Жанр: Любовные романы
Телохранитель
...дой и любимый из братьев, дал обет безбрачия
накануне окончания семинарии.
Его решение не нарушать этот обет и не жениться было, вероятно, весьма
трудным, но не забывайте, что Джованни
был глубоко религиозным человеком. Их любовь с Карлой была для него очень
мучительной - это видно из более ранних
писем. Бедная Карла - в который уже раз то, что она хотела, оказывалось для нее
недоступным!
Теперь мне становится легче понять, почему она позволила увезти вас. Все ее
надежды рушились - даже рождение
ребенка не смогло заставить Ванни нарушить данный в юности обет. А она сама
попала в весьма неловкую ситуацию и
должна была бы растить вас с клеймом незаконнорожденного ребенка. И в
присутствии вашего отца в качестве шофера.
Поэтому она позволила ему увезти вас отсюда. Отношения между ними, судя по их
последним письмам, были весьма
напряженными - сказались богатство Карлы и ее стиль жизни, ревность Ванни и его
недовольство своим положением.
Поэтому они нашли выход в том, чтобы ему уехать вместе с братьями в Бостон,
увезти вас и начать там новую жизнь".
Франческа держала в руке письмо Герберта Остроу, чувствуя, что не может
осмыслить все изложенное в нем. Одна
только мысль билась у нее в голове - Карла Бладворт была ее матерью!
"Прочитайте эти письма, Франческа, и вы поймете, что ваши отец и мать
искренне любили друг друга, наперекор
всему. Карла была избалованным существом, не знавшим любви, пока в ее жизни не
появился ваш отец. Мне кажется, после
этого она сильно изменилась. Она самозабвенно любила Ванни, хотела жить с ним,
решила ради этого даже родить
ребенка. Эта любовь, похоже, изменила и вашего отца. Как мне кажется, он был
всеобщим любимцем семьи. Никто не
знает, что привело его к решению оставить стезю священника и круто изменить свою
жизнь.
Читая эти письма, вы сможете восстановить недостающие звенья. Ванни пишет о
том, как сильно он любит ее. Он
пишет Карле о ее обете любить его - он верит, что они будут друг с другом целую
вечность.
Теперь мы знаем, чем все это закончилось. Много лет спустя, когда Карла,
умирая, вызвала местного юриста для
составления завещания и выразила свою последнюю волю, - все ее богатство
переходило к вашему отцу и соответственно
к вам. Даже тогда она хранила их тайну, нигде не сознаваясь в том, что вы ее
дочь.
Я думаю, Джованни и Карла решили скрывать от вас тайну вашего происхождения,
чтобы избавить вас от тех
мучений, с которыми им самим пришлось жить".
Франческа встала, не в силах находиться на одном месте от охватившего ее
волнения, обвела комнату невидящим
взглядом. Ее сознание не могло справиться со всем свалившимся на нее, и помочь
сейчас ей мог только один человек.
- Мне надо поговорить с Куртом! - воскликнула она.
То, что было написано в письмах, как и полагал Герберт Остроу, вполне могло
изменить ее жизнь. Она должна была
поговорить с Куртом и рассказать ему об этом до свадьбы! Франческа сама не
понимала, почему, но знала, что должна это
сделать.
- Вот теперь, - говорила между тем миссис Шенер, с удовольствием оглядывая
ее, - вы действительно похожи на
невесту. Мне кажется, это платье и фата будут вам к лицу.
Франческа посмотрела на себя в зеркало, а руки горничной в это время мелькали
вокруг нее, поправляя складки платья.
Подвенечное платье выгодно подчеркивало ее прекрасную фигуру. Складки юбки
переливались нежными тонами и
напоминали лепестки розы. Черные волосы, зачесанные кверху и спадающие пышными
волнами на обнаженные плечи,
подчеркивали матовый цвет кожи. Розовый оттенок шелка перекликался с
порозовевшим лицом. Вырез подвенечного платья
весьма скромно открывал грудь, короткие рукава с буфами подходили к жаркому
климату Флориды. Очарованная
собственным отражением, Франческа призналась себе, что никогда не выглядела
более привлекательно. Даже лицо Герды
Шенер смягчилось.
Франческа направилась к выходу из комнаты.
- Куда же вы? - воскликнула горничная.
Когда же Франческа даже не обернулась, не обращая внимания на ее слова,
миссис Шенер решительно произнесла:
- Вы не должны покидать этой комнаты до свадьбы. Осталось совсем немного.
Подождите здесь.
- Нет, - упрямо ответила Франческа.
Но когда Герда Шенер попыталась остановить ее, Франческа потеряла былую
решимость. Ее вновь охватила
неуверенность, и в это мгновение она вспомнила про Курта. Он был единственным
человеком во всем мире, который любит
ее и может ей помочь.
Горничная загородила собой дверь со словами:
- Вернитесь и сядьте на место, прошу вас. Вы никуда не пойдете в подвенечном
платье. И если вы появитесь у мистера
Курта, он скажет вам то же самое. Это плохая примета, если жених встретит
невесту перед венчанием.
Франческе было наплевать на всякие глупые приметы. Она понимала только то,
что Герда Шенер не пускает ее к Курту
Бергстрому, но она так или иначе должна попасть к нему. Поэтому она сделала шаг
в сторону, подождала, когда Герда
переместится туда же, и быстро прошмыгнула с другой стороны мимо горничной,
которая от досады лишь пробурчала чтото.
Франческа миновала спальню, затем спустилась по лестнице, быстро пересекла
парадный зал особняка и оказалась на
подъездной аллее. Она где-то обронила письмо Герберта Остроу, но сказала самой
себе, что это не так уж важно. Она
помнила буквально каждое слово и собиралась пересказать его Курту, когда попадет
в его домик.
Франческа торопливо шла по дорожке, обеими руками поддерживая пышную юбку
платья. Тяжелая волна волос
разметалась по плечам. В тяжелом полуденном зное лениво колыхались листья
деревьев. Ее охватило странное ощущение,
что она пребывает во сне и несется по воздуху сквозь пространство и время, не
чувствуя под ногами земли.
Знойное полуденное солнце слепило глаза. Ярко-зеленая, как в джунглях,
растительность Палм-Бич тоже казалась
ненастоящей. По посыпанной ракушками дорожке двигались одетые в белые одежды
призраки, порой растворяясь прямо в
воздухе. Земля под ногами покачивалась, Франческа закрыла глаза, споткнулась и
едва не упала. Но надо было идти дальше.
Впереди на дорожке появился призрак Карлы - она шла по благоухающей
олеандровой дорожке на встречу со своим
любовником. Карла в объятиях Ванни. И она, Франческа, тоже пробиралась по ночам
этой же самой дорожкой к своему
любовнику.
Темно-зеленые джунгли, ослепительный свет и белая дорожка перемешались перед
ее глазами. На несколько секунд она
даже забыла, куда бежала. Забыла причину, побудившую ее безоглядно пуститься
бегом. Забыла, почему на ней надето
подвенечное платье.
Франческа резко открыла дверь в домик для гостей и ворвалась в него с
выскакивающим из груди сердцем, едва переводя
дыхание от быстрой ходьбы. На пороге она выпустила из рук подол юбки, наступила
на него и едва не упала. Она так
запыхалась, что должна была успокоиться, прежде чем произнести хоть слово.
Дверь в ванную комнату была приоткрыта. Франческа привалилась в изнеможении
плечом к стене и схватилась рукой за
ручку двери в ванную, чтобы удержаться на ногах. Ей удалось только выговорить
его имя. Но ничего страшного - главное,
что она здесь, сейчас он обнимет ее, и она найдет покой в его объятиях.
Появление Франчески ошеломило его. Она так внезапно ворвалась в его домик,
что ей удалось застать его врасплох.
В раскрытом аптечном шкафчике над раковиной, в котором обычно хранят флакон
аспирина и зубной эликсир, были
самые разные предметы - чайная ложечка, прозрачный пакет с каким-то белым
порошком, моток лейкопластыря, несколько
комочков ваты со следами крови на ней, горящая свеча.
Когда Курт повернулся к Франческе всем своим крупным телом, она заметила, что
его глаза цвета морской воды как-то
странно смотрят в разные стороны, а губы окрашены кровью. Капли крови стекали из
уголков рта и капали ему на грудь. Все
вместе это придавало Курту страшный вид. Правой рукой он сжимал шприц. Кончики
пальцев были покрыты кровью.
Время перестало существовать для Франчески Она слышала только свое хриплое,
захлебывающееся дыхание, а
свободной рукой все еще держала пышную юбку своего подвенечного платья.
Кровь стекала из его рта, делая его похожим на какое-то чудовище, он попрежнему
смотрел на нее невидящим взглядом,
будучи не в состоянии произнести ни слова.
Франческа закричала. Этот вопль сам собой родился в ее сознании, ужасный
звук, который она не смогла подавить.
Франческа кричала не переставая, все вдруг оборвалось, темная волна небытия
навалилась и захлестнула ее. Голова
запрокинулась и конвульсивно задергалась. Она потеряла сознание.
17
Солнечный жар обрушивался на людей, стоящих в начале длинной цепочки, тогда
как на тех, кто замыкал ее, порой
набегала тень от широких листьев пальм, покачивающихся под порывами океанского
муссона.
Франческа, напряженная и немного растерянная, чувствовала, что она вот-вот
переломится пополам, так как большинство
гостей, пришедших на свадьбу и теперь ожидающих своей очереди поздравить ее, не
могли дотянуться до ее щеки в
традиционном поцелуе. Рядом с ней и Куртом стояли Касси и Анджело, шафер жениха
и самая почетная гостья празднества.
Но вот появился Гарри Стиллман, приблизившись к ним, он внимательно посмотрел
на Франческу, повернулся к
стоящему рядом с ним мужчине и негромко произнес:
- Боже мой, дела хуже, чем я слышал. Она совершенно не в себе.
Франческа только неопределенно улыбнулась. Ее щеки то и дело касалась тонкая
ткань фаты, колеблемая ветерком,
проносящимся по розарию. Над благоухающими цветами громко жужжали пчелы, порой
заглушая своим жужжанием
обычные пожелания счастья, на которые не скупились гости. Но Франческа все же
услышала слова Гарри Стилл-мана
совершенно четко. Ей непонятен был лишь тот неприязненный тон, которым они были
произнесены.
Не могла она и понять, почему вообще юрист из Майами присутствовал на ее
свадьбе. Она не припомнила, что
приглашала его, и успела заметить неприязненно-напряженное выражение лица Курта
Бергстрома при появлении юриста.
Этот человек в сером деловом костюме не вписывался в остальное общество и
отвечал такой же неприязнью Курту
Бергстрому.
Франческа повернула лицо к стоящему рядом с ней Курту, ища у него поддержки.
Белокурый красавец улыбнулся ей в
ответ. Когда она взглянула на него, Курт непроизвольно сжал ее пальцы. Он держал
ее руку в своей с того самого момента,
когда они вышли из особняка к гостям, ни на секунду не выпуская, даже во время
церемонии бракосочетания.
Что-то недоброе было в этом жесте...
"Он не позволяет мне отойти от себя ни на шаг", - поняла она.
Курт держал ее так для того, чтобы постоянно быть рядом с ней. Ей казалось,
что она стала почти невесомой, и, если бы
Курт не держал ее так крепко, налетевший с океана ветерок легко мог бы унести ее
на вершину пальмы, а там, глядишь, и в
открытое море. В ее сознании возникали какие-то отрывочные мрачные картины.
Суровая женщина, перетягивавшая
резиновым жгутом ее руку, капли крови на загорелой коже Курта.
Она поежилась и сказала себе, что это дурной сон.
Франческа не переставала улыбаться. Гости шумно веселились, хотя их и было
очень немного. Франческа заметила
мистера Овенса, мирового судью из Западного Палм-Бич, потягивавшего шампанское в
компании Анджело и Касси. Рядом с
ними возвышалась подобно громадной сосне миссис Шенер в своем неизменном
форменном платье. Отдельной группой,
ближе к дорожке, ведущей к дому, стояли Питер Пиви и Ларри, ее теперешний
телохранитель. На несколько минут к ним
присоединилась Делия Мари. Но Джона Тартла нигде не было видно.
Дороти Смитсон, ее секретарша, и Джон Тартл, ее телохранитель, покинули ее!
Это казалось невероятным, но так ей
сказали. Кто-то сказал, что Джон Тартл больше не работает в поместье, но
Франческа не могла припомнить, когда она
приняла решение уволить его.
Делия Мари приготовила закусок и шампанского на куда большее число гостей,
чем пришло на свадебное торжество.
Залитая солнцем поляна в розарии казалась пустынной. Но все в один голос
утверждали, что свадьба была великолепной. И
что Франческа была самой очаровательной невестой, которую им приходилось видеть.
"Жена Анджело, Касси, тоже очень красива", - флегматично подумала Франческа.
На Касси было надето длинное
одеяние из желтого шелка, явно приобретенное в юго-восточной Азии. Поначалу
Франческа очень удивилась, что Анджело и
Касси появились у них после столь долгого перерыва, но теперь ей это казалось
вполне естественным.
- Дорогая, улыбнись гостям, - услышала она обращенные к ней слова Курта.
Франческа послушно выполнила его просьбу. Из головы у нее не выходило
несколько вещей, о которых она никому ни за
что не хотела говорить. Один из этих секретов заключается в том, что она и Курт
отправлялись на "Фрейе" на Гавайские
острова проводить там свой медовый месяц. По этому случаю яхта была снята с
рейда и пришвартована к причалу, поджидая
их. Им предстояло долгое путешествие от Флориды через Панамский канал и по
Тихому океану, и она немного побаивалась
пускаться в такой дальний путь только с Куртом. Они намеревались привести в
порядок поместье Бладвортов на Мауи и
переселиться туда.
Другой секрет был в том, что накануне церемонии произошло что-то совершенно
непонятное. В ее памяти снова
отчетливо всплыло суровое лицо женщины, прижимавшей ее к кровати, и ощущение
перетянувшего ей руку резинового
жгута. Франческа вздрогнула. Пусть уж лучше эти воспоминания остаются в глубине
ее памяти и никогда не выходят оттуда
на поверхность.
Она перевела взгляд на Курта. Ее муж возвышался рядом с ней, неотразимо
элегантный в великолепно сшитом темносинем
блейзере с эмблемой яхт-клуба на нагрудном кармане, белой шелковой рубашке
и светло-сером галстуке. Он
олицетворял собой идеал мужчины. Его улыбка была такой же ласковой и
обволакивающей, по мнению Франчески, как и
теплое солнце Флориды, ласкающее их своими лучами. Даже тень заботы или тревоги
не омрачала теперь лицо ее мужа, и
она вздохнула с облегчением. Франческа тоже получила то, к чему стремилась. Она
будет любить Курта до конца своей
жизни.
Через несколько мгновений после того, как мировой судья объявил их мужем и
женой, Курт повернулся к Франческе, его
голубые глаза лучились любовью. Обеими руками он поднял спускавшуюся ей на лицо
длинную фату, и она посмотрела
прямо ему в глаза, совсем как тогда, в первый раз. Курт откинул фату и, очень
нежно взяв в ладони ее лицо, притянул к себе,
закрывая собой от взглядов гостей. Это мгновение должно было принадлежать только
им двоим.
Какая-то тень промелькнула в это мгновение в глубине его глаз, что-то похожее
на печаль.
- Я люблю тебя, Франческа, - негромко произнес Курт. - Я еще не говорил таких
слов ни одной женщине, но, с
божьей помощью, говорю их теперь. Я буду стараться измениться ради тебя, но ты
должна любить меня. И, если что-нибудь
случится со мной, пожалуйста, прости меня.
Эти слова показались ей очень странными. Франческа не поняла их, машинально
ответив на его поцелуй, завершающий
церемонию. Единственное, что она поняла, что он любит ее.
- Здесь хватит народу, чтобы осыпать их рисом? - громко спросила Касси.
Жена Анджело подошла к ним, держа в руках серебряный поднос с небольшими
пакетиками риса, перевязанными
розовыми и голубыми ленточками. Толстяк Анджело, облаченный в уже измятый белый
полотняный костюм, оглядел гостей.
- А куда это девались юристы? - неожиданно спросил он. - Ты не знаешь, Курт,
кто их надоумил явиться сюда
именно сегодня?
Франческа не обратила на эти слова никакого внимания, глядя на зелень
лужайки, разбитой вдоль розария, и на большой
фонтан, дорожка за которым, раздваиваясь, уходила к большому плавательному
бассейну и к домикам для гостей.
На повороте показался черный седан и резко затормозил, подняв облако белой
пыли. Из машины вышли трое мужчин в
черных официальных костюмах и торопливо направились вдоль окружавшей розарий
живой изгороди.
Поначалу никто из приглашенных на свадьбу гостей не обратил на них внимания.
Франческа лишь подумала, что если это
гости, то они изрядно опоздали. Почему-то эти мужчины ничуть не походили на
гостей.
Еще один черный седан появился на дорожке и, обогнув уже стоявший там
автомобиль, проехал чуть вперед и
остановился, скрипнув тормозами, у большого куста олеандра.
Анджело, с бокалом шампанского в руке, обернулся на шум. Курт в первый раз за
сегодняшний день выпустил из своей
ладони руку Франчески.
Несколько мужчин выскочили из второго автомобиля и двинулись за первой
группой, которая уже приблизилась к
невысокой живой изгороди по ту сторону розария. Трое из них перепрыгнули через
изгородь и, не успев погасить инерцию,
опрокинули празднично накрытый стол, уставленный тарелками с закусками,
серебряными ведерками с шампанским и
вазами с живыми цветами.
Касси вскрикнула. Анджело, двигаясь неожиданно быстро при всей своей полноте,
оттолкнул Франческу в сторону и
схватил Курта Бергстрома за руку, что-то крича при этом.
Они бросились бежать, даже не оглянувшись на застывших в изумлении жен, и
мчались к густым зарослям, которые
отделяли "Дом Чарльза" от соседнего поместья Уитни. Несколько мужчин в черных
костюмах бросилась наперерез Курту
Бергстрому и Анджело, чтобы перехватить их.
Франческа с открытым от удивления ртом смотрела, как мимо нее пробежал
человек с пистолетом, сверкающим
металлом на ярком солнечном свете. Повернувшись, она увидела рядом с собой Гарри
Стиллмана. Юрист успокаивающе
положил руку ей на плечо.
- Оставайтесь на месте, дорогая, - сказал он ей. - Не стоит вмешиваться во
все это.
Мимо них пробежали еще несколько человек, на этот раз в зеленых с бежевым
мундирах полиции штата. На
автомобильной дорожке остановилось еще несколько машин.
Высокий человек с суровым, но хорошо знакомым лицом, держа в руке что-то
бубнящее радиопереговорное устройство,
подбежал к Гарри Стиллману и протянул ему сложенный белый листок бумаги.
- Вот этот чертов ордер на арест, - сказал он.
Взгляд черных глаз Джона Тартла быстро скользнул по Франческе, отметив
роскошное подвенечное платье, тщательно
уложенные волосы и расширенные глаза на побледневшем лице.
- Боже Мой, - пробормотал он.
Потом, повернувшись к Гарри Стиллману, спросил:
- Они успели пожениться?
Юрист молча кивнул головой.
- Привет, Джон Тартл, - сказала Франческа.
Ей пришлось напрячь голос, чтобы перекрыть доносящиеся с прибрежного шоссе
завывания сирен. Она ничуть не
удивилась, что Джон Тартл появился, чтобы поздравить ее.
- Я рада, что вы пришли на мою свадьбу, - добавила она.
Джон Тартл снова взглянул на нее, и его взгляд был, как обычно, непроницаем.
Ничего не ответив, он быстро отошел от
нее.
Одетые в черное люди пробивались сквозь густые заросли, разделяющие два
поместья. Невнятные голоса из
переговорных устройств все еще висели в воздухе. Питер Пиви и телохранитель
подняли стол и унесли разбитую посуду и
испорченные закуски. Франческу одолело неистовое желание расхохотаться во все
горло.
Свадебное торжество явно закончилось весьма странно. Мировой судья, мистер
Овенс, разговаривал с юристом в сером
костюме, прибывшим из Майами вместе с Гарри Стиллманом. Все выглядели
возбужденными и озабоченными.
- Франческа, - мягко произнес Гарри Стиллман, - пусть миссис Шенер проводит
вас в вашу комнату. Вам лучше
прилечь. Франческа, дорогая, вы меня слышите?
Он поднял руку и осторожно повернул ее голову, чтобы увидеть лицо.
- Вот так лучше. Теперь поднимитесь наверх с миссис Шенер и лягте в постель,
а она позаботится о вас, пока все тут не
закончится.
Франческа широко улыбнулась ему в ответ.
- Боже мой, - внезапно произнес Гарри Стиллман, всматриваясь в ее глаза. - Да
ее надо немедленно показать врачу!
Он повернулся к миссис Шенер и произнес:
- Уложите ее в постель и побудьте рядом. Я постараюсь прислать кого-нибудь
присмотреть за ней через пару минут.
- А где же Курт? - спросила Франческа.
Никто не обратил внимания на ее слова. Даже Герда Шенер выглядела чем-то
озабоченной и довольно грубо потащила ее
по направлению к особняку, на каждом шагу повторяя, что надо спешить, спешить,
спешить.
С территории поместья Уитни доносился какой-то шум. Рядом с соседним
особняком виднелось много полицейских в
форме, которые что-то кричали в свои переговорные устройства, глядя в сторону
полицейского катера, патрулировавшего
пространство перед большой, выложенной плиткой террасой "Дома Чарльза",
выходившей к морю. "Фрейя" мирно
покачивалась на волнах в ожидании новобрачных.
Перед массивной резной дверью особняка Франческа замедлила шаг. Ей вовсе не
хотелось подниматься в спальню. В ее
памяти снова стали всплывать картины, которые она предпочла бы забыть. Как раз
сейчас Франческа начала вспоминать, кто
именно делал ей тот укол. Курт Бергстром после этого укола все время держал ее
за руку, не отпуская даже во время
свадебной церемонии.
- Постойте, - сказала Франческа.
Она схватилась рукой за дверную ручку. Ей не стоило заходить в дом, там с ней
могло случиться что-то нехорошее. В ней
вдруг шевельнулась неприязнь к миссис Шенер.
- Но где же Курт? - воскликнула она.
Она вышла замуж за Курта, и сейчас она хотела быть вместе с ним, а не с этой
суровой женщиной, которая крепко
держала ее за руку и пыталась затащить в дом.
Входная дверь открылась.
Парадный зал особняка был совершенно тих, темен и прохладен, словно
существовал в каком-то другом, параллельном
мире. Там, снаружи, под палящим солнцем бегали люди с портативными рациями в
руках и полицейский катер патрулировал
морской простор перед поместьем. Но внутри не было ни одного человека. Миссис
Шенер, потеряв терпение, отрывала от
дверной ручки пальцы Франчески. Та не могла сопротивляться, руки горничной не
уступали по силе рукам мужчины.
- Я хочу остаться здесь, - молила ее Франческа.
Из дома на нее надвигалась стена полумрака. Она не хотела уходить в нее.
- Я подожду Курта! - отчаянно крикнула она.
По полукруглой дорожке перед домом пробежал человек, прижимая ко рту рацию и
что-то говоря в нее. Миссис Шенер
рывком втащила Франческу в дом.
- Мистер Курт идет за вами, - злобно прошипела она. - Он придет сюда и
заберет вас! Вам надо переодеться и
дожидаться его здесь.
Франческа отпрянула от горничной, инстинктивно пытаясь спрятаться в полумраке
парадного зала. Она не верила ей. Но
обмануть миссис Шенер ей не удалось. Тогда она попыталась освободить руку из
железной хватки горничной.
- Я сама все сделаю! - топнула ногой Франческа. - И сама переоденусь!
Оставьте меня в покое!
С этими словами Франческа вбежала внутрь дома. В мертвой тишине здания
высокие каблуки ее туфель звонко цокали по
полированному мрамору пола. Пышная юбка подвенечного платья стесняла ее
движения. Свободной рукой она попыталась
отбросить с лица фату, но проволочное кольцо, которым она была прикреплена к
волосам, не позволило этого сделать.
Франческа сказала себе, что не имеет смысла сражаться с миссис Шенер по всякому
поводу; лучше всего просто убежать от
нее. Ей нужен был Курт.
- Куда я иду? - растерянно воскликнула Франческа, снова ощутив провал в
памяти.
Горничная развернула ее лицом к галерее и толкнула в спину со словами:
- Вам надо переодеться. Сделайте то, что вам сказал этот юрист, мистер
Стиллман.
- Конечно, - с сомнением в голосе произнесла Франческа.
Опять всплыло неприятное воспоминание: Курт держит ее, прижимая к кровати в
домике для гостей, а миссис Шенер
склоняется над ней. Он легонько целует ее, говоря, что все будет хорошо, что она
должна любить его и верить ему. Миссис
Шенер в это время перетягивает резиновым жгутом ее левую руку, в сгибе которой
вздувается вена.
"Только один укол, моя дорогая. И все будет в порядке", - зловещим эхом
звучит голос Курта.
Франческа с такой силой рванула свою руку, что освободилась от хватки миссис
Шенер, сделала несколько шагов и
оказалась на площадке. Ночной кошмар снова становился реальностью!
Нагнувшись, она обеими руками подняла юбку своего подвенечного платья.
Единственным безопасным для нее местом
была теперь ее собственная комната.
Она услышала, что за ее спиной громыхают по деревянной лестнице тяжелые шаги
миссис Шенер. Взбежав на галерею,
Франческа снова наступила на юбку, услышав, как затрещала ткань, упала на колени
и попыталась позвать кого-нибудь на
помощь. Снаружи дома, всего в нескольких шагах от нее, были люди, которые могли
ей помочь. Но никто даже не мог
предположить, что Франческе очень нужна их помощь.
Грубые руки горничной подхватили ее под мышки и поволокли прочь от лестницы.
У Франчески кружилась голова, она
воспринимала все происходящее с ней, как во сне. Прекратив сопротивление, она
поджала под себя ноги, запутавшись в
пышной юбке, и откинулась назад. Один рукав ее подвенечного платья оторвался, но
ей это было безразлично.
За спиной у нее оказалась Герда Шенер, которая, пропустив свои руки у нее под
мышками, сцепила их в замок у нее на
затылке, словно цирковой борец, лишив ее возможности двигаться, и тащила ее по
галерее спиной вперед, мимо ее комнаты.
- Там вас никто не сможет найти, - говорила миссис Шенер на одной ноте. - Ни
эти юристы, ни доктора, которых они
хотят сюда притащить.
Франческа ухитрилась вывернуться и одной рукой вслепую царапнула лицо
горничной. Миссис Шенер застонала от боли,
но не ослабила своей хватки.
- Там никто не сможет найти вас. Только он, - монотонно повторяла она.
Стукнула дверь, распахнутая миссис Шенер. Франческа зацепилась ногой за
дверной косяк и, всхлипывая от усилий,
сражалась изо всех своих сил. Они были где-то на галерее, у входа в одну из
неиспользуемых спален, она не могла
вспомнить, в какую именно. Горничная пыталась втащить ее внутрь комнаты.
Франческа отчаянно закричала. Ее крик гулко отдался под высоким сводчатым
потолком и растаял в громаде зала. Во
всем доме не было никого, кто мог бы его услышать.
Голова снова пошла кругом, у Франчески все поплыло перед глазами, но она
поняла, что должна изо всех сил сражаться
за свою жизнь, и со в
...Закладка в соц.сетях
