Красный бутон

страница №3

... совсем повзрослела. — Люблю
подслушивать и уже многое знаю. Вы — Роуана. Меня зовут Элисса. — Она
протянула руку. — Как здорово, что вы будете жить с нами, а то я совсем
завяну без женского общества.
— Как мило с вашей стороны... — начала было благодарить Роуана, но брат с
сестрой не дали ей договорить.
— Тогда все решено. Двинемся в Таймаут прямо сейчас.
— К сожалению, я не могу оставить кафе до прихода Барни. В любой момент
могут появиться посетители — скоро обед.
Не успела она докончить последнюю фразу, как подъехал трейлер. Двое мужчин
выпрыгнули из кабины и, крикнув Роуане, что им нужны два стейка с яичницей,
направились к корыту с водой под манговое дерево. Элиссе явно не хотелось
уезжать, и Роуана подумала, что у ее брата не будет проблем с тем, чтобы
познакомить ее с подходящим женихом. Но сейчас Николас желал поскорее
добраться до Таймаута, и, быстро затащив сестру в машину, он сел за руль, и
они уехали.
— Не забудьте, вы ночуете у нас! — донеслось до Роуаны.
Если бы она даже и забыла, то Джонатан Саксби, явившись вскоре проверить
Роуану, несомненно освежил бы ее память на этот счет. До его появления
девушка успела накормить водителей дюжины грузовиков. Дальнобойщик,
перевозивший ананасы, оставил ей один в подарок. Когда он уехал, Роуана,
повинуясь внезапному желанию, разрезала ананас и поджарила его на гриле.
Посетитель, получивший ломтики ананаса вместе с бифштексом, очень удивился,
но все же съел их.
Даже столь маленькая перемена доставила Роуане несомненное удовольствие. Она
решила попробовать еще новшество: водрузила на каждый стол по связке
бананов. А почему бы и нет? — рассуждала она. — Ведь фруктов здесь
хватает.
— Вы избалуете нас, мисс, — сказал один водитель, вручая ей за еду гораздо
больше, чем был должен. Она попробовала протестовать, но он объяснил, что
ему очень понравилось и он хочет отблагодарить ее.
— Но я же не ради денег...
Роуана задумалась. Она не намеревалась повышать цены — заикнись она об этом,
мистер Саксби встал бы на дыбы, ведь их установил дядя Томас. С другой
стороны, если сам клиент настаивает на щедрых чаевых, глупо ему перечить.
Она нашла пустую консервную банку, отсчитала лишние монеты из суммы,
оставленной водителем, и положила их туда. Затем написала на банке:
Душевая — и решила складывать туда лишние деньги, чтобы когда-нибудь
убрать из-под мангового дерева допотопное корыто.
Когда последние обеденные посетители покинули Мальчик-с-пальчик, Роуана
смогла наконец заняться приготовлением сандвичей для Барни. Ее начинала
увлекать роль хозяйки кафе, которая еще вчера не вызывала у нее ничего,
кроме отвращения. Она представляла, как развесит на окнах, естественно, не
веселенькие, придуманные в Лондоне занавески, а спокойные зеленоватые шторы,
поставит столик, положит на него журналы и включит кондиционер, оркестр на
пластинке будет наигрывать модные европейские мелодии. Цены повышать она не
станет, а все лишнее будет отправлять в жестянку.
Роуана наслаждалась картинами приятного будущего, когда подкатила легковая
машина, из нее выскочили два туриста, осмотрелись, быстро развернулись и
уехали. Вслед за ними развернулись и мысли Роуаны — снова к неприятному
настоящему. Она знала, почему туристы не остались: они хотели чаю с печеньем
и вареньем, а не сандвичей с солониной. Варенье... А как насчет джема,
которым вчера вечером ее угощала Нэнси? Прекратив на секунду орудовать
ножом, она улыбнулась собственным мыслям. Ей предоставлялся шанс польстить
опекуну и одновременно выиграть у него очко. Не родился еще тот
производитель имбиря, которого бы не смягчила смиренная просьба использовать
его продукт.
— Вы только посмотрите, — раздался в этот момент насмешливый голос Джонатана
Саксби, — как котенок, добравшийся до сливок!
Роуана подумала, что произошло бы, скажи она ему сейчас, что ее новые
посетители обязательно их получат — ячменные лепешки, имбирный джем и
сливки. Торопиться, однако, не следовало.
— Как же много мне пришлось сегодня работать, — только и произнесла она.
— Зато вы получили кучу денег, и потому у вас рот до ушей. Осторожнее, мисс
Редланд, такую улыбку нелегко будет стереть с лица, когда возникнет
необходимость. Помните: последнее слово за мной.
— Я помню.
— А что эти бананы делают на столе?
— Я их туда положила.
— Ясно, что не сами пришли.
— Я подумала, раз уж они растут в саду, почему бы их не использовать? И еще,
— она хотела сказать до того, как он сам обнаружит, — я добавила в меню
ананасы.
— Неудивительно, что вы мурлычете от удовольствия. Ведь вас щедро наградили.
— Нет-нет, все бесплатно, хотя если кто-то захочет заплатить больше... и...

Нам нужен душ. Это корыто просто отвратительно!
К удивлению Роуаны, возражений не последовало. Она выиграла у Саксби сразу
несколько очков. Осмелев, Роуана добавила:
— Кроме того, душ ведь может служить возбуждающим средством, как кофе, чай
или горчица.
Джонатан снова согласился.
Роуана уже собралась было, пользуясь его дружелюбием, упомянуть о лепешках,
сливках и — с особенной мягкостью в голосе — об имбирном джеме, но он
опередил ее:
— Я вчера немного погорячился, мисс Редланд, говоря о вашем ночлеге.
Конечно, вы отправитесь в Наргано. Нэнси будет очень рада, она и мысли не
допускает, что вы можете ночевать где-то еще, хотя вам и негде.
— Почему же? — Роуана постаралась, чтобы ее реплика прозвучала как можно
более непринужденно.
— Ну да, я знаю, — он напрягся, — вы готовы себе тут соорудить койку, но я
вам не позволю.
— Не позволите?
— До сих пор на этой трассе не было случаев разбоя, насилия или воровства,
но мир не стоит на месте, всякое может случиться... Может случиться даже
так, что либо мне, либо Барни придется вас тут охранять...
— А это очень плохо, — услужливо подсказала Роуана.
— ...потому что, — холодно продолжал опекун, — слишком неудобно.
Дальнобойщики, конечно, не откажутся привезти вам кровать, но у меня в доме
кроватей полно, и покупать еще одну я не собираюсь. Спать на полу я тоже не
собираюсь, так что, — он сделал приглашающий жест, — леди возвращается в
Наргано.
— Мне очень жаль... — Она старалась сохранять спокойствие.
— Мне тоже, — бросил он, — но так надо.
— Нет, не надо.
— Вы не можете спать здесь. Я же объяснил.
— Я слышала и поняла. Будут ли возражения со стороны опекуна, если я
отправлюсь на ночлег еще куда-нибудь?
— Куда это? Здесь ничего больше нет.
— Есть конюшня в сотне ярдов отсюда, через кустарник.
— Старая конюшня Эмери? А вы-то тут при чем?
— Я там буду спать каждую ночь.
— Не будете, черт побери!
— А что мне мешает? Еще там есть бунгало с пятью спальнями.
— И его владелец!
— Вернемся к вопросу о собственности? У него есть сестра! — Роуана все же
успела предотвратить взрыв.
Саксби постоял немного, тяжело дыша, как бы выпуская пар, потом резко
повернулся:
— Я сам посмотрю.
— Посмотрите-посмотрите, — ехидно поддержала Роуана.
Первые грузовики потянулись на ужин (вернее, на обед, но обедом тут почему-
то называли ленч), и скоро должен был прийти Барни. Роуана не знала, на
каких условиях он работает в кафе, сколько ему платят, положены ли выходные.
Она вообще ничего еще толком не успела узнать о своем заведении — даже
откуда в холодильнике берутся бифштексы. Да и об Укромном Уголке ей было
известно чрезвычайно мало.
Тем временем два подъехавших грузовика были не совсем обычны. Обыкновенно у
кафе останавливались тяжело пыхтящие работяги в грязных серо-зеленых
машинах. Эти же грузовики были один алого, другой — ярко-оранжевого цвета,
так что сразу бросались в глаза. На фургонах красовались надписи: на первом
— Мексика, а на втором — Держись крепче, а ниже, шрифтом помельче, —
Д.М..
— Это значит Дикие мустанги, мисс, так называется наша ассоциация, —
объяснил высокий молодой человек в узких джинсах и сомбреро. — Мы едем на
родео. Четыре стейка с яичницей в Мексику и еще три порции в Держись
крепче, пожалуйста.
Он откинул задний борт Мексики, и Роуана увидела внутри двух пони, а еще
там были седла, уздечки, арканы, попоны и сено.
— Здесь устраивают родео? — переспросила она. — Я только недавно сюда
переехала.
— В Куинсленде часто проводятся родео, особенно в этих местах.
— И вы на все ездите?
— Мы профессионалы. — Он, кажется, думал, что его ответ был исчерпывающим.
Возможно, сведущему в лошадях человеку и вправду стало бы все сразу ясно, но
только не Роуане. Она решила подробнее расспросить мустангов, пока они
будут есть, тем более на вид это были очень приятные молодые люди.
Поток грузовиков на время прекратился, и Роуана смогла потратить на
выполнение заказа немного больше времени, чем обычно. И оно не пропало зря:
ее посетители сокрушались, что у них нет возможности приезжать в Мальчик-с-
пальчик каждый день, ведь в Тихом Уголке никто не готовит так вкусно.

— В Тихом Уголке?
— Да, тут сплошные уголки.
— Это далеко отсюда?
— Несколько миль к северу, хорошее место для родео, как, впрочем, повсюду в
этих краях.
— А для коневодства? — Роуана подумала о Николасе.
— Тоже. Просто удивительно, почему люди здесь не разводят лошадей.
— Неподалеку есть одна конюшня. — Роуана указала на просвет между деревьями.
— Ее хозяин как раз собирается заняться лошадьми. Он ветеринар.
— Ветеринар? — Мужчины переглянулись.
— Он-то нам и нужен! — воскликнул лидер Мексики.
— У нас есть один пони серой масти, и с ним что-то не так. Ларри хочет его
подлечить. Похоже, мисс, мы к вам будем частенько наведываться, если Ларри
разрешит.
— Это очень хороший специалист, — горячо уверяла их Роуана, обрадовавшись за
себя и за Николаса, — обязательно покажите ему вашего коня.
— Мы хотим видеть его прямо сейчас. — Они вышли на улицу.
Роуана убрала со стола, улыбнулась, заметив, что дикие мустанги заплатили
больше, чем нужно, и смахнула лишнее в жестянку. Потом она пошла взглянуть
на лошадей. Один серый в Мексике действительно был какой-то вялый и
казался больным, но лошади все равно производили впечатление: они были
отлично ухожены и даже выхолены. Роуане захотелось узнать, кто такой Ларри.
— Уж не собираетесь ли вы конину включить в меню? — резкий голос Джонатана
Саксби оборвал течение ее мыслей. Вздрогнув от неожиданности, она с
раздражением ответила:
— Я просто ими любуюсь.
— И этим серым тоже? Его нужно срочно госпитализировать.
— Что, возможно, скоро и произойдет: я послала его хозяев в конюшню.
— Вы?!
— А почему нет? Если пони останется там, они будут время от времени его
навещать и заходить сюда. Им здесь понравилось.
— А-а, просто бизнес, да? Я-то думал, вы хотите оказать услугу Джарвису.
— Что же в этом плохого?
— Плохого? Пожалуй, ничего, — согласился опекун, но смерил Роуану таким
долгим взглядом, что ей стало не по себе.
— Значит, вы видели Ни... мистера Джарвиса?
— Я видел Николаса Джарвиса, а также его сестру.
— Он отвечает вашим требованиям?
— Отвечает и... — Саксби сделал паузу, — так же его сестра.
— Значит, вы не против, чтобы я ходила к ним, пока не устрою чего-нибудь
здесь?
Роуана сама себе удивлялась: откуда в ее голосе столько ненависти? Конечно,
он ей не нравится, но тогда куда естественнее было бы проявлять безразличие.
— Не то чтобы обеими руками за, но, по крайней мере, штрафовать вас я не
собираюсь.
— Я, без сомнения, должна благодарить за это мисс Джарвис. — Роуана опять
подивилась собственным словам. Саксби же ее гнев, было видно, только
забавлял, и это злило ее еще больше. — Мистер Джарвис очень хочет, чтобы его
сестра здесь прижилась.
— Приживется, ведь она очень красивая девушка.
— Я ему рассказывала, какой в Куинсленде богатый выбор женихов — что-то
около двухсот тысяч мужчин, совершенно никому не нужных.
— Это вы домашнее задание по арифметике повторяете? — вдруг распалившись,
зарычал Джонатан.
— Ничего подобного. Я об этом прочитала. Когда отправляешься в незнакомое
место, нужно узнать о нем, по крайней мере, из справочника.
— Нужно. — Саксби еле сдерживал бешенство.
Роуане захотелось продолжить опасную тему лишних мужчин, чтобы отыграться:
— Также я говорила мистеру Джарвису, что местные жители выращивают сахарный
тростник, фрукты, орехи...
— А имбирь упоминали?
— Разве, кроме вас, есть еще кто-нибудь? — Роуана почему-то воспринимала
Саксби как единственного в округе производителя имбиря. Ей казалось даже, он
этим чрезвычайно горд.
— Есть несколько человек. Ну, говорили о нас?
— Во-первых, в единственном числе, во-вторых, я сказала имбирный пряник.
Но сразу поправилась, потому что какой же вы пряник? Вы жесткий, деревянный
имбирный корень.
— Ой-ой, как мы сегодня остроумны! — только и выпалил в ответ Джонатан.
Пользуясь его замешательством, Роуана поспешила уточнить:
— Ну, так я иду к Джарвисам?
— Можете отправляться к ним на веки вечные!
— У вас нет ко мне замечаний?
— Пока нет.
— А как насчет дополнительных услуг?

— Они к месту. Я думаю, старина Том тоже их одобрил бы... Время идет,
появляются конкуренты.
— Да что вы! И здесь?
— Не исключено.
Роуана почувствовала, что настал момент поговорить о том, что занимало ее
мысли. Раз уж намечается конкуренция, то пора превращать Мальчик-с-пальчик
в настоящее кафе с чайными принадлежностями, кондиционером, музыкой, но
Саксби опередил ее:
— Нам с вами нужно многое обсудить, мисс Редланд. Зарплата Барни, снабжение.
Стейки, знаете ли, не растут в холодильнике. Хотя Барни вам все расскажет,
но при первой же возможности мы вернемся к этим вопросам. Сейчас, сами
видите, уборка в самом разгаре, у меня нет ни минуты свободной.
— Я приехала не вовремя, — извиняющимся тоном произнесла Роуана. За
сегодняшний сумасшедший день она почувствовала, что значит ни минуты
свободной. Однако почему-то страшно разозлилась, когда Джонатан вяло кивнул
и, даже не взглянув на нее, направился к машине.
— Желаю вам хорошо выспаться, мисс Редланд, — небрежно бросил он, садясь за
руль, — при вашей работе это необходимо.
— И вам того же, мистер Саксби, в ваших терновых колючках.
— Я уже говорил вам, что ранние сорта очень нежны и податливы, — проворковал
опекун, блаженно улыбаясь, как будто видел перед собой имбирное поле. —
Естественно, позже мы убираем и зрелые растения, которые идут на
приготовление вытяжек, лекарств и духов. Вы обязаны это увидеть, мисс
Редланд.
— А больше я ничего вам не обязана? — выпалила Роуана и от собственной дерзости даже закусила губу.
— Я неясно выражаюсь? Вы чуть не схлопотали штраф, — благодушно уведомил ее
опекун, — ну да ладно, прощаю. Вы ведь не отказались, а?
— Н-нет, — сквозь зубы подтвердила она, из последних сил сдерживая поток
возражений и колкостей, уже заготовленных Роуаной для ее мучителя.
К счастью, он завел мотор и двинулся в путь. Наблюдая, как его микроавтобус
божьей коровкой карабкается вверх по шоссе, она грустно думала о том, что
если этот противный человек вознамерился каждый день ее вот так злить, то в
конце концов с ней станет так же трудно иметь дело, как с неподатливыми
поздними сортами имбиря.
Улыбки и веселая болтовня возвратившихся ковбоев подбодрили и отвлекли
Роуану. Она была рада услышать, что они оставляют больного пони Джарвису и,
пока он будет там, станут часто к нему наведываться.
— Значит, и к вам тоже, мисс, — пообещали мустанги. — Ларри мы, конечно,
сообщим.
Вытащив Грея из фургона, они повели его по тропинке через кустарник, по
возвращении вручили Роуане два билета на родео и уехали. Билетами она и
помахала им вслед.
Одно несомненное достоинство, — размышляла Роуана, возвращаясь на кухню, —
здесь все же имеется. Тут некогда думать, что да почему. Вот подъезжает
машина — сейчас выскочит водитель, попросит бифштекс или чай или не
попросит, а развернется и уедет. И в этот момент у кафе остановилась
машина.
Это был Барни — Барни в своих неизменных промасленных джинсах и черной
майке. Роуана показала ему, что приготовила для него, потом, усадив в кухне
на табуретку, сказала:
— Мистер Саксби очень занят, Барни, поэтому рассказывать придется вам. Я
хочу знать все о кафе Мальчик-с-пальчик.

Глава 3

Коричневое от загара лицо Барни было все испещрено морщинами. В морщинах
прятались от ослепительного австралийского солнца ярко-синие, как небо над
Куинслендом, добродушные глаза-щелки. Когда Роуана поставила перед ним
тарелку с бифштексом, яичницей и толстым золотисто-коричневым ломтем
ананаса, он удивился, но одобрил. Роуане очень польстила похвала Барни,
потому что именно он был старожилом кафе. Тут-то она и выпалила:
— Сколько я вам должна платить? Когда? Когда вы спите, ведь вы целый день на
тростнике, а ночью здесь? Почему вы такой добрый?
Барни отвечал по порядку:
— Смешные деньги. В пятницу. Теперь уже я работаю не целый день, как раньше,
сплю на диване, когда нет посетителей, — ночью иногда от трейлера до
трейлера может и три часа пройти.
— Вы не ответили, — улыбнулась Роуана, — почему вы такой добрый.
Покончив с едой, Барни принял из ее рук чашку с чаем, положил туда несколько
ложек сахара и принялся раскуривать трубку.
— Я всю жизнь на тростнике, мисс Редланд.
— Просто Роуана.
— Роуана. — Синих щелок совсем не стало видно.
— Вы — отличный работник, — Роуана вспомнила, что говорил о Барни Джонатан,
— можете срубить одиннадцать тонн в день.

— Мог. — Барни тяжело вздохнул. — Сейчас силы уже не те, так что рублю
гораздо меньше, а иногда и совсем ничего. Но занятие на плантациях всегда
для меня найдется: я хорошо управляюсь с трактором и свожу тростник на
переработку, убираю и сжигаю мусор, да мало ли еще что. Сплю теперь совсем
мало, а в свои лучшие годы, когда рубил по одиннадцать тонн, в семь часов
укладывался.
— Понятно, — кивнула Роуана и осторожно поинтересовалась, не лишних ли денег
ради Барни работает в кафе.
— Ну, — замялся он, — деньги, конечно, не главное. Видите ли, я подумал, что
мне такая работа пригодилась бы в будущем, когда я больше не смогу выходить
в поле...
— Ах вот оно что... — Роуана представила себе, какое ужасное разочарование,
должно быть, испытал Барни, когда дядя Томас умер, завещав Мальчик-с-
пальчик ей. Желая как-нибудь выразить сочувствие, Роуана нагнулась к Барни
и погладила его по коричневой руке.
— Ничего, теперь-то мне не жалко, — словно угадав ее мысли, сказал Барни.
— Теперь?
— Знаете, человек ведь должен передать кому-нибудь свое дело, и до вас
другие племянницы и племянники старины Тома приезжали, все крутились тут,
делили шкуру неубитого медведя. А вы — вы совсем не такая, и... я остаюсь с
вами.
— Ой как здорово! — обрадовалась Роуана. Она была растрогана. — А почему вы
считаете, что я не похожа на них?
— Наверно, из-за сандвичей. Вы их так приготовили и упаковали, прямо как
будто я сам делал. — Барни смущенно улыбнулся. Роуана улыбнулась в ответ, и
они оба поняли, что с этого момента стали друзьями.
— Вы сказали, что мои двоюродные братья и сестры были здесь. Вы их видели?
— Нет, сам я не видел, но знаю, что они все подлизывались к старине Тому. На
исходе жизни он словно прозрел, и мне кажется, проживи он подольше,
завещание изменил бы.
— Не в мою пользу?
— Насчет этого сказать не могу. Старик умер, не успев ничего изменить, ну а
завещание есть завещание.
А Джонатан Саксби есть Джонатан Саксби, — подумала Роуана.
— А мои кузены и кузины живут далеко отсюда?
— Наоборот, слишком близко, — скривился Барни.
— Да что вы! И где же? — нетерпеливо вскрикнула Роуана, которая словно
только сейчас осознала, что у нее есть родные. Семейные чувства были ей
доселе неведомы, так как ее отец, не имевший ни братьев, ни сестер, умер,
когда она была совсем малышкой, а рассказы матери об австралийских
родственниках были чрезвычайно скупы. Роуана только и знала, что, выйдя
замуж, ее мать уехала в Англию и больше с ними не общалась.
— Беда в том, что слишком близко. Это всегда так, когда вас донимают, как они донимали старину Тома.
— Но почему? — Роуана огляделась, не понимая, как можно прельститься
оцинкованной коробкой вроде Мальчика-с-пальчик. Ей было известно, что
жажда наследства играет с людьми злые шутки, и все же...
— Потому что у этого места есть перспективы! — уверенно заявил Барни. —
Куинсленд — штат будущего.
Хорошо сказано, — думала Роуана, — значит, и я — частичка будущего. После
Такого решения Мальчик-с-пальчик показался ей чуть менее отвратительным.
— Они все на него окрысились, — продолжал Барни.
— Мои двоюродные на дядю Тома?
— Да.
— Все сразу?
— Поодиночке. Но я думаю, они уже успели объединиться.
— Что вы имеете в виду, Барни?
Он кивком указал сначала на дверь кафе, а потом на расчищенную полоску на
противоположной стороне.
— Еще одна закусочная.
— Ах, помню. Водитель, который привез меня с аэродрома, говорил о ней, и
мистер Саксби тоже. Вы и вправду думаете, что это они? — Роуана заговорила
вдруг заговорщическим шепотом.
Барни опять кивнул.
— И что из этого выйдет?
— Они знают условия завещания и что либо вы добиваетесь успеха, либо
уезжаете отсюда.
— Но я намерена справиться.
— Послушайте, Роуана, — продолжал растолковывать ей Барни, — у Укромного
Уголка есть будущее, но оно не может наступить сейчас, понимаете? Я хочу
сказать, что когда-нибудь здесь будет достаточно клиентов для двух
закусочных, но это — завтра, не сегодня!
— Тогда зачем моим родственникам идти на такую глупость?
— У вас есть двоюродный брат по имени Пирс Грант?
— Дайте-ка подумать. — Она мысленно пробежала глазами страницу Библии, где
были записаны имена. — Да, есть Пирс.

— Этот Пирс и открывает кафе напротив.
— Но зачем? — никак не могла взять в толк Роуана. — Они же хотят Мальчик-с-
пальчик?
— Откроют новое и ваше получат, потому что, как я сказал, для двоих места
тут нет. Когда Джонатан начнет подсчитывать доходы и убытки, что, будучи
Джонатаном, он непременно сделает, так как всегда поступает по закону, а в
завещании говорится: Поддерживать прибыльность...
— ...и вести дела..., — попыталась вставить Роуана, которая решительно
ничего не понимала.
— И тогда, — продолжал Барни, — он выступит против вас, несмотря на все ваши
новшества, если обнаружит, что доходы упали. А они обязательно упадут,
помяните мое слово. Понятно?
— Теперь понятно, — грустно вздохнула она. — Но я буду надеяться на чудо и
вести дела так хорошо, что никто не посмеет занять место напротив.
— Еще как посмеют, это человеческая природа.
— Я все же попытаюсь, — с дрожью в голосе упорствовала Роуана. Еще вчера
она, в первый раз увидав свое кафе, чуть не упала в обморок, а теперь, всего
сутки спустя, ее ужасала мысль, что она может его лишиться.
— Попытайтесь, конечно, — одобрил Барни, — а знаете, что еще вам нужно
сделать? Бросить все на меня и пойти отдохнуть — вы выглядите усталой.
— Да, у меня сегодня был трудный день, но я его запомню. Если будет слишком
много работы, Барни, зовите меня.
— Откуда? Из Наргано?
— Нет. Тут неподалеку есть усадьба. Ее новый хозяин... и его сестра
пригласили меня.
Барни ничего не ответил, только спросил:
— Вы не забыли положить горчицу в сандвичи?
— Нет.
— Тогда отчаливайте. Осторожнее там, на тропинке, а то какой-нибудь Джо
Блейк может выползти погреть в пыли свое пузо.
— Джо Блейк?
— Ну, змея. Не бойтесь, — улыбнулся он, поймав ее встревоженный взгляд, &mda...

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• 4
• 5
• 6
• 7
• 8
• 9
• 10

Закладка в соц.сетях