Жанр: Любовные романы
Сладостное пробуждение
...от протестов. — Сегодня он говорил с
отцом. Завтра о нашей помолвке будет сообщено в газетах...
— Понимаю. Тогда позволь мне первому пожелать тебе счастья.
Что же еще он мог сказать? Каким глупцом он был, когда думал, что ее чувства
к нему такие же, как и его к ней. Он и представить себе не мог, что такой
тип, как Рейнсборо, сможет так вскружить ей голову. Слава богу, что он не
сделал официального предложения.
Клер протянула к нему руки.
— О, Джайлз! Я никогда не думала, что так случится. Никогда и не
мечтала, что так может произойти, — произнесла она дрожащим
голосом. — Надеюсь, ты от всей души пожелал мне счастья?
Он поднес ее руку к губам и нежно поцеловал.
— Конечно, миледи.
— Это совсем не так, как тогда у нас с тобой, прибавила Клер, когда он
отпустил ее руку. — Ведь мы были прекрасными друзьями и, надеюсь,
останемся ими навсегда.
— Я тоже надеюсь, Клер.
— Мне казалось, мы сможем построить нашу жизнь на основе дружбы... И
если бы я не встретила Джастина, думаю, так бы все и было. Но, Джайлз...
— Что, Клер?
— Теперь я знаю, что мы ошибались... Я всегда думала о тебе, как о
самом лучшем друге. А сейчас я хочу, чтобы ты тоже нашел свое счастье, как и
я.
О! Я нашел его, Клер, клянусь жизнью! Я нашел его много лет назад, мечтал
лелеять и оберегать всю жизнь. Но я был всего лишь добрым другом
, — с
горечью подумал Джайлз.
— Наверное, так оно и будет, — ответил он с легкой улыбкой. —
Ну, мне пора.
Джайлз встал и внезапно ощутил тяжесть в кармане. Ах да! Подарок... Он
достал колье.
— Прими, пожалуйста, вот это.
— О нет, Джайлз, я не могу, — растерянно произнесла Клер, только
теперь поняв, что он пришел в полной уверенности, что ему не откажут.
— Этот маленький подарок будет — напоминать тебе о днях нашей дружбы...
Она взяла футляр и дрожащими руками открыла его. Это было простое колье с
аметистом. Камень имел своеобразный фиолетовый оттенок и такую филигранную
обработку, что Клер совсем было решила вернуть его.
— Оно слишком красиво. Ты хотел, чтобы это было подарком в честь
помолвки?
— Это и есть подарок в честь помолвки. Ведь ты же помолвлена? Думаю, ты
не откажешься принять подарок от старого друга...
Она быстро взглянула ему в глаза: никакого желания нарушать ее душевное
спокойствие, никакого намека на разбитое сердце. Взгляд Джайлза излучал
спокойствие и тепло любви.
— Спасибо, Джайлз. Спасибо за подарок и за то, что ты смог понять меня.
Он быстро вышел, а Клер, сжимая в руках колье, понимала, что, несмотря на
торжественные уверения в вечной дружбе, что-то между ними ушло навсегда.
Много реплик типа
я же вам говорила
было произнесено на ужине у Эллиотов,
как только в газетах появилось сообщение о помолвке. Отдельные господа,
державшие пари на то, что лорд Рейнсборо одержит победу, положили в карман
приличные суммы. Громче всех распространялась о помолвке Люси Киркман. После
выражения очень искренних поздравлений Клер она сочла своим долгом направо и
налево болтать о своем беспокойстве за Джайлза.
Какой это, должно быть, для
него удар, — причитала она. — А знаете, ведь он любил ее еще с тех
пор, как мы были детьми
.
Услышав эти комментарии, Сабрина пришла в ярость. Достаточно того, что
Джайлз и так страдает... Так надо, чтобы об этом еще и знали! Это было
слишком возмутительно. Когда же некоторые приходили выражать ей сочувствие,
она только весело смеялась.
— Всем давно уже известно, что это было всего лишь желание родителей.
Между ними были просто дружеские отношения. И, кстати, Джайлз первым пожелал
ей счастья, — заявляла она всем вместе и каждому в отдельности.
Добравшись же до Люси, она отвела ее в сторону и, сохраняя на лице сладкую
улыбку, пригрозила, что, если та будет и дальше распространять про ее брата
сплетни, она просто выльет бокал пунша ей на голову.
— Ну, что ты, Сабрина! Я вовсе не пыталась распространять сплетни!
Напротив, я чувствую к твоему брату такое расположение... И, конечно, если
тебе так хочется, я больше рта не открою.
— Спасибо, Люси. Не хотелось, чтобы Джайлз узнал об этом разговоре, не
так ли?
— Ну, конечно...
Сабрина была довольна: Люси теперь надолго умолкнет. Но не в силах Сабрины
было сделать так, чтобы Люси перестала преследовать Джайлза.
Клер особенно тщательно одевалась на бал. Впервые они с Джастином покажутся
в свете уже как обрученные, и ей хотелось, чтобы ее вид вызывал в нем
чувство гордости. Она одела новое бальное платье лилового шелка с легкой
сиреневой газовой накидкой. Подарок Джайлза лежал на туалетном столике, и
Клер задумчиво рассматривала его. Джайлз... Как он нежен, как благороден...
Надеть его подарок сегодня вечером означало продолжение их дружбы. Она
решилась и приказала девушке-служанке застегнуть колье. Да, оно было
поистине прекрасно, это колье с камнем в простой оправе. Прелесть его
заключалась в том, что камень, как нельзя более, подходил к глазам Клер, их
прелестному сиреневому оттенку. Она будет с удовольствием носить эту
драгоценность, представляя при этом лицо Джайлза, поздравляющего ее с
помолвкой.
Клер никогда не думала о себе, как о возможной сопернице другим женщинам.
Она никогда не задумывалась о том, насколько красива, сравнивая себя с
наиболее ослепительными красавицами этого сезона, но испытывала известное
удовольствие, замечая зависть в глазах других женщин.
Ведь я пленила сердце
самого красивого мужчины Лондона
, — думала она, кружась с Рейнсборо в
первом вальсе и наслаждаясь триумфом.
Уже многие сделали Клер комплименты по поводу колье. Благодаря за любезность
и внимание, она кое-кому сказала, что это — подарок от старого друга. После
танца Джастин предложил ей выйти на балкон подышать свежим воздухом. Клер
подумала, что он просто хочет ее поцеловать, и, как только за ними закрылась
дверь во французском стиле, она подняла лицо и застыла в ожидании поцелуя.
Он стоял скрестив руки и смотрел на нее сверху вниз.
— Что случилось, Джастин? — спросила Клер, сбитая с толку его
поведением. Протянув руку, он зацепил колье и потянул к себе, сначала
потихоньку, потом все сильнее, так что ей пришлось почти вплотную подойти к
нему.
— Премилая вещица, моя дорогая. И как подходит вашим глазам...
Граф повторил лишь то, что говорили другие, но таким тоном, какого она еще
не слышала.
— Так кто же подарил вам ее, Клер?
То, что раньше казалось всего лишь жестом дружбы, стало теперь глупым и
наивным. Джайлз... Он старый друг и один из тех, кто... конечно... некоторые
ожидания теперь исчезли.
Конечно, Клер говорила не о предложении Уиттона. Она пыталась сказать о
своих собственных планах.
— Я взяла колье, — продолжала она, — в знак признательности и
дружбы. Он действительно желает мне счастья, как и я ему, дорогой.
Джастин закрыл глаза, а когда поднял веки, Клер увидела выражение такой
беззащитности, что у нее перехватило дыхание.
— Прости меня, Клер. Мои подозрения оттого, что я до сих пор не могу
поверить, что ты любишь меня... А у вас с Уиттоном была такая длинная
история.
— История дружбы, — тихо промолвила Клер. — Теперь я вижу,
как наивно и неразумно было надеть сегодня это колье. Думаю, я поступила так
потому, что чувствую свою вину перед Джайлзом, и потому, что он не нашел
свою любовь так, как я.
Она отстегнула украшение.
— Возьми. Я больше никогда не надену его, если это так расстраивает
тебя.
Пальцы Джастина сомкнулись вокруг нежной золотой змейки, дотронулись до
оправы аметиста.
— Я почти начинаю испытывать симпатию к Уиттону... Не представляю, что
было бы со мной, если бы я потерял тебя из-за другого мужчины, —
произнес он, опуская колье в карман.
— Тебе незачем представлять это. Ты навсегда поселился в моем сердце.
Они не поцеловались в этот вечер, но, странно, Клер чувствовала себя
настолько близкой Джастину, как никогда раньше.
Ее глубоко потрясло, что самый красивый мужчина Лондона был, как и она,
просто неуверенным в себе человеком. То, что их слабость была такой
взаимной, как и их страсть, убедило ее в том, что их брак будет долгим и
счастливым.
Джайлз очень переживал за Клер, когда увидел свой подарок на ее прекрасной
шее. Главным его чувством был страх за нее. Он прекрасно знал, что она
надела колье с аметистом в знак их дружбы. Джайлз любил ее за чистоту
натуры, но... В этот вечер он был зол и подавлен. Колье очень шло ей — он
видел это. Оно вызвало множество комплиментов ее глазам. Но он был не из
числа тех, кого бы радовали эти любезности.
Как бы со стороны Джайлз наблюдал, как хороша Клер в этом колье, которое,
как он думал, будет подарено ей на их помолвку, а не на обручение с
Рейнсборо.
Он знал о сплетнях... Да и как было не знать?! Знал и о пари, которые
заключались еще несколько недель тому назад, но старался не обращать
внимания. Если бы речь шла не о нем, он бы, конечно, поставил бы на Джайлза
Уиттона, а не на такого фальшивого чужака, как Рейнсборо. Ах, как он был
глуп!
Ему приходилось натянуто улыбаться и говорить всем, как он доволен, что Клер
нашла того, кто смог сделать ее счастливой.
До чего же долго тянется этот вечер
, — мелькнуло в его сознании. Рот
свело от вымученной улыбки. Джайлз был весь вечер вдалеке от обрученных и
все же постоянно видел их. Когда Клер и граф уединились на балконе, Джайлз
собрал все силы, чтобы, не подавая вида, как ни в чем не бывало продолжать
болтать с приятелями, хотя ему было больно видеть эту сцену.
Когда Рейнсборо и Клер вновь появились в зале, он сразу же заметил, что его
подарок исчез, а потом услышал, как она объясняет знакомым:
Нет, нет, не
потерялось, хотя вполне могло бы... В застежке была неисправность. К
счастью, это обнаружилось
.
Застежка испортилась... Какая ерунда!
— подумал Джайлз. Да просто
Рейнсборо не пожелал, чтобы его будущая жена носила подарок от прежнего
поклонника, даже если он старый друг семьи.
А впрочем, я не уверен, что смог бы не упрекнуть свою будущую жену, —
признался Джайлз самому себе. — Как прекрасно и наивно думать, что у
Клер хватит сил пронести этот символ дружбы через замужество... Рейнсборо
нужна вся ее преданность... Да, в общем-то, так и должно быть. Хотя начинать
с придирок... По-видимому, он так и думает продолжать...
Джайлз ушел рано, чтобы не слышать пересудов, выражений сожаления, не
видеть, как граф Рейнсборо и Клер кружатся в вальсе, как единое целое.
На следующий день, когда Джайлз заканчивал просматривать утренние газеты, его побеспокоил дворецкий:
— Прошу прощения, милорд. Лакей из дома Рейнсборо только что привез вот
это...
Слуга протянул маленький коричневый бумажный пакет.
Джайлз встал в изумлении и, нахмурясь, взял присланную вещь.
— Спасибо, Хенлей.
С какой стати Рейнсборо пришло в голову что-то присылать мне?
— удивился
он, как только за слугой закрылась дверь. Он развернул пакет — и все
понял... Выскользнувшее из свертка колье лежало перед ним на письменном
столе. Джайлз вспомнил, как нежно оно когда-то обнимало шею Клер. Он взял
украшение, расправил его, всматриваясь, как в подвеске отражается солнечный
луч.
— Будь проклята эта мелкая душонка! — гневно прошептали его губы.
Гнев охватил его, он сжал колье в руках, и хрупкая, филигранно сделанная
драгоценность сломалась, камень выскользнул и упал на пол. Напрасно Джайлз
пытался взять себя в руки. Его единственным желанием было уничтожить камень,
превратить его в порошок. Как, ну как она могла полюбить этого Рейнсборо?!
Полюбить человека, способного на подобный поступок?! Как она могла
отвергнуть их дружбу?
Джайлз не мог понять, что хуже: его страсть к Клер, которая так никогда и не
будет удовлетворена, или внезапный гнев по отношению к ней. Она предала свою
любовь! У них ведь было взаимное влечение... Он был уверен в этом. Ну а сам-
то?! Каким он был дураком, так оберегая ее! Вместо того, чтобы самому
покорить Клер, он предоставил это Рейнсборо!
Джайлз поднял камень. Каблук оставил на нем царапины, но прежний темно-
сиреневый оттенок напомнил ему глаза Клер.
Схватив колье, он выбежал из библиотеки и сбежал вниз по лестнице. Ткнув
сломанное украшение в руки лакею, он крикнул:
— Избавьте меня от этого! Я больше никогда не хочу видеть его!
После этого всплеска эмоций он вышел за дверь, оставив лакея с открытым ртом
в состоянии полного изумления, раздумывающего над его приказанием:
А не
стоит ли, действительно, взять драгоценность да снести в ломбард?
ГЛАВА 5
На следующее утро Клер послала Сабрине записку с просьбой навестить ее после
обеда. У нее не хватило смелости самой зайти к Уиттонам: Клер боялась
столкнуться с Джайлзом. Она понимала, что разговор с Сабриной просто
необходим, иначе есть риск потерять преданную подругу.
Клер, когда Сабрина приехала, приняла ее в гостиной и попросила служанку
принести лимонад и бисквиты.
— Садись, пожалуйста, Сабрина.
— Я не надолго, Клер. Не беспокойся, пожалуйста, насчет
напитков, — довольно прохладным тоном ответила подруга.
Сабрина села напротив Клер и без всяких предисловий сказала:
— Как ты могла поступить так с Джайлзом, Клер? И это после стольких лет
дружбы...
Клер побледнела, но ответила с тем спокойствием, которое так выгодно
отличало ее. Она была уверена в своих чувствах и знала, что настало время
поговорить обо всем.
— Джайлз и я были добрыми друзьями, так же, как и мы с тобой...
— Нашу дружбу нельзя сравнивать, Клер. Ты знаешь, Джайлз всегда любил
тебя.
— Сабрина, мы с Джайлзом очень хорошо разобрались в наших отношениях.
Кстати, он всегда говорил и вел себя только как добрый друг. Конечно, мы
знали, чего от нас ждут наши семьи. И я ждала... Джайлз уже знает, что, если
бы я не встретила Джастина, мы с ним были бы хорошей парой... Но я
встретила, Сабрина...
Да, натворил ты дел, Джайлз
, — подумала Сабрина.
— Но ведь ты же знала его, Клер. Как можно было предпочесть слепое
увлечение долгой дружбе?
— У нас любовь, а не слепое увлечение. Никто и никогда не любил меня
так, как он. Джастин любит меня, меня, Клер Дайзерт, ради меня самой... Он
может казаться таким самоуверенным... Но я-то знаю его. Он не просто любит
меня... Джастин не может жить без меня! А до него я никому не была
нужна, — прошептала Клер дрожащим голосом.
— О, Клер, прости меня! — воскликнула Сабрина и пересела по ближе
к подруге. — Это потому, что...
Она хотела сказать, что ей больно видеть, как мучается ее брат... Но это
сделало положение Клер еще ужаснее. Сабрина немного подумала и закончила
свою мысль:
— Я страшно разозлилась... Ведь мне так хотелось, чтобы ты стала моей
сестрой.
— Спасибо, Сабрина, что пытаешься понять меня. Но ведь я и так всегда
смотрела на тебя, как на сестру. Надеюсь, что мое замужество не изменит
этого.
Сабрина крепко обняла Клер.
— Конечно же нет, дорогая.
Раздался стук в дверь. Вошел слуга и принес поднос с напитками. Его приход
дал возможность молодым женщинам собраться с мыслями.
Сабрина, подняв бокал, воскликнула:
— За твое счастье, Клер. Ты заслужила, чтобы тебя любили.
— Спасибо, дорогая, — покраснела девушка, услышав тост.
— Ну, а когда же свадьба?
— Очень скоро, — призналась Клер. — Мы думаем, в конце июня —
начале июля, чтобы провести большую часть лета в Девоне.
Она заколебалась, раздумывая, продолжать ли дальше.
— И я надеюсь..
— Да?
— Надеюсь, что ты не подведешь меня, Сабрина...
Потом они долго болтали о подвенечном платье, о наиболее подходящих цветах,
а когда настало время проститься, Сабрина почти смирилась с выбором подруги.
Ее удивило лишь глубокое желание быть женщиной, без которой невозможно жить.
Но удивляться не стоило... Сабрина ведь прекрасно знала, какое детство было
у Клер: не совсем несчастное, но и счастливым его не назовешь — в нем не
было многих радостей, присущих детству.
То, как Клер описывала Рейнсборо, помогло Сабрине понять причину, которая
толкнула ее к графу и зачеркнула образ Джайлза. Ее брат всегда был нужен
Клер как защитник и победитель. Как она могла узнать, насколько сильно любит
ее Джайлз и нуждается в ее присутствии? Роли в их взаимоотношениях были
давно уже распределены, и оба действовали по образцу, сложившемуся в
детстве. Все они, и в особенности Джайлз, считали многое относительно Клер
давно решенным. Теперь Сабрина могла лишь надеяться на то, что он когда-
нибудь встретит девушку, прежде чем Люси Киркман протянет к нему свои нежные
лапки.
Ценой, известной только ему одному, Джайлзу удалось притвориться старым
другом, а не отвергнутым поклонником, и сплетни через какое-то время утихли.
Однако страшное напряжение, в котором он находился, почти подорвало его
силы. Особенно ужасен был тот вечер, когда Рейнсборо и Клер уединились на
балконе, как ему показалось, на целую вечность. Поэтому Джайлз был очень
рад, когда среди поздно прибывших гостей он услышал имя Эндрю Мора.
— Эндрю! — воскликнул Джайлз, когда старый друг подошел к
нему. — Почему мы не имели удовольствия видеть тебя раньше?
— Правосудие — капризная дама, — ответил Эндрю. — Хотя с
капризной все же легче, чем с неверной...
Будь на месте старого друга кто-нибудь другой, Джайлз ужасно бы разозлился
на этот намек. Но зная Эндрю еще со школьной скамьи, он прекрасно понимал,
что это было всего лишь проявление привязанности, а не враждебности.
— Предательство — да, но не со стороны возлюбленной, — как бы
предупреждая, чтобы Эндрю не зашел слишком далеко, серьезным тоном сказал
Джайлз.
— Извини, я не хотел... Бог мой, но ведь твоя помолвка была решена еще
много лет назад. И я знаю, что все это время ты любил Клер...
— Нет, ты просто ничего не замечал. Эндрю в замешательстве покраснел:
— Я никогда и не думал ничего подобного...
— И правильно. Кстати, я всегда замечал, еще тогда, когда ты пару раз
гостил у нас, что не питаешь к Клер особой симпатии, — Джайлз
усмехнулся. — Меня привлекают более энергичные девушки...
Эндрю смутился.
— Должен признаться, я очень удивлен, что Клер сделала свой выбор не в
твою пользу. Мне всегда она казалась такой робкой и боязливой... Твоя
уравновешенность была ей просто необходима.
— Очевидно, он пробудил в ней то, что не мог я, — с горечью
произнес Джайлз.
— Ну а если отбросить все эмоции... Он тебе нравится? — спросил
Эндрю, наблюдая, как Рейнсборо подводит Клер к танцующим.
— Я пытался быть объективным, но при всех обстоятельствах, Эндрю, я
желаю Клер счастья. Наверное, Рейнсборо именно тот человек, который способен
сделать ее счастливой. Но он всегда так следит за ней... Ему не нравится,
если я приглашаю Клер на танец. А для меня это, скорее, мучение, чем
удовольствие. Не знаю, что думает он, но я все еще продолжаю играть роль их
старого друга, чтобы поскорее утихли пересуды.
— Ты весьма привлекательный мужчина, Джайлз... До его появления Клер
принадлежала тебе. Могу понять его опасения...
Джайлз вздохнул.
— Думаю, ты прав, Эндрю. Но я не вижу никакого более или менее
разумного выхода.
Они замолчали.
— А Сабрина тоже здесь сегодня? — осторожно спросил Эндрю.
— Да. Она в саду с молодым Бевлеем. Друг поднял удивленно брови:
— Так ей тоже можно пожелать счастья? Джайлз рассмеялся.
— Не совсем. Бевлей страдает от любви к достопочтенной Сьюзен Максвелл
и при помощи Сабрины надеется вызвать ревность у сей дамы. Ну а сердце
Сабрины, насколько я знаю, свободно.
Эндрю засмеялся и тут же перевел разговор на другую тему. Но как только
Сабрина возвратилась, он моментально присоединился к окружавшим ее друзьям и
сумел выпросить один из еще не отданных вальсов.
Когда пришло время танца Эндрю с Сабриной, она почувствовала легкую дрожь,
подобную той, которую испытала, когда он пять лет назад заехал к ним
погостить на пару недель. Он был первым мужчиной, который произвел на нее
такое впечатление. Однако тогда Эндрю не проявил к ней ни малейшего
интереса, и девушка хранила свои чувства глубоко в себе, надеясь, что когда-
нибудь появится тот, кто пленит ее сердце.
— Я счастлив, что у вас остался свободный танец для меня, Сабрина.
Она почувствовала, как на душе у нее потеплело: наконец-то Эндрю проявил
свои симпатии. Но взяв себя в руки, она спокойно ответила, что тоже рада
представившейся возможности потанцевать с ним.
— Однако вы слишком задержались, Эндрю. Он продолжил, как ему казалось,
невысказанную мысль:
— Я знаю, как вы близки с Джайлзом... Как же у него так получилось с
Клер?
Сабрина немедленно выругала себя за то, что была настолько глупа, на минуту
подумав, что Эндрю Мор испытывает к ней особый интерес.
— Он не говорит об этом со мной, но я вижу, что его сердце разбито.
— Но как, как это произошло? Ведь дружба была так крепка... Никогда бы
не подумал, что она настолько увлечется обаянием и лестью.
— Могу только догадываться о причине, — сказала Сабрина. —
Там было нечто большее, чем просто дружба. Но мой рыцарь-братец не пожелал
слишком торопить Клер. Не думаю, что он когда-нибудь дал ей понять, как
любит ее и как она ему нужна. А Рейнсборо сделал это — и все было решено.
— Понимаю.
Теперь Эндрю действительно все понял. На месте Джайлза он действовал бы
иначе и не воздержался бы от активных действий. Но он был всего лишь младшим
сыном в семье и не мог даже позволить себе мечтать о леди Сабрине Уиттон.
Он приветливо улыбнулся Сабрине, и они без слов поняли друг друга; одна из
привлекательных черт характера Джайлза — способность не смешивать свои
интересы с интересами того, кого он любит, — подвела его. Его лучшее
качество стало самой большой слабостью: желая защитить Клер от своей
страсти, он потерял ее.
Конец сезона промелькнул для Клер, как одна минута, — настолько она
была занята подготовкой к свадьбе. В торжественный и памятный день свадьбы
она чувствовала себя так, будто видела все в калейдоскопе. Она не помнила,
как одевалась, как ехала в церковь... Были минуты, когда что-то менялось...
Внезапно, когда проходила между рядами собравшихся, она увидела лицо
Джайлза, такое печальное и серьезное. Уже стоя у алтаря, она бросила взгляд
на мать, казавшуюся в этот миг гораздо старше. Но увидев взгляд Джастина,
услышав слова его клятвы, произнесенные с такой любовью, она была потрясена
так, что, казалось, вот-вот потеряет сознание. Во время свадебного завтрака
Джайлз подошел, чтобы поздравить молодых. Это были их первые слова,
сказанные друг другу после венчания, но Клер надеялась, что со временем они
будут чувствовать себя более свободно. Правда, по тому, как Джастин взял ее
за руку, она поняла, что это наступит еще не скоро. Они обменялись ничего не
значащими улыбками, глаза же при этом оставались серьезными, и в них
сквозило ожидание...
— Желаю счастья вам обоим.
— Спасибо, Уиттон.
Джайлз отвернулся и хотел уже отойти, как неожиданно вспыхнувшее чувство
заставило его поступить иначе. Быстро повернувшись к Рейнсборо, он
воскликнул:
— Клер очень дорога мне. Надеюсь, вы будете относиться к ней, как и она
к вам?
— И все же, она дороже мне, Уиттон, и вас совершенно не должно
интересовать ее счастье.
Холодный ответ Джастина был словно удар в лицо. Джайлз побледнел и
откланялся.
Они отправились в свадебное путешествие сразу же после праздничного завтрака
в первом дилижансе. Джастин хотел остановиться в Фарнборо: у одного из его
двоюродных братьев был здесь дом, который предоставлялся в их полное
распоряжение.
— Ты не будешь против, если я немного посплю, Джастин. Я так измучилась
за последнюю неделю.
Ее рука скользнула в его руку, а голова склонилась ему на плечо.
— Конечно нет, дорогая.
Клер уснула почти сразу же и проснулась только тогда, когда до Фарнборо
оставался час езды. По положению солнца она поняла, что время близится
...Закладка в соц.сетях
