Жанр: Любовные романы
Атласная куколка
...отрела наверх.
Если кто-то и поджидает ее там, до поры до времени ее прикрывает поворот
лестницы перед площадкой третьего этажа.
В ночной темноте усталые глаза Сэм различали какие-то неясные очертания
предметов, тени, странные двигающиеся фигуры и снова тени, которые
растворялись во мраке или принимали новые очертания. Что же это такое?
Неужели галлюцинации? Саманта слишком устала, чтобы разбираться.
Наконец последний крадущийся призрак испарился где-то наверху, и Сэмми с
облегчением вздохнула. Видения в дрожащем свете луны мелькнули около выхода
на крышу и исчезли. Она еще не знала, что сделает при следующей встрече с
Аланом де Бо, но была твердо уверена, что обязательно что-нибудь придумает,
чтобы отплатить ему за шуточки и дурацкие истории.
Это не Чип! Это призраки монахов-бенедиктинцев!
В усталом мозгу Саманты ночные тени превратились в черные рясы монахов из
склепа, о которых рассказывал Алан де Бо. Словно чернильная клякса, что-то
расплывалось и меняло форму прямо у нее на глазах. Сначала казалось, что
перед ней только один призрак в сутане с черным капюшоном, потом теней стало
две. Не успела Саманта и глазом моргнуть, как они исчезли.
Самое время выйти из игры. Если уж ей начали являться призраки, она
действительно утомлена до предела. Саманта повернула выключатель, и все
внутри Дома моды Лувель внезапно обрело реальные очертания. Никаких
привидений, но, значит, и никакого Чипа.
Она настолько устала, что даже ощутила некоторое разочарование.
— Боже, я терпеть не могу это местечко, — заявила вместо
приветствия Брукси. — Здесь полно туристов!
Журналистка сидела за укрывшимся под большим зонтом столиком одного из
бесчисленных уличных кафе, разбросанных по террасам Форума Центрального
рынка, гигантского современного комплекса в стиле модерн посреди старого
Парижа.
— Я уже сделала заказ, — добавила она. — Вы опаздывали, и я
не знала, сколько еще придется ждать.
Сэмми уселась на металлический стульчик и заглянула в меню.
— Мне нужно было кое-что отправить по почте, а там оказалась длинная
очередь. Что здесь есть вкусненького? — поинтересовалась она,
оглядываясь по сторонам.
Центральный рынок входил в список достопримечательностей Парижа, которые ей
предлагал осмотреть Алан де Бо. Сэмми было немного жаль, что она впервые
видит это чудо без него. Утром в привычной уже упаковке от
Лашом
принесли
очаровательный букет гардений, к которому была приложена записка с
извинениями: его не будет в городе несколько дней, как только вернется —
позвонит.
Саманта откинулась на спинку стула и принялась внимательно рассматривать
террасы, с высоты которых, словно каньоны, прекрасно просматривались
торговые ряды, идущие там же, где некогда находился старый парижский рынок.
Ее взору открылось великолепное сооружение из стекла и алюминия с мраморными
лестницами и эскалаторами. Форум Центрального рынка включил в себя абсолютно
все: магазинчики, рестораны, станции метро, закусочные и выставочные залы —
невероятную смесь ультрасовременных деталей и типично парижской витиеватой
архитектуры. Бетонные террасы соединили крытые плексигласом галереи,
изогнутые алюминиевые крепления которых, плавно переливаясь друг в друга,
напоминали Сэмми пороги гигантского водопада. Все это великолепие венчали
окружающие Форум тюльпа-нообразные башни и башенки. Тысячи квадратных метров
огромного комплекса странным образом контрастировали с крышами мансард и
бегущими вниз разбитыми каменными мостовыми раскинувшегося вокруг района,
возникшего еще в восемнадцатом веке.
— Смотрится так, словно кто-то пытался построить Диснейленд и забросил
эту затею, — сказала Брук-си, в очередной раз поднося бутерброд ко рту.
Откусив большой кусок, она мрачно уставилась на Саманту. — Я не продала
их, — заявила она с набитым ртом.
— Что не продала? — Сэмми попыталась привлечь внимание официанта.
— Фотографии, которые сделала в Доме моды Лу-вель. И сейчас я на мели.
В замызганной блузке из лилового атласа Брукси сегодня выглядела неряшливее,
чем обычно. На круглом лице, казалось, появились какие-то разводы, будто она
не сняла толстый слой вчерашнего грима. Торчащие во все стороны черные
волосы с оранжевыми кончиками следовало бы покрыть новым слоем лака. Сэм не
могла понять, где Брукси провела прошлую ночь.
— Фотоагент из
Штерна
интересовался, сделаны ли снимки у
Валентине
,
Мортесье
,
Сен-Лорана
или где-то еще. Ведь я снимала в помещении, и это
могло произойти где угодно. Так вот, я ответила так, как мы договорились:
Один из парижских домов высокой моды
. Тогда он спрашивает, что за туфту я
хочу ему всучить? Ведь покупка гардероба не событие, если только принцесса
Джеки не покупает туалеты у кого-то из великих, — вот что он мне
сказал. А если принц собирается держать ее на привязи где-то в Испании до
тех пор, пока она не отделается от наркотиков, так следует ехать туда. Этот
гад прекрасно знает, что мне неизвестно, куда именно ее отправят. Испания —
огромная страна, — жалобно шмыгнула носом Брукси. — К тому же,
даже если бы я это знала, у меня нет ни гроша на билет.
— Мне очень жаль, Брукси.
— Вам очень жаль? Послушайте, это я уже проходила. Я даже не пыталась
обращаться во французские газеты. А мне действительно нужны деньги, и прямо
сейчас. — Брукси нетерпеливо задвигалась на своем стуле. — Вы даже
представить себе не можете, как необходимо мне было продать эти фотографии.
Как раз сейчас наступило некоторое затишье в информации о моде. Так всегда
бывает перед тем, как в июле все закрутится-завертится. Сейчас все делается
за закрытыми дверями. В дома высокой моды даже еду из кафе для сотрудников
приносят только свои люди — настолько все боятся, что украдут какой-нибудь
эскиз. А уж если кто-нибудь из внештатников решится и раздобудет нечто
сенсационное, что тут творится с официальной прессой!
— Точно так же и в Нью-Йорке, — уклончиво сказала Саманта,
попросив официанта принести еще один бутерброд и бокал вина, и откинулась на
спинку стула. — До тех пор, пока не начнутся показы осенних коллекций,
все замирает.
— Да-да, ладно, но послушайте, мне необходимо что-то
жареное
. —
Брукси, кажется, не на шутку рассердилась. — Ну же, Сэмми, что-нибудь
вроде рассказа о Джексоне Сторме и Доме моды Лувель.
Саманта разглядывала эмалированную поверхность столика, повторяя про себя,
что хочет добиться только одного: чтобы все получилось и Брукси не
предприняла какой-то неверный шаг. Например, ей сейчас вовсе ни к чему
безумная история, связанная с Софи, или мадам Дюмер, или с кем-либо из
заказчиков Дома моды Лувель. Подшивка бланков с заказами, где указывались
имена клиентов, на которую она едва бросила взгляд, больше всего напоминала
список приглашенных на костюмированный бал: баронесса Мордит, графиня Ирина
Хортобаги, принцесса Монте-Матес, маркиза Альфонсина Л'Эспинуа. Перечень
сшитых для них нарядов производил не меньшее впечатление. Изысканные
вечерние наряды, бальные платья для молоденьких девушек, подвенечные
платья... Брукси утверждает, что
Лувель
копирует свои модели с других
парижских домов
от кутюр
и продает этой компании чудаков. Сейчас Наннет и
Сильвия работают над гардеробом принцессы Медивани — консервативного толка
школьными
платьицами темных тонов, пальто покроя
принцесса
, — все
слишком по-детски для дикарки-подростка в панковском прикиде, которую
недавно телохранители втащили в салон на глазах Саманты и Брукси.
— Послушайте, вы и сами не собираетесь сидеть в тени, знаете ли. —
Брукси оттолкнула пустую тарелку и придвинула к себе десерт — яблочный
пирог. — Уже ползут слухи о том, что Алан де Бо посетил
Максим
в
сопровождении фантастически красивой блондинки, похожей на одну американскую
модель, потому что на ней были черные джинсы и черная атласная блуза. И он
повел ее на третий этаж
Максима
, куда имеют доступ только избранные.
Послушайте, вы ведь можете рассказать, — попросила она быстро, —
какой он, Алан де Бо? Я имею в виду, что испытываешь, когда идешь в
Максим
с самим великим BCBG? У вас что-нибудь было?
Саманта уже имела опыт общения с прессой, хотя и весьма доброжелательной — в
бытность Сэм Ларедо. Она знала, что Брукси работает на нее, но все-таки
замялась.
— Нет-нет, у нас ничего не было. Господи, Брукси, не пиши ни о чем
таком! Я едва знаю Алана де Бо. И что такое BCBG?
— BCBG — bon chic, bon genre — шик и стиль. Сливки общества, прекрасное
происхождение. Это означает, что он обладатель такой снобистской мелочи,
которую американцы и не заметили бы, но французы очень чтут, — титула
герцога. Кстати, он своим титулом не пользуется, вы знаете? Сейчас вообще в
моде быть трудолюбивым технократом, управленцем высшего звена, инженером,
компьютерным мудрецом, чем-то в этом роде. Иметь квартиру в Париже и дом в
деревне, летать на самолете, принадлежащем компании, владеть виллой на
Ривьере, ну и все остальное. Но когда Алан де Бо начинает появляться с кем-
то — это горяченькая новость! — Она помолчала и ехидно заметила: — А вы
знаете, что у Алана де Бо что-то было с другой шикарной дочкой Медивани —
принцессой Катрин, когда она пару лет назад потрясала Париж своими
выходками. Герцог де Бо и принцесса мотались с какой-то бешеной компашкой —
одного поля ягоды с веселыми ребятишками из Монако, лондонской золотой
молодежью и прочими — до тех пор, пока они постепенно не начали
сгорать
один за другим. Ну, например, принцесса Катрин, спасаясь от наркомании,
прошла курс лечения в одной из больниц здесь, в Париже, а Алан де Бо на
время уехал в Штаты. Сэмми, потеряв всякий аппетит, отложила в сторону
бутерброд. Встреча с Брукси неожиданно приняла оборот, которого она не
ожидала.
— Послушай, Брукси, что ты...
— Я просто рассказываю тебе, Сэмми, — подчеркивая каждое слово,
произнесла журналистка. — Ты приезжаешь сюда, чтобы выполнить какое-то
задание Джексона Сторма, которое предпочитаешь держать от всех в секрете,
потом Алан де Бо приглашает тебя в
Максим
, а я сижу здесь, перекусываю с
тобой, и предполагается, что мне следует вести себя так, словно ничего не
происходит? Послушай, ну когда же ты собираешься дать мне волю? Я ведь
корреспондентствую в Париже не ради собственного удовольствия, пойми ради
бога!
— Брукси, не ори так громко, — попросила Сэмми, оглядываясь по
сторонам. — У меня есть кое-что для тебя, но мне необходима твоя
помощь. Джексон Сторм собирается...
— Минуточку, — прервала ее Брукси, хватая за руку. — Боже,
вон они! Ты их видишь?
Террасой ниже по проходу, тянущемуся вдоль цветочных прилавков и серпантина
туннелей из алюминия и плексигласа, шли, глядя друг на друга и держась за
руки, мужчина и женщина, безразличные к любопытным взглядам прохожих.
— Это Жиль Васс, — прошептала Брукси, — новый и самый модный
дизайнер у Мортесье. Он, видимо, совершенно спятил, ведь с ним Лизиан! О
черт, а у меня нет с собой камеры!
— А в чем дело? — поинтересовалась Сэмми, все еще размышляя над
тем, что услышала об Алане де Бо и старшей дочери принца Медивани. Неужели у
него действительно была какая-то связь со скандально известной принцессой
Катрин? Принцессой, которая то и дело давала повод для самых сенсационных
сообщений на страницах
Стар
и
Нэшнл инквайерер
.
— Этот Васе — просто душка, — болтала тем временем Брукси. —
Черт возьми, ну разве он не хорош? Ему всего двадцать один. А она на семь
лет старше — ни больше ни меньше. Лизиан подростком работала у
Галано. — Она перегнулась через спинку стула, чтобы лучше видеть
парочку, как раз проходящую под их террасой. — Господи, диву даешься,
как им удается так выглядеть! Оба чертовски интересны! И зачем они сюда
явились? — Брукси затаила дыхание. — Через час пол-Парижа доложит
Руди Мортесье, что Жиль гулял с Лизиан по Центральному рынку.
Дом моды Мортесье, припомнила Саманта, внимательно глядя на нижнюю террасу,
занимает третье или четвертое место, следуя за Диором, Сен-Лораном и
Карденом. Руди Мортесье славился во всем мире своими классическими туалетами
от кутюр
. Но это никак не вязалось со словами Брукси. С какой стати пол-
Парижа будет названивать Руди из-за того, что его молодой дизайнер
прогуливается по Центральному рынку с красавицей моделью из Дома Галано?
Парочка остановилась и посмотрела в сторону кафе. По жесту молодого человека
можно было догадаться, что он предлагает своей спутнице зайти перекусить. На
нем был простой черный свитер с высоким воротом и узкие черные брюки,
подчеркивающие стройную сухопарую фигуру, но внимание привлекала не одежда,
а лицо — черные, словно проведенные по линейке брови над коротким точеным
носом, высокие скулы и тонкие подвижные губы, свидетельствующие о
страстности и чувственности, свойственным юности. Рядом с ним стояла
настоящая французская красавица: миловидное личико с классически правильными
чертами лица и темными немного грустными глазами — воплощение нежности,
скрытое под маской безмятежности холодное, мечтательное очарование.
— Руди Мортесье раскопал этого Жиля Васса где-то в Туре, в магазинчике-
ателье, принадлежащем его матери, — сообщила Брукси, почти не разжимая
губ. — Привез его в Париж около двух лет назад, как когда-то давно Диор
нашел Живанши и Сен-Лорана. У парня настоящий талант. Сейчас он делает
примерно шестьдесят процентов вещей для каждой новой коллекции Дома моды.
Посмотри, как он великолепен. Недаром бедный Руди по уши в него влюблен.
Сэмми наблюдала, как симпатичный юноша обнял подругу и нежно поцеловал ее в
губы.
— Кто в кого влюблен? — ничего не понимая, спросила она.
— Парень оказался не так уж прост, — скороговоркой продолжала
Брукси. — Он понял, что происходит. В результате каждое утро парижского
мира высокой моды начиналось с телефонных звонков и обсуждения
дела Васса
.
Сначала Руди подарил этому красавцу
Ягуар
, потом длинную соболью шубу из
Москвы, которую Жиль почти никогда не надевает. Поскольку Жиль играет в
футбол, Руди достал несколько полных комплектов настоящей футбольной
экипировки. Руди заказал специально для Жиля великолепный пистолет —
хромированную
беретту
— и украшения, ты не поверишь, какой стоимости! Руди
из кожи вон лезет, чтобы завоевать его. Что за дела! Ведь делал же тот пацан
эскизы для ателье своей матери! В Туре! Что же за этим кроется? И наконец
это произошло!
— Что произошло? — не поняла окончательно сбитая с толку Саманта.
Брукси наблюдала, как парочка исчезла где-то на лестнице, поднимаясь в то
кафе, где сидели они.
— Вот над этим-то все и ломают голову. Если тебя интересует мое мнение,
думаю, что паренек и малыш Руди сошлись, потому что какое-то время Мортесье
был просто безумно счастлив. А потом Васс влюбился в Лизиан, топ-модель
Галано — может быть, лучшую в Париже. Первое, что стало известно: Жиль и
Лизиан живут вместе в ее квартире.
Несколько секунд Сэмми удивленно смотрела на Брукси.
— Мортесье собирается его уволить?
— Да нет, Руди все еще влюблен в этого мальчишку. К тому же Руди такой
милашка, настоящий добряк, он ни за что так не поступит. Кроме того, Жиль
сделал большую часть его последней коллекции. И все еще заходит порой
ужинать к Руди в Пасси, ну и все такое... Но он предпочитает никому не
попадаться на глаза вместе с Лизиан. Если не считать сегодняшнего дня. Вот я
и удивляюсь, что бы это значило?
— Ты собираешься писать об этом?
Брукси уставилась на Саманту широко открытыми от удивления зелеными глазами.
— О чем? О том, что существует любовный треугольник, в который
вовлечены трое представителей мира высокой моды? Это не новость — это
парижская жизнь. — Зеленые глаза вдруг превратились в щелочки. —
Мне нужен твой материал — вот что я хочу, Сэмми. История про Джексона
Сторма, знаешь ли. Что-то значительное: Джексон Сторм собирается завоевать
парижский рынок высокой моды. — Она еще раз внимательно взглянула на
Сэмми и продолжила: — Ведь Сторм зачем-то приобрел
Лувель
так, что никто
об этом не знал, правда? И тебя он прислал сюда, чтобы все выяснить, потому
что джинсовая кампания в Нью-Йорке неожиданно провалилась и тебе уже не было
смысла там оставаться, правильно?
— Подожди, Брукси, — прервала ее Сэмми. — Я должна тебе кое-
что рассказать, но это не совсем...
—
Сэм Ларедо
ничего не показывает в июле в Нью-Йорке, — не
слушала ее Брукси. — Линия
Вестерн джинс
исключена из списка Нью-
йоркского института готовой одежды, как и все, что производило у Короля
Сторма вещи в стиле
Дикий Запад
: купальники, сапоги, детская одежда,
Сэм
Ларедо
— абсолютно все! Об этом сообщили в понедельник в
Вуменс вэа
дейли
.
Вуменс вэа дейли
? Сэм удивленно уставилась на Брукси. Она уже пару недель
не читала газет и журналов, касающихся мира моды. Она даже не знала, какие
издания на английском языке можно купить в Париже. Немного погодя Саманта
прошептала:
— Что ты хочешь этим сказать? Как это
Сэм Ларедо
нет в списке?
Журналистка пожала плечами.
— Джексон Сторм сворачивает производство джинсовой одежды, вот и все. И
не он один. В этом году ковбойский стиль не в чести.
Саманта застыла, глядя на недоеденный бутерброд и пытаясь сосредоточиться.
Не может быть! Только не это! В прошлом году закрытый просмотр коллекции
джинсовой одежды Джексона Сторма в зале
Шерри Незерленд
стал настолько из
ряда вон выходящим явлением, что занял первые страницы специального
воскресного выпуска
Нью-Йорк тайме
, посвященного вопросам моды. Оптовые
покупатели и представители прессы, работающие для Нью-йоркского института
готовой одежды, многие из которых всего через неделю собирались вылететь на
показы в Париж, толпились в танцевальном зале
Шерри Незерленд
, а команда
специалистов по связям с общественностью и рекламе сбилась с ног, потому что
для собравшейся публики не хватило ни стульев, ни заранее припасенной икры и
шампанского. И что же? Неужели в этом году показ вообще отменен? А ей никто
и слова не удосужился сказать!
— Ты дашь мне интересный материал, Сэмми, — продолжала тем
временем Брукси. — Если Джексон Сторм готовится к столь значительному
шагу, это станет сенсацией года, новостью из новостей, а не просто модной
байкой! Это пройдет в
Тайме
,
Уолл-стрит джорнэл
,
Вашингтон пост
, да
везде! — Она облокотилась на стол. — Ты меня слушаешь? Мне
неважно, что происходит со Стормом в Нью-Йорке. Я хочу иметь материал здесь,
в Париже, и получить его от тебя, Сэмми! Боже ж мой, мне следовало
догадаться, что ты — по-прежнему его номер один! Ведь он не выбросил бы тебя
на свалку в любом случае, правда?
Сэмми быстро встала, резко отодвинув стул.
Брукси тоже поднялась, не давая ей уйти.
— Мне нужны деньги. Я провалюсь в тартарары, если ты не дашь
материал! — закричала она. — Ты знаешь, каково остаться без денег
в Париже? Ты не можешь зайти к друзьям, ты не можешь временно пожить за счет
брата, у которого есть постоянная работа, ты не можешь переехать к подруге —
их здесь просто нет!
— Пожалуйста.
Саманта попыталась обойти журналистку. Бедная. Голодная. Нуждающаяся в
деньгах. Эти слова из ее собственного недавнего прошлого причиняли боль. Она
остановилась и повернулась к Брукси. Все, что она собиралась сказать за этим
ленчем, встало на свои места.
— Я дам тебе информацию, — медленно проговорила она. — Но
надо доработать кое-какие детали, вот и все. — Сэмми заметила, что
глаза журналистки заблестели от радости. — Ты получишь этот материал,
Брукси, обещаю. И это будет лучше, чем ты можешь себе представить!
12
— Убирайся отсюда, вот что я имею в виду! — Саманта быстро
спрятала за спину большой сверток из магазина хозяйственных товаров на авеню
Опера. — Никто не имеет права находиться в этом здании в выходные дни!
Чип, растянувшийся поперек лестницы и опирающийся локтем на последнюю
ступеньку площадки четвертого этажа, преграждал ей путь. Поношенные джинсы
плотно облегали бедра и ту часть тела, которая выставляла напоказ его
мужские достоинства; распахнутая кожаная куртка мотогонщика открывала мощную
мускулистую грудь. Сильные пальцы Чипа сжимали два шлема: один блестящий, из
позолоченного пластика, второй — серебристый.
— Убери с дороги свои ножищи! — Сэмми смотрела ему прямо в лицо,
пряча за спиной руку со свертком. — Мне нужно пройти.
— Я подумал: вдруг тебе захочется совершить маленькую прогулку, любовь
моя, — как ни в чем не бывало предложил он. — Где ты была? Я жду
на этой проклятой лестнице почти час. — Беззастенчивые темные глаза
одобрительно скользнули по блузе и джинсам, подчеркивающим фигуру. —
Прекрасный денек, чтобы выбраться на прогулку, подышать свежим воздухом.
Тебе нравятся мотоциклы?
Сэмми настороженно смотрела на мощную фигуру Чизуика, оценивая ситуацию.
Перекусив с Брукси, она поспешила в магазин хозяйственных товаров недалеко
от
Гранд-опера
, а потом по улице Капуцинов бросилась домой, так что до сих
пор не могла отдышаться после этой гонки. И вот — пожалуйста! — здесь,
прямо на ступеньках Дома моды Лувель, разлегся Чип, поджидая ее! А она-то
думала, что уже отделалась от него.
— А в чем дело? Кто-то из твоих приятельниц испортил тебе настроение?
Не успели эти слова слететь с губ, как она пожалела о сказанном. Сегодня
Чип, похоже, не имел никаких далеко идущих планов, несмотря на то, что
произошло между ними. От одного воспоминания щеки Саманты залились
предательским румянцем. Неужели ей придется вечно страдать из-за одного
неверного шага?
— Поднимайся, — потребовала она. — Мне нужно пройти.
— Мм-мм, — промычал он, даже не думая пошевелиться. Закинув ногу
на ногу, Чип смотрел на нее снизу вверх из-под густых черных ресниц. —
Знаешь, любовь моя, мне хотелось бы увидеть тебя однажды в юбке, в чем-
нибудь легком и женственном. Хотя бы один разочек! Брюки тебе очень идут, у
тебя прекрасная фигура и удивительно длинные ноги, но и в платье ты была бы
очаровательной. А что это ты прячешь за спиной? — ласково продолжал
он. — Можно взглянуть?
— Я хочу, чтобы ты убрался с дороги, — процедила сквозь зубы
Саманта. Рука, в которой она держала сверток, начала затекать. — Я
ничего не прячу, и вообще это не твое дело.
Не успела Сэмми перешагнуть через обутую в тяжелый ботинок ногу, держась
поближе к стене, как Чип, резко выбросив вперед одну руку, схватил ее за
колено и уселся на ступеньках.
— Саманта, — сказал он изменившимся вдруг голосом. — Давай
прокатимся. Я хочу с тобой поговорить.
— Отвяжись от меня, черт возьми! — Она воинственно вскинула
подбородок. Теперь их глаза оказались приблизительно на одном уровне: она
стояла несколькими ступенями ниже, чем сидел Чип. Сэмми опустила руку со
свертком, так что он оказался на виду. — Я тебя не боюсь. И если ты,
клоун, попытаешься что-нибудь предпринять, поверь, я заставлю тебя об этом
пожалеть!
Он внимательно смотрел на Саманту, по-прежнему цепко держа ее за колено.
— Ты думаешь, я собираюсь напасть на тебя? — В голосе Чипа
послышались ехидно-ласковые нотки. — Я уже проводил в твоей постели
большую часть ночи, любовь моя, и что-то не слышал жалоб! — Не сводя с
нее глаз, он спросил: — А это что? Интересно знать, что тебе приглянулось в
парижских магазинах...
Прежде чем Сэмми успела отскочить в сторону, Чип ухватился за сверток. Она
еще пару секунд пыталась удержать пакет, но Чип оказал
...Закладка в соц.сетях
