Жанр: Любовные романы
Радости жизни
...и Барби, которые сегодня тоже не танцевали, а были приглашены к столу,
чтобы сопровождать мужчин за обедом.
Фиби стояла рядом с Трейсом и хмурила брови. Пока все шло точно по плану.
Правда, Трейс вел себя так, как будто Фиби не существовало. Но в остальном
она чувствовала себя довольно хорошо. По ее просьбе Энджи устроила так,
чтобы бармен Бретт был отпущен на всю ночь, а Трейс вызван на его место.
Сделать это оказалось очень легко, и было похоже, что мистер В вспоминает о
безопасности только в том случае, когда речь идет о появлении полицейского.
Тиффани говорила, что мистер В не любит полицию, но это было еще мягко
сказано. Анджело Венцара не просто ненавидел представителей закона, но
буквально наслаждался, сводя их с ума своим подозрительным поведением, когда
только мог. Такое вот своеобразное увлечение появилось у мистера В на склоне
лет. И очень вероятно, что Алварец посинел от злости, когда оказалось, что
листик, который Фиби принесла ему, был оторван от молодого помидорного
куста.
Думая об этом, Фиби качала головой, и в этот момент Энджи помахала ей рукой,
не вставая со своего места. Фиби улыбнулась и помахала в ответ, как бы
благодаря за помощь. Энджи оказалась очень хорошей подругой. Она много знала
о том, что происходит на острове Помодоро. Вчера, всего за какой-нибудь час,
Энджи прояснила те моменты, которые Фиби не могла понять сама.
Осведомленность Энджи объяснялась просто: был на острове некий садовник —
или даже два садовника, — к кому Энджи испытывала симпатию и поэтому
часто бывала на острове. Мистер В потворствовал своей племяннице во всех ее
романтических приключениях, а Энджи обещала своему дяде не сообщать никому,
даже Тони или остальным членам семейства, что в действительности происходит
на острове, пока мистер В не будет готов сделать важное объявление, о
котором полиция и не подозревает. Сегодня вечером это объявление и должно
быть сделано.
И, к счастью, Трейс все еще ничего про это не знает... Фиби молилась, что
сможет смягчить его сердце, когда он обнаружит, что мистер В не занимается
контрабандой, а выращивает помидоры. Конечно, для мистера В это были не
просто помидоры. Это были особенные, родом из Италии, сорта, которые
семейство Венцары веками выращивало среди древних виноградных лоз. Рассаду
этих помидоров мистер В и пересадил на остров Помодоро. Полученный урожай
должен был использоваться как секретный компонент томатного соуса мистера В,
который он планировал запустить в производство и продавать.
Но для этого надо было, чтобы собственные помидоры или личные рецепты соуса
Реналдо и Делефлуенте не победили бы в небывалом в истории соревновании
поваров сегодня вечером на борту
Миража
. Если же Венцара, Реналдо и
Делефлуенте решат объединить свои выдающиеся кулинарные таланты, то новый
соус должен будет называться
Соус Трех Донов
. Томатный соус обещал
принести доход больший, чем даже торговля наркотиками. Особенно
многообещающими были сорта Венцары, поскольку его помидоры были
необыкновенно вкусны, замечательно чувствовали себя в плодородной почве
острова Помодоро и давали урожай больший, чем в родной Сицилии. А если и
помидоры Реналдо и Делефлуенте приживутся на острове, успех гарантирован.
Пока Фиби предавалась воспоминаниям, у боковой двери раздалось позвякивание.
Это Малыш Марторелли внес блюдо с торжественностью, приличествующей
королевскому банкету. Он остановился рядом с мистером В и снял сверкающую
крышку. Пар клубами вздымался от блюда, мистер В кивнул и сделал знак
Трейсу.
Трейс взял бутылку вина, которую открыл заранее, и вышел из-за стойки, чтобы
обслужить гостей. Мистер В снова посмотрел в сторону бара, взглядом нашел
Фиби и улыбнулся. Она улыбнулась в ответ и исподтишка подмигнула ему, а он
рассмеялся.
Мистер В был, очевидно, романтиком до глубины души, поскольку с радостью
согласился помочь Фиби, когда Энджи объяснила ситуацию — конечно, не говоря
ни о том, почему Фиби заняла место Тиффани как танцовщица, ни о том, что
Трейс был репортером. Была изложена простая и старая, как мир, история —
девочка встречает мальчика, девочка теряет мальчика, девочка хочет запереть
мальчика в одной из кают, чтобы вернуть его. Что вы скажете? К счастью,
мистер В сказал
да
.
Пока Малыш подавал спагетти, Трейс возвратился за стойку бара. До сих пор
каждый раз, когда Фиби пробовала придвинуться ближе к нему, он отходил, и
она решила, что пришло время перейти к выполнению плана номер два. Взяв
Трейса за руки, чтобы он не мог уйти, она наклонилась над стойкой бара.
— Я думаю, что мы могли бы сбежать, пока все заняты. В каюте мистера В
есть одна вещь, которую я должна показать тебе, — сказала она,
оглядываясь через плечо. — Тебе стоит потратить на это время.
Он поднял брови.
— Я думал, что мы уже все закончили, а ты сегодня вечером нарушаешь
много твоих же собственных правил, котенок. Не говорить со мной. Не
встречаться со мной. Не делиться информацией, — дразнил он ее.
Фиби облизала губы.
— Я была не права. Во многом. Но думаю, что это поможет мне
исправиться.
Трейс посмотрел скептически, но неутолимое любопытство репортера в конечном
счете победило.
— Что находится в каюте и кто сказал тебе об этом?
— Энджи. И здесь я не могу тебе рассказывать, — ответила она,
почти не разжимая губ и притворяясь крайне испуганной, что ее могут
подслушать.
Он посмотрел через ее плечо на сидящих за столом. Только что вспыхнул
громкий спор между мистером В и Роберто Реналдо о том, чьи помидоры имеют
более аппетитный аромат.
— И как мы сможем оправдаться, если обнаружат, что мы ушли? —
спросил Трейс.
Она улыбнулась и коснулась его локтя.
— Я просто сообщу им, что не могу удержать мои руки вдали от тебя.
Трейс кашлянул, прикрыв рот рукой.
— Уверен, что это сработает, — сказал он, ухмыляясь. — Но ты, конечно, дурачишь меня.
Фиби снова нахмурилась, но Трейс смотрел уже не на нее, а на свои часы.
— Убеги, как только сможешь, — решил он. — Я встречу тебя у
дверей
Казино лунного света
. — И, бросив на нее последний быстрый
взгляд, он повернулся к Фиби спиной, как будто они и не разговаривали.
Фиби прищурилась. Трейс не сдавался ни на йоту. Она, может быть, и заслужила
холодное отношение к себе, но от осознания этого ее задача не становилась
легче. Видимо, придется быстро сбегать в ванную до того, как они встретятся.
Дома она надела белье, но после слов Трейса решила повысить ставки. Теперь,
когда они с Трейсом встретятся, он будет умолять ее. Можно поспорить на что
угодно.
Меньше чем через пять минут Фиби стояла у пустого казино, постукивая
каблучком.
— Ты готова? — спросил Трейс, быстро оглядев холл.
— Да. Пойдем. Следуй за мной.
— Так как ты заставила Энджи говорить? — спросил он, пока она вела
его к одной из верхних кают, занимаемых мистером В.
— У нас почти родственные отношения, так как я — сестра Тиффани, а она
— сестра Тони. Так что я пригласила ее вместе пообедать. Мне почти ничего не
пришлось делать. Только направить беседу в правильном направлении. — До
сих пор все, что сказала Фиби, было правдой.
Трейс фыркнул.
— Да, если ты можешь слушать ее голос. У меня он вызывает зубную боль.
Вместо ответа Фиби рассмеялась. Наконец они остановились возле каюты,
которую Энджи велела Фиби использовать.
Положив руки на бедра, Трейс уставился на дверь.
— Впрочем, ее голос меня не касается. Дверь заперта?
Фиби притворилась взволнованной.
— Я не знаю. — Она едва коснулась ручки двери, когда послышался
слабый шум. Это был звук ударов мяча о ладонь, и Фиби, с трудом удерживаясь
от улыбки, сделала большие глаза и со словами:
— Скорей. Сюда идет Малыш, — схватила Трейса за руку и втянула в
темную каюту.
Фиби почувствовала губы Трейса возле своего уха и услышала шепот:
— Иди сюда.
Трейс увлек ее во вторую комнату и закрыл дверь.
Это было смешно, но сердце Фиби застучало, как будто она была действительно
в опасности. В темноте она дотянулась до Трейса. Он притянул ее к себе и
крепко обнял. Его грудь была твердой, и Фиби стало так хорошо, что
захотелось плакать от облегчения.
Стало заметно, что звук мяча стал громче. Предполагалось, что Малыш запрет
дверь снаружи, но вместо этого он вошел в каюту. Что, черт возьми, затеял
этот Малыш?
— Если он войдет сюда, будем вести себя, как тогда, в трюме.
Хорошо? — прошептал Трейс, и Фиби решила, что удача начала
сопутствовать ей. Спасибо тебе, Малыш.
В первой комнате щелкнул выключатель, зажглась лампа, и луч света проник под
дверь. Фиби и Трейс ждали, что будет дальше. Звук мяча приблизился, и они
увидели под дверью тень Малыша. Когда Фиби уже собралась рассердиться на
Малыша за излишнее усердие, Трейс прошептал ей в ухо:
— Пора начинать.
И затем обнял ее, поцеловал в губы и опустил руки ниже ее короткой юбки. Он
вздрогнул, ощутив ее кожу. Их тела прижались друг к другу. Трейс верил, что
необходимо соблюдать полную тишину, и от этого она ощущала необыкновенное
возбуждение.
Чувство вины из-за того, что она обманула Трейса, угрожало разрушить ее
наслаждение, но она уже не могла остановиться и выгнулась в его руках,
охваченная внезапной волной жара.
В этот момент в первой комнате снова щелкнул выключатель, и свет погас.
Только теперь Фиби вспомнила о Малыше. Послышался звук закрываемой входной
двери. Щелкнул замок.
Трейс начал отстраняться от Фиби.
— Кажется, я немного потерял контроль над собой.
У Фиби еще было немного времени до того момента, как придет Энджи и отомкнет
замок.
— Нет, все в порядке. Мне с тобой очень хорошо. — Фиби было жаль,
что она не может видеть Трейса, но то, что она должна сказать, легче
говорить в темноте. — Мы должны поговорить, Трейс. Прямо сейчас. Я чуть
не сошла с ума, когда ты ушел. Мне очень жаль, что все так случилось. Я была
не права. — Она крепко обнимала его, но от него веяло холодом. —
Пожалуйста, прости меня. Я знаю, что обидела тебя. Крепко обидела. Но я была
так испугана и глупа. — Нервный смех вырвался из ее горла. —
Главным образом глупа, и я хочу, чтобы ты дал мне еще один шанс. Нет, не
быть глупой, конечно, но исправиться, — говорила она сбивчиво. —
Быть вместе, ты и я. Я хочу сказать, если ты сможешь простить и все еще
хочешь меня... — Ее сердце билось очень быстро, и дыхание прерывалось,
пока она ждала его ответа.
Наступила тишина, потом раздался его голос:
— Да ну? А как же быть со всеми моими женщинами? Разве ты не боишься,
что прямо из этой комнаты я побегу развлекаться с Барби? Или с Энджи? Или
еще с кем-нибудь...
— Нет, — прервала Фиби его тираду, покачав головой, хотя он не мог
этого видеть в темноте. — Я не доверяла самой себе, а не тебе. Не
верила, что смогла бы сделать тебя счастливым. Была испугана тем, что
слишком сильно люблю тебя. Я немного по-детски представляла себе, чего хочу
от мужа, но потом поняла, что то, в чем я нуждалась, должен был дать мне
отец. Но он не мог и не может дать мне этого — например, ощущения
безопасности. Довольно глупо с моей стороны, а? Мне уже тридцать лет, а я
все еще мечтаю о заботливом папе. — В ее горле появился комок, и она
едва могла говорить. Она быстро заморгала от появившихся слез, глядя в
темноту. — Я знаю, что ты не лгал. Ты не солгал мне ни разу. — Она
остановилась и засмеялась. — Кроме того случая, когда сказал, что ты
стриптизер, но даже это было отчасти правдой. — Она опять покачала
головой. — Пожалуйста, прости меня. Знаю, что я все испортила. Но я
люблю тебя. Ты — единственный мужчина, которого я люблю и всегда
любила. — Ее голос прервался. — И ты единственный мужчина, который
любит меня. П-п-пожалуйста, всегда люби меня. Я не смогу перенести, если ты
меня разлюбишь.
Фиби замолчала. Она напряженно ждала, что он ответит, и слезы струились у
нее по щекам. Она опустила голову вниз, и каждая секунда тишины казалась ей
вечностью. Что ж, она все сказала. Она попробовала исправить свою ошибку, но
оказалось, что уже слишком поздно. Она обидела его слишком сильно, и он не
сможет простить ее. Оставалось повернуться к нему спиной и уйти, расстаться
навсегда.
Но Трейс вдруг притянул ее к себе, крепко обнял и простонал:
— О, котенок. Я люблю тебя. Я никогда не переставал любить тебя. Все
девять лет. Ничто для меня не имеет значения без тебя. Ничто. Я был вне себя
от горя, когда потерял тебя. И все из-за моей дурости. Во всем этом я сам
виноват, дурак...
Она прижала свои пальцы к его губам, а потом поцеловала. Когда они наконец
отодвинулись друг от друга, чтобы вздохнуть, она прошептала:
— Ты не дурак, и ты никогда не потеряешь меня. Никогда. И я никогда не
потеряю тебя. Мы всегда будем вместе, и я всегда смогу тебя целовать.
Трейс засмеялся, поднял ее в воздух и закружился по комнате вместе с ней.
— В любое время, котенок. В любое время.
Но Трейсу следовало узнать еще кое-что.
— Слушай, что я должна сказать тебе. Ты будешь очень удивлен. Ты знаешь
остров, который купил мистер В? Так вот...
На следующий день Трейс лежал, откинувшись на подушку, и держал в руке левую
руку Фиби. Он подставлял ее палец солнечному лучу, проникавшему через
жалюзи. Свет отражался от большого белого бриллианта, и радужные зайчики
танцевали на стенах и потолке.
— Соус, надо же, — ворчал он. — Столько хлопот и возни, и все
только ради того, чтобы три старика могли делать соус для спагетти!
Фиби сжала его руку и поднесла к губам, целуя тыльную сторону его кисти.
— Посмотри на это с такой стороны. Если бы ты и полиция не подозревали
их в чем-то более серьезном, мы никогда бы снова не увидели друг друга.
Трейс засмеялся.
— Да, это мне нравится. — Но потом он опять застонал: — Но
выращивание помидоров! И изготовление соуса... Теперь я не смогу написать
статью и получить работу. А нам нужны деньги.
Фиби вздохнула и вытянула руку.
— Тебе не следовало тратить так много на мое кольцо. Но мне оно
нравится. И я люблю тебя. А о деньгах я не забочусь.
Трейс ухмыльнулся.
— Так может говорить только женщина, которая ни дня не прожила в
бедности. Поглядим, что ты скажешь, когда нам будет нечего есть и негде
жить.
Фиби приподнялась, опираясь руками на его грудь, и вздернула подбородок.
— Я вот о чем думаю. Почему твоя статья обязательно должна быть такой,
чтобы после нее кого-то посадили в тюрьму? Почему бы тебе просто не написать
о наших приключениях?
Он смотрел в ее большие серые глаза, пока она говорила, и чувствовал, как
напряглась его грудь. Как же он любит ее! Любит прикасаться к ней, лежать
рядом, смеяться, ссориться и мириться. Он никогда не привыкнет к этому.
Никогда.
Фиби смотрела на него с надеждой во взоре.
— Так что ты думаешь? — спросила она.
Трейс покачал головой и улыбнулся.
— О чем?
— О моей идее. Я думаю, много газет заинтересовалось бы этой историей.
Попробуй представить себе. Три бывших главаря мафии, отошедшие от дел и
продающие соус для спагетти. Читателям понравится. Ты мог бы даже стать
известным журналистом.
Его улыбка стала шире.
Она посмотрела ему в глаза и прижалась, чтобы крепко поцеловать.
— Так что ты думаешь?
Он думал, что уж на сей раз им удастся устроить свою жизнь. Даже не думал, а
твердо знал это.
— Что я думаю, котенок? — откликнулся он. — Я уверен, что мы
будем счастливы!
Закладка в соц.сетях
