Жанр: Любовные романы
Встречай меня в полночь
... да, все правильно - он был другом, - горько заметила она. - Мы не должны подозревать того, кто считался
другом Томаса в течение трех лет до убийства.
- В ваших словах много сарказма, - сухо заметил Криспин. - А вот Синклер не согласен с вами.
- Да, но я не хочу, чтобы он пострадал оттого, что отказывается прислушаться к моему мнению. - Ее голос прервался, и
она закашлялась.
- Приятная сторона партнерства, - заметил шотландец, - состоит в том, что даже когда вы смотрите в одном
направлении, кто-то еще наблюдает за вашей спиной.
Неужели он сам займется Кингсфелдом? Слеза облегчения скатилась по ее щеке. В последнее время она стала такой
плаксой!
- Благодарю вас, мистер Хардинг.
- Ну а теперь вам лучше отправиться домой, я не хотел бы объяснять Сину, что вы здесь делали.
- Я тоже. - Виктория все еще колебалась. - Мистер Хардинг...
? Да?
Она подошла к нему и протянула руку.
- Думаю, мы хотим одного и того же.
Он медленно протянул руку и сжал ее пальцы.
- Надеюсь. Ради всех нас.
К полудню Син уже жалел, что не стукнул Джеффри по голове и не отправился обыскивать дом Кингсфелда - графа не
было ни на конном аукционе, ни в одном из его излюбленных клубов, ни на дневной прогулке по Гайд-парку.
Когда он вернулся домой, Майло его поприветствовал. Маркиз не имел ничего против манеры дворецкого - у него не
было настроения разговаривать.
- Роман, - Синклер снял накидку и вошел в спальню, - будь добр, принеси стакан портвейна.
Слуга показался из гардеробной.
- Думаю, тебе захочется чего-нибудь покрепче, Син.
- Почему? Что случилось?
Роман подошел к шкафчику, где хранились напитки, и налил в стакан виски, а затем пересек комнату, чтобы передать
стакан хозяину.
- Говори, - потребовал Син.
- Я потерял след твоей жены. - Слуга отступил назад.
- Ты - что? То есть как потерял?
- Это не моя вина. Она села в экипаж и...
Синклер так резко поднес стакан к губам, что половина пролилась на туалетный столик.
- Я не желаю выслушивать твои проклятые оправдания, Роман. Где она? - Страх пронзил его словно клинок. Они
близки к тому, чтобы найти виновного. Если убийца узнал об этом... - Расскажи мне. Немедленно.
- Хорошо, хорошо. Она направлялась в сторону дома мисс Люси, но затем изменила направление и пошла к Бонд-стрит.
Спустя десять минут Марли остановился возле нее, она села в фаэтон и уехала вместе с ним. К тому времени как я нашел
наемный экипаж, они исчезли из виду.
- Замолчи! - прорычал Синклер. - Сейчас же замолчи. Мне нужно подумать. - Он принялся шагать к окну и обратно,
пока Роман мудро старался держаться в стороне. - Ты уверен, что это был Марли?
- Конечно, уверен. Какой бы я был агент...
- Думаю, что ты такой агент, который потерял след моей жены.
- Син...
- Возможно, она возвращалась домой, пока ты болтался в поисках ее?
- Я спросил об этом у Майло, но он, как всегда, просто посмотрел на меня и все.
- Майло! - Синклер рванулся к двери и распахнул ее. Господи, с ней все должно быть в порядке. Он предупреждал ее о
Марли. Почему, ради всего святого, она села в этот чертов экипаж, зачем?
- Да, милорд? - Дворецкий появился на верхней ступени лестницы.
- Ты видел мою жену сегодня днем?
Майло посмотрел мимо него на Романа, который стоял с обреченным видом в глубине спальни.
- Да, милорд, - медленно произнес он.
- Где и когда?
- Почему, черт побери, ты не сказал мне об этом?
- Роман, довольно! Майло, говори.
- Она и... Хилсон отправились увидеться с... леди Стэнтон, милорд. Она сказала, что скоро вернется.
Син закрыл глаза; от неожиданного облегчения у него кружилась голова.
- Слава Богу, - прошептал он. - Слава Богу.
- Что-нибудь не так, милорд?
Схватив дворецкого за лацканы, маркиз рывком толкнул его в спальню.
- Хорошенького понемножку! - проворчал он. - Извольте немедленно прекратить ваши дурацкие игры. Вы оба
подвергли риску безопасность моей жены. Оставайтесь здесь до тех пор, пока не примиритесь или пока одного из вас не
вынесут ногами вперед. Меня не волнует кого! - Он вышел в холл и захлопнул за собой дверь.
Черт! Виктория Фонтейн-Графтон вышла из-под контроля. Ее шпионские приключения неожиданно и бесславно
закончились.
Синклер направился к лестнице как раз в тот момент, когда Виктория поднялась на последнюю ступеньку.
- Я слышала, ты рычал на кого-то?
Он так крепко сжал зубы, что не смог бы произнести ни слова, даже если бы захотел.
Виктория прижала ладонь к его щеке.
- Я так беспокоилась за тебя, - негромко сказала она.
- Ты... беспокоилась? - прогромыхал он. Она уронила руку.
? Да.
- И куда же ты ходила сегодня?
Еще мгновение она выдержала его взгляд, затем взмахнула ресницами и посмотрела в сторону раскрытой двери
библиотеки.
- Нам надо поговорить наедине.
Синклер кивнул. Как бы сердит он ни был, повышать голос на жену перед слугами было слишком рискованно
- После тебя
Они вошли в библиотеку, и дверь за ними захлопнулась. Это было ради ее же блага. Она должна находиться в
безопасности.
- Расскажи мне о своем ленче с Люси и Маргарет.
Виктория остановилась под окном.
- Буду рада это сделать, - сказала она, скрестив руки на груди, - если ты скажешь мне, придут твои друзья на обед или
нет.
- Так ты хочешь, чтобы все было именно так? - Его голос звучал глухо. - Пока меня отвлекают какие-то дела, ты
пользуешься этим, чтобы оправдать свою дневную прогулку с Марли.
Она побледнела.
- Как ты узнал?
- Тебя видел Роман, не пытайся это отрицать.
- Я и не собираюсь. Так ты послал слугу шпионить за мной?
- Не заставляй меня оправдываться. Ты все-таки поехала с ним, хотя сказала, что собираешься на ленч с подругами.
- И тебя тоже не было там, куда ты намеревался отправиться, - парировала она.
- Но почему ты решила искать меня?
- Ты все равно не поверишь, потому что не веришь никогда.
Син понял, что растерял все свои аргументы в тот момент, как позволил ей открыть рот. Глубоко вздохнув, он оставил
свою напряженную боевую позу и упал на кушетку.
- Испытай меня.
Она так крепко сжала кулаки, что ее длинные пальцы побелели.
- На днях Марли обратился к Люси и сообщил, как он волнуется за меня. Я понимала, что ты никогда не одобришь это,
но все же устроила так, чтобы мы встретились сегодня, и узнала, чего он хочет.
- Ты права, - мрачно заметил маркиз. - Я бы никогда не одобрил подобный поступок. Боже, Виктория! Ты могла... -
Ему потребовались две попытки, чтобы закончить свою мысль. - Ты могла пострадать.
- Я сделала так, чтобы мы все время находились на публике. Марли пытался убедить меня, что у тебя шашни с Софи
Анжу и поэтому я могу завести роман с ним.
Не понимая, как это случилось, Синклер оказался на ногах на полпути к окну.
- И что ты ответила на это?
Она бросила на него косой взгляд.
- Спросила его, почему мне следует опасаться тебя. Оказалось, он почти уверен, что ты убийца своего брата, и жалеет об
этом, так как у Томаса всегда имелся запас отличного бренди. К тому же мы могли бы шантажировать тебя этими доводами,
если бы ты обнаружил нашу связь. - Виктория медленно повернулась. - Не знаю, как мне убедить тебя, Синклер, но Марли
не убивал твоего брата. Он... не способен испытывать настолько глубоких чувств, чтобы ввязываться в неприятности.
Какое-то время Синклер неподвижно смотрел на нее.
- Улики все еще указывают на него.
- Кто представил эти улики? Кингсфелд?
- Не только. Почему ты поехала увидеться с леди Стэнтон?
- Потому что тебя не было дома, когда я вернулась, а ты мог отправиться к Кингсфелду и... попасть в беду. Но твои
ребята сказали, что ты там не появлялся.
- Я намеревался пойти туда, - медленно произнес он, - и провел почти весь день, разыскивая его по всем клубам
Лондона.
Виктория вздернула подбородок.
- Зачем?
- Я хотел попросить Остина показать мне бумагу, над которой они работали вместе с Томасом, - ту, с пятном бренди.
- Ты поверил мне, - прошептала она. Облегчение, читавшееся в ее глазах, уничтожило в нем остатки гнева.
- Я подумал, что в твоих подозрениях что-то есть, и, не найдя его, решил повидаться с Килкерном. Он не помнит, чтобы
законопроект, подобный тому, который ты нашла в кабинете Томаса, предлагался в парламенте.
Она на шаг приблизилась к нему.
- Что означает...
- Возможно, ты нашла ключ, но пока я еще не могу с уверенностью сказать, кто нажал на спусковой крючок. У Марли
был мотив. Не знаю, был ли такой мотив у Кингсфелда. - Он закрыл глаза. - Но узнаю обязательно.
Виктория обняла мужа за талию и прижалась щекой к его груди.
- Чем бы все ни кончилось, - прошептала она, - ты здесь, рядом. Прошу тебя, будь осторожен.
Сину хотелось спросить, почему она беспокоилась о нем, однако он не знал, какой ответ получит на свой вопрос.
- Я согласен, если будешь осторожна ты. И больше никаких прогулок с Марли.
- Хорошо, только если ты не будешь посылать Романа шпионить за мной. Мне это не нравится, Синклер.
- Справедливо. Я отзову Романа. - Он проследит, чтобы Уолли взял на себя функции камердинера, но ей не нужно
знать этого - во всяком случае, до того времени, когда все будет кончено и она окажется в безопасности.
Маркиз заключил ее в объятия, и она вздохнула.
- А на кого ты кричал? - спросила она вполголоса.
- На Романа и Майло - я приказал им либо примириться, либо убить друг друга.
Она хихикнула.
- Поставлю пять фунтов на Романа.
- Не знаю, не знаю. Майло хорошо импровизирует и определенно далеко метит.
- Что, если они перестреляют друг друга?
- Это избавит меня от забот. - Он неохотно отпустил ее. - Ты видела кабинет?
- Нет еще. Покажи мне.
Прежний Синклер выпытал бы у Лисички всю информацию относительно ее разговора с Марли. Каждое слово и каждый
нюанс были бы обнаружены, проанализированы и разложены по полочкам. Криспин сказал бы, что он теряет остроту
восприятия. Однако новый Синклер верил: Виктория рассказала ему именно то, что ему следовало знать.
Дверь его спальни оставалась закрытой, и за ней царила тишина. Или двое мужчин вели корректную беседу, или оба уже
расстались с жизнью.
- Как ты думаешь, что там? - прошептала Виктория.
- Пока еще рано говорить. Если они не появятся к вечеру, я пойду взглянуть на них.
- Так все же почему ты рассердился?
Маркиз нежно сжал ее пальцы.
- Их нежелание разговаривать друг с другом поставило под угрозу твою безопасность.
Виктория остановилась и посмотрела на него.
- Я точно так же беспокоилась о тебе.
- Ты действительно беспокоилась? - с удивлением спросил он. Она одновременно казалась такой сильной и такой
хрупкой; загадка, которая нуждалась в защите, но сама была готова охранять его от всех зол.
- Конечно. Ты мой муж, Синклер Графтон, и ты... нужен мне.
Син нагнулся и поцеловал ее в губы. Дьявольщина, как она была соблазнительна. И эта жизнь была столь же
соблазнительной. Он хотел такой жизни и хотел ее в ней. Но на его пути стояла одна проклятая задача, и если он не сможет
решить ее, пропасть, которую она оставила, разлучит их навеки.
Так как спальня хозяина была занята, Виктория заманила Синклера в гостиную. Лорд Бэгглс вовремя освободил кушетку,
иначе его бы согнали. Пока Син с его обычным умением снимал с нее прогулочное платье, она тревожно огляделась и с
надеждой подумала, что Мунго-Парк находится где-то в другом конце дома. В последнее время эта глупая птица осваивала
весьма специфический словарь.
Как бы Синклер ни был расстроен или озабочен, он обладал восхитительной способностью сделать так, что она
чувствовала себя любимой и надежно охраняемой. Он пробежал пальцами по длинным прядям ее волос, затем поцеловал в
шею.
- Какая же ты дикарка!
Подавив приступ смеха и чувствуя облегчение от того, что его настроение улучшилось, она погладила его по щеке.
- О, дорогой, это ты стал совсем безрассудным.
- Добрый вечер, милорд, миледи.
Майло стоял на обычном месте у двери гостиной. Его левый глаз был подбит, распух и почти закрылся, но он казался
довольно бодрым.
- Добрый вечер, Майло. С тобой все в порядке? - поинтересовалась Виктория.
- Все отлично, леди Олторп.
- А как Роман? - спросил Синклер.
- Вам лучше спросить у него самого, милорд. - Губы дворецкого дернулись - Он, похоже, очень быстро оправляется.
Как вы и просили, проблем с общением больше не будет.
- Рад слышать это.
Когда Синклер отодвинул для нее стул, Виктория подняла лицо и поцеловала его в щеку.
- Если ты сумел примирить этих двоих, думаю, тебе удастся справиться с любым делом.
Он улыбнулся ей, и в его янтарных глазах заплясали огоньки.
- Спасибо. Я почти начинаю верить тебе.
Глава 15
Лорд Кингсфелд намеревался провести вечер вне дома и зайти к Синклеру Графтону, когда Син сам постучал во входную
дверь.
- Проводи его сюда, - приказал Остин Джеффри, а сам уселся в кресло в библиотеке и раскрыл томик поэзии.
- Слушаюсь!
Синклер появился прямо перед ним.
- Остин, - сказал он, приближаясь и протягивая ему руку. - Рад, что застал тебя дома.
- Чем могу помочь, мой мальчик? Присаживайся.
Лорд Олторп погрузился в кресло, стоявшее у камина.
- Меня интересует тот проект, на который Марли выплеснул бренди. Оставшаяся его часть у тебя?
Остин вздохнул:
- Возможно, у меня где-то сохранились отдельные кусочки. Томас писал поистине трактат, я же просто делал замечания.
- Проект когда-нибудь предлагался в палате лордов?
С его стороны было мудро представить предполагаемую часть проекта; если бы Син сам нашел что-то в этом роде,
отвечать на его вопросы было бы труднее.
- К сожалению, нет - он был недостаточно полным и без Томаса у меня не хватило смелости закончить его.
Лицо гостя помрачнело.
- Не вини себя. Что бы ты ни нашел, все может помочь.
- Тогда я просмотрю свои бумаги. - Остин замолчал, позволяя Сину заметить, что он колеблется, затем отложил книгу
в сторону. - Я нашел кое-что еще... совершенно случайно. Не знаю, относится это к делу или нет, но, возможно, следует
показать это тебе, чтобы ты сам решил.
- Я весь внимание.
Шаря по карманам, словно забыл, куда положил бумагу, Остин наконец извлек разорванную записку.
- Я использовал ее как закладку для книг, - извиняющимся тоном произнес он.
Синклер взял вырванную страницу и повернулся к огню в камине. Наблюдая за выражением его лица, Остин позволил
себе легкую удовлетворенную улыбку. Бедный Марли. В этот момент он подумал, что у виконта равные шансы быть
повешенным или застреленным Синклером.
- Почерк Марли. Что это было - письмо?
- Да. Когда-то мы посмеялись над ним, но теперь это совсем не кажется смешным.
- Хотя большей части записки не хватает, в ней явно проглядывает угроза.
- Похоже. В те времена люди были настолько вспыльчивы, что почти каждый писал кому-то неприятные записки.
Возможно, эта ничего не значит.
- А может быть, и наоборот.
Откинувшись в кресле, Остин покачал головой:
- Я никогда бы не заподозрил Марли, но когда ты упомянул, что он вызывает у тебя тревогу, все отдельные
несуразности встали на свое место.
Синклер посмотрел на обратную сторону обрывка бумаги, затем снова перевернул его.
- В понедельник мне предстоит отправиться к мировому судье. Я твой должник, Остин.
- Твой брат был моим лучшим другом, Син. Ты ничего не должен мне.
Молодой Олторп был так благодарен за новую улику, что полностью забыл о проекте, который разыскивал. После ухода
Сина Остин налил себе бренди. Через два дня, когда наступит понедельник, Марли арестуют, и со всей этой чепухой будет
покончено. А в субботу состоится приятный прием в Графтон-Хаусе. Итак, конец недели выглядел весьма привлекательным.
- Он пытался отвлечь меня. - Синклер шагал вокруг обеденного стола в Керстон-Хаусе на Уэйхаус-стрит. - Лисичка
была права: у него нет никаких копий проклятого проекта, потому что он их все уничтожил.
Сидя у стола, Криспин продолжал изучать новый огрызок бумаги.
- Но есть ли у тебя улики? Их вполне достаточно, чтобы обвинить Марли, но не вижу, как ты можешь подобраться к
Кингсфелду.
- Я понимаю. - Син продолжал шагать по комнате. - Это черт знает что. Месяц назад с этими уликами я бы пошел к
Марли и сам застрелил его.
- Ты не можешь считать все суждения твоей жены одинаково ценными и допустить, чтобы ее подозрения влияли на
тебя.
- Она знает Марли. - Син выхватил у Криспина бумагу, хотя уже знал наизусть все, что там написано. - Он лишен
глубоких чувств, необходимых, чтобы убить кого-то.
- Здесь этого не требуется - достаточно жадности или страха.
- Я уже думал об этом. Скажи мне что-нибудь новенькое.
- Убийство произошло два года назад, Син. Так что чдесь нет ничего новенького. В этом вся проблема.
Кивнув, Синклер возобновил свои круги по комнате. Возможно, здесь какая-то ошибка. После двух лет топтания на месте
каждое свидетельство, которое предлагал Остин, указывало на Марли.
- Остин сказал, что никогда бы не заподозрил Марли, если бы я не упомянул, что он интересует меня. Я с таким же
успехом мог скормить ему Джона Мэдсена.
С тяжелым вздохом Криспин склонился над столом и подвинул одну из пешек в центр интересующей его улицы.
- Кингсфелд был в клубе "Уайтс" тем вечером, во всяком случае, до десяти часов.
- А потом?
- Не знаю. Если он провел последующее время с леди, мы никогда ничего не узнаем, разве что он сам будет так любезен
и сообщит нам об этом.
- Весьма интересно, - сказал Уолли, прислонившись к дверному косяку.
Синклер даже не услышал, как он вошел, поскольку чувствовал себя усталым и опустошенным. Криспин прав: если он и
дальше позволит себе отвлекаться, то пропустит самое важное, и это будет стоить одному из них или всем жизни.
- Что ты находишь интересным, Уолли? - спросил маркиз.
- Я знаю наверняка, что с одной леди Кингсфелд не проводил время в ту ночь. - Уолли приблизился к настольной карте
района и поднял одну из шахматных фигур. - Леди Незерби покинула Лондон за день до убийства и не иозвращалась до
конца сезона.
- И?..
- Как рассказала ее очаровательная горничная Вайолет, она целый месяц носила траур и плакала.
- В этом нет ничего странного. Если они с Томасом были близки, не вижу, почему бы ей...
- Они отправились к ее бабушке в Шотландию. Как сказала Вайолет, леди Джейн, пока они жили в замке Маккерн, не
получала номера лондонской "Таймс" с сообщениями об убийстве твоего брата.
Холодный страх пронзил грудь Синклера. Если она знала о смерти Томаса до того, как прочитала об этом, значит, у нее
был другой источник информации.
- Думаю, следует нанести визит леди Джейн Незерби. Кто-нибудь из вас поедет со мной?
- Тебя отделяет лишь несколько дней от момента, когда ты увидишь Марии закованным в кандалы, - задумчиво
проговорил Криспин. - Ты уверен, что хочешь идти по новому следу? Ведь можно поблагодарить Лисичку за ее
предположения и сказать, что она ошибается.
Маркиз остановился на полпути к двери.
- По-вашему, я собираюсь заняться Кингсфелдом лишь для того, чтобы угодить Виктории?
Уолли заколебался.
- После женитьбы ты проводишь все меньше и меньше времени в поисках улик и все больше - валяясь в постели.
- Что? - Гнев и обида закипели в груди Синклера. - Вы думаете, мне нравится водить дружбу с этими надменными,
самовлюбленными глупцами, ходить на их вечеринки и танцевать с их дочерьми, зная, что один из них убил моего брата?
- Но ты женился на дочери одного из них.
Маркиз обошел стол и приблизился к Уолли. Разве недостаточно было того, что он сам каждый день задавал себе эти же
вопросы и его одолевали те же сомнения?
- Почему бы тебе не повторить это? - прорычал он. Побледнев, Уолли отступил к Криспину.
- Думаю, отныне я буду держать свой проклятый язык за зубами.
- Неплохая идея, - согласился Криспин, мрачно взглянув на пего. - Если мне когда-нибудь потребуется помощь,
чтобы заколоть себя, я прежде всего обращусь к тебе, Уоллис.
Агент нахмурил брови и поднял руки вверх, словно сдаваясь.
- Отлично - давайте, делайте из меня злодея. Я продето выразил свое согласие с тобой, Крисшгн.
- Благодарю, но я стою на своих собственных ногах.
- Тогда скажи, что ты имел в виду, Хардинг. Похоже, замечание Уолли звучало довольно точно.
Криспин поднялся, но только для того, чтобы взять накидку и завернуться в нее.
- Мы работали плечом к плечу целых пять лет и знаем, чго можем доверять только друг другу. - Он пожал плечами. -
Эго самый безопасный способ выжить.
- О чем, черт побери, ты говоришь?
На столе стояло полдюжины свечей, и Криспин начал шсить их одну за другой.
- От конца расследования нас отделяет всего три дня, а ты решаешь махнуть на все рукой и идти по новому следу.
- Я просто хочу удостовериться. Если есть вероятность, чго в это дело замешан Кингсфелд, нам не следует проходить
мимо. В данном случае мы имеем нечто большее, чем простая вероятность.
Вздохнув, Криспин указал на входную дверь.
- Тогда пойдем и удостоверимся.
Протянув руку, Синклер остановил его.
- Случилось так... что я полюбил Викторию Фонтейн. Если вы ревнуете, то простите. Но не надейтесь, что я предам эту
женщину. А раз выяснилось кое-что новое, я хочу разобраться с этим.
После продолжительного молчания Криспин кивнул:
- Что ж, давай поговорим с леди Джейн Нсзсрби.
Когда они направились к входной двери, за ними по пятам шел Уолли.
- Кто-нибудь объяснит мне, на чем вы остановились? - поинтересовался он.
- Да. - Шотландец открыл дверь. - Мы только что выяснили, что Синклер влюблен в свою жену и хочет, чтобы это
расследование поскорее закончилось - тогда он сможет заняться домом и детьми.
Они направились в сторону конюшни, но неожиданно Синклер замешкался. Все сказанное было обычной манерой
приносить извинения, однако Криспин, несомненно, прав. Он действительно хотел, чтобы все поскорее закончилось.
Виктория Фонтейн-Графтон сообщила ему: после того как правосудие свершится, его ждет что-то очень важное. Целых два
года он строил планы, отметая все со своего пути; теперь же, неожиданно, то, что отвлекало его от главной цели, оказалось
почти столь же важным, как и поиски убийцы Томаса.
- Син, ты идешь? - тихо позвал Уолли.
Маркиз встрепенулся и, подойдя к Дьяволу, который терпеливо ждал в тени, вскочил в седло.
- Вперед! - воскликнул он.
Они быстро добрались до Болтон-стрит.
- Как ты собираешься действовать? - поинтересовался Криспин, поднимаясь по узким ступеням, ведущим к дому.
- В лоб, безо всяких уловок, - ответил Синклер и ударил кольцом по двери. - Она знала Томаса, и я имею право
спросить о нем.
Дверь отворилась.
- Чем могу помочь? - Пожилая женщина, без сомнения, экономка, стояла в дверях и щурилась.
На мгновение Синклер задумался, не поздно ли они появились здесь; ему и в голову не пришло уточнить время.
- У меня срочное дело, которое я должен обсудить с хозяйкой дома. Пожалуйста, передайте леди Джейн, что лорд
Олторп просит позволения повидаться с ней.
Он нарочно упомянул свой титул - и не пожалел, увидев, что экономка вздрогнула.
- Пожалуйста, подождите здесь, - запинаясь, проговорила она и скрылась внутри.
- Как грубо, - пожаловался Уолли. - Она даже не пригласила нас в холл.
- На ее месте я бы поступил так же, - тихо заметил Синклер. - Вряд ли мы с первого взгляда внушаем доверие.
Дверь снова открылась.
- Пройдите сюда, милорд. - Женщина жестом указала направление. - А ваши друзья должны удалиться.
- Они останутся около дома.
Экономка минуту колебалась, затем кивнула и, отступив в сторону, позволила Синклеру пройти.
- Вверх по лестнице, милорд. Первая дверь направо.
- Благодарю.
Маркиз вошел в гостиную и остановился в дверях. Все его чувства были обострены до предела. Комнату освещала лампа
в углу; хозяйка сидела в кресле, отодвинувшись как можно дальше от света. Обстановка казалась до абсурда драматичной;
если бы она носила развевающиеся белые одежды вместо скромного голубого платья, он решил бы, что оказался в театре.
Однако страх в ее глазах показался ему искренним.
- Лорд Олторп, - сказала она своим низким мелодичным голосом. - Что привело вас сюда?
- У меня несколько вопросов: думаю, вы могли бы помочь мне найти ответы на некоторые из них.
- Не знаю, чего вы хотите от меня, и... сегодня вечером я очень занята. Моя бабушка заболела; завтра я уезжаю в
Шотландию, чтобы ухаживать за ней.
Синклер старался сохранять спокойное выражение лица, хотя его сердце забилось сильнее.
- Мне грустно слышать это. Была ли бабушка причиной, по которой вы покинули Лондон два года назад, накануне
смерти моего брата?
Леди Джейн тяжело вздохнула, ее лицо побледнело.
- Я не хочу говорить об этом.
- Но я хочу. Как вы узнали о его смерти?
Прижав руку к груди, она встала.
- Вам лучше уйти. Я не желаю, чтобы меня допрашивали в моем собственном доме, тем более если это делаете вы.
- Думаю, вам известно, кто убил Томаса, - продолжил маркиз, не обращая внимания на ее протесты. - Если я уйду,
вам придется отвечать не только на мои вопросы - вы будете рассказывать свою историю перед судьей и толпой адвокатов.
Она неожиданно упала на кушетку, словно ей отказали ноги.
- У меня нет доказательств, а он будет все отрицать.
Синклер приблизился к ней.
- Лорд Кингсфелд весьма уважаемый человек, но он не так уж неуязвим.
Джейн горько рассмеялась
- Это вы так думаете.
- Ради Томаса вы должны сказать правду.
- Томас умер, - ровным голосом произнесла она. - И ему следовало бы быть умнее.
Синклер прищурился.
- Умнее в чем?
- Не стоило сердить такое множество пэров. Надеюсь, вам ясно? А теперь идите - я не собираюсь больше ничего
говорить. Если он догадается, у вас уже не будет возможности убежать. - Она вздрогнула.
Маркиз знал, что не получит от нее прямого ответа. Она слишком боялась безымянного убийцу. И все же кое-что ему
удалось узнать.
- Благодарю вас, леди Джейн. Передайте мои наилучшие пожелания вашей бабушке.
Она бросила на него удивленный взгляд, затем опять скрылась в тени.
- Уходите.
Выйдя из парадной двери, маркиз сделал знак друзьям.
- Пошли!
- Она что-нибудь сказала?
- Что ничего не расскажет мне. Кто-то до с
...Закладка в соц.сетях
