Жанр: Любовные романы
Розы для Роуз
...шек. Папа обожал рыбную ловлю.
Синклер еще сильнее сжал руку Роуз.
— Ты все еще скучаешь по нему?
— Я скучаю по ним обоим, — задумчиво произнесла Роуз. — Но я счастлива, зная, что они сейчас вместе.
— Ты в это веришь?
— Мне необходимо в это верить. — Она грустно опустила глаза. С минуту они
молчали.
— Мой отец умер, когда мне было двенадцать, — коротко сказал Синклер.
Роуз выпрямилась и затаила дыхание. Она и мечтать не могла, что Джеймс
доверится ей.
— Он умер во сне, — начал Джеймс. — Когда мама проснулась, его уже не стало.
Папа был трудоголиком е сердечной недостаточностью. Опасное сочетание.
— Мне очень жаль. — Роуз участливо пожала его руку.
— Когда мне исполнилось восемнадцать, мать снова вышла замуж. Мой отчим
хороший человек, и они счастливы, но... — Джеймс замолчал.
— Ты чувствовал себя заброшенным?
Он нахмурил брови и задумался.
— Я тогда не отдавал себе в этом отчета, но, наверное, да. Доналд —
преуспевающий адвокат и самодостаточный человек. В мою мать он влюбился с
первого взгляда. Ей было только сорок, когда они, наконец, поженились, и она
до сих пор очень привлекательная женщина. Даже в моих глазах. — Он криво
улыбнулся. — Мать переехала к Доналду. У него большой дом, и у меня там есть
комната, но я никогда не чувствую себя в нем свободно... — Он замолчал и
покачал головой. — Не могу поверить, что я все это рассказываю тебе, обычно
я не утомляю людей своей биографией. — Он легонько сжал ей пальцы. — Ты
хороший слушатель, юная Роза.
Теперь самое время уйти, нехотя подумала Роуз. Она мягко высвободила руку и
встала.
— Думаю, самое время оставить тебя наедине с твоими книгами. Спасибо за
завтрак и... за разговор.
— Что за спешка? Сегодня воскресенье, и сейчас голько полвосьмого утра.
— Я, наверное, отвлекаю тебя от работы?
— У меня впереди целый день. Но может быть, — он искоса посмотрел на нее, —
тебя кто-то ждет?
Ага, ему не хочется, чтобы она уходила!
— Ты имеешь в виду моих товарищей по песочнице? — улыбаясь, спросила она.
— Черт, Роуз, не такая уж у нас разница в возрасте. — Он раздраженно поднял
брови. — Я имею в виду, тебя ждет парень?
Похоже, дразнить его опасно. Роуз энергично замотала головой.
— Нет, только девушки, с которыми я снимаю квартиру. Думаю, они еще даже не
встали.
— Ну и отлично. — Синклер взял со стола чайник. — Подожди минутку, я налью
воды и вернусь.
— Тебе помочь — помыть тарелки, например?
— Нет. Сегодня ты у меня в первый раз, и я уберу все сам. В следующий раз хозяйничать будем вместе.
В следующий раз!
Он вернулся с чайником и включил его, внимательно посмотрев на Роуз.
— Что ты делала вчера вечером?
— Работала.
Он нахмурился.
— Работа по гибкому графику? Здесь, в городе?
— Нет, я писала реферат. А днем ходила в кино, в
Кэмео
. Почему ты
спрашиваешь?
— Тебя не было вечером в клубе. Я думал, ты заболела. — Он налил две чашки и
протянул одну ей.
Роуз опустила глаза, чтобы скрыть радость. Он думал о ней!
— Нет, что ты. Я очень окрепла, с тех пор как стала бегать.
— У тебя очень выразительное лицо, Роуз. О чем ты думаешь? — хитро спросил
Джеймс.
— Мне просто интересно, ждет ли тебя кто-нибудь — я имею в виду девушку —
дома, в Шотландии. Ой, прости! Меня это, конечно, не касается, — пролепетала
Роуз.
— Нет, у меня дома нет девушки. Сплетни не врут, — насмешливо добавил он. —
У меня нет времени на девушек.
— Полагаю, это прозрачный намек, что пришло время прощаться. — Роуз быстро
вскочила на ноги. — Дождь там или не дождь, пора и честь знать.
Синклер пошел впереди нее по лестнице, затем подал Роуз кроссовки и
дождевик.
— Может, вызвать такси?
— Нет, спасибо. Небольшая прогулка пойдет мне на пользу.
— Руки вверх, — скомандовал он и надел ей через голову дождевик, нахлобучив
капюшон на лоб. — Увидимся с утра на стадионе, да?
Роуз через силу улыбнулась, всовывая ноги в мокрые кроссовки.
— Еще раз спасибо за завтрак. Пока.
— Пока, Джеймс, — поправил он и открыл входную дверь.
— Тебя все зовут Синклером, — заметила она, стараясь произнести его фамилию
так же, как он.
— Очень тонкое наблюдение.
Роуз неуверенно улыбнулась.
— Ну что ж, тогда пока, Джеймс.
— До завтра. Сейчас нигде не задерживайся, сразу беги домой — и под горячий
душ.
Она весело улыбнулась, забрала у него сумку и побежала по дорожке.
Дома, вся мокрая и едва дыша, Роуз сбросила в ванной дождевик и пошла в
гостиную.
— Ради бога, где тебя носило? — встревоженно спросила Корнелия.
Фабия с подозрением изучала покрасневшее лицо Роуз.
— Не думаю, что ты бегала по стадиону!
— Нет, по стадиону я не бегала. — Роуз принялась набивать кроссовки
бумажными полотенцами. — На стадионе стояли такие лужи, что Джеймс вместо
пробежки пригласил меня к себе позавтракать. — Она подняла голову и
рассмеялась, увидев изумленные лица подруг.
— К себе? В квартиру? — еле слышно переспросила Кон.
Роуз радостно кивнула.
— Его хозяйка уехала на выходные, и весь дом принадлежал нам.
Фабия облегченно вздохнула и упала на диван.
— Итак, ты это сделала!
— Не гони лошадей, — предупредила Роуз. — Джеймс еще в меня не влюбился...
— Пока не влюбился, — вставила Кон. В глазах у нее горел охотничий азарт. —
Он уже достаточно заинтересовался, чтобы пригласить тебя домой.
— И я была ему очень благодарна, — благоговейно произнесла Роуз. — Думаю, я
заслужила поощрение в виде пары сэндвичей с беконом за свои ежедневные
мытарства на беговой дорожке.
— Ты готовила бутерброды?
— Нет! Джеймс! Великий Синклер приготовил бутерброды своими белыми холеными
руками, — победоносно произнесла Роуз.
— Он попросил тебя называть его Джеймсом? — спросила потрясенная Кон.
— Да. Для меня он Джеймс, а для всех остальных — Синклер.
— И что было дальше? — с живым интересом спросила Фабия. — Он назначил тебе
свидание?
Роуз погрустнела.
— Нет.
— Ну, ничего. Ты и так сотворила за короткое время настоящее чудо, — утешила
ее Кон. — Когда вы встречаетесь снова?
— Он сказал
увидимся завтра на стадионе
, но я хочу пропустить тренировку.
Кон покачала головой.
— Если он хочет видеть тебя завтра — значит, приходи завтра.
— А это не чересчур?
— Нет, моя милая, наступает третий этап. Время накала страстей.
Ночью Роуз долго думала, ворочаясь в постели. После такого откровенного
разговора с Джеймсом, когда они доверились друг другу, их отношения
перестали быть игрой. Эта мысль не давала девушке покоя даже во сне, и сон
Роуз был некрепким. Однако на следующее утро она, как всегда, поднялась ни
свет ни заря. Было прохладно, но сухо. На стадионе Джеймс встретил ее с
улыбкой.
— Привет! Я уже пробежал свою норму. А ты готова сегодня к новым подвигам?
Роуз радостно кивнула. Они побежали вместе, и вскоре она обнаружила, что под
руководством Джеймса бежит с каждым кругом все быстрее. Окрыленная успехом,
Роуз заканчивала уже третий круг, как вдруг острая боль заставила ее
потерять равновесие. Девушка упала и покатилась по покрытию. Перевернувшись
несколько раз, она, задыхаясь, осталась лежать на спине.
— Роуз! — Джеймс опустился рядом с ней на коле ни. — Черт возьми, что
случилось? Ты в порядке?
Она так запыхалась, что не смогла ему ответить. Джеймс осмотрел ее руки,
ноги, проверил лодыжки, нет ли переломов, и, удостоверившись, что все кости
целы, осторожно поставил Роуз на ноги.
— Ну же, дыши глубже. Вот так — хорошая девочка. Обопрись на меня.
Девушка благодарно повиновалась, все еще жадно глотая воздух. Она ощутила
тепло тела Джеймса, его запах, и кровь бешено застучала в висках. Роуз
отстранилась, робко улыбнувшись.
— Как... глупо... извини.
— Давай руку, я отведу тебя домой.
Роуз затравленно уставилась на него.
— Не надо, пожалуйста! Я в полном порядке.
Джеймс недовольно посмотрел на нее.
— Будь благоразумна, ты хромаешь.
— У меня что-то в кроссовке.
Джеймс усадил ее на беговую дорожку и опустился рядом. Сняв с нее кроссовки,
он обнаружил в одной из них маленький гвоздик. Выругавшись сквозь зубы,
Джеймс аккуратно снял с ноги Роуз пропитавшийся кровью носок и обнаружил на
подошве маленькую кровоточащую ранку.
— Неудивительно, что ты упала. Хотел бы я знать, кто разбрасывает на
стадионе гвозди?
— В воскресенье шел такой сильный дождь. Может быть, его откуда-то вымыло?
— Тебе необходимо перебинтовать ногу. Подожди минутку, я посмотрю аптечку в
мужской раздевалке и вернусь.
Пока Синклер ходил за бинтом, на стадионе появился один из товарищей Джеймса
по команде. Увидев на дорожке Роуз, он в удивлении поспешил к ней.
— Что случилось, крошка? Растянула ногу? — добродушно спросил гигант,
которого звали Грег.
— Нет, наступила на гвоздь.
— Не повезло! Я принесу тебе чем перебинтовать ногу, — предложил он и
удивленно уставился на бежавшего в их сторону Джеймса. — Не поздновато для
тебя сегодня, Синклер?
— Привет, Грег. Осторожней на дорожке — там могут быть гвозди. — Джеймс
показал гвоздь, извлеченный из кроссовки Роуз.
Грег во все глаза смотрел, как Синклер бережно наклеивает пластырь на ногу
Роуз и затем надевает на нее испачканный кровью носок и кроссовку.
— Так-то лучше. — Джеймс помог ей подняться на ноги. — Можешь наступить на
ногу?
Роуз попробовала: нога, конечно, болела, но ходить было можно.
— Все в порядке, — мягко ответила она. — Извините меня за суматоху. — Она
одарила обоих парней обезоруживающей улыбкой. — И спасибо за все. Я,
пожалуй, пойду. До встречи.
— Эй! Я легко могу на руках отнести такую крошку, как ты, в студенческий
городок, — предложил Грег, но встретил взгляд Джеймса. Его энтузиазм
растаял, как снег. Синклер смотрел на Грега так, будто собирался его
ударить.
— Очень мило с твоей стороны, Грег, но я справлюсь сама. Серьезно. — И Роуз
быстро заковыляла со стадиона. Утро было безнадежно испорчено.
Когда она вернулась в свою квартиру, девчонки еще лежали в постелях. Роуз
направилась в душ. Вытираясь, она с трудом сдерживала всхлипывания, но в
итоге разрыдалась. Теперь она долго не сможет бегать по утрам и, значит, не
увидит Джеймса! Внезапно в ванную заглянула Фабия.
— Беги к телефону — тебе звонят!
Завертываясь на ходу в полотенце, Роуз поспешила в гостиную. Уж не случилось
ли чего с Минервой?
— Алло? — срывающимся голосом произнесла она.
— Роуз? Это Джеймс.
Кон вопросительно посмотрела на подругу, Роуз утвердительно кивнула. И
Корнелия, подняв вверх большой палец, выскользнула из комнаты.
— Привет, — произнесла Роуз в трубку.
— Привет. Я звоню узнать, как ты добралась. Нога не болит?
— Не очень.
— Рад слышать. Но тебе лучше пока отказаться от пробежек.
— Да, наверное.
Повисла пауза.
— Роуз?
— Да?
— Ты так быстро убежала, что я не успел спросить тебя. — Синклер снова
замолчал. Роуз чувствовала, что вот-вот сойдет с ума от волнения. — Что ты
делаешь сегодня вечером? — наконец выдавил он из себя.
Роуз стиснула зубы.
— Ничего, — помолчав, ответила она, автоматически перелистывая записную
книжку.
— Мы могли бы сходить в кино.
— Хорошо, — ответила Роуз как можно равнодушнее.
— Тогда встретимся в семь около твоей квартиры.
— Нет необходимости заходить за мной, — быстро возразила она. — Можем
встретиться прямо в
Кэмео
.
— Но с такой ногой ты далеко не уйдешь. Я заеду за тобой на машине.
— На машине?
— Хорошо, тогда до семи. — Она положила трубку как во сне.
— Чего он хотел? — Кон ворвалась в комнату.
Роуз озадаченно посмотрела на подругу.
— Он пригласил меня вечером в
Кэмео
. И заедет зa мной в семь.
— Фабия! — радостно заорала Кон. — Беги сюда! Этап номер три в самом
разгаре!
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Усилием воли Роуз заставила себя вернуться к действительности. Вода в ванне
остыла, времени, чтобы погладить вечерний туалет, не оставалось. Роуз надела
черное платье из джерси с разрезом до колена, быстро расчесала густые
блестящие волосы, подстриженные каре, сделала макияж с мастерством, которому
позавидовала бы и Фабия Хагривз, слегка побрызгала на себя духами и надела
замшевые туфли на низком каблуке. Энтони Гаретт очень болезненно относился к
своему невысокому росту, поэтому Роуз, собираясь на свидание с ним, всегда
выбирала туфли на низком каблуке.
Обычно по субботам Энтони приезжал в Чэстлком задолго до того, как она
закрывала магазин, и заходил за ней ровно в восемь. Но сегодня он почему-то
пришел почти на час позже.
— Большие пробки, Энтони? — спросила Роуз, когда они поднялись наверх. —
Налить тебе чего-нибудь?
— Спасибо, Роуз, ты просто ангел. — Он бросил на пол дипломат и со вздохом
опустился на софу. Энтони выглядел уставшим и потому чуть постаревшим. —
Извини, дорогая, я опоздал. Проклятый телефон разрядился, и я не смог
сообщить тебе, что застрял в пробке. Последний час я просто полз. — Он с
благодарностью принял у Роуз стакан с виски и залпом опрокинул его. — Ты
меня спасла. — Энтони оглядел ее с довольной улыбкой. — Прекрасно выглядишь,
Роуз.
— Благодарю вас, сэр, вы чрезвычайно любезны. Я уже звонила в ресторан и
сообщила, что мы задержимся. Они согласились подержать для нас столик. Хотя,
— добавила она, — очень неохотно.
— Ничего себе. И это после того, как мы сотни раз у них обедали.
— Просто сегодня День святого Валентина.
Энтони хлопнул себя рукой по лбу и застонал.
— Ад и преисподняя — я хотел купить тебе цветы, но забыл. Прости, дорогая.
Роуз прищурила глаза.
— Так, значит, не ты прислал мне эту дурацкую открытку?
Энтони посмотрел на открытку с нескрываемым раздражением.
— Нет, будь я проклят. А кто?
— Понятия не имею. — Роуз пошла на кухню за розой. — И цветок тоже?
Энтони вскочил на ноги.
— Это наверняка твой бывший дружок, Марк Каммингс!
— Вряд ли это Марк, — заверила она его. — Нам пора идти, Энтони.
— Да, конечно. — Он с отвращением осмотрел свой мятый костюм. — Могу я
быстро принять душ и переодеться? Я не успел заехать в
Корону
.
А почему Энтони приехал с чемоданом? Роуз проводила его в ванную и вновь
стала разглядывать открытку. Если ее посылал не Энтони, в чем она теперь
уверена, то кто этот неизвестный поклонник? Мысль о том, что ее мог прислать
тот шутник, дышащий в трубку, была такой неприятной и даже пугающей, что
Роуз постаралась ее отогнать.
В ресторане царило праздничное веселье в честь праздника святого Валентина.
Энтони, в новом шикарном костюме, всячески извинялся за свое опоздание и
даже заказал дорогое вино. Роуз казалось, что он нервничает — даже свою
обычную рюмку коньяка с послеобеденным кофе он опорожнил залпом. Впрочем,
скоро ее догадка подтвердилась.
— Роуз, — Энтони наклонился вперед, чтобы придать себе уверенности, — мне надо тебе кое-что сказать.
Роуз не понравился его взгляд.
— Проводи меня домой, — тихо попросила она. — Здесь слишком шумно.
До ее книжного магазина было всего пара минут ходьбы, за которые Энтони не
проронил ни слова, и Роуз волновалась, отпирая дверь возле двойной витрины.
— Хочешь кофе? — бодро предложила она, чтобы немного разрядить обстановку.
— Спасибо, не сейчас. Иди сюда, Роуз, присядь.
Энтони взял ее за руку и усадил на софу.
— Роуз, мы с тобой уже некоторое время встречаемся, — начал он.
— Да, иногда по субботам, уже месяц или два, — согласилась Роуз.
— Почти три месяца, — возразил Энтони. — Для меня вполне достаточно, чтобы
узнать мое отношение к тебе и даже твое ко мне.
Роуз удивленно и встревоженно посмотрела на него.
— К чему ты клонишь?
— Неужели ты не можешь догадаться, когда мужчина делает тебе предложение?! Я
прошу тебя выйти за меня замуж, — объяснил он и попытался поцеловать ее, но
Роуз высвободилась и села на стул рядом.
— Зачем? — тихо спросила она.
— Что значит
зачем
? — Энтони обиженно уставился на нее. — Я хочу
заботиться о тебе, Роуз, и верю, что вместе мы будем счастливы. Тебе что,
плохо со мной?
— Нет, но я понятия не имела, что дело идет к браку. — Роуз подняла бровь. —
Скажи мне правду, Энтони: внезапная затея с браком — не очередной способ
доказать твоей бывшей жене, чего она лишилась?
— Неправда! — Кровь прилила к лицу Энтони, затем он резко побледнел. —
Вначале все действительно было так, — согласился он, и Роуз одобрительно
кивнула. — Но скоро это переросло в нечто большее. Когда я увидел
злополучную открытку, я почувствовал такую ревность, что тут же решил
сделать тебе предложение. Роуз, ты обещаешь хотя бы подумать?
— Не обещаю, — мягко ответила она.
Энтони был сражен. Он вскочил как ошпаренный.
— Но почему? У тебя кто-то есть?
Роуз вздохнула.
— Нет, Энтони, никого у меня нет.
— Тогда что?! — Он заходил взад и вперед по комнате. — Наверняка дал о себе
знать Марк Каммингс. Твой бывший дружок поплакал тебе в жилетку, и ты решила
связать свою судьбу с мужчиной, от которого сбежала жена, а ребенок... — Он
замер.
— Как и у тебя, Энтони, — заметила она.
— У меня все по-другому, — возразил он в замешательстве. — Я официально
разведен, и Маркус уже подросток, а не ребенок, только начинающий ходить,
как дочь Каммингса.
Роуз кивнула.
— Для брака с тобой есть одно препятствие, Энтони.
— Если ты имеешь в виду Маркуса — никаких проблем. Он не будет жить с нами.
К тому же ты ему нравишься, Роуз.
— Очень хорошо, я рада. — Она вопросительно посмотрела на него. — Но если
вдруг я решу выйти за тебя замуж, где мы будем жить?
Он нахмурился, захваченный врасплох.
— Ну, наверное, у меня.
— В Лондоне?
— А ты против?
— Безусловно. Вся моя жизнь сосредоточена в Чэстлкоме: друзья, соседи, мой
бизнес. А главное — моя независимость. — Роуз с минуту поколебалась и все же
решила сказать все до конца. — Но самое главное препятствие — это мое
прошлое.
Энтони сощурил глаза.
— Ты говоришь о любовнике?
Она снова кивнула.
— Вернее, о последствиях, связанных с ним.
Энтони побледнел, но овладел собой.
— У тебя есть ребенок?
— Нет.
— Тогда что за таинственное препятствие?
Роуз устало отвернулась.
— Я не могу сейчас ни за кого выйти замуж, потому что я до сих пор жена
другого человека.
— Что?! — Лицо Энтони потемнело от гнева. — И ты все это время молчала?
Роуз с достоинством подняла голову.
— Я никому не говорила. Даже Минерве. И тебе бы не сказала, если бы ты не
сделал мне предложение.
— А что еще я могу сделать, в моем-то возрасте? — с плохо скрываемым
бешенством переспросил он. — Я слишком стар, чтобы быть просто твоим
парнем... И теперь открывается целая страница из твоей жизни, о которой я ни
черта не знаю!
— А почему ты должен знать? Это касается только меня. Пусть тебя утешит, что
никто об этом тоже не знает.
— Ты его до сих пор не забыла? — не отставал Энтони. — Твоего таинственного
мужа?
Роуз сжала губы.
— Конечно, не забыла.
Он воздел руки.
— А в чем, собственно, проблема? Он не согласился на развод?
— Я не знаю.
— Как — не знаешь?
— Я не спрашивала.
Энтони огромным усилием воли удалось сдержать себя.
— Роуз, — спросил он, — сколько лет тебе было, когда вы поженились?
— Восемнадцать.
Он недоверчиво посмотрел на нее.
— Десять лет назад?
— Да.
— Тогда ответь мне, ради бога, почему ты до сих пор не подала на развод?
— Наш разрыв был настолько болезненным, что я решила, он первый должен
попросить развода, — горячо ответила Роуз.
— А почему он этого не сделал?
— Не знаю. — Губы у нее горестно сжались. — Я бы не взяла с него ни пенни,
если бы речь шла о деньгах.
Энтони в задумчивости смотрел на нее.
— Ответь мне на один вопрос, и я уйду. Ты сама оставила его или было по-
другому?
— Я оставила его.
— На самом деле неважно, кто инициатор, ведь столько времени прошло. —
Энтони слабо улыбнулся. — Как ты хорошо знаешь, я теперь эксперт по
разводам. А тебе известно, что после десяти лет суд даст тебе развод даже
без согласия мужа?
— Серьезно? — Роуз нахмурилась. — Тогда странно, что он никогда не делал
попыток развестись со мной. Может быть, он развелся и просто забыл
предупредить меня? — Она пожала плечами. — А может, он просто забыл, что
женат на мне?
— Ни один мужчина на свете не смог бы забыть, что был женат на тебе, Роуз.
Когда Роуз, наконец, осталась одна, часы показывали полночь — время, когда
Энтони обычно уходил от нее. В глазах окружающих он казался без памяти
влюбленным в Роуз Драйден, но на самом деле его пламенная любовь длилась от
их совместного обеда до отъезда в Лондон. После обеда Энтони обычно провожал
Роуз домой и уходил строго до двенадцати. Условности играли немалую роль в
их отношениях. Вплоть до сегодняшнего вечера Энтони не делал никаких намеков
относительно их совместного будущего, за что Роуз была ему несказанно
благодарна. Ей нравилась компания Энтони, но в небольших дозах, и в их
отношениях не было и намека на секс.
Около двух часов пополуночи, когда Роуз, наконец, решила лечь без особой
надежды заснуть, на столике около кровати зазвонил телефон. Думая, что в
такое время может звонить только Бэл, которая хочет предупредить, что завтра
не придет на работу, Роуз сняла трубку. Та почти сразу выпала у нее из рук —
кто-то вновь прошептал имя Роуз и дал отбой. Дрожащими пальцами она
принялась судорожно нажимать на кнопки определителя — все оказалось
бесполезно.
Теперь уже Роуз здорово испугалась. Она надела халат и пошла на кухню
приготовить чай. Включив везде свет, она села на постель с чашкой в руке,
чувствуя одновременно страх и ярость. Сон как рукой сняло — сегодня
наверняка будут сниться одни кошмары. Роуз обреченно вздохнула. Есть,
конечно, один верный способ отогнать страшные мысли. Если она еще раз оживит
в памяти все происшедшее, ей будет легче начать бракоразводный процесс.
Скрывая смущение, Роуз спустилась в холл. Отказавшись от помощи Кон и Фабии,
она накрасилась совсем чуть-чуть, а волосы просто собрала в хвост и скрепила
цветным шарфом на затылке. Когда Джеймс позвонил в дверь, Роуз уже с ума
сходила от волнения.
Попрощавшись с подругами так, будто она уезжала как минимум в свадебное
путешествие, Роуз вышла на улицу и увидела, что Джеймс стоит, облокотившись
на капот старенького спортивного автомобиля.
— Привет, — произнесла она чуть слышно. — Неплохая машина.
Джеймс любовно погладил капот.
— Она некоторое время простаивала без запчастей. Я только что забрал ее из
автосервиса. — Он галантно открыл перед Роуз дверцу. — Я поднял верх, чтобы
ты не промокла, если вдруг пойдет дождь.
Зная, что Кон и Фабия прильнули к окну, Роуз плюхнулась на сиденье рядом с
водителем, еле сдерживая радостное волнение, которое охватывало ее всякий
раз в присутствии Джеймса.
— Как нога? — поинтересовался он. — Воспаления нет?
— Все в порядке. Немного побаливает, но жить буду.
Они вошли в кинотеатр, когда свет в зале уже погас. Найдя свои места, они
уютно устроились в темноте на кожаных сиденьях. Роуз сидела очень прямо и,
не отрываясь, смотрела на экран. Все, что с ней происходило, казалось каким-
то чудом. Но мало-помалу волнение утихло, и она наконец сосредоточилась на
субтитрах: если Джеймс захочет обсудить фильм, надо хотя бы знать, о чем он.
Когда фильм кончился, молодые люди вышли из зала и обнаружили, что дождь
льет как из ведра.
— Ты сможешь добежать до машины или мне отнести тебя? — спросил Джеймс, пока
они стояли в фойе.
— Я добегу, — заверила Роуз.
Джеймс взял ее за руку, и они вместе понеслись по лужам.
— Еще очень рано, — заметил он, когда они отъехали от кинотеатра. — Може
...Закладка в соц.сетях
