Жанр: Любовные романы
Малибу
...ом женщины. Унижая и оскорбляя ее, Тони Валентино таким образом
мстил всему женскому роду, а особенно Пэт Паркер, которую он точно любил,
несмотря на их глупые ссоры. Пэт Паркер. Эта скотина посмела грубить ей,
Мелиссе Вэйн, на борту яхты Латхама. Как она тогда сказала? Ах да, вы не из
Страны Чудес прибыли сюда, она могла подложить себя под Тони на пляже. Но
Пэт Паркер не была достойной соперницей. Так, воробышек.
Пока Мелисса размышляла на эти не совсем веселые темы, поспел кофе. Мелисса
была рада, что так неожиданно нашла себе союзника в ее борьбе с этим
актеришкой. Да, оставалось еще интервью... Но оно уже не имело никакого
значения. Главное было сделано — образован тайный союз.
— Ладно, Мелисса, что бы вы хотели, чтобы я о вас рассказалана
страницах моего журнала? — смеясь, спросила Эмма.
— Только то, что ваш журнал хочет обо мне рассказать, — последовал
немедленный ответ. А потом обе они долго хохотали, нежась в ласковом
утреннем солнышке, освещающем Беверли-Хилз. Они обе были довольны, потому
что каждая из них узнала хорошие новости для себя, а значит, печальные для
Тони и Пэт...
— Вы держите свои обещания? — прокричала Пэт Паркер, стараясь,
чтобы Дик Латхам услышал ее в грохоте вертолета.
— Только тогда, когда я их уже дал! — подбирая сАова ответил
Латхам.
Он взял руку Пэт в свою, и они стали наблюдать, как вертолет пошел на
посадку. Наконец двигатель смолк и наступила внезапная оглушающая тишина.
Открылись двери, и пассажиры высадились на сухое дно каньона. Виднелись
свежие следы работы бульдозера — по периметру большой площадки виднелись
кучи рыжеватой земли. Видны были и наметки дороги. Ветер раздувал пыль,
окрашивая лица прибывших в красноватый цвет. Рядом стоял
шатер бедуина
—
так окрестили прибывшие сюда журналисты и фотографы простой, но большой
тент, под которым они отдавали дань спиртному и пиву в ожидании прилета
Латхама. Он прилетел и сразу же устремился к ним. За ним по пятам следовал
неизменный Томми Хаверс, его правая рука. Дик спешил. Это был уже их пятый
полет и четвертая пресс-конференция за этот день. А еще предстояло две в
разных местах. Хаверс ужом вился среди представителей прессы, всячески
угождая им, но не отвечая толком ни на один вопрос. Журналисты, отчаявшись,
начали напрямую спрашивать о цели строительства, но Хаверс был неуловим. Он
отделывался шутками и сваливал все на Латхама. А тот намекал на то, что он
уже сообщал, что намерен построить здесь свой новый дом. На эту байку
попались многие, кто поверил Хаверсу и ему, Латхаму, Даже Эн-Би-Си прислали
своих операторов, чтобы сделать репортаж.
— Привет, Лоуренс! — внезапно закричал Дик. — Хорошо
добрались?
Дик узнал знаменитого журналиста из
Уолл-стрит Джорнал
. Журналист
вытаращил от изумления глаза, пораженный, что его узнали. Правда, на всякий
случай оглянулся назад, нет ли кого за спиной, кто тоже мог быть Лоуренсом.
Но ошибки не было. Дик запомнил его, потому что в прошлом году тот был
награжден самой престижной для журналиста премией Пулитцера. Дик Латхам
Всегда предпочитал ладить с прессой и был знаком со многими выдающимися и не
очень журналистами. Но матерого журналиста было очень трудно провести.
Появление Латхама в этом пустынном горном районе не могло произойти просто
так. Что-то за этим стояло.
— Надеюсь, что ревнители природы не будут строить здесь баррикады
против вас? — спросил он миллиардера.
— Нет, ни в коем случае. Не беспокойтесь, все не так страшно.
В это время Хаверс развлекал толпу журналистов, постепенно заманивая их к
трем джипам, готовым увезти их на несколько миль отсюда туда, где их уже
ждал следующий пикник на свежем горном воздухе с пивом и гамбургерами.
Пэт недоверчиво ковырнула сухую землю носком туфли и озадаченно посмотрела
на Дика Латхама.
— Вы в самом деле собираетесь построить себе здесь дом? В этой дыре?
Отвечая ей, Дик старался не смотреть в глаза Пэт:
— Да, место здесь прекрасное. Чего здесь только не построишь! Места
хватит!
Дик поежился. Недалек тот день, когда Пэт узнает всю правду. И совершенно
невозможно предсказать, как она себя поведет. Сегодня Пэт была убеждена, что
журналисты собрались, чтобы получить подтверждение того, что киностудия
Космос
возобновляет свою работу. Что будет объявлен график первых съемок.
Что в конце концов объявят, что режиссером будет она, Пэт Паркер. Пэт не
могла даже догадываться, что все обстоит гораздо сложнее. Самым важным было
не то, что студия начинает работу на новом месте, а то — в каком именно
месте... А ведь журналисты сейчас ходили там, где в скором времени
поднимутся съемочные павильоны, площадки, склады, гаражи... И все это будет
в самом сердце Малибу — на его прекрасных холмах, которые так заботливо
опекает от всяческих посягательств Алабама. Что же, немного осталось ждать
до того момента, когда эти бумагомараки узнают правду и тогда устроят самую
настоящую гонку. Победителем в ней будет тот, кто первым доберется до
телефона и сообщит в свою газету сенсацию. Следующим, кто узнает обо всем
происшедшем, будет Бен Алабама, друг и учитель Пэт Паркер. И вот тогда для
девушки настанет пора испытаний. Ей придется сделать свой выбор между
человеком с высокими моральными принципами, человеком, который учил ее
фотографии, кто научил любить природу, и миллиардером, с кем она совсем
недавно, разделила ложе, миллиардером, кто мог обеспечить ей блестящую
карьеру в киностудии. Дик невольно ухмыльнулся, представив себе, как Пэт
Паркер будет решать эту дилемму. Кого же она предпочтет? И совершенно
неожиданно для себя он вдруг испугался: что если выбор будет не тот, какого
он ожидал.
— А в каком стиле будет ваш дом? — услышал он голос Пэт.
Черт! Все так и норовят упомянуть этот злосчастны, дом, будто других дел у
людей нет. Ничего не ответив ей Дик поспешил к джипам, жестом приглашая ее
последовать за ним.
— Надо поторапливаться. Мы должны еще повидать всех остальных. Ты же
знаешь, что Мелиссу нельзя ни на минуту оставить без внимания — она тут же
может закатить сцену. Да и Тони без присмотра может черт знает что
натворить.
Дик быстро взглянул на Пэт, когда он разыгрывал карту Тони. Опять он сделал
безошибочный ход. Упоминание о Тони Валентино полностью заслонило собой все
возможные вопроси о будущем доме, на которые Дик сейчас просто не был готов
и не хотел отвечать.
— Дик, ты воплотил все мечты Тони в жизнь. Это что, плата за спасение
вашей жизни?
— Послушай, Пэт. Неужели во всем обязательно должен быть какой-то
смысл? А разве нельзя предположить, что все без всякого умысла? Может, он
полностью подходит для роли, а? Я, например, в этом уверен. Спорю, что и ты.
Дик говорил нарочито резко, стараясь убедить девушку, что он бесстрастный
судья, что он объективен, что он бизнесмен, человек, который не позволяет
личному заслонить деловые качества людей. Пэт только ухмылялась, наблюдая
его потуги.
— Дик, Тони несомненно талантлив. Но таких талантов вагон и маленькая
тележка, как, впрочем, и опытных режиссеров. Ты обратил на него внимание и
вытащил на свет. Надеюсь, что ты не пожалеешь об этом. Но меня ты не
обманешь. У тебя должны быть какие-то личные мотивы для такого рода
поступков. — Пэт нежно дотронулась до его рукава. Это еще не был жест
любящей женщины. Пэт еще сама не знала, любит ли она Латхама. Однако они уже
были достаточно близки, и об этом напоминала их недавняя близость уже в
одной постели...
Дик довольно посмеялся. Это было что-то новое даже для него самого. Обычно,
когда его вот так трогали, Дик раздражался и становился опасным. В случае с
Пэт Паркер это и было опасным, но забавным.
— Ладно, Пэт, я тебе признаюсь. Мотивы очень неясные, даже для меня
самого. Возможно, мне надо будет обратиться к психоаналитику. Но мне
кажется, что у меня есть некоммерческие мотивы, чтобы воспользоваться
дарованиями твоими, Пэт, и его... Я полагаю, я надеюсь, что смогу доказать
всем правоту всех моих действий. Делать фильмы сегодня — все равно, что
заниматься космическими разработками. По сумме вложенных денег и затратам
труда эффект один и тот же... Я прикинул, кто может быть полезен в этом
деле. Можно было пойти по самому простому пути и пригласить на открытие
работы киностудии признанных знменитостей — Крузи, Хэнка или Мэрфи. Но тогда
я вряд ли предстану героем, я буду обычным толстосумом который нанял
талантливых людей, чтобы они заработали ему еще денег. К тому же их участие
в работе киностудии может и не стать гарантом успеха. Вот я и подумал: если
мой план удастся — я буду, нет, мы вместе с вами будем единственными, кто
верил в победу. Конечно, я здорово рискую, но, если есть хоть один шанс я
его попробую. Мы выпускаем первый фильм возрожденной киностудии
Космос
.
Сценаристы, критики, прокатчики — все подготовлены и ждут его выхода. Они
готовы поверить мне только один раз, но все же они согласны это сделать. Я
очень ценю их веру в меня, в вас. Ну и, конечно я рассчитываю на людское
любопытство, которое может обеспечить половину успеха фильма... Вот и вся
подноготная, все тайные мотивы. Если все получится я буду снова на коне,
снова в лучах славы. Если будет провал — то все скажут, что какой-то богатый
недоумок нз Голливуда решил пустить деньги на ветер и преуспел в том. Но я
именно так хочу поступить. Хочу рискнуть и выиграть миллион! Это мой стиль,
быть на грани риска, но быть подстрахованным... Твое и Тони мастерство залог
успеха. Но я хочу предупредить, чтобы ты не использовал эти сведения в
коммерческих целях, — полушутя-полусерьезно сказал Латхам.
— А я то хочу кое-что попробовать. Я хочу научить людей видеть мир. Я
им покажу такие вещи, которых они никогда в жизни сами не заметили
бы! — в восторге подхватила Пэт.
Она вскарабкалась на джип и уселась, свесив ноги в синих джинсах. Болтая ими
взад-вперед, Пэт иногда наклонялась, и
: Латхам с
удовольствием успевал заметить ее свежую грудь иногда мелькавшую в просвете
блузки. Пэт не надела лифчика, и сейчас соски ее острых и твердых грудей,
придавали весомое подтверждение ее намерению научить мир наблюдать. Так они
болтали, поглядывая по сторонам, на небо...
Пэт постепенно притихла, веселое настроение сменилось сосредоточенным
размышлением над новым этапом в ее жизни. Говорить — одно, но вот что-то
реально сделать... Да, необходима уверенность в своих силах, чтобы создать в
этом мире что-то свое, Пэт вспомнила все, через что ей пришлось пройти, пока
она подошла к своему нынешнему уровню. Подумала, что это и много, и мало. Ей
теперь предстояло освоить для себя абсолютно новую среду. Ей предстояло
теперь постоянно иметь дело с Мелиссой Вэйн, чья мировая известность как
киноактрисы соперничала лишь с ее же славой скандалистки... И конечно же, ей
придется иметь дело с Тони Валентино С его чудовищной, гипертрофированной
гордостью, с его ненавистью к ней, Пэт Паркер. Придется не раз иметь дело с
человеком, встреча с которым всякий раз вызывала у нее воспонинания об их
несостоявшейся любви... Ну, еще была надломленная тем же Тони Валентино
Элисон Вандербильт. И какого черта ее потянуло в этот сладкий сироп,
приманку для глупых мух, падких на яркие цвета и острые запахи? И вообще,
кинобизнес — это тупиковая ветвь развития, кино умирает. Так что она здесь
делает посреди всех этих целлулоидных зверей, героев, красавиц?..
Пэт, в который раз горестно вздохнув, покачнулась в джипе в такт движению
машины, стараясь таким образом унять расшалившиеся нервы, дать выход нервной
энергии.
—
Нью селебрити
вызвал большой шум и стал гвоздем сезона, —
услышала она голос одного из журналистов, ехавших в том же джипе.
— Угу, — просто поддакнул Дик Латхам, словно это событие было
вроде сводки погоды на завтра. — Пэт, — позвал он ее. — У нас
целый портфель проектов и рекламных предложений. А ты еще не просмотрела ни
один из них...
— А что собирается делать дальше Эмма Гиннес, после того как она
опубликовала снимки обнаженного мужчины? — неожиданно спросила Пэт.
— Вот сама у нее об этом и спроси. Эмма будет с нами за ланчем.
— А что Эмма делает здесь? — резко обернулась Пэт к Латхаму.
Чувство вины неожиданно обрушилось на Пэт. Она не забыла те дни, когда
гуляла по Брод-Бич вместе с англичанкой, слушая ее планы в отношении Дика
Латхама. Тогда Эмма Гиннес была ее другом. Она пригласила Пэт работать в
своем журнале и предложила ей деньги, которые Пэт нигде в другом месте
заработать бы не смогла. В ответ на это в
Канал-Баре
Пэт покусилась на
человека, на которого Эмма возлагала свои надежды. И не просто возлагала, а
и надеялась построить с ним семейное счастье. В то время как Эмма отбивалась
от зануды Томми Хаверса, она, Пэт, позволила Дику Латхаму проявить свои
колдовские чары и завоевать ее. Пэт Паркер вспомнила, как опасно блеснули
глаза Эммы Гиннес при упоминании о ее врагах. Теперь же Пэт со смешанным
чувством вины, стыда, страха наблюдала, как рос и креп ее враг. Эмма не была
человеком, над которым можно было безболезненно шутить. Под добродушной
маской скрывался жестокий, холодный и расчетливый ум, не знающий пощады к
врагам. Сейчас таким врагом Эммы стала сама Пэт. Осталось совсем немного
ждать — скоро она услышит уже полетный свист стрел, выпущенных по ней...
— Эмма любит быть там, где происходят события, — ухмыльнулся
Латхам.
— Скорее она предпочитает быть там, где ты бываешь, — поправила
Пэт. Если Эмма начнет свою войну, то и Пэт должна принять меры для защиты.
— Это то же самое, — скромно сказал Латхам, не страдая ложной
скромностью.
— Было бы лучше, чтобы Тони держался подальше от Эммы, —
предложила Пэт.
— И от тебя, — добавил со смехом. Дик.
Пэт вздрогнула. Что он имел в виду? Эмма вдали от Тони, но и Пэт тоже...
— Ладно, мы приехали, — сказала Пэт, решив не обращать внимания на
последние слова Латхама.
Джип забрался на самую верхотуру и остановился. Рядом было накрыто несколько
праздничных столов, поднятых на специальную платформу в виде горного моста.
Пэт подошла поближе к платформе и замерла в восхищении. С высоты птичьего
полета открывалась панорама. Санта-Барбара и острова Каталины на западе, на
востоке — Вэлли-Санта-Сусана граничала с горами Сан-Габриель, на юге
виднелся залив Санта-Моника. Картина завораживала своей первозданной
красотой. Суровые горы обрамлялись бирюзовым океаном на фоне темно-синего
неба. Глубоко внизу из каньона поднимался вверх вертолет. Над ним кружили
коршуны, нежась в теплых восходящих потоках воздуха и зорко выискивая мышь
или еще что-нибудь съедобное, имевшее неосторожность попасться им на глаза.
Но присутствующие мало обращали внимание на красоты горного края. Все
ожидали приезда гостей. Пэт и Латхам заметили, как подъехали несколько
джипов с полуживыми от усталости журналистами. Но центр событий переместился
к началу платформы, где появилась знаменитая Мелисса Вэйн. Она была в ярко-
желтой мини-юбке от Готье и коричневом кожаном пиджаке.
— Привет, Дик! Привет, Пэт! — произнесла абсолютно нейтральным
вежливым голосом актриса.
Она не забыла стычку с Пэт на борту яхты Латхама, а затем еще и в
Канал-
Баре
. Но с тех пор произошли существенные события. Она подписала контракт
со студией
Космос
, где режиссером стала Пэт Паркер. Она крутила не совсем
удачный роман с Тони, который был как-то связан с Пэт. А сами Пэт и Тони, в
свою очередь, каким-то образом были связаны с миллиардером Диком Латхамом,
владельцем всей этой истории, который принял рискованное решение об участии
этой парочки в первом фильме...
Все это было очень сложно и походило на самое настоящее минное поле. Во
всяком случае, Мелисса не собиралась бегать по нему босиком и без оглядки...
Позже, если фильм будет иметь успех и ее имя покроется новыми лаврами,
Мелисса непременно возьмет свое. Но не сейчас. Сейчас она будет тиха, как
мышка в присутствии кота.
— Привет, Мелисса! Я очень рада тебя видеть. Мне приятно, что мы будем
работать вместе, — беззастенчиво лгала Пэт.
Она огляделась вокруг. Где же Тони? Эта киса совсем закрутила ему мозги. Или
нет, это он польстился на перезревшую кинозвезду. Пэт никак не могла
определить, кого из них она сейчас ненавидит больше.
— Тони вон там! — неожиданно сказала Мелисса и указала пальцем.
Глаза Пэт автоматически точно последовали в направлении, указанном Мелиссой.
Неожиданно она отвела взгляд, осознав, что все чувства читаются у нее на
лице. Триумфальная улыбка на лице Мелиссы подтвердила это. Пэт в отместку
спокойно взяла за руку Дика. А зато деньги у меня говорил ее жест. Но в
глубине души Пэт была не на шутку встревожена. Как же ей быть со всем этим
дальше? Она должна найти общий язык с Мелиссой, хотя бы ради успеха
фильма... Она должна наладить отношения с Тони во имя... черт, во имя чего?
Ладно, придет время — разберемся, устало подумала Пэт.
Пэт все-таки нашла в себе силы и повернулась к Мелиссе.
— Что вы думаете о сценарии? — так прозвучал вопрос. Глаза же Пэт
просили Мелиссу оставить все личное и заняться делом, фильмом, о котором,
похоже, все забыли.
— Я прочитала его. Что вам сказать? Конечно, это не сама гениальность,
но вполне сгодится. Мы там сами можем кое-что переделать. Я вам потом покажу
место.
Пэт пожала плечами. Сценарий в Малибу никогда не был священной коровой, но
Мелисса Вэйн, с карандашом в руке правящая сценарий! А переделывающая по
своему вкусу сценарий Мелисса представляла собой просто потенциальную
угрозу. И если с ней не справиться в самом начале, то последствия могут быть
самые печальные. Размышления Пэт были прерваны внезапным появлением главного
редактора
Нью селебрити
.
— Привет всем вам! Вот и я! Как здорово! Дик и Пэт! Пэт и Дик. Оба
рядом. Все самые мои любимые люди собрались вместе. Э... да тут еще и
Мелисса? Как поживает Джеймс Дин? То есть его воплощение на сцене в виде
Тони? Он, наверное, прячется от тех поклонниц-камикадзе, что готовы
простоять под дождем или снегом всю ночь, лишь бы увидеть своего кумира.
Ведь им наверняка понравились его обнаженные виды в нашем журнале, а, Пэт?
Мелисса, он тебе все еще нравится, прости, ты его еще любишь — так я хотела
спросить. Да, в нем есть что-то от настоящего мужчины, впрочем, я не берусь
судить о нем, я его слишком мало знаю. А, вообще, какое изысканное общество
собралось здесь. Вы только посмотрите! Самые известные продюсеры, актеры,
известный на весь мир миллиардер... И даже нам, бедным журналистам, нашлось
местечко здесь скраю роскошного стола. И нам, значит, перепадет что-нибудь
на ужин. Ха-ха-ха!..
— Налей мне выпить, — приказал ей Дик Латхам игнорируя стоящего у
него за спиной официанта. — Да, и принеси шампанского для Пэт...
За столом воцарилась абсолютная тишина. Никто не смел смеяться или
подшучивать над Диком Латхамом и его друзьями, даже если все подавалось в
виде юмора... Эмма побледнела, поняв, как она просчиталась... Эмма закусила
губу и нахмурилась, пытаясь дать объективную оценку тому, что сейчас
происходило у нее на глазах. Она приехала сюда, но у нее было ощущение,
словно никто ее не замечал! Она сотворила то, что долгое время никому не
удавалось — возродила к жизни журнал. И он стал гвоздем месяца. О нем
заговорил весь Нью-Йорк. А сейчас она была словно мальчик на побегушках у
этого сноба-миллиардера. У нее самой уже были приличные деньги, она могла
позволить себе иметь прислугу... Но к ней отнеслись как к самой рядовой
прислуге. Все ее планы реванша не продвинулись ни на шаг. Она была столь же
далека от своей заветной цели, как и тогда, когда впервые познакомилась с
Диком Латхамом. А ее злейшие враги просто процветали — Тони Валентино стал
просто кумиром, а Пэт Паркер, которую она сама наняла, ухитрилась увести из-
под носа этот денежный Эверест под названием Дик Латхам. Она не просто увела
походя миллиардера, но еще ухитрилась и похоронить все ее радужные мечты на
замужество с Латхамом.
Внезапно к ней пришло озарение. Пока она будет вести себя по правилам, ей
ничего не добиться в этом окружении. Сейчас, когда начинают ее травить,
ситуация становится чрезвычайной. А чрезвычайная ситуация требует и
неординарных решений и подходов. Она всем отомстит! Эмма заключит договор с
самим дьяволом, если он поможет ей. Как бы дорого ей за это не пришлось
заплатить... Эмма заулыбалась, стараясь скрыть от присутствующих свои
намерения, боясь раскрыть карты раньше времени. Пока она будет копить и
взращивать свою ненависть, чтобы одним мощным ударом...
— Дик, — раздался голос в этой звенящей тишине. Его тональность
возвестила окружающим, что Латхам перегнул палку. Но улыбка, которая при
этом осветиле лицо Пэт, говорила, что так ей и надо! Дик улыбнулся ей в
ответ, гордый проявлением своей жесткости, почти граничащей с грубостью. В
графстве Лос-Анджелес такое не было принято. Грубость была достоинством на
Западном побережье. Но Дик Латхам считал себя вправе делать то, что считал
нужным. Он считал себя последним римлянином и держался соответственно. Но
все же и он решил переменить тему, благо, и повод нашелся.
— Мелисса, я должен тебя огорчить. Мы уже переговорили с твоим
коммерческим агентом. Тебе грозит начать работать над новым фильмом, —
улыбаясь, пригрозил Латхам актрисе. Но испугать ее было не так просто.
— Чудесно! Я принимаю ваш вызов, — сказала актриса с таким видом,
словно голодному коту подсунули аппетитную мышь.
— Так где начнутся съемки? Может, здесь, в Малибу?
— Кое-какие сцены будут отсняты здесь, остальное — в павильонах студии
Универсал
, я с ними договорился об этой услуге.
— Где именно в пустыне будет расположена студия
Космос
? —
раздался вопрос Пэт Паркер.
— Ну ладно, потом, — замахал руками Латхам.
— Так где? — вновь раздался уже требовательный голос Пэт. Она
начинала подозревать, что Дик что-то скрывает.
— Вот об этом я и хочу поговорить на пресс-конференции, — ответил
Латхам после некоторой паузы. — Но мне кажется, что мы сейчас не должны
валить все в одну кучу. И наш пикник, и пресс-конференцию, и вообще... — С
этими словами Дик мгновенно растворился в толпе людей, оставив своих гостей.
— Хорош, не правда ли? — смеясь, произнесла Пэт.
— А как богат! — в тон ей ответила Мелисса.
Пэт не приминула воспользоваться возможностью и проникновенно обратилась к
актрисе:
— Послушайте, Мелисса. Давайте постараемся поработать вместе хотя бы во
время съемок этого фильма. Давайте попробуем стать друзьями на этот срок.
— Стать друзьями? Друзьями? — Мелисса изобразила гримасу, словно
это слово застряло у нее в зубах и она его старается вытащить. —
Дорогая, всех людей я разделяю на две категории. Первая — это те, кто мне не
нравится. Вторая — с кем я занимаюсь любовью в постели. Иногда — и то, и
другое.
Пэт покачала головой, сожалея о своем порыве, покрутила цепочку и зло
посмотрела на актрису. Она хочет драки, так она ее получит!
— А Тони Валентино к какой категории относится? Он как раз и то и
другое? — нанесла удар Пэт.
Мелисса вздрогнула, ее щеки покраснели. Черт! Она не хотела, чтобы эта часть
ее личной жизни стала предметом обсуждения.
— Не ваше дело, — обронила она.
— Ваше шампанское, мадам. — Пэт услышала голос Эммы Гиннес.
Она о ней совсем забыла. Теперь, взглянув на эту женщину, Пэт почувствовала
некоторые угрызения совести и хотела было извиниться за грубое поведение
Латхама. Но ненависть в глазах Эммы дала понять ей, что лучше не
вмешиваться. Эмма могла бы это участие расценить как проявление слабости, а
Пэт этого не хотелось.
— Благодарю вас, Эмма, — сказала Пэт и протянула руку к фужеру.
Но Эмма, двинувшись было ей навстречу, притворилась, что проходящий мимо
официант ненароком толкнул ее. Бокал с шампанским пролетел мимо руки Пэт и
выпал, облив ей рукав и юбку сладким вином.
— Извините меня, пожалуйста! Я боюсь, что из меня
...Закладка в соц.сетях
