Жанр: Любовные романы
Уголок рая
...ю казалось таким правильным, в утреннем свете
могло ей представиться совсем иным. Если же еще вдобавок Марко увидел их
вместе... А это весьма вероятно... Как она ему это объяснила?
Алексу стало не по себе при этой мысли. Ему хотелось бы, чтобы Джина не
освобождала его от ответственности за произошедшее. Ведь он тоже виновен. И
в большей степени, чем она; ведь это он проявил инициативу. Пусть
непреднамеренно. После разрыва с Мишель он глубоко задумался над тем, какого
рода брак ему нужен. Ему требуется жена, которая разделяла бы его ценности,
любовь к детям...
А сказал ли он Джине, что его помолвке положен конец? Что он вообще говорил
ей в самые жаркие минуты Он припомнил, как она слабо протестовала,
спрашивала, почему он не с Мишель... Он не ответил...
Черт возьми! Одному богу известно, что подумала Джина, когда проснулась, но
едва ли что-нибудь хорошее. Он настолько потерял разум, что не рассказал ей
об изменении своего положения. Он настолько забылся в вожделении, что все
остальное в мире перестало для него существовать.
А теперь все возвратилось.
Алекс выскочил из постели. Его гнала из комнаты надежда, что Джина
завтракает с его бабушкой. Тогда у него есть шанс. Может быть, желание
узнать его реакцию на прошедшую ночь пересилило обстоятельства, и она
осталась в доме.
Алекс, освежившийся, чисто выбритый, спустился на первый этаж в половине
десятого; к этому времени он успел прокрутить в мозгу несколько возможных
сценариев развития событий, хотя и был готов к чему-то совершенно
непредсказуемому.
У порога столовой он помедлил, стараясь справиться с волнением. Ему не
хотелось, чтобы его бабушка оказалась в курсе сложившейся ситуации раньше,
чем он найдет решение. Или хотя бы поймет, в каком положении он находится
сейчас.
Лучше всего было бы в открытую объявить, что брак с Мишель не состоится. Так
он успокоил бы совесть Джины и предотвратил бы наиболее щекотливые вопросы
со стороны бабушки. Но прежде ему необходимо переговорить с Джиной. И Марко
нельзя не принимать в расчет. Вдруг малыш видел их вдвоем в постели?
Разум Алекса как будто сошел с рельсов, когда он шагнул в столовую и увидел,
что его бабушка сидит у стола в одиночестве. Он остановился, чтобы собраться
с мыслями. К счастью, бабушка смотрела в окно, на поднимающееся над океаном
солнце. На столе стояла только кофейная чашка. Судя по всему, посуду после
завтрака уже убрали. Бабушка не стала его ждать, так как по субботам он, как
правило, оставался у Мишель. Если Джина и Марко были здесь, то уже поели и
ушли.
Когда его бабушка вышла из задумчивости и потянулась к звонку, чтобы позвать
Розиту, он уже понял, что исчезнуть незаметно ему не удастся. У бабушки
слишком острые глаза.
— Алессандро? Вот так сюрприз!
В ее голосе он услышал радость, на что никак не рассчитывал.
— Доброе утро, бабуль, — сказал он, сделал шаг к столу и спросил
как можно более непринужденно: — Твои гости уже уехали?
— Ты имеешь в виду Джину Терлицци и ее сына?
По удивленному выражению лица Изабеллы Алекс решил, что Джина ничего ей не
сказала.
— Джина вчера мне говорила, что ты предложила ей переночевать
здесь, — торопливо пояснил он.
— Я надеялась, что они позавтракают со мной, но они уехали ни свет ни
заря.
Значит, она разозлилась. Алексом овладело раскаяние. Джина так торопилась
уехать, чтобы избежать еще большего унижения, что даже не побоялась обидеть
хозяйку своим поспешным бегством. Это он, сам того не желая, поставил ее в
двусмысленное положение. И теперь он обязан как-то поправить дело.
Изабелла указала ему на стул.
— Хочешь, я попрошу Розиту, чтобы она тебе чего-нибудь принесла?
Алекс удивился тому, что Изабелла не задает вопросов. Желая выяснить как
можно больше, он присел к столу. Хотя на еду уйдет слишком много времени.
— Я не буду завтракать. Давай лучше выпьем кофе.
Розита не заставила себя ждать, и Изабелла попросила ее принести две чашки
кофе. Она не стала настаивать на том, чтобы он поел, — еще одна
странность. Неизвестно почему, но бабушка считала, что Мишель не кормит его
как следует, а ведь предполагалось, что он приехал из дома невесты.
— Думаю, вчерашняя свадьба тебе понравилась? — заговорила наконец
Изабелла.
— Да.
С тех пор словно прошла целая жизнь. Свадьба осталась в его памяти неясным
пятном, о котором не хотелось вспоминать.
— Антонио сказал прекрасный тост.
— Да, он любит и умеет развлекать компанию.
Иногда Алекс завидовал природной жизнерадостности Тони, его умению
отмахиваться от неприятностей и плыть по течению.
Алекс, вечно ты
хочешь все держать под контролем
, — подтрунивал над ним
младший брат. А прошлой ночью все механизмы контроля исчезли без следа.
— И Джина Терлицци пела превосходно. Это моя находка.
— Да.
Алекс отвел глаза. Нельзя, чтобы бабушка заметила, какое значение приобрела ее протеже в его жизни.
Наступившее молчание заставило его заподозрить, что Изабелле все известно, и
она ожидает от внука объяснений. Безусловно, она видела, как он увлек Джину
на танец. Вполне возможно, она также отметила, что они вышли из зала вдвоем.
Но вряд ли она догадывалась, что за этим последовало.
Безусловно, он обязан сообщить бабушке, что его собственная свадьба не
состоится. Восстановление отношений с Мишель исключено. И дело отнюдь не
только в его тяге к Джине. Не может быть никакого разговора о женитьбе на
столь грубой и бесстыдно неверной женщине.
А ведь в памяти Джины он остался человеком, способным обмануть невесту. С этим невозможно смириться.
Розита возвратилась с подносом. Алекс с улыбкой поблагодарил ее, но та даже
не улыбнулась в ответ. Обычно словоохотливая Розита молча накрыла на стол и
удалилась при первой же возможности.
Что-то все не так происходило в это утро! Розита поступила на работу в Кинг-
Касл, когда он был ребенком, и с тех пор у нее всегда находилась для него
улыбка. Он бросил быстрый взгляд на бабушку, но лицо Изабеллы оставалось
беспристрастным. Подчеркнутая сдержанность, жесткое спокойствие — верный
признак того, что Изабелла Кинг чем-то встревожена.
— Бабуль, в чем проблема?
Изабелла разлила кофе, отставила кофейник и только после этого решительно посмотрела внуку в глаза.
— В тебе, Алессандро.
Теперь у Алекса не осталось никаких сомнений: и ей, и Розите известно, что
он спал с Джиной. Но откуда?
— Прошу прощения, если я тебя чем-нибудь расстроил. Все проблемы я
улажу немедленно, — пообещал он.
Старуха с укором взглянула на него.
— И как же ты намерен выпутываться? Вынуждена тебе напомнить...
— Я разорвал помолвку с Мишель, — перебил ее Алекс. — Сразу
после свадьбы. Поэтому я и вернулся домой.
Глаза Изабеллы вспыхнули, а затем она, как будто мгновенно расслабившись,
откинулась на спинку стула.
— Приятно сознавать, что ты все-таки поступил не совсем бесчестно.
— Бабуль, да пойми же...
— Алессандро, позволь мне высказаться прямо. Джина Терлицци приехала
сюда как мой гость. Она могла рассчитывать, что ее личная жизнь не будет
потревожена в комнатах, отведенных ей и ее ребенку. Я ни на секунду не
поверю, что она сама тебя позвала. Мне ее преждевременный отъезд говорит о
многом.
Алекс нахмурился.
— Она что-нибудь тебе сказала?
— Неужели ты полагаешь, что молодая дама, если только у нее есть
чувство собственного достоинства, станет во всеуслышание заявлять, что мой
внук ее соблазнил?
— Я ее не соблазнял, — жестко возразил Алекс.
— Что мой внук использовал ее в качестве успокоительного средства после
ссоры с другой женщиной.
— Нет! — Он стукнул кулаком по столу и вскочил, отшвырнув
стул. — Бабушка, не вмешивайся в мои дела. Я сам все решу.
— Посмотрим, Алессандро, — безжалостно отрубила Изабелла. — Я
не желаю стыдиться своего внука.
Стыдиться?
Это слово уязвило его так, как не могло бы уязвить ничто другое.
— Она же тебе нравится, — негромко произнес он.
— Да. И она достойна уважения. Мне больно, что кто-то из моей семьи
нанес ей оскорбление.
Алекс кивнул. Джина действительно достойна уважения. Изабелла никогда не
была расположена к Мишель. Можно допустить, что ее предвзятость объясняется
преклонным возрастом, приверженностью старому жизненному укладу,
неспособностью смириться с новыми веяниями, тогда как Мишель современна до
мозга костей. А может статься, он тоже старомоден. И для него уважение
значит больше, чем поверхностный глянец.
— Бабуль, поверь, я ее не соблазнял. И не думал о мести или о чем-либо
другом в том же роде. Нас просто потянуло друг к другу. Это было взаимно. И
я ни от чего не отказываюсь.
Неопределенность, отравлявшая атмосферу утра, исчезла. Изабелла глубоко
вздохнула.
— Телефон Джины Терлицци и ее адрес записаны у меня в рабочем блокноте.
— Спасибо. Ты позволишь?
Она кивнула.
— Будь осторожен, Алессандро. — Ее взгляд как будто предостерегал
его. — Человек не может так петь, если его сердце пусто.
— Думаешь, мне это непонятно? — отозвался с иронией Алекс. —
Насчет Мишель, признаю, заблуждался, но я умею учиться на ошибках.
С этими словами он вышел из столовой.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Джина встала к раковине, чтобы вымыть оставшуюся после завтрака посуду.
Марко весело катал по двору тележку.
Этот дом, старый, типичный для Квинсленда деревянный дом стал родным для
нее, когда ее родители и родители Анджело благословили их брак. А теперь у
нее нет мужа, а у Марко нет отца.
И мало верится, что Алекс Кинг когда-нибудь возьмет на себя эти роли.
Но минувшей ночью... Он заботился о Марко... Любил ее...
В глубоком вздохе Джины выразились все ее внутренние переживания. Да, Алекс
повздорил на свадьбе с Мишель Бэнкс, взаимное недовольство выплеснулось
наружу... Но пройдет день-другой, все утрясется, войдет в привычную колею...
Телефонный звонок.
Джина быстро вытерла руки кухонным полотенцем и бросилась к телефону.
Наверное, звонит мать, хочет узнать, как прошел дебют в Кинг-Касле. Большая
честь как-никак, если тебя приглашает сама Изабелла Кинг...
— Добрый день, — сказала она в трубку, стараясь придать голосу
непринужденность, которой не чувствовала.
— Джина, это Алекс Кинг.
Удивление был слишком велико, чтобы она смогла произнести хотя бы слово.
Ведь она не рассчитывала вообще когда-либо услышать его голос. А сейчас
только десять с минутами. Значит, он только что проснулся и обнаружил, что
ее нет. И позвонил, чтобы сказать... мол, извини, случилась ошибка...
Джина с трудом дышала. Костяшки пальцев, сжимавших трубку, побелели. Скажи
мне что-нибудь хорошее, мысленно молила она Алекса, чтобы к ней вернулись
покой и свет, которые были вытеснены сомнениями и страхами последних часов.
— Я полагаю, ты решила, что было благоразумно... уехать как можно
раньше... — Его хрипловатый голос как будто подрагивал в унисон с ее
пульсом. — Но мы могли бы встретиться сегодня?
Встретиться... Сегодня...
Ничто на этом свете не заставило бы ее язык шевельнуться. От изумления и
радости у нее закружилась голова. Неужто и впрямь он не желает забыть то,
что произошло минувшей ночью? Может быть, он хочет быть с ней? Но... зачем?
Нет, пусть вначале объяснится...
Ей хотелось закричать
Да!
в ответ на предложение о встрече, но трезвый
разум требовал прежде услышать что-нибудь еще. Зачем ему нужна встреча, если
он связан с той женщиной? Может быть, он рассчитывает на интрижку на
стороне?
— Джина, у меня больше нет обязательств перед Мишель, — неожиданно
выпалил Алекс. — Я разорвал помолвку. И барьеров больше нет, я могу...
Он умолк, по всей видимости подыскивая слова, которые не могли бы быть
сочтены обидными.
— Пожалуйста, поверь, что я не поступаю нечестно по отношению к кому бы
то ни было.
Он расстался с Мишель Бэнкс! Радость охватила Джину.
— Я еще ночью должен был тебе сказать, — виновато продолжал
Алекс. — Пожалуйста, прости меня за все, что тебе из-за этого пришлось
пережить утром.
— Спасибо, Алекс, — выдохнула она. — Меня это очень
тревожило.
Слишком сдержанная формулировка. Впрочем, теперь это не имеет значения.
Надежда с новой силой забурлила в крови Джины.
— Мне очень хотелось бы провести с тобой сегодня некоторое
время, — настаивал Алекс. — Могу я пригласить тебя и Марко на
пикник?
Такое предложение, относящееся и к ее сыну, безусловно, означает, что он
ищет ее общества.
— Я с удовольствием поеду, — сказала она, надеясь, что ее голос не
выдает безмерного ликования. — Хрустальный водопад — замечательное
место. Это недалеко. Я живу в Редлинче. Это окраина Кэрнса.
— Я знаю. Бабушка дала мне твой адрес.
Новый шок. И новое доказательство того, что за приглашением Алекса не
кроется ничего недостойного.
— Ты с ней говорил обо мне?
— Только что. Тебя устроит, если я заеду за тобой в двенадцать?
— Конечно. — Джина не помнила себя от счастья. — Мы будем
готовы.
Пикник с Алексом Кингом! Джина прижала к груди телефонную трубку. Это
правда! Это не безумный сон! Алекс хочет быть с Марко и с ней.
Пикник! Алекса охватило ощущение триумфа. Когда он в последний раз выбирался
на пикник? Уж и не припомнить! Джина, Марко, семейная вылазка на природу...
Соблазнительная картина. И есть время, чтобы поразмыслить.
Может быть, все дело в его собственной реакции на поведение Мишель? Или он
просто устал от привычных обедов в приморских ресторанах в обществе местных
знаменитостей?
Да, конечно, его тянет к другой обстановке. Сейчас перемену для него
олицетворяют Джина Терлицци и ее сын. Но не стоит ли вести себя осторожнее,
не стоит ли семь раз отмерить, прежде чем идти на сколько-нибудь серьезные
отношения?
Мишель была его огромной ошибкой.
Можно ли теперь доверять себе в том, что касается его влечения к Джине?
Ему вспомнилось бабушкино предостережение:
Будь осторожен,
Алессандро!
Да. Он будет осторожен. Ситуация под контролем.
Но это Джина... Возможно ли держать под контролем чувства, которые она у
него вызывает? Он хочет одного: видеть ее, целовать ее. И от своего не
отступится.
Мать позвонила через полчаса после разговора с Алексом.
— Значит, дуэт состоялся, — заключила она.
— Прошло великолепно, — радостно выкрикнула Джина. — Миссис
Кинг была очень довольна, а Питер Оуэн предложил мне поработать над новыми
программами.
— Что же, лучше комплимента и не придумать. Ведь этот человек —
профессионал. И голос у тебя неплохой. В общем, приезжай к обеду и расскажи,
как все было.
Джина засмеялась.
— Мам, мне действительно нечего рассказывать. — Она не стала пока
сообщать матери о самом важном событии прошедших суток. — Я не смогу
приехать, потому что обещала Марко взять его на пикник. Но все равно
спасибо.
— Ну хорошо. На неделе я свяжусь с тобой. Позови-ка мне Марко. Я хочу с
ним поболтать.
Джина не могла позволить, чтобы Марко брякнул что-нибудь насчет дяди,
который спал с его мамой.
— Он играет во дворе. Давай в другой раз, а? Скорее всего, более
поздние впечатления отвлекут его от воспоминаний о необычном событии.
— Конечно, Джина. Я очень рада, что тебе представляется такая
возможность. Я сейчас же расскажу отцу о твоем успехе.
— Спасибо, мама. До свидания! Поцелуй от меня папу.
Закончив разговор, Джина задумалась. Безусловно, она была хорошей партнершей
для Алекса в постели, но это еще не означает, что он видит в ней партнера и
в других сферах своей жизни.
Допустим, он разорвал отношения с Мишель Бэнкс. Но это может означать
только, что он просто более не намерен связывать с ней свою судьбу. Да, ему
приятно встретиться с Джиной, но не стоит делать из этого далеко идущих
выводов. Возможно, он чувствует себя виноватым из-за вчерашней близости и
просто вознамерился обелить себя в ее глазах.
Но с другой стороны, он бы мог ограничиться телефонным звонком;
следовательно, он все еще увлечен ею. И перед ней открывается единственный в
жизни шанс. И она не хочет обсуждать его с матерью или с кем-нибудь другим,
ей не нужны сомнения, опасения, предостережения. Она будет прислушиваться к
своему сердцу, чей голос важнее каких бы то ни было мнений.
Двенадцать часов. И буря в душе Джины достигла предела, когда Марко радостно
выкрикнул:
— Мама, он плиехал! У него больсой дзип, как у дяди Дэнни!
Вполне обыкновенный автомобиль, отнюдь не суперэлегантная модель. Тут же
возникла мысль: наверняка за Мишель Бэнкс он заезжал на другой машине.
Прекрати! — строго велела она себе. Он собрался на пикник, а не на
великосветский раут. Да и едва ли его джип оборудован детским сиденьем для
Марко, так что в любом случае они поедут на ее машине.
Она с сыном вышла на крыльцо, и в ту же минуту к ним поднялся Алекс. На нем
были джинсы и ярко-синяя футболка, которая удивительно гармонировала с
цветом его глаз. Джина вдруг почувствовала себя слабой и беспомощной. Но,
стоило ему улыбнулся, как нервная дрожь сразу утихла, уступив место теплой
волне признательности и желания.
— Привет! Рад снова вас видеть, — воскликнул Алекс, обнимая ее
сына. — Марко, ты меня помнишь? Меня зовут Алекс.
— Угу, помню. Ты не испугался забы и показал мне лыб.
Алекс рассмеялся, обрадованный тем, что ребенок узнал его.
— Ну, может, нам и сегодня попадется что-нибудь интересное. Сейчас я
подхвачу у твоей мамы сумку, и мы пустимся в путь. Джина, тебе не нужно было
ничего собирать.
— Это вещи Марко. Я же не знала...
— Насколько я понимаю, все маленькие мальчики любят жареную курицу,
бананы и мороженое. — Его глаза сверкнули. — Я прав?
Джина не могла не улыбнуться в ответ.
— Идем к моей машине. У тебя же нет детского сиденья.
— Есть. Я взял напрокат на стоянке.
— Ох. Спасибо.
Она смутилась, как школьница. Что за чудо! Такой привлекательный и желанный
мужчина, как Алекс Кинг, проявил такое трогательное внимание к ее ребенку.
Давненько никто о ней не заботился.
А Алекс уже подвел их к своему джипу, помог Марко забраться в приготовленное
для него креслице, застегнул ремень опытной рукой, а затем распахнул дверцу
перед Джиной. Машина оказалась чересчур высокой, и Джина заколебалась, не
зная, удастся ли ей избежать какой-нибудь неловкости на глазах у Алекса. Но
Алекс пришел ей на выручку: он просто подхватил ее и усадил на переднее
сиденье.
— Не смог устоять, — прошептал он, и Джина почувствовала, как
между ними прошел электрический разряд.
— А маму ты тозе будесь пливязывать? — спросил Марко.
— Правила безопасности нужно соблюдать, — наставительно ответил
Алекс, немного покраснев из-за двусмысленности фразы мальчика.
— И одезду надо аккулатно складывать, — осуждающе заметил
Марко. — Тебя лазве мама не учила?
Сердце Джины замерло. Совершенно очевидно, о чем заговорил ее сын. Она
переглянулась с Алексом, взглядом умоляя его о том, чтобы он придумал какой-
нибудь безобидный ответ.
— Да, Марко, моя мама говорила мне, что есть такое правило. Но я вчера
так устал, что позабыл о нем. А потом все собрал.
— Значит, ты холосый мальчик, — удовлетворенно заключил Марко.
— Спасибо. Лучше поздно, чем никогда.
Сильная рука стиснула руку Джины. Она ответила пожатием, благодаря за
поддержку. И снова в ней поднялось и проникло в самое сердце знакомое
ощущение единства, такое же, какое она испытала при осознанном физическом
соединении.
— Нормально? — шепотом спросил Алекс.
— Ты был бесподобен.
Удовольствие, смешанное с озорством, блеснуло в его глазах.
— И ты тоже.
Всего три коротких слова, порожденные неподдельным чувством, — и Джина
вознеслась к новым высотам счастья. Она даже забыла о своей обязанности
указывать дорогу к Хрустальному водопаду, вообще забыла о пикнике.
Алекс вел машину, а она наблюдала за ним, вспоминая, как его руки
прикасались к ней. Ей хотелось вновь испытать все вчерашние ощущения.
Самообладание...
Оно очень пригодилось Алексу, когда он вез Джину и Марко домой. Пикник
удался на славу. Ему было хорошо с ними. Возможно, он чересчур много говорил
о себе, видя искренний интерес Джины. Возможно, он чрезмерно увлекся
рассказами о своем детстве. Но, во всяком случае, эта болтовня помогла ему
удержать под контролем неистовое желание прикоснуться к Джине. Да и сейчас
легкий аромат сидящей рядом женщины мешал ему сосредоточиться на дороге.
Важна дружба, напомнил он себе. В любых сколько-нибудь длительных отношениях
дружба значительно важнее секса. Но они с Джиной имели схожие взгляды
практически на все, о чем бы ни заходил разговор в этот день. Алекс ясно
видел в ее глазах понимание, уважение, удовольствие от общения, и все это в
значительной мере ускоряло их сближение.
Только не при мальчике! Пусть Марко привыкнет к присутствию Алекса, признает
его как близкого друга матери, который делит с ней постель. А потом собирает
свою одежду.
Губы Алекса тронула ироническая улыбка.
Придется подождать. Джина пригласила его на ужин в среду вечером. Рано или
поздно обязательно настанет час, когда Марко отправится спать, и они с
Джиной останутся наедине. Несомненно, она тоже об этом думает.
Мысль о недалеком будущем вызвала предательское волнение.
— Ты больше ни о чем не беспокоишься?
Джина вздохнула.
— День прошел чудесно. Спасибо тебе.
Теплота в ее голосе не оставляла сомнений в ее искренности. Остановив машину
у дома Джины, Алекс поздравил себя с тем, что пришел к хорошему
взаимопониманию с Джиной. И с ее сыном, который уже клевал носом на заднем
сиденье. Если Марко не проснется, когда Алекс понесет его в дом...
Нет! Не сегодня! — приказал Алекс себе. Риск испугать или обидеть Джину
все еще велик. Необходимо, чтобы они оба привыкли к нему. Просто проводи их
до двери и уезжай, пока все складывается хорошо.
Отчаянное усилие воли позволило ему осуществить свое намерение, в чем ему
помог Марко, который проснулся, едва его взяли на руки. Веселая болтовня
мальчика облегчила прощание. Направляясь обратно к машине, Алекс поздравил
себя с тем, что самообладание не изменило ему.
Но что это? За его джипом стоял белый спортивный автомобиль. И из него
вылез... Питер Оуэн.
Алекс замер у калитки и напрягся, как пружина, готовая в любую секунду
разжаться. Ему не понравилось, что сюда пожаловал этот пронырливый тип.
Какого черта ему понадобилось сюда приезжать? Мало ему Мишель? Решил
попытать счастья и с Джиной?
— Приветствую вас! Решили навестить мою новую партнершу? — беззаботно окликнул его Питер.
— Партнершу?
Алекс едва сдерживал клокочущие в нем чувства.
— Сладкоголосую Джину. Разве она не прелестна? Драгоценнейшая находка
вашей бабушки!
— Да, — согласился Алекс.
Только не для таких, как ты, Питер Оуэн. — Вот я и подумал заглянуть к ней, чтобы обсудить парочку проектов.
— Надеялись, что случайно застанете ее?
— Ну, она же дома! Удача мне не изменяет!
Питер кивнул в сторону веранды, где все еще стояли Джина и Марко.
Подобная наглость окончательно вывела Алекса из равновесия. Оуэн слишком привык брать быка за рога.
— Полегче, Питер. Моей бабушке не понравится, что
ее
находку пытаются переманить. Она прониклась теплыми чувствами к
Джине Терлицци.
Оуэн весело вскинул брови, но его взгляд был жестким и холодным.
— Послушайте, Алекс, семейство Кингов еще не утвердило здесь абсолютную
монополию. У каждого человека есть право выбора. Джина сама решит, какие
предложения ей принимать.
Что верно, то верно, вынужденно признал Алекс. Но ему претила мысль о том,
что эта змея вползает в жизнь Джины. Ему вспомнились слова Джины о том, что
ее не привлекает образ жизни певицы, так что можно надеяться, что Оуэн не
сумеет ее переубедить.
— Выбор, конечно, за ней. Нужно только, чтобы она сознавала, что именно
ей предлагают.
— Я никогда не обещаю больше того, что могу дать, — самодовольно
отозвался Оуэн.
Вот оно, кредо Питера Оуэна.
...Закладка в соц.сетях
