Жанр: Любовные романы
Время легенд
...ил запах плесени. Чердак был набит
старой мебелью, портновскими манекенами, коробками и сундуками. - Здесь он хранил
важную корреспонденцию. - Женщина показала на огромный потертый кофр, стоявший в
углу. Вытащив громадное кольцо, на котором висело множество ключей различных размеров,
она отомкнула кофр. Лоренс всегда был осторожен и прятал такие вещи от любопытных глаз.
Он был уверен, что никому и в голову не придет искать их здесь.
- Похоже, вы многое знаете об этой стороне его жизни, мадам, - заметила Джейм.
Соланж вынула толстую пачку старых пожелтевших писем и протянула ей половину.
- Знаю, потому что сама принимала в ней участие, - горделиво промолвила она и
похлопала ладонью по бумагам. - Прочтите их. Может быть, там найдется что-нибудь
полезное.
- Вы помогали мужу? - спросила Джейм.
Женщина кивнула.
- Я француженка, мадемуазель, и я воевала за свою страну, когда Сопротивление
нуждалось в моей помощи, - просто ответила она. - Там я встретила Лоренса, и после войны
мы поженились. Нам было очень хорошо вместе, до тех пор пока мы не потеряли дочь.
- У вас была дочь? - спросила Джейм, посмотрев на Соланж.
Мадам Кендрик кивнула, избегая встречаться с ней взглядом.
- Будь Лилиан жива, сейчас ей было бы столько же лет, сколько вам, - тихо ответила
она. - Девочка родилась с пороком сердца, так сказал врач. Она прожила три дня. Потом
Лоренс изменился и уже никогда не был прежним. Казалось, он умер вместе с дочерью,
перестал жить по-настоящему.
Не зная, что полагается говорить в таких случаях, Джейм сосредоточилась на письмах,
обращая особое внимание на обратные адреса и почтовые штемпели на конвертах. Здесь было
несколько писем от Жюльена Армана и два-три от ее отца, но все они были отправлены до
декабря 1966 года. Джейм не нашла в них ничего нового.
Проведя за чтением несколько часов, Джейм уже была готова махнуть рукой на письма.
Обычная история - куда бы она ни свернула, на ее пути оказывался глухой тупик. "Эти ребята
здорово работают, - малодушно подумала Джейм. - Каждый раз они опережают меня на
шаг".
- Думаю, вам стоит взглянуть на это, - сказала Соланж, передавая Джейм конверт.
Взяв письмо в руки, Джейм долго смотрела на него, не веря своим глазам. Это было
письмо от Джека Форрестера.
На нем стоял брюссельский штамп.
Бон
- Форрестер в Бельгии, - сообщила Джейм, беседуя по телефону с Николасом. - Он
жив, он по-прежнему занимается разведкой!
- Даже если так, почему ты думаешь, что он согласится с тобой поговорить? - Несмотря
на отвратительное качество связи, раздражение в голосе Кенделла слышалось совершенно ясно
и отчетливо.
- А почему ты думаешь, что он не захочет? - парировала Джейм.
- Не забывай, Форрестер - один из них.
- Что ж, может быть, ему не захочется беседовать со мной, - сказала Джейм. - Но ведь
Жюльен Арман и Соланж Кендрик согласились, и, если я проявлю настойчивость, Форрестер
может уступить. Есть только один способ проверить это, как ты полагаешь?
Она умолкла, и Николас спросил:
- Когда ты собираешься вернуться?
- Завтра, - ответила Джейм. - Я остановилась на ночь в Боне. Поднялся такой ветер,
что я едва справляюсь с автомобилем.
- Это мистраль, - объяснил Николас.
- Я бы назвала его по-другому, - сказала Джейм. - Увидимся завтра, если к этому
времени мою машину не сдует в кювет.
Перспектива провести ночь на улице ни капли не прельщала Джейм. Ее прельщало другое
- спокойно поужинать в одиночестве в "Релэ де Сол" на улице Луи-Вери, узкой улице позади
Центральной больницы. Шагая к своему столику в сопровождении метрдотеля, Джейм решила,
что это заведение по праву пользуется репутацией одного из лучших ресторанов города.
Массивные деревянные панели, бархат и хорошие картины придавали ему изысканный вид.
За порцией форели в сметанном соусе, изрядно сдобренном вином, Джейм поймала себя
на мысли о том, как круто изменилась ее судьба с тех пор, когда она решила проникнуть в
тайны двойной жизни отца. "Ящик Пандоры, - думала она, вспоминая слова Николаев,
которые он не раз произносил. - Я выпустила на волю самые злые силы всего человечества.
Жизнь моего отца была служением пороку, но он предпочел такую жизнь существованию в
семейном кругу".
Она вспомнила о Николасе. Николас беспокоился о ней, и у него были серьезные на то
причины - Джейм отлично об этом знала. Она вела игру, куда более рискованную, чем русская
рулетка с полным барабаном. Будь у нее хоть капля здравого смысла, она бы как можно дальше
держалась от этого безумия. "Но я не обладаю здравым смыслом, - думала Джейм. - Ведь я
- дочь своего отца".
Она возвращалась из ресторана в темноте, на каждом шагу борясь с яростными порывами
мистраля, и вдруг у нее возникло смутное чувство, что за ней следят.
"К тому времени когда все это кончится, меня можно будет смело упрятать в комнату с
мягкими стенами", - сказала она себе, входя в вестибюль отеля и облегченно вздыхая.
Джейм открыла дверь своего номера, и ее сразу охватило ощущение опасности. В
помещении было темно, она почти ничего не видела, но все же почуяла неладное. Она
включила свет, и ее подозрения тут же подтвердились.
Кто-то обыскал ее номер, перевернув все вверх дном.
Глава 21
- Ты понимаешь, что могло произойти, если бы ты застала в номере взломщика? -
Николас был рассержен и не скрывал этого. - Тебя могли убить!
Они были в Париже, ехали с железнодорожного вокзала в отель "Георг V". Когда Джейм
позвонила Николасу из Бона и рассказала, что произошло, он настоял на том, чтобы она
бросила машину и выезжала ближайшим поездом.
- Я не такая дура, - отрезала Джейм. - Я прекрасно знаю, что могло случиться, и не
хочу даже думать, а еще меньше - говорить об этом.
Николас не сдавался.
- В нынешних обстоятельствах ты - любитель, играющий в профессиональной лиге, -
заметил он. - Тебе против них не выстоять.
Джейм секунду помолчала.
- Собственно, какое тебе дело? - спросила она наконец. - Почему тебя так волнует
все, что со мной происходит?
- Потому что я тебя люблю.
Джейм напряглась.
- Что ты сказал? - переспросила она.
Николас смотрел прямо перед собой.
- Я люблю тебя, - негромко повторил он.
- Нам обоим будет лучше, если мы останемся свободными, - произнесла Джейм, отводя
от него взгляд.
Николас вновь посмотрел на нее.
- Честно говоря, я ожидал другого ответа, - признался он нарочито веселым голосом.
- Я не могу тебя любить, - сказала Джейм, потирая виски. - Как я могу думать о
будущем, а тем более предпринимать какие-то шаги, если меня по-прежнему держит в своих
цепких объятиях прошлое?
- Если бы ты побольше думала о будущем, прошлое, вероятно, не казалось бы тебе столь
важным и значительным, - предположил Николас, машинально лавируя в густом
транспортном потоке.
Джейм энергично замотала головой.
- Я не могу сделать вид, что ничего особенного не случилось, - настаивала она.
Николас на секунду повернулся к ней.
- Скажи, Джейм... Как ты ко мне относишься?
- Не знаю, - откровенно отозвалась Джейм, покачав головой. - Ты мне небезразличен,
может быть, даже больше, чем мне бы хотелось.
- Почему? - допытывался он.
- Тому есть несколько причин, - с напряжением в голосе заговорила Джейм. - В
основном потому, что не хочу, чтобы меня опять предали.
Раздосадованный, Николас ударил ладонью по рулевому колесу.
- Черт возьми, Джейм! Я ведь не твой отец и не Мартин Кэнтрелл! - воскликнул он. -
Я люблю тебя и не собираюсь бросать тебя одну. - Он умолк, задумчиво покусывая губу. -
Жаль, что о тебе подобного никак не скажешь, - добавил он.
Больше они не обсуждали этот вопрос. Вечером за ужином оба были на редкость
молчаливы и лишь обменялись несколькими замечаниями об "охоте за фактами", как Николас
называл расследование Джейм. Когда он уходил, оставив Джейм в номере, он был расстроен, и
теперь, лежа в темноте, она ощущала непривычное беспокойство. Джейм разрывалась между
прошлым, настоящим и, возможно, будущим. Она хотела любить, жаждала любви, но боялась
вновь стать уязвимой.
"Николас совсем другой человек, - говорила она себе. - Однако ведь и Марти когда-то
казался мне не таким, как все. Я даже думала, что ему можно доверять".
Николас совершенно не был похож на Марти. Он с самого начала дал ей ясно понять, что
разделяет ее чувства и хочет помочь. Он искренне заботился о ее безопасности. У него не было
от Джейм никаких тайн, он не лгал. Самой его большой ошибкой оказалось то, что он слишком
боялся за нее. Джейм не могла облегчить его опасений. И своих тоже.
Да, она любила его - так, как способен любить человек, прошедший через те испытания,
которые выпали на ее долю. Какая-то часть ее существа стремилась любить крепче, сильнее.
Джейм хотелось сделать то, чего от нее ждал Николас, - забыть о прошлом, но она не могла -
до тех пор, пока не выяснит точно, что случилось с ее отцом.
А иначе ей не будет покоя.
- Обещаю - никаких тягостных, нудных разговоров, - сказал Николас, позвонив
Джейм на следующий день. - Только ужин, и все. Нам обоим нужно отдохнуть и восстановить
силы. Встретимся у меня. Я сам приготовлю еду.
Джейм облегченно рассмеялась.
- Ты прав, - ответила она. - Ладно, так и быть. В котором часу?
- Будь моя воля, я бы вовсе с тобой не расставался.
- Ты же обещал, - с упреком сказала Джейм, помолчав.
- Да-да, - торопливо отозвался Николас. - Беру свои слова обратно.
- Не спеши отказываться, - сказала Джейм не задумываясь, - но и подгонять меня не
нужно. Во всяком случае, пока.
В трубке возникла короткая пауза.
- Я постараюсь, но это будет нелегко, - честно признался Николас. - Значит, в семь
тридцать?
- Что в семь тридцать?
- Ужин. - Николас рассмеялся. - Ты уже забыла?
- Почти, - ответила она. - Хорошо, в семь тридцать.
- Буду тебя ждать.
Джейм медленно положила трубку, поймав себя на мысли о том, каково это - жить
нормальной, заурядной жизнью. Каково это - быть замужем за человеком вроде Николаев,
иметь пару детишек и дом в пригороде? И никаких тебе тайн, лжи и вопросов, на которые нет
ответов. Что это такое - забыть о двойной жизни отца, перестать поминутно оглядываться
назад, избавиться от опасности? Джейм решила, что она вряд ли когда-нибудь узнает это.
В конце концов, она дочь Единорога.
- Ты замечательный повар, - похвалила Джейм, откинувшись на спинку дивана после
самого настоящего американского ужина в новоанглийском стиле. - Ты мог бы осчастливить
любую женщину.
- Что это - предложение руки и сердца? - спросил Николас, бросив на нее
многозначительный взгляд.
Джейм насторожилась.
- Ты обещал, - напомнила она.
- Ты сама завела этот разговор, - заметил Николае.
- Я хочу, чтобы ты помог мне отыскать Джека Форрестера? - сказала Джейм, переводя
беседу в другое русло. - Я должна его найти. Жюльен Арман утверждал, будто бы Форрестер
знает, где искать моего отца.
- Если твой отец еще жив.
- Арман сказал, что он жив.
- Арман не видел его много лет. И еще он говорил, что Кендрик тоже жив. Он выдавал
желаемое за действительное.
- Такие люди не бросают слов на ветер.
Николас устало улыбнулся:
- Разведчиков считают всезнайками, но это еще не значит, что они таковы на самом деле.
- Мой отец жив, - упрямо повторила Джейм. - Я знала об этом еще до того, как
встретилась с Арманом.
Николас уселся рядом с ней.
- Джейм, я понимаю, что ты чувствуешь, но...
Джейм посмотрела ему в глаза:
- Так ты поможешь мне или нет?
- С равным успехом ты могла бы попросить меня изобрести лекарство от рака, -
ответил Николас. - Мы даже не знаем, с чего начать! Это будет не легче, чем найти
пресловутую иголку в стоге сена, - да что там, отыскать иголку в сто раз легче!
- Форрестер живет в Брюсселе, - невозмутимо произнесла Джейм.
- Жил в Брюсселе, - поправил Николас.
- Может быть, Форрестер до сих пор там. Во всяком случае, попытаться стоит.
Николас покачал головой.
- Брюссель - огромный город, - возразил он. - Что я должен сделать? Пролистать
брюссельский телефонный справочник в разделе "шпионы"?
- Не говори чепухи, - отрезала Джейм.
- Весь твой замысел - сплошная чепуха! - воскликнул Николас. - Даже если мы
найдем Форрестера, даже если он по-прежнему работает в разведке, откуда у тебя уверенность,
что он захочет с тобой говорить, а тем более - рассказать тебе что-нибудь по-настоящему
важное?
- Есть только один способ проверить, - ввернула Джейм.
- Предположим, он согласится поговорить с тобой, но он может и не знать, где
находится твой отец, если он вообще жив, - продолжал Николас.
- Он был напарником отца.
- Был - это ты точно подметила.
- Кому же знать, как не ему? - настаивала Джейм.
Голос Николаев смягчился;
- Послушай, я понимаю твои чувства, понимаю тебя.
Но противник не дремлет. Стоит тебе вплотную подобраться к тому, что они скрывали все
эти годы, и тебя убьют.
- Я согласна рискнуть, - сказала Джейм, глядя на него.
Николас вздохнул:
- Ты очень упрямая женщина.
- Я уже далеко продвинулась в розысках, - осторожно заговорила Джейм. - Я не могу
просто взять и забыть обо всем. Где бы ни был мой отец, что бы он ни делал - сейчас или в
прошлом, - я должна это знать.
Иначе я не смогу успокоиться.
Николас с тревогой посмотрел на нее. Вот что главное - Джейм не в силах забыть о
прошлом, пока не отыщет недостающие кусочки мозаики. Пока она не смирится с утратой отца,
у нее не будет будущего - ни с ним, Николасом, ни с любым другим мужчиной, ни в
одиночестве. Он привлек ее к себе, гладя по волосам.
- Я хотел бы разделить твои заботы, хотел бы помочь тебе, - мягко заговорил он и
вдруг почувствовал, что она целует его в шею. - Джейм?..
Джейм легонько куснула его за мочку уха.
- Поговорим об этом потом, - проворковала она, обвивая его шею руками.
В первое мгновение Николас хотел ответить на ее ласку, отдаться любви, о которой
мечтал с самого начала их знакомства. Но голос рассудка подсказывал ему, что ею движут
скорее практические соображения, нежели зов плоти. Николас нехотя осторожно высвободился
из ее объятий.
- Хватит, Джейм, - твердо произнес он.
Джейм посмотрела на него.
- Неужели ты не хочешь меня? - спросила она улыбаясь.
- Хочу, и ты прекрасно об этом знаешь, - раздраженно ответил он, отодвигаясь. - Чего
я не хочу, так это заниматься любовью с женщиной, даже такой, как ты, если она пытается
соблазнить меня в обмен на определенные услуги. Я не играю в такие игры. Даже с тобой.
Джейм отпрянула.
- Как ты смеешь говорить такое?
- Но ведь это правда, не так ли? - Николас вскочил. - Еще днем ты просила не
торопить тебя и вдруг прыгаешь ко мне в постель. С чего бы это?
- Если я сказала, что мне нужно время, это еще не значит, что у меня нет других
желаний!
- Прекрати, Джейм! - вспылил Николас. - Мы оба отлично знаем, что тебе нужно. Ты
хочешь, чтобы я выследил Джека Форрестера, пустив в ход посольские связи. Я ведь сказал
тебе, что это почти невозможное дело!
Джейм поднялась с дивана, содрогаясь от ярости.
- Я вижу, ты не сторонник приукрашивания действительности, - холодно бросила она
и, подхватив сумку и пальто, шагнула к двери. - Спасибо за откровенность. Теперь я знаю, что
ты обо мне думаешь.
- Подожди! - крикнул Николас ей вслед. - Куда ты?
- Туда, откуда мне не следовало уходить, - в отель!
Прежде чем Николас успел остановить ее, Джейм вышла, с силой захлопнув за собой
дверь.
На сей раз Джейм была совершенно уверена, что за ней следят.
Когда она вышла из квартиры Николаев, на улице не оказалось такси. Она пешком
двинулась к Елисейским полям, чтобы сесть в автобус, и заметила мужчину, который шагал в
нескольких ярдах позади. Поначалу Джейм не придала этому значения. Потом мужчина вошел
вместе с ней в автобус. Джейм сказала себе, что это совпадение. Но, увидев, что мужчина
вышел на той же остановке, что и она, Джейм забеспокоилась. И лишь когда он дошел вслед за
ней до подъезда "Георга V", ее подозрения превратились в уверенность.
Увидев, что он остался на улице и не входит в отель, Джейм испытала громадное
облегчение. Поднимаясь в одиночестве в лифте, она привалилась спиной к стенке кабины и
перевела дух. Николас был прав. Ее убьют, прежде чем она подберется к тайне вплотную.
"Почему они до сих пор не попытались прикончить меня?" - гадала Джейм.
Разве что они надеются, что она наведет их на след своего отца.
Николас не находил себе места от беспокойства.
В промежутке от половины девятого до десяти часов он трижды пытался дозвониться
Джейм в отель, и всякий раз ему говорили, что она не берет трубку. Может быть, Джейм тем
самым хочет показать ему, как она на него сердита? Или с ней что-то случилось? Джейм ушла
взбешенная. В обычных обстоятельствах она и не подумала бы возвращаться в отель пешком,
но сегодня...
Сегодня вечером все было по-другому. Слова Николаса привели ее в ярость. Может быть,
она решила пройтись, чтобы развеять гнев.
- Попадись ты мне сейчас в руки, Джейм Лайнд, уж я бы тебя... - Внезапно Николас
осознал, что разговаривает сам с собой. Повинуясь импульсу, он схватил телефон и набрал
номер отеля. Когда дежурный коммутатора соединил его с номером Джейм, Николас
нетерпеливо забарабанил пальцами по столу, вслушиваясь в монотонные гудки. "Ну же,
Джейм, возьми эту чертову трубку..."
Вашингтон, округ Колумбия
- Она вернулась в Париж? - спросил Гарри Уорнер.
- Полагаю, беспорядок, который я устроил у нее в номере в Боне, отпугнул ее, - сказал
голос в трубке.
- Болван! - рявкнул Уорнер. - Я же говорил, она не должна даже заподозрить, что за
ней наблюдают!
- У меня не было другого выхода. Я был вынужден сделать это как можно быстрее - в
любую минуту в комнату могли войти.
- Мне плевать, какими причинами ты руководствовался, - ответил Уорнер. - Ты
получил инструкции - изволь их выполнять!
- Да, - напряженно произнес голос. - Я получил приказ.
- Вот и хорошо, - сказал Уорнер. - Держи меня в курсе событий.
Понимая, что совершает глупость, Николас все-таки решил помочь Джейм найти Джека
Форрестера или хотя бы попытаться сделать это. Пустив в ход все возможности посольства -
компьютерную базу данных, связи с американской миссией в Брюсселе, даже такие
примитивные методы, как изучение бельгийских телефонных книг, - он провел в своем
рабочем кабинете большую часть послеобеденного времени, пытаясь напасть на след
неуловимого Минотавра. В конце концов уже к вечеру ему позвонил один его брюссельский
знакомый.
Человек по имени Джонатан Форбес Форрестер, американский гражданин, проживал в
Левене, что к востоку от Брюсселя. Его словесный портрет соответствовал фотографии,
которую Джейм получила от Соланж Кендрик.
Николае дважды брал трубку, чтобы позвонить Джейм, и оба раза отказывался от своего
намерения.
Джейм не ответила ни на один его звонок, а ведь он оставил ей не меньше дюжины
сообщений. "Будь она проклята со своим упрямством! - сердито думал он. - Какой смысл
названивать? Скорее всего она попросту не берет трубку".
Телефон пронзительно заверещал, испугав Николаса. Его рука, все еще лежавшая на
аппарате, схватила трубку.
- Кенделл, - напряженным голосом произнес он.
- Николае, это Джейм, - послышался знакомый голос. - Кто-то шел за мной вчера до
самого отеля.
Николасу показалось, что он ослышался.
- Как ты сказала?
- Какой-то мужчина "вел" меня от порога твоей квартиры. Он ехал со мной в одном
автобусе и проводил меня до самых дверей, если можно так сказать. - Джейм помолчала и
добавила:
- Должно быть, я подобралась слишком близко.
Николае лихорадочно размышлял, стоит ли говорить ей о своей находке. Это могло еще
более осложнить ситуацию.
- Ты уверена? - спросил он, оттягивая время.
- Готова поклясться на сотне Библий.
- Брось это дело, пока не поздно, - сказал он, помедлив.
- Не могу.
- Прекратишь ли ты поиски, если узнаешь, где находится Форрестер? - осведомился
Николае, поколебавшись.
- Значит, ты нашел его, - после недолгой паузы произнесла Джейм.
- С ума сошла?
- Ты уже задавал мне этот вопрос и знаешь, какой будет ответ. - Джейм шагала по
вестибюлю "Георга V" с кейсом в руках. Николае нес следом ее чемодан.
- Если ты отложишь поездку до выходных, я отправлюсь с тобой, - сказал он.
Джейм покачала головой.
- Я и так слишком долго ждала, - ответила она, выходя в дверь, которую перед ней
распахнул швейцар в ливрее. Как только она очутилась на улице, холодный ноябрьский ветер
разметал ее рыжие волосы. - Если я помедлю хотя бы сутки, они могут первыми успеть туда,
куда я направляюсь. Если, конечно, они уже не опередили меня. Будь это в моих силах, я бы не
давала им ни малейшего шанса.
Николае положил чемодан в багажник своего автомобиля.
- Вероятно, они все это время знали, где находится Форрестер, если он по-прежнему
работает на них, - заметил он, открывая для Джейм переднюю пассажирскую дверцу. - Но
даже если им это неизвестно и ты успеешь к нему первая, он может отказаться говорить с
тобой.
- Мы уже обсудили этот вопрос, - угрюмо произнесла Джейм и потянула на себя
дверцу.
- Да, обсудили. - Николас еще подтолкнул дверцу, которая уже и без того
захлопнулась, и обежал вокруг машины. - Сам не понимаю, зачем я продолжаю тебя
уговаривать, - проворчал он.
- Я тоже этого не понимаю.
Николас посмотрел на Джейм:
- Не хочу с тобой спорить, но...
- Так не спорь, - перебила она.
Николас глубоко вздохнул, повернул ключ в замке зажигания, и двигатель сразу заурчал.
- Хорошо, так и быть, я знаю, это бессмысленно, - согласился он, выруливая на
улицу. - Что бы я ни говорил, ты все равно сделаешь по-своему.
Джейм кивнула:
- Совершенно верно.
- Ладно, делай что хочешь, - сказал Николас. - Но ради всего святого, избавь меня от
необходимости сидеть в Париже, трясясь от страха за твою судьбу, - отрывистым голосом
добавил он. - Не согласишься ли ты хотя бы звонить мне каждый вечер, чтобы я знал, что у
тебя все в порядке?
Джейм с трудом сдержала улыбку. Беспокойство Николаса доставляло ей удовольствие.
- Пожалуй, я смогу выполнить эту просьбу, - ответила она.
- Хвала Всевышнему за те маленькие радости, которые он нам посылает, - с сарказмом
в голосе произнес Николас.
- Ты сам сказал, что мы обо всем договорились, а я терпеть не могу возвращаться к
пройденному, - отозвалась Джейм. - Когда я просила тебя о помощи, я не предполагала, что
ты станешь меня опекать.
- Тебе бы это не повредило.
- Я не спрашивала твоего мнения на этот счет отрезала Джейм, раздраженная его
замечанием.
- Прошу прощения за бестактность, - едким тоном произнес Николас, маневрируя в
плотном потоке машин. - Я и не подозревал, что совершаю преступление, пытаясь удержать
любимого человека от поступков, которые угрожают его жизни!
Джейм резко откинулась на спинку сиденья.
- Мы ведь договорились...
- Мы договорились, что я не стану давить на тебя, - возразил Николас. - Но я не
соглашался перестать тебя любить - я не могу попросту выключить свои чувства, словно
какой-нибудь водопроводный кран! - Он остановил машину перед светофором.
Джейм нахмурилась, но не сказала ни слова. Если бы только она могла отключить свои
чувства...
Брюссель
Джейм сунула чемодан в багажник автомобиля, взятого напрокат в аэропорту, и
захлопнула крышку. Она все еще сердилась на Николаев и на себя. В основном - на себя. Она
не сомневалась в искренности чувств Николаса, не сомневалась, что он любит ее. Нет, беда
была в другом - в его решимости защищать ее от опасностей. И в ее решимости не признавать
своих чувств по отношению к нему.
Джейм пообещала себе, что, как только она найдет отца или хотя бы выяснит, что с ним
случилось, в ее жизни все станет по-другому. Сбросив с себя груз прошлого, окончательно
расправившись с ним, она сможет задуматься о будущем. Может быть, даже о таком будущем,
в котором у нее будут муж и дети.
Дорога от аэропорта до отеля "Мадлен", что неподалеку от Гранд-плас, была недолгой и
заняла всего двадцать минут. Зарегистрировавшись, Джейм тут же выполнила данное Николасу
обещание и позвонила ему в Париж.
- За тобой был "хвост"? - спросил он.
Джейм едва не рассмеялась.
- Я не заметила.
- Может быть, ты просто не обратила внимания?
- К сожалению, на бампере моего автомобиля не было наклейки с надписью: "Если вы
следите за этой машиной, подайте звуковой сигнал", - беспечным голосом отозвалась Джейм.
- Джейм, я серьезно...
- Чего ты, собственно, хочешь - узнать мой здешний номер или продолжать спорить со
мной?
- Конечно, номер. Подожди, я возьму ручку и бумагу... - Трубка умолкла, потом
Николас добавил:
- Диктуй, я записываю.
- Я остановилась в отеле "Мадлен", телефон 51373 - 92.
На линии возникла очередная Пауза.
- Я подумал и решил взять отпуск, - сказал Николае. - Я должен быть рядом с тобой.
Джейм с шумом втянула в себя воздух.
- Послушай, Кенделл, я не нуждаюсь в сиделке... - раздраженно заговорила она.
- Хватит корчить из себя крутого парня, Джейм, - оборвал ее Николас. - Тебе не
откажешь в твердости характера, но Рэмбо из тебя никакой. Ты не справишься в одиночку,
даже не пытайся. Тебе нужна помощь. Позволь, я помогу тебе.
Джейм опустилась в ближайшее кресло.
- Ты действительно хочешь мне помочь? - сдержанным голосом осведомилась она. -
Просто мне кажется, что ты пытаешься сдержать меня, а мне сейчас меньше всего хочется,
чтобы кто-то становился на моем пути. Если хочешь знать, я и так постоянно действую с
оглядкой через плечо. Я начинаю по-настоящему понимать, как должен был чувствовать себя
мой отец.
- И не без причин, - мрачно заметил Николас.
- Сама знаю.
- Ты не прогонишь меня, если я приеду на выходные?
- Николас... - заговорила Джейм.
- Я хочу помочь, - настаивал он. - Одна голова - хорошо, а две - лучше, как ты
полагаешь?
- Да, но только если они действуют в согласии.
- Все зависит от тебя.
- Николас, это моя война, не твоя...
- Она стала моей с тех пор, как ты втянула меня в свой мир "рыцарей плаща и
кинжала", - напомнил он.
- Я не понимаю, почему мы оба должны бросать работу ради ответов на вопросы,
которые интересуют
...Закладка в соц.сетях
