Жанр: Любовные романы
В поисках хороших парней
...зрослой тетенькой.
— А мы собираемся на Слоновий холм с барабанщиками и там разобьем
лагерь на ночь. Хочешь поехать с нами?
У меня рот открылся от удивления, но я не смогла произнести ни слова. Я
посмотрела на Нину.
— Э-э... — Я перевела дыхание. — В палатках?
— Под звездами, — кивнул он.
О боже, как мне хотелось туда поехать! Ну пусть у меня хватит смелости! Мне
так захотелось объятий, поцелуев, захотелось почувствовать, как почва уходит
из-под ног.
Я была уверена, что мой эльф точно не превратится в необузданного зверя, он
такой нежный. Марко чем-то напоминал мне Кристиана. Он никогда никуда не
торопился и был похож на любимого щенка, которого можно тискать, когда
захочется.
— Я только спрошу свою подругу, — я увильнула от ответа.
— Ты хочешь поехать на Слоновий хлам, чтобы поспать в палатке? —
переспросила Нина, не веря своим ушам.
— Слоновий холм, — исправила я. — Как Слоновий храм.
Она таращилась на меня, как на чудо:
— Ты что, и впрямь собираешься спать на камнях?
— Нет, — сказала я, глядя себе под ноги. Меня застал врасплох ее
естественный вопрос. Вот она, реальность. Раньше я бы не смогла устоять
перед таким предложением, и точно потеряла бы месяца три своей жизни,
завывая под звездным небом. Но сейчас я вынуждена была признаться, что
никогда в жизни не смогу жить в палатке и ходить раскрашенной всеми этими
символическими знаками.
— И я не люблю чечевицу, — добавила я почему-то вслух.
— Замечательно. — Нина поднялась. — Все, идем?
— Сейчас, я только попрощаюсь...
Когда я вернулась к своему юному барабанщику, он уже был в толпе своих
длинноволосых друзей, и наша связь оборвалась.
— Ты не поедешь с нами? — спросил он робко, прочитав ответ на моем
лице, прежде чем я успела открыть рот.
— Мне бы очень хотелось, но моя подруга — алкоголичка, поэтому мы
отправимся на поиски бара, — попыталась пошутить я.
— А, тогда ладно...
Мне хотелось прикоснуться к нему на прощание, но нас разделяло слишком много
тел.
— Ну, тогда прощай, — произнесла я, чувствуя, как у меня все
сжимается внутри.
Сложнее всего было повернуться и уйти. Желание боролось с разумом. Наконец
разум победил.
Нина решила, что бар в отеле — единственное место, где мы можем спокойно
посидеть, поэтому потащила меня обратно в отель, крепко держа за руку. Мы
заняли столик на веранде, и я отправилась внутрь заказать нам по бокалу
вина. Все это время я пыталась внутренне смириться с новым, незнакомым мне
чувством — чувством взросления. Оказывается, совсем необязательно начинать
отношения только потому, что тебе кто-то приглянулся.
Вернувшись, я обнаружила Нину в компании незнакомой женщины и двоих мужчин.
На одном из них болталось множество бус.
— Это Кем, — представила его Нина. — Можете называть его
Джем, как варенье. Он из Парижа.
Я пожала ему руку.
— Привет, — произнес он, уважительно кивнув головой.
— Все эти бусы с фестиваля, — объяснила Нина. И рас сказала мне
про все те развлечения, которые мы умудрились пропустить, включая парад
местных властей под руководством шерифа.
— Меня зовут Алексия, — услышала я тоненький голо сок и пожала
протянутую мне руку.
— Она продюсер музыкальных клипов из Нью-Йорка, — добавила Нина.
По голосу было слышно, что она под большим впечатлением от новых
знакомых. — А это Карим, его предки — турки, французы и
пуэрториканцы! — Нина взглянула на него, чтобы удостовериться,
правильно ли она все запомнила. Он кивнул в знак согласия. — Карим тоже
живет в Нью-Йорке, — продолжала Нина. — А сейчас он работает над
документальным фильмом об этом городе.
— Да? — заинтересованно спросила я, но на самом деле, пока он
объяснял мне свой проект, слушала вполуха.
Я все еще пыталась избавиться от мыслей,
что бы? если бы? и как бы?
получилось у нас с Марко. Однако я заметила, что Карим был очень стильный, в
рубашке от крутого дизайнера и со множеством колец с драгоценными камнями на
пальцах. У меня создалось впечатление, что он предпочел бы оказаться в
компании какой-нибудь топ-модели, а не девушки с неухоженными волосами и
кожей со следами недавней чистки. Мне казалось, что он отмечает каждый
секущийся кончик моих волос и догадывается, что моя футболка куплена в
магазине дешевой одежды. Должна признаться, я не чувствовала никакого
осуждения с его стороны. Он говорил размеренно и спокойно, к тому же был
хорошо воспитан, и даже если бы я пролила бокал вина на его брюки, он не
заметил бы. Оказалось, что у него есть право быть спокойным — его папаша
владел отелем
Большая сьерра
.
— А еще рестораном
Рауль
в Нью-Йорке, — похвастался Джем за
своего друга. — Были там?
— К сожалению, пока нет, — ответила я.
— Жаль, — в его голосе послышалось разочарование. — Очень
хороший ресторан.
На данном этапе я никак не могла понять, кто из них больше нравится Нине,
если вообще нравится. Эти ребята едва ли соответствовали ее стандартам
серфингистов, но она выглядела довольной и мило болтала с ними на разные
темы. Мы обсуждали кормление грудью, предсказания на картах таро, апачей (их
легендарный воин Джеронимо умер как раз там, где сейчас стоит этот отель), а
также узнали о недавнем болезненном разводе Джема. Не могу сказать, что ему
очень хотелось об этом рассказывать, поэтому он обошелся без подробностей и
быстро сменил тему, предложив всем пойти в бар
Лесная шишка
. Оказалось,
что бар переполнен в связи с Фиестой. Нам, правда, повезло, и мы нашли
маленький столик рядом с танцплощадкой, ребята заказали выпивку и
приготовились сидеть всю ночь. Стыдно признаться, но мы с Ниной практически
сразу захотели домой. Мы уже собирались слинять под каким-нибудь благовидным
предлогом, когда мелодию кантри сменила сальса, и Джем пригласил меня на
танец. Он оказался искусным танцором и все время подбадривал меня своей
обаятельной улыбкой, но у меня не было сил следовать за ним. Я поискала
глазами Нину в надежде, что она сменит меня. Когда наконец-то я ее увидела,
то оказалось, что она практически спит за столом.
— Ой, извини, дорогой, но мне, кажется, ее лучше отвезти домой, —
извинилась я и сбежала вместе с ней.
— Милые мальчики, — сказала Нина, зевая и залезая в кровать под
мексиканское покрывало.
— Милые, — согласилась я. — Интересно только, а почему мы к
ним равнодушны?
— Может, мы просто слишком устали, да к тому же еще и вчерашнее
похмелье, — предположила она и выключила свет. — Они сказали, что
завтра опять собираются пойти в бар. Может, если мы сначала хорошо выспимся,
а вечером выпьем побольше, у нас что-нибудь и получится.
— Может, они просто слишком взрослые для нас? — предположила я.
— Возможно, ты и права, — согласилась Нина и уютно устроилась на
кровати. — Спокойной ночи!
К утру постоянная непреодолимая тоска по Марко сменилась болью и сожалением
о том, что могло бы быть. Учитывая, что мы находились в Говори-правду-или-
пожалеешь, я решила быть честной с собой и откровенно признаться,
что
именно могло бы быть
. Да, мои поверхностные желания были бы полностью
удовлетворены на какое-то время, но ясно, как белый день, что время,
проведенное вместе, в итоге вылилось бы в еще одну бестолковую возню с мужчиной-
ребенком. Сейчас я могла точно сказать, что это было абсолютно неразумное
влечение, обусловленное привычкой и гормонами. А вот Карим и Джем —
обаятельные, образованные, зрелые мужчины с хорошими манерами, на которых
стоит обратить внимание. Видите — я взрослею!
— Знаешь, а шеф-повар очень даже ничего, — поделилась Нина своими
впечатлениями, пока, сидя в столовой отеля, мы наслаждались обильным
завтраком, состоящим из экзотического фруктового салата, сливочного йогурта
и свежеиспеченных кексов.
— Может, нам стоит завести с ним разговор? Похвалить его булочки,
например? — предположила я.
Я обернулась, чтобы посмотреть на него еще раз, и подпрыгнула от
неожиданности. Он стоял прямо рядом с нами и откровенно разглядывал нас.
— Откуда вы приехали? — спросил он, подавая нам чайник горячей
воды.
— Из Англии, — ответили мы кратко.
— А я из Питсбурга, штат Канзас.
— Да? — отреагировали мы, стараясь запомнить название города,
чтобы никогда туда не поехать.
— А как вас зовут? — спросила я. (Всегда полезно знать имя, на
случай если придется обращаться в полицию.)
— Шеф.
— Вас зовут Шеф и вы шеф-повар? — Мне с трудом верилось в такое
совпадение.
— Нет, меня зовут Билл, но все называют меня Шеф.
— А-а-а.
— А зачем вы сюда приехали?
С каждым вопросом он все пристальнее смотрел на Нину. Если честно, я не
совсем понимаю, почему он просто не вынул глаза из глазниц и не положил их
ей на грудь, все было бы проще. Когда он ушел на кухню, чтобы наполнить нам
бокалы апельсиновым соком, Нина с мольбой посмотрела на меня:
— Пойдем, а?
Я кивнула, надеясь, пока он занят, незаметно ускользнуть.
— Извините, нам пора! — Мы сбежали через дверь веранды, не обращая
внимания на недовольное выражение его лица.
— У меня такое впечатление, что он все еще смотрит на меня, —
вздрогнула Нина, когда мы шли к машине.
Я обернулась. Шеф стоял на веранде и сверлил взглядом Нину.
— Не дури, — ответила я и, смеясь, подтолкнула ее к машине.
Мы рванули с места, оставляя за собой клубы пыли.
Так как у нас создалось впечатление, что в этом городе живет самое большое
количество идиотов и людей со странностями, мы решили провести утро вне
города и отправились в национальный парк
Белые пески
покататься на
сандбордах. Парк находился примерно в 300 километрах к юго-востоку от
города. Оказывается, с дюн высотой с трехэтажный дом можно съезжать на
специальном приспособлении, похожем на огромный тазик. И если такой экстрим
не привлечет сюда молодых красавцев в поисках адреналина, то я уж и не знаю,
где еще они могут быть.
— Я так и представляю себе — тени от изогнутых тел, футболки от
Онейл
, выгоревшие на солнце волосы, — фантазировала Нина. — Как
ты думаешь, они тоже приезжают на автобусах с автоприцепом, как и те, что
ездят в Корнвол? Мне нравятся эти мини-дома.
Мы проехали мимо городка под названием Орган, а за тем наткнулись на
указатель, который был единственным на пустынной дороге:
Военно-ракетная
база Белые пески"
— прочитала я. Странно, а где же национальный парк
Белые пески
? Я выехала на обочину и посмотрела в путеводитель. Там
сообщалось, что дорога часто бывает закрыта из-за проводимых здесь ракетных
испытаний. Прямо как в театре. Каждый день новый ландшафт! Более того,
путеводитель приглашал посетить место, где было проведено испытание первой в
мире атомной бомбы. Интересно, кому может прийти в голову добровольно
отправиться туда, где опасность для здоровья превышает все разумные
показатели?
— Давай заедем туда, — удивила меня Нина своей просьбой.
— Ты это серьезно? Она кивнула.
— Зачем? — Я не понимала ее.
— Не знаю, мне кажется, это очень интересно.
Ну как я могла ей отказать, когда она мужественно терпела вчера жуткий запах
пота в баре только из-за меня. Я свернула и поехала по пыльной дороге
несколько километров, испытывая какую-то странную отвагу. Правда, пока мы не
доехали до большого ярко-красного знака, предупреждающего о повышенной
радиации. Указатель гласил: Вы едете на свой собственный страх и риск
.
Теперь мне казалось, что мы просто нарываемся на неприятности.
— Закрой окна, — приказала я.
— А тебе не кажется, что ты слишком осторожничаешь? — спросила
Нина.
— Здесь опасность везде и всюду! — бросила я в ответ, стараясь не делать глубоких вдохов.
— Ладно, подожди я сейчас, — и Нина открыла дверцу машины.
— Что ты делаешь? — возмутилась я.
— Я хочу сфотографироваться, — объяснила она. — Это всего
лишь несколько минут.
— Ты собираешься выйти из машины, чтобы сфотографироваться рядом с
предупреждением, запрещающим покидать машину?
— Ага. Я быстро.
Я даже боялась смотреть в ее сторону. А вдруг она наступит на что-нибудь и
исчезнет в клубах токсического дыма? Но все закончилось благополучно. Она
спокойно вернулась в машину.
— Ты знаешь, что из-за тебя теперь вся машина облучена?
— Не бойся, поехали.
На следующем же повороте мы попали под проверку, и нас не пропустили дальше,
так как Нина забыла удостоверение личности в гостинице. Я вздохнула с
облегчением и вернулась на дорогу, ведущую к парку. Но буквально через
несколько километров мы наткнулись на еще один военизированный контрольно-
пропускной пункт.
— Ваш паспорт.
— Э-э-э... — Нина объяснила, что случилось.
— Мэм, паспорт вы должны все время носить с собой.
— Разве? Мы здесь, только чтобы посмотреть на пески, — пыталась
она возразить.
— Вы всего лишь в 100 километрах от мексиканской границы. Это
пограничный контроль.
— Ой, извините.
Мы смирно сидели в машине и никуда не двигались, а за нами уже выстроилась
целая очередь из желающих проехать. Мы просто надеялись, что они сжалятся
над бедными девушками.
— Ладно, так и быть, я вас пропущу, — сдался он. — В
следующий раз берите паспорт с собой.
— Так точно, офицер. Спасибо, офицер! Оказалось, что найти въезд в парк
очень легко. Перед нами была бетонная площадка, за которой простирался
белоснежный песок.
— В любой момент мы можем встретить красавцев-серфингистов! —
громко радовалась Нина.
Мы зашли в Туристический центр и купили себе сандборды по шесть долларов,
напоминающие крышку от огромного мусорного ведра. В стоимость была включена
и цена специального воска для доски. Чтобы спуститься, сначала надо было
намазать дно доски воском, и перед каждым спуском процедуру полагалось
повторять. Пока мы гуляли по Центру, рассматривая сандборды, мы узнали, что
пески являются местом обитания странных созданий — жука
фальшивый блеск
,
сумчатой крысы и белесой ящерицы без ушей. А еще здесь снималось огромное
количество фильмов, начиная от
Копей царя Соломона
и заканчивая
Ядерными
девчонками
. Легко догадаться почему — это место, как черная дыра,
притягивает и гипнотизирует.
— Такое впечатление, что мы попали на другую планету, — задыхалась
от восторга Нина, прижимаясь носом к оконному стеклу и выбирая дюну для
спуска. — Туда? — и она указала на бледную гору песка впереди нас.
Я кивнула в знак согласия.
— Ну что, смело вперед!
Выйдя из машины, мы спустились к основанию дюны и, сделав всего лишь два
шага наверх, увязли в песке. А вы думали, что это только по луне ходить
тяжело? При каждом шаге наши ноги проваливались по колено в песок. Малейшее
продвижение вперед требовало титанических усилий. У меня одышка начинается
даже при подъеме на 5-й этаж, а тут еще и сплошной песок в воздухе. И все же
мы забрались наверх. Мы ожидали увидеть там толпы серфингистов, катающихся
на досках по планете чудес, но, кроме нас, там никого не было. А еще песок,
километры песка. Мы очень быстро сообразили почему. Поднялся песчаный
ураган. Когда мы приехали, небо было голубым, песок — белым, а дорога — рыжевато-
коричневой. Теперь все вокруг было одинаково белого цвета, будто мы
находились в облаке. Если бы не яркая окраска сторожевой будки на стоянке, я
бы ни за что в жизни не догадалась, где верх и где низ.
— Ну что, рискнем, пока нас тут заживо не замело? — предложила я, отворачиваясь от ветра.
Волосами мне залепило глаза, и я ничего не видела.
— Давай, поехали! — бодро отреагировала Нина.
— Ну, все, я поехала! — закричала я, усевшись на доску, и
оттолкнулась в надежде, что понесусь вниз как на крыльях.
Однако доска не сдвинулась с места. Я немного подтолкнула ее вперед. Проехав
не более полуметра, доска опять встала намертво.
— Я, наверное, слишком тяжелая! Ничего не получается.
— Не выдумывай, попробуй еще раз! — подбодрила меня Нина.
Я раскачивалась и елозила по песку. Никакого эффекта. Вместо плавного
скольжения по склону, я завалилась на бок, потеряв равновесие и создавая
вокруг новые барханы.
— Почему у меня не получается? — хныкала я, сойдя с доски у
подножия дюны.
— А ты воском намазала? — спросила Нина сверху.
— Не-а, — прокричала я в ответ и в растерянности почесала затылок.
На самом деле я намазала доску, но, может, недостаточно тщательно это
сделала и наложила слишком тонкий слой воска. Вымазав весь воск до
основания, я опять побрела в гору, но теперь ветер дул мне навстречу, и я
смогла одолеть только полпути, прикрываясь доской, как щитом, от колючих
иголок песка. Заняв исходную позицию, я приготовилась попробовать еще раз.
Небольшой толчок — и я внизу. Не скажу, чтобы у меня захватило дух, но
скользить вниз без каких-либо усилий было приятно. Встав на ноги, я
улыбалась от уха до уха. Сначала мне казалось, что вообще-то взрослые и даже
дети часами катаются на этих горках. Но после всего лишь двух подъемов на
гору, я чувствовала себя так, будто пробежала три километра в свинцовых
сапогах.
Нина уже вернулась в машину. Дверцу чуть не снесло ураганом, когда я
попыталась занять свое место, и мне пришлось преодолеть сопротивление ветра,
чтобы закрыть ее. Панель управления замело белоснежным песком за считанные
минуты. Песок преследовал нас повсюду.
— Я вся покрыта им, — пожаловалась Нина, высыпая из-под футболки
целую горсть песка.
Я отряхнула зеркало и вещи от светлых кристалликов.
— О боже, такое впечатление, что у меня все тело шелушится!
Посмотревшись в зеркало, я обнаружила, что мой блеск для губ сыграл роль
клея, и теперь у меня белоснежный сверкающий рот.
— Тьфу, — я сплюнула.
— Зато красиво! — пошутила Нина.
— Просто бриллианты! — поддакнула я.
— Ну что, на обед?
— Умираю от голода.
Когда после стольких километров белого песка мы вы ехали на нормальное
шоссе, я была готова кричать от радости. Теперь мы ехали по серпантину
трассы 82, и она уводила нас ввысь, все дальше и дальше от равнины песков, в
высокие горы, покрытые остроконечными соснами. Это напомнило мне Колорадо.
Нам очень хотелось пообедать с привидением гостиницы
Клаудкрафт
. В 1900
году рыжеволосая красавица Ребекка, обожавшая любовь и флирт, была убита
своим бывшим любовником. С тех пор она регулярно ищет нового ухажера в
коридорах этой гостиницы. Вот женщина, достойная преклонения за усердие!
Когда мы добрались до гостиницы, то оказалось, что здание на много
современнее, чем мы себе представляли. Шикарные дамы в красивых одеждах,
увешанные настоящими драгоценностями, потягивали вино и смаковали спаржу. А
мы выглядели так, будто сначала нас за ноги протащили через пески, а потом
посадили на электрический стул. У меня не было уверенности, что нас вообще
согласятся обслуживать в таком виде.
— Мы не можем пойти туда, — сказала я.
— У тебя салфетки для лица и косметичка с собой?
— Как обычно.
— Прекрасно, значит, мы сначала нырнем в туалет и приведем себя в
порядок. Все получится, — убеждала меня Нина.
Мы потихоньку прокрались мимо администратора, пересекли холл в готическом
стиле и нашли туалет, не испугав по пути никого из местных обитателей. Пока
Нина занималась вытряхиванием песка из волос, я отправилась приводить в
порядок бриджи.
— Нет! Только не это! — услышала я завывания Нины.
— Что случилось? — Я решила, что она нашла ящерицу в своей гриве.
Но все оказалось проще: она испугалась собственного отражения в зеркале, так
как ее волосы в несколько раз увеличились в объеме.
— Я похожа на Керен из группы
Бананарама
, — возмущалась она
своим отражением.
— А как ты умудрилась это сделать? — удивилась я. Та кого эффекта
можно достичь, только вылив на себя два пузырька геля.
— Я вытряхивала песок, опустив голову вниз, а теперь никак не могу
пригладить волосы, — объяснила она, пред принимая отчаянные усилия по
укрощению своих буйных локонов.
В конце концов ей пришлось забрать их в пучок. Моя прическа тоже слегка
напоминала взрыв на макаронной фабрике. Но с этим ничего нельзя было
поделать. Очищенные от песка, мы выглядели настолько прилично, насколько это
возможно, и вполне могли показаться на люди в ярко освещенной солнцем
столовой.
— Добрый день, девушки. — Метрдотель вопросительно посмотрел на
нас.
— Добрый день. Обед на двоих, пожалуйста.
— Извините, но мы закончили принимать заказы десять минут назад.
Десять минут? Значит, потратив двадцать минут на то, чтобы привести себя в
порядок, мы лишили себя обеда!
— А вы не могли бы посоветовать, где можно пообедать?
— Да, конечно.
Ресторан, который рекомендовал метрдотель, вне всяких сомнений намного
больше соответствовал нашему внешнему виду, но еду из него я бы не рискнула
дать даже собаке. В итоге мне пришлось заполнять свой желудок печеньями из
кафе-мороженого, которое находилось неподалеку. Клаудкрафт был приятным
городком с очень чистым воздухом, великолепными видами и изящными
деревянными домами, но мы почему-то заскучали по своему Говори-правду-или-
пожалеешь. Всего лишь за одну ночь и сам городок, и его странные жители
запали нам в душу. Я говорила вам, что нашего администратора звали Стакан?
Не хочется отрываться от этого забавного городка, но я обещала Нине
однодневную поездку в Санта-Фе, где располагалась самая большая коллекция
работ Джорджии О'Кифи, включая и самые знаменитые — цветы размером с лист
ватмана. Посмотреть эти картины было заветным желанием Нины, у которой дома
целую стену занимала репродукция работы О'Кифи
Оранжевые маки
.
— Нет, только не это! — вскричала Нина, указывая на очередной контрольно-пропускной пункт.
На этот раз пограничники оказались более строгими. Нас заставили отъехать на
обочину, выйти из машины и пройти в маленькую комнату с зеркалами. Я их не
виню. У нас не было с собой паспорта, а так как нас еще и песок потрепал, то
мы выглядели совсем как нелегальные эмигранты.
— Прости меня. Я больше никогда в жизни не выйду на улицу без паспорта.
— Кто тут из вас писательница? — грозным голосом спросили из
офиса.
Раз это не Нина, значит, они вызывают меня. Видимо, я для них как опасный
компьютерный вирус. Они осмотрели меня сверху донизу, и им, очевидно, не
понравилось, как я выгляжу. Проблема оказалась в том, что моя виза в США
была нового образца, и они не хотели ей верить. С этим я ничего не могла
поделать. Единственное, что мне оставалось, — защищать свою
невиновность. Следующим задержали тучного мексиканца. Его попросили поднять
рубашку и повернуться, чтобы проверить, не прячет ли он оружие за поясом. Я
порадовалась про себя, что нас хотя бы не заставляли раздеваться. После
череды утомительных проверок, которые заняли кучу времени, мы, в конце
концов, оказались на свободе.
К тому времени, когда мы вернулись в наш городок, праздничную сцену
разбирали, а в кафе, которое мы присмотрели, уже перестали подавать ужин. Мы
вызвали администратора в надежде, что Стакан порекомендует нам что-нибудь
приличное, но вместо него к нам вышел Джем.
— А ты что здесь делаешь? — удивились мы.
— Я замещаю Стакана с
...Закладка в соц.сетях
