Жанр: Любовные романы
Как рождается любовь
...е время с ней
творится что-то странное. Любой человек, хоть немного знающий ее, уверенно
заявил бы хоть перед присягой, что Джоанна Эшлер не способна на истерику в
принципе. Но стоило ей только встретиться с Дэниелом, как она то и дело
закатывает скандалы, охлаждается в фонтанах и попадает в плен.
Может быть, ей следовало сразу же улететь в Лондон?
Джоанна тяжело вздохнула. При сложившихся обстоятельствах об этом и речи
быть не могло. И даже не потому, что она связана и нет никаких гарантий, что
она доживет до завтрашнего утра, просто теперь она не могла улететь куда бы
то ни было без Дэниела.
Сказав вслух о своих чувствах, Джоанна приняла их и смирилась с тем, что
умудрилась полюбить человека, к которому последние десять лет питала
сильнейшую неприязнь. Больше всего на свете сейчас Джоанна мечтала о том,
чтобы разговор с Дэниелом, общества которого она старательно избегала все
это время, все же состоялся. Тогда ей было бы гораздо легче умереть.
При мысли о смерти по спине Джоанны пробежал холодок, несмотря на то что от
жары блузка давно прилипла к телу.
Умирать? — переспросила она у самой себя. Ну уж нет! Я не позволю этому
Страйсу взять верх. Я должна выбраться отсюда и вытащить Фредерика, ведь из-
за меня он оказался здесь. Да, я должна выжить. Выжить любой ценой.
Джоанна вновь посмотрела на Фредерика, но тот все еще пребывал в
сосредоточенной задумчивости, будто пытался найти путь к нирване, а не
возможность убежать. Джоанна тяжело вздохнула. Кажется, в этот раз она взяла
с собой не того мужчину.
Руки Джоанны были связаны за спиной, поэтому она не могла посмотреть на
часы. Но судя по тому, что в помещении стало заметно прохладнее, вечер уже
опустился на Тигоа и жуткое солнце ушло за горизонт.
От веревок и неудобной позы тело быстро затекало. Джоанна понимала, что,
если Фредерик придумает план побега, ей нужно быть в достаточно хорошей
форме. Сейчас тело затекло так, что она не смогла бы сделать и шага.
Значит, мне нужно немного физических упражнений, решила Джоанна.
Она принялась крутиться и перекатываться, надеясь, что ее разминка не сильно
отвлечет Фредерика от размышлений. Кровь медленно и неохотно, но начала
расходиться по венам, и Джоанна почувствовала противное покалывание в кистях
рук. Оно медленно поднялось вверх, к предплечьям, и вскоре охватило все
тело.
Ощущения были самыми отвратительными из всех, что Джоанна только испытывала
в жизни. Но она мужественно стиснула зубы и попыталась расслабиться, давая
кровотоку восстановиться в полном объеме.
Чувствительность постепенно вернулась к ее телу, и только тогда она поняла,
почему у нее так болит правый бок. Джоанна откатилась и посмотрела туда, где
только что лежала. Так и есть, занимаясь этой странной гимнастикой, она
умудрилась остановиться именно там, где валялась пустая консервная банка с
острыми рваными краями.
— А ведь так можно было и пропороть шкуру, — недовольно
пробормотала она.
Фредерик поднял голову и посмотрел сначала на Джоанну, а потом на консервную
банку.
— Джоанна, ты просто умница! Теперь я понимаю, почему Дэниел решил
взять тебя в передрягу.
— Во-первых, в передрягу он попадать тоже не хотел, во всяком случае, я
на это искренне надеюсь, а во-вторых, почему я умница? Конечно, мне
приятно...
Фредерик указал кивком на консервную банку.
— Это поможет нам выбраться.
Джоанна непонимающе уставилась на него. Фредерик тяжело вздохнул и ловко
подкатился к Джоанне и банке. Осторожно, явно опасаясь пораниться, он взялся
зубами за край банки так, чтобы острая крышка смотрела от него.
— Поворачивайся! — пробормотал Фредерик.
Теперь Джоанна поняла, что он хочет сделать, и постаралась придвинуться к
нему, чтобы Фредерику было удобнее разрезать веревки.
Через полчаса кропотливого труда Фредерику удалось разрезать узел на
запястьях Джоанны. Несколько раз острый край болезненно царапал тонкую кожу
на запястье, но Джоанна мужественно терпела. Фредерику все же удалось
освободить ее руки без опасных для жизни травм.
Однако когда Джоанна скинула веревки с рук и повернулась к товарищу по
несчастью, она поняла, что сильно ошибалась. Все губы Фредерика были в
кровоточивших порезах.
— О боже... — пробормотала Джоанна. — Фредерик, прости меня,
пожалуйста.
В ответ она получила недоуменный взгляд.
— Я виновата, что потащила тебя сюда.
— Твои извинения я с удовольствием выслушаю позже, — остановил ее
Фредерик. — Сейчас нам нужно сматываться. Помоги мне освободиться.
Джоанна быстро распутала узлы у него на запястьях и принялась уже
развязывать свои ноги, как вдруг Фредерик жестом приказал ей замереть.
— Быстро возвращай веревки на место. Сделай вид, что ты все еще
связана, кто-то идет сюда. Мы еще не готовы.
Джоанна кивнула и набросила веревки себе на плечи. Порванные концы она
зажала в ладонях и спрятала руки за спину.
Фредерик оказался прав. Они еле успели вернуть веревки на место, как дверь
распахнулась и в помещение склада вошла большая компания меланезийцев. Среди
них Джоанна узнала двух охранников, что стояли на посту у склада. Остальных
шестерых она никогда не видела.
Они были довольно далеко, но все равно Джоанна почувствовала запах дешевого
пойла и какого-то сладкого дымка от сигарет, которые они держали в руках.
Охранники явно были пьяны. Они громко хохотали и обменивались какими-то
репликами на местном диалекте.
— Эй, ребята, посмотри, что тут у нас! — один из охранников
перешел на ломаный английский, вероятно затем, чтобы беззащитные пленники
понимали, как именно их оскорбляют.
— Трусливый пилот, смывшийся как только запахло жареным, и австралийка,
которая слишком гордится собой, чтобы обращать внимание на каких-то там
туземцев, — сказал кто-то.
Джоанна посмотрела на посеревшее от гнева лицо Фредерика, но предпочла
сдержаться. Не стоило еще больше распалять этих пьяных дебоширов.
Они поиздеваются, им скоро это надоест, если мы не будем огрызаться в ответ,
и они отправятся допивать, словно мантру повторяла про себя Джоанна. Она
предпочла сосредоточиться на своих мыслях, чтобы не слышать, что о ней
говорят пьяные охранники.
Но одну фразу она не смогла пропустить мимо ушей.
— А как вы думаете, парни, эта австралийская тварь когда-нибудь
пробовала, что такое настоящий мужчина?
— Может быть, мы ей покажем?
Джоанна затравленно посмотрела на Фредерика.
— Подумайте о том, что сделает с вами ваш хозяин, если вы испортите его
добро, — сказал Фредерик.
— Не переживай за нас, — усмехнулся тот, что заговорил первым. Он
явно был лидером. — Босс сказал, что нет никакой разницы, отрезать
пальцы от живого тела или от мертвого. Сам посуди, не пропадать же такому
добру!
Джоанна задрожала. Липкий, противный страх медленно поднимался откуда-то из
живота и заволакивал мозг. Она отчаянно пыталась найти выход, но из-за
животного ужаса, охватывавшего ее разум, с трудом могла заставить себя
вообще думать.
— А ты сам-то пробовал с ней? А? — поинтересовался главарь у
Фредерика. — Или она решила, что ты такой же грязный туземец, как и мы?
— Что ты с ним разговариваешь, Джози! — раздался крик из
толпы. — Давай уже начинай. Всем же хочется.
Главарь, которого называли Джози, ухмыльнулся, отдал свой фонарь кому-то и
пошел к Джоанне, на ходу расстегивая штаны.
Тошнота подкатила к самому горлу Джоанны.
Дайте мне хотя бы минутку! — хотела крикнуть она. Ей нужно было время,
чтобы справиться с ужасом, чтобы взять себя в руки и убедить, что тело ее
сможет многое выдержать, если в целости останется разум.
Но никто не собирался заботиться о ее чувствах. Джоанна уже не сомневалась,
что в живых остаться ей не удастся. Она затравленно огляделась. Помощи ждать
было неоткуда. Фредерик ни за что не справится со всей толпой, пусть даже
туземцы и уступают ему в росте и силе. Их просто было слишком много.
— Убежишь, как только сможешь, — тихо сказала она Фредерику.
— С ума сошла! — прикрикнул он.
— Кто-то должен предупредить Дэниела.
— О чем шепчемся? — поинтересовался Джози, подходя совсем близко.
Джоанна бросила на него взгляд, полный презрения. Паника куда-то отступила.
Она не собиралась сдаваться и умолять. Это не те люди, от которых можно
дождаться пощады. А раз так, ей остается только попытаться как можно дороже
продать свою жизнь и честь. Она сможет сделать так, что это развлечение они
надолго запомнят! Только бы Фредерик послушался ее.
— Хочешь меня? — поинтересовалась Джоанна. — Попробуй возьми!
Она резко выбросила вперед ногу, и Джози согнулся пополам от боли. Некоторое
время он даже ничего не мог сказать, крупные слезы катились по его грязным
щекам.
— Дрянь!.. — наконец прохрипел он.
Джоанна стряхнула с рук веревки и встала на ноги.
— Эй, она же сумела развязаться! — крикнул кто-то.
— Без тебя вижу, тупица! — отозвался Джози. — Значит, хочешь
поиграть?
Он усмехнулся, вытащил из-за пояса нож и принялся обходить вокруг Джоанны,
перебрасывая оружие из руки в руку. Свет фонарей, отражаясь от лезвия,
бросал блики на стены. Но Джози недолго красовался. Подножка Фредерика,
может быть, и была не самым джентльменским приемом, зато произвела
необходимый эффект. Охранник упал, и нож выпал из его руки.
Фредерик встал около Джоанны. Теперь он был вооружен и чувствовал себя
гораздо увереннее.
— Я отвлеку их на себя, а ты беги, — приказал он Джоанне.
— Нет, я...
— Не дури! — крикнул на нее Фредерик.
— Но...
— Ты сделаешь, как я сказал.
Больше времени на разговоры не было. Даже самые тугодумы из охранников
сообразили, в чем дело. Они бросились всей толпой на Фредерика и Джоанну, но
тут же притормозили и разделились.
Фредерик понял, что все будет не так просто.
Он закричал, отвлекая внимание на себя, и бросился на тех троих, что шли к
Джоанне.
— Беги! — крикнул он.
Джоанна сорвалась с места. Фредерик видел, что она успеет первой добежать до
двери. Больше он не мог наблюдать.
Ему и раньше приходилось участвовать в поножовщине, но сейчас был особенный
случай: у него оказались восемь весьма умелых противников и не было пути к
отступлению.
Погибну как герой! — усмехнулся Фредерик и сделал первый выпад.
Нож распорол бровь нападавшему. Кровь моментально залила ему глаза.
Кажется, этот уже не в счет.
Фредерик дрался, забыв о любых правилах. Он должен был убивать и калечить,
чтобы выжить. И он был готов делать это. Еще один охранник уже валялся на
полу с подрезанными сухожилиями. Больше он никогда не сможет нормально
ходить.
Но противников было слишком много. Фредерик чувствовал, что он начинает
уставать, а охранники, наоборот, оправившись от первого шока, действовали
все увереннее.
Джоанна убежала, и это главное, решил для себя Фредерик.
Он сделал очередной выпад, но уставшее тело подвело его и рука прошла мимо,
как раз в захват противнику. Фредерик почувствовал, как захрустела кость, и
темнота начала медленно окутывать его.
Фредерик вскинул глаза, надеясь в последний раз увидеть небо, которому когда-
то посвятил жизнь. Фредерик знал, что сейчас его просто забьют до смерти, и
лишь надеялся, что сознание милосердно не вернется к нему.
Удар в скулу отправил Фредерика на пол. Он почувствовал, как в мягкий, ничем
не защищенный живот врезалась нога.
— Фредерик! — услышал он отчаянный крик Джоанны.
Этот крик заставил его на каких-то немыслимых резервах остановить летящую
ему в живот ногу и, используя ее хозяина как рычаг, подняться с пола.
Он посмотрел туда, откуда слышался голос Джоанны, и понял, что они
проиграли. Все жертвы были напрасными.
Джоанна стояла в дверях, к ее виску был приставлен пистолет. Палец на
спусковом крючке держал Энтони Страйс.
— Без меня вы даже повеселиться не можете, — недовольно пробурчал
Страйс. — Бросьте его, он уже и так мясо. Его можно не опасаться.
На всякий случай кто-то все же ударил Фредерика под колени, и он упал на
пол. Голова Фредерика ударилась о металлический ящик, и все тело обмякло.
— А этой, так уж и быть, можете попользоваться.
Страйс швырнул Джоанну прямо в жадные руки.
Она чувствовала запах перегара на своем лице, чувствовала, как трещит ткань
ее блузки под жадными пальцами. В отчаянной попытке, продиктованной уже не
разумом, а инстинктами, Джоанна принялась пинаться и кусаться. Она успела
обернуться, чтобы заметить огромный волосатый кулак, летящий прямо ей в
голову.
Джоанна была даже рада этому. Сознание померкло, и отвратительные рожи
исчезли в клубящемся разноцветном тумане. Ускользающим сознанием Джоанна
успела уловить, как на складе что-то вдруг изменилось. Больше ничьи руки не
держали ее, и она упала на пол рядом с Фредериком.
Джоанна не знала, как долго она была без сознания, но, когда перед глазами
из все того же клубящегося тумана появилось лицо Дэниела, искренне
обрадовалась.
— Так гораздо лучше, — пробормотала она.
Дэниел усмехнулся и протянул руку, чтобы погладить ее по щеке.
— Глупенькая, зачем ты бросилась спасать меня?
— Потому что я тебя люблю, — призналась Джоанна. В таком хорошем
сне можно обо всем говорить честно.
Дэниел из ее сна выглядел совершенно растерянным.
— Вот уж не думал, что ты найдешь в себе силы признаться в этом.
— Я тоже не думала, пока не поняла, что могу потерять тебя. Впрочем, я
ведь тебя потеряла. Ты мне снишься.
Дэниел взял ее руку и приложил к своей щеке. Джоанна почувствовала под
пальцами колючую щетину.
— Какой странный сон, — пробормотала она. — Все совсем как
наяву.
— Джоанна, это не сон!
— Не сон? — растерянно переспросила она и резко села на постели.
Джоанна удивленно огляделась. Она находилась в самой обычной больничной
палате. За окном шумел Брисбен, а рядом сидел живой и во плоти Дэниел и
нахально улыбался.
— Ты мерзавец! — заявила она.
— Это еще почему?
— Ты не мог мне сразу сказать, что я не сплю?
— И что тогда?
— Тогда... тогда... — Джоанна со вздохом опустилась обратно на
подушку. — Ну и что мы будем делать дальше? — поинтересовалась
она.
— Полагаю, мы с тобой поженимся, и наши отцы наконец успокоятся. Я не
думал, что ты способна ради меня на такое. Ты действительно так сильно
любишь меня?
— Еще сильнее, — призналась Джоанна. — Раз уж ты обманом
заставил меня быть с тобой честной, признаюсь: я люблю тебя, Дэниел Рендалл,
больше всех на свете. Доволен?
— Очень! — Судя по улыбке Дэниела, он был на седьмом небе от
счастья.
Джоанна наморщила лоб. После удара она явно еще плохо соображала.
— Что случилось на этом складе? И что с Фредериком?
— Рука сломана, но через пару месяцев он снова будет за штурвалом.
— А как мы попали сюда?
— Если хочешь, я расскажу тебе, как все было, тогда ты будешь меньше
перебивать меня своими вопросами.
Джоанна кивнула.
— Начну с того, что поле конопли сильно сбило меня с толку. Гораздо
позже, хорошенько посидев над картами и изучив еще раз всю документацию, в
том числе и аэрофотосъемку участков, я понял, что покушение на нас
организовала вовсе не накромафия. А так как заинтересован в нашей смерти и
смерти наших родителей был только один Энтони Страйс, я пришел к простому
выводу, что это его рук дело. Не буду утомлять тебя подробностями, но мне
удалось найти человека, который по поручению Страйса
исправлял
мотор
самолета. Сейчас он дает показания в полиции. Думаю, Страйс и в Брисбене
нанял кого-то, кто слегка подправил тормоза в машине наших родителей.
Страйс, несомненно, был связан с шефом полиции Тигоа. Он рассчитал, что
авария произойдет в его районе, и потому поспешил заручиться его поддержкой.
Это оказалось довольно просто, не зря же говорят: на каждого человека
найдется своя цена. А Страйс к тому времени уже активно использовал средства
Экстрим-тура
.
— Но ведь мы могли полететь в другой день.
— А вот за тем, чтобы проследить, куда и когда мы будем направляться,
ко мне была приставлена Нелли. Страйс хорошо меня узнал, я не мог пропустить
ее. — Дэниел виновато развел руками. — К тому же мне очень
хотелось позлить тебя. Честно говоря, Нелли я взял с собой, только чтобы
посмотреть на твою реакцию. Мне было приятно видеть, как ты ревнуешь. Если
бы я только знал, к каким последствиям это приведет!
— Я всегда ей не доверяла, — вставила Джоанна.
— Теперь я могу перейти к моему неожиданному исчезновению. В сиднейском
аэропорту я встретил Нелли в слезах и соплях и заставил объяснить мне, куда
и почему она пропала из отеля. Нелли была слишком напугана и расстроенна,
чтобы пытаться хоть что-то скрыть. Мне даже кажется, она уже была готова
идти в полицию писать признательные показания.
— Слышу жалость в твоем голосе! — фыркнула Джоанна.
— Сейчас я расскажу историю Нелли, и ты тоже ее пожалеешь.
— Вот уж вряд ли.
— Ты будешь слушать?
Джоанна недовольно кивнула. Дэниел продолжил:
— Нелли рассказала, что у нее на руках тяжело больная мать, нуждающаяся
в срочной и дорогостоящей операции. Вероятно, Страйс или его подручные
узнали об этом и предложили Нелли сделку: следить за каждым моим шагом и
информировать обо всех моих планах и передвижениях. За это ей была обещана
крупная сумма. Аванс Нелли получила и оплатила часть лечения матери. А потом
мы полетели на Соломоновы острова. Когда мы исчезли над морем, Нелли
сказали, что она может возвращаться в Сидней и ждать в снятой для нее
квартирке посыльного с оставшимися деньгами. Нелли так и сделала. Вот только
ждала не одна, а с подругой. Однажды Нелли отправилась в магазин, а
вернувшись, нашла свою подругу убитой. Нелли сразу же поняла, что охотились
за ней. Она тут же бросилась в аэропорт, чтобы лететь в Брисбен и найти там
наших родителей и все им рассказать. Она раскаялась в своих поступках.
Честно.
Джоанна молчала, о чем-то задумавшись. Дэниел не стал мешать ей и просто
сидел, любуясь девушкой, которая сломя голову бросилась спасать его. Ну
разве хоть одна из знакомых Дэниелу красоток поступила бы так же?!
— Матери Нелли сделали операцию? — спросила Джоанна.
— Не знаю, — растерялся Дэниел.
— Сделай одолжение, узнай. И оплати все счета клиники, в которой она
лежит.
Дэниел лишь кивнул. Он ни минуты не сомневался, что Джоанна не останется
безучастной к судьбе Нелли и ее матери.
— А как мы с Фредериком попали обратно в Австралию? — задала
наконец Джоанна самый главный вопрос.
— Очень просто. Когда рано утром я вернулся домой и обнаружил там
зашифрованную записку, я понял, что ты попала в беду, и сразу же бросился в
полицию. Мы быстро нашли самолет Фредерика, остальное было дело техники. Я
не знаю как, но уже к вечеру полицейские нашли склад, который охраняли люди
Страйса. А когда они увидели, как ты выбежала оттуда, а потом под дулом
пистолета вернулась, поняли, что нужно срочно действовать. Кажется, мы
появились вовремя.
— Да, очень вовремя, — согласилась Джоанна.
Она замолчала, испытывая странную неловкость. Все, что можно было, Дэниел
рассказал ей. И она сказала все, что должна была сказать. Что дальше?
— Если ты не устала, предлагаю начать планировать нашу свадьбу, —
с чуть наигранной веселостью сказал Дэниел. — Это будет самое яркое
событие сезона.
Джоанна удивленно посмотрела на него.
— Какую свадьбу?
— Ты, кажется, невнимательно меня слушала. Я сказал, что люблю тебя и
теперь, когда все позади, мы поженимся. Что же тут неясного? — Дэниел
удивленно развел руками. — Конечно, я задолжал тебе кольцо и признание
при луне, но я надеюсь, ты простишь мне это.
— Кто тебе сказал, что я собираюсь выходить за тебя замуж?!
— А как же иначе? Как порядочный человек, после того что между нами
было, я просто обязан на тебе жениться.
— Если бы ты женился на всех девушках, с которыми у тебя было...
— Ого! Мы ревнуем!
— И вовсе нет! Просто я хочу быть уверенной, что... — Джоанна
запнулась, не зная, как точно сформулировать свою мысль.
— Ты хочешь быть уверена в том, что теперь единственная женщина в моей
жизни? Странно, что у тебя вообще были в этом сомнения.
— Дэниел, я нашла твою записную книжку, там женских имен раз в двадцать
больше, чем мужских!
— Джоанна, милая, это было глупое мальчишество и бравада. Согласен, я
часто вел себя неумно, но за неделю, проведенную рядом с тобой, я
повзрослел. Теперь я понял, что ты та единственная девушка, которую я хочу
сделать самой счастливой женщиной на свете. Разве ты сама не понимаешь, что
мы созданы друг для друга? Может быть, у нас немного разные темпераменты и
приоритеты, но мы одинаково мыслим, у нас совпадают вкусы и пристрастия. И
самое главное, мы ведь уже давно любим друг друга. Я это понял, еще когда
мне было тринадцать.
— Ты поэтому полез ко мне целоваться?
— А зачем еще?
— Ну я подумала, что это одна из твоих глупых шуточек...
— Я никогда не смог бы шутить своими чувствами к тебе.
Дэниел взял Джоанну за руку и улыбнулся.
— Так ты выйдешь за меня замуж?
— Разве я могла хоть когда-нибудь сказать тебе
нет
?
Эпилог
Джоанна крепко держала Дэниела за руку. Мягкий золотой песок, нагретый
жарким солнцем, нежно прикасался к босым ступням. Вечер медленно опускался
на безымянный островок, окруженный со всех сторон спокойным, чуть
зеленоватым, морем.
— Как хорошо, что мы все же смогли выбраться в свадебное путешествие
до, а не после. — Джоанна улыбнулась и положила руку на аккуратный
кругленький животик.
— Страйс и так отнял у нас много сил и здоровья, чтобы еще и позволить
ему испортить нам медовый месяц. Как ты себя чувствуешь? — в пятый раз
за последний час спросил Дэниел.
— Отлично! — рассмеялась Джоанна.
— А ребенок?
— Если мне хорошо, то и ему хорошо. Не переживай ты так! Наши с тобой
матери отдыхали на островах на гораздо более позднем сроке. И ничего.
— Не считая неприятной истории, с которой и началась их дружба.
— Начало нашего романа тоже нельзя назвать стандартным, —
напомнила ему Джоанна. — И все равно мне нравится на этом острове!
— Я тут подумал... — нерешительно начал Дэниел, — может быть,
мы начнем экспансию
Экстрим-тура
на Соломоновы острова отсюда? По крайней
мере, не нужно прочесывать остров в поисках плантаций конопли.
Джоанна представила, как толпы туристов будут ходить по песку, где они с
Дэниелом впервые занимались любовью...
— Нет, — решительно сказала она. — Я хочу, чтобы этот остров
принадлежал только нам двоим. Ну может быть, троим.
— Замечательно! — радостно воскликнул Дэниел.
— Ты считаешь замечательным то, что я отвергла твою идею? —
удивилась Джоанна. — Кажется, из тебя все же получится образцовый муж.
— Замечательно не то, что ты как всегда перечишь мне, а то, что подала
идею подарка к рождению нашей дочери.
— Сына, — уточнила Джоанна.
— Посмотрим! Если выигрываю я, через месяц после родов ты полезешь в
фонтан.
— А если выиграю я, ты целый год не будешь даже пытаться подбивать меня
на какую-нибудь глупость, — предложила Джоанна.
— Договорились!
Они церемонно пожали друг другу руки.
— Знаешь, почему наш брак никогда не распадется? —
поинтересовалась Джоанна.
Дэниел приподнял бровь в ожидании продолжения.
— Нам никогда не будет скучно вдвоем. Мы слишком разные, чтобы надоесть
друг другу, и слишком одинаковые, чтобы наши интересы навсегда разошлись.
— Наш брак будет долгим и счастливым, потому что мы любим друг
друга, — назидательно сказал Дэниел.
На этот раз Джоанна не стала с ним спорить. Может б
Закладка в соц.сетях
