Жанр: Любовные романы
Рискованное пари
... Лесли вздохнула.
— Я не сомневаюсь, только после того, что со мной приключилось... Сама
подумай...
— А, да! Разумеется. — Мириам подошла к ней и обняла. —
Представляю, как тебе сейчас больно, как невыносимо тяжело. Я на твоем месте
уже наделала бы глупостей.
— Например? — спросила Лесли, ощущая, что спрятанные в глубине души
чувства делают попытку заявить о себе, и стараясь заглушить их... до вечера.
— Например, тут же побежала бы к Оливеру и расцарапала бы ему
физиономию! — пылко воскликнула Мириам, вскидывая руку с длинными
покрытыми перламутровым лаком ногтями. — Пусть походил бы недельку еще
более привлекательным, покрасовался бы перед своими девицами. — И она
зло расхохоталась.
— По-моему, довольно глупо, — пробормотала Лесли, печально
улыбаюсь. — Я всего лишь показала бы ему, что не только беспросветная
тупица, но еще и истеричка.
Прекрати! — Мириам дернула ее за рукав. — Ты вовсе не тупица, а
одна из самых замечательных девчонок на свете. Таких, как ты, я в жизни не
встречала, клянусь!
— Да уж, куда там... — Лесли показалось, еще секунда, и она потеряет над
эмоциями контроль, и уверенность в том, что ей следует пойти на вечеринку и
устроить
представление
, неожиданно покинула ее. — Я умная и
замечательная, дальше некуда. Только попалась в ловушку как последняя
дурочка...
Она опустила плечи и понурилась. Ее губы задрожали, а глаза застлала слезная
пелена.
— В столь изощренную ловушку попалась бы и самая смышленая женщина на
земле, — заявила Мириам, вновь ее обнимая. — Умоляю, не обзывай
себя. Лучше скажи, что ты собираешься теперь делать.
Лесли шмыгнула носом и, не поднимая головы, пробормотала:
— Еще минуту назад я хотела пойти сегодня на вечеринку и в присутствии
Курта, Руди и Питера поздравить Оливера с победой. А теперь... — У нее
задрожал голос и от жалости к себе зашлось сердце. — Теперь даже не
знаю...
— Молодец! — Мириам хлопнула в ладоши. — Лучшего выхода невозможно
и придумать. Что-либо изменить ты все равно не в состоянии. Единственное,
что тебе остается, — это достойно завершить идиотский роман.
— Роман! — Лесли скривила губы и тяжело вздохнула. — Послушай, мне
вдруг показалось, что на разыгрывание спектакля у меня не хватит ни сил, ни
артистичности, хотя, еще разговаривая с Уэнди, я была полна решимости... —
Она подошла к кровати и тяжело на нее опустилась.
— Все как хватит! — заявила Мириам, сверкая глазами. — Оденься в
то, в чем чувствуешь себя особенно уверенно, настройся на нужный лад,
взбодрись, и все получится. Пусть этот гад ощутит себя ничтожеством, пусть
увидит, над кем издевался!
У Лесли мелко дрожали руки, когда, поборов в себе приступ страха, она вошла
в освещенный бегающими огнями холл
Пелт-хаус
. Было девять вечера — как раз
в это время они с Оливером договорились встретиться.
Только бы они все уже были здесь, молила про себя Лесли, обводя толпу
внимательным взглядом. Тогда я тут же покончу с этим грязным делом и уйду.
Как хочется поскорее залезть с головой под одеяло и от души поплакать! Потом
хорошенько подумать обо всем, решить, как дальше жить, во что верить...
— Лесли!
Оливер подошел откуда-то со стороны бильярдных столов и взял ее за руку. Его
запах, тепло мгновенно заключили ее в свои магические объятия, и она на миг
представила, что все по-прежнему, что разговор с Уэнди ей всего лишь
приснился.
Нет, это был не сон, подумала она, невероятным усилием воли сохраняя внешнее
спокойствие. Любовь Оливера — жестокий обман, надеяться на чудо глупо и
смешно. Следует быть умницей — вести себя так, чтобы раньше времени он ни о
чем не догадался. Я смогу. Должна смочь.
Она повернула голову и как можно естественнее улыбнулась.
— Я успел соскучиться, — прошептал Оливер ей на ухо. — В какой-то
момент мне даже показалось, что я не доживу до вечера. Веришь?
Лесли рассмеялась, как будто от радости, на самом же деле она смеялась над
собой, над Оливером, над трагикомичностью ситуации. Оливер продолжал
разыгрывать перед ней страстного влюбленного, а сам мечтал лишь о домашнем
кинотеатре. Она была от него без ума и в то же время люто ненавидела. Его
дружки, вероятно, наблюдали сейчас за ними, отпуская шуточки и забавляясь ее
кажущимся неведением. Возможно, и Уэнди с Мириам, напрочь забывшей о своем
Джерри после признаний Лесли, смотрели на них откуда-нибудь из темного угла.
— Веришь? — повторил Оливер, и Лесли отметила, что перед его талантом
готова снять шляпу. В его голосе присутствовало все, что требовалось, —
обожание, нежность, даже частичка робости, столь характерной для истинного
влюбленного.
— Верю, — заставила она себя впервые в жизни солгать. Это стоило ей
невероятных усилий.
— Умница, — пробормотал Оливер, чмокая ее в щеку.
Лесли подумала, что не должна слушать его — не сыпать соль на кровоточащие
раны в своем сердце. В какой-то момент желание сбежать достигло предела, и
она чуть было не покорилась ему, но именно в эту секунду Оливер, повернув
голову, воскликнул:
— А вот и наши красавцы!
Лесли проследила за его взглядом и увидела остановившихся у бочонка с пивом
Питера и Руди. Отступать было поздно. Глубоко вздохнув, она с улыбкой
взглянула на Оливера и поинтересовалась как бы между прочим:
— А Куртис где? Гуляет с Клэр?
Оливер пожал плечами.
— Наверное. — Его взгляд устремился куда-то мимо Руди и Питера в
сторону дивана у. стены. — А вон они, два голубка!
Лесли посмотрела на беловолосую русалку Клэр, прижимающуюся к широкой груди
Куртиса, и подумала: здорово, что хоть кому-то эта безумная история принесла
настоящую радость. Они были восхитительной парой, Клэр и Куртис. Несколько
мгновений Лесли любовалась ими, отдыхая душой, потом почувствовала очередной
приступ горечи и, решив, что надо побыстрее оставить отношения с Оливером в
прошлом и начать учиться жить без него, весело предложила:
— Пойдем к ним.
Наверное, Оливеру не очень-то хотелось, чтобы внимание его спутницы занимал
кто-то посторонний... точнее, он желал, чтобы она именно так подумала.
Уголки его губ опустились.
— Может, лучше потанцуем? Ты и я...
Лесли опять засмеялась. В том, что он разыгрывает перед ней влюбленного и
считает, будто она принимает его слова и нежности за чистую монету, и впрямь
было много забавного.
— Нет, танцевать меня пока не тянет. Пошли пообщаемся с ребятами. —
Увидев, что Руди, наполнивший стакан и хлебнувший пива, повернул в их
сторону голову, она замахала руками. — Привет!
Руди дернул за рукав засмотревшегося на девушку в коротком черном платье
Питера, и они оба зашагали к Оливеру и Лесли.
— Развлекаетесь? — спросил Руди, даря Лесли обаятельной улыбкой.
Нет, подумала она, ощущая, как душа сжимается от холодной, незнакомой ей
прежде злости. Настоящее веселье еще даже не началось. Но ждать осталось
недолго.
— Да, мы только пришли, — ответил Оливер.
— Пива? — предложил Питер, приподнимая стакан.
— Я к пиву равнодушна, я ведь вам говорила, — сказала Лесли. Боковым
зрением она наблюдала за Куртисом и Клэр, боясь, что те уйдут.
— Да, говорила, — произнес Питер с милейшим выражением на
физиономии. — Но когда это было? Две недели назад. Или, может, даже
три. В Кэмдене все меняется слишком быстро — привычки, характеры.
Лесли посмотрела ему в глаза с дерзостью. Не Кэмден ли виновен в том, что к
последнему курсу некоторые из его студентов напрочь лишаются совести? —
подумала она. Может, несколько лет назад и вы были нормальными людьми?
Считались с чувствами и переживаниями других?
— Меня не изменит даже Кэмден, — сказала она, продолжая испепелять его
взглядом. — Мой характер и привычки не зависят от окружения, каким бы
прекрасным или порочным оно ни было. — Ей показалось, что он что-то
заподозрил — его бровь изогнулась, в глазах промелькнула тень
смущения, — и Лесли приказала себе улыбнуться. — Пойдемте к
Куртису и Клэр. Я хочу с ними поздороваться.
Не дожидаясь ответа и не обращая внимания на лицо Оливера, явно собравшегося
ей возразить, она взяла его за руку и повела к дивану, на котором миловались
Клэр и Курт. Руди и Питер молча последовали за ними.
Лесли чувствовала прилив вдохновения и смелости. Казалось, какой-то
невидимый добрый волшебник, заметив, что наступает самый ответственный
момент, послал ей сил и уверенности.
— Привет! — воскликнула она, опускаясь на диван рядом с Клэр и ни на
секунду не задумываясь о том, что влюбленные в ее присутствии вовсе не
нуждаются. — У вас, как я погляжу, все замечательно!
Клэр убрала с лица белую прядь и подмигнула.
— У вас, я смотрю, тоже! — Она взглянула на Оливера, присевшего перед
Лесли на корточки, и тот расцвел довольной улыбкой.
Лесли так страстно захотелось, чтобы слова подруги оказались правдой, что в
висках застучали молоточки. Она посмотрела на сияющего Оливера, едва
удерживаясь, чтобы не угостить его хлесткой пощечиной.
— У нас все лучше, чем можно подумать, — произнесла она подчеркнуто
громко, привлекая к себе внимание всей компании. — Точнее, у Оливера.
Блаженная улыбка медленно сползла с его губ. Он озадаченно сдвинул брови и
взглянул на Лесли, безмолвно спрашивая: ты о чем?
Та оглядела Руди, Питера, Клэр и Курта. Никто не понимал, что она задумала,
все ждали пояснений. На миг ей показалось, что их снимают в дешевом фильме —
команду посредственных актеров, которых не связывает абсолютно ничего. На
нее нашла страшная тоска, и почти пропала охота продолжать ломать комедию.
Возможно, она оставила бы приятелей прямо сейчас, если бы в эту самую
секунду к ним не приблизилась Уэнди под руку с громадиной Томом.
— Здорово, ребят! — поприветствовала она всех. — Лесли, чудесно
выглядишь.
Руди, Питер, Курт и Оливер как по команде взглянули сначала на нее, потом на
Лесли. Никто и не подозревал, что между ними — столь разными — в один
прекрасный день завяжется дружба.
Она пришла меня поддержать, догадалась Лесли, и у нее на сердце потеплело от
благодарности. Решила смело всем признаться, что именно от нее я узнала о
пари и что ничуть в этом не раскаивается. Я не должна ее разочаровать.
— Спасибо за комплимент, — произнесла она, беспечно улыбаясь. —
Очень рада тебя видеть.
— Том, это Лесли, — представила Уэнди бой-френду новую подругу.
— Очень приятно, — пробасил атлет, протягивая Лесли ручищу.
Как здорово, что она пришла с ним, думала Лесли, обмениваясь с Томом
рукопожатиями. Когда рядом такой силач, ничего не страшно.
— Итак... — она обвела лица всех, кто ее окружал, многозначительным
взглядом, — как я уже сказала, у Оливера сегодня особенный день.
Здорово, что мы собрались всей компанией, — давайте вместе за него
порадуемся.
Лицо Оливера вытянулось. Услышать о пари из уст Лесли он, по-видимому,
настолько не ожидал, что сейчас терялся в догадках и взглядом умолял Лесли
не мучить его, скорее сказать, к чему она клонит. Лесли же не торопилась.
Некоторое время пристально смотрела в его растерянные, несколько испуганные
глаза, смакуя каждое мгновение.
Оказывается, и отчаянному Оливеру Мелвину ведом страх, размышляла она,
ощущая себя палачом, наслаждающимся предсмертным ужасом жертвы. Смешно
подумать: он потерялся не перед соперником в драке и не перед очередной
серьезной проблемой. Передо мной, глупой девчонкой, над которой изощренно
измывался. И лишь потому, что я повела себя непредсказуемо, заговорила в
присутствии его друзей о чем-то ему непонятном, о чем-то таком, в чем ясно
чувствуется подвох, угроза.
— С какой стати нам за него радоваться? — спросил, не выдержав,
Руди. — Он что, выиграл в лотерею?
Лесли взглянула на Уэнди, и та подбодрила ее едва заметным кивком.
— Нет, не в лотерею, — громко и отчетливо произнесла Лесли. Ее губы
растянулись в широкой улыбке. — Он победил в споре... и теперь получит
домашний кинотеатр. — Она засмеялась. — От вас!
Оливер вздрогнул, словно получил удар невидимым кнутом. Его брови
сдвинулись, лоб наморщился. Поняв, что имеет в виду Лесли, он вызывающе
оглядел приятелей, готовый сейчас же свернуть предателю шею.
Лесли засмеялась громче. К ней присоединились Уэнди и Том. Клэр в
растерянности захлопала ресницами, явно ничего не понимая. Куртис, Руди и
Питер обменивались изумленными взглядами.
Пора уходить, сказала себе Лесли, усмиряя смех, становящийся истерическим.
Больше мне не о чем разговаривать с этими четырьмя, пусть без меня
разбираются с тем, что произошло.
Она решительно поднялась с дивана. Оливер хотел было схватить ее за руку, но
Лесли отшатнулась от него как от прокаженного.
— Лесли! — надрывно выкрикнул он, и она, чтобы не стать пленницей
глупой жалости к нему, помчалась прочь что было сил, едва не сбив с ног
попавшегося ей на пути парня.
Выскочив на улицу, она остановилась, перевела дух и оглянулась. Оливер
выбегал вслед за ней:
— Не прикасайся ко мне! — Лесли вытянула вперед руки.
Если бы он дотронулся до нее и начал шептать какие-нибудь ласковые слова,
что угодно, даже бессмыслицу, она бы, возможно, растаяла — во всяком случае,
ей так казалось — и обрекла себя на верную гибель.
— Лесли, умоляю, выслушай меня! — воскликнул Оливер, в отчаянии
хватаясь за голову и глядя на Лесли несчастными глазами. — Все не так,
как ты думаешь... как может показаться... То есть...
— Месяц назад ты заявил друзьям, что на спор соблазнишь меня,
правильно? — произнесла Лесли ледяным тоном, поражаясь, что на это
способна.
Оливер ответил не сразу. Сначала долго старался что-то объяснить ей
пламенным взглядом, но Лесли и не пыталась угадать, что именно.
— Да, мы поспорили, — наконец признал он. Его голос прозвучал
непривычно глухо. — Но...
— За домашний кинотеатр стоило побороться, — перебила его Лесли. —
Всего наилучшего.
Она повернулась и зашагала к
Крамбли
. Все, чего ей сейчас хотелось, —
это поскорее очутиться в своей кровати и долго-долго никого не видеть.
— Лесли, подожди! — Оливер шел за ней, она услышала его шаги. —
Давай поговорим. Мы не можем так просто все разрушить...
— Я не желаю тебя больше знать! — отрезала Лесли, не останавливаясь и
не оборачиваясь. — Ты мне противен, меня от тебя тошнит!
Шаги за ее спиной стали реже, а вскоре и вовсе стихли. Она вздохнула с
облегчением, но где-то в самой глубине ее души что-то оборвалось и от
отчаяния сделалось смертельно страшно.
Так долго и горько Лесли не плакала, пожалуй, с детских времен, с тех пор
как отобранная игрушка или разрушенный домик из кубиков, в сооружение
которого была вложена уйма сил и души, казались единственно значимыми на
земле трагедиями. Но тогда все быстро забывалось, сегодняшняя же беда
грозила навек поселиться в сердце.
Она лежала на кровати, прижимая к груди медвежонка с заплаткой на щеке, того
самого, которого когда-то ей подарил Эл. Убивалась, страшно тоскуя по
прошедшей светлой юности, кажущейся по сравнению с нынешними проблемами
столь нереально безоблачной и невинной.
Когда слез больше не осталось и боль слегка притупилась, тихонько отворилась
дверь, а мгновение спустя кто-то осторожно присел на край кровати и положил
руку на плечо Лесли. Та приоткрыла глаза, ощущая, что веки опухли и
отяжелели, и увидела Мириам.
— Как ты? — прошептала она.
— Не знаю, — ответила Лесли, еле шевеля губами.
— Может, водички? — заботливо поинтересовалась Мириам. —
Холодненькой, с газом. Выпьешь, сразу станет легче.
— Угу.
Мириам быстро поднялась и снова исчезла за дверью. Лесли вздохнула,
машинально отмечая затуманенным от переживаний сознанием, что в положении
страдалицы есть и несомненные преимущества. Ждать пришлось недолго — каких-
то две минуты, не больше.
— Вот, — Мириам протянула стакан с минералкой. — Солоноватая, как
ты любишь.
Лесли приподнялась, чувствуя тяжесть во всем теле, взяла стакан и сделала
несколько глотков. Мириам заботливо поправила подушки и снова присела на
край кровати.
— Если хочешь, поговорим. Я все видела, наблюдала за вами со стороны.
Лесли поставила стакан на тумбочку и снова легла, утыкаясь подбородком в
плюшевую медвежью голову. Еще несколько минут назад ей казалось, что слышать
об Оливере она не сможет долгое время, а сейчас вдруг подумала, что разговор
с Мириам поддержит ее, пойдет ей только на пользу.
— Да, давай поболтаем, — произнесла она негромко. — Только голова
у меня соображает довольно плохо, если что, пожалуйста, не обижайся.
— Что ты! — воскликнула Мириам. — Я все понимаю, не беспокойся!
— Здорово, если рядом есть хоть один человек, который понимает все, —
сказала Лесли с горькой усмешкой. — Особенно в тот момент, когда
узнаешь о предательстве другого.
Мириам взяла ее за руку, провела ладонью по горячей щеке.
— Тебя понимаю не только я, — произнесла она с чувством. — Но и
Уэнди, и Том, и Клэр!
— Да, Уэнди просто молодец. — Лесли даже еле заметно улыбнулась,
подумав о том, что вместе с тяжелым испытанием жизнь послала ей и новых
верных друзей. — Решилась на такое!
— Эти обормоты, сообразив, что именно она рассказала тебе о пари, так и
накинулись на нее.
— И? — спросила Лесли встревоженно.
Мириам засмеялась.
— Ну, стоило лишь Тому посмотреть на них соответствующе, как они тут же
забыли, какие претензии собрались предъявить Уэнди. Да и она не растерялась:
заявила, что считает себя правой. Такие вот дела...
— Откуда ты все это знаешь? — спросила Лесли.
Мириам распустила волосы и покачала головой, рассыпая их по плечам.
— Все очень просто. Поначалу я стояла в таком месте, где вы не могли меня
видеть. А потом, после вашего с Оливером исчезновения, когда поднялся шум,
подошла ближе и все услышала.
— Чем все закончилось? — спросила Лесли, постепенно приходя в себя.
— Уэнди и Том сразу удалились. Куртис стал объяснять, что произошло, Клэр.
Это повергло ее в ужас, и они, естественно, поругались.
— О господи! — воскликнула Лесли, искренне желая, чтобы возлюбленные
как можно быстрее помирились.
— Руди с Питером тоже рассорились, — продолжала Мириам. —
Насколько я поняла, довольно по-крупному. Стали выяснять, кто больше
виноват, ну и так далее. В общем, никто не остался доволен этим дурацким
пари. Меня ни один из них не заметил. Когда мне все надоело, я ушла —
веселиться, разумеется, как-то расхотелось.
Лесли дала себе слово, что судьбой Оливера никогда больше не заинтересуется,
но услышать сейчас от Мириам, что стало с ним, хотела больше всего на свете.
Подруга поняла ее без слов.
— Когда я вышла на улицу, Оливер сидел напротив
Пелт
поддеревом... Если о
нем тебе слышать неприятно, скажи, я сразу замолчу.
— Нет-нет, — поспешно произнесла Лесли, боясь, что Мириам и в самом
деле замолчит. — Продолжай, пожалуйста, я в порядке.
— У него был такой вид, будто ему теперь абсолютно все равно, что с ним
произойдет сегодня ночью, завтра, через год. Он оживился, только когда
увидел меня. Вскочил, пошел мне навстречу.
— Ты разговаривала с ним? — спросила Лесли, не зная, хочет ли получить
ответ, точнее, что именно желает услышать.
— Совсем немного, — сказала Мириам. — Он попытался объяснить мне,
будто дорожит тобой как никем другим на свете. Я спросила, спорил ли он с
Куртисом, Руди и Питером. Оказалось, действительно спорил. Тогда я обозвала
его
тварью
. Знаешь, что он ответил?
— Что?
— Сказал, что так оно и есть и, наверное, он не достоин любви такой девушки,
как ты. Но он хотел бы поговорить с тобой хотя бы еще раз. Я ответила, что
ты вряд ли на это согласишься.
Правильно, — произнесла Лесли медленно, подавляя в себе вспышку острого
желания выслушать объяснение Оливера. — Он может осыпать меня ласковыми
словами и заверениями, но от этого ничего не изменится. Время вспять не
повернешь, и тот день, когда они поспорили, из истории не вычеркнешь.
— Точно, — ответила Мириам. — Раз уж все началось у вас так
неприглядно, ничего хорошего ждать не стоит. Хотя...
Она о чем-то задумалась, и Лесли всем своим существом вдруг поверила в то,
что у них с Оливером еще есть шанс.
С небес на землю ее вернул голос разума. Ты что, совсем спятила? —
спросил он строго. Разве можно надеяться на счастье с человеком, так
хладнокровно втоптавшим в грязь твои лучшие чувства? Это безумие! Очнись!
— Хотя когда я взглянула в его глаза, — вновь заговорила Мириам, —
увидела в них столько искреннего раскаяния и любви, что даже задумалась, а
не попробовать ли тебе... — Она резко замолчала, замотала головой и замахала
руками. — А вообще-то нет! Что я такое несу? Сейчас насоветую тебе бог
весть чего, а потом опять буду проклинать себя. Наверное, об Оливере тебе и
впрямь надо забыть. Раз и навсегда. Первое время будет тяжело, потом страсти
поулягутся и все пройдет. В один прекрасный день ты найдешь себе гораздо
более достойного парня, а к Оливеру перестанешь возвращаться даже в мыслях!
Мириам произнесла последние слова с подъемом, но Лесли не поверила в то, что
они когда-нибудь сбудутся. Может, потому, что почувствовала в них оттенок
неискренности... Или потому, что ощущала странное нежелание встретить на
своем пути другого. Следовало сменить тему.
— А как же Джерри? — спросила она, внезапно вспомнив о намерении Мириам
посвятить этот день приезжему студенту из Нью-Йоркского университета. —
Почему ты не с ним? Вы ведь перенесли свидание на вечер...
Мириам скривила рот.
— Знаешь, я подумала, что мне необходимо сделать перерыв. Я уже запуталась в
парнях, с которыми в последнее время гуляла... Да и, если честно, немного
устала от непостоянства.
— Серьезно? — спросила Лесли, всем сердцем радуясь происходящим в
подружке переменам. — По-моему, это здорово!
— По-моему, тоже, — скромно призналась Мириам.
Некоторое время обе молчали. Лесли принялась размышлять о том, что в
ближайшем будущем ей будет ужасно тяжело и что надо с достоинством все
вынести.
— Кстати, в его глазах нет ничего особенного, — неожиданно сказала
Мириам. — Я вечно все приукрашиваю и лишь по прошествии времени это
осознаю.
— В чьих глазах? — спросила Лесли, живо представляя Оливера и уже
готовясь, несмотря ни на что, заявить, что глаз, лучше чем его, на свете
просто не существует.
Джерри, — ответила Мириам, всем своим видом выражая безразличие. —
Увидев его сегодня в третий раз, я так сильно разочаровалась, что сбежала
при первой же возможности. — Она подняла руки, будто решила, что Лесли
намеревается прочесть ей нотацию. — Он еще не успел всерьез мной
увлечься, переживет расставание с легкостью, точно тебе говорю.
Лесли взглянула на ее очаровательные веснушки, на слегка наморщенный нос и
от души рассмеялась, чувствуя спасительное облегчение.
9
Жизнь для Оливера превратилась в сущий ад. С того проклятого вечера прошел
уже почти месяц, а боль в сердце никак не утихала. Горела ярким пламенем и
любовь. Он сотню раз пожалел, что заключил с друзьями идиотское пари. Ну с
какой стати ему взбрело тогда в голову соблазнить совершенно незнакомую
девушку? Почему он не подумал о ее чувствах? Не остановился вовремя? Не
открыл ей карты, когда полюбил ее, не попытался все объяснить сам?
Ему казалось, он гораздо взрослее, умнее, самостоятельнее сверстников. Как
выяснилось, ничего подобного. Восторженный Руди со своими странными
романами, обожающий гулянки Питер, Куртис, которого часто вообще ничег
...Закладка в соц.сетях
