Жанр: Любовные романы
Встречай меня в полночь
...равится этот проклятый стол.
- Осторожнее, ваза! - Прыгнув вперед, она поймала зашатавшуюся хрустальную вазу, которая едва не упала с книжной
полки.
- Отличная реакция. Ты до сих пор не сказала, где бы ты хотела поставить свой стол - под окном или ближе к камину?
Сжимая в руках вазу, Виктория повернулась.
- В Графтон-Хаусе двадцать комнат, совсем не обязательно впихивать сюда два стола.
- Что ж, парни, - обратился маркиз к своим помощникам, - думаю, не помешает пропустить по стаканчику пива,
прежде чем мы погрузим это чудовище в фургон. Майло - на кухню.
- С удовольствием, милорд.
Одобрительные восклицания и хлопанье по спинам глухо доносились из холла. Виктория поставила вазу на книжную
полку. Без массивного стола кабинет выглядел менее официально. Ковер там, где стоял стол, казался темнее остальной его
поверхности, хотя она не хотела размышлять, из-за солнца или из-за оставшихся пятен крови.
- Так гораздо лучше, как ты думаешь? - Синклер шлепнул рукой по лосинам, к которым пристала пыль. Его взгляд
остановился на темном пятне, и он, сжав кулаки, сглотнул.
- Да, так лучше, - спокойно сказала она.
Сип обнял ее за талию с уверенностью собственника, и у нее перехватило дыхание.
- Твой стол мы поставим у окна - тогда солнечный свет добавит бронзы твоим волосам.
- Но у меня уже есть стол в комнате наверху.
Он взял ее за подбородок.
- Тот крошечный столик годится только для того, чтобы писать письма. Если уж мне предстоит провести полжизни,
занимаясь подсчетами, я хотел бы постоянно видеть тебя рядом.
Синклер говорил о том, что произойдет дальше - после того, как долг перед Томасом будет выполнен. Он объединил
будущее и Викторию. Она вздохнула, чтобы успокоиться.
- А что я буду делать за своим столом в кабинете?
- Бабушка Августа возглавляет добровольный комитет по образованию в Лондоне.
- Неужели она...
- Ты не знала этого, да?
- Нет. Правда, я слышала, что она работает в нескольких благотворительных организациях.
- Служба на благо общества всегда являлась приоритетной в моей семье. Я, вероятно, единственное исключение, зато
это отнимает массу времени у бабушки Августы.
- Я бы назвала службой на благо общества то, что ты рисковал жизнью ради своей страны, - возразила она.
- Спасибо. Однако я имею в виду, что бабушка решила сократить круг своих обязанностей. Ей нужен преемник.
Виктория крепко обняла его.
- Благодарю тебя, - растроганно проговорила она.
- Все отдам ради тебя, - прошептал он так тихо, что Виктория едва его услышала.
"И я все отдам ради тебя", - мысленно повторила она. Со всей силой и никогда ранее не испытанной страстью она
хотела, чтобы поскорее началась та жизнь, о которой он только что намекнул.
Виктория разжала руки и отступила назад.
- Если не возражаешь, - медленно начала она, пытаясь подобрать слова так, чтобы он ничего не заподозрил, - я
собираюсь на ленч с Люси и Маргарет, пока ты занимаешься перестановкой. Не хочу быть раздавленной моим новым
столом.
Синклер засмеялся.
- Не возражаю. Мне все равно нужно кое-что сделать сегодня днем. - Он наклонился и поцеловал ее. - Я должен
пригласить на наш обед нескольких джентльменов.
Виктория заторопилась наверх, чтобы надеть свое зеленое платье для визитов. Зеленый был любимым цветом Марли.
Судя по их вчерашней беседе с Люси, виконт хотел о чем-то поговорить с ней, и у нее тоже было несколько вопросов к нему.
Она была убеждена, что убийца либо Марли, либо Кингсфелд.
Маркиз с довольным видом уселся у своего нового стола. Теперь комната выглядела совершенно иной. Консервативный
вкус Томаса никогда бы не подошел дому, где жила Виктория со своим веселым зверинцем.
Неожиданно у него появилось ощущение, словно он стирал память о своем брате.
- Я не забуду, - пообещал Синклер. В дверях показался его камердинер.
- Очень уютно, милорд.
Синклер нахмурился:
- Разве мьг не договорились, что ты не сводишь глаз с Виктории?
- Она сейчас уезжает. А ты собираешься весь день слоняться по дому?
- Еще одна подобная шутка, и я могу потерять терпение, Роман, - резко ответил Синклер. - Сегодня четверг -
Кингсфелд будет на конном аукционе. Я собираюсь забыть об этом и навестить его дома.
- Ты ведь не думаешь, что это мог быть он! - воскликнул Роман.
- Так думает Лисичка. Небольшая рекогносцировка не даст нам обоим расслабиться.
- Тогда сохраняй хладнокровие.
- А ты иди и охраняй мою жену, - повелительно сказал он.
С озабоченным видом Роман покинул кабинет.
Хотя они привыкли работать поодиночке, Синклер решил, что ему следует попросить кого-нибудь понаблюдать за домом
Остина, когда он сам будет внутри. Проблема состояла в том, что он не рассматривал друга Томаса как подозреваемого -
пока.
Он прибыл в Ховарт-Хаус до полудня, рассчитывая, что Кингсфелд проведет еще по меньшей мере час на аукционе.
Подавив легкое чувство вины за то, что собирался сделать, маркиз передал своего жеребца конюху и поднялся по ступеням к
входной двери. Его стук несколько долгих секунд разносился по всему дому, прежде чем дворецкий открыл дверь.
- Добрый день, Джеффри.
- Лорд Олторп. В настоящее время лорда Кингсфелда нет дома.
Син нахмурился:
- Нет дома? - Достав свои карманные часы, он щелкнул крышкой. - Проклятие. Все еще на аукционе, не так ли?
- Да, милорд.
- Надеюсь, я могу подождать его?
Выражение лица дворецкого не изменилось.
- Извините, милорд, но граф не разрешает принимать посетителей в его отсутствие.
Несколько сигнальных звоночков раздались в голове Синклера. Его первым побуждением было оттолкнуть дворецкого
или придумать причину, по которой его следовало впустить в дом, но он тут же понял, что изберет другой путь.
- Тогда я поеду и поищу его на аукционе. Спасибо, Джеффри.
- Милорд! - Дверь снова закрылась.
Ругаясь про себя, Син вскочил на Дьявола и направился в сторону "Ковент-Гардена" и конного аукциона.
- Я буду рассматривать это как счастливое совпадение, - сказал Марли, выходя из своего фаэтона.
Когда он присоединился к ней на тротуаре, Виктория окинула взглядом Бонд-стрит. Каждый, кто увидит ее в центре
торгового района в компании лорда Марли, не преминет посплетничать на этот счет.
- Как идут ваши дела?
- Когда вы рядом, гораздо лучше. Вчера вечером Пэрриш настоял на походе в клуб для избранных, и кончилось все тем,
что мы ввязались в чертову игру в вист с лордом Спенсером. Боже, это была такая скука.
Виктория рассмеялась.
- Терпение пойдет вам на пользу.
Мимо проследовали леди Мунро и мисс Пладцен, и Виктория улыбнулась им. На фоне леди Мунро Мунго-Парк будет
выглядеть попугаем-монахом.
- Почему неизбежная скука считается добродетелью? Я намерен избегать ее при каждом удобном случае.
- Не сомневаюсь.
Это становилось забавным. Ради всего святого, ведь она отправилась на его поиски. Причины для встречи с Марли были
уважительными, хотя и очень секретными, но Виктория практически превратила в искусство умение давать пищу для
сплетен. Однако она не забывала о разнице между случайными и намеренными неприятностями, и ей не хотелось причинить
боль Синклеру.
- У меня идея, - сказал Марли, посмеиваясь. - В зоопарке только что открыли новый вольер для обезьян. Пойдемте
посмотрим, и я куплю вам лимонное мороженое.
- О нет, я не могу, - сказала она и зарделась. Ей совсем не хотелось проводить полдня с человеком, который вызывал
подозрения у ее мужа.
- Чепуха, - с важной медлительностью произнес виконт, беря ее за руку. - Я слышал, что одна из обезьян удивительно
похожа на Принни. - Она заколебалась, и он улыбнулся еще шире. - Поймите, Лисичка, вы ведь замужем не за епископом.
Мы просто повеселимся.
Что правда, то правда, она была замужем не за епископом, но Синклер и так не доверял ей. Если же она оскорбит Марли
или отделается от него, то ей вряд ли представится другой случай конфиденциально поговорить с ним.
- Ладно, так и быть. - Она позволила ему проводить себя до его экипажа. - Но предупреждаю - я не смогу долго
оставаться там.
Если бы он не путешествовал в открытом фаэтоне, Виктория поехала бы с ним куда угодно. Она уже делала это раньше -
выезжала с Марли на встречу со своими друзьями в "Воксхолле" или на бал. В действительности именно эскапады с
виконтом были причиной того, что родители держали ее дома вплоть до бала у Фрэнтонов. Виктория никогда не упускала
шанса, если он выпадал на ее долю; не сделает она этого и сейчас.
- Я слышал, что леди Фрэнтон теперь начинает любой разговор с фразы "Вы же знаете, катастрофа произошла именно у
меня в саду", - лениво протянул он.
- Итак, это "катастрофа"? - спросила она, ничуть не удивившись. Ее собственный взгляд на замужество заметно
изменился по прошествии нескольких последних недель.
- Для всей мужской популяции Мейфэра - катастрофа, - ответил он, переводя на нее взгляд. - Для меня тоже.
Виктория улыбнулась:
- Мы оба знаем, что мое опрометчивое поведение не могло больше продолжаться, иначе родители запрятали бы меня в
монастырь.
- Зато, дождавшись наследства, вы могли бы вести себя так, как вам заблагорассудится, всю оставшуюся жизнь.
- Но это было бы так скучно, вы не находите?
Марли пожал плечами:
- Нам всегда было весело. - Он засмеялся. - Помните, как мы с лордом Эдвардом украли ракеты с фейерверком из
тайника в "Воксхолле"?
- Да. Вы тогда чуть не сожгли Тауэрский мост, пытаясь запустить эти глупые игрушки.
Безо всякого предупреждения Марли склонился и поцеловал ее. Виктории пришлось сжать руки, чтобы побороть желание
оттолкнуть его.
- Марли! - Она мысленно возблагодарила Бога, что никто в этот момент не смотрел в их сторону. - Я замужем!
- Это ничего не меняет, - сказал он голосом, так не похожим на его обычную манеру. - Ваш муж, вероятно, сейчас
занимается тем же. Я слышал, что Софи Анжу была его любовницей в Париже. Как странно, что она приехала в Лондон сразу
вслед за ним. Вы действительно думаете, что это совпадение?
Мысль о совпадении не приходила ей в голову, пока Марли не упомянул об этом. Но Син никогда не сделает подобную
вещь.
- А вы что думаете? - Это, возможно, был еще один компромисс с совестью - из тех, о которых упоминал ее муж.
Идти на компромисс со своим новым взглядом на Синклера было еще труднее, чем приманивать друзей для допроса.
- Я не исключил бы такой возможности. Вы должны защищать собственные интересы, Лисичка. Вам нравилось, когда я
целовал вас, и это было только несколько недель назад. Помилуйте, зачем вам меняться?
Но она уже изменилась, и она не хотела, чтобы кто-нибудь, кроме Синклера, целовал ее или держал в объятиях. Именно
муж заставлял бешено биться ее сердце, он был единственным человеком, который любил ее такой, какой ей нравилось быть.
- Не знаю, - медлила она. - Возможно, что-то может измениться, если вы объясните, почему так не любите Олторпа.
Марли горько рассмеялся.
- Помимо того, что он украл вас?
- Син вам не нравился и на вечере у Фрэнтонов, и до того, как началась... вся кутерьма.
Он нахмурился:
- Это вас не заинтересует.
Сердце Виктории дрогнуло. Лисичка, которую он знал, не стала бы слишком уж подозрительной и не боялась бы Марли.
Не долго думая она ударила его по руке.
- Несомненно, заинтересует. Я живу с ним под одной крышей, а вы мой самый близкий друг, и я ценю ваше мнение.
Марли был падок на лесть, и теперь Виктория использовала ее по назначению, надеясь заставить его делать то, что ей
было нужно, с наименьшей суетой.
В итоге это сработало - так же, как и всегда.
- Мне бы хотелось, чтобы вы прислушались к моему мнению, прежде чем идти танцевать с ним. - Виконт придвинулся
ближе к ней на узком сиденье.
- Хорошо, я прислушаюсь... в следующий раз.
- Вы имеете в виду, что он будет - следующий раз?
- Все зависит от того, насколько убедительны причины, по которым я должна избегать Синклера. - Ее голос оставался
твердым.
- Ему не следует доверять, - решительно заявил Марли. - Его брат прервал с ним всякие отношения, хотя Син
умудрялся неплохо жить во Франции и не спешил вернуться домой, когда унаследовал значительное состояние.
- Вы сказали, его брат?..
Виконт кивнул.
- Это все знают. Олторп - бывший Олторп - был готов купить ему звание капитана в армии. Син и слышать не хотел
об этом, видимо, рассчитывая составить себе состояние в другом месте, не рискуя головой.
Виктория с трудом подавила негодование. Ее муж не хотел, чтобы кто-то знал, почему он всю войну провел в Европе.
- Если он составил себе состояние во Франции, - медленно произнесла она, - то был не единственным, кто сделал это.
Марли покачал головой:
- Нет. Но он был единственным, чей брат настолько горячо выступал против торговли с Францией, что разбил об пол
ящик с прекрасным французским шампанским в палате лордов.
Виктория в изумлении посмотрела на него.
- Вы думаете, Томаса убил Синклер?
- Я бы не поручился, что это не так. Томас не любил говорить о своем брате.
Слава Богу, она знала причину этого.
- Я не предполагала, что вы были так хорошо знакомы с лордом Олторпом. Вы никогда не говорили об этом.
Они подъехали к зоопарку, и Марли, спрыгнув на землю, обошел экипаж, чтобы помочь Виктории спуститься.
- Мы были друзьями, пока Олторп не стал яростно требовать, чтобы все отказались от французской собственности; он
даже больше не садился с нами за один стол. Должен признаться, я больше скучаю по его прекрасному виски, чем по нему
самому.
Виконт не убийца - теперь она была абсолютно уверена в этом. Всегда поглощенного собой Марли не заботило, какую
политику вел Томас, и он терпел ее, потому что любил запасы виски лорда Олторпа. Его рассказ мог бы быть невероятной
хитростью, но не в характере Марли было совершить что-то запутанное и сложное и не поставить это себе в заслугу.
- Думаю, я больна, - неуверенно заявила она, кладя руку на живот и придав лицу болезненное выражение. - Синклер
Графтон - убийца? Почему вы не сказали этого до того, как я начала танцевать с ним?
Осторожно поддерживая Викторию, Марли повел ее к входу.
- Вообще-то, - пробормотал он, - я думал об этом. Пока лорд Син развлекается со своей оперной певичкой, почему
бы и нам не заняться кое-чем?
- Кое-чем? - Виктория начинала чувствовать себя актрисой на сцене. Как она могла считать этого человека другом?
- А почему бы и нет? Больше того - когда вы вступите в права наследования, мы могли бы... убедить Олторпа
выплачивать, скажем, пять тысяч фунтов стерлингов в год, чтобы мы держали свои подозрения при себе.
Она готова была рассмеяться по поводу его полного и окончательного идиотизма.
- Да, но я живу с ним под одной крышей. Что, если он решит укокошить и меня?
- Он не осмелится, - легкомысленно откликнулся Марли, когда они проходили мимо клеток с птицами. - Как только
об этом узнают, сразу станет ясно, что он совершил и первое убийство.
- Это меня отнюдь не утешает, - ядовито заметила Виктория.
Виконт вопросительно взглянул на нее, и она поняла, что шутить с ним бесполезно, а поэтому, чтобы исправить ошибку,
принялась пристально изучать большую клетку с яркими южноамериканскими попугаями.
- Вы нужны мне, Лисичка, - смиренно заметил он. "Почти так же, как и ваши деньги".
Виктория потупилась.
- Дайте мне время обдумать все это, - сказала она после некоторого замешательства и улыбнулась. - Непросто
свыкнуться с этим за какие-то несколько часов.
- Несомненно, - согласился Марли. - Но вы должны доверять мне. Вы же знаете - я гораздо лучший выбор для вас,
чем Син Графтон.
Если бы она любила спорить, то поставила бы миллион фунтов на то, что виконт глубоко заблуждается.
Глава 14
Остин Ховарт осадил гнедого жеребца и, скрываясь за огромным почтовым фургоном, наблюдал, как Син Графтон
вернулся к своей лошади и поехал рысью в направлении конного аукциона. Граф расплылся в улыбке. Джентльмен, которого
он преследовал, теперь, похоже, преследует его.
Можно остановить Сина и дать ему очередное доказательство вины Марли, но еще лучше отказаться от этой идеи. Ключ
не много значил - всего-навсего кусок письма, служивший закладкой в книге. Ему следует проявлять сдержанность и
осторожность, предъявляя эту улику, и, возможно, куда лучше сообщить о ней за стаканом портвейна сегодня вечером. В
конце концов, он помогал собирать улики, которые могли привести человека на виселицу.
Все это было чертовски неприятно. Что касалось Августы и Кита, то для них Томас был мертв и больше ничего. Если бы
он сразу понял, что надо найти убийцу, то устроил бы все по-иному и убийца был арестован сразу же после убийства.
Копаться в этом спустя два года после свершившегося слишком мудрено; в конце концов, если бы у него были стоящие
улики, убийца давно бы предстал перед судом.
Подождав еще минут пять и удостоверившись, что Син не появится вновь, Остин направился на Болтон-стрит, собираясь
предпринять кое-какие шаги, чтобы некоторая часть прошлого навсегда осталась погребенной. Черт бы побрал Томаса
Графтона - он так и не открыл, что его повеса-братец делал в Европе. Они были друзьями, и он мог бы упомянуть, что
проклятый Син работал на паршивое военное министерство - подумать только - тайным агентом!
Конечно, если бы он знал тогда об этом, Томаса можно было и не убивать. Вряд ли леди Джейн Незерби когда-нибудь
поделится своими подозрениями, даже если эта хорошенькая кукла в летах располагала ими, но все же с вынюхивающим
повсюду Сином он должен быть настороже. Что же касается развязной женушки Сина, то ей лучше держать рот на замке.
Если же она не сделает этого, он будет вынужден откопать свидетельства ее так называемой дружбы с Томасом или Марли.
Это определенно отвлечет Сина - по крайней мере на срок, достаточный, чтобы предъявить неоспоримые улики вины
Марли. То-то виконт удивится!
Виктория попросила Марли остановить фаэтон на углу Брутон-стрит. Он снова попытался поцеловать ее, но она сумела
уклониться от его губ.
Нечего было и думать о том, чтобы рассказать Синклеру, где она провела полдня и после этой новости заявить о
невиновности виконта. Она ненавидела необходимость кривить душой и говорить полуправду, но это стало неотъемлемой
частью ее расследования. Ей приходилось признать, что Синклер действовал куда более искусно.
Как только она приблизилась, Майло открыл входную дверь.
- Добрый день, миледи.
- Добрый день. Лорд Олторп вернулся?
Дворецкий принял от нее шаль и шляпку.
- Пока еще нет, миледи. Прикажете приготовить чай?
Виктория отсутствовала почти четыре часа. Насколько ей было известно, единственной задачей Синклера в этот день
было пригласить на обед трех своих таинственных друзей. У нее в душе проснулась тревога. Если кто и способен
позаботиться о себе, так это Синклер Графтон, но хотелось знать, где он находится. Если Марли не убийца, то самым
подходящим подозреваемым становился Кингсфелд. Син вряд ли будет проявлять осторожность рядом со своим
предполагаемым другом.
Вздрогнув, Виктория выхватила свою шляпку из рук Майло.
- Никакого чая сегодня, - быстро сказала она, завязывая лепты шляпки под подбородком. - Мне еще надо кое-что
сделать. Пожалуйста, пришлите сюда Романа.
Лицо дворецкого потемнело.
- Я не видел эту персону весь день, леди Олторп. Не рискую предположить, где он может быть.
- Они ушли вместе?
- Нет, насколько я знаю. Что-нибудь не так?
- Что? Нет. Не знаю.
Друзья Синклера жили где-то на Уэйхаус-стрит. Если Син не прислушался к ней, возможно, их она сумеет убедить.
- Кто-нибудь относил письма к леди Стэнтон?
Майло покраснел.
- Миледи, я не имею представления о личной переписке лорда Олторпа.
- Хорошо. Кто доставлял ей письма Синклера?
- Должно быть, Хилсон. Он славный паренек, хотя немного...
- Я хочу поговорить с ним, - перебила она. - Немедленно. - Виктория старалась обуздать растущее возбуждение.
Сейчас она была единственным человеком в доме, который имел представление о том, что может случиться непоправимое.
Спустя несколько секунд, шаркая ногами и явно нервничая, появился Хилсоп.
- Миледи? - заикаясь, произнес он, дергая шейный платок. Она улыбнулась, придав лицу самое располагающее
выражение.
- Ты знаешь адрес леди Стэнтон?
- Я...
Майло толкнул его локтем в спину.
- Да, миледи.
- Отлично. Пожалуйста, отведи меня туда.
Мальчик побледнел.
- Сейчас, миледи?
При удобном случае надо будет сказать Сину, как трепетно относятся слуги к ее утонченной чувствительности, а точнее, к
его развлечениям.
Если бы она не знала, кем была эта леди Стэнтон, то, несомненно, почувствовала бы крайнее раздражение.
- Да, сейчас. Я думаю, ты не правишь лошадьми? Майло, найми нам экипаж.
- Наемный экипаж, леди Олторп?
Виктория закрыла глаза и сосчитала до трех.
- Да, Майло, пожалуйста.
Долговязый дворецкий выпрямился.
- Конечно, я немедленно займусь этим.
- Спасибо.
Виктория и Хилсон ждали на ступенях перед домом минут пять. Наконец появился Майло, за которым шла лошадь,
запряженная в ветхую карету.
- Вы уверены, что карета вас устроит, миледи? Я могу приказать Орсеру запрячь экипаж - на это уйдет всего десять
минут.
- Уверена. Хилсон, садись рядом с кучером и показывай путь. - Виктория без посторонней помощи забралась в
маленькую, дурно пахнувшую карету.
Майло подошел к дверце экипажа.
- Что прикажете сказать маркизу, когда он вернется?
- Скажи, что я отправилась к леди Стэнтон и скоро вернусь.
Дворецкий поклонился, и карета, громыхая, выехала на улицу.
В академии мисс Гренвилл Виктория усвоила, что настоящая леди должна всегда быть терпеливой, спокойной и
собранной, но эти уроки не годились для молодых жен, чьи мужья - бывшие тайные агенты, выискивающие убийц. Если
что-то случилось с Синклером...
Она чувствовала себя больной, стоило ей только подумать об этом. Он уцелел после пяти лет пребывания в стране врага,
но то время не шло ни в какое сравнение с настоящим. Хотя бы потому, что убийцей мог оказаться один из ближайших
друзей его брата.
Как раз в тот момент, когда она собиралась выглянуть и спросить Хилсона, не заблудился ли он, карета, загромыхав,
остановилась.
- Это здесь, миледи, - сказал Хилсон, помогая ей спуститься на землю.
Виктория протянула ему несколько монет из своего ридикюля и заторопилась в направлении маленького дома, на
который он указал.
- Отошли карету и жди меня здесь.
- Но...
Тяжелое дверное кольцо ударило по двери. По крайней мере она чему-то научилась у Синклера: посторонние экипажи
вызывали подозрение, особенно когда останавливались у дома леди.
Дверь отворилась - следовательно, кто-то был дома.
- Мне нужно увидеть.. - начала она и тут же спохватилась. - Вы Уолли?
Тучный лысеющий мужчина моргнул.
- Возможно, - пробормотал он, глядя поверх ее головы на улицу.
- Можно войти?
- Почему бы и нет? - Он отступил в сторону.
- Синклер здесь?
Уолли закрыл дверь.
- Я ничего не знаю.
Из комнаты слева от нее донесся звук шагов.
- Так, интересно.
Она узнала мягкий шотландский акцент, который уже слышала туманной ночью в Гайд-парке.
- Мистер Хардинг! - Виктория повернулась навстречу высокому шотландцу с волосами цвета песка. - Я ищу
Синклера.
Скрестив на груди руки, Хардинг прислонился к дверному косяку.
- Его здесь нет. Как вам удалось найти нас, леди?
- Я захватила с собой Хилсона, слугу, который доставлял записки леди Стэнтон.
- Так. А кого вы еще захватили? Вашу горничную или одного из ваших милых друзей?
- Криспин! - Уолли предостерегающе поднял палец. Она вспомнила, что не очень-то понравилась мистеру Хардингу
при их первой официальной встрече.
- Нет, я одна. Так вы сообщите мне, где может находиться Синклер, или я должна сама его разыскивать?
- Мне кажется, куда бы Сип ни отправился, это его личное дело.
Мужчина на ее месте к этому времени наверняка начал бы раздавать тумаки, но от нее требовался другой подход.
- Конечно, вы правы. - Виктория вздохнула. - Просто я не знаю, куда еще идти. Вы ближайшие друзья Синклера, и
мне трудно представить, чтобы он... исчез, не сообщив вам об этом.
Криспин прищурил один глаз и с явной неохотой поинтересовался:
- Как давно он ушел из дома?
- Несколько часов назад - он сказал, что собирался увидеться с вами.
- Криспин был дома после полудня, - сообщил Уолли, рассчитывая время и проверяя алиби. - Ты видел его?
Морщина на лбу огромного шотландца углубилась.
- Нет. Приготовь-ка чай для леди Олторп.
- Хорошо. - Уолли заторопился в глубь дома.
- Благодарю. Я просто не знаю, что мне делать дальше.
- Хм. Идите за мной, миледи. - Криспин исчез в комнате, из которой появился вначале.
Все это звучало не очень обнадеживающе, но Виктории было нужно, чтобы ее выслушали хотя бы в течение двух минут
Расправив плечи, она прошла вслед за хозяином и остановилась у входа.
На одном конце дубового стола были разбросаны бумаги, а остальную его часть занимала коллекция деревянных
коробочек и шахматные фигуры с украшающими их маленькими флажками.
- "Лорд Килинг, 8 - 8.8 пополудни", - громко прочитала Виктория и вопросительно взглянула на шотландца. - Это
Мейфэр, не так ли?
- Так точно.
Она наклонилась ниже.
- А коробочка в центре - Графтон-Хаус. Я никогда не видела ничего подобного. Вы помещаете людей в места, где их
видели в ночь убийства Томаса.
Криспин кивнул, следя за ней взглядом.
- Син был прав в отношении вас.
- Что вы имеете в виду?
- Он сказал, что у вас блестящий ум.
- Можно мне задать вопрос, мистер Хардинг?
- Разве вы здесь не для этого? - произнес он, не двигаясь с места.
- Где вы поместили лорда Марли?
- Это загадка.
Она нахмурилась.
- Что вы хотите этим сказать?
- Он был в клубе "Уайтс" до восьми часов того дня. Мы не знаем, куда он отправился после этого. Никто, с кем мы
разговаривали, не видел его, пока он не покинул дом на следующее утро и не направился в своей карете в неизвестном
направлении.
- А как насчет лорда Кингсфелда?
- Кингсфелд?
Викторию захлестнула волна гнева. Очевидно, Синклер не счел нужным проинформировать своих друзей о ее
подозрениях в отношении Остина Ховарта.
- О
...Закладка в соц.сетях
