Жанр: Любовные романы
Безумная полночь
...ц служил хорошим примером для
подрастающего мальчика.
— У Бо было множество женщин, — вставила Сисси. — Полным-
полно.
— Нет! — взвизгнула Дарси. — Прекрати, Сисси! Она специально
говорит так, чтобы позлить меня, — сказала она, обращаясь к
Рейчел. — Подожди — на следующий год Сисси начнет выезжать, у нее будет
множество, полно поклонников, и тогда она будет вести себя как нормальный
человек. Так всегда бывает. Как бы то ни было, Кларисса спускала денежки Ли
Тилсона, летая в Нью-Йорк и Париж за старинной мебелью. А Ли был так же
отвратителен, как его лошади и огромные
Кадиллаки
, он все пытался стать
своим среди аристократов Юга, все хотел увидеть свое имя в чарлстонских
Ньюс
или
Курьер
. Тетя Кларисса даже пыталась сжечь дом, — сказала
Сисси вполголоса. — Когда сошла с ума. Вот что случилось с флигелем,
который вы видели.
Рейчел раздумывала, не будет ли невежливо попросить разрешения вздремнуть
перед обедом. Глаза закрывались, несмотря на все ее героические усилия. а
ветерок, приносивший в комнату ароматы цветов, действовал как наркотик. У
нее было ощущение, что сестры, в особенности Дарси, способны часами
рассказывать семейную историю. Она подавила зевок.
— Ох, Сисси, этот дом всегда кто-нибудь пытается сжечь, — ответила
Дарси. — Разве ты не помнишь историю, которую рассказывал отец, как
начался пожар, когда дядя Истилл включил там газовую плиту вскоре после
окончания Второй мировой войны? А когда загорелось в столовой как-то на
Рождество — там были мать и отец дяди Истилла, Роуз и Харви Бомонт. Они все
напились на праздник, а когда елка занялась, заливали ее
бурбоном и шампанским, отчего пламя только усиливалось. Это слуги побежали
на реку за водой, они-то все были трезвые.
— Тетя Кларисса принесла из гаража канистру с бензином, когда совсем
сошла с ума, — сказала Сисси, глядя на Рейчел со своей всегдашней
невозмутимостью, — и подожгла свою спальню. Все загорелось, во всяком
случае, тот флигель. Когда ее вытащили, с ней уже было все кончено. Мне
говорил владелец похоронного бюро, что ее вынесли в прорезиненной мешке.
Дарси негодующе вскрикнула:
— Ты просто добиваешься, чтобы кого-нибудь и нас стошнило, мерзкая
девчонка! Кроме того, — возразила она, — ведь проклятие гласит,
что Тихая Пристань должна не сгореть, а развалиться. Бог знает, когда у Бо
найдутся деньги, чтобы вновь отстроить флигель, если даже он соберется это
сделать.
Рейчел, опираясь на локоть, прилегла на постель. Голоса сестер доносились до
нее словно бы издалека. Их поглощенность прошлым была удивительна, ведь они
так молоды. Ей всегда казалось, что эта страсть присуща старикам, людям,
живущим воспоминаниями, хранящим в памяти семейную историю многих поколений.
Голоса превратились в шепот, свет потускнел. Последнее, что Рейчел услышала,
был звук закрывающейся двери.
Рейчел уснула в одежде на огромной постели со сборчатым пологом. Сон одолел
ее, вместе с ним пришла черная пустота.
Затем она осознала, что лежит на бортике хорошо знакомой поливалки, которую
трактор тащит по полю вдоль рядов помидорной рассады. Все было удивительно
реально: она подумала, что слишком устала, чтобы работать после бессонных
ночных часов, о которых боялась вспомнить. И после долгого путешествия в
Чарлстон. Как она снова оказалась в Дрейтонвилле? Рейчел была неприятно
удивлена.
Когда она наклонилась, чтобы воткнуть зеленый росток в темно-коричневую
землю, неизвестно откуда в борозды хлынула вода. Ей никогда раньше не
приходилось видеть столько воды — гораздо больше, чем могло уместиться в
цистерне. Она смотрела, как борозды наполняются свинцового цвета водой, как
вода продолжает прибывать, ей казалось, что она вместе с поливалкой окружена
внезапно возникшим озером. Затем поливалка вместе с Рейчел поплыла. Рейчел
не могла пошевелиться. Кругом была вода, одступая все выше, поднимаясь к
самому ее лицу, а она не могла двинуть ни рукой, ни ногой.
Вздрогнув от ужаса, Рейчел проснулась.
Было довольно поздно. Рядом с кроватью зажглась лампа в абажуре, отделанном
оборкой. Рейчел заморгала. Длинные легкие занавески на окнах и от крытой
двери на веранду шевелил вечерний бриз. В комнате пахло цветами. Дарси
Батлер в длинном белом вечернем платье, отливавшем блеском, склонилась над
ней...
Это же Чарлстон
, — смутно подумала Рейчел.
Прохладная мягкая рука коснулась ее лба.
— Дарси? — прошептала Рейчел. На какой-то момент прекрасная
белокурая женщина показалась ей мерцающим призраком.
— Дорогая, мне кажется, у тебя небольшая температура. — Дарси
озабоченно нахмурилась. — Я должна уйти. У меня назначена встреча. Но
если тебе что-нибудь понадобится, Сисси и кухарка здесь.
Рейчел увидела, как руки Дарси отодвинули лампу, чтобы свет не мешал ей.
— Спи, дорогая. Я так рада, что мы привезли тебя в Чарлстон. Не знаю,
что ты делала в последнее время, но ты совершенно измучена.
Рейчел вытянулась на кровати.
Это Чарлстон
, — напомнила она себе,
облегченно вздохнув. Удивительно, что ее сморил такой тяжкий, изматывающий
сон — обычно она несколько дней привыкала спаи на новом месте, на незнакомой
постели. Усталость словно темная дымка, обволакивала ее. Последим ее
ощущением было то, что она совершенно не хочет спать.
Но она уснула. Сон разворачивался медленно сопровождался странным осознанием
того, что о спит, что это сон, а она в числе его персонажей,
v танцевала при свете свечей в зале в этом доме,
Неужели это вправду дом Батлеров в Чарлстоне?
— думалось ей при входе в
просторный зал на верхнем этаже. В окнах виднелись одетые мраком улицы
города и слабые отражения огней в Чарлстонском заливе В зале присутствовало
множество пар, вальсировавших под музыку невидимого оркестра, кавалеры были
в старинных вечерних костюмах, а дамы в блестящих шелковых платьях,
несколько напоминавших платье Дарси, но с юбками до полу и с глубокими
вырезами, оставлявшими открытыми руки и плечи.
Рейчел чувствовала странность своего присутствия здесь — у нее было
ощущение, что все это происходило когда-то в прошлом. Затем толпа
разделилась, появился необыкновенно красивый мужчина в старинном черном
фраке, с позолоченными солнцем волосами и удивительными глазами. Он слегка
поклонился Рейчел и закружил ее в медленном вальсе.
Это слишком реально, — подумала Рейчел, борясь с дремотой. — Как
можно видеть сон и в то же время сознавать, что ты спишь?
Но тело Бо
Тилсона было теплым и крепким, настолько реальным, что она ощущала запах его
кожи, густых, чуть вьющихся волос и легчайший аромат одеколона. Он легко
кружил Рейчел в танце и улыбался, глядя на нее сверху низ. От его улыбки у
нее сильнее забилось сердце. Они танцевали среди других пар, шелковое
мерцающее платье Рейчел развевалось в такт мелодии вальса.
Все время, пока они танцевали, в окна зала бился шторм, иногда порывы ветра заглушали звуки музыки.
Вдруг комнату стал заливать дождь, вода лилась по стенам, атласные шторы
намокли, на натертом полу появились лужи. Но танцоры продолжали кружиться,
как автоматы, поднимая брызги, а вода все прибывала.
Рейчел пробовала вырваться из рук Бо Тилсона. Вода доходила им до колен.
Насквозь промокшее и ставшее тяжелым шелковое платье Рейчел обвивалось
вокруг ног, она тяжело дышала, с трудом продолжая танец. Красивое суровое
лицо Бо склонилось к ней, его теплые губы коснулись ее губ.
— Рейчел, — произнес он слегка хрипловатым голосом. Вокруг них
вращался печальный мир давно умерших людей, в доме гулко разносилось
эхо. — Рейчел, я никогда не смогу полюбить тебя.
Она вздрогнула и проснулась.
Села на постели, уставившись в темноту невидящим взглядом. Рейчел не сразу
поняла, где находится. Сон не оставлял ее. Потом она вспомнила, что
находится в Чарлстоне. Откуда-то снизу слышался звук работающего телевизора.
Наверное, Сисси смотри фильм. Белые занавески чуть колыхались, за ними
стояла темнота, откуда-то из сада доносилась ночная песня пересмешника. Это
была реальность.
Но, вздрогнув, поняла Рейчел, реальностью были вкус нежного, печального
поцелуя Бо Тилсона на ее губах.
Глава 8
Уже в третий или четвертый раз Рейчел оправляла себе лиф одного из вечерних
платьев Дарси, раздумывая, как бы поговорить с его хозяйкой о предстоящей
встрече с незнакомым человеком.
Глядя в трюмо поверх белокурой головы Дарси, Рейчел ясно видела, что вырез
платья из тафты покрывавшего плечи, слишком велик для нее. Слишком велика
была разница между объемом груди Рейчел и высокой, изящной Дарси, сейчас
стоявшей перед ней на коленях, пытаясь подколоть подол.
Дарси приложила массу усилий, чтобы устроить Рейчел замечательный отдых в
Чарлстоне, и Рейчел испытывала к ней огромную благодарность. Но встреча в
субботу вечером с молодым майором воздушных сил и его приятелем — второпях
найденным, чтобы сопровождать Рейчел на обед, в театр и на танцы, —
скорее всего обернется такой же неудачей, как парная игра в теннис сегодня
утром с двумя морскими офицерами.
Дарси забыла спросить, играет ли она в теннис; в последний момент перед
игрой на открытых кортах в Чарлстонском клубе партнеры Рейчел по игре
выяснили, что она была членом дублирующей команды по плаванию в Суортморе,
но на твердом грунте не может ничего. В результате партнер Рейчел, один из
лучших игроков Чарлстонской морской базы, оказался побежденным.
Я не готова встречаться с кем-либо
, — думала Рейчел, глядя, как
Дарси, держа во рту булавки, на коленях подгоняет по ней длину платья. Она
винила себя за то, что не может недвусмысленно дать понять это Но
протестовать против того, что делала для нее добросердечная Дарси, было
слишком трудно. Одной из причин, вызывавших сопротивление Рейчел, была
давняя — всего год назад — смерть Дэна. Другую обьяснить гораздо сложнее,
особенно Дарси, выросшей Чарлстоне.
Дочь адмирала, странствовавшая по свету вместе с флотом, Дарси прекрасно
чувствовала себя в кругу молодых офицеров. Но для Рейчел с ее пацифистскими
квакерскими убеждениями это было совершенно непривычное окружение.
Рейчел снова взглянула на лиф прелестного вечернего платья — он упорно
сползал вниз по ее груди. Под этим явно очень дорогим платьем — она заметила
ярлычок, влезая в него, платье было от Холс-тона — у Рейчел ничего не было,
так как Дарси заверила ее, что в него вшит бюстгальтер. Но если даже так,
Рейчел не ощущала его. Ей трудно было себе представить, что в таком виде
можно появиться на людях.
Ее смущал не только наряд. Как она выяснила во время завтрака на террасе
клуба после неудачной попытки сыграть в теннис, разговор с молодыми
офицерами шел у нее довольно легко, если он не касался последних масштабных
учений, ситуации на Ближнем Востоке и других расхожих тем. Но, к несчастью,
именно все эти темы были в центре внимания офицеров.
Большую часть завтрака Рейчел просидела, не говоря ни слова, сознавая, что
ее убеждения не дают возможности отозваться на рассказы, явно
предназначенные для того, чтобы развлечь ее. Разве это забавно, думала она,
когда оба морских летчика поддразнивали друг друга, сравнивая, кто сколько
раз промахнулся и не поразил цель на компьютеризованных экранах слежения
авианосца? Она прекрасно понимала, что разоблачение планов врага в
имитированном сражении не означает ничьей гибели, но тем не менее была в
ужасе.
Она сидела молча, огорчаясь, что из-за нее красавец партнер проиграл матч. А
еще больше из-за того, что чувствовала себя здесь лишней. Последний удар
Рейчел получила, когда они расходились к своим машинам. Вовсе не желая того,
она услышала, как ее партнер по теннису сказал приятелю, что она
привлекательна, но ужасно робка. Слова его были вполне безобидными, но, судя
по тону, он считал ее совершенной неудачницей.
Нет, нет, я не готова к этому
, — думала Рейчел, рассматривая
незнакомое ярко-синее платье в высоком зеркале. К попыткам быть
привлекательной и желанной, к игре, которую Дарси, по всей видимости,
считала самой подходящей для достойной молодой вдовы. И в особенности к
тому, что эта игра была связана с людьми, которые постоянно готовили себя
для войны. Во время завтрака Рейчел все время хотелось встать из-за стола,
бросить на стол салфетку, уйти и не слышать этих шуточек настоящих
закаленных мужчин.
— Может быть, оставим так? — спросила Дарси, вытащив булавки изо
рта, прежде чем заговорить. — Его нельзя сделать короче, Рейчел, там
дальше подкладка. Давай оставим!
— Дарси, дело не в этом... Я просто не могу в нем дышать, —
сказала Рейчел. — Кроме того, — она огорченно взглянула на свое
отражение, — мой бюст, как бы сказать, намного больше твоего.
Дарси отдала коробочку с булавками Сисси, сидевшей на кровати и следившей за
всей этой возней весьма критическим взором. Глаза старшей сестры
округлились.
— Ты слышишь? Ты понимаешь, что, в сущности, она недовольна своей
роскошной фигурой? А я тостараюсь подобрать что-то подходящее, чтобы майор
Ферман или кто другой, кого Боб приведет сегодня, был при первом же взгляде
убит наповал!
Все три женщины разглядывали отражение Рейчел в зеркале.
— Не тот цвет, — рассудительно произнесла Сиси, искоса взглянув на
платье. — Этот переливающийся синий оттенок не подходит рыжеволосым,
Дарси. И тесновато в груди. Оно сплющивает фигуру.
— Я могу надеть платье обычной длины, — ответила Рейчел, —
или, еще лучше, я останусь вечером с Сисси. Мне будет хорошо, правда.
Смелые платья, которые с таким изяществом носила Дарси, тоненькая, как
манекенщица, не подходили для пышной фигуры Рейчел. У самой Рейчел были
вечерние платья, но она не сочла их предметами первой необходимости,
отправляясь работать в маленький южный городок, и оставила в Филадельфии. И,
конечно же, ее гардероб, по сравнению с платьями Дарси, был гораздо
консервативнее.
Ей хотелось настоять на своем и остаться дома смотреть вместе с Сисси
субботнюю вечернюю программу. Но вдруг Клара, повариха и главная экономка
Батлеров, неожиданно появившись в дверях спальни, подала голос:
— Я думаю, мисс Сисси права. Почему бы вам непопробовать новое белое
платье, которое вы еще не надевали, мисс Дарси, то, что вы купили в Новом
Орлеане?
— О боже! — Дарси вскочила на ноги, отвела с лица прядь золотых
волос. Сдвинув брови, она смотрела на Рейчел. — Действительно, что же
мы не подумали о нем, прежде чем я начала возиться с этим чертовым подолом?
И вот я тут ползаю на коленях, а ты стоишь, плоская, как доска, вместо того
чтобы вы глядеть совершенно сногсшибательно!
— Дарси, с этим еще столько возни... — начала было Рейчел, но ей
пришлось замолчать, потому что Дарси и высокая негритянка-повариха принялись
быстро стаскивать с нее платье.
Оставшись в одних трусиках, Рейчел безуспешно поискала, чем бы прикрыться,
и, ничего не найдя, обхватила себя руками.
— Я сейчас принесу, — крикнула Сисси, спрыгивая с кровати.
Дарси, — начала Рейчел, — я очень ценю всю твою заботу, но...
Ее никто не слушал. На нее натягивали тяжелое шелковое белое платье,
застегивали на спине, разглаживали на груди и на талии, и Рейчел ничего не
оставалось, как наблюдать за этой возней с удивленной улыбкой.
— Кажется, в этот раз мы угадали! — удовлетворенно воскликнула
Дарси. Ее пальцы вынимали шпильки из длинной косы Рейчел, заколотой узлом
низко над шеей.
Рейчел наконец посмотрела на себя в зеркало. Вечернее платье из тяжелого
белого крепа было скроено в стиле ампир, высокая линия отреза проходила под
глубоко декольтированным лифом, расшитым жемчугом и крохотными прозрачными
бусинками, державшимся на тоненьких бретельках из того же крепа. Если сине-
зеленая тафта выглядела на Рейчел несколько кричаще, то белый креп придал ей
соблазнительность, которая непостижимым образом сочеталась с олимпийским
величием.
— Я похожа на статистку из какого-нибудь фильма про Наполеона, —
ахнула Рейчел, прикрывая рукой поднятую лифом платья полуобнаженную
грудь. — Если я нагнусь, то грудь вывалится!
— Если ты что-нибудь уронишь, позволь это поднять своему
спутнику, — рассудительно возразила ей Дарси.
Сисси пришла в голову мысль вплести нитку жемчуга в тяжелую, толстую косу
Рейчел, которую Дарси уложила короной. Рейчел не в первый раз надевала
бальное платье, они все понимали это, но сказочно дорогое платье Дарси от
Ива Сен-Лорана и уложенная венцом темно-рыжая коса с вплетенными жемчужинами
преобразили Рейчел.
— Она выглядит совершенно по-старочарлстонски, — заметила
Сисси. — Особенно потому, что не накрашена.
— Господи, мне так и казалось, что мы про что-то забыли! —
воскликнула ее сестра.
И Сисси тут же послали за сафьяновой косметичкой Дарси. Несмотря на все
протесты, Рейчел пришлось позволить коснуться своих губ красновато-
коричневой помадой, которая не контрастировала ни с цветом ее волос, ни с
матово-белой кожей открытых плеч и груди. Невзирая на стоны Рейчел, Сисси
положила ей на веки зеленовато-коричневые тени.
Все молча созерцали результат своих усилий.
— Боже мой, — прошептала Дарси, — ей нуженвеер! Она словно из
фильма
Моя прекрасная леди
!
— Подбери живот, — скомандовала Сисси. — Сиськи будут лучше
торчать.
— Вы прекрасно выглядите, дорогая, — одобрительно отозвалась
повариха. — Не позволяйте девочкам дразнить вас.
Рейчел рассматривала женщину в высоком зеркале. Перед ней стояло совершенно
невероятное видение в белом платье в стиле ампир, которое подчеркивало —
даже слишком — ее стройную и вместе с тем пышную фигуру, длинную шею и
несколько вольную, изукрашенную драгоценностями прическу.
Рейчел долго изучала свое отражение, не желая анализировать сумятицу
охвативших ее чувств.
За последние несколько дней в ее жизни произошли такие резкие изменения, что
она не знала, в силах ли справиться с ними. Не прекрасная женщина, глядевшая
на Рейчел из зеркала, беспокоила ее. Даже в этой модной чарлстонской
красавице, собравшейся на обед или в оперу, она легко узнавала себя; она
знала, что привлекательна и что ее привлекательность можно подчеркнуть,
знала, что ей посчастливилось обладать фигурой, которая всегда привлекала
мужчин больше, чем хотелось бы самой Рейчел. Дело было и не в том, что
прекрасное платье Дарси напоминало ей то, в котором она прошлой ночью во
сне, в этой удивительной фантазии о призрачном бале и страшном шторме,
танцевала в объятиях Бо Тилсона.
Нет, больше всего ее смущало открытие собственной пугающей чувственности.
Именно об этом говорило ей высокое зеркало с полной откровенностью. Именно
это, Рейчел была уверена, видел в ней Бо Тилсон, и именно это тянуло его к
ней.
Она видела отраженную в трюмо прекрасную женщину во всей земной красе ее
прекрасных нарядов, женщину, которая так страстно отвечала поцелуям его
горячих твердых губ и прикосновениям его рук, которая лежала в его объятиях
и желала его без Раскаяния, без чувства вины, без сожалений — но с неистовым
наслаждением. Неважно, что Рейчел раньше не подозревала о существовании этой
женщины. Теперь она была здесь.
Рейчел не могла отвести взгляда от несколько пугавшего ее саму отражения.
Дарси прошептала:
— Господи, я не подозревала, что Рейчел не знает, как она выглядит!
Да, но сама Рейчел знала, и проблема была именно в этом.
— Что ты подозревала? — вполголоса переспроса Рейчел.
И Дарси мягко сказала:
— Золотко, я надеюсь, ты сумеешь воспользоваться тем, что ты
совершенная красавица.
Вечер мог оказаться, как опасалась Рейчел, катас-трофой. Но он оказался
триумфом, хотя и утомитель. ным. Кавалер Рейчел, которого привел с собой по.
клонник Дарси, выглядел счастливым, ослепленным даже ошеломленным. На
представлении
Риголетто, в Чарлстоне ком оперном театре большую часть
времени он посвятил не тому, что происходило на сцене, а изучению выреза
потрясающего платья Рейчел.
Ужин и танцы в ночном ресторане, у Поуки Джо, оказались приятным
времяпровождением. Рейчел не была завзятой танцоркой, и ее кавалер, майор
воздушных сил, с готовностью принес себя в жертву и танцевал только
медленные танцы, крепко держа Рейчел в объятиях, слегка покачиваясь в ритме
мелодии. Во время третьего или четвертого танца Рейчел почувствовала, что он
явно заинтересован ею, и постаралась отдалиться от него хотя бы на некоторое
расстояние. Довольно бессмысленный диалог, казалось, поддерживался сам
собой. В основном он сводился к аргументам в пользу того, чтобы Рейчел не
уезжала в воскресенье в Дрейтонвилл, а провела еще неделю в Чарлстоне, к
восхвалению ее красоты и к предупреждениям другим офицерам, чтобы они не
пытались конкурировать с ним. Это все было весело, иногда даже смешно, и
Рейчел много смеялась, еше больше очаровывая этим своего кавалера. Это
полностью искупало ее неудачную утреннюю игру в теннис.
Когда наконец часа в два ночи они попали домой, Сисси не спала, дожидаясь их
возвращения.
— Расскажите мне все, — потребовала девушка, когда они поднялись
по величественному изгибу лестницы. — Он собирается встретиться с ней
еше, Дарси? Что он говорил? Что вы все делали? Все только и смотрели на
тебя, да?
Сестры вошли в спальню к Рейчел для традиционного вечернего разбора полетов.
Как в старые добрые времена в колледже
, — подумала Рейчел, с
нежностью глядя на них.
— У тебя губная помада размазалась, — заметила Сисси, поглядев на
Рейчел. — Он пытался целовать тебя?
Рейчел потерла рукой губы. В машине майор всеми силами старался добыть ее
адрес и телефонный номер в Дрейтонвилле, что льстило ей, но в этот момент
было совсем не нужно.
Дарси вздохнула.
— В другой раз мы все распланируем гораздо лучше. — Она откинулась
назад, опираясь на локти. Ее белокурая красота, подчеркнутая атласным черным
облегающим платьем и каплевидными бриллиантовыми серьгами, контрастировала с
рыжими волосами Рейчел, ее белым платьем и жемчугами.
— Ох, Рейчел, милочка, ты даже не представляешь, какое оживление
вызвало твое появление! Это просто наслаждение — представить Чарлстону
красавицу, которая может свести с ума любого мужчину.
Думаю, что ни один холостяк не будет хорошо спатьэтой ночью. Когда ты
приедешь в другой раз, у нас будет больше времени походить по магазинам и
закупить множество вещей, без которых нельзя пускаться в это плавание,
золотко. Я была бы рада нарядить тебя. Ты просто поразила всех в Чарлстоне
сегодня ночью... нет, вчера, — поправилась она, взглянув на золотые
часики на запястье. — Сисси, в опере все пришли в волнение, можно было
услышать, как люди привстают со своих кресел, чтобы рассмотреть Рейчел, а
программки у всех так и трепетали. Там, конечно, больше подходящих людей,
чем на морской или воздушной базе. Клянусь, когда во втором ант акте двое
молодых людей из Айзерда подошли поближе и прохаживались неподалеку, майор
Ферман готов был просто убить их! Рейчел, ты еще ничего здесь не видела. Мы
представим тебя целой стае холостяков старого Чарлстона, они просто с ума
сойдут Знаешь, мы ведь здесь даже играем в поло — унаследованное богатство,
банковское дело и, разумеется, владельцы старых плантаций, такие, как
Мидлтоны и Ретты. У тебя будет ощущение, что ты не уезжала из
Филадельфии. — Она погладила Рейчел по руке.
— Когда ты сможешь приехать к нам снова? — допытывалась Сисси.
Рейчел вздохнула. Объяснить, что с ней происходит, было довольно трудно.
— Я подумаю, — ответила она уклончиво.
Но у нее уже сложилось решение.
Еще не было десяти утра — Сисси и Дарси, посещавшие церковь довольно редко,
еще спали, — а Рейчел уже вышла из дома Батлеров и пошла по Кинг-стрит
на запад. Ежемесячное собрание религиозного общества друзей, или квакеров —
это название более распространено, — происходило в одном из знаменитых
чарлстонских особняков, построенных в восемнадцатом веке, выходивших прямо
на ули...
Закладка в соц.сетях
