Жанр: Любовные романы
Звездный рыцарь
...оги, став на колени между ними. Пряди
его волос легко скользнули по ее икрам, когда он склонился над ней.
— Успокойся, зайра. Ты узнаешь меня, как саму себя, а я узнаю тебя.
Когда он легонько коснулся зубами ее ступни, нежно ее покусывая, Дина томно
застонала.
Держа ее за лодыжки, Лорджин медленно скользил губами и языком по внутренней
стороне ее ног. В каком-то ему одному известном ритме он то двигался, то
замирал на бесконечно долгое время. Все тело, Дины содрогалось от его
прикосновений.
Его пульс участился, сосредоточиваться было все труднее и труднее, кровь в
жилах бурлила и кипела. Когда он добрался до верха ее бедер и поднял голову,
его взгляд окутал Дину жарким туманом. Лорджин слышал ее прерывистое
дыхание, ощущал дрожь наслаждения.
Он двинулся выше и накрыл ее рот своим. Почувствовав сладостный вкус его
губ, Дина погрузила руки в его волосы, пробегая пальцами по всей их
шелковистой длине. Его властная мощная атака почти парализовала ее. Никогда
не испытывала она подобного странного ощущения бессилия и нарастающей,
рвущейся наружу энергии. Он резко укусил ее в шею, затем зализал это
местечко, чтобы успокоить его, и снова ожег своим жаром, послав по всему ее
телу тонкие электрические иголочки.
— Пожалуйста, Лорджин, прошу тебя. Я не могу больше...
В это он легко мог поверить. Он сам был не в состоянии сдерживаться. Ее
отклик был так очаровательно невинен. Лорджин подумал, что она очень
неопытна. Для него это было совершенно новое представление о женщине, потому
что он вырос в мире, где определенная сексуальная свобода женщин и мужчин
была общепринятой нормой жизни.
Очень бережно он ввел в нее средний палец. Ее бархатистое и скользкое тепло
ласково окружило его. Лорджин понял, что она не была девственницей, но какая
же она маленькая... Ему показалось, что он все же ошибся в своих
предположениях.
Оторвавшись от ее губ, он спросил:
— Ты была раньше с мужчиной?
Дина вспыхнула. Неужели он считает ее совсем неопытной девочкой?
— Разумеется, была! Много раз!
Лорджин скептически поднял бровь, явно не поверив в ее многоопытность. Дина
отвернулась:
— Однажды. Это не было чем-то особенным...
Он осторожно повернул ее лицо к себе:
— Все в порядке, Адианн. Это произойдет сейчас.
Ее откровение не удивило Лорджина. Удивила его собственная реакция на эти
слова. Он был благодарен ей за отсутствие опыта. Хотя он не сомневался, что
всегда сумеет привести их к вершине наслаждения, но мысль, что другой
мужчина касался ее, привела его в бешенство. После этой ночи они будут знать
только прикосновения друг друга. Сегодня... сегодня он беспокоился, что,
несмотря на его уверения, ей будет больно. Передача сама по себе была
потрясением. Но делать было нечего.
Он вошел в нее самым кончиком своей плоти, осторожно углубился на несколько
сантиметров только затем, чтобы тут же выйти и снова войти, повторяя это
движение несколько раз, каждый раз проникая все глубже. Таким способом он
пытался подготовить Дину к полному проникновению.
Дина почувствовала, как что-то твердое и гладкое пульсирует между ее ног.
Оно толкалось в нее, втискивалось, давило. Лорджин еще чуть-чуть углубился.
Затем вышел. Снова вошел. Снова вышел. Эти попеременные входы и выходы
доводили ее до безумия. Ей было не до игр
выпад — отступление
. Она хотела
его целиком.
— Ты мучаешь меня! — воскликнула она.
— Ты слишком тесная. — Его задыхающийся ответ затерялся в ее
вскрике, когда она встретила очередной его выпад резким движением своих
бедер навстречу ему.
Да будет так! Лорджин наполнил ее. И заполнил... И заполнил до отказа.
Дина чувствовала огромное неудобство: внутри все растянулось, чтобы вместить
его. Проклятие, как больно! Невольная слеза скатилась по щеке.
Лорджин, который изо всех сил старался оставаться неподвижным, поймал эту
слезинку кончиком пальца. Поглаживая ее волосы, он прошептал:
— Ну почему ты не стала ждать?
Ее взгляд встретился с его глазами:
— Не могла больше...
Лорджин застонал, и Дина ощутила, как он затрепетал в глубине ее.
— Прости меня, Огонечек, но я тоже не могу больше ждать.
Он стал двигаться в ней, и то, что было для нее болезненным неудобством,
быстро перешло в жгучее наслаждение. В своем непродолжительном сексуальном
прошлом она не испытывала ничего подобного. Лорджин следовал какому-то
своему ритму, и его размеренные скользящие движения сводили ее с ума.
Обвив ногами его талию, она притянула его насколько могла ближе. Чувствуя ее
неутоленное желание, он медленно входил в нее, покачивая бедрами из стороны
в сторону и продолжая удерживать ее на месте руками и ртом.
— Моя прекрасная гарта...
Он вкушал ее с безудержной страстью, толкая на край пропасти. Затем
промежутки между его ласкающими толчками стали реже, но он продолжал крепко
удерживать ее под собой. Она обезумела от его мощных уверенных выпадов и
безжалостных поцелуев.
Снова и снова электрический ток пробегал по ним, волна за волной. Удар —
волна. Удар — пауза. Это было... это было слишком...
Первый оргазм настиг ее всей своей мощью, волна покатилась за волной, в такт
с его движениями, и она закричала прямо ему в рот.
Лорджин почувствовал, что тоже близок к вершине. Все его тело звенело мощной
энергией. Она бурлила и пела в его жилах, нарастая с каждой секундой.
Неровно дыша, он дрожащими руками обхватил голову Дины и, глядя в ее лицо,
необычайно звучно произнес слова древнего авиарского ритуала Передачи:
—
Будь нераздельна со мной отныне и навеки
.
Дина вскрикнула, когда его мощь с полной силой ударила в нее и пролилась
обильным потоком, переполняя своей энергией. Счастливый Лорджин увидел, что
потрясенная радостью и болью Передачи, Дина не отвернулась. Нет, она еще
крепче сжала его в своих объятиях.
У себя в спальне Янифф засиделся допоздна, читая древнюю книгу по
волшебству. Внезапно он перестал листать страницы и посмотрел на Боджо.
Старик ощутил легкий сдвиг энергии четвертого уровня.
Передача состоялась. Улыбнувшись, он продолжил чтение.
Глава 12
Они жили в поместье уже больше недели, а потепление характера Трэда та'ал
Тирдара даже не маячило на горизонте.
Этот человек был каким-то несгибаемым. Его обычный образ жизни, если только
такой образ жизни можно назвать обычным, следовал крайне неудобному
распорядку. Большую часть дня он спал и присоединялся к гостям лишь к концу
дня. Говорил только тогда, когда с ним разговаривали. Все остальное время он
держался от них на расстоянии с отрешенной холодностью. Его манеры, не
будучи впрямую оскорбительными, были едва вежливы. О том, чем этот человек
занимался по ночам, можно было лишь догадываться, но он удалялся в свои
покои сразу же после вечерней трапезы.
С той первой ночи в доме Трэда Лорджин ни разу не вспоминал о своем отчаянии
в связи со сложившейся ситуацией, но Дина видела, как он озабочен. По своему
обыкновению Лорджин решил проявить терпение, надеясь, что со временем
прежний Трэд проявится хоть в какой-то мере. Однако до сих пор эта стратегия
себя не оправдала. Поскольку и к ней он применял тот же самый подход, Дина
понимала, что следующим его шагом будет конфронтация. Она лишь не знала,
сколько еще Лорджин сможет ждать, пока начнет жать на все кнопки.
Риджара она редко видела. Дикий кот отправился разжигать и утолять страсти
женской части этого поселения и его окрестностей. Вчера он сказал что-то
насчет каравана, остановившегося за стенами поместья, после чего его не
видели до вечера. Он все еще дымился утоленным жаром страсти.
После еды Трэд извинился и ушел к себе, а Лорджин пригласил Риджара
прогуляться по поместью. Что хорошего ночью в заррэйнской пустыне,
оставалось для Дины загадкой.
Ей было скучно. Она оглядела пустую комнату. Здесь ей нечего делать. Читать
на их языке она не умела, телевизоров и видео у них не было, какое-то
рукоделие или хобби во время Поиска и путешествия были невозможны, а Лорджин
сейчас занят другим. Она вздохнула.
Днем Лорджин взял ее с собой на площадь, раскинувшуюся посреди поместья, где
расположился маленький рыночек.
Ремесленники предлагали свои товары и всевозможные услуги. Некоторые женщины
из каравана делали хорошенькие горшочки из какого-то похожего на глину
материала, хотя никому из обитателей поместья они не приглянулись, несмотря
на все старания женщин обратить на них внимание. Надо подумать, может,
завтра она купит у женщин немного этого материала. Тогда ей будет чем
заняться вечерами.
Ночью было совсем другое дело. По ночам у нее дел хватало. При мысли о
любовных ласках Лорджина на ее лице появилось мечтательное выражение. Она не
могла забыть его слова, сказанные в первую ночь по приезде сюда:
Я буду
каждую ночь любить тебя, Адианн
. И он выполнял свое обещание. Утренние часы
тоже нельзя было исключать. А иногда и послеполуденные. И промежуточные...
Словом, в любое время, когда он был в таком настроении. Это был мужчина
неиссякаемой энергии.
Широта и глубина его познаний просто изумляли, а от его изобретательности и
пылкой непосредственности у нее захватывало дух. Можно было подумать, что
каждая ночь с Диной была тоже его личным поиском, в котором он старался
узнать ее. Каждый раз, занимаясь с ней любовью, он как бы вновь открывал ее
для себя. То, что было хорошо, становилось еще лучше. Он приказывал,
требовал, уговаривал, соблазнял, завораживал ее. Лорджин был мужчиной
невероятно страстным. В некоторые ночи он был просто ненасытен.
В комнату вошел слуга, чтобы зажечь камин, и прервал полет ее фантазии, в
которой мелькали Лорджин, веревки и взбитые сливки. Она виновато покраснела.
Ну и пусть! Этого бы не случилось, если бы ей было чем заняться. Кроме
Трэда, здесь больше никого не было, кто бы мог... Трэд! Почему бы нет?
Он здесь. Она здесь. Возможно... лишь возможно... она сможет увидеть то,
чего не заметил Лорджин. Нужно попытаться. По правде говоря, на Заррэйне ей
стало надоедать. Его не назовешь модным курортом. Дина повернулась к слуге:
— Куда уходит Трэд по вечерам?
Казалось, слугу этот вопрос удивил.
— Он удаляется в свои покои.
Это не предвещало Дине ничего интересного: не могла же она ворваться в
спальню к хозяину.
— Он идет спать?
— Нет, госпожа, он читает в своем кабинете.
Что ж, по крайней мере слуга думал так. Нельзя ни в чем быть уверенной, имея
дело с подобным странным господином.
В кабинете! Прекрасно!
— Покажите мне дорогу в его кабинет!
Слуга побледнел:
— Вы не можете туда пойти. Туда никто не ходит. Хозяин не любит, чтобы
его тревожили.
Дина махнула рукой:
— Фу! Любого можно потревожить. Просто покажите, где находится эта
святая святых, и можете отправляться на все четыре стороны, и не
признавайтесь, что имели какое-то отношение к моему вторжению.
— Как вы странно разговариваете, госпожа.
Дина иронично посмотрела на слугу:
— Более или менее. Ну так где это святилище?
Братья прогуливались, обходя поместье по внешнему периметру, не обращая
внимания на шорохи и взвизгивания под сапогами.
— О чем ты думаешь, Риджар?
Я думаю, что сошел с ума, если разгуливаю здесь с тобой вместо того, чтобы
предаваться более приятным развлечениям
.
Его знойный взгляд окинул стоянку каравана, где у костра сидела молодая
женщина.
Лорджин в раздражении дал младшему брату подзатыльник, чтобы привлечь его
внимание к себе:
— Сдержи свои бурные страсти и послушай меня, хоть одну минуту.
Риджар потер голову:
Слушаю
.
— Что нам делать с Трэдом?
Нам? У меня создалось впечатление, что это твоя проблема
.
— Тогда почему ты здесь?
Риджар беззаботно ухмыльнулся:
Чтобы досаждать тебе
.
Лорджин сурово посмотрел на него:
— Тебе это удается. — Риджар удовлетворенно хмыкнул. —
Риджар, я теряю терпение.
Такое предупреждение нельзя было пропустить мимо ушей. Риджару это было
хорошо известно. По опыту общения с братом он знал: брат не произносит угроз
дважды. Кататься же ночью по заррэйнскому песку даже в братской схватке ему
вовсе не улыбалось.
Ладно. Хочешь знать мое мнение? Я думаю, что этот человек недосягаем для
тебя. Он оградил себя каменной стеной. Как можно до такого достучаться?
— Должен быть выход.
Если он и есть, то я его не знаю
.
Взгляд Риджара снова задержался на женщине у костра.
— Что мы можем сделать, чтобы он перестал быть таким неприступным?
Наверняка у него есть какие-то... — Лорджин заметил, что Риджар снова
отвлекся. Он проследил глазами, куда смотрит брат. Хм, может, это сработает?
Он снова легонько шлепнул Риджара по затылку.
Ой! Ну прекрати же!
— Ты подал мне мысль.
Я подал?
— Да. — Лорджин кивнул в сторону костра. — Ты возьмешь Трэда
с собой на гулянку.
Что? Никогда в жизни!
— Почему же? — Лорджину эта идея нравилась все больше и
больше. — Он мужчина... Как можно быстрее возобновить с ним дружбу,
если не пуститься вместе в ночной разгул?
Ты совсем голову потерял? Во-первых, я никогда с Трэдом не дружил. Он был
твоим другом. Во-вторых, он воду может заморозить взглядом... Где я найду
для него женщину, которая его растопит? И, в-третьих, ты слишком многого от
меня хочешь: провести целый вечер в его мрачной компании! Если ты так
очарован этой идеей, сам ее и реализуй
.
— Я не могу пуститься с ним в ночной загул! Я ведь женатый человек, ты
что, забыл?
Риджар вздохнул:
Я не стану этого делать. Придумай что-нибудь еще
.
— Больше ничего не придумаешь. Тебе придется согласиться.
Плечи Риджара поникли, голова уныло склонилась на грудь. Он угрюмо уставился
под ноги. Ну почему он не родился старшим? Целая ночь с Трэдом! Может быть,
еще поспорить с братом?
Говорю тебе, Лорджин, этот человек не в себе
.
— Кстати, ты мне напомнил... В ночь нашего приезда, когда Трэд вошел в
комнату, ты вел себя очень странно. Почему?
Риджар быстро отвел глаза в сторону. Для человека, лишенного врожденных
способностей, свойственных домашним духам, Лорджин был чересчур
проницателен. Что мог он ответить?
— Это... так... ничего особенного... Просто я много лет не видел
Трэда... и... подумал... что он сильно изменился.
Очень убедительно!
— иронично подумал Лорджин.
Кроме самой нелепости объяснения, было еще одно, что, Лорджин знал, всегда
водилось за его братцем. Когда он злился или врал, он всегда говорил вслух,
а не передавал мысли на расстоянии. И, что забавно, сам Риджар этого не
сознавал, а Лорджин не собирался рассказывать о такой особенности его
поведения. Это давало, хоть иногда, некоторое преимущество. Ладно, что бы
это ни было, в свое время Риджар сам все расскажет, а пока он решил не
настаивать.
Братья повернули к дому. Один вполне довольный итогом разговора, другой — в
полном унынии.
Собрав все свое мужество, Дина постучалась в дверь и затаила дыхание.
Никакого ответа. Или Трэд ее не слышит, или уже пошел спать. Она постучала
еще, на этот раз громче.
Голос Трэда прогремел за дверью:
— Клянусь кровью Айи! Неужели нельзя оставить меня в покое? Входи!
Дина вздрогнула от неожиданности, но все-таки нерешительно отворила дверь и
робко переступила порог комнаты.
Трэд сидел в кресле и смотрел на языки пламени в камине, рассеянно
поглаживая что-то круглое и пушистое, лежавшее у него на коленях. Дина
постояла несколько минут, пока не сообразила, что Трэд забыл, как разрешил
кому-то войти. Он продолжал тупо смотреть на пламя. Это показалось ей
нездоровым времяпрепровождением. Особенно если так сидеть часами.
— Вы ждете феникса?
Трэд обернулся, слегка подняв одну бровь. Это было единственным признаком
того, что он удивлен, видя ее в своем кабинете.
— Что такое
феникс
? — невозмутимо осведомился он, продолжая
поглаживать косматый мячик на коленях.
— Сказочная птица, которая живет очень долго, а потом сжигает себя в
огне и восстает из пепла обновленная.
Трэд снова повернулся к огню и тихо сказал:
— Если бы я был фениксом, то остался бы пеплом.
Нет, это нездоровое состояние. Совсем нездоровое!
— Почему вы так говорите?
Он, не ответив, пожал плечами. Так, счет не в пользу Дины.
Она еще раз попыталась разговорить его и, указав на мохнатый комок под
рукой, спросила:
— Что это такое?
— Это фицгер.
— Как? — Прежде чем он успел ответить, комок скатился с его колен
и покатился в сторону Дины. Она попятилась. — Оно живое?! —
Мохнатый шарик замер у ее ног. Слегка повернувшись, он обнажил открытую
пасть с тремя рядами острых зубок. — Ой! Оно кусается?
— Нет, если его не обижать.
Комок бросился ей на руки. Дина выронила его, как горячую картошку. Мячик
издал тихий звук.
— Осторожно! — Трэд вскочил с кресла и склонился над мохнатым
существом.
В голове Дины что-то щелкнуло. Это же его любимец! У Трэда есть живой
любимец! Кто бы мог подумать? И что еще важнее, тревога на красивом лице
доказывала, что он заботится о нем...
Очень бережно Трэд взял фицгера на руки:
— Они очень ласковые и нежные и никому не причиняют вреда. — Он
успокаивающе гладил пушистый комок.
— Мне очень жаль. Я не знала. С ним все в порядке? — Трэд коротко
кивнул. — Я не слишком хорошо знакома с вашей флорой и фауной. —
Она улыбнулась своей самой лучшей, самой дружелюбной улыбкой.
— Я так и понял, что вы не с Заррэйна. И не с Авиары.
Дина покачала головой:
— Нет, точно не с Авиары. Лорджин говорит, что я совсем из другой
вселенной. Я не всегда могу понять, говорит он это в буквальном или в
переносном смысле.
Трэд поморгал, словно и он не мог понять, что она собой представляет.
— Из другой вселенной? В самом деле?
— В самом деле.
Казалось, это его весьма заинтересовало.
— А на что похожи ваши миры?
— Я не уверена, что мне полагается об этом рассказывать... По крайней
мере у меня сложилось такое впечатление. Все, что я могу сказать, это
пожалеть, что вы там не были... Вы многое потеряли.
Трэд задумался над ее словами.
— Может, когда я вернусь домой, вы когда-нибудь приедете ко мне в
гости? Так сказать, в порядке ответного гостеприимства.
Он удивился, но не ее приглашению:
— Лорджин позволит вам вернуться в эту вашу вселенную?
— Конечно. Он сам меня отвезет туда. Ну... когда он закончит... —
Она чуть не сказала
со своим Поиском
. Ой, как глупо. Ну и дура же она. Ну
и дура! — Когда он закончит со мной, — неуклюже закончила она
фразу.
— Когда он закончит с вами?
Дина кивнула.
Ее слова задели его за живое. Голос Трэда зазвучал громко и выразительно:
— Неужели этот человек совсем потерял честь? О чем он думает? Как
собирается предстать перед Крю с таким поступком на совести?
Дина подняла руку, чтобы прервать его речь:
— Эй, полегче! Все не так, как вы думаете.
Ей никогда и в голову бы не пришло, что Трэд может так завестись из-за всех
этих высоких слов
честь
и тому подобное... А его словно прорвало. Было
видно, что он расстроился. По крайней мере ей удалось пробиться сквозь его
хладнокровие. Теперь надо направить его в нужную сторону.
— Мы собираемся туда в гости... просто в гости, так что успокойтесь.
Как будто ему не все равно, зачем они возвратятся на Землю. Эти авиарцы какие-
то ненормальные.
По-видимому, ее слова успокоили его, потому что он снова надел маску
холодной невозмутимости и стал гладить свой мохнатый мячик.
— Он похож на перекати-поле. Это такое... — Как точно объяснить,
что такое перекати-поле, она толком не знала. — Ну, это такая штука,
очень на него похожая. — Трэд странно посмотрел на нее. — А имя у
него есть? — Трэд отрицательно покачал головой. — Не возражаете,
если я буду звать его Мохнатиком? Можно мне подержать его? Я буду на этот
раз очень осторожной.
Трэд положил пушистый комок на пол:
— Сначала вам надо привыкнуть к тому, какой он на ощупь. Дайте мне вашу
руку.
Дина робко протянула руку Трэду. К ее удивлению, его рука оказалась не
холодной и грубой, как она ожидала, а, наоборот, теплой и сильной. Вместе с
ней он опустился на колени перед зверьком.
— Теперь медленно проведите рукой от макушки вниз. Вот так.
Лорджин, который услышал эти слова, подходя к двери в поисках Дины,
удивился, что там происходит. При виде открывшейся ему сцены он стал как
вкопанный. Трэд сидел на полу рядом с его женой и держал ее за руку.
Когда Лорджин ворвался в комнату, Трэд вскинул голову, отпустил руку Дины,
словно выронил раскаленную кочергу, и быстро встал.
— Твоя жена пришла ко мне. Она хотела... Я показывал ей...
Взгляд Лорджина остановился на фицгере, сидящем на полу. Он улыбнулся:
— Что ты так встревожился, Трэд? Я тебе доверяю.
Этими словами Лорджин словно нажал на первую кнопку, намекая, что Трэд этим
ему не отвечает. Тому еще надо было раскрыть свое отношение к Лорджину. Их
глаза встретились, и Трэд отвел свои первым. Резко повернувшись на каблуках,
он почти выбежал из комнаты.
— Прекрасно! Напомни мне выдвинуть тебя на Нобелевскую премию
мира, — сказала Дина.
Раздосадованный своей неудачей, Лорджин повернулся и тоже выскочил из
кабинета. Дина осталась наедине с Мохнатиком. Она склонилась над ним,
осторожно поглаживая растрепанный мячик.
— Какой нежданный подарок...
Маленький ласковый зверек подкатился к ней.
— Неужели ты не понимаешь, что происходит?
— Я понимаю, очень даже понимаю. — Лорджин покрывал мелкими
поцелуями ее шею.
— Нет! — Дина дернула его за волосы. — Послушай меня: у него
есть любимец.
— Ну и что? — Он уткнулся лицом в изгиб ее плеча, его язык кругами продвигался к ключице.
Дина уперлась руками в его плечи. Ему эта помеха не понравилась. Царственные
черты лица омрачило выражение досады.
— Я внимательно слушаю тебя. У него есть любимец... Не понимаю, почему
ты считаешь это таким важным.
Она погладила его щеку:
— Это означает очень многое. Он тревожится об этом мохнатом шарике.
Лорджин положил руку поверх ее пальцев и, повернув голову, поцеловал ее в
ладошку.
— Откуда ты это знаешь? — пробормотал он, не отрывая губ от ее
руки.
— Если бы ты видел, как он бережно гладил этого зверька... А когда ему
показалось, что тот ушибся, он всерьез расстроился.
Лорджин отстранил ее ласкающую руку от своего лица:
— Итак, тебя поразило, как он гладил этого фицгера. Ну почему ты придаешь этому такое значение?
Этот большой дурак ревновал ее! Она сжала кулак и стукнула его в живот. Он
не был готов к нападению и заворчал.
— Не будь ребенком! Я пытаюсь тебе объяснить, что под ледяной выдержкой
Трэда прячутся чувства. Да, и еще он может сердиться.
Лорджин нахмурился:
— На тебя?
— Нет, на тебя.
— На меня? За что?
— Не знаю. Это было как-то странно... Он прямо-таки взорвался, когда я
сказала, что ты отвезешь меня обратно на мою планету, когда закончишь со
мной.
Лорджин потрясенно уставился на нее.
— Что ты сказала? — проревел он.
Она положила руку ему на грудь, совершенно неправильно истолковав его гнев.
— Не могла же я рассказать ему о твоем Поиске?
Он немного успокоился.
— Расскажи-ка мне поподробнее, как он на это реагировал?
— Он начал выкрикивать что-то о чести и о том, как это ты можешь
сделать такое с Крю... Что он имел в виду?
У Лорджина появилась искра надежды.
— Да, полагаю, ты права. Трэд не забыл, кто он и какая на нем лежит
ответственность.
— Он здесь, Лорджин. Тот Трэд, которого ты когда-то знал. Я это
чувствую.
Лорджин посмотрел на Дину, обдумывая ее слова.
— Я не могу не брать во внимание женскую интуицию. Возможно, завтра мой
с Риджаром план сработает.
— Какой план?
Лорджин уставился на нее, но почему-то рассказывать ей об этом не хотелось.
— Какой план? — настойчиво повторила она.
Он быстро закрыл ей рот поцелуем, пытаясь отвлечь. Но с его гартой этот
номер так просто не проходил. Дина оторвалась от его жарких губ:
— Ну, говори, я жду. — Сев на постели, она скрестила руки под
обнаженной грудью, не сознавая, что невольно поднимает ее ввер
...Закладка в соц.сетях
