Жанр: Любовные романы
Тропою духов
...дшей дочке Бизоньего Сердца исполнилось шесть лет, и ее мать решила, что пора
устроить девочке церемонию Нонге Пэхлока - прокалывание ушей.
Счастливый момент жизни. Этим обрядом родители ребенка, а также ее бабушка, как
умели, проявляли любовь к девочке.
Прокалывать мочки ушей доверили Ястребу. Такое считалось немалой честью, и ее
удостаивались только уважаемые люди, отмеченные за храбрость и проявленную
мудрость.
Мэгги уселась между Виноной и Звездой на Ветру, принимая участие в празднестве.
Мать девочки устроила настоящий пир. Все ели вволю жареную оленину, зная, что зимой
им вряд ли придется отведать подобное лакомство.
Вот когда Мэгги в полной мере оценила услугу Вероники, которая научила ее
изъясняться на языке племени. Милая Вероника!
Теперь Мэгги могла, ничуть не затрудняясь, вести беседу с Виноной и Звездой. Зная
язык этих людей, Мэгги нашла дорогу к их сердцам. Многие поражались тому, что эта
бледнолицая женщина так хорошо говорит на их родном языке. Те женщины, которые до
этого смотрели на Мэгги с недоверием и неприязнью, теперь переменились в отношении
к ней.
Родители ребенка посадили девочку на большое одеяло, а вокруг разложили подарки,
которые должны были показать всем, как велика их любовь к дочери. Наиболее ценный
подарок, винчестер, преподнесли Ястребу.
Таша храбро выдержала испытание, даже не вскрикнув когда Ястреб острой иглой
проткнул мочки ее ушей.
После окончания церемонии Мэгги и Ястреб отправились гулять к реке. Казалось, над
миром царят тишина и спокойствие. А в небесах мерцали мириады звезд, освещая все
вокруг. Мэгги улыбнулась Ястребу:
- Ведь это большая честь, что тебя выбрали для исполнения обряда?
- Да. Я думал, что они позовут Сидящего Буйвола.
- Так отчего же они не позвали его?
- Сам не знаю. Может быть, оттого, что Бобби - мой друг, и Бизонье Сердце со своей
женой хотят таким способом выразить свое уважение и ему.
Мэгги понимающе закивала:
- Да, да. У них такая любовь со Звездой.
- Да, пожалуй, они скоро поженятся. Мэгги улыбнулась, от души желая Бобби обрести
то счастье, к которому стремилась сама.
- Он прекрасно вписался в здешнюю жизнь.
- Бобби - прирожденный воин.
- По-видимому, он был прав, - задумчиво сказала Мэгги, - может быть, он
действительно родился не в свое время.
- Здесь он будет счастлив, - заметил Черный Ястреб. - А как насчет тебя, Мэгги? Как
долго ты выдержишь здесь?
- Что ты имеешь в виду?
- А разве ты не тоскуешь о прежней жизни? Мэгги пожала плечами:
- Естественно, я скучаю по тем, кого знала, - призналась она, - но что они значат по
сравнению с тобой, мой любимый? И что я имела там? Твои объятия мне нужнее, чем сто
микроволновых печей, а твое общество куда интереснее, чем самые потрясающие
телевизионные передачи.
Черный Ястреб улыбнулся:
- Так, значит, ты охотнее проведешь остаток жизни здесь, со мною?
- Мне безразлично: где бы ни быть - лишь бы не расставаться с тобой, - решительно
ответила Мэгги и крепко поцеловала мужа, тем самым закончив этот разговор.
В последующие несколько дней было довольно тепло, а потом внезапно вернулись
холода. Подул пронизывающий северный ветер. Ливень обрушился на вигвамы, стучал по
земле. Гремел гром, сверкала молния. Скрипели и гнулись, а порою и валились огромные
сосны.
А через неделю повалил снег. Не в пример прежним годам, когда снегопад
продолжался не более двух дней кряду, эта метель затянулась на всю неделю.
Мэгги с Виноной оставались в вигваме, сидя у огня. Бобби и Ястреб, время от времени
выходили взглянуть на лошадей: как и все мужчины в лагере, они всегда были начеку - не
прокрался ли в зимний лагерь коварный пауни. Раньше уже случалось, что уводили
лошадей, а то и нападали на людей, убивали и снимали скальпы.
Порой в вигвам наведывалась Звезда на Ветру. Девушка приходила якобы навестить
Мэгги и Винону, но те давно заметили, что Звезда никогда не являлась, если в вигваме не
было Бобби.
Звезда была одной из самых красивых девушек в лагере - высокая, стройная, с гладкой
чистой кожей и живыми черными глазами. Все три женщины проводили много времени
вместе, и Мэгги пользовалась каждой минутой, чтобы научиться шить одежду, мокасины,
вышивать бисером и иглами дикобраза.
Мэгги никогда не была рукодельницей, но сейчас находила шитье прекрасным
занятием в зимний ненастный день, а кроме того, это так успокаивало ее. Мэгги
почувствовала настоящую гордость, сшив первую рубашку для Ястреба. Она, как дитя,
радовалась узорам, вышитым иглами дикобраза, и тому, как замечательно получилась
бахрома на рукавах.
С наступлением зимы Мэгги принялась шить одежки для будущего малыша. Винона
выделала пушистые шкурки белого кролика. Звезда на Ветру сшила несколько мягких
пеленок, а Мэгги - полдюжины ползунков. Ей приходилось видеть такой товар в отделе
для новорожденных в универсальном магазине - прелестные, кружевные одеяния... Но как
бы то ни было, ей нравилась собственная работа.
Мэгги еще не совсем хорошо знала обычаи племени. С ней не было любящей матери,
которая помогла бы своими советами. Мать Звезды, Голубая Олениха, взялась направить
ее шаги. Она принесла Мэгги сделанные собственноручно два маленьких мешочка - так
называемые "песчаные ящерицы", объяснив при этом, что один из них предназначен для
хранения пуповины. Женщина добавила, что название вовсе не случайно - ведь ящериц
так тяжело поймать. Вот почему этот амулет защитит и сохранит жизнь младенца. Что же
касается второго амулета, то он предохранит дитя от злых духов.
Мэгги с трудом верилось, что таким способом можно защитить кого-либо от чего бы то
ни было, однако она вежливо приняла подношения, поблагодарила Голубую Олениху и
положила ее дары рядом с другими детскими вещами. Мэгги просто не могла дождаться
того момента, когда ее дитя появится на свет, связав прошлое и будущее.
Мэгги была очень благодарна за любовь и заботу Виноне, Звезде и Голубой Оленихе. А
колыбелька, которую смастерил Ястреб, тронула ее до слез. По обычаю племени, люльку
делала сестра будущего отца, но у Ястреба не было сестры, и он сделал это сам.
В том, с какой любовью и тщательностью была изготовлена эта первая детская
кроватка, Мэгги видела лучшее доказательство того, с каким нетерпением и радостью
Ястреб ждал сына. Он немало потрудился над резной спинкой кроватки, над выделкой
шкур и над всем остальным.
Иногда ночью он, положив голову на грудь Мэгги, гладил ладонью чуть заметную еще
выпуклость живота. В такие минуты он рассказывал ей о своем детстве, о том, как рос
рядом с Красной Стрелой, как учился стрелять из лука, о первом коне и даже о том, как
плакал от стыда, когда в первый раз упал с лошади.
Внимательно слушая мужа, Мэгги пыталась представить первые шаги своего
мальчугана. Конечно, он будет во всем похож на своего отца. Да, трудно представить
Ястреба меняющим пеленки малышу, играющим с ребенком. Зато она ясно видела его
защитником, наставником во всем, что необходимо индейцу: как выследить и поймать
кролика; как отличить следы собаки от койота; как подстрелить бизона...
Закрыв глаза, Мэгги видела себя в окружении будущих черноволосых детей с бронзовой
кожей и темными глазенками. Среди них будут и мальчики, которые вырастут такими же
высокими, сильными и красивыми, как их отец, и девочки, которые вырастут
прекрасными, добрыми и скромными женщинами.
Зима в этом году выдалась мягкая, и еды было вдоволь. И если Мэгги порой
приедались вяленое мясо и пеммикан, то все-таки они не голодали.
Мало-помалу становилось теплее. Сквозь снег кое-где пробивались тонкие молодые
побеги растений. Вот уже и деревья покрылись изумрудной листвой, небо из свинцовосерого
стало лазурным, а буйно распустившиеся на склонах цветы поражали
разнообразием красок и оттенков.
Жеребята резвились на зеленой лужайке, на деревьях распевали птицы, а Мэгги
впервые почувствовала, что ее нерожденный еще малыш дает о себе знать.
Весна чувствовалась во всем. Лакота словно бы встряхнулась, сбрасывая с себя
опостылевшие зимние холода, подобно лошадям, линяющим с наступлением весны. Люди
чистили вигвамы, проветривали шкуры. Мужчины отправлялись на охоту, а дети
сбрасывали надоевшую теплую одежду, мокасины и весело бегали взапуски босиком по
зеленой траве.
В такой яркий весенний день Бобби Гордый Орел обратился к Ястребу с просьбой
поговорить с родителями Звезды на Ветру.
Черный Ястреб улыбнулся тому волнению, которое так ясно читалось на лице юноши.
- Да, пожалуй, пора, - согласился он, хлопнув Бобби по плечу.
- Я не в силах больше ждать, - сказал тот, - прошу тебя, Ястреб, ступай сегодня же.
- А ты поговорил со Звездой?
- Конечно.
- И она дала согласие?
Бобби нетерпеливо кивнул головой:
- Ступай! Лошади уже на лужайке. Черный Ястреб изумился:
- Лошади?
- А где же, ты думаешь, я пропадал целых четыре дня? Уводил коней из лагеря пауни!
Глядя на пораженную этими словами Мэгги, Черный Ястреб громко расхохотался:
- Да, Гордый Орел! Ты действительно наш человек. Я горжусь, что мне выпала честь
просить для тебя руки твоей невесты.
Винона настойчиво пыталась накормить Бобби, но он был слишком взвинчен, чтобы
есть. Кусок не лез ему в горло. Конечно, он знал, что девушка его любит, но что, если ее
брат против? А вдруг он решит, что кони недостаточно хороши?
Мэгги и Винона переглянулись. Бобби в смятении мерил шагами узкое пространство
вигвама. Все в лагере давно ждали этого события. И никто, кроме самого Бобби,
нисколько не сомневался в том, что родители Звезды и брат девушки сами хотят этого
брака.
Когда Черный Ястреб вошел в вигвам, Бобби сразу бросился к нему:
- Ну? Говори же, что сказал Перо Совы? Черный Ястреб медленно покачал головой,
пряча лукавую улыбку:
- Мне очень жаль, Гордый Орел, но старший брат Звезды на Ветру не согласен.
Бобби остолбенел. Он не верил собственным ушам.
- Он сказал "нет"? - лицо парня вспыхнуло. - Ну так мы сбежим!
Черный Ястреб с трудом удержал Бобби, готового сорваться с места:
- Постой-ка, горячая голова. Я пошутил. Он и не думал говорить "нет". Все улажено,
Бобби. Вы поженитесь через месяц.
- Месяц? - выдохнул Бобби.
- Но нужно ведь дать Звезде на Ветру и ее матери, Голубой Оленихе время, чтобы
подготовить шкуры для вигвама. Месяц пролетит быстро, санкаку. Тебе многое предстоит
сделать.
Время промчалось незаметно, и через месяц, ярким солнечным апрельским утром,
Бобби Гордый Орел взял в жены Звезду на Ветру. Это долгожданное событие отметили
всеобщим весельем, песнями, танцами и, конечно же, подарками.
Звезда на Ветру установила свой новый вигвам по соседству с вигвамом Виноны, и
молодожены сразу же принялись обустраивать свое жилище. Мэгти была несколько
разочарована тем, что новобрачные никуда не отправились в свой медовый месяц. Но
Ястреб объяснил ей, что это неразумно, да и небезопасно, так как между лакота, кроу и
пауни шли непрекращающиеся войны. Однако в следующие несколько дней никто не
видел ни Звезды ни Гордого Орла. Мэгги решила, что это затворничество и стало их
своеобразным медовым месяцем...
Однажды, ранним майским утром, решено было возвращаться на Черные Холмы.
Лагерь Сидящего Буйвола приступил к сборам. Черный Ястреб решил, что пора уводить
своих людей в Канаду. Как ни странно, нашлись воины из лагеря Сидящего Буйвола,
которым также пришлась по душе эта мысль - отправиться на землю предков. Такой
поворот событий радовал Ястреба. Ведь ему предстоял совсем нелегкий переход с детьми
и женщинами. Мужчин их племени можно было пересчитать но пальцам, а теперь он мог
опереться на два десятка сильных, выносливых воинов.
Прощание вышло тягостным. Звезда на Ветру горько плакала, расставаясь с
родителями, и Мэгги сама с трудом сдерживала слезы, обнимая Бизонье Сердце и
Голубую Олениху. Вряд ли им доведется встретиться вновь. Бобби крепко обнял жену, и
они молча следили за тем, как уходит на юг племя Сидящего Буйвола.
-Я буду скучать о них, - прошептала Мэгги.
Черный Ястреб кивнул, но грустить было некогда. Им ведь тоже предстоял нелегкий
путь.
- Пойдем, - сказал Черный Ястреб, - мы выступаем завтра утром. Еще многое надо
успеть сделать.
Наутро они выехали со стоянки. Ярко светило солнце, и Мэгги была в приподнятом
настроении. Когда-то ей довелось побывать в Канаде. Она ездила туда с родителями и до
сих пор сохранила самые лучшие
воспоминания об этом чудесном крае, утопающем в зелени и цветах.
Постепенно ее возбуждение улеглось. Теперешнее путешествие имело очень мало
общего с ее розовыми воспоминаниями. Семь-восемь часов в день трястись верхом,
будучи на пятом месяце беременности! Тряска вызывала ноющую боль в спине. В
последнее время Мэгги раздалась в талии, и это заставляло ее чувствовать собственную
неуклюжесть и неловкость. Плохое самочувствие заставляло ее часто останавливаться.
Мэгги выворачивало наизнанку. Она пыталась идти пешком, но быстро уставала, и снова
приходилось взбираться на лошадь, и снова трястись, пока они не останавливались на
ночлег.
Мэгги была очень благодарна матери Черного Ястреба - та всегда приходила на
помощь в нужный момент. Мэгги когда-то представлялось ужасным жить рядом со
свекровью, но Винона окружила ее такой любовью и вниманием, что Мэгги от души
радовалась ее присутствию. Как важно казалось то, что можно кому-то пожаловаться,
спросить совета. Иметь рядом человека, который все понимает, может успокоить и
отмести необоснованные страхи, мучившие Мэгги.
Ястреб был неизменно добр и внимателен. Он делал все, что в его силах, чтобы жене
было хорошо. По вечерам он растирал ей спину и плечи, массажировал ноги и шею.
Бывали дни, когда Мэгги беспричинно плакала. Тогда Ястреб обнимал и утешал ее.
Иногда он расчесывал ей волосы, а бывало, что уносил подальше от стоянки и купал в
реке, как малого ребенка.
Дни тянулись для Мэгги страшно медленно. Иногда караван останавливался, чтобы
мужчины могли поохотиться. Как замечательно было снова поесть свежего мяса,
полакомиться орехами, ягодами и дикими сливами!
Теперь Мэгги прекрасно справлялась с возведением вигвама и испытывала настоящую
гордость от того, что делала это не хуже других женщин. И если бы не волнистые волосы,
она казалась бы настоящей индианкой. Кожа ее стала смуглой от солнечных лучей, а
одета она была, как и все женщины народа лакота.
Когда вдали показались Черные Холмы, Мэгги обрадовалась до слез. Ведь здесь стоял
ее дом. И даже если она никогда не увидит его вновь, то все равно Черные Холмы всегда
будут напоминать о нем. Как прекрасно вновь полюбоваться на великолепие Холмов!
Пусть недолго, но поплавать в прозрачных озерах, вдохнуть полной грудью аромат
соснового леса, пройтись по высокой траве бескрайних прерий.
Той ночью, лежа в объятиях Ястреба, Мэгги гадала: о чем он думает? Ведь Черный
Ястреб родился здесь. Любовь к этой земле у него в крови. Да разве он сможет с ней
расстаться?
Ястреб решил, что они проведут здесь неделю, пополняя запасы, охотясь на бизонов, а
потом тронутся в путь. Но Мэгги понимала, что не это главная причина остановки. Ястреб
хотел побыть здесь подольше и проститься с любимыми местами.
Глава 39
Кровь. Она не верила своим глазам. Внезапно обнаружив следы кровотечения, Мэгги
пришла в ужас. Что если она потеряет это долгожданное крошечное существо? Ее
охватила паника. Но ведь она не почувствовала никакой боли, никаких тревожных
признаков - только небольшое пятно крови.
Мэгги никому ничего не сказала ни в этот день, ни в следующий. Но кровотечение не
прекращалось, и Мэгги испугалась. Что-то случилось с ребенком! Она пыталась
припомнить все, что ей было известно о рождении детей, о выкидышах, но мысли
смешались, и единственное, что всплыло в памяти, было связано с тем, что кровотечение -
всегда признак неблагополучия.
Мэгги горячо надеялась, что все пройдет. Ведь крови оказалось совсем немного. Но
когда начались схватки, она поняла, что случилось что-то ужасное. Тогда она решилась и
все рассказала Ястребу, а тот передал матери.
Винона отослала Ястреба и осмотрела Мэгги. Лицо старой индианки было
бесстрастно. Потом она вышла, чтобы поговорить с Ястребом.
- Ну что, ина? - взволнованно вскричал он.
- Мне приходилось часто видеть такое у других женщин, - грустно ответила Винона, - и
это всегда означало, что ребенок погибнет, - она взяла его за руку. - Иногда при таких
обстоятельствах погибает и мать ребенка.
- Неужели ничего нельзя сделать?
- Я не знаю, как остановить кровотечение. Ее мучают и боли. Думаю, что нам следует
ожидать худшего.
- Нет, не может быть.
Винона с состраданием посмотрела на своего несчастного сына. Она крепко сжала его
руку, повернулась и направилась в вигвам. Нужно было как можно скорее успокоить
Мэгги.
Черный Ястреб неподвижно стоял, глядя в звездное небо. Он чувствовал себя так,
словно у него отняли часть души. Он уже испытал нечто подобное, когда ему пришлось
принять трудное решение -сделать выбор между душой и сердцем.
А теперь ему надо принять решение снова и выбрать между жизнями жены, ребенка и
спасением племени.
Подняв глаза к небу, Ястреб стал молиться, прося Вэкэн Танка о помощи.
Время шло, но он ничего не услышал - только шум ветра да шелест листвы. И тогда он
понял, что знает ответ на свой жгучий вопрос.
Орел должен следовать за Ястребом.
Черный Ястреб знал теперь совершенно точно, как если бы сам услышал эти слова.
Юный Бобби поведет людей в Канаду. Они с Бобби встретились благодаря Мэгги. Она
оказалась тем звеном, что связало два таких различных мира. Ее любовь к народу Лакоты
сделала возможным то, что они проникли из будущего в прошлое.
Бобби Гордый Орел, действительно, принадлежал прошлому. Именно такой шаман был
нужен племени. Именно ему суждено спасти людей. Там, в далекой Канаде, он совьет
гнездо со своей Звездой.
А Черный Ястреб останется здесь, на родных Черных Холмах.
Он обратил взор на желтую круглую луну и понял, что настало время вернуть Мэгги
домой. Им нельзя оставаться здесь и рисковать ее жизнью и жизнью их сына. В прериях
чересчур опасно. Если бы даже они не отправились в далекую Канаду, а остались с
людьми Сидящего Буйвола, то и тогда подвергались бы каждодневной опасности
нападения солдат, а то и враждебных индейских племен. Здесь не миновать сражений.
Нужно быстро сниматься со стоянок, скрываться. Все это случалось уже сотни раз и будет
происходить впредь. Ястреб понимал, что такое напряжение может стать роковым для
будущего ребенка, да и самой Мэгги.
Мэгги, должно быть, плачет. Он понял это, уже входя в вигвам. Ободряюще
улыбнувшись сыну, Винона вышла, решив, что они хотят побыть вдвоем.
- Она уже сказала тебе? - всхлипнула растрепанная Мэгги.
- Да.
- Ужасно. Как ужасно! Я так хотела подарить тебе сына...
- О, Мэг-ги, что ты говоришь? Мы еще не потеряли наше дитя.
- Но потеряем, - прошептала Мэгги, и горячие слезы потекли по ее щекам. - Ястреб...
Он лег рядом, укрывшись бизоньей шкурой, и притянул Мэгги к себе. Она продолжала
плакать, а он, утешая, нежно гладил ее волосы. Потом вытер ее лицо.
- Завтра мы едем домой, Мэгги, - тихо сказал он.
- Домой? - она не понимала. Ведь они дома, разве не так?
- Вернемся в твое время.
Мэгги не верила собственным ушам. В заплаканных глазах блеснул луч надежды. О,
конечно, Ястреб принял это решение из-за ребенка. Возвращение в будущее -
единственное, что может помочь. Там, в цивилизованном мире, располагая
возможностью прибегнуть к любым необходимым медицинским средствам и
учреждениям, они спасут свое дитя.
Мэгги улыбнулась мужу, тотчас уверившись, что все будет хорошо. Главное - успеть
попасть в ее время до рождения ребенка. А потом они могут вернуться сюда втроем...
Доверчиво она уцепилась за руку Ястреба и мгновенно уснула.
Всю ночь он не выпускал ее из объятий. Никого никогда он так не любил, как эту
женщину. Она неотделима от него. И сколько бы им ни осталось жить, они всегда будут
вместе. Завтра они с Мэгги отправятся в Священную Пещеру. Это единственное, что
может спасти их сына.
Черный Ястреб вышел из вигвама и молча смотрел на отъезжавших. Все прощальные
слова были сказаны. Мэгги горько плакала, обнимая Винону, Бобби и Звезду на Ветру.
Как ни странно, но Ястреб не слишком беспокоился о судьбе матери. Она так
сроднилась с Бобби и его Звездой. Конечно, они позаботятся о ней. В глубине души он
знал, что ее ждет счастливая старость.
Когда соплеменники скрылись из вида, он взнуздал коня и вошел в вигвам за Мэгги.
Очень осторожно он усадил ее на лошадь, сев за нею. Они выбрали не самое удачное
время для путешествия. Скоро должны появиться васичи в поисках золота в Холмах.
Реальную опасность представляют также пауни и кроу. Единственная надежда, что они,
как и лакота, заняты охотой для пополнения запасов свежего мяса.
Конечно, ему следовало бы попросить Красную Стрелу и Кривое Копье сопровождать
их. Но теперь уже слишком поздно. Им с Мэгги следует продвигаться медленно и
осторожно. К счастью, Священная Пещера не так уж далеко. Если ему повезет, то он
успеет вовремя доставить туда Мэгги. Ястреб не мог больше ни о чем думать, но и не мог
отогнать странного предчувствия, что жизнь его изменится безвозвратно.
Ему вдруг пришла в голову мысль о смерти. Он должен смело смотреть в глаза
опасности. Это путешествие может стать последним. Ястреб не боялся смерти. Что такое
смерть? Лишь один из кругов мироздания, великой тайны жизни, но мысль о том, что он
потеряет Мэгги безвозвратно и даже в царстве теней не сможет встретиться с любимой,
мучила его.
Мэгги тихо дышала рядом. Она закрыла глаза, находясь в полной растерянности. До
сих пор она была уверена, что они с Ястребом были предназначены друг для друга, и он
явился в будущее, чтобы отыскать ее там. Но теперь оказалось, что Ястреб был послан,
чтобы встретиться с Бобби, и именно Бобби суждено спасти племя и укрыть его в Канаде.
- Мой долг состоял в том, чтобы найти Бобби, - пояснил Ястреб, и голос его звучал
убежденно. - Он поведет людей в Канаду.
- А мы? - спросила Мэгги.
- Я думаю, что наша судьба - не расставаться друг с другом, - взволнованно ответил он.
- Я не знаю, сколько нам суждено быть вместе - год или много лет, но я знаю, что люблю
тебя больше жизни. Мне кажется, что я любил тебя еще до того, как встретил.
Без сомнения, она, Мэгги, была другой, не менее важной причиной его появления в
двадцатом веке. Нет, им нельзя расставаться, что бы ни случилось.
И все же ее мучили сомнения. Что, если она ошибается и их встреча - просто
недоразумение, случайность. Стоило Черному Ястребу появиться на их уединенном
ранчо, и все обитатели дома стали другими: Вероника прониклась гордостью за историю
своего народа, его наследие; Бобби дождался видения, которое станет сопровождать его
всю жизнь; а она, Мэгги, получила главный подарок - способность ходить. И все это стало
возможным благодаря его появлению. А кроме того, он спас жизнь Сидящего Буйвола и
убедил его народ не оставаться на зимовку в Черных Холмах.
Мэгги пыталась заглянуть в будущее. Конечно, личность Сидящего Буйвола, его
предвидение, его мудрое руководство определенным образом повлияют на ситуацию. Без
предводительства Сидящего Буйвола сиуксы и чейены обречены на неудачу, а Джордж
Армстронг Кастер мог бы остаться победителем в битве у Короткого Большого Рога и в
конечном итоге стать президентом.
Мэгги пыталась предугадать возможные последствия такого поворота событий, но
следовало учитывать множество непредвиденных ситуаций и случайностей. Главное, что
Ястреб здесь, с нею.
Черный Ястреб старался ехать медленно, делая частые остановки в пути, чтобы Мэгги
могла отдохнуть.
Сейчас она задремала, голова ее покоилась у него на плече. Его рука осторожно, но
крепко держала ее за пояс. Сердце Ястреба билось сильнее, когда он ощущал, как
крошечной ножкой младенец стучал в живот матери. Благодарение Господу, ребенок жив!
Ястреб подстегнул лошадь. Скоро им придется устраиваться на ночлег, а завтра они,
наконец, доберутся до Священной Пещеры.
Он устремил взор на Холмы. Теперь они казались ближе, но все еще были неотчетливо
видны. Ястреба снова охватило неясное предчувствие, что жизнь его необратимо
изменится и ему придется проститься со всем, что он так хорошо знал и любил. Он
отчетливо понял, что никогда уже не увидит ни матери, ни Бобби; никогда больше ему не
быть воином и защитником святой земли Лакоты.
Но он не жалел о своем шаге. Ничто не имело такого значения, кроме Мэгги и их
ребенка. Если они успеют войти в пещеру, Мэгги будет спасена, и ребенок тоже. Это все,
о чем он мог мечтать.
Солнце клонилось к закату, и Черный Ястреб остановил коня. Спешившись, он
расстелил на земле бизонью шкуру и бережно опустил на нее жену. Потом Ястреб занялся
разведением огня.
- Но это моя задача, - заметила Мэгги.
- Твоя задача - лежать и отдыхать, - нежно возразил он, - я сам разведу огонь. Мне
известно, как это делается. Мэгги улыбнулась, и глаза ее засветились:
- Я знаю.
Он подал ей вяленого мяса и воды.
- Мы доберемся до пещеры завтра днем. Мэгти понимающе кивнула головой. Она не
сомневалась, что Ястреб выбирал кратчайший путь для достижения цели. Он старался,
как мог, облегчить ей тяготы пути. Но она так устала, так замучилась и мечтала как
можно скорее оказаться на ранчо, дома, в своей собственной постели.
На мгновение Мэгги горько пожалела обо всем том, что им пришлось оставить: людей,
к которым она успела привязаться всем сердцем; маленьких смешных песчаных ящериц;
прекрасную колыбель, которую смастерил Ястреб собственными руками.
- Будешь есть? - спросила она мужа.
- Нет. Мне нельзя есть перед входом в Пещеру.
- Ой! А как же я? Мне тоже не следует есть?
- Тебе нужно подкрепиться. Ведь ты не одна. К тому же ты - не шаман, - улыбнулся
Ястреб.
Тогда Мэгги доела мясо и утомленно прикрыла глаза. Она в жизни никогда так не
уставала.
Еще минута -и она крепко уснула.
А Черный Ястреб долго сидел у огня, чутко прислушиваясь к ночным звукам. Он думал
о Волчьем Сердц
...Закладка в соц.сетях
