
обвинениями? — И, не дожидаясь, что он ответит, сделала вывод: — Если
так, тогда мне понятно, почему у вас здесь совсем нет роста населения.
— Мы разборчивы и не всем разрешаем у нас селиться.
— Вот и чудесно. И для вас, и для меня. Я не собираюсь задерживаться
здесь надолго.
— Разве я сказал, что вы у нас нежелательны? — У него скривились
губы. Он явно пытался скрыть улыбку.
Даже несмотря на сарказм, на обвиняющий тон, его голос навевал мысли о
спальне, в голосе звучала харизма. Звучала сексуальность. Кендалл
затрепетала.
Потом провела языком по пересохшим губам. Пора было убираться отсюда.
— Очень не хочется ни о чем просить, но не могли бы вы подбросить меня
до Эджмонт-стрит, к дому сто пять? — У нее не было другого выхода,
кроме как закрыть глаза на его поведение и довериться тому, что значилось на
его бейдже, довериться его честности и своему собственному инстинкту.
— Сто пятый на Эджмонт-стрит? — Полицейский удивленно выпрямился.
— Именно. Отвезите меня, и больше вы меня не увидите.
— Размечталась, — пробормотал он.
— Что, простите?
Он покачал головой и что-то проворчал под нос, потом встретился с ней
взглядом.
— Вы племянница Кристал Саттон.
— Да, я Кендалл Саттон, но откуда...
— А я Рик Чандлер. — Он вознамерился было подать ей руку, но потом
передумал и сунул кулак в карман брюк.
Потребовалась минута, чтобы слова дошли до нее, а когда дошли, Кендалл
вскинула на него глаза:
— Рик Чандлер? — Помимо Кендалл, у тетки была только одна подруга.
Она и помогла ей перебраться из Йоркшир-Фоллза в клинику рядом с Нью-Йорком.
Кендалл внимательно посмотрела на него: — Вы сын Райны Чандлер?
— Он самый. — Выглядел Рик не слишком довольным.
— Как много времени прошло! Можно сказать, целая вечность. —
Кендалл было десять в то счастливое лето, которое она провела с тетей
Кристал, прежде чем ту скрутил артрит и Кендалл пришлось уехать. Она
вспомнила, что вроде бы встречалась с Риком Чандлером. Или это был один из
его братьев? Кендалл пожала плечами. Проведя здесь единственное лето в
десятилетнем возрасте, она ни с кем не сошлась близко и не поддерживала
связи, когда уехала.
Жизнь Кендалл состояла из сплошных переездов. Родители ее были археологами и
ездили с экспедициями по удаленным уголкам планеты. Ребенком она почти не
следила за их перемещениями, а сейчас места экзотического пребывания
родителей интересовали ее ровно настолько, насколько родители интересовались
ею.
До пяти лет Кендалл прожила с ними за границей, а потом они отослали ее
назад в Штаты, где ей пришлось кантоваться то у одних родственников, то у
других. Кендалл не переставало удивлять, зачем нужно заводить ребенка, если
не собираешься растить его, но она слишком мало времени провела с
родителями, чтобы спросить об этом. А потом родилась Ханна, и на пять лет
родители осели в Штатах. В двенадцать лет, вернее, почти в тринадцать,
Кендалл снова поселилась с ними, но не открыла своего сердца людям, которые
постоянно бросали ее и вернулись домой только из-за новорожденного ребенка.
Отчуждение между Кендалл и родителями росло, хотя теперь их не разделяли
океаны и континенты. Так продолжалось до их нового отъезда, когда Кендалл
было уже восемнадцать и она встала на ноги.
— Ты выросла с тех пор. — Голос Рика вернул ее к действительности.
Он широко улыбался.
О, этот человек знал себе цену!
— Ты тоже. Вырос, — тупо пробормотала она. В эффектного мужика. С
корнями, вросшими в этот городок глубже, чем любое дерево. Как раз о корнях
Кендалл вообще мало что знала, как и об этом сексуальном красавце —
настоящей угрозе для женщины, которая стремится к перемене мест.
— Моя мать знала, что ты приедешь сегодня? — спросил Рик.
Кендалл покачала головой.
— А это был еще один мой порыв. — Она непроизвольно поправила
розовые пряди.
Сделав выдох, Рик немного расслабился.
— Следствие несбывшегося замужества?
Она кивнула и закусила губу.
— Сегодня все идет кувырком.
— Включая то, что я вытащил тебя из машины?
Кендалл усмехнулась:
— Это был интересный опыт, сержант Чандлер.
— Так было задумано, — рассмеялся он.
От его голоса — низкого, слегка хриплого — все внутри у Кендалл свернулось в
теплые напряженные кольца желания.
— Послушай, я знаю, что это прозвучит странно, но не могли бы мы
сделать так, чтобы подробности нашей первой встречи остались между
нами? — У него на щеках появился слабый румянец. Кендалл показалось,
что такое бывает с ним не часто.
— Сию же минуту увези меня с этой жары в дом с кондиционером, и обещаю,
никому не скажу ни слова.
Рик вскинул брови:
— Ты ведь уже давно не была в доме Кристал. — Это был скорее не
вопрос, а напоминание о факте, прекрасно известном им обоим.
Только Кендалл знала о причинах этого. Она кивнула:
— Несколько лет. А что?
Сержант пожал плечами:
— Сама увидишь. У тебя есть багаж? — спросил он.
— Сумка и чемодан. — С купальными костюмами и прочей отпускной
дребеденью. Кендалл вздохнула. Ничего не поделаешь, потом придется пройтись
по магазинам, купить что-нибудь более практичное.
Рик перенес ее вещи к себе в багажник. Потом, поддерживая под локоть, усадил
в машину, вежливо, в полном противоречии с тем, как вел себя до этого.
Через минуту они уже мчались по дороге. Пот струился по спине Кендалл.
Тесное платье прилипло к влажной коже. Несмотря на кондиционер, перегонявший
потоки холодного воздуха, в машине висел жар. От близости Рика Чандлера
Кендалл становилось все жарче, а он, казалось, перестал обращать внимание на
ее шарм.
Превратившись в гида, он указывал на городские достопримечательности, мимо
которых они проезжали. И все это время сохранял почтительную дистанцию.
Слишком почтительную, с досадой подумала Кендалл.
— Вот мы и приехали. — Рик кивнул на Эджмонт-Стрит.
Кендалл подняла голову. Издали старый дом выглядел таким, каким она его
помнила. Массивным зданием в викторианском стиле с колоннадой и огромной
лужайкой. Здесь она участвовала в чаепитиях, здесь ей стали прививать вкус к
поделкам из бисера и бус, к тому, как придумывать украшения, пока болезнь
тетки все не изменила. Здесь у Кендалл родилась детская мечта навсегда
остаться с теткой, которую она обожала.
Но дом Кристал оказался временным убежищем, как и все другие дома до и после
него. И когда тетка велела ей вновь собираться в дорогу, Кендалл поняла, что
не стоит слишком привязываться ни к определенному месту, ни к какому-либо
человеку. Но если она так хорошо усвоила этот урок, тогда почему к горлу
подкатил комок, стоило ей увидеть пришедший в упадок дом глазами уже
взрослого человека? Она грустно вздохнула.
Машина въехала в парк. Положив мускулистую руку на спинку сиденья, Рик
повернулся к Кендалл:
— За все эти годы дом слегка обветшал.
— Это еще мягко сказано. — Она выдавила улыбку. Ни к чему
вываливать на него свои огорчения. Он и без того принял в ней
участие. — Тетя Кристал говорила, что сдала дом. Мне казалось, что тут
все идет как надо, потому что, находясь в клинике, она все время просила
меня ни о чем не беспокоиться. Наверное, я слишком доверилась ей.
— Внешний вид может быть обманчивым. Тут все в порядке. Конечно, это
зависит от точки зрения.
Опять этот его особый юмор. Кендалл рассмеялась. Рик ей нравился.
— Перл и Элдин ждут тебя? — поинтересовался он.
— Жильцы? — Кендалл кивнула: — Я предупредила их с дороги.
Сказала, что приеду и остановлюсь в гостинице. Но они настояли, чтобы я
устроилась в гостевом флигеле позади дома. — Ей показалось странным,
что тот сохранился лучше, чем главный дом, возвышавшийся перед ней. —
Надеюсь, удастся договориться, чтобы именно они купили дом. — Учитывая
неоплаченные счета тетки, Кендалл нужно было продать дом как можно дороже, в
крайнем случае по рыночной цене, но не дешевле.
Кендалл покусала нижнюю губу.
— Если сумею быстро договориться, в конце недели я уже уеду. — В
словах было больше оптимизма, чем она чувствовала на самом деле.
Рик молчал.
— Что?
Он покачал головой:
— Ничего. Зайдешь внутрь?
Кендалл кивнула, сообразив, что они уже на месте. Не успела она собраться с
мыслями, как Рик открыл дверцу с ее стороны, готовый помочь ей выйти из
машины. Пришлось стиснуть зубы, прежде чем дотронуться до него.
Толчок, который Кендалл ощутила, вложив свою руку в руку Рика, был еще
ощутимее, чем в первый раз. Она не отстранила его руку, у нее и в мыслях не
было такого. Но Рик явно подумал об этом сам. Он быстро отпустил Кендалл, и
та, подхватив сумку, направилась к дому.
Она шла по длинной подъездной дороге. Высоченные шпильки застревали в
разбитых плитках, но ей как-то удавалось сохранять равновесие. Оставался еще
один шаг до пешеходной дорожки. И тут каблук попал в разогретый гудрон и
прочно там увяз. Застрявшая нога потянула Кендалл назад, она наклонилась
вперед и упала лицом на каменную дорожку.
Вскрикнув, Кендалл зажмурилась, чтобы не видеть того, что сейчас произойдет.
Глава 2
Что же есть такого особенного в женщинах на высоких каблуках? Он не мог бы
этого объяснить. Но в том, что Кендалл выглядела чертовски привлекательной
даже в подвенечном платье, Рик был абсолютно уверен. Он смотрел, как она,
неуверенно ступая, шла по подъездной дороге, и собирался предложить ей
помощь. Но руки оттягивал чемодан. А еще он сильно подозревал, что им лучше
держаться друг от друга на расстоянии. И вот тут она покачнулась.
Удержать ее он не смог бы, но мог смягчить падение. Поэтому Рик нырнул
вперед, подхватив ее, пока она падала. Он жестко приземлился на спину,
крепко приложившись о пешеходную дорожку. Втянув в себя воздух, Рик
почувствовал, как вся его настороженность улетучилась от изысканного,
возбуждающего аромата Кендалл.
Черт, это было нечто! Даже не имея сил вдохнуть, он захотел ее, и не только
потому, что легкие шелковистые волосы касались его лица. Она была
удивительно женственной и нежной. Какой и должна быть настоящая женщина.
Этакая загадка с розовыми волосами.
— С тобой все в порядке?
Рик не понял, кто из них первым задал вопрос.
— Ничего не пострадало, кроме моего достоинства, — призналась
Кендалл. — А как ты?
— Приходилось проводить и более жесткие броски.
— В бейсболе?
— В софтболе с соседним полицейским участком. — Болтовня не
отвлекла Рика от того факта, что он явно обнимает ее. Желание, которое
лизнуло его изнутри, стало сильнее. Вряд ли Кендалл могла оценить его
состояние из-за роскошных кружев, которые отделяли их друг от друга. Но
несмотря на кружевную пену, он-то прекрасно все чувствовал. Поэтому нужно
было прекратить это телесное слияние, пока он, ничего уже не соображая, не
начнет ее целовать и не выставит себя полным дураком. — Думаю, тебе
пора встать, а то ты раздавишь меня.
— Намекаешь на мой лишний вес? — спросила Кендалл.
Только уверенная в себе женщина могла так пошутить над собой Впечатление,
что она не такая, как другие, усилилось. Кендалл перекатилась на бок, и Рик
сразу ощутил потерю.
Он взглянул на нее и чуть не рассмеялся — Кендалл еще больше запуталась в
платье.
— Знаешь, как говорится, если хочешь, чтобы все вышло как надо, делай
все сам. — Нарочито громко застонав, он поднялся. Потом наклонился и
подхватил на руки белый кружевной узел.
— Что ты делаешь? — Кендалл крепко обхватила его за шею.
Поцарапанную при падении спину жгло, и Рику не хотелось повторить то же
самое во второй раз.
— Пытаюсь защитить жизненно важные части моего организма от дальнейших
повреждений.
— Какая прелесть! На мой взгляд, ты ничего себе не повредил.
Рик перевел дух. Он многое бы отдал, чтобы создать иллюзию собственной
неуязвимости для этого создания в пышном платье. Он хотел ее, и она знала об
этом.
Женщина, которая только что ушла из-под венца и которая произвела на него
столь сильное впечатление, была опасна. И к тому же она была веселым
человеком. Рик вдруг понял, что такой у него давно не было. Жизнь вокруг
была очень пресной. С грустью приходилось признать, что мать и ее женская
добровольческая армия превратились в нечто повседневное. Кендалл не
принадлежала к ним и именно этим особенно нравилась ему.
Рик двинулся по дорожке, оставив багаж позади. Ему удалось пройти несколько
шагов с Кендалл на руках, когда двери дома неожиданно широко распахнулись.
Перед ними возникла Перл Робинсон, женская половина пожилой пары, снимавшей
дом у тетки и жившей во грехе, о чем сама Перл любила рассказывать всему
городу.
— Элдин, у нас гости! — крикнула Перл, обернувшись через плечо. С
Элдином Уингейтом они были вместе уже целую вечность. — Яждала
племянницу Кристал, а дождалась парочку голубков. — Перл поочередно
осмотрела Рика и женщину у него на руках. — Ты скрыл это от нас. Рик.
Ты скрыл это от матери. Нынешним утром она как раз кляла свою судьбу за то,
что у нее нет внуков.
Он закатил глаза:
— Что ж тут нового!
Перл снова посмотрела через плечо.
— Элдин, лентяй, двигай быстро сюда! — завопила она, недовольная
тем, что тот все никак не объявится. — Поторопись, пока он ее не
уронил.
— Ни за что, — шепнул Рик на ухо Кендалл не столько для того,
чтобы успокоить ее, сколько для того, чтобы вдохнуть запах ее волос.
— Ты же не будешь против, если я кое-что предприму. Так, на всякий
случай. — И Кендалл еще крепче обхватила его за шею своими маленькими
нежными руками.
Рику это понравилось.
— Иду-иду, женщина. — Сожитель Перл появился рядом с ней —
высокий, седовласый и при собственных зубах. Во всяком случае, сам Элдин так
утверждал. — Почему ты не пускаешь гостей в дом? — Увидев Рика, он
удивленно замолчал.
— Привет, Элдин. — Рик приготовился покорно отвечать на неизбежные
вопросы.
— Ни фига себе, сержант.
— Разве я не говорила тебе? — спросила Перл, посмотрев на свое
сокровище. — Вот именно по этой причине я не скоро выйду за
тебя. — Она повернулась к Рику с Кендалл на руках. — Мы
сожительствуем во грехе, — призналась она им, понизив голос, как будто
кто-нибудь мог ее подслушать.
— Противная баба, все время выдумывает какие-нибудь дурацкие причины,
чтобы не выходить за меня.
— У Элдина слабая спина, а я не хочу выходить за человека, который не
сможет перетащить меня через порог. Я вам уже говорила, что мы живем во
грехе? — Она снова понизила голос.
Кендалл засмеялась и грудью задела Рика. Его бросило в жар.
— Может, мы войдем в дом, пока я ее не уронил?
— Простите мою невоспитанность. — Перл оттолкнула Элдина, и они
освободили дорогу. — Заходи, Рик, и переноси свою невесту через порог.
Нет, этого он не вынесет. Задыхаясь от жары, Рик мерил шагами гостевой
домик, стоявший на задах главного дома Кристал Саттон. Сюда их привел Элдин,
чтобы они тут
устроились
. Перл настояла, что ей необходимо съездить в
город купить кое-какие мелочи.
— Ну да, конечно, — проворчал Рик. Перл собиралась рассказать
всему свету, что видела, как Рик Чандлер переносил свою невесту через порог
дома. Для нее было не важно, что свадебная церемония тут ни при чем, а
невеста и предполагаемый жених только-только познакомились. Перл ничего не
желала слушать.
Напряжение в плечах у Рика усилилось. Единственное, что ему
оставалось, — это надеяться на то, что когда слухи дойдут до матери,
она положит конец всем этим глупостям. Уж кому-кому, а Райне было прекрасно
известно, что Рик никогда больше не женится и не скроется куда-нибудь со
своей возлюбленной. Она-то не купится на глупый треп. Но новость разойдется
по городу, и каждый начнет строить домыслы про Рика Чандлера и какую-то
леди, которую он вволок в дом на руках, переступив с ней через порог.
Он застонал, и в первый раз в жизни ему захотелось переехать в какой-нибудь
большой город, где ни одна собака не знает его. Рик тряхнул головой,
понимая, что такого никогда не будет. Помимо воспоминаний, которые держали
его здесь, он любил свою семью и своих друзей. Рик чувствовал свое единство
с городком, который он не смог бы покинуть. Н-да, мечтать не вредно.
Рик посмотрел на дверь ванной, куда Кендалл отправилась переодеться. Его
невеста! От ощущения полного абсурда он закатил глаза и вытер ладонью
вспотевший лоб. Черт, здесь было как в сауне. Теперь ему следовало
убедиться, что Кендалл поедет в магазин за кондиционером.
Интересно, куда она провалилась? Ей захотелось сменить платье, но это было
еще минут десять назад. Рик подошел к двери в ванную и стукнул два раза.
— С тобой все в порядке?
— Более или менее. — Ответ прозвучал как-то невнятно.
Рик подергал ручку. Дверь оказалась заперта. Он постучал еще раз.
— Открой, или я выбью дверь. — Он надеялся, что до этого не
дойдет. После броска на подъездной дороге спина и плечи у него все еще ныли.
Дверь со скрежетом распахнулась. Рик вошел и увидел, как Кендалл плюхнулась
на крышку унитаза и свесила голову вниз.
— Мне так плохо!..
Рик с тревогой посмотрел на нее:
— Чему тут удивляться? Затянулась в это чертово платье, кровь не
поступает. Я-то думал, ты уже избавилась от него.
— Пыталась, но здесь так душно... Я не смогла сама расстегнуть
пуговицы. Решила на минутку присесть. Потом стала думать о тетке, обо всех
годах, которые она провела здесь. Когда я встала, голова снова
закружилась... — Кендалл через силу пожала плечами.
То, что она любит потрепаться, Рик понял уже по дороге сюда. Мысли у нее
перескакивали с одного на другое, но сейчас его пронзило одно ощущение.
Ощущение ее внутренней боли. Рик лишился отца, когда ему было пятнадцать.
Хотя к тому времени он был уже подростком, Рик плохо помнил его. И все же
отец словно был рядом с ним и в мальчишеских играх, и на бейсбольном поле, и
одинокими ночами в школе.
— Мой отец умер давно. Но все равно я тебя понимаю. — Неожиданно
для себя он вдруг заговорил с Кендалл очень откровенно. Причин быть с ней
осторожным было достаточно, но Рик не стал себя останавливать. — Это
случилось двадцать лег назад. Мне тогда было пятнадцать, — сказал он,
вспоминая. — Но иногда и сейчас боль такая острая, что кажется, все
случилось вчера.
Рик натолкнулся на ее повлажневший взгляд, и сердце у него заныло. Он не
рассчитывал на взаимопонимание с ней, особенно в эмоциональной сфере, чего,
кстати, обычно избегал. И очень удивился, когда сообразил, что прекрасно
понимает ее — эту незнакомку, эту женщину.
— Мне жаль, что все так получилось с твоей теткой. — Он не сказал
этого раньше, но был искренен.
— Спасибо, — хрипло произнесла Кендалл. — А мне — что с твоим
отцом.
Он кивнул. Между ней и Кристал существовала какая-то особая связь. Рик знал,
что такое семейные узы. У Чандлеров они были очень тесными. Их связывали
общие воспоминания — и плохие, и хорошие. Боль, которую переживала Кендалл,
была ему понятна. Он вдруг обнаружил, ч го ему хочется утешить ее. И совсем
не потому, что помощь и защита нуждавшихся в них значились в его служебной
инструкции.
Рик чуть не застонал. Один раз он уже прошел по этой дорожке, получив под
дых за свои старания.
— Если голова закружилась, что же ты не позвала?
...Закладка в соц.сетях
