Жанр: Любовные романы
Безумная полночь
...и его
вопросительно изогнулись. Наконец он сказал:
— Прошу извинить меня. Кажется, он настроен решительно против.
— Он даже не стал слушать! — Рейчел никак не могла примириться с
поражением. — Он даже не присел. Этот человек склонен к насилию. —
Она испытывала мстительную радость оттого, что высказала свое мнение. —
Он даже не выслушал нашего предложения.
Юрист вздохнул:
— Мне думается, теперь будет лучше, если вы дадите мне возможность
самому поговорить с Бо. Посмотрим, что я смогу сделать.
Рейчел взглянула на него, и он продолжал:
— Не знаю, что нашло на Бо, но он страшно зол. Дадим ему немного
времени, чтобы остынуть. Надеюсь, что он смягчится.
Рейчел сомневалась в этом... Пока что она убедилась, что Бомонт Тилсон
опасен. И склонен к насилию. И то, что произошло в этой комнате, нисколько
не разубедило ее.
— У нас не так много времени, — напомнила она юристу. — Мы
действительно должны пользоваться Дорогой. Скоро пойдут сорняки, тогда
придется пользоваться трактором, чтобы обработать поле. — Она
нахмурилась. — Думаю, что переговоры ни к чему не приведут. По закону
мы правы. Я нашла время поинтересоваться. Нет никаких записей о том, что
Дорогу перекрывали каждый год на сорок восемь часов, чтобы она могла
считаться частной собственностью.
Юрист смотрел на нее со странным выражением.
— Миссис Бринтон, надеюсь, вы не будете в обиде, если я скажу, что вы
очень настойчивая молодая женщина. Это действительно задевает Бо Тилсона
самым неприятным образом. Возможно, у нас на Юге немного другой подход к
проблемам, чем, скажем, в Филадельфии. Когда вы немного поживете здесь, то
поймете, что иногда мы ходим вокруг, даем страстям улечься, что-то
сглаживаем и сначала беседуем, прежде чем дойти до сути. — Он
улыбнулся. — Иногда мы даже не доходим до сути, или, во всяком случае,
так кажется со стороны. Мы придаем большое значение тому, чтобы все шло
своим путем. Например, я начинаю думать, что мы, возможно, слегка прижали Бо
Тилсона к стенке, настаивая, что он должен согласиться на то, на что, по
вашему мнению, вы имеете право. Вы следите за тем, что я говорю?
— Я не понимаю... — ответила Рейчел.
Он только улыбнулся.
— Пока мы не дадим возможности Бо выйти из угла, куда мы его загнали, с
ним будет труднее иметь дело, чем с разъяренным медведем. А все время
повторять, что он, очевидно, не знает законов, тоже мало поможет делу. Я
хочу, чтобы вы обещали, — сказал юрист, вставая, — что дадите мне
возможность заняться этим самому.
Рейчел вышла на площадку для парковки навстречу теплому ветру и внезапно
налетевшему сильному весеннему дождю. Она не могла удержаться от того, чтобы
не охнуть от огорчения. Ведь она тщательно оделась на эту встречу: прекрасно
сшитый шерстяной костюм болотно-зеленого цвета, лучшая и единственная пара
туфель из телячьей кожи ручной работы и сумочка в тон, но зонтика она не
взяла. Казалось вполне логичным, что неудачное утро кончится так же, как и
началось, и ее лучший костюм промокнет. Ее волосы были тщательно уложены в
строгую прическу. Она попробовала утешиться тем, что, по крайней мере, они
не превратятся в копну рыжих кудрей, как обычно, когда завитками окружают ее
щеки и спускаются на шею.
Со вздохом сожаления Рейчел загородила голову от струй дождя дорогой кожаной
сумочкой и быстрым шагом двинулась через площадку к своей машине. Она так
торопилась, идя с опущенной головой, что не заметила мужчину, пока тот не
вышел ей навстречу из-за довольно помятого джипа. Она успела подавить
испуганный возглас.
— Я не закончил с вами, — сказал Бомонт Тилсон. Он протянул
длинную руку и схватил Рейчел за талию, при этом с головы ее слетела
прикрывавшая волосы сумочка.
Дождь стекал по прядям его выгоревших волос и прямым темным бровям. Когда он
наклонился к Рейчел, она в полной мере ощутила всю силу его сузившихся
горящих глаз.
— У меня нет времени валять с вами дурака, дамочка. — Капли дождя
дрожали на изогнутых темных ресницах. — Триста долларов — вот мое
последнее слово. Когда я дам вам деньги, вы подпишете отказ от права
пользования моей дорогой.
Он что, сумасшедший? — подумала Рейчел. — Действительно безумен?
На какой-то момент ей показалось, что так и есть.
— У-уйдите с дороги, — сказала она дрожащим голосом.
Рейчел благоразумно не пыталась освободить руку из удерживавшей ее ладони.
Ей вдруг показалось, что промокшая одежда стала непомерно тяжелой, Нервы
Рейчел напряглись. Он был слишком близко, он держал ее, нависал над ней.
Все, чего ей хотелось, — это как можно скорее оказаться в собственной
машине.
— Что вы делаете? — крикнула она. — Пустите меня!
Его взгляд задержался на ее мягких полуоткрытых губах.
— Почему бы вам не вернуться туда, откуда вы приехали, —
пробормотал он, — и не оставить меня в покое?
Прошло несколько долгих мгновений, и его взгляд поднялся к ее глазам.
— Вы причинили мне массу неприятностей, а у меня нет времени валять
дурака с вами. Я предлагаю вам три сотни долларов.
— Это идиотизм! — воскликнула Рейчел.
Длинное крепкое бедро прижалось к ее бедрам;
это привело ее в смятение. Вдруг ей пришла в голову совершенно неуместная
мысль, что для любого прохожего они представляют собой такую картину:
высокий мужчина в промокшем деловом костюме и столь же мокрая молодая
женщина, пытающаяся прикрыть голову плоской сумочкой, стоят, тесно
прижавшись друг к другу, словно любовники, между которыми происходит какая-
то размолвка.
Она попробовала освободиться от него.
— Вам следует поговорить с Пембруком Скривеном. Позвоните ему и
договоритесь о встрече!
Властным движением он крепко прижал Рейчел К себе, легко преодолев ее
сопротивление.
— Послушайте, вы что думаете, что это все шутка?
Другой рукой он схватил Рейчел за горло, длинные пальцы легко держали ее.
Глаза с золотистыми искорками были всего в нескольких дюймах от ее глаз.
— Нельзя, чтобы дорога в Тихой Пристани была общественной — это значит
открыть двери всем этим проходимцам, которые давно норовят туда попасть.
Черт, да вы слушаете меня?
Рейчел застыла, лицо ее побелело, темные бархатные глаза расширились.
Пембрук Скривен мог говорить сколько угодно, что этот человек не агрессивен,
не опасен, но ощущение крепкой хватки на собственном горле и отблеск ярости
на этом красивом лице убеждали ее в обратном. Сильные пальцы Бо впились в ее
нежную кожу, когда она сглатывала, они, казалось, еще глубже входили в ее
трахею, так что в ушах стоял звон. Она поняла, что он не сознает, насколько
крепко схватил ее. Странная, плывущая тишина, которую только усиливал
монотонный шум дождя, окутала их.
Она услышала, как он сказал:
— Проклятье!
Его пальцы внезапно отпустили ее горло. Рука все еще крепко держала ее, он
склонил голову. Рейчел неясно виделся атласный отлив кожи под резко
очерченными скулами, опустившиеся ресницы, чувственные, четко очерченные
губы, оказавшиеся слишком близко. Его дыхание коснулось ее губ.
— Черт, — пробормотал хриплый голос, — а почему бы и нет?
Губы Бо Тилсона прижались к ее губам.
Она оказалась в плену горячих мужских губ, которые властвовали над ее губами
с привычной искусностью. Его язык глубоко проник в ее рот, преодолевая
соротивление. Под этим стремительным чувственным натиском Рейчел застыла.
Этот человек целовал в своей жизни слишком много женщин, это ловкий ход,
внезапно с болью поняла она. Трюк... В этом поцелуе нет страсти, лишь почти
презрительная уверенность в успехе. И, как она обнаружила, защиты от этого
не было. Ноги подгибались, словно прикосновение его губ поразило ее
электрическим током.
Прошло несколько секунд, прежде чем Рейчел поняла, что он слегка изменил
позу, словно собственный поцелуй зажег в нем желание. Руки Бо, ослабив
хватку на ее локтях, переместились на спину, Удивительно, но Рейчел
послышался глухой звук — в нем мешались жадность и удивление. Очевидно,
ощущение было для него неожиданным — его язык, горячий и яростный, ласкал
ее, словно хотел поглотить, распробовать как следует, пока ощущение не
поблекло. Когда она, беспомощно трепеща, прижалась к нему, его золотистые
глаза потемнели. Руки напряглись, он крепко прижал Рейчел, так что она
ощутила явный признак его возбуждения.
Рейчел была оглушена его бешеным напором. Она никогда в жизни не ощущала
такой разрушительной, противоречащей здравому смыслу сексуальности, или того
отклика, который эта сексуальность будила в ней. Бо что-то торопливо
бормотал, не отрываясь от ее рта, его зубы покусывали ее нижнюю губу, а руки
скользнули ниже талии, сильные пальцы прижали ее бедра к его ногам. Но тут
Рейчел вдруг ощутила внезапное отвращение.
Что она делает? Это безобразно и отвратительно, она не хочет этого. С
несвойственной ей яростью Рейчел начала колотить его, затем отпрянула так
быстро, что он не успел ее удержать.
— Прекратите! — крикнула она и, пошатываясь, сделала шаг назад под
дождем, прижимая ладонь к горящим губам.
Прежде чем он попытался поймать Рейчел, она успела схватить сумочку и
устремилась прочь от него. По лужам, не разбирая дороги, она добежала до
автомобиля, распахнула дверцу и бросилась на сиденье. Захлопнула за собой
дверь и заблокировала ее. Рейчел трясло, дрожащими руками она шарила в
сумочке, пытаясь найти ключи от машины.
Бо Тилсон тут же оказался рядом. Она видела, как он наклонился под косыми
струями дождя, хлопнул ладонью по стеклу.
— Откройте! — кричал он. — Сейчас же впустите меня! Мне нужно
поговорить с вами!
Рейчел лихорадочно искала ключи. Нужно поскорее уехать отсюда, подальше от
этого неуправляемого, непредсказуемого человека.
— Я не могу сейчас говорить с вами, — выкрикнула Рейчел.
Невероятно. Он мучил ее, он целовал ее прямо на улице! Она и в самом деле
была испугана. То, что случилось, было вне ее контроля, за гранью рассудка.
Пальцы ее так дрожали, что она еле сумела вставить ключ в зажигание.
— Позвоните Пембруку Скривену! — Рейчел пооялась повернуться в его
сторону, а он стучал кулаком по оконному стеклу машины. — Позвоните
юристу! — крикнула она.
Двигатель включился моментально. Рейчел дала задний ход на полной скорости,
вдавливая в пол педаль газа. Она видела, как Бо отпрыгнул с дороги. Машина
выскочила со стоянки и понеслась по главной улице Дрейтонвилла, веером
разбрызгивая воду.
Рейчел промокла насквозь и замочила все внутри машины. Случилось
невероятное. Этот человек застал ее врасплох, навязал свою волю. Она была
настолько ошеломлена, что даже не могла сердиться.
Из-за угла шоссе выскочил микроавтобус и Рейчел едва успела избежать
столкновения. Запах его кожи, это удивительное лицо, вкус поцелуя все еще
смущали ее. Юрист Пембрук Скривен, очевидно, знал, что говорит, когда
предупреждал, чтобы она держалась подальше от Бо Тилсона.
Глава 4
Дождь все еще лил, когда Рейчел вернулась домой. Едва она вошла, раздался
телефонный звонок. Билли Йонг интересовался, чем кончились переговоры с
Бомонтом Тилсоном.
Рейчел хотелось ответить резко, упрекнуть Билли в том, что он не пошел с ней
к юристу, — тогда бы не произошло унизительного столкновения с Бо
Тилсоном на стоянке. Но Рейчел, стоя у висящего на стенке аппарата все еще в
мокрой одежде, с которой на пластиковые квадраты пола капала вода,
ограничилась кратким сообщением о том, что
успехов нет
. Но она все еще не
успокоилась, и рука, вешавшая телефонную трубку, дрожала.
Через несколько минут позвонил с работы Тил Коффи.
— Что-то случилось, миссис Рейчел? По вашему голосу не скажешь, что
дела идут хорошо. Какие-то неприятности?
Рейчел вздохнула. У нее было желание рассказать хоть кому-нибудь о своей
встрече с Бо, хотелось выплакаться на чьем-то плече. Но она решила, что
нехорошо использовать для этого доброго, великодушного Тила. Кроме того, ей
не хотелось признаваться, что она позволила человеку, имевшему самую дурную
славу, подстеречь себя как легкую добычу. Этот случай вряд ли укрепил бы
доверие к ней как к исполнительному секретарю кооператива. Наконец она
произнесла:
— Переговоры ни к чему не привели. Бомонт Тилсон предлагал кооперативу
триста долларов за то, чтобы мы перестали пользоваться дорогой, он не хотел
вступать ни в какие переговоры, даже когда юрист уговаривал его. —
Поколебавшись, Рейчел добавила: — Он даже не старался быть вежливым.
— Бо — сорвиголова, — ответил Тил. — Если он не может
заполучить то, что хочет, он прибегает к своей известной магии. Он предлагал
вам деньги? Очевидно, он очень изменился, миссис Рейчел. В прежнее время он
назначил бы вам свидание, дав при этом понять, что оказывает огромное
одолжение.
Наступило неловкое молчание. Потом Рейчел, осторожно подбирая слова,
сказала:
— Тил, я и в самом деле считаю, что у кооператива будет много
сложностей с Тилсоном. Мистер Скривен рассказал мне о его, так сказать,
военном опыте.
К ее удивлению, Тил рассмеялся:
— Ох, миссис Рейчел, все эти истории о ветеранах войны давно отошли в
прошлое. Кроме того, к большинству вернувшихся из Вьетнама это все не имеет
никакого отношения. Просто выигрышный материал для фильмов. Не говоря уже о
том, что Бо задолго до Вьетнама не укладывался ни в какие Рамки. Я ведь
рассказывал почему. У него было отнято детство. Говорю же вам, готовый сюжет
для фильма.
Слова Тила вовсе не показались Рейчел забавными.
— Надеюсь, мы не ухудшили ситуацию. Он... считаю его склонным к
насилию, неуравновешенным человеком. — Не совсем уверенным голосом она
продолжила: — Что меня действительно беспокоит, это то, что нам необходимо
воспользоваться дорогой на следующей неделе. Мистер Скривен сказал что он
попробует добиться этого для нас и постарается вскоре переговорить с
Бомонтом Тилсоном. Он настаивал на том, что займется этим сам.
— Это хороший ход. На мистера Скривена можно положиться, — заверил
ее Тил. — Прямой, как стрела, настоящий джентльмен-южанин, твердое
рукопожатие, слово чести и все такое прочее. На самом деле Скривен когда-то
встречался с матерью Бо, миссис Клариссой, в старое доброе время. Я говорю
это, что бы вы поняли наши южные отношения в маленьком южном городке. Вам
ведь рассказывали о своеобразии местечек вроде нашего, когда вы брались за
эту работу, миссис Рейчел? Здесь всегда существует что-то, чего вы не
знаете, но что вам становится известно совершенно случайно, причем когда вы
этого хотите меньше всего.
Тил говорил в своей обычной насмешливой манере, и Рейчел не совсем понимала,
что он имеет в виду. Прислонившись к стене, прижав трубку к уху, она тихо
сказала:
— Не понимаю. Что значит
становится известно, когда этого хочешь
меньше всего
?
— Извините, сейчас будет звонок на урок. Мне пора бежать. Я имею в
виду, что Пембрук Скривен из кожи вон вылезет, стараясь сделать что-то для
Бо Тилсона, — он относится к нему как к сыну, потому что Бо и Скривен-
младший были неразлучны здесь и вместе отправились во Вьетнам. Только Поук
не вернулся. Теперь Бо в какой-то мере заменяет Скривену погибшего сына.
Алло, вы слушаете? На это можно посмотреть иначе: ведь Поук мог вернуться, а
Бо погибнуть, если бы обстоятельства сложились по-другому. Только разве
можно, будучи джентльменом-южанином и одним из самых уважаемых граждан, живя
в том же городе, что и Бо, и часто встречаясь с ним, проявлять что-либо
иное, чем справедливость и прошение и даже любовь? Поразмыслите над этим,
потому что теперь мне уже действительно пора бежать.
И Рейчел принялась размышлять. Сидя за письменным столом над документами
кооператива, она глубоко задумалась над словами Тила о Бо Тилсоне и Поуке
Скривене. Владелец Тихой Пристани и сын юриста поехали во Вьетнам вместе.
Бомонт Тилсон вернулся, а Скривен-младший — нет. Считает ли Тил, что Бо
Тилсон несет ответственность за смерть друга? А отец погибшего простил его?
Если это так, какая тяжесть вины лежит на том, кто остался в живых.
А может
быть, и не лежит
, — подумала она, представив себе дрейтонвиллского
нарушителя спокойствия. Она поставила локоть на гроссбух, в который только
что вписывала подлежащие оплате счета, и принялась постукивать карандашом по
зубам, вдумываясь в странную историю. До сих пор ей не приходилось видеть
проявлений симпатии к Бо Тилсону, и у нее было тяжелое предчувствие, что все
случившееся до сих пор — лишь верхушка пресловутого айсберга. Какое
невезение для кооператива, что им придется иметь дело с этим странным
человеком.
Однако невозможно было не думать о том, что чувствует Бо Тилсон, живя в том
же городе, что и отец его лучшего друга, к гибели которого он, возможно, был
причастен. При этом отец так великодушно простил его и фактически относится
к нему по-отечески.
Это либо чудо благородства, — недоброжелательно
подумала Рейчел, — либо за всем этим кроется какая-то тайна
.
Рейчел прикрыла глаза. Ощущение сильных рук Бо Тилсона, взгляда удивительных
глаз, похожих на глаза ягуара, вернулось к ней... ощущение его губ, горячих
и жадных, на своих губах ошеломило ее. Отчасти ее шок был вызван тем, что
она никогда не представляла себе, что ее будет обнимать и целовать столь
невероятно красивый мужчина. Словно воскресли ее девичьи мечты.
Она отложила карандаш, подумав о том, что реагировала в точности, как ожидал
Бо Тилсон.
Известная магия
Дьявола Бо, как цинично называет это Тил Коффи.
Рейчел отложила гроссбух и пошла на кухню приготовить чай. Небо плотно
затянули тучи, шел косой дождь, дул ветер. В маленьком домике Рейчел было
сыро, погода больше походила на февральскую оттепель в Пенсильвании, чем на
весну в южных краях. У Рейчел не было сил разжечь камин, хотя дрова уже
лежали в нем. Она взяла с кровати вязаный шерстяной платок, вытащила
привезенные с собой книги, свернулась на диване в гостиной и принялась
читать.
Готовясь к этой работе, Рейчел прочитала довольно много книг о Южном
побережье, а кое-какие из них прихватила с собой: том об особняках Чарлстона
и Саванны, альбом с фотографиями садов Мидлтауна и Магнолии, туристический
справочник, где были перечислены наиболее интересные достопримечательности
края, и забавную небольшую книжку под названием
Диалект гулла на территории
Джорджии и побережье Южной Каролины
, написанную в 1930 году филологом
прославленного Чикагского университета. Она купила эту книжку в
букинистическом магазине и считала ее весьма полезной для понимания языка,
которым пользовался дядюшка Уэсли Фалигант и другие пожилые фермеры-негры.
Рейчел сочла, что лучше всего целиком погрузиться в эту книжку и перестать
думать о том, что произошло в это утро между ней и Бомонтом Тилсоном.
Книга о диалекте гулла и в самом деле увлекла Рейчел. Она вздрогнула, когда телефон зазвонил вновь.
— Самое подходящее время в дождь сидеть за бумагами, — сказал Джим
Клакстон, на местный лад растягивая слова. — Думаю, вы занимаетесь тем
же самым. Как дела? Как прошла ваша встреча с Тилсоном и юристом?
Рейчел чуть не застонала. Она не привыкла жить в маленьком городке.
Казалось, весь округ Де-Ренн интересуется ее встречей с Бомонтом Тилсоном.
Как можно более кратко она рассказала Клакстону то же, что и Тилу Коффи.
Последовала пауза, затем Джим Клакстон мимоходом поинтересовался, не хотела
бы она вечером пойти в кино. Улыбка Рейчел погасла.
— Обычно здесь все так и поступают, когда идет дождь, — сказал он,
неназойливо пытаясь уговорить ее. — В непогоду ничего другого нельзя
делать в местах, где живут фермеры, поэтому можно развлекаться. Как насчет
нового фильма с Джоном Траволтой? Его показывают в торговых рядах.
Рейчел не знала, что ответить. Джим Клакстон, несомненно, был привлекателен
и легок в общении; она не знала, почему его приглашение встревожило ее.
Тогда она быстро сказала себе, что, если люди узнают, что она встречается с
чиновником сельхозде-партамента, это, несомненно, осложнит положение. Хотя
ей хотелось выйти из дома, оказаться вне этой Убогой кухни, не видеть в окно
проносящихся туч. Мысль о том, чтобы посмотреть фильм в одном из кинотеатров
в новых торговых рядах, была очень Привлекательной — после проведенных в
Дрейтонвилле недель.
Лучше все же не ходить
, — решила она. Рано или поздно ей придется
вернуться к счетам кооператива и привести их в порядок — приближался срок,
когда нужно будет отчитаться в том, как они использовали предоставленные им
деньги. Ей следует отказаться.
— Тогда, значит, в другой раз. — По голосу было заметно, что он
огорчен. — Вы разрешите мне пригласить вас еще раз, правда? Вам,
случайно, не нравится музыка кантри? В следующем месяце в Колумбии должен
состояться фестиваль. Ехать далеко, но, мне кажется, дело того стоит — если
кто-нибудь составит мне компанию, — добавил он со значением.
— Да, может быть, — пробормотала Рейчел, на чем разговор
закончился.
Рейчел слышала, что жена Джима Клакстона развелась с ним, оставив ему двоих
маленьких детей. Наверное, он так же одинок, как и Рейчел, однако она знала,
что еще не готова встречаться с кем-либо, если это можно было так назвать. И
неизвестно, будет ли когда-нибудь готова.
Лучи заходящего солнца освещали лишь верхушки деревьев. Темнело, и она
включила старый торшер рядом с диваном, чтобы маленький дом казался уютнее.
И снова взялась за книжку.
По всему побережью Каролины жители, говорящие на диалекте гулла, устраивали
странные церемонии, называемые
конджер
, напоминавшие
гри-гри
в Новом
Орлеане и вуду жителей Карибских островов.
Конджер
был связан с культом
призраков — от ведьм, которые садятся на грудь и пьют из тел дыхание, до
пылающих огней
и не нашедших отдыха мертвецов, трупы которых отказывались
быть погребенными, следовали за траурной процессией с похорон домой,
усаживались у очага, чтобы
погреться
, и отказывались уходить...
Рейчел вдруг ощутила, что волосы встают дыбом, а по шее ползут мурашки, и
быстро закрыла книгу. Вера мистера Уэсли в существование призраков сейчас
выглядела куда более убедительной. Рейчел распустила косу и отправилась в
душ, обещая себе постараться не думать о проблемах кооператива.
Только она затянула поясом старенький купальный халат и пошла подогреть себе
суп, как услышала громкий стук у входной двери. Колокольчик был сломан, это
одна из многих вещей, что нужно поправить, напомнила она себе. Она
надеялась, что там, у дверей, не Джим Клакстон, который заехал по дороге
домой, чтобы все же убедить ее пойти с ним в кино. Откинув одной рукой назад
влажные волосы, Рейчел поспешила в гостиную.
Она распахнула входную дверь навстречу ветру и темноте. На пороге появилась
высокая фигура мужчины в желтом дождевике. Вошедший захлопнул за собой
дверь, прежде чем она успела открыть рот и хоть что-то возразить, и по-
хозяйски прошел мимо нее в гостиную.
Бомонт Тилсон стоял к ней спиной, отбросив капюшон дождевика, оглядываясь по
сторонам. Он с отвращением рассматривал убогую комнатку с продавленным
диваном, потертым линолеумом на полу, накрытый для ужина стол.
Когда он поднял голову, чтобы взглянуть на Рейчел, она заметила, что его
выгоревшие на солнце волосы влажны от дождя. Широко раскрыв глаза, она
смотрела, как он расстегивает металлические пряжки Дождевика и откидывает
его назад, чтобы упереться Руками в бедра. Трикотажная рубашка плотно
обтягивала мускулистую грудь, потертые джинсы облегали стройные ноги и
бедра, как вторая кожа. От носа к уголкам рта пролегали морщины,
свидетельствовавшие об усталости, а глаза были полуприкрыты тяжелыми веками.
Тем не менее Бомонт Тилсон был красив все той же вызывающей,
неправдоподобной красотой, что и в дорогом деловом костюме в конторе юриста
этим утром.
— Что вам нужно? — воскликнула Рейчел. Инстинктивно она попятилась
от него, обеими руками сжав ворот халата у горла.
— Что? — с недоумением переспросил он. — Что мне
нужно? — Взгляд золотистых глаз медленно окинул ее, спускаясь от ворота
халата к босым ногам и возвращаясь обратно. &md
...Закладка в соц.сетях
