Жанр: Любовные романы
Год и один день
...руки обвел
собравшихся в зале людей. -
Оглянись-ка вокруг себя. Мы все шотландцы.
На лице Мактавиша появилась горькая усмешка.
- Так ли это, мой господин? - Он обвел зал взглядом черных глаз. - Я вижу
здесь только двоих раненых, и оба они
носят имя Мактавиш.
Это наблюдение заставило Эдгара улыбнуться, а всех остальных нахмуриться.
- Да, они Мактавиши, - согласился Эдгар. - Все Мактавиши известны
храбростью и упорством в сражении. Если
бы они были не такими храбрыми, их бы не ранили.
- А кто нанес им раны? - требовательно спросил лэрд Мактавиш. Его жесткий
взгляд словно требовал немедленного
ответа от каждого, на кого он был обращен.
Алек подошел к жене. Бриттани была поражена его выдержкой. Будь на месте
Алека ее дед, он уже давно бы взорвался
и схватился за меч.
- Мактавиш, ты забываешься. Ты на земле Кэмпбеллов, а не у себя дома. И
потому занимайся своими врагами, а не
моими. - Алек говорил холодным тоном, не повышая голоса. По сравнению с
громоподобным басом Мактавиша его голос
казался тихим, но его слова не становились от этого менее убедительны.
Энгус долго смотрел на Алека в упор и, к немалому удивлению Бриттани,
вдруг рассмеялся:
- Хорошо сказано. Иан гордился бы тобой.
Бриттани почувствовала, как напрягся ее муж при упоминании о его отце.
- Я поклялся на мече своего отца в день его смерти, а вторую клятву дал в
тот день, когда женился. Когда истечет
срок брачного договора, руки у меня станут свободны. А пока не испытывай больше
мое терпение.
Мактавиш обратился к Эдгару:
- Когда мой человек оправится от ран, его пришлют домой?
- Да, Энгус. Можешь положиться на мое слово.
Мактавиш, очевидно удовлетворенный ответом, взглянул на Кэмпбелла.
- Твой отец был достойным противником, и я его уважал. В ту ночь, когда мы
встретились в лощине, каждый из нас
знал, что живым оттуда выйдет только один. - Рука Энгуса многозначительно
потянулась к кинжалу, он не отрывал от лица
Алека недобро прищуренных глаз. - Когда-нибудь то же самое произойдет и между
нами. Только знай, Алек Кэмпбелл, что
мною и твоим отцом руководили интересы клана, тобой же движет просто жажда
мести.
Лицо Алека приняло такое выражение, что у Бриттани кровь застыла в жилах.
Ей хотелось закрыть глаза, спрятаться
от бурлившей в нем ненависти. Смотреть на него было все равно что смотреть в
лицо смерти, и ей вдруг показалось, что дни
Энгуса Мактавиша сочтены.
- Час еще не пришел, Мактавиш. А когда он придет, один лэрд пойдет своей
дорогой, а второй отправится вслед за
моим отцом. - В голосе Алека звучала первобытная, хотя и сдерживаемая ярость.
Все умолкли. Король встал между предводителями кланов, и, хотя голос его
был спокоен, лицо выдавало напряжение.
- Надеюсь, вы не забыли о том, что до той поры, пока не истечет год и один
день, вы оба связаны клятвой?
Алек склонил голову, но не изменил позы - позы воина, готового вступить в
схватку. Рука Энгуса по-прежнему
лежала на рукояти кинжала.
Эдгар подошел к Бриттани.
- Леди Кэмпбелл, не сочти за труд проводить отца до двери. - Бриттани
сразу поняла, что, несмотря на мягкость
тона, это не просьба, а приказ.
- Да, государь. - Она шагнула вперед и с удивлением увидела, что Энгус
Мактавиш предлагает ей руку.
Этот жест напомнил ей день бракосочетания, когда она отвергла его руку.
Хотя Бриттани до сих пор не испытывала к
лэрду Мактавишу даже намека на дочерние чувства, она не хотела еще больше
накалять обстановку в зале. Со спокойным
достоинством она положила кисть на его руку.
Сначала отец подвел ее к Брайану.
- Крепись, Брайан, скоро ты будешь дома.
Потом отец провел ее через зал - мимо мужа, мимо короля и всех Кэмпбеллов,
с молчаливым неодобрением
наблюдавших за вождем враждебного клана.
У двери он остановился, отстегнул кинжал и вложил его в руку Бриттани.
- Это на тот случай, если твой муж решит расторгнуть брак до истечения
срока, - объяснил он. - В нашу первую
брачную ночь твоя мать не расставалась с кинжалом.
Бриттани понимающе улыбнулась.
- Я вижу, ты знаешь эту историю, - продолжал ее отец. - Возьми мой кинжал,
дочка. Вдруг тебе тоже придет в
голову поучить уму-разуму твердолобого шотландца.
- А тебе этот урок пошел на пользу? - Бриттани взглянула в глаза человеку,
который дал ей жизнь и которого она
почти не знала.
- Да, дочь моя, кое-чему я научился. Но, пожалуй, это было слишком поздно.
Энгус на мгновение коснулся рукой ее щеки, решительно повернулся и одним
движением взлетел в седло. Он сразу
пустил коня в галоп и ни разу не обернулся.
Бриттани долго глядела ему вслед. Когда всадник скрылся из виду, она
прошептала:
- Знаешь, отец, все дело в том, что я не учитель, а ученица.
11.
Когда Бриттани вернулась в зал, она увидела, что все уже приступили к
утренней трапезе. Кинжал она спрятала в
складках одежды и придерживала рукой, зная, что Алеку этот подарок вряд ли
придется по вкусу. Сесть за стол с кинжалом
она не могла и не представляла себе, как от него избавиться.
Если бы она была призраком, то можно было бы пробраться к лестнице,
подняться наверх и спрятать кинжал у себя в
комнате. Но мало того, что ее тело состояло из плоти и крови, к ней еще было
приковано всеобщее внимание, и сделать хоть
что-нибудь незаметно не представлялось возможным.
Бриттани приближалась к столу, стараясь делать это как можно медленнее, а
в это время ее ум лихорадочно искал
выхода. Вдруг в поле ее зрения попал Брайан Мактавиш, лежавший на своем шатком
ложе у очага с миской в руках.
Она сразу ускорила шаг и, не обращая внимания на нахмуренные брови мужа,
подошла к Брайану, склонилась над
ним, делая вид, что проверяет, хорошо ли забинтованы раны. Неуловимым для
постороннего глаза движением она сунула
кинжал под одеяло.
- Спрячь скорее, - прошептала она, а потом громко добавила: - Я принесу
тебе овсянки.
Лицо Брайана озарилось улыбкой, предназначенной, очевидно, тем, кто на
него смотрел. Бриттани же услышала
произнесенную сдавленным шепотом фразу:
- Терпеть не могу овсянку.
Бриттани улыбнулась и прошептала в ответ:
- Теперь уже ничего не поделаешь.
В тот же миг около раненого появилась расстроенная Дженнифер с большой
миской овсянки.
- Прости, Брайан, но ты же сам говорил, что овсянка годится только свиньям
и англичанам. - Она вручила ему
миску, до краев наполненную овсянкой.
Брайан с отвращением погрузил ложку в густую массу, а Бриттани сказала
Дженнифер:
- Мне говорили, что овсянка ускоряет заживление ран.
Дженнифер понимающе кивнула.
- Тогда я послежу, чтобы он не оставил ни капли.
- В этом нет необходимости. - Брайан попробовал овсянку и решительно сунул
ложку в миску. Заметив на лицах
обеих женщин неодобрительное выражение, он пробурчал: - Слишком горячо.
Бриттани коварно улыбнулась и придвинула Брайану миску.
- Это же лекарство. Нечего так морщить нос, - сказала она, делая вид, что
не замечает его свирепого взгляда. -
Вчера благодаря твоим усилиям мне пришлось выпить отвратительное вино, так что
сегодня твоя очередь.
Леди Дженнифер поднесла ложку к сжатым губам Брайана.
- Ты ведешь себя как непослушное дитя, Брайан.
Брайан открыл рот, собираясь ответить, а Дженнифер, воспользовавшись
случаем, сунула ему в рот ложку горячей
густой каши. Его лицо выразило такое отвращение, что Бриттани не могла не
рассмеяться.
- Ну вот, хорошо. Правда, вкусно? - лукаво спросила она, а Дженнифер уже
подносила ко рту Брайана новую
ложку.
- Мне сразу стало гораздо лучше, - ответил Брайан. - Правда, мне кажется,
что дело не в лекарстве, а в руке,
которая его подносит.
Дженнифер покраснела, а довольная Бриттани вернулась к столу.
Алек встал и помог ей сесть.
- Что ты там делала? - спросил он.
- Я проявила заботу о нашем госте, как и подобает хозяйке. Тебе что-то не
нравится, Алек?
- Нет, я просто спросил. - Алек смерил задумчивым взглядом пару у очага. -
Как ты думаешь, когда он сможет
передвигаться?
Бриттани покачала головой:
- Не знаю, Алек.
- Надеюсь, что он скоро поправится. Мне не хотелось бы, чтобы твой отец
появился здесь еще раз.
Бриттани затаила дыхание. Убийство, ненависть, жажда мести. Наступят ли
здесь когда-нибудь мир и покой? Она
отвернулась и встретилась глазами с острым взглядом короля.
- Всему свое время, - сказал он, словно угадав ее мысли. - Не стоит
отчаиваться.
- Да, государь, - ответила она. Но в глубине души она не верила, что время
сможет исцелить душевные раны Алека.
Ненависть слишком сильно отравила его сердце и ум.
- Король пригласил нас ко двору, - сказал Алек, пододвигая ей тарелку с
едой. - Тебе нужно набираться сил,
Бриттани.
Когда Бриттани услышала слова "ко двору", аппетит у нее сразу пропал, но,
чтобы не расстраивать Алека, она взяла
вилку и стала через силу есть.
- Месяц, Алек, и не более того, - сказал Эдгар. - Мне не терпится
представить Бриттани ко двору.
У Бриттани пересохло во рту, и она потянулась за молоком. Двор! Ей
придется выставлять себя напоказ, изображать из
себя даму, а ничего более трудного Бриттани и вообразить не могла. Она понимала,
что надо как-то отказаться от
приглашения, и беспомощно прошептала мужу:
- Двор - это не для меня.
- Не бойся, маленький воин. - Алек благодушно улыбнулся. - Если тебе ктонибудь
не понравится, ты всегда
можешь вынуть меч из ножен и поучить его хорошим манерам.
Эдгар разразился хохотом.
- Да, при моем дворе немало людей, которым это пошло бы на пользу. - Он
помолчал немного, словно что-то
обдумывая, а потом добавил: - По зрелом размышлении я прихожу к выводу, что леди
Бриттани могла бы сослужить мне
добрую службу, избавив мой дом от множества неприятных людей.
- Перестаньте зубоскалить! Вы оба! - не выдержав, вскричала Бриттани. -
Поищите-ка другой повод для
упражнения в остроумии.
Эдгар подмигнул Алеку и сделал вид, что смущен.
- Прости нас, леди, - сокрушенно проговорил он. - Мы так много времени
проводим на войне, что совсем забыли,
как следует себя вести в дамском обществе.
Бриттани заставила себя сохранить серьезность. Она чувствовала, что король
что-то замышляет.
- Не сокрушайтесь, государь. И у вас, и у Алека есть куда более ценные
качества, нежели хорошая память, -
светским тоном проговорила она. - Я даже сказала бы, что судьба с лихвой
возместила вам недостаток памяти, дав взамен
нечто другое.
Алек в недоумении приподнял брови.
- Что ты имеешь в виду, Бриттани?
- Ну как же, Алек. И тебе, и королю Эдгару судьба подарила жен, которые
никогда и ничего не забывают.
- Верно, леди Бриттани, - усмехнулся Эдгар. - Мне довольно часто хочется,
чтобы мою жену подвела память, но
этого никогда не случается.
- Так ведь этому следует радоваться, не так ли, государь? - невинным тоном
произнесла Бриттани. - Тебе очень
повезло, что рядом есть человек, который хочет и может обратиться мыслью к
прошлому.
Эдгар тяжело вздохнул.
- Да-а, более справедливых слов я давно не слышал. Прости меня, старого
человека, за ужасную ошибку. И как я
только мог подумать, что такая благородная леди, как ты, станет размахивать
мечом у меня при дворе... Каждый может
видеть, что ты нежна, как цветок, и робка, как лань. Разве эти руки способны
держать оружие? - Он умолк и указал на
раненую руку Бриттани. - Где это ты поранилась, леди Бриттани? На кухне? А
может, уколола пальчик иголкой, когда
вышивала гладью?
Бриттани не заметила ловушки.
- Нет, государь, не на кухне, - простодушно ответила она. Взглянув на
Алека, она увидела, что он едва сдерживает
смех.
- Так как же это случилось, миледи? - спросил Эдгар.
Бриттани поняла, что она стоит на пороге бесславного поражения, но
сдаваться ей не хотелось. После минутного
размышления она нашла подходящий ответ:
- Я получила эту царапину, когда выпроваживала из дома незваных гостей. -
Она торжествующе вздернула
подбородок.
- Понятно. Мне тоже часто приходится сталкиваться с подобными трудностями.
То англичане, то французы...
Видишь ли, леди, Шотландия такая прекрасная земля, что чужаки то и дело нарушают
границы. - Король взял кубок,
пригубил вино. - Тебе пришлось применить силу?
- Я предпочитаю считать, что действовала путем убеждения, - ответила
Бриттани, не в силах сдержать улыбку.
Эдгар с размаху поставил кубок на стол.
- Алек, твоя жена умница, - восхищенно проговорил он. - Ты многому мог бы
у нее поучиться. Мы тут сражаемся
да деремся, а, оказывается, достаточно убеждения.
- Довольно, государь, - засмеялась Бриттани. - Я не могу больше тягаться с
тобой в остроумии.
- Наконец-то ты признала себя побежденной, - удовлетворенно заметил Алек и
поцеловал руку Бриттани.
- Я готова подчиниться королю, но не лэрду, - покачала головой Бриттани.
Она нежно провела пальцем по губам
Алека, погладила его по щеке.
Эдгар взглянул на удивленное лицо Алека и усмехнулся:
- С благодарностью принимаю твою покорность и оставляю поле битвы своему
военачальнику.
- Муж мой, вызов брошен, - с улыбкой сказала Бриттани.
- Да, - согласился Алек, - но подумай, какую цену тебе придется заплатить
в случае проигрыша.
Бриттани посмотрела в глаза мужу. В них не было смеха, они выражали немой
вопрос. Вдруг все окружающее
исчезло, они с Алеком остались наедине друг с другом. Она медленно проговорила:
- Мы уже давно назначили цену, и оба поклялись ее платить. На меньшее я не
согласна.
Алек внезапно привлек ее к себе и приник губами к ее губам. В этом поцелуе
не было нежности, он был жадным,
полным страстного обещания.
Когда они разомкнули объятия и Бриттани стала способна воспринимать
окружающее, она поняла, что все громко
хлопают в ладоши и одобрительно кричат. Она густо покраснела, а Эдгар поднял
кубок и объявил:
- Я хотел бы, чтобы все битвы завершались таким же образом. Алек, ты у
меня в долгу за этот брак. - Он перевел
взгляд на Бриттани. - Так ты пожалуешь к моему двору, леди Бриттани?
Бриттани собиралась было ответить, но король протестующе поднял руку.
- Вопрос не в том, достаточно ли ты хороша для моего двора, а в том,
достаточно ли он хорош для тебя, - объявил
он.
Бриттани попыталась освободиться из объятий мужа, но он крепко держал ее.
Она чувствовала на щеке его дыхание.
- Ты доказала свою храбрость, сражаясь против целой армии. Неужели поездка
ко двору наполняет твою душу
страхом?
- Я не гожусь для придворной жизни, - смущенно пробормотала Бриттани и
снова попробовала вырваться из рук
Алека.
- Ты поедешь ко двору, - спокойно и твердо проговорил Алек. - И не потому,
что тебе приказывают, а потому, что
не сделать этого было бы трусостью.
Бриттани взглянула на Алека, изумленная тем, что он так хорошо ее знает.
- Хорошо, я поеду, - сказала она и, помолчав, добавила: - Если в
результате этого визита имя Кэмп-беллов будет
навеки опозорено, сам будешь виноват.
Вид ошеломленного лица Алека, конечно, мог служить некоторым утешением, но
все же оно казалось Бриттани явно
недостаточным по сравнению с перспективой придворной жизни. Бриттани
отодвинулась от мужа, сделала реверанс королю.
- Государь, если ты считаешь, что Шотландия меня выдержит, мне не остается
ничего иного, как принять твое
приглашение, - решительно заявила она.
Король улыбнулся, отдавая должное ее смелости.
- В твоем лице Англия многое потеряла, а Шотландия приобрела.
Уже после отъезда Эдгара Алек долго обдумывал слова Бриттани. Ему было все
равно, что подумают другие, но он
знал, что для Бриттани это совсем не так. Под напускной бравадой скрывалось
чувствительное сердце, и Алеку была
невыносима мысль о том, что ее могут обидеть.
Он послал жену вместе с Эндрю объехать границы владений Кэмпбеллов, потому
что это был единственный способ на
время избавиться от нее и устроить совет.
Алек мерил шагами комнату, где собрались его семья и верхушка клана.
- Бриттани потребуется ваша помощь, - говорил он. - Ее с детства
воспитывали так, что она совершенно не готова
к придворной жизни.
- Алек, ты что, стыдишься ее? - с осуждением спросила Дженнифер.
- Нет, сестра, - ответил Алек. - Но в замке Эдгара она будет чувствовать
себя не в своей тарелке.
- Мы ведь тоже почти ничего не знаем о его дворе, - вмешалась леди Бренна.
- Мы там почти не бываем. Чему мы
можем научить Бриттани?
- Быть леди, - раздался вдруг голос Дженны, и все глаза устремились на
нее. - Госпожа выросла без матери, и
некому было привить ей все то, что положено знать настоящей леди. Лорд Уэнтворд
старался прежде всего воспитать из
Бриттани воина. - В голосе горничной звучала горечь, не оставшаяся не замеченной
Алеком.
- Слава богу, это ему удалось, - перебила ее Дженнифер, но Алек взглядом
остановил ее.
- Продолжай, Дженна, - приказал он.
- Бриттани воспитывали как мальчика и иногда обходились с ней очень
жестоко, - сказала Дженна.
- Жестоко? - Мачеха Алека, донельзя удивленная услышанным, тяжело
опустилась на стул.
- Еще как жестоко. - Дженна взглянула на Алека. - Когда умерла бабушка
Бриттани, лорд Уэнтворд решил
заняться ее воспитанием. Я хорошо помню, как я промывала ей раны, растирала
ушибы и каждый раз спрашивала себя,
выживет ли моя девочка.
У Алека сжалось сердце. Он вспомнил кровоподтеки, увиденные на теле
Бриттани в первую брачную ночь. Он-то
решил, что ее побоями вынудили выйти за него замуж, и ему даже в голову не могло
прийти другого объяснения.
- А она хотела домой? - участливо спросила Дженнифер.
- У нее и дома-то не было, - сказала Дженна. - Отец, по сути, отказался от
нее сразу после ее рождения, а дед
ненавидел ее за внешность.
- Ненавидел за внешность? - ошеломленно повторила леди Бренна.
- Да, рыжие волосы Бриттани постоянно напоминали ему о ее шотландском
происхождении. Ради того, чтобы
изменить цвет ее волос, лорд Уэнтворд пошел бы на что угодно. Но поскольку это
было невозможно, он все время шпынял
Бриттани, чтобы она стриглась и прятала волосы.
- Так вот почему она так упорно твердила, что волосы у нее не рыжие, а
цвета солнца на закате, - проговорил
Брайан, приподнимаясь на своем ложе.
- Конечно, - кивнула Дженна.
- Если бы я все это знал, я не стал бы ее дразнить, - с глубоким
сожалением заметил Брайан.
Алек постарался подавить невольно вспыхнувшее раздражение. Он снова
столкнулся с тем, что этот чужой человек
знает о Бриттани то, чего не знает ее муж. Он сказал Дженне:
- Наша задача - обучить Бриттани искусству быть леди.
- Вот уж не думаю, что она обрадуется, если ей так и сказать, - задумчиво
протянула Дженна. - Больно уж она
чувствительна да самолюбива.
- Тогда ее нужно учить так, чтобы она об этом не подозревала, - сказал
Алек так, словно ничего не могло быть
проще.
- Алек, - вмешалась леди Бренна, - это невозможно. Бриттани сразу
догадается, что мы делаем.
- Конечно, догадается, - поддержала мать Джен-нифер.
Неодобрение, которое Алек видел в глазах мачехи и сестры, заставило его
призадуматься. В конце концов он решил
обратиться за советом к Брайану:
- Мактавиш, у тебя есть какие-нибудь соображения?
- Нет, лэрд Кэмпбелл. Судя по тому, что я видел, твоя жена большая
упрямица. - Брайан отвел взгляд в сторону и
жестом остановил Дженнифер, поправлявшую ему одеяло.
Алек не удержался от колкости:
- Да, всем известно, что Мактавиши упрямы как ослы.
Брайан возмущенно фыркнул, но Алек рассмеялся и положил руку ему на плечо:
- Не обижайся. Очень уж вы, Мактавиши, вспыльчивы. - Алеку нравилось
слегка поддразнивать этого молодого
человека, так похожего характером и складом ума на Бриттани.
- Только когда нам приходится иметь дело с напыщенными тугодумами. -
Брайан взглянул в глаза Алеку, чтобы у
того не оставалось никаких сомнений, о ком идет речь.
Алек пропустил оскорбление мимо ушей и с улыбкой ответил:
- Спасибо тебе, Мактавиш.
- За что это? - с подозрением спросил Брайан, как видно, ожидавший
подвоха.
- За то, что твои слова навели меня на мысль. - При виде удивленного лица
Брайана Алек улыбнулся еще шире.
- Что ты задумал? - вмешалась Дженнифер.
- Брайан упомянул об упрямстве моей жены, и я подумал, что Бриттани
никогда не отказывается принять вызов и
платить по счету, если проигрывает.
Брайан с усилием приподнялся и сел.
- Да, я был свидетелем вашего поединка, когда ты ранил ее.
- Алек! - громко ахнула за спиной у Алека потрясенная леди Бренна, и тот
оглянулся.
- Нет, матушка, я не стану вызывать ее на поединок.
Брайан откинулся на подушку.
- Как же ты тогда собираешься ее воспитывать, Кэмпбелл?
- Тебе недостает веры в мои силы, Мактавиш, - хмыкнул Алек. - Вот увидишь,
это будет очень просто. Что-то
вроде азартной игры.
Дженнифер в сердцах стукнула Алека по спине.
- До чего же ты противный, братец!
- Спасибо, сестра, - ответил Алек. - Теперь я твердо уверен, что мой план
сработает.
- Почему это? - Дженнифер встала, подбоченившись, ее ножка выбивала
сердитую дробь по полу, а гневный взгляд
был устремлен на Алека.
- Потому что, сестренка, тобой, как и большинством женщин, управляют
чувства. Если бы ты подчинялась разуму, а
не сердцу, мой план провалился бы.
- Знаешь ли, Алек... - с неудовольствием проговорила леди Бренна, а Дженна
возмущенно фыркнула.
Алек не обратил никакого внимания на эти знаки неодобрения и обратился к
Брайану:
- Ты поможешь мне, Мактавиш?
Брайан заложил руки за голову, вытянул ноги. На губах его блуждала
самодовольная улыбка.
- Почему же нет? Когда речь идет об уме, мужчина всегда заткнет женщину за
пояс.
Дженнифер одарила Мактавиша таким взглядом, что его улыбка тут же увяла.
- Если таково твое мнение, то тебе, как и моему братцу, предстоит еще
многое узнать о женщинах, - холодно
сказала она.
Все три женщины, гордо подняв головы, выплыли из комнаты, не удостоив
мужчин ни единым взглядом. Алек, как
видно, нисколько не задетый этим и вполне довольный собой, ухмыльнулся.
- Для меня всегда было загадкой, почему они все время пытаются доказать,
что они не глупее мужчин.
- Да уж, любой мало-мальски здравомыслящий человек понимает, что женскому
уму далеко до мужского, -
согласился Брайан. Потом он со смехом добавил: - Но то, что они все-таки
пытаются что-то доказывать, придает жизни
интерес.
...Эндрю склонил голову к Бриттани, заслонив солнце своей всклокоченной
гривой. Волосы мягко засияли в ореоле
света, отчего седовласый воин стал так похож на святого, что Бриттани на
мгновение утратила нить разговора.
- Прости, Эндрю. О чем я говорила?
- Ты спрашивала, сильно ли меня ранили во время последнего боя, когда мы
подоспели к вам на выручку.
Бриттани опустила глаза.
- Ах да...
- Нет, миледи. На нашу долю ведь почти ничего и не осталось, вы с
женщинами сами все сделали.
- Стало быть, ты не держишь на меня зла? - Бриттани затаила дыхание,
ожидая ответа.
- Не в моих правилах таить обиду. Ты ни в чем передо мной не провинилась.
- Эндрю протянул ей руку, чтобы
помочь перебраться через ручеек.
Бриттани оперлась на его руку. Она все еще колебалась, можно ли довериться
этому человеку.
- Скажи, Эндрю, тебе приходилось бывать при дворе?
Острый взгляд Эндрю, казалось, пронзил ее насквозь.
- Да, много раз с Ианом и всего однажды с Алеком.
- Тогда ты должен знать... - Бриттани умолкла, подбирая нужные слова. - Ты
знаешь, как должны себя вести
придворные?
- Да. А ты, должно быть, боишься ехать в замок Эдгара?
Бриттани ответила не сразу.
- Я не хочу, чтобы Алек меня стеснялся. А научиться мне не у кого.
- А как насчет леди Бренны или леди Дженнифер? - предложил Эндрю.
- Они бы с радостью наставляли меня, но мне не хочется обнаруживать перед
ними свое невежество. Все считают,
что самое главное, что должна знать леди, - это придворный этикет и хорошие
манеры. Мне будет стыдно спрашивать об
этом родных Алека.
- Ясно, - буркнул Эндрю, и Бриттани поняла, что она еще его не уговорила.
- Эндрю, я хочу заключить с тобой сделку. Что-то вроде торгового договора.
Если ты научишь меня придворным
манерам так, чтобы об этом никто не знал, и никому ни о чем не расскажешь, я
тебя научу одному фехтовальному приему,
которому меня научил мой наставник.
По обветренному, загорелому лицу Эндрю разбежались морщинки.
- Ты думаешь, есть хоть что-то, чего я не знал бы об искусстве владения
мечом?
Бриттани понимала, что он не воспринимает ее всерьез, но сама она была
серьезна, как никогда. Она забежала вперед
старого воина, остановила его посреди дороги.
- Если я одержу верх в поединке, ты согласишься?
Эндрю покачал головой.
- Ты, наверное, хочешь посмеяться надо мной, леди. Где это видано, чтобы
женщина вызывала на поединок
мужчину? - По его ворчливому тону было понятно, что он воспринял предложение
Бриттани как неуместную шутку и
обиделся.
- Ты прав, Эндрю. Мне еще многому надо учиться. Я это предложила только
потому, что ничего другого не умею.
Прости, если я тебя обидела. - Она в раскаянии опустила голову и подумала, что
ее положение безнадежно - вечно она все
делает невпопад.
- Ты умеешь играть в шахматы? - вдруг спросил Эндрю, отвязывая от пояса
бурдюк с водой, чтобы напиться.
Бриттани встретилась взглядом с его темными мягкими глазами и увидела в них
сочувствие и поддержку.
- Да, я играю в эту игру с детства, - ровным тоном ответила Бриттани,
старательно скрывая радость, которую
вызвал в ней этот вопрос.
- Если ты меня обыграешь, я научу тебя тому, о чем ты просишь. Но
предупреждаю тебя, леди Бриттани, я лучший
игрок во всем клане. Я учил играть Алека, когда он был совсем мальчишкой, и до
сих пор его обыгрываю.
Бриттани благодарно улыбнулась старику. Он помог ей сохранить чувство
собственного достоинства.
- Спасибо, Эндрю.
- Но ты ведь можешь и проиграть, леди, - предостерег он Бриттани.
- Да, Эндрю, может случиться и так. Каковы твои условия? Что ты хочешь
получить, если я проиграю?
Эндрю пожал плечами:
- Мне это все равно, миледи.
- Но для меня это важно, - возразила Бриттани. Ей не хотелось, чтобы ее
жалели. - Ты должен выбрать.
Эндрю почесал в затылке, уставился в небо, бормоча себе что-то под нос об
упрямых девчонках. Через некоторое
время он снова взглянул на Бриттани, и, увидев суровое выражение его лица, она
встревожилась.
- Рас
...Закладка в соц.сетях
