Жанр: Любовные романы
Не упусти любовь
Он влюбился в нее с первого взгляда, она нравится ему, как никакая другая
женщина, он хочет быть с ней и предлагает выйти за него замуж. Но по
непонятным причинам она отказывает ему раз за разом...
На большом с колоннами балконе отеля никого не было, когда Джосилайн Хантер
решила уединиться от всех гостей после нескольких часов утомительного
праздника, устроенного в честь помолвки ее подруги Анны.
Прохладный ветер гулял между колоннами, и Джосс быстро озябла в легком
вечернем платье. Пора принести извинения и уезжать... куда? Домой, в пустую
квартиру? Она зло посмотрела вниз и замерла в задумчивости, пока, наконец,
не услышала слабое покашливание. С наигранной небрежностью Джосс грациозно
повернулась и увидела высокого мужчину с бокалами в обеих руках.
— Вы так незаметно исчезли. — Незнакомец протянул ей один из бокалов: —
Думаю, это доставит вам удовольствие.
Поскольку не было повода грубить и гнать прочь гостя, Джосс пробормотала что-
то невнятное в благодарность и приняла напиток.
— Предпочитаете, чтобы я оставил вас с вашим одиночеством? — спросил мужчина после долгого молчания.
— Имеете такое же право, как и я, смотреть на Гайд-парк, — пожала она
плечами.
— Принимаю это как отказ. — Он прикоснулся бокалом к ее бокалу. — За что мы
выпьем?
— Может, за счастливую пару?
Он эхом повторил тост, но вино едва пригубил.
— Не любите шампанское? — вежливо поинтересовалась она.
— Нет, а вы?
Она покачала головой.
— Сказать по секрету, терпеть его не могу.
— Ваш секрет будет мной сохранен, — уверил он ее.
Джосс откинулась к колонне, удивленно обнаружив, что она даже рада обществу
этого мужчины.
— Вы один из друзей Хью?
— Нет. — Он пожал широкими плечами. — Я друг его друга. Он-то и притащил
меня с собой.
Она смерила его взглядом и развеселилась.
— Вы немного великоваты, чтобы вас можно было тащить куда-либо. А почему не
хотели идти?
— Не люблю вечеринок. А мой друг против моей светской жизни, вернее,
отсутствия ее. — Он поудобнее оперся о другую сторону колонны. — Работа без
развлечений вредна, говорит он мне. Поэтому иногда я отдаюсь его воле и
следую за ним. Не пейте это, если не хочется, — добавил он.
— Я так давно пью одну минеральную воду. Может, немного шампанского поднимет
мое настроение, — и она выпила вино как лекарство.
Ее собеседник медленно кивнул головой.
— Понимаю.
Джосс повернула голову в его сторону.
— И что именно вы понимаете?
— Я наблюдал за вами некоторое время. Анализировал язык вашего тела.
Она взглянула на него в тревоге.
— Как это понимать?
— Что с вашим миром что-то не в порядке.
— И поэтому вы пришли ко мне на помощь, вооружившись спасительным
шампанским? — Она вскинула голову в восхищении. — И часто вы играете доброго
самаритянина?
— Никогда.
— Почему же сейчас?
Он слегка приблизился к ней:
— По разным причинам. В основном потому, что я любопытен.
— И что вам любопытно?
— Настроение, скрытое улыбками.
— Я надеялась, что скрывала это, — сердито сказала Джосс и отвернулась,
устремив взгляд поверх парка.
— Никто больше не заметил, — заверил он ее.
— Надеюсь, вы правы. Меньше всего сейчас Анне нужен призрак на празднике.
— Анна — ваша подруга?
— Давняя и ближайшая. Но ночь слишком фееричная, чтобы замечать что-то
неладное.
Когда ее огромный собеседник двинулся и рукав его темного костюма коснулся
ее руки, Джосс, к своему удивлению, почувствовала внезапную дрожь.
— Вам холодно, — мгновенно отреагировал он. — Может, лучше войти в дом?
— Пока нет. Но вы идите.
— Хотите, чтобы я ушел?
— Нет, если вы предпочитаете остаться, — безразлично сказала она, внутренне
надеясь, что он останется. Все, что она могла разглядеть в этом мужчине в
сумеречном свете, был впечатляющий рост, четкий профиль мужественного лица
под черной шапкой густых волос. И то, что она видела, ей нравилось очень.
— Наденьте это. — Он снял пиджак и накинул на ее плечи, укутав теплой аурой
крепкого запаха пряностей и цитруса. — Иначе подхватите воспаление легких в
этом платье, — сказал он более проникновенно.
Джосс улыбнулась.
— Вам не нравится мое платье?
— Нет.
— Почему же?
— Если бы вы были моей, я не разрешил бы выходить в нем.
Джосс пристально посмотрела на него:
— Неужели?
— Тактичностью я не отличаюсь. Вы задали вопрос, я ответил.
— Вы правы, — немного смягчилась она. — Платье стоило очень дорого. Я купила
его по случаю, и оно мне нравится.
— Значит, и мне.
Длинное, узкое платье было сшито из черного китайского шелка, декольте и
подол его были обшиты кружевом. Держалось оно на тоненьких бретельках, а
разрез до колена довершал общую картину. Джосс весело стрельнула глазами в
своего собеседника:
— Но вы не одобряете?
— Нет.
— А я была так уверена, что выгляжу хорошо в нем, — сказала она, разыгрывая
огорчение.
— Каждый из присутствующих здесь мужчин думает, что вы выглядите шикарно, —
уверил он ее.
— Кроме вас.
— Особенно я. Но это очень двусмысленное платье.
— Странное слово для описания наряда.
— По-вашему, это вечернее платье, — продолжил он, — а по-моему, это больше
подходит для спальни.
Она вздернула подбородок:
— Уверяю вас, это не ночная сорочка. В нем я не сплю.
— Это заставляет меня более любопытствовать, в чем вы спите, а в чем нет, —
мягко произнес он.
— Не надо говорить так, — резко сказала она.
— Почему?
— Потому что мы незнакомы.
— Так давайте познакомимся. — Он взял ее руку в свою крепкую теплую ладонь:
— Скажите ваше имя.
Джосс снова почувствовала, насколько его прикосновение волнует ее.
— Обойдемся без конкретных имен этой ночью, — ответила она через мгновение.
— Зовите меня Евой.
— А меня Адамом, — и он иронично потряс ее руку. — Вечеринка заканчивается,
мисс Ева, имейте сострадание к одинокому незнакомцу и отужинайте с ним.
Джосс взглянула в его глаза.
— Я думала, вы пришли с другом.
— Да, но с его стороны возражений не будет. — Он наклонил голову, чтобы
заглянуть в ее глаза. — Или у вас уже были свои планы на этот вечер?
Джосс устремила свой взгляд к парку.
— Поначалу планировалось свидание, — коротко призналась она, — но оно не
состоится. Поэтому, Адам, настроения идти в ресторан у меня нет.
— Тогда я закажу ужин в номер, — немедленно предложил он и усмехнулся
взгляду, которым она стрельнула в него. — Все, что я предлагаю и ожидаю, —
лишь ужин, Ева.
— Если я соглашусь, — прямо ответила она, — вы вольны ожидать много
большего, чем только ужин.
— Я наблюдал за вами весь вечер, — напомнил он ей, — и понял, вы не из тех
девушек, что любят проводить время на вечеринках.
— Неужели? — Джосс высвободила свою руку и отдала ему пиджак. — В таком
случае, Адам, у вас есть преимущество — вы знаете, как я выгляжу. А я даже
лица вашего не разглядела как следует.
Он пожал плечами, надел пиджак и вышел на середину балкона. Сноп света из
комнаты упал на его мужественное лицо, орлиный нос и большой, плотно сжатый
рот. Короткие бакенбарды, глаза чуть раскосые. Под густыми темными волосами
выделялись широкие темные брови, одна из которых вопросительно поднялась под
ее пристальным взглядом.
— Итак, — сухо спросил он, — подходит?
Меняясь в лице, она решилась.
— Прекрасно, Адам. Я хотела бы с вами поужинать, — быстро, чтобы не
передумать, ответила она, — но не в вашей комнате.
Он криво улыбнулся:
— Тогда скажите, где, и я все устрою.
Даже так! Джосс посмотрела на него с любопытством, не сомневаясь, что ни
один популярный ресторан не откажет ему. Она посмотрела прямо в его глаза:
— Мы можем поужинать у меня... если вы хотите.
Его губы дрогнули.
— Вы хорошо готовите?
— Я предложила место, а не профессиональную кухню, — возразила она.
Он рассмеялся, затем подошел к ней, взял ее за руку и произнес:
— Я с удовольствием принимаю ваше предложение, мисс Ева.
Джосс вздрогнула от возникших вдруг былых опасений, но предпочла
проигнорировать их.
— Тогда идемте, — живо сказала Джосс. — Только вы первый.
Он кивнул:
— Дайте мне немного времени, чтобы поблагодарить ваших друзей. Через
двадцать минут я буду ждать вас у главного входа.
Оставшись одна, Джосс облокотилась о перила балкона и задумалась. Очнувшись,
она мельком взглянула в окно и увидела сквозь шторы своего огромного
собеседника рядом с Анной и Хью. Она подождала его ухода, оставила свое
укрытие и присоединилась к друзьям.
— Мы уже собирались искать тебя, Джосс, — воскликнула Анна. — Где ты
скрывалась?
— На тихом балконе, общалась с природой, — спокойно ответила Джосс.
— Одна? — ухмыльнулся Хью.
— Нет, конечно, — сморгнула она. — И сейчас должна распрощаться — меня ждут.
Спасибо за прекрасную вечеринку. Увидимся. — Джосс крепко обняла Анну,
поцеловала Хью в щеку, попрощалась со всеми, потом спустилась на лифте в
фойе, откуда служащий отеля проводил ее к ожидающей машине.
— Вы припозднились, — проворчал нетерпеливый голос, когда она скользнула на
пассажирское сиденье.
— Извините, быстрее уйти не могла. — Джосс сказала адрес.
— У меня ощущение, что вы уже раскаиваетесь, — начал Адам, отъезжая.
Он был недалек от истины.
— Я бы вам сообщила. — Голос ее чуть дрожал.
— О! Вы — принципиальная женщина.
— Стараюсь. — Джосс внимательно смотрела на его четкий профиль и заметила,
как большой рот чуть скривился. — Между прочим, что сказал друг?
— Когда я сообщил об ужине с восхитительной леди, он благословил мой путь.
Джосс рассмеялась:
— Вы, видимо, очень
старые друзья.
— Мы знаем друг друга с рождения.
— Как мы с Анной, — отметила она. — Я надеюсь, что Хью сделает ее
счастливой.
— Есть причина, по которой он не сможет этого сделать?
— Я не знаю ни одной. Мне он очень нравится.
— Значит, их свадьба расстраивает вас?
— Нет. Но Анна уверена, что и после свадьбы они будут счастливы. А очень
часто это не так.
— Оставьте свою подругу жениху, вскружившему ей голову, и подумайте о себе,
Ева.
— Спасибо за совет, — колко сказала она и повела разговор ни о чем, пока они
не подъехали к современному жилому дому, стоявшему в удивительной гармонии
среди викторианских соседей Ноттинг-Хилла.
Адам припарковал машину и последовал за Джосс в один из лифтов неожиданно
совершенного конструктивистского фойе.
— Я живу на шестом этаже. — Когда двери закрылись за ней и ее огромным
сопровождающим, Джосс снова одолели сомнения.
Нахмурившись, Адам посмотрел на нее:
— Вас что-то беспокоит?
— Немного, — призналась она.
Он пожал плечами:
— В таком случае я провожу вас до дверей и исчезну в ночи.
Джосс почувствовала угрызения совести:
— Ну уж нет, я же пригласила вас на ужин. Но... Вы действительно могли
покинуть меня?
— Если вы этого захотите — да. Но... с большой неохотой, — и он сжал ее
руку.
В квартире Джосс провела своего визитера мимо закрытых дверей спальни,
зажгла свет в узком коридорчике, ведущем в просторную гостиную с высокими
окнами, выходящими в сад. В гостиной было лишь несколько полок с книгами,
пара латунных ламп на них и маленькая софа.
— Пожалуйста, садитесь, — сказала Джосс. — С ужином проблем не будет,
продукты есть. Но я не ждала гостей, поэтому в качестве выпивки могу
предложить только красное вино и, возможно, немного виски.
— Вино — это хорошо. — Адам опустился на софу. — Если вино красное, ему
следует
подышать
, пока готовится мясо. Могу я чем-нибудь помочь?
Джосс мотнула головой, посмеиваясь:
— Для вас на кухне места нет. Иду открывать вино, а чуть позже отведаем
основное блюдо. Я быстро.
Пока Джосс готовила, ее мысли непрестанно витали вокруг гостя. Не писаный
красавец, но привлекают глаза цвета голубой волны, темные волосы, четкие
черты лица и та атмосфера доверия, которой он окружен. Она смешала зеленый
салат с подсолнечным маслом и уксусом, добавила кусочки холодной жареной
курицы, сделала бутерброды с маслом, положила на блюдо кусок сыра. Разложив
куриный салат по тарелкам (себе поменьше, ему побольше), она поставила
тарелки на большой поднос, сервировала его столовым серебром, салфетками и
бокалами, присоединила хлеб, сыр, вино и фрукты, внесла поднос в гостиную и
поставила его на пол.
Гость, повернувшись от книжных полок, улыбнулся ей.
— Широкий охват литературы, — заметил он.
— Мой главный источник расточительства, улыбнулась она в оправдание. — Можем
садиться. Вы не пожалеете, что променяли ужин в отеле на этот пикник?
— Ни за что! — Адам взял предложенную тарелку. — Разве могло быть что-то
лучше этого? — И он взглянул в ее синие глаза. — Спасибо вам, Ева.
— И я довольна, — легко сказала она и, скрестив ноги, села на подушку.
— Для меня, — начал Адам свой тост, поднимая бокал к ее бокалу, — это и
удовольствие, и привилегия. Я не мог предвидеть этого, когда впервые
взглянул на вас сегодня вечером.
— Когда это было?
— В самый момент прибытия. Вы возвышались над толпой.
— Потому что я высокая, — кротко сказала Джосс. — Но, ради всего святого,
как я могла вас не заметить?
— Во-первых, мы опоздали. И потом, я заметил не рост, а вашу прическу,
которую вы поправляли, стоя ко мне спиной. И в зеркале я увидел ваше лицо и
выражение ваших глаз, которые не могли заставить улыбнуться ваши губы. Это
заинтриговало меня.
— Я рада, что не знала, — сказала Джосс с чувством. — Лучше быть схваченной
скрытой камерой. Надеюсь, я вела себя прилично?
— Конечно. Вы идеальный гость. — Адам взял еще хлеба. — Но могу сказать, вы
не были в праздничном настроении. Удивительно, что вы выдержали столь долго.
— Так вы видели, как я исчезла, — задумчиво произнесла Джосс.
Он кивнул:
— И тогда меня кольнуло вдохновение. В худшем случае, размышлял я, вы меня
прогоните.
— А в лучшем?
— Поговорите со мной. Мое воображение не заходило слишком далеко.
— До куриного салата и сомнительного качества бордо, — шутливо уточнила она.
— Именно. Итак, скажите, почему вы позвали меня сюда сегодня вечером?
Джосс бросила на него тревожный взгляд:
— Конечно, не для того, чтобы разделить со мной постель.
— Я думал, этот вопрос мы уже забыли, — раздраженно сказал он. — Послушайте,
Ева, клянусь, что ни сейчас, ни позднее я не собираюсь набрасываться на вас.
— Простите. Я никогда не приглашала сюда мужчин на ужин.
— Никогда?
— Никогда.
— Почему же пригласили меня?
— Потому что вы оказались в том самом месте в то самое время, — откровенно
сказала она. — В тот вечер мне необходима была компания, и вы предложили
себя.
Адам подался вперед, вопросительно выгнув бровь:
— Значит, мне просто посчастливилось, а в общем, это мог быть любой другой?
— Нет, конечно. — Она даже подскочила от негодования. — Вы были добры. Мне
это понравилось. К тому же вы очень высокий.
Его это развеселило.
— Рост — это жизненно необходимое условие?
— Для меня — да. Мой рост пять футов десять дюймов, и я обожаю высокие
каблуки.
Адам рассмеялся, наполнил бокалы и взял оставшиеся кусочки хлеба и сыра. Она
стала угощать его фруктами. Губы его дрогнули, когда он выбрал блестящее
красное яблоко:
— Это подойдет, Ева. И после одного укуса моя жизнь изменится навсегда?
— Попробуйте — и увидите. — Джосс улыбнулась, опускаясь на подушку и глядя,
как он крепкими белыми зубами кусал яблоко. — Извините, кроме фруктов,
нечего предложить.
— Все хорошо. — Адам поставил тарелку на поднос. — Унести это в кухню?
— Оставьте. Я сделаю это позже.
— Намного позже. — Он, не отрываясь, смотрел на нее. — Уходить я пока не
намерен.
Джосс обрадовалась его заявлению. Оставаться в одиночестве ей сейчас не
хотелось.
— Не нарушая запрета на имена, — продолжал он, — позволительно мне
поинтересоваться, чем вы занимаетесь?
Джосс решила не говорить, что она журналистка. Это могло дать ключ к
разгадке. Нет, сегодня она останется романтической, таинственной Евой.
— Я работаю в издательстве.
— Выдумка?
— Нет, факт. — Джосс устроилась поудобнее. — А где вы?
— Строительство.
— Очевидно, хорошо платят, — прокомментировала она, разглядывая его одежду.
— Если вы имеете в виду костюм, — проговорил он с непроницаемым видом, — так
он единственный выходной, я берегу его для званых вечеров и похорон.
— Неужели?
— Именно так, — подтвердили его губы, а его взгляд скользил по ее светло-
русым, коротко стриженным волосам, большим глазам, носу с легкой горбинкой,
на некоторое время задержался на изгибах ее рта, медленно спустился вниз, до
черных шелковых туфель. — Думаю, эти туфли куплены не в китайском
супермаркете.
— Помолвка ближайшей подруги заслуживает чего-то необычного. Правда, когда
их покупала, я пребывала в очень дурном настроении.
— И виноват был несостоявшийся ужин?
Джосс скривила губы.
— Может, если вы расскажете мне, вам станет легче. К тому же незнакомому
человеку проще доверить тайну.
— Понятно. Я выплакиваю в вашу жилетку свою маленькую грустную историю, вы
уходите в ночь, и мы никогда снова не встретимся. — Она улыбнулась: — Как в
кино.
— Я бы предпочел слегка изменить сценарий, — сказал он, посмеиваясь. — Но
что бы вы ни рассказали, тайна будет сохранена.
— Как на исповеди?
Адам покачал головой:
— Не совсем так. Но слушатель я прекрасный, — заверил он ее.
Джосс пристально посмотрела на него, поддавшись на мгновение острому желанию
рассказать кому-нибудь все.
— Вам действительно интересно?
— Я действительно хочу знать, что скрывалось за теми голливудскими улыбками.
Губы Джосс скривились, и она выдохнула:
— Я жила здесь с моим женихом. Несколько недель назад он ушел от меня.
Как-то Джосс решила во что бы то ни стало прийти домой пораньше. Она
ввалилась в дверь, обвешанная сумками с продуктами, и чуть не упала,
споткнувшись о чемоданы в прихожей. Из спальни с виноватым видом вышел Питер
Садлер.
— Что так рано! — прозвучало упреком.
— Вижу, ты мне не рад.
— Могла бы хоть предупредить. — Он взял у нее сумки. — Отнесу на кухню. Чаю
хочешь?
— А что случилось? И зачем чемоданы? Ты едешь в командировку?
— Нет. — Он повернулся от стола с чаем, взгляд его стал жестким. — Я ухожу с
работы.
—
Уходишь? Но почему? — Она не могла поверить
услышанному.
— Хочу уйти, прежде чем меня уволят.
— Почему ты ничего не говорил раньше?
— Когда? — с неожиданной злостью набросился он на нее. — Ты вечно пропадаешь
на работе.
— Это преувеличение. Ты мог бы намекнуть мне об этом в постели, когда в ту
редкую ночь желал мне спокойной ночи.
— Ты же знаешь, что мне необходимо высыпаться, — пробурчал он. — Да и ты
гораздо больше любишь свою работу, чем меня.
Джосс чувствовала, как внутри у нее что-то ломается.
— Похоже, ты обдумывал это долгое время. Я была слепа. — Дрожащими руками
она сдавила голову. — Теперь понятно, чем объясняется твое молчание. Я было
подумала о другом...
— Чем другим, кроме моих проектов, я мог заниматься? — Рот его скривился. —
Если тебе интересно,
Афина
отвергла мой комплекс на берегу реки.
Джосс с сочувствием посмотрела на него:
— Сожалею, Питер! Я же знаю, как много ты работал. Но уверена, что это не
конец света.
— Для меня в этой архитектурной фирме — конец. Но дело даже в другом. Я
никогда не вписывался в эту корпорацию, Джосс. Я взялся за работу в первом
попавшемся месте, потому что так хотела ты. Я собираюсь вернуться в семейный
бизнес. Которому всегда принадлежал, — добавил он с королевской гордостью.
Он украдкой взглянул на часы, поймал ее взгляд, покраснел и зачастил: — Я не
спешу, Джосс. Могу поехать и на следующем поезде.
— Не меняй своих планов из-за меня! — Руки ее опустились. — Надо полагать,
между нами все кончено?
Питер нервно сглотнул:
— Я полагаю — да.
— Ты
полагаешь?
— Я оставил тебе письмо, Джосс, — заторопился он. — Оно все объясняет.
— Как все продумано. — Она с презрением посмотрела на него. — Значит, приди
я домой в обычное время, я бы обнаружила, что птичка улетела?
— Я подумал, что так будет легче, — пробормотал он и протянул ей чашку чая.
— Легче для тебя, Питер.
Он надулся:
— Ну, хорошо. Для меня. — Он распрямил узкие плечи и посмотрел ей в глаза. —
Послушай, Джосс, наши отношения зашли в тупик. По правде сказать, я больше
не счастлив с тобой. Ты старше меня, амбициознее, зарабатываешь больше
денег... черт, ты даже выше меня. Ты... ты давишь на меня, Джосс. Я больше
не могу этого выносить.
— Понятно. — Глаза на ее бледном лице засверкали гневом. — Значит, последний
год совершенно ничего не значит для тебя?
— Да нет же! Значит! И не только этот год. — Слова прозвучали неожиданно
жестоко. — Прости, что все закончилось подобным образом. Жаль, что ты пришла
раньше, чем я смог...
— Подло ускользнуть? — язвительно закончила она.
— Не надо, Джосс. Давай останемся друзьями, пожалуйста, — попросил он и
накрыл ее руку своей ладонью.
Она отбросила его руку, не в силах выносить его прикосновения.
— Уходи, Питер.
— Что же, прощай, Джосс. Я... я хотел бы, чтобы все было иначе. Если бы я одолел работу в
Афине
...
— Я по-прежнему была бы старше тебя... и выше. — Ее рот скривился. — Не
представляла, что это будет иметь такое большое значение.
— Вначале не имело, — пробормотал он.
Джосс смягчила свой враждебный взгляд:
— Питер, ты должен сказать мне правду.
Он нахмурился.
— Я уже сказал правду. Черт, не думал, что буду таким мелочным. Не
представлял, что буду выступать со всей этой чепухой по поводу твоего
возраста... роста и прочего.
Она нетерпеливо передернула плечами:
— Не думал!.. Не представлял!.. Просто здесь замешан еще кто-то.
— Женщина? Никогда! — провозгласил Питер с безусловной искренностью. — Ты
была единственной женщиной!.. Никогда у меня не было ни времени... ни
энергии на кого-либо еще.
Джосс взглянула на Адама, и его гневный взгляд, полный отвращения, принес ей
утешение.
— Последние слова его были лишними, как последняя капля. Я поняла, что
проиграла, устроила ужасную сцену, кинула кольцо в него и велела
упаковываться. Сама позвонила в фирму и договорилась о перевозке практически
всех его вещей на квартиру его родителей. — Она усмехнулась. — Потому-то я и
лишена многих домашних удобств. Мебель принадлежала Питеру, я оставила
только софу и кровать... пока не куплю что-нибудь взамен.
Адам испытующе посмотрел на нее:
— И вы хранили это в секрете?
— Да, кроме вас, об этом не знает никто.
— Даже ваши родители?
— Родителей у меня уже нет. Портить настроение Анне перед праздником я не
могла, сказала, что Питер уехал в командировку. Она живет в Уорвикшире, так
что некоторое время не будет ничего знать.
— Неудивительно, что настроение у вас было не праздничным, — бесстрастно
сказал он. — Удивлен, что в подобных обстоятельствах вы были вежливы со мной
там, на балконе.
Джосс в ответ виновато улыбнулась:
— Первое мое желание было попросить вас убраться прочь. Но чуть позже я была
уже рада вашему обществу. Оно не позволило мне погрузиться в страдания. Так
что благодарю вас за помощь.
Адам покачал головой:
— Я не рыцарь в блестящих доспехах, Ева. Если бы страдающая дева была менее
привлекательной, я, конечно, чувствовал бы такое же сострадание, но что
касается помощи — сомневаюсь.
— Какой честный мужчина!
— Стараюсь. Увидев вас у зеркала, я н
...Закладка в соц.сетях
