Жанр: Любовные романы
Незнакомец в твоих глазах
...но Делано оказался
якобы
головой
операции, и, надо отдать ему должное, попытался уговорить
своего менее развитого партнера уйти от того дерьма, в которое они
вляпались. Но он не подозревал и просто не мог вообразить (даже если бы
несколько его работающих мозговых клеток близко познакомились с клетками
Эйнштейна), что его умственная ограниченность в сочетании с
бешеными
тараканами
безнадежно проигрывали в конкуренции с вакханалией, творившейся
в голове у Дж.П. Хаттовэя. В такой безобидной, на первый взгляд, голове.
Констанцио выяснил это самым неприятным для себя способом: его рука с
пистолетом внезапно оказалась в мощном захвате, который привел бы в
замешательство даже Геркулеса. Накачанный бандит смог только взвизгнуть от
боли, когда сломанная кисть была припечатана к дверной стойке, а
Магнум
вылетел из ослабевших пальцев и упал на колени Хаттовэя.
— Ты кого назвал дрянью, урод? — во взгляде полицейского полыхало злое
ликование, а неспокойное прошлое легко читалось даже безграмотными. В дни
былой славы — а они, как ни странно, имелись — Дж.П.Хаттовэй играл средним
полузащитником в команде
Биг Блю
.
Недалекий бандит был весьма самоуверен и не разглядел темного прошлого
предполагаемой жертвы ростом под два метра и весом в сто килограммов.
Констанцио постарался переместить свое грузное тело, чтобы встать между
Хаттовэем и задрожавшим Делано. Офицер весело распахнул дверь патрульной
машины, принуждая причитающего неудачника сделать несколько шагов назад.
— Ты такой же глухой, как и тупой, придурок? — спросил Хаттовэй,
вытаскивая свое тело из автомобиля. Он отпустил кисть Констанцио только для
того, чтобы схватить бандита за горло, удерживая мужчину на линии огня: — А
твой дружок? Он тоже тупой?
— Д-да, бросьте, офицер! — взмолился Делано, покачивая пистолетом 38
калибра в направлении сцепившейся пары: — Отпустите его, хорошо? Это была
ошибка. Мы приняли вас за другого.
— Умный ход, Эйнштейн, — ухмыльнулся Хаттовэй. — Ты хочешь прорыть себе
могилу немного глубже? И кого вы хотели прихлопнуть, если не меня? — Тут он
заметил, что кожа Констанцио принимает интересный оттенок пурпурного цвета,
и немного ослабил захват. Полицейский недолго помолчал и поинтересовался: —
Ну? Ты собираешь отвечать мне? Или хочешь, что бы твой друг насвистывал
Tiptoe Through the Tulips
остаток своей жизни, а?
(от пер.: Tiptoe Through the Tulips — На цыпочках сквозь тюльпаны
— популярная песня, написанная в 1926 г., больше известная в исполнении
певца Тайни Тима в 1968 г. Он пел ее высоким голосом. Кстати, забавная
песенка). — Н-никого, офицер! Клянусь жизнью своей матери! Тони, он... иногда
очень вспыльчивый, понимаете? Хочет доказать, что он настоящий мужик, если
напугает копа. Мы не собирались причинять вам вред. Честно!
Хаттовэй снова ухмыльнулся: — Ну, я вижу, что вы честные горожане. Брось пушку и пни ее мне, хорошо?
— Все, что скажете, офицер, — подобострастно ответил Делано, присел на
корточки и осторожно положил оружие на посыпанный гравием асфальт.
Трясущейся ногой бандит толкнул пистолет, который подлетел к левой ноге
Хаттовэя. — Я сделал то, что вы сказали. Отпустите моего друга, а? Мы просто
пошутили, правильно, Тони? — Единственным ответом был долгий хриплый звук. —
Давай, Тони. Просто извинись перед офицером. Говори, а? Давай, Тони,
Пожалуйста! Скажи ему, что тебе очень жаль, и, может быть, он нас отпустит,
хорошо?
Тони Констанцио находился совсем не в том положении, чтобы нормально дышать,
и еще менее подходящем для принесения извинений. Странным, абсолютно
нелогичным образом он решил, что его голосовой аппарат разрушен полностью.
Горло, видимо, должно было стать следующим. Рефлекторно бандит потянулся
рукой, чтобы освободиться от железной хватки вокруг шеи. За это он получил
удар прямо в челюсть. Ноги подкосились.
— Не похоже, что твой друг хочет передо мной извиниться. Так ведь,
Тони? — засмеялся Хаттовэй, и Делано испугался еще больше: голос копа звучал
ненормально.
— Может, вы его все-таки отпустите, офицер? Он выглядит так, как будто
теряет сознание, понимаете?
— А это идея, — согласился Хаттовэй. — Давай, ты встанешь там тихо и
спокойно, как послушный щенок, а я пока пристегну этого идиота наручниками и
уберу в машину. Тогда, может быть, мы с тобой сыграем в маленькую игру. Как
тебе это? — в смехе патрульного отчетливо проявились дьявольские нотки.
— О какой игре вы говорите, офицер? — дрожать начало уже все тело
Делано. Черта характера, которую Констанцио правильно считал трусостью,
достигла неимоверных размеров.
Хаттовэй широко улыбнулся: — Это нужно знать мне, а тебе придется ждать,
пока я не расскажу. Capiche, дружок?
(от пер.: Capiche? — ясно? Изначально сленг, итальянских
гангстеров в голливудских фильмах). — Как скажете, офицер! — ожидая, когда тот нацепит наручники на
полубессознательного Констанцио, Делано все-таки собрал крупицы мужества и
бросился к машине.
— Твою мать! — заорал Хаттовэй, швырнул скованного Констанцио лицом на
асфальт, потом выхватил отобранный у Делано пистолет и ринулся за беглецом.
Говорят, иногда удача сопутствует дуракам. Именно такая удача посетила
Делано тем холодным вечером ранней зимы. Он воспользовался этим, запрыгнув в
машину перед самым началом стрельбы, и скрылся от рассерженного Хаттовэя без
единой царапины. Когда всхлипывающий бандит достиг трассы 76, он стал
держаться западного направления, и, насколько автор знает, все еще едет... к
океану или по всему миру.
Сара резко проснулась от постороннего звука и широко распахнула глаза, но
сразу же прикрыла их от внезапной боли, одновременно нахмурившись. Боль
отстукивала синкопы, вызывая тошноту с быстрым сердцебиением. Потускневший
взгляд пробежался по тихой комнате и остановился на красном неоне. Девушка
заметила огненный танец крошечных пылинок, которые медленно перемещались в
воздухе несуществующим ветром.
Я должна сейчас спать. Почему же
проснулась?
Там... Снова раздался мягкий стон... без слов, просто тихий стон... Сара
увидела на стуле темный, свернутый в клубочек силуэт. Зена была укрыта
покрывалом, которое ночью где-то раздобыла. — Зена? — мягко позвала она, не
ожидая, что женщина проснется. Если, конечно, спит.
Тело Зены шевельнулось, и более громкий стон сорвался с губ. Дернувшись
снова, руки безвольно выскользнули из-под изношенного покрывала.
Она видит сон. И не очень хороший, судя по звукам
. — Габриэль, mi konithis! Erhorme! Габриэль!!!
Сара смотрела через ночную дымку и внимательно вслушивалась. Зена, очевидно,
была охвачена кошмаром, и ее следующие действия были подтверждением этому.
Длинная нога женщины хлестким ударом пнула покрывало, которое пролетело
через половину комнаты и приземлилось, накрыв оголенное бедро Сары.
— Габриэль, se parakalo. Na minis eke pou ese. Mi konithis.
Сняв покрывало со своего итак уже перегретого тела, Сара тихо соскользнула с
кровати и подошла к кричащей женщине. — Зена, — снова прошептала она: —
Зена, тебе снится кошмар. Проснись, а?
— Габриэль! Габриэль!!!
— Зена, ну же, ты спишь. Все хорошо, это просто сон. Давай, проснись.
Сейчас же! — когда Зена не ответила, молодая блондинка сделала единственное,
что смогла придумать в своем необычном положении. Потянувшись через
размахивающие руки, которые, как видела Сара, с легкостью расшвыряли элитный
взвод мафии, она схватила дергающиеся плечи и потрясла.
Мир завертелся как сумасшедший, когда Сару подбросило вверх. Ее мягкое место
глухо шлепнулось на пол, а спина больно ударилась о стальной каркас
кровати.
Что за...
Глаза Зены внезапно раскрылись, но часть мозга все еще находилась во власти
сновидения. Заметив упавшую светловолосую девушку, воин вскочила и
приблизилась к ней: — Габриэль, ti nomizis kanis? Xeris pe o kala to na me
xepnisis etsi! ese sta kala sou?
Сара в панике отпрянула. Дикая голубизна взгляда высокой женщины, казалось,
прожигала насквозь.
— Зена, ты все еще спишь. Я не Габриэль. Я Сара, помнишь? Пожалуйста,
проснись. Я не понимаю тебя!
Зена присела на корточки рядом с дрожащей девушкой, и быстро, заботливыми
пальцами стала водить по ее туловищу и ногам в поиске ран. Когда девушка
хихикнула и попыталась увильнуть, воительница нахмурилась: — Габриэль,
stamata na knonesai. Thelo na matho un ehis htipisis.
Руки продолжали осмотр, и Сара крутнулась более резко. У нее перехватило
дыхание: — Пожалуйста, хватит. Ты щекочешь меня! — девушка подняла руку,
чтобы оттолкнуть Зену, и удивилась, когда та мягко сжала ее и, улыбаясь,
нежно положила на свою щеку.
— Efharisto ton theo then se htipisa. Min do kanis pali! — Зена
медленно наклонила голову, все еще прижимая кисть Сары к лицу.
О, Боже! Она собирается поцеловать меня. Что мне делать?
— Э-э-э, ну же, Зена. Я не Габриэль, помнишь? Ты... ты на самом деле не
хочешь этого делать. Очнись, пожалуйста!
Какая-то часть испуга Сары передалась Зене, и она отодвинулась, спокойно
встала и помогла подняться блондинке.
— Ese sigori oti then esair htipimani?
— Зена, я все еще не понимаю тебя. Пожалуйста, проснись, а? Я в
порядке. Все хорошо. Просто проснись, ладно?
Резкий звук разорвал тишину и повторился еще раз. Зена повернулась к окну, а
затем снова посмотрела на девушку: — Габриэль, katse kato! — Она схватила ее
за плечи, и с силой опустила вниз, накрыв собой.
Сара неожиданно почувствовала себя зажатой под шестью футами теплого тела и
удивилась реакции ее собственного в этой новой ситуации.
Недурно
, — заметила одна часть сознания, пока другая
возражала и требовала все исправить, во имя всего святого, прямо сейчас!
— Это просто хлопок машины. Не оружие, не стрельба. Просто парню нужен
новый глушитель. Вот и все. Поэтому не могла бы ты слезть с меня? У меня не
получается нормально дышать.
Услышав голос девушки, Зена медленно подняла голову: — Габриэль? — моргая,
прошептала она.
— Нет. Сара.
— Сара?
Блондинка от облегчения заулыбалась: — Да, Сара. Ты спала, и я рада, что ты,
наконец, проснулась! Я получила ускоренный курс греческого языка и боюсь,
что провалилась.
Воин начала болезненно осознавать ситуацию и мысленно поблагодарила богов за
темноту, скрывшую покрасневшее лицо.
— О, извини, — сказала она, быстро скатилась с девушки и вскочила на
ноги: — Я не...
— Все в порядке, — тепло отозвалась Сара, потирая ногу. — Я знала, что
ты, в конце концов, очнешься! — она тоже поднялась и потянулась, тихонько
вздыхая от новой боли, которая поселилась в левом бедре.
— Я ранила тебя, — нахмурилась Зена. Женщина вновь приблизилась к
блондинке и попыталась прикоснуться к ней.
— Нет, — сказала девушка, подавляя желание шагнуть назад. — Мне бы
следовало знать, что не нужно трясти человека с такими рефлексами. Это
полностью моя вина.
— Позволь осмотреть тебя.
— Не надо, все в порядке.
— Позволь осмотреть, — тон Зены не допускал возражений.
Немного погодя Сара кивнула, повернулась боком и приподняла длинный подол
рубашки, демонстрируя пострадавшее место взгляду темноволосой женщины.
Зена зашипела сквозь зубы, обследуя рану: — Не думаю, что есть перелом, но
синяк уже появляется. Если ты ляжешь на кровать, я нанесу мазь, которая
поможет тебе.
— Хорошо, — Сара осторожно опустилась на комковатый матрац.
Воин вернулась с маленькой баночкой резко пахнущей мази. Она зачерпнула
немного и осторожно втерла ее в поврежденную область.
— Вау! — воскликнула Сара, приятно удивившись, когда тепло двинулось по
охлажденной коже и распространилось по всей спине: — Это вещество могло бы
сместить
Ben-Gay
с рынка!
(от пер.: Ben-Gay
— болеутоляющая, согревающая мазь для
натирания, чтобы облегчить суставные и мышечные боли). Зена криво усмехнулась: — Они могут меня не бояться. Это мой собственный
секретный рецепт.
— Напомни мне попросить у тебя немного, когда закончится. Я могла бы ею
воспользоваться.
— Давай просто надеяться, что она будет нужна тебе не слишком часто, —
заметила Зена, мягко шлепнув девушку по неповрежденному бедру: — Вот и все.
Сара удовлетворенно перевернулась на спину и подарила улыбку высокой
женщине: — Я думаю, что ты упустила свое призвание, Зена. Тебе надо было
стать врачом. У тебя чудесное умение обращаться с больными.
Тишина, последовавшая за ее репликой, вызвала красивый розовый румянец на
щечках блондинки: — Это... это, э-э-э... это не совсем то, что я имела в
виду.
Зена слегка улыбнулась, но немного погрустнела: — Я поняла, что ты имеешь в
виду. Как думаешь, ты сможешь заснуть?
— Ммм... да, думаю, что смогу. Теперь мне гораздо лучше. Спасибо! —
радостно заявила Сара.
Зена закрыла баночку и убрала ее в сумку: — Всегда пожалуйста. Знаешь, мне
очень жаль...
— Не нужно! Мы обе знаем, что ты не собиралась этого делать. А я
получила хороший урок
.Я также поняла, что Габриэль была очень
удачливой леди
. Поэтому давай забудем об извинениях и попытаемся
поспать, да?
Криво улыбнувшись, воин кивнула: — Хорошо.
Еще не рассвело, когда Зена проснулась еще раз. Острый взгляд остановился на
девушке, которая спала, развалившись на узкой кровати. Медовые волосы Сары
прикрывали приятные черты ее лица, и воительница сдержала почти
переполнивший ее порыв подойти, наклониться и нежно поправить волосы.
Почему она выглядит как ты, Габриэль? Почему она не может быть
тобой? Ты знаешь, что я могла бы предложить всё, что у меня есть, только
чтобы прикоснуться к твоей щеке еще раз? Всё
.
Всё
, — громко
прошептала она, разрушив предрассветную тишину одним лишь словом,
причиняющим боль.
Она распрямила затекшие конечности, сбросила изношенное покрывало и встала.
И сознательно не смотрела в сторону койки. Пройдя в ванную, она стянула с
себя одежду и зашла под горячий, обжигающий душ, очищая и пробуждая свое
тело. Затем быстро и тщательно вытерлась, надела темные джинсы и темно-синюю
хлопчатую рубашку, аккуратно заправила ее и распрямила складки. Собрав
волосы в хвост, Зена направилась в комнату, готовая встретить новый день.
Рыдания донеслись до ее ушей раньше, чем она открыла дверь. Обеспокоенная
воительница сразу увидела Сару, которая примостилась на краешке кровати и
плакала.
— Что случилось? — спросила Зена, сев рядом с расстроенной девушкой.
— Она мертва... они убили ее! Она мертва!
— Кто? Кто умер, Сара? Кто убил ее? — практически невозможно
достучаться до человека, попавшего в плен подобных эмоций. Зену охватило
отчаяние.
— Н-никси! — сквозь слезы выдавила Сара, показав на телевизор. — Она
мертва!
Зена перевела взгляд на экран и была ошеломлена, когда юная девушка, словно
голубка, прильнула к ней, положив светлую голову на грудь воина.
Обхватив неуверенной рукой плечи Сары, Зена попыталась успокоить ее,
одновременно следя за новостями.
Высокая, смуглая женщина говорила в камеру, крепко держа микрофон рукой,
одетой в перчатку: — Вчера в полдень в трактир вошел вооруженный человек и
стал требовать денег. Никси Девис, официантка
Голубого колокольчика
со
стажем работы 27 лет, отказалась отдать их грабителю, и была убита прямо за
прилавком. Свидетели рассказали, что после этого злоумышленник покинул
помещение, не взяв ничего. Описание мужчины: примерно шесть футов ростом,
вес приблизительно 160-175 фунтов, был одет в темную одежду, темные
перчатки, темную лыжную маску. Говорил с небольшим южным акцентом...
Остальные комментарии журналистки Зена прослушала: кое-что внутри закусочной
привлекло ее внимание. Глаза расширились, и она попросту остолбенела.
— Нам нужно убираться отсюда, Сара, — торопливо произнесла Эквалайзер,
мягко отстранила рыдающую девушку и встала.
— Что ты имеешь в виду? — растерялась блондинка. — Почему мы должны
уходить?
— Не спрашивай, нам просто необходимо отсюда уйти. Поторопись и
одевайся.
— Зена, я не двинусь с места, пока ты не объяснишь мне, что происходит?
Зена расстроено вздохнула и повернулась к ней. Синие глаза сверкали: — У нас
нет времени спорить, Сара. Двигайся, сейчас же!
— Послушай, Зена, — резко возразила Сара, вытерла слезы и скрестила на
груди руки. — Я не какой-нибудь низкооплачиваемый лакей, который только и
ждет твоих приказаний. Девушка немного отступила, когда Зена шагнула к ней.
— Вот причина, — Зена развернула блондинку к телевизору. На экране еще
мелькали кадры из разгромленной закусочной.
— Что? Я ничего не вижу!
— Смотри внимательнее: на дальней стене, где дыры от пуль.
Сара громко и протяжно выдохнула: — О, Боже!
— Вот именно. А теперь давай быстрее!
На этот раз девушка сама спрыгнула с кровати, все еще впиваясь взглядом в
изображение: на забрызганной кровью стене пулями были пробиты две отчетливо
читавшиеся буквы:
С
.
Д
.
Обе женщины собирались в молчании и поспешно складывали свое имущество в
сумки. Зена двигалась свойственными ей экономными движениями, и совсем скоро
комната отеля была свободна от личных вещей.
— Я не понимаю, — наконец произнесла Сара, перетаскивая баулы к двери:
— Если мафия убила Никси, значит, они следили за мной до трактира. Почему же
тогда меня не убили там, когда у них был шанс? Я не понимаю! — Ее голос был
пронзительным, на грани истерики.
— Я не думаю, что Потадони знал об убийстве Никси, — коротко бросила
Зена, подхватывая багаж. — Подожди здесь, мне нужно убедиться в
безопасности. Я не думаю, что нас тут могли выследить, но полная уверенность
в этом не помешает.
Сара кивнула, хлюпая носом и удерживая свою сумку дрожащими руками.
Зена ударом ноги распахнула дверь и стала всматриваться в отступающую
темноту. Зоркие глаза изучали все возможные направления. Стоянка была
свободна от человеческих существ. Иней накрыл машины, как строй замерших,
мертвых солдат. Зена открыла дверь еще шире и погрузилась в морозный
рассвет. Изо рта шел пар, а мышцы напряглись, стараясь противостоять цепким
объятьям холода. Тишину подчеркивал жужжащий звук неоновой вывески на
противоположной стороне стоянки, а вдали — по трассе 76 — двигались редкие
безмолвные огни. Воин обернулась: — Выходи, все в порядке.
Сара поежилась от утренней свежести и последовала за высокой подругой к
багажнику
Ягуара
. Она положила сумку во вместительный отсек и отошла
назад, энергично потирая замерзшие руки. Зена быстро покидала остальные
вещи.
— Куда мы поедем? — тихо спросила Сара, когда воительница открыла для
нее дверь автомобиля.
— Давай я позабочусь об этом, а ты просто садись и грейся, — Зена
захлопнула дверь и обошла машину. Удобно устроившись на водительском
сиденье, женщина повернула ключ зажигания.
Ягуар
завелся и заурчал.
— Доброе утро, Зена! — пропела Арго. — Что пожелаешь сегодня?
— То же самое, что и прошлой ночью, Арго. Осмотр по всему периметру.
Радиус — одна миля. Я должна узнать второй, если обнаружишь хоть что-то
подозрительное. Понятно?
— Как пожелаешь, Зена. Сканирование.
— Хорошо. Поехали.
Было тихо. Двигаясь по пустынной трассе 76, Зена постоянно высматривала
ожидаемый хвост. Ни Арго, ни ее собственные чувства не говорили об
опасности, но она все равно находилась в постоянной готовности. Отсутствие
видимой угрозы никогда не ослабляло ее защиту.
— Знаешь, это я убила ее, — прошептала Сара.
И снова слова девушки, тон ее голоса вызвали у Зены чувство смещения
времени, объединяя настоящее и прошлое с безжалостной точностью.
— Я убила ее, Зена. — Нет, Габриэль. Ты не могла... — О, я сделала. Я просто ударила ее ножом.
Посмотри. — Неумышленно, ты... — Нет, я ударила ее. Я... я убила ее. — Габриэль, это... — Спасибо тебе, Зена. Память о раздражающем голосе Крафстара силой вернула Зену в настоящее, кровь
вскипела от, казалось, давно забытого гнева. Потеря невинной крови
любимой... Помещение дьявольского семени Дахока в Габриэль, пока Зена
беспомощно стояла и наблюдала за этим. Посланник передал по наследству свою
дьявольскую сущность для создания новой злокачественной жизни.
Не
в этот раз. Этого больше не случится
.
— Не говори так, Сара, — самой убедительной интонацией сказала она. —
Ты ее не убивала.
— Да, я сделала это, Зена! Не я нажимала на спусковой крючок, но убила
ее все равно я. Никси умерла из-за меня... из-за меня, — рыдания
возобновились с новой силой, и блондинка затряслась в мягком кожаном кресле
Ягуара
.
— Люди Калладоси убили ее, Сара. К несчастью, они проследили твой путь
до закусочной. Только не опускайся до самообвинения в смерти Никси.
— Опускаться? — горячо начала Сара. — Как ты смеешь...
— Послушай, такие вещи иногда случаются. Обвиняя себя, ты ничего не
изменишь. И я уверена: где бы она сейчас ни была, ей не нравится слушать,
как ты ругаешь себя! Направь свои силы на тех людей, кто сделал это и
прекрати бичевать невиновного, хорошо?
Замечательный совет, Зена.
Почему ты сама не смогла последовать ему 3000 лет назад?
Сара долгое время сердито смотрела на Зену, потом кивнула и распласталась на
сиденье.
— Наверное, ты права, — прошептала она, размазывая слезы кистями рук. —
Просто это трудно. Никто раньше не умирал из-за меня. — Сара остановила на
воительнице пронзительный взгляд нефритовых глаз. — Вытащи меня из этого,
Зена! Увези меня куда-нибудь далеко, — заявила она категорически. — Держи
меня подальше от тех, кто может быть убит еще. Пожалуйста!
Зена отвлеклась от дороги и посмотрела на Сару так же решительно.
— Это то, чего ты по-настоящему хочешь? — уточнила она ровным, мягким
голосом.
После затянувшегося молчания девушка вздохнула и резко откинулась на спинку
кресла.
— Черт, Зена. Я не знаю, чего хочу прямо сейчас. Но уверена в одном:
хочу, чтобы все прошло. Я мечтаю проснуться в собственной постели и понять,
что это все сон.
— Этого не случится, Сара.
— Я знаю. Смотри: возможно, лучшим вариантом для нас обеих будет
высадить меня где-нибудь по дороге. Люди Калладоси теперь тебя ненавидят...
из-за меня. Они убьют тебя, также как убили Никси. Я не хочу, чтобы и твоя
смерть оказалась на моей совести.
— Сара, послушай меня, — взволнованно воскликнула воительница. — Во-
первых, люди Калладоси ненавидят меня, потому что я надрала им задницы, а не
из-за тебя! Во-вторых, они меня не убьют.
— Зена, ты...
— Нет, Сара, — она покрепче ухватила руль левой рукой, а правой взяла
Сару за подбородок, с нежным усилием повернула ее голову. Взгляды
встретились. — Они не убьют меня.
Они не смогут меня убить. Даже
если и бывают дни, когда я хочу, чтобы, ради всех богов Олимпа, они
смогли
. Снова Сара ощутила абсолютную, непостижимую силу этой женщины, ее пламенное
чувство целеустремленности, средоточия и веры. Она судорожно вздохнула и
кивнула. Зена отпустила подбородок блондинки и вернула все внимание на
шоссе.
— Ты хочешь, чтобы я увезла тебя отсюда?
— Да. Но знаю, что ты не можешь. Я должна остаться, чтобы бороться с
ними. Потому что, если я не сделаю этого, они победят. И смерть Никси будет
напрасной.
Подавив улыбку гордости за хорошо выполненную работу, Зена кивнула в знак
согласия, и пара продолжила путь к новому безопасному месту.
Не прошло и часа, как по одному из множества мостов, соединяющих
Пенсильванию с восточным соседом — Нью-Джерси,
Ягуар
добрался до трассы
295. Зена повернула влево — на парковочную территорию отеля
Дружба
.
Посыпанная гравием стоянка была в глубоких колеях от сотен грузовиков,
которые ост
...Закладка в соц.сетях
