Жанр: Любовные романы
Как рождается любовь
..., но намеков от Дэниела
по этому поводу не терпела. Много лет родители сравнивали ее с красавцем
Дэниелом и, как Джоанна подозревала, тайком вздыхали, что их дочь получилась
не такой привлекательной и коммуникабельной. А точнее говоря, серой мышью со
всеми задатками книжного червя. Так что намеки Дэниела казались ей
оскорбительными до такой степени, что хотелось, как и в тринадцать лет, дать
ему в нос.
— А когда ты язвишь, ты становишься почти умным! — не осталась она
в долгу.
Ни один мускул не дрогнул на лице Дэниела, но Джоанна хорошо знала его,
чтобы понять: удар попал в цель.
Дэниела тоже многие годы родители сравнивали с Джоанной, но в отличие от
Сьюзен и Джозефа прямо говорили, что ему стоит брать пример с умницы
Джоанны.
— Отцы просили нас прийти к ним, — спокойно сказал он. — Они
хотят сказать что-то очень важное.
Дэниел согнул руку в локте и предложил ее Джоанне. Джоанна кивнула, но его
жест проигнорировала и пошла на полшага впереди. Дэниел лишь пожал плечами:
хочется ей изображать из себя эмансипированную особу — пожалуйста! Ему-то
какое дело?
Джоанна с облегчением выяснила, что большая часть гостей уже разъехались, а
те, кто остался на вилле, разошлись по своим комнатам. Бок о бок с Дэниелом
она поднялась по широкой лестнице на второй этаж, где находился кабинет
Джозефа Эшлера.
Дэниел постучал в дверь, дождался разрешения, отворил ее и галантно
пропустил вперед Джоанну. В комнате уже собрались все члены обеих семей.
Или одной семьи? — подумала Джоанна.
— А вот и дети! — обрадованно воскликнул Джон. — Садитесь.
Джоанна села в указанное кресло и сразу же почувствовала себя препаратом под
микроскопом. Дэниел садиться не стал и остался в более выгодной со
стратегической точки зрения позиции — за спиной Джоанны.
— Раз мы все в сборе, пора бы и начать, — сказал Джозеф.
Джон кивнул ему, словно предоставляя право сказать все, что они хотели.
— Мы уже в том возрасте, когда пора потихоньку отходить от дел, —
начал Джозеф. — Пройдет совсем немного времени, и мы уже будем не в
силах справляться со всеми делами
Экстрим-тур
. Вы выросли, получили
достойное образование и теперь можете занять наше место.
— А не рановато ли вы решили отправиться на пенсию? —
поинтересовался Дэниел.
— А кто тебе сказал, что мы отправляемся на пенсию? — в тон ему
отозвался его отец. — Мы просто хотим ввести вас в курс дела. Хватит
валять дурака, пора заняться настоящей работой.
— Ну я уже давно в деле...
Джоанна бросила на Дэниела сердитый взгляд. Выглядело это так, что он, ныряя
с аквалангом или взбираясь на вершину, занимался делом, а она, просиживая
часами над пыльными книгами, получала удовольствие!
— Если считать мелкие поручения, то да, — согласился Джон, —
ты уже давно занимаешься кое-какими делами
Экстрим-тура
, но ты до сих пор
не имеешь ни малейшего представления о том, как все это работает в общем и
целом. Ты видел хоть один договор нашей фирмы? Хоть с простыми туристами, я
уже молчу о договорах с отелями...
Дэниел сразу же стушевался и опустил глаза. Джоанна выпрямила спину. С тех
пор как на третьем году ее учебы выяснилось, что юрист
Экстрим-тур
нечист
на руку, она лично составляла
скелет
ко всем документам фирмы и раз в
неделю связывалась через Интернет с юридическим отделом фирмы, чтобы
проконтролировать их деятельность.
— Думаю, Дэниел не в курсе. Иначе ребята из юридического сказали бы
мне, — заявила она.
— Джоанна! — рыкнул на нее Джозеф. — Ты тоже не знаешь и
половины. Ты можешь сказать, чем дайвинг в Красном море отличается от
дайвинга в Коралловом море?
Джоанна поняла, что лучше замолчать.
— Итак, — восстановив порядок, продолжил Джозеф, — мы решили,
что пора бы вам наконец разобраться в том, чем занимается наша фирма. Для
этого вам придется научиться работать в команде. Это поможет вам и в
будущем, когда вы поженитесь.
— Папа! — возмутилась Джоанна.
— Дядя Джозеф! — в кои-то веки поддержал ее Дэниел.
— Поженитесь! — поддержал друга Джон и стукнул кулаком по
столу. — Мы решили это еще до вашего рождения, и по-другому быть не
может.
— Если ты забыл, мы живем в двадцать первом веке, а не в шестнадцатом и
даже не девятнадцатом, — сердито напомнил отцу Дэниел.
— Я об этом помню, сын. Но все будет так, как мы сказали.
— Мы не желаем делить наш бизнес на две части, — поддержал его
Джозеф. — Вы должны получить одно целое, а для этого и сами стать одним
целым.
— Ничто не мешает нам управлять бизнесом, если мы и не будем состоять в
браке, — осторожно предложила Джоанна.
— Вы не можете провести рядом и пяти минут, чтобы не поругаться, где
гарантия, что после нашей смерти вы не разругаетесь и не разбежитесь,
поделив все на два? — поинтересовался Джон.
— А где гарантия, что мы не разведемся? — поинтересовался Дэниел.
— Вы идеально подходите друг другу, словно две половинки одного целого:
ум и уравновешенность Джоанны и твоя способность творчески мыслить и
радоваться жизни. Вам будет хорошо вместе в семейной жизни, и бизнес будет
процветать. Я хочу, чтобы мой внук получил все, а не половину! —
решительно сказал Джозеф.
Джон согласно кивнул.
— Есть еще одна проблема: я не люблю Джоанну, — как бы между
прочим напомнил Дэниел.
— Значит, тебе придется ее полюбить! — решительно заявил его
отец. — Поживете пару лет вместе, сначала привыкнете, потом родятся
дети, а лет через десять будете смеяться сами над собой и думать, зачем
только сопротивлялись.
— Это уже слишком! — возмутилась Джоанна. — Я никогда не буду
спать с этим напыщенным и самовлюбленным павлином!
— Джоанна! — прикрикнул на нее отец.
— Полностью согласен с молодой леди! — заявил Дэниел. — К
сожалению, мисс Эшлер не вызывает у меня никаких эмоций. Боюсь, даже если
этот брак и состоится, он останется бесплодным.
— Дэниел! — не выдержал Джон.
Джозеф стащил с побагровевшей шеи
бабочку
и расстегнул верхнюю пуговицу.
— Значит, так, — решительно сказал он. — О вашей помолвке
объявим сразу после Рождества. Свадьба через год.
— Нет! — хором сказали Джоанна и Дэниел.
— Да! — сердито бросил Джон. Он взял со стола какую-то
бумагу. — Мы предполагали такой отпор с вашей стороны, поэтому
подготовились. Это наше завещание. Вам все достанется, лишь если вы
сочетаетесь законным браком и не позже чем через год. Если нет — вы ничего
не получите!
Джоанна решительно встала. Этот фарс ее совершенно не устраивал. Не хватало
ей еще и завещания с таким условием! Она даже в суде не сможет его оспорить
— не потому, что не сможет выиграть этот процесс, нет, любой суд признает
такое условие незаконным, а значит, завещание не будет иметь силы. Просто
она не сможет прилюдно рассказывать о том, как отец пытался силой заставить
ее выйти замуж за человека, которого она ненавидит больше десяти лет.
— Лично мне ничего не надо, — заявила Джоанна. — Я никогда не
выйду замуж за Дэниела. Я не смогу жить вместе с человеком, не способным
хранить мне верность, легкомысленным и беспутным. Я возвращаюсь в Лондон
немедленно. Мне предложили место при кафедре. Через пять лет я смогу
получить степень доктора юридических наук. Этого мне хватит с лихвой.
— Ты никуда не поедешь! — не менее решительно заявил Джозеф.
— Поеду!
Сьюзен закусила губу. Она не решалась вмешиваться в этот спор, понимая, что
ничем не поможет.
— Не поедешь! Если будет нужно, я запру тебя и выпущу только к алтарю.
— Не стоит, дядя Джозеф! — попытался остановить его Дэниел. —
Я никогда не женюсь на Джоанне. Я уже сказал, она как женщина меня не
привлекает.
— Тебя я тоже запру! — пообещал сыну Джон. — А сначала выпорю
как следует.
— Только попробуй! — Дэниел выпрямился во весь свой немаленький
рост и сердито уставился на отца.
— Ты мне угрожаешь?! — возмутился Джон.
— Ты первый начал мне угрожать!
— Джозеф! — закричала Сьюзен и бросилась к мужу.
Лицо Джозефа было ярко-малинового цвета. Он хватал ртом воздух и медленно
оседал на пол.
— Папа! — Джоанна сразу же забыла о том, что собиралась уходить
навсегда.
— Джозеф! — в один голос закричали Дэниел и Джон.
— Вы все с ума тут сошли! — набросилась на них Тина. Только сейчас
они заметили, что у нее заплаканное лицо. — Вы его довели до инфаркта!
Пока Тина набирала номер
скорой помощи
, Сьюзен расстегнула рубашку на
груди мужа и уложила его на пол.
— Это ты во всем виноват! — Джоанна подняла на Дэниела заплаканные
злые глаза.
— Не я же собирался уходить из дому!
— Не сейчас! — прикрикнула на них Тина.
Все удивленно посмотрели на нее. Никто не помнил, чтобы Тина хоть раз на кого-
то повысила голос.
— Вы оба — вон из комнаты и попробуйте только продолжить в
коридоре! — приказала она детям. — Встречайте
скорую помощь
.
Джоанна захлебывалась рыданиями, и Дэниелу силой пришлось уводить ее из
комнаты. Без особенного труда он приподнял Джоанну и вынес ее в коридор.
— Убери руки! — кричала Джоанна. — Это ты во всем виноват! Ну
зачем только ты появился в моей жизни?! Ты животное, грязное похотливое
животное!
Дэниел не обратил на ее слова ни малейшего внимания. Джоанна была не первой
женщиной, обозвавшей его животным.
— Ты видишь в девушке только кусок мяса, который можно использовать,
чтобы удовлетворить свою похоть!
Не обратил он внимания и на этот выпад. Дэниел видел, что у Джоанны самая
настоящая истерика, и решил привести ее в чувство единственным доступным
способом: вынес из дома и опустил в фонтан с ледяной водой.
Джоанна уже исчерпала свой запас ругательств и пошла по второму кругу, как
вдруг задохнулась от холода и удивленно посмотрела на возвышающегося над ней
Дэниела.
— Лучше? — участливо поинтересовался он.
Джоанна кивнула. Дэниел взял ее за талию и рывком вытащил из бассейна.
Мокрое платье противно липло к телу, и Джоанна начала дрожать — то ли от
холода, то ли от нервной реакции. Облепленная тканью, с расплывшейся
косметикой и уничтоженной прической, она была такой жалкой, что Дэниелу
стало стыдно. Он снял пиджак и набросил его на плечи дрожащей девушки.
— Прости, но я должен был освежить тебя. Ты слишком переживаешь из-за
отца, — прошептал он. — С Джозефом все будет в порядке, он бывал в
переделках и похуже. Ты же помнишь, как наши родители познакомились?
Джоанна кивнула головой и разрыдалась, уткнувшись в плечо Дэниелу. Сквозь ее
рыдания он с трудом сумел уловить:
— Что же нам теперь делать? Не жениться же!
— Не переживай, мы что-нибудь придумаем! — ободрил ее
Дэниел. — И потом, почему бы и не пожениться?
Джоанна подняла на него удивленные заплаканные глаза. Только сейчас Дэниел
вспомнил их удивительный янтарный цвет.
— Как же так? Жениться? — переспросила Джоанна.
Дэниел хитро улыбнулся, но не успел рассказать о своем замысле — на
подъездной дорожке появилась машина
скорой помощи
.
2
Только через три дня врачи пустили семью к Джозефу Эшлеру. Инсульт не
слишком сильно повлиял на его способности. Врачи обещали, что речь и
моторика полностью восстановятся через несколько месяцев, если, конечно,
Джозеф будет выполнять все их предписания и тренироваться. От родных и
близких требовалось только одно: обеспечить ему уют и спокойствие.
Ни о каком возвращении Джоанны в Лондон речи быть не могло. Она прекрасно
это понимала и не пыталась вновь поднять эту тему в разговоре с матерью.
Джоанна даже смирилась с тем, что ей придется задержаться в Брисбене на
несколько месяцев, пока отец окончательно не поправится.
Не могла она сейчас уехать еще и потому, что ощущала свою вину перед отцом.
Если бы они с Дэниелом не стали устраивать истерику, ссориться и хамить друг
другу, инсульта можно было бы и избежать.
На этот раз Джоанна услышала тихие шаги Дэниела задолго до того, как он сам
появился в палате Джозефа Эшлера. Когда Дэниел вошел в палату, Джоанна
повернулась и приложила палец к губам. Жестом она предложила Дэниелу выйти
из палаты. Перед уходом Джоанна поправила на отце одеяло и погладила его по
руке.
— Папа спит, ты сможешь прийти к нему позже, — тихо сказала она
Дэниелу, как только они вышли из палаты.
— Я пришел не к дяде Джозефу, то есть и к нему тоже, но...
Джоанна удивленно смотрела на запинающегося и краснеющего Дэниела. Всего
пару дней назад она многое отдала бы за это зрелище!
— В общем я пришел к тебе, чтобы попросить прощения. Я вел себя просто
отвратительно. Это еще можно было бы понять и простить в подростковом
возрасте. Джоанна, можешь торжествовать, я признаю, что вел себя просто по-
свински.
— Мне совсем не хочется торжествовать. — Она грустно
усмехнулась. — Я тоже была совсем не образцом поведения.
— Мир? — предложил Дэниел и протянул Джоанне руку.
— Мир. — Она пожала сильную ладонь. — Составишь мне компанию
в кафетерии? Глаза просто слипаются, мне необходима чашка горячего кофе.
— Как Джозеф себя чувствует сегодня? — спросил Дэниел, когда они с
максимально возможным удобством расположились за пластиковым столиком с
бумажными стаканчиками в руках.
— Гораздо лучше. — Джоанна тепло улыбнулась. — Даже пытался
выяснить, когда мы объявим о помолвке.
— Значит, он почти здоров, — резюмировал Дэниел. — Мой отец
тоже постоянно спрашивает меня, когда я собираюсь мириться с тобой. Мне
кажется, у них просто пунктик какой-то на этой теме.
— Ты же сам не раз слышал историю нашего рождения. Точнее, рассказ о
событиях, предшествовавших ему. — Джоанна пожала плечами. — Если
честно, мне очень не хочется говорить сейчас отцу, что мы с тобой не
собираемся жениться ни при каких условиях. Врачи сказали, что ему нужен
полный покой, чтобы восстановиться, а мое сообщение может спровоцировать
новый приступ. Давление у него точно поднимется, когда он начнет орать.
Дэниел понимающе кивнул. Ему самому приходилось каждый день выдерживать
давление со стороны отца. Джон постоянно твердил сыну, что, если бы не их с
Джоанной упрямство, многих проблем, в том числе и болезни друга (даже не
друга, а брата), можно было бы избежать. Больше всего на свете Дэниелу
хотелось сбежать от нападок отца в свою маленькую квартирку в тихом районе
Брисбена и не высовывать оттуда нос, пока все не уляжется. Но он не мог
бросить Джозефа в такой момент. Да и за своего отца серьезно волновался: с
болезнью друга Джон сильно сдал сам. Тина шепотом сказала сыну, что боится,
как бы отец не занял место рядом с Джозефом. Дэниел видел, как беспокоится
мать, видел, как осунулось и сразу же постарело лицо Сьюзен, да и Джоанна
выглядела не лучшим образом: все это время она практически не отходила от
постели отца и спала урывками прямо в его палате. Дэниел просто не мог
бросить их всех и сбежать в такой напряженный момент, как бы ему самому
этого ни хотелось.
— Нужно что-то делать с этой ситуацией! — отчаянно сказала
Джоанна. — Ну еще день или два я смогу уводить разговор с отцом от
болезненной темы нашего брака, а что потом? Новый инсульт?
— Да, мы должны что-то решить, — согласился с ней Дэниел.
Он уже все решил, но нужно было сделать так, чтобы Джоанна призналась, что
она не видит никакого решения. Тогда у нее не будет повода отказаться от
предложенного им выхода. Дэниел хорошо знал упрямство Джоанны и потому решил
подстраховаться.
— Единственное, что мы можем сделать, — честно сказать о том, что
не собираемся вступать в брак, — рассуждала она. — Может быть,
если мы все будем говорить спокойно и уверенно, как о деле уже решенном, все
обойдется?
— Ты сама в это веришь? — поинтересовался Дэниел.
Джоанна сразу же вспыхнула.
— Ты только критикуешь! — возмутилась она. — А сам ничего
придумать не можешь или не хочешь!
— У меня уже давно созрела одна идея, но я тебе не скажу, если ты мне
не дашь слово сначала подумать, а уж потом кричать.
Джоанна сердито посмотрела на Дэниела и мрачно поинтересовалась:
— Что это за торг?
— Или ты даешь мне слово, что сначала сосчитаешь до ста, а потом
ответишь мне, или я ничего тебе ничего не скажу — и выкручивайся как хочешь!
Ты же у нас звезда юриспруденции.
— При чем здесь юриспруденция? И вообще я не виновата, что природа
наделила меня умом. Может быть, конечно, немного и было позаимствовано у
тебя...
Дэниел открыл рот, чтобы сказать очередную колкость, но тут же захлопнул его
и хитро улыбнулся.
— Тебе не удастся втянуть меня в очередную перепалку, — решительно
сказал он, сложив руки на груди. — Ты даешь мне слово?
Джоанна тяжело вздохнула.
— Да, я сначала обдумаю твое предложение, а уж потом скажу
нет
.
— Интересный вариант, — усмехнулся Дэниел, — но я уверен, что
ты скажешь
да
.
— Мы не перед алтарем, — напомнила ему Джоанна. — И мне нужно
быть у отца через десять минут.
— Хорошо, — сдался Дэниел. — Я предлагаю, пока суд да дело,
сказать родителям, что мы решили попробовать повстречаться некоторое время,
чтобы лучше узнать друг друга, а уж потом принять решение о свадьбе.
Джоанна честно сосчитала в уме до ста и лишь потом сказала:
— Это называется проигрыш.
— Это называется тактическое отступление, — поправил ее
Дэниел. — Если мы сейчас скажем, что начинаем встречаться, пообещаем
подумать о браке, они успокоятся. Твой отец будет выздоравливать, мой
оставит меня в покое. Все равно тебе придется задержаться в Австралии на
несколько месяцев, так почему бы не провести их в моем обществе? Раньше мы
отлично ладили.
— Мы отлично ладили, пока ты...
— Стоп! — Дэниел поднял руку. — Первое условие нашего
спокойного сосуществования: не вспоминать старых ошибок, грубостей и
оплошностей. Думаю, мы с тобой быстро найдем в настоящем достаточно поводов
для ссоры.
Дэниел широко улыбнулся. Джоанна не выдержала и рассмеялась.
— Это значит, что ты согласна? — на всякий случай уточнил Дэниел.
— Да, я согласна на твое предложение. Но учти: если ты только
попробуешь распускать руки...
— Я джентльмен! — возмутился Дэниел.
Джоанна скептически хмыкнула.
Джоанна и Дэниел решили пока никому ничего не говорить о своем решении,
чтобы не спровоцировать новый приступ у Джозефа, на этот раз от радости. Они
оставили объявление этой важной новости до дня выписки Джозефа из больницы.
А все оставшееся время решили потратить на моральную подготовку. Им обоим
нужно было набраться терпения, чтобы не убить друг друга в первый же день
активного общения.
На вопросы отца о браке с Дэниелом Джоанна уклончиво отвечала, что сейчас
совсем не время это обсуждать. По некоторым ее завуалированным намекам
Джозеф понял, что его в ближайшее время ожидает приятная новость, и немного
успокоился.
В день выписки в его палате собрались все близкие люди: жена, дочь, Джон,
Тина и Дэниел.
Когда на каталке привезли переодетого в
нормальную
— как он сам говорил —
одежду Джозефа, его появление было встречено бурными аплодисментами.
— Добро пожаловать обратно в строй! — радостно сказал Джон.
— Ему еще рано выходить на работу, если ты это имеешь в виду, —
осекла его Сьюзен. — Джозеф будет сидеть на вилле Санта-Морена, дышать
свежим воздухом и заниматься на тренажерах. А вашей драгоценной фирмой могут
заняться Джоанна и Дэниел, все равно они здесь болтаются без дела.
Джоанна возмущенно принялась хватать ртом воздух. Ничего себе
болтаются без
дела
! А кто сидел с отцом все это время?
— Милая, Сьюзен просто шутит! — Дэниел подошел к Джоанне и обнял
ее за плечи.
Первым порывом Джоанны было сбросить его руки, но она вовремя спохватилась,
вспомнив, что настало время порадовать родителей.
— Папа и мама, Джозеф и Сьюзен, мы с Джоанной хотим сделать
объявление, — торжественно сообщил Дэниел.
— Вы поженитесь? — с надеждой в голосе спросил Джон.
— Не торопи события, папа! — попросил его Дэниел. — Просто мы
с Джоанной решили повстречаться некоторое время и посмотреть, что из этого
выйдет.
— Но ведь вы поженитесь? — продолжал настаивать Джон.
— Ничего такого мы обещать вам не можем, — поспешила сказать
Джоанна. Мало ли что еще придет в голову Дэниелу? Не стоит слишком
обнадеживать родителей. — Просто мы с Дэниелом поняли, что много лет не
общались как следует. Сейчас мы практически незнакомые люди. Должно пройти
некоторое время, чтобы мы точно поняли, имеет смысл нам вступать в брак или
нет.
— Они поженятся! — уверенно сказал Джон.
Дэниелу оставалось лишь закатить глаза.
— Ты видишь, что произошло? — зашипела на него Джоанна, когда они
плелись в хвосте процессии. — Я так и знала, что они получат ложную
надежду. И как мы теперь им скажем, что не собираемся жениться?
— Не торопи события, Джо. Мы ведь решили встречаться. И никто никому
ничего не обещал. Мы будем честно ходить в кино, ужинать в ресторанах, если
ты не будешь сопротивляться, я даже отвезу тебя пару раз понырять с
аквалангом. А где-то через два-три месяца мы с тобой поймем, что нас
связывает только крепкая дружба, которой не суждено никогда перерасти в
любовь.
— У тебя все так складно получается, что мне даже хочется в это верить.
Но я слишком хорошо знаю папу и Джона, они будут до самого конца уверены,
что дело идет к свадьбе. — Джоанна нахмурилась. — Я не хочу еще
раз их разочаровывать.
— Все просто: мы должны держать их в курсе развития наших
отношений, — предложил Дэниел. — Со временем родители поймут, что
были не правы. Может быть, мы даже сможем сделать так, чтобы они сами
предложили нам расстаться и не мучиться больше.
— Значит, общаясь со мной, ты мучаешься?
— Господи, и за что мне это? — поинтересовался Дэниел у высших
сил. Джоанне он ответил: — На курорт это точно не похоже. Пойдем, мы сильно
отстали, и попытайся изобразить на лице улыбку. Все же твоего отца
выписывают из больницы.
— Может быть, скажешь мне честно, что все это значит? — через
несколько часов, когда Джозеф уснул, а Рендаллы отправились домой, спросила
Сьюзен.
— То есть? — рассеянно отозвалась Джоанна.
Она заварила ароматный чай и подала матери чашку.
— С какой такой радости вы с Дэниелом решили начать встречаться?
— Разве вы не этого хотели? — попыталась уклониться от темы
Джоанна.
— Конечно хотели! Но я не очень-то верю вам обоим.
— Мамочка, перестань. — Джоанна поморщилась. Такого напора со
стороны матери она не ожидала. — Папа счастлив, все счастливы. Может
быть, у нас с Дэниелом и вправду получится?
— Господи, Джоанна, ты же сама этому не веришь! Вы с Дэниелом не пара,
как бы лично мне или твоему отцу этого ни хотелось. Он яркий, всегда в
центре событий, ураган просто. А ты тихая, спокойная и от природных бедствий
предпочитаешь быть как можно дальше. Даю руку на отсечение, что уже на
п
...Закладка в соц.сетях
