Жанр: Любовные романы
Вселенная любви
...ое жилище было велико, возможно, высотой в два или три этажа.
— Похоже на многоквартирный дом, — сказала она. — Как же туда
взобраться?
— К сожалению, в этом старом многоквартирном доме нет лифта. Возможно,
некогда здесь были лестницы. К счастью, эти предусмотрительные древние
жильцы выбили в стене ступеньки. Вот ими мы и воспользуемся.
Брит подошла ближе и прищурилась, увидев раскрошившиеся ниши в каменной
стене.
— Ты что, шутишь? Это же козья тропа.
— Нет. Человеческая. Я хожу здесь, а мои ноги гораздо больше твоих.
— Почему они устроили подъем там, а не здесь, поближе к реке?
— Для защиты.
— От кого? От большеногих людей с боязнью высоты?
— Проклятье! Я забыл веревку. Ты можешь взобраться вслед за мной,
держась за стену?
— Сильно сомневаюсь. — Брит скептически посмотрела на отвесную
скалу, по которой Джейк принялся легко подниматься. — Джейк...
Он что, издевается над ней? Эта экскурсия смахивала на авантюру. Самым
большим ее спортивным достижением была езда на велотренажере в
гимнастическом зале.
И все-таки он настойчиво звал ее за собой, подбадривал, подсказывал, как
сделать следующий шаг.
— Давай, Брит. Не так уж это страшно, как кажется. Стена слегка
наклонена, так что на нее можно опереться. А в твоих мокасинах тебе должно
быть совсем легко двигаться. Просто не смотри вниз.
Брит с опаской смотрела, как Джейк ставил на узкие ступеньки сначала одну
ногу, потом другую.
— Кажется так просто, когда это делаешь ты, — прошептала она.
Он сказал:
— Анасази это проделывали. Ты тоже можешь.
— Кто такие анасази?
— Те, что изначально жили здесь более семи сотен лет назад.
Брит уперлась руками в бедра и, задрав голову, посмотрела на него. Перчатка
брошена. Вызов принят. Брит не хотела, чтобы кто-нибудь был лучше ее,
особенно какие-то анасази. Она обязательно взберется по этой несчастной
стенке. Она поставила одну ногу в мокасине на доисторическую ступеньку и
потянулась вверх.
Медленно, осторожно, прижимаясь к скале, как велел сверху Джейк, Брит сумела-
таки добраться до края обрыва.
— Можно спросить, как мы будем спускаться? — пробормотала она,
хватаясь за его протянутую руку и подтягиваясь.
— Не беспокойся об этом, — посоветовал он. — Ты великолепна,
Брит.
Она ухватилась за него.
— Только не говори, что мне придется спускаться тем же путем! Я боюсь
даже взглянуть вниз.
Джейк притянул ее к себе.
— Можешь съехать на собственной попке, — поддразнил он. — А
теперь посмотри вокруг. Не правда ли, великолепный вид?
— Держи меня. — Брит испуганно прижалась к Джейку и нерешительно
взглянула вниз с обрыва, на который только что взобралась.
С высоты птичьего полета ей открылся весь их путь вдоль ручья. Уровень воды
заметно упал по сравнению со вчерашним, и случай с Йоландой казался чем-то
вроде страшного сна. Издалека слышался низкий рокочущий звук.
— Это водопад?
— Иди сюда и увидишь. — Джейк провел ее к дальнему концу уступа,
доходившего до маленького патио перед древним скальным жилищем. Обняв ее за
плечи, он указал на серебряный поток между двумя красноватыми скальными
выступами, низвергавшийся в небесно-голубой пруд.
— Потрясающе! — выдохнула Брит, прижимаясь щекой к руке, лежащей
на ее плече. Высокие красновато-коричневые и темно-желтые скалы имели
удивительно гладкую поверхность, как будто некая гигантская рука старательно
отшлифовала их. Вид был фантастическим, словно они попали на другую планету.
— Вот бы подойти поближе.
— Если хочешь, можно будет сходить окунуться. Позже. После
работы. — Он опустился на колени и принялся распаковывать рюкзак.
— Я бы хотела там поплавать, если это не опасно. — Она все не
могла забыть вчерашнюю историю с Руди и Йоландой.
— Посмотрим. Сегодня все должно быть нормально.
Брит прошлась взад-вперед по патио.
— Это похоже на крепость. Я понимаю, почему анасази здесь чувствовали
себя в безопасности. Отсюда далеко видно во всех направлениях. Можно, я
войду внутрь, или надо подождать тебя?
— Конечно, иди. Только ничего не трогай. Пусть все останется, как было,
чтобы я мог описать это жилище таким, каким мы его нашли.
— А почему двери такие маленькие? Эти люди что, были небольшого роста?
— Лишь на несколько дюймов ниже, чем средний современный американец.
Двери специально сделаны такими маленькими, чтобы посетитель или враг либо
стукнулся головой, невольно сообщая о себе, либо наклонился. В обоих случаях
жильцу проще было защищаться.
— Очень умно.
И сквозь дверной проем древнего индейского жилища Брит шагнула в другую
эпоху. Семьсот лет назад — до высадки первопроходцев, даже до того, как
Колумб открыл Америку. Она испытывала благоговение перед почти неизмеримой
глубиной времени, что прошло с тех пор, как анасази построили эту маленькую
крепость и жили здесь со своими семьями.
В комнатах стояла жутковатая тишина и не было ничего, кроме листьев и
птичьего помета из настоящего и шорохов из далекого прошлого. Она осторожно
прошла мимо закопченной стены. Видимо, здесь была кухня. В углу среди
остатков корзины валялись куски высохшей кукурузы. Как это может быть?
Кукуруза, сорванная более семисот лет назад? Он говорил, что находил сухую
кукурузу, но тогда она ему не поверила.
— Джейк? Это что, кукуруза?
Он не ответил. Видимо, он так увлекся работой, что не слышал ее. Она
наклонилась и через еще один проем вошла в соседнюю комнату. С одной стороны
стоял громадный глиняный горшок, словно недавно оставленный владельцем.
Горшок был красновато-коричневый, ничем не раскрашенный, очевидно, предмет
повседневного обихода. Она остановилась: ей показалось, что она что-то
услышала.
— Джейк? Смотри, какой тут горшок.
Она оглянулась, но Джейка здесь не было. Ветер, наверное, решила она и
отправилась дальше. Следующая комната с низким потолком явно вплотную
примыкала к задней стене пещеры. А вся пещера служила доисторической
картинной галереей и была покрыта древними рисунками. Брит поразили хорошо
сохранившиеся изображения животных, людей, несколько четких надписей и
множество незнакомых символов. Наверное, это и есть петроглифы, о которых
упоминал Джейк.
На густо покрытом птичьим пометом полу Брит заметила голубое пятно. Она
остановилась, чтобы поднять заинтересовавший ее предмет из разбросанных по
полу черепков и обломков, и опять услышала слабый шум. Она решила, что это
Джейк наконец-то ее догнал, и окликнула его:
— Я здесь.
Она держала в руках находку и внимательно рассматривала ее. Большая зубчатая
морская раковина, украшенная мозаикой из бирюзовых и коралловых пластинок.
Брит была поражена. Она держала в руках украшение семисотлетней давности!
Возможно, это был дар любви; возможно, мать дала его дочери на память о
доме. За ним стояла история, стояли люди. Что это? Что связано с ним?
Как морская раковина попала сюда, по меньшей мере за пятьсот миль от
ближайшего морского побережья? Да и двухкилометровая глубина Большого
Каньона отнюдь не находилась на каком-либо из древних торговых путей. Сердце
Брит забилось сильнее. Даже она понимала, что это замечательная находка.
Опять повторился тот же шум.
— Брит, что там у тебя?
Она подняла взгляд и вздрогнула, взволнованная внезапным появлением Джейка.
Она хотела показать ему свою находку, но споткнулась, раковина выскользнула
из ее рук и упала на пол.
Джейк рванулся вперед.
— Я же просил тебя ничего не трогать.
— Ох, нет! — Она опустилась на колени, чтобы разыскать на полу
древнее сокровище. Только бы оно не разбилось!
Джейк встал на колени рядом с ней.
— Как ты могла?
Брит не видела его таким грозным с того дня, когда он остановил драку между
Руди и Фрэнком. Дрожащей рукой она подняла голубую раковину. К счастью, та
осталась цела.
— Прости меня, пожалуйста, прости, — снова и снова повторяла она.
Джейк взял ее руки в свои и сжал их.
— Давай посмотрим.
— Не надо было мне ее касаться. Я... не знаю, что произошло. Я услышала
странный шум. А когда увидела на полу эту цветную штучку, просто не могла не
поднять ее. Она меня притягивала, будто волшебная. Надеюсь, я не повредила
ее поверхность. Я услышала странные звуки, и какую-то минуту мне казалось,
что этот звук исходит от изображения на стене и требует, чтобы я ушла. Так
здесь часто бывает? Тебе никогда не приходило в голову, что призраки тех,
кто жил здесь, иногда приходят сюда?
Джейк восторженно сжал ее руки.
— О Боже, Брит! Похоже, ты нашла настоящее сокровище.
— Жалко, что я его взяла без твоего разрешения.
— Ничего страшного. — Он наклонился и внимательно осмотрел
раковину. Потом посмотрел на нее и улыбнулся. — Красивая...
И прежде, чем кто-либо из них осознал, что происходит, их губы
встретились... Возбужденные, счастливые, они не замечали ничего вокруг.
Опять послышался шум, какое-то тихое шипение.
Брит вздрогнула и поежилась.
— Ты слышал, Джейк?
Он оторвался от ее губ, только чтобы пробормотать:
— Да, старый Кокопелли ревнует.
— Кто?
— Кокопелли. Тот парень с флейтой на стенке. Он — бог плодородия, и он,
наверно, ревнует тебя ко мне. Не хочет, чтобы мне доставались твои
поцелуи. — И Джейк опять склонился к ее губам.
Забыв о времени, они обнимались на полу пещеры, и поцелуи уносили их вдаль.
И вдруг шуршание раздалось совсем рядом, и им все-таки пришлось обратить на
него внимание.
На этот раз они оба оглянулись вокруг, ища нарушителя их уединения.
Брит задохнулась от испуга, уставившись в пупырчатую оранжево-черную морду
самой большой и самой безобразной ящерицы, какую она когда-либо видела. Она
зажмурилась и громко закричала.
Брит согласилась вернуться внутрь развалин, только когда Джейк осмотрел все
вокруг и уверил ее, что ящерица убежала и больше никого в комнате нет.
— Это была самая большая ящерица, какую я когда-либо видела. Похожа на
монстров из фантастических фильмов ужасов.
— Да это просто старая неуклюжая ящерица. Должно быть, она или кто-то
из ее родственников послужили прообразами для целой армии киношных
монстриков.
Брит было не смешно. Она по-прежнему со страхом смотрела на большую дыру в
углу, где, как сказал Джейк, скрылась ящерица.
— Я никогда так не пугалась!
Джейк расхохотался.
— Я уверен, что и мы ее смертельно напугали. Ящерицы — создания на вид
весьма зловещие, но совершенно безобидные. Если их не трогать, они обычно
обходят людей стороной. Просто мы с тобой побеспокоили ящерицу в ее
собственном доме.
— И она испугала меня чуть не до смерти, — пробормотала Брит с
легким стоном. — Они ведь кусаются, да? У нее был громадный рот.
— Да, кусаются, и у них ядовитые задние зубы, но они не нападают,
подобно змеям. Они редко кого-нибудь кусают. Только если их хватают или
слишком близко к ним подходят.
— О, не беспокойся! Чтобы я попыталась схватить такую страшную зверюгу!
Джейк повертел в руках узорчатую раковину.
— Это великолепная находка, Брит. Просто сказочная.
— Я думал, ты сердишься на меня за то, что я ее трогала. — Брит
посмотрела через его плечо на древнее сокровище.
— Это нелегко — не тронуть такую красивую вещь. Конечно, я на тебя не
сержусь.
Она поцеловала его в мочку уха и провела пальцем по изломанному краю
раковины.
— Где и как они раздобыли такую большую раковину?
— Купили.
— Но здесь же не проходит никаких торговых маршрутов, — возразила
Брит. — Здесь такая глушь.
— Ну, им, должно быть, приходилось иногда торговать с различными
путешественниками. Конечно, теперь уже не узнать точно, что они делали. Но
среди находок попадаются вещи, которые могли быть сделаны только на
побережье или даже в Мексике. У древних была весьма развита бартерная
система. — Джейк пару раз сфотографировал цветную раковину.
— Представляю себе, — задумчиво сказала Брит. — Эту вещь
могла сделать молодая женщина с мексиканского побережья и подарить своему
возлюбленному. Но потом они поссорились, и он продал раковину первому же
заезжему торговцу.
Джейк посмотрел на нее долгим взглядом.
— Ну и воображение у тебя.
Брит усмехнулась и пожала плечами.
— Знаешь, такое не каждый день попадается.
— Правда. — Джейк прошел на середину комнаты. — А теперь мне
надо привести эту комнату в такой вид, какой у нее был, когда ты пришла
сюда. Где была раковина?
— А страшная ящерица тебе не нужна?
— Нет. Только вещи.
Брит положила раковину на пол.
— Она была здесь, наполовину закрытая обломками.
Джейк вытащил из заднего кармана джинсов маленький блокнот и принялся
неумело зарисовывать расположение предметов в комнате.
Она с любопытством смотрела на его работу.
— Ты рисуешь эту комнату? Давай лучше я.
— Мне не обязательно, чтобы зарисовка была произведением искусства,
только бы она точно отражала, где что находится. Вместе с фотографиями и
отчетом рисунок пойдет в обзор.
Брит взяла блокнот и принялась за дело. Когда-то она хорошо рисовала, и
теперь позабытое умение легко вспоминалось. За несколько минут она
изобразила комнату со всем, что в ней находилось.
— О, да у тебя здорово получается. Надо бы почаще использовать тебя в
качестве помощника. Мои рисунки оставляют слишком большой простор для
фантазии.
— Я рада была бы работать с тобой, Джейк. — Брит знала, что он
шутит. Но она говорила совершенно серьезно. О такой интересной работе бок о
бок с Джейком можно было только мечтать.
В течение нескольких следующих часов они описывали все свои находки и общий
вид жилища. Они перечислили и детально описали все, что нашли в скальном
жилище, которое назвали
Каса Патио
, что означало
дом с внутренним
двориком
. Они не забыли даже упомянуть ящерицу.
Наконец они уселись передохнуть на каменном уступе. Брит все было интересно.
— Джейк, расскажи мне о людях, которые жили здесь. Какие они были? Что
здесь делали?
— Они были охотниками, земледелием не занимались. Здесь просто не было
подходящей земли, так что им приходилось добывать то, что могли. И еще они
научились плести корзины. Я думаю, они ушли потому, что истощились их
пищевые ресурсы.
— Куда же они ушли?
— Возможно, превратились в одно из племен реки Пуэбло. Любопытно, что
до сих пор существует группа индейцев, которая живет на дне каньона, только
на другой его стороне.
— В самом деле? Где же?
— Резервация хавасупаи находится в каньоне Хавасу, в который можно
попасть только пешком или на лошади. И, конечно, на вертолете.
— Не могу себе представить, как можно все время жить здесь, на дне
каньона.
— Представь себе, что они живут здесь с двенадцатого века.
Она покачала головой.
— Не могу. Эти места выглядят настолько девственными, что можно
подумать, здесь никогда никого не было. И все же цивилизация пришла сюда
раньше, чем Колумб открыл Америку.
— Меня завораживает именно то, что от их цивилизации осталось столько
всего того, что можно изучать, — сказал Джейк. — Эта наука не
мертва. Каждый год мы узнаем что-то новое.
Брит восхищалась познаниями Джейка и его заинтересованностью любимым делом.
Он не был похож ни на кого из ее прежних знакомых. Умный, целеустремленный,
преданный своей работе.
— Ты так много знаешь об индейцах, Джейк. Я бы хотела, чтобы ты принял
участие в съемках фильма про Бонни. Ты не можешь сделать это для меня? Ты не
хочешь поехать со мной в Голливуд, когда мы выберемся отсюда? Я хочу быть
уверенной в том, что все, что говорится в этом фильме, верно. И
этнографически достоверно.
Он странно посмотрел на нее и покачал головой:
— Ничего подобного я делать не буду.
— Я... я могла бы попробовать устроить тебя консультантом.
— Нет, нет. У меня нет никакого желания тратить время на подобную
чепуху. — В его темных глазах появилось напряженное выражение. —
Как же ты не понимаешь, Брит? Образование и познание — в этом моя жизнь. А
не... развлечения.
Она всматривалась в него. Он был серьезен. Слишком серьезен. Непреклонен.
Как она могла убедить его? Его глаза говорили
никогда
. И, подумала она,
боюсь, что его сердце тоже. Этого Джейка она не знала вообще.
7
Когда работа была закончена, Джейк привел Брит в очень красивое место.
Растянувшись на плоском камне, они закусывали сандвичами с тунцом и грелись
на солнышке, словно две ящерицы. Иногда ветерок доносил до них прохладные
брызги водопада.
— Посмотри вверх, — лежа навзничь на теплом камне, Джейк указал на
край голубого купола неба. — Видишь, вон там, где вершины деревьев
сливаются с небом? Это северный край каньона.
Брит предпочитала смотреть не на голубое небо, а на него, любуясь его
блестящими волосами цвета воронова крыла, смуглой кожей, сильным гибким
телом. Она подумала, что они подходят друг другу. Весьма и весьма. Оба
скинули верхнюю одежду, оставшись в одних майках. На нем майка сидела
идеально и подчеркивала его мускулистый торс. А ей майка была велика,
скрывала ее тело и сидела на ней подобно тунике.
Хотя Брит больше всего нравилось разглядывать Джейка, она все-таки оторвала
от него взгляд и посмотрела в указанном направлении.
— Это выход из каньона?
— Северный выход.
Некоторое время Брит молчала. Ей казалось, что выход находится в тысячах
миль и даже, как она втайне надеялась, в миллионах лет отсюда. Так странно
для нее было чувствовать себя такой счастливой и довольной в этих диких
местах. Она даже не вспоминала о благах цивилизации и с удовольствием носила
одежду Джейка, заботы о прическе, маникюре и нарядах казались сейчас такими
мелочными.
— Все, что в жизни нужно — это хлеб и вино. — Он передал ей флягу
с водой.
Их пальцы соприкоснулись — и замерли. Их тепло напомнило ей прошедшую ночь.
— У меня есть ты. Что еще может быть нужно в жизни? Только мы, Джейк,
одни в целом мире. Вряд ли где-нибудь еще может быть так хорошо. Красиво.
Здесь такая тишина. Можно представить себе, что мы с тобой — единственные
жители этой прекрасной земли.
Джейк усмехнулся.
— У тебя весьма живое воображение.
— Спасибо, — пробормотала она.
— Мне нравится здешняя тишина. — Он закинул руки за голову и
принялся смотреть в небо. — В нашей жизни нелегко найти такую тишину.
Всегда есть какие-то звуки, шум мотора, или какой-нибудь далекий гул, или,
еще того хуже, орущее радио. Эта тишина живительно действует на меня. Здесь
хорошо думается.
— А о чем ты думаешь, когда бываешь здесь один? — Она доела
сандвич и теперь лежала на спине, положив голову ему на грудь.
— На самом деле ни о чем возвышенном. Пребывание здесь просто
успокаивает меня, избавляет от привычки суетиться и дает возможность
обдумать собственную жизнь.
— И какова же она? Чем ты живешь, Джейк? Профессор Лэндри. — Брит
улыбнулась, представив себе, как Джейк, такой естественный в рубашке и
джинсах, вернется в университет, наденет строгий костюм с жилетом и водрузит
на нос очки.
А его ее вопрос заставил призадуматься, и он медлил с ответом.
— Наверное, я фанатик своего дела. История, древняя культура,
преподавание, в этом вся моя жизнь. — Он положил руку ей на грудь, его
пальцы ласково коснулись ее плеча. — Ни детей, ни жены. Ничего больше.
— Знаешь, я рада. Не по поводу детей, а насчет жены. Ты не был женат?
— Был. Почти четыре года. И уже три года как развелся.
Брит замолчала: она хотела подробнее узнать о его неудавшемся браке, но не
знала, как это лучше сделать, чтобы не обидеть его.
— А ты? — спросил он прежде, чем она сформулировала следующий
вопрос. — Ты когда-нибудь была замужем?
— Я? О, нет. Я... была с Майклом. Почти год. Несколько раз мы
обсуждали, не пожениться ли, особенно в последние месяцы. Хотя я думаю, что
это, скорее, из-за голливудского контракта.
— Почему это?
— Потому что изменилось мое финансовое положение. Из обычной секретарши
со скромным жалованьем я превратилась в человека, который может делать то,
что ему хочется. Это большая разница.
— Так ты ушла с работы?
— Да. Как только получила аванс от киностудии. Конечно, это не значит,
что я обеспечена на всю жизнь, но теперь у меня есть возможность подумать,
чем бы мне заняться. Наверняка Майкл счел мое финансовое положение
привлекательным. Он даже подумывал бросить свою работу и помогать мне делать
карьеру. — Она посмотрела на Джейка. — Это бы не имело значения,
если бы я... на самом деле любила его. И чувствовала, что он любит меня.
— А ты любишь его?
Она отрицательно покачала головой.
— Между нами никогда не было серьезного чувства. Мы очень по-разному
смотрим на жизнь. И мне очень не нравится его увлечение азартными играми.
Раньше я думала, что он просто изредка позволяет себе. Но он рвется к
игорному столу, как только у него оказывается свободное время и немного
денег. — Она помолчала, потом твердо добавила: — Нет, я не люблю
Майкла.
— Хорошо, что ты поняла это сейчас, до того, как совершила следующий
шаг. Я... был не столь мудр.
Джейк ласково провел пальцами по ее шее и лицу. Брит с трудом поддерживала
разговор, его прикосновения вызывали в ней прилив желания. Ей хотелось
сорвать с него одежду и прямо здесь начать заниматься любовью, но она
сдерживала себя. Сейчас, когда Джейк так спокойно и откровенно отвечал на ее
вопросы, Брит надеялась побольше узнать об этом человеке, который перевернул
ее душу и пленил ее воображение.
— Джейк, а что ты делаешь в свободное время?
Он махнул рукой.
— Например, то, что я делаю сейчас. Здесь я провожу каникулы.
— Но ты же работаешь! Мы только что несколько часов описывали
развалины. Это не отдых.
— Для тебя — может быть. Но не для меня. Здесь меня все радует. Но
исследования еще не закончены, необходимо обработать имеющийся материал и
подготовить необходимую документацию. А потом это все надо будет сопоставить
с тем, что было известно ранее, и напечатать отчет.
— И это отдых? Безумие какое-то.
— Возможно. Но иногда бывает трудно провести четкую грань между отдыхом
и работой. Я — как агент бюро путешествий, который отправляется на
отдаленный, не освоенный пока туристами курорт, чтобы выяснить, стоит ли
рекомендовать его клиентам. И тогда отдых становится частью работы. Я даже
не умею играть в гольф, — Джейк рассмеялся. — Больше того, и не
собираюсь учиться.
— И ты никогда не удишь рыбу, не играешь в бейсбол, вообще не
занимаешься спортом? — Она не могла представить себе, чтобы человек был
так увлечен работой. Почти все ее знакомые мужчины и большая часть знакомых
женщин из мира бизнеса играли в гольф или теннис. Это было необходимо, чтобы
завязывать нужные знакомства и, вообще, подниматься по общественной
лестнице.
— Это меня не интересует. Иногда я даже устаю от общества других людей.
Наверно, мне нравится одиночество.
— И поэтому ты здесь, в Большом Каньоне? Чтобы погрузиться в любимую
работу.
— Да нет. Просто здесь нужно проводить исследования. Мы с Колем
Вошбэрном, моим коллегой из САУ, давно заинтересовались этими неизученными
руинами. Наконец мы получили финансирование под их исследование и собирались
вместе приехать сюда, но его жена тяжело заболела, и он остался с ней. Вот
почему у меня здесь гораздо больше вещей, чем нужно одному человеку.
— Жалко жену твоего коллеги, но его вещи нам здесь очень пригодились.
— Когда я вернусь во Флагстафф, Коль поможет мне обработать информацию
и написать отчет. Эти исследования по-прежнему наши с ним общие. Понимаешь,
Брит, история каньона еще не написана. Здесь жили
...Закладка в соц.сетях
