Жанр: Любовные романы
Брачный обет
В одночасье потеряв родителей, Рейчел Синклэр остается без средств к
существованию и с двумя маленькими братишками на руках. И неизвестно, как бы
сложилась жизнь бедной девушки, не окажись она по чистой случайности во
владениях красавца фермера Корда Макферсона.
— Вы ни в коем случае не должны ехать одни. Если бы ваш отец слушался
добрых советов, то теперь повозку тащила бы пара хороших волов, а не эти
лошаденки, на которых далеко не уедешь. — Мужчина, произнесший эту
тираду, старался не встречаться взглядом с молодой девушкой. — Рейчел,
я поспрашивал у людей — многие набожные семьи в Грин-Рэпидсе согласны
приютить вас всех.
Рейчел Синклэр обняла за плечи младших братишек — так заботливая курица
укрывает крыльями своих цыплят.
— Я сама позабочусь о семье, — упрямо сказала она, — и не
нуждаюсь в благотворительности.
— Да ты сама еще ребенок, — раздраженно ответил мистер Клемонз.
Нахмурившись, он оглядел телегу. — Ты хорошая девочка, Рейчел, и умеешь
управляться с братьями, но дело в том, что мы торопимся, так как везем груз
и люди не станут тебя ждать, случись что. Лучше тебе остаться здесь под
присмотром шерифа, вот что я скажу!
Тонкие пальцы Рейчел крепче сжали плечи братишек, как будто она хотела
поделиться с ними своей решительностью.
— Поезжайте без нас, — сказала она. — Мы сами справимся.
На лице мистера Клемонза отразилось облегчение.
— Шериф вот-вот появится и позаботится о вас. Я уже с ним
поговорил. — С этими словами он торопливо отошел.
— Рей, он оставит нас здесь? — прошептал детский голосок.
Рейчел тут же наклонилась и поцеловала брата в темноволосую макушку.
— Он нам не нужен, Джей, — тихо ответила она.
— Что мы будем делать, Рей? — раздался голос с другой стороны, и
десятилетний мальчик дотронулся до ее плеча. Как он похож на отца! У Рейчел
защемило сердце.
— Генри, мы сейчас же отправимся в путь, пока нас не увидел
шериф, — с ласковой улыбкой ответила она. — У нас достаточно еды,
есть бочонок с водой и две крепкие лошади. Залезайте в фургон, мальчики.
Рейчел Синклэр первой забралась на высокое сиденье впереди, а братья
последовали ее примеру. В этот момент из конторы появился шериф и направился
к ним. Он сделал знак рукой, пытаясь их остановить. Увидев, что Рейчел с
мальчиками уже сидят, прижавшись друг к другу, на широкой скамье, он покачал
головой, но не стал их задерживать, а молча смотрел им вслед, пока фургон не
превратился в точку на горизонте.
Сильный западный ветер раздувал развешенную на веревке выстиранную одежду:
четыре маленькие рубашонки, комбинезоны — один из них чуть большего
размера, — несколько темных чулок и скромное нижнее белье.
— Черт! Оказывается, у меня на пороге кое-кто свил гнездышко!
Корд Макферсон давно привык разговаривать сам с собой. Подавшись вперед в
седле, он стал вглядываться в долину, окаймлявшую северную сторону его
владений. Этой весной он заезжал сюда всего один раз месяц назад и тогда не
заметил ничего необычного.
Прищурившись, он различил около ветхого строения, приютившегося среди кучки
деревьев, маленькую фигурку. Темноволосый, тоненький как тростинка мальчуган
закричал пронзительным голосом:
— Рей! Послушай! Я умею свистеть не хуже вон той птички. — И стал
подражать пению малиновки.
Корд с раздражением усмехнулся и проворчал:
— Почему, черт возьми, этот мальчишка разгуливает здесь, словно он у
себя дома?
И вдруг он увидел еще одну фигуру, но уже не столь тонкую, хотя и стройную.
Это, несомненно, женщина, сообразил он, стоит только взглянуть на ее
округлые формы.
— Джей, я послала тебя к ручью за водой. Мне нужно закончить стирку.
— Я туда и иду, — весело отозвался мальчик. — Я просто
остановился посмотреть на птичек. — Сощурившись от солнца, он
повернулся к женщине и вдруг в страхе вскрикнул: — Рей, за нами следит какой-
то дядька — вон там, на холме!
Мелькая босыми пятками, мальчик кинулся к женщине. Она прижала его к себе,
затем заслонила собой и повернулась к холму с таким смелым и спокойным
видом, что Корд восхищенно крякнул и направил жеребца вниз по пологому
склону.
— Иди в дом, Джей. — Она говорила негромко, но твердо, и мальчик
тут же убежал. Прикрыв рукой лицо от солнца, женщина смотрела, как к ней
приближается всадник.
— Доброе утро, мэм. — Корд не забыл о вежливости, хотя перед ним
на его же собственном дворе стояла незнакомая полураздетая женщина.
— Что вы хотите? — Она вызывающе вскинула голову, и на ее лице не
дрогнул ни один мускул. И руки у нее не дрожали — это Корд тоже заметил. Как
и то, что у нее твердый подбородок — не совсем в его вкусе, — но зато
пухлые губы, чистая кожа и румяные щеки.
— Я собирался спросить о том же вас, мэм, — мягко произнес он,
сознавая, что перед ним беззащитная женщина, да еще с ребенком.
Она пожала плечами, но скулы у нее напряглись.
— Не знаю, о чем вы. Мне от вас ничего не надо, мистер. Оставьте меня в
покое — вот и все.
Корд Макферсон был неразговорчив, но сейчас ему на ум пришли такие
неподобающие слова, что он едва удержался, чтобы их не выпалить. Он пялил
глаза на ее аппетитную фигуру, и у него зудели ладони от желания обхватить
незнакомку за талию, а все тело ныло от долгого воздержания. Но он ни за что
на свете не позволит себе показать, что изнывает от... похоти. Заерзав в
седле, он произнес:
— Мне просто интересно, что вы делаете на моей земле, мэм.
Из-за угла сарая выглянул мальчик постарше — точная копия младшего. Корд
кивнул головой в его сторону.
— Этот тоже ваш?
И тут он увидел, что мальчик целится в него из ружья.
— Оставь-ка ружье, парень, — с угрозой в голосе сказал он.
Женщина резко обернулась.
— Генри, опусти ружье!
Генри не удержал тяжелый ствол, и ружье едва не упало на землю. Мальчик не
посмел ослушаться, но взгляд у него был сердитый — ясно, что стоит всаднику
сделать подозрительное движение, как он опять нацелит на него ружье.
Молодая женщина повернулась к Корду со словами:
— Он еще маленький и не может вас застрелить.
— Позволю себе не согласиться с вами, мэм. По моему мнению, ружье
опасно в любой руке. Велите ему положить ружье на землю, или я сам этим
займусь.
— Генри, сейчас же положи ружье, — не оборачиваясь, приказала
женщина. Она, видно, была абсолютно уверена в том, что ее послушаются.
И мальчик послушался. Он тотчас опустил ружье на траву, хотя глаза у него
зло блестели. Корд соскочил с седла и, сделав два шага, очутился лицом к
лицу с женщиной. Теперь-то он увидел, как она испугана.
Она отступила от него и прикрыла руками грудь, вспомнив, что стоит неодетая
перед мужчиной.
— У нас ничего нет, мистер. Здесь только я и мальчики. Скоро вернется
наш отец, но...
Корд пробежал глазами по развешенной на веревке одежде.
— Что-то не видно вещей взрослого мужчины.
— Я еще не постирала его вещи, — вызывающе ответила незнакомка.
Она покраснела и отвернулась.
Взгляд Корда скользил по ее стройной фигуре. Нижняя юбка была слишком
короткой — такие сейчас не носили — и оставляла открытыми лодыжки и икры.
Гладкие, кремовые плечи притягивали взор, и Корд едва удержался, чтобы не
дотронуться до нежной кожи.
— Вы находитесь на моей территории, — повторил он.
— Мы не знали, что здесь кто-то живет. Дом пустой, запущенный, и
мы... — Она замолкла и покачала головой. — Мы можем заплатить за
проживание. Мы пробудем здесь недолго.
Женщина шла впереди него, а Корд Макферсон не привык вести деловые разговоры
на ходу.
— Если вы хотите поговорить, мэм, то тогда остановитесь и
повернитесь. — Он сказал это тихо, но твердо.
— Я не могу, — прошептала она, оглянувшись, и он увидел
порозовевшую щеку.
Хватит ее смущать, приказал себе Корд.
— Идите оденьтесь и возвращайтесь сюда.
Она легкой походкой устремилась к хибарке, по пути схватив за руку мальчика,
выглядывавшего из-за угла.
Корд поднял с земли пустое деревянное ведро и повел лошадь к ручью.
Она так и знала: им чересчур повезло — нашли пустующий дом... ну пусть не
дом, а хибару, но вполне пригодную для жилья.
Грязный пол был подметен маминой метлой, а грубо сколоченные деревянные стол
и стул она отмыла старой отцовской рубашкой. Печь оказалась пригодной для
готовки, особенно когда она выгребла оттуда груду золы и протопила ее
щепками.
Мальчики спали валетом на единственной койке, она же устроилась у печки,
положив перед собой ружье. Три недели показались им почти идиллией. Рейчел
отмечала дни в мамином дневнике, чтобы знать, когда наступит воскресенье.
Тогда она усаживалась с мальчиками под деревьями, читала им папину Библию и
пела с ними псалмы, подсказывая слова, когда они запинались. Как же ей
недоставало церкви!
При мысли об оставленном в Пенсильвании родном доме она стиснула зубы.
Незачем плакать по прошлому — надо жить настоящим, и Рейчел Синклэр лишь на
мгновение позволила печальным мыслям овладеть ею. В сундуке около койки она
отыскала голубое платье и натянула его. Пуговицы легко влезали в петли,
аккуратно обметанные мамиными руками.
Слезами горю не поможешь. Она не плакала, когда месяц назад тела самых
дорогих ей людей опускали в могилы у дороги в штате Миссури.
И вот тогда она взяла бразды правления в свои руки. Ей уже восемнадцать, она
совсем взрослая и сможет позаботиться о семье, доказав тем самым, что ее
хорошо веспитали и подготовили к жизни. Она поклялась, что уедет вместе с
братьями на Запад, куда так мечтал добраться отец.
В лачуге они остановились лишь на короткое время. Она знала, что найдет
возможность продолжить путь туда, где мальчики смогут в дальнейшем нормально
жить и работать. А вдруг она встретит человека, который возьмет на себя
заботы о ее семье?
Мальчики поджидали у двери незваного гостя, который ушел к ручью. Рейчел
пригладила волосы, заплетенные в длинную косу.
— Где он? — спокойно спросила она. Его манера вести себя пугала,
хотя он ничем ей не угрожал, но уж слишком пристально разглядывал, особенно
оголенные плечи и шею. От этой мысли она снова покраснела.
А теперь она смотрела, как он, держа в одной руке поводья, а в другой ведро,
поднимался от ручья по дорожке, протоптанной в траве Джеем и Генри.
— Вам, как я понял, нужна вода. Вот я и принес, а заодно искупал
коня. — Он без видимых усилий поставил на землю ведро.
— Спасибо. — Рейчел ухватилась было за ручку, но мужчина кивнул в
сторону Генри.
— Отнеси ведро в дом, малыш.
— Хорошо, сэр, — покорно ответил Генри, подчинившись прозвучавшему
в голосе мужчины приказу.
Рейчел засунула руки в карманы платья и повернулась к незнакомцу.
— Может, мы договоримся о разумной плате за жилье, мистер?
— Вы намерены жить здесь одни? — удивился мужчина. — Этот
сарай негоден и для скотины. Дверь висит на одной петле, и даже нет
нормального пола. Неужели вам это подходит?
— Пока — да, — твердо ответила она.
— И сколько же вы намерены платить? И на что жить?
Рейчел подумала о тающих на глазах запасах еды, которую она разместила на
полках, прибитых к стене лачуги.
— Нам хватит, — гордо заявила она. — В реке полно рыбы, а
Генри умеет охотиться. К тому же поспевают ягоды...
За сараем раздалось ржание — где-то рядом находились лошади.
— Сколько же у вас лошадей, мэм? — поинтересовался он.
— Эта пара не продается, — поспешно ответила она. — Лошади
принадлежали отцу.
— Принадлежали? — Единственное слово говорило о многом: ее отец
никогда не вернется и она с двумя мальчиками осталась одна в десяти милях от
ближайшего города.
— Теперь это мои лошади.
— Небезопасно жить здесь одной с детьми.
Она воинственно сверкнула глазами.
— Мы не видели ни единого человека, пока не появились вы.
— Возможно, вы никого так и не увидите. Но это не наверняка. Кое-кто
может вам досаждать. — Он не хотел называть вещи своими именами, но она
его поняла.
— Сколько вы хотите получить за жилье, мистер? — с надеждой в
глазах спросила Рейчел.
Ему вдруг пришла в голову неожиданная мысль.
— Может, мы и договоримся, — произнес он. — Вы, как я
погляжу, умелая прачка. А что, если вы займетесь стиркой у меня дома, а
заодно и готовкой? Пару дней в неделю, а?
Он ждал ответа и одновременно спрашивал себя: зачем он это предлагает,
вместо того чтобы прогнать ее либо отвезти в город и подыскать ей жилье там?
Девушка отрицательно покачала головой.
— Я лучше заплачу вам и поживу здесь, мистер. Мы с братьями должны
решить, куда ехать дальше.
— Уверен, что мы договоримся, — ответил он, не желая лишать ее
надежды, хотя считал, что, конечно, ей лучше бы уехать. Но ведь для любого
странствующего ковбоя она — желанная добыча. — Я подумаю и
вернусь. — Он легко вскочил в седло и протянул ей загорелую
руку. — Меня зовут Корд Макферсон.
Она подошла к нему и тоже протянула руку — ее тонкие пальцы оказались на
удивление сильными.
— Рейчел Синклэр. А это мои братья: Джей и Генри. — Она выдернула
руку из его ладони и сделала шаг назад;
Он дотронулся до шляпы, развернул коня и уехал, представляя, как она смотрит
ему вслед: в голубом платье — этот цвет подходит к ее глазам — и с темной
толстой косой, вьющейся по спине. Весь обратный путь через поля и луга его
не оставлял образ женщины с соблазнительной фигурой, тонкими руками и
атласными плечами, блестевшими на солнце.
Поездка в город заняла много времени. При въезде в Грин-Рэпидс у Рейчел
сильно забилось сердце — ведь она шла на риск, так как шериф наверняка с
ними захочет поговорить, если только он этим утром случайно не отлучился из
городка.
Ей не хотелось конфликтовать с властями, хотя шериф, скорее всего,
возблагодарил судьбу за то, что избавился от них. Тем не менее Рейчел была
готова к встрече. Она решительно сжала губы и выпрямилась.
На пыльной дороге, как обычно по субботним дням, скопилось множество телег и
фургонов. Рейчел оглядела торговые ряды, разместившиеся вдоль широких
деревянных пешеходных настилов. Увидев вывеску Универсальный магазин Грин-
Рэпидса, она натянула вожжи.
Генри спрыгнул с сиденья, закрепил поводья на сбруе и привязал лошадей к
ограде у магазина.
— Все в порядке, Рей, — крикнул он и еще раз проверил, крепко ли
затянут узел.
— Спасибо, Генри. Пойдемте, мальчики, и помните — сегодня никаких
сладостей, будем покупать только самое необходимое.
— Знаю, — вздохнул Джей.
В этом магазине, как во всех подобных заведениях в той части Америки, где
они путешествовали, пахло кожей, щелоком и крахмалом от рулонов материи, а
также патокой и чем-то печеным. Наверное, сладкими пирожками, подумала
Рейчел. Сколько здесь всего заманчивого, а у нее так мало денег!
— Чем могу быть полезен, мэм?
Рейчел с удивлением посмотрела на элегантного продавца: напомаженные волосы
аккуратно зачесаны назад, тугой крахмальный воротничок и застегнутые манжеты
рубашки. Он поклонился ей с любезной улыбкой, и в его глазах промелькнуло
восхищение.
Рейчел поискала в кармане список продуктов, хотя помнила его наизусть: фунт
или два сахара — в зависимости от цены, — мешочек кукурузной муки, фунт
топленого свиного жира, молоко для овсяной каши мальчикам и, возможно,
несколько яиц. Ей ужасно хотелось яичницы, но это непозволительная роскошь.
Яйца — и то если они не очень дорогие — только для теста. Джей и Генри за
то, что помогали ей по хозяйству и ходили за водой, получали в награду
пирожок.
— Нам только вчера прислали материю из Сент-Луиса, — сказал
продавец, предположив, по-видимому, что ей необходимо сшить новое платье.
Что ж, он прав, мрачно усмехнулась Рейчел.
— Нет, мне нужно купить только продукты. Прежде всего — кукурузную
муку.
Она зачитала ему список, наблюдая, как он снует за полированным деревянным
прилавком. В холщовый мешочек он отсыпал сахар, и Рейчел показалось, что там
больше, чем фунт. Затем последовал свиной жир и три жестянки со сгущенным
молоком. Аккуратно обернув плотной бумагой четыре яйца, он уложил их в мешок
с кукурузной мукой и пояснил:
— Так они не побьются в дороге. Опершись ладонями о прилавок, он с улыбкой наклонился к Рейчел.
— Чего бы вам еще хотелось?
Рейчел быстро подсчитала в уме оставшиеся деньги.
— Сколько стоит маленький пакетик чая? — спросила она.
Он повернулся к полке у себя за спиной и открыл банку, из которой тут же
потянуло пряным ароматом. Улыбаясь, он отсыпал солидную порцию чая в
металлическую коробочку.
— Это очень много. Столько я не могу себе позволить, —
запротестовала Рейчел, видя, как он плотно закрывает крышкой раскрашенную
розочками и зелеными листочками коробочку.
— Пусть это будет подарком из Грин-Рэпидса, мэм.
Подобного жеста она не ожидала. Судя по всему, она ему очень понравилась.
— Право, не знаю, сэр, — тихо вымолвила Рейчел. Братья подошли к ней и молча встали рядом.
— Позвольте представиться, мэм. — Он протянул руку. — Конрад
Карсон, владелец магазина, к вашим услугам.
Он отвесил ей вежливый и старомодный поклон, и Рейчел успокоилась. Девушка
пожала его гладкую ладонь с чистыми, подстриженными ногтями и вдруг
вспомнила другую руку — жесткую, мозолистую, — которую она пожимала
всего два дня назад.
— Спасибо, мистер Карсон, — ответила Рейчел и вынула из кармана
кошелек. — Сколько я вам должна?
— Сейчас подсчитаю. — Он быстро написал цифры на листе оберточной
бумаги и назвал сумму.
Рейчел вздохнула с облегчением — денег у нее хватало, и даже еще немного
осталось. Она протянула каждому из мальчиков по пенни.
— Купите себе конфетки, — тихонько сказала она.
— Можно, Рей? — тоненьким голоском пропищал Джей.
А Генри встал на цыпочки и прошептал ей на ухо:
— И мы можем себе это позволить?
Она кивнула и с нежностью улыбнулась. Да она жизнь отдаст за своих
ненаглядных мальчиков!
Возвращаясь к себе на ранчо, он решил дать ей на размышления неделю. Пусть
поживет в сарае, питаясь рыбой, кроликами и своими жалкими запасами. А когда
он вернется, то она будет готова принять его новое предложение.
Но он смог подождать всего три дня. Мысли об этой привлекательной женщине не
оставляли его ни днем ни ночью, и в результате рано утром в понедельник он
отправился в путь.
Конечно, дело не в том, что он слишком долго обходился без женщины, —
он вполне в состоянии обуздать свои страсти и по-прежнему управлять ранчо,
ухаживать за скотом, надзирать за работниками.
Корд с усмешкой покачал головой, дивясь на собственную глупость. Наверняка
очаровательное создание, занимавшее его мысли в течение трех дней, окажется
обычной женщиной, когда он снова ее увидит.
Путь к дальней границе ранчо показался ему бесконечным, несмотря на быструю
езду. Не стоило оставлять ее там одну. А что, если кто-то набрел на лачугу и
воспользовался беззащитностью этой жалкой семьи?
Он вонзил шпоры в бока лошади и внимательно вгляделся в линию горизонта, где
вот-вот должен появиться ряд деревьев, окаймляющих горный кряж, у подножия
которого приютилась маленькая долина.
Самое лучшее — предложить ей работу, и не на два дня в неделю, а постоянную,
каждодневную, для чего ей придется вместе с братьями переехать к нему на
ранчо. Скандала, конечно, не избежать, поскольку это нарушит жизненный уклад
Джейка. Но тут уж придется Сэму Бостуику последить за тем, чтобы он не
попадался на глаза Рейчел и не испугал ее. При мысли о брате Корд нахмурился
и тяжело вздохнул.
Из пяти работавших на ранчо мужчин ни один не умел прилично готовить. Хотя
золотая лихорадка канула в прошлое, до сих пор многие стремились на Запад, и
найти работников становилось почти невозможно. В результате здесь, в
Канзасе, проблема рабочей силы напрямую зависела от того, насколько хорошо
хозяин мог накормить ковбоев.
Перед Кордом простиралась покрытая дикими цветами возвышенность, которую
венчали деревья. Ярко светило солнце, и на фоне безоблачного неба парил
одинокий охотник — ястреб.
А под молодым кленом с только что распустившимися листочками стояла на
коленях стройная женщина, та самая, что не выходила у него из головы
последние три дня.
Она подняла лицо и посмотрела на него широко раскрытыми глазами. Когда он
остановил коня рядом с ней, она встала. Застиранное цветастое платье было ей
явно коротко, но взгляд Корда с удовольствием задержался на ее тонких
лодыжках и босых ступнях.
— Мистер Макферсон, — поздоровалась она.
— Мисс Синклэр. — Он соскочил с лошади и... вдруг потерял дар
речи.
Она выглядела такой серьезной, что он подумал: его предложение может ее
оскорбить, так как эта девушка, несомненно, из хорошей семьи и не решится
жить у него в доме, где нет другой женщины. Но желание не отпускать ее от
себя оказалось сильнее приличий. Он понял, что единственный шанс уговорить
ее — это выдержать деловой тон.
Она думала о нем три дня, и вот теперь он здесь, на верхушке холма, и
направляется на своем огромном коне прямо к ней.
— Я приехал узнать, не нужно ли вам чего-нибудь, мэм.
Что ей нужно? Она только что кончила молиться. Ей казалось, что, взобравшись
на самое высокое место в долине, она будет ближе к Богу. Рейчел просила
Всевышнего помочь ей продержаться, так как денег оставалось совсем мало. И,
словно посланник свыше, появился он — человек, не выходивший у нее из ума со
вторника.
— Не нужно ли нам чего-нибудь? — повторила она его слова. —
Спасибо, мистер Макферсон, но у нас с братьями все есть.
Девушка попыталась улыбнуться, но улыбки не получилось.
Корд Макферсон сдернул с головы широкополую шляпу и хлопнул ею по бедру.
— Я приехал не для того, чтобы обмениваться с вами любезностями, мэм. Я
предпочитаю правду.
Не удержавшись от вздоха, она произнесла:
— Деньги почти кончились. Не знаю, сколько раз еще смогу съездить в Грин-
Рэпидс за покупками.
— Вы были в Грин-Рэпидсе?
Она кивнула.
— Я с трудом нашла туда дорогу.
— Вас там никто не обидел?
— Нет. — Она улыбнулась, вспомнив приветливого продавца. —
Хозяин магазина очень приятный человек. Он подарил мне коробочку чая.
— Конрад? — Корд с удивлением поднял бровь.
— Он показался мне весьма любезным. — Она опустила глаза и
покраснела.
— Держу пари, что он был любезен, — грубоватым тоном произнес
Корд. — Вас никто не беспокоил здесь?
— Нет. Вот только вчера заезжал один человек, все осмотрел и тут же
уехал.
— Это Мозес. Я велел ему при случае заглянуть к вам.
— Вы спрашивали, не соглашусь ли я приезжать к вам стирать, мистер
Макферсон. Вы не отказываетесь от своего предложения? — Она опять
покраснела, теперь от собственной смелости.
— Вообще-то я именно поэтому и приехал, — вежливо ответил он.
У нее екнуло сердце. Это знак Божий в ответ на ее молитву!
— Вы хотите, чтобы я уехала вместе с вами и занялась стиркой? —
Она лихорадочно соображала, что ей для этого надо приготовить.
Он улыбнулся во весь рот.
— Я хочу предложить вам, если пожелаете, заняться еще и готовкой.
— Но если у вас много белья, то на стирку уйдет целый день, и я не
успею приготовить еду, — возразила Рейчел.
Он запустил ладонь в волосы, словно обмозговывал ее слова. Затем, надев
шляпу, сделал вид, что принял решение.
— Я подумал, что, может, уговорю вас вести хозяйство
...Закладка в соц.сетях
