Жанр: Любовные романы
Незнакомец в твоих глазах
...а
новая одежда.
Скривившись в улыбке, она продолжила. — Твою сорочку с трудом назовешь
практичной. Здесь недалеко торговый центр. Я могу быстро съездить туда и
взять тебе вещи. Меня не будет не больше часа.
— Я могла бы поехать с тобой, — смущенно вызвалась Сара, не желая быть
оставленной одной в пустой комнате мотеля.
— Не нужно. Кроме того, — другая усмешка, — что подумают люди?
Сара немного покраснела, поглядела на изодранную сорочку и изношенный серый
халат, который казалось, разлетится на кусочки от одного сильного порыва
ветра. — Полагаю, ты права.
— Да, я права, — последовал почти самодовольный ответ. Сара мимолетно
заметила, что добродушное подшучивание было как между двумя старыми,
дорогими друзьями.
— Я не задержусь долго, — продолжила Зена. — Ты можешь принять душ или
посмотреть телевизор. Поспи, если хочешь.
Она подошла к одному из чемоданов, достала оттуда тоненький сотовый телефон
и вручила его Саре. — Если я тебе понадоблюсь, только нажми голубую кнопку,
вот здесь.
Сара взяла телефон и улыбнулась. — Спасибо за все, что вы делаете. Я действительно ценю вашу помощь.
— Не думай об этом, — ответила Зена, снимая плащ с крючка и
проскальзывая в него.
— Я скоро вернусь. — Она схватила ключи от машины, шагнула из комнаты и
плотно закрыла за собой дверь.
Через недолгое время, она была на месте, рядом с очень многолюдным торговым
центром
Король Пруссии
. Арго была тихой всю дорогу, возможно,
почувствовала настроение Зены. Искусственный интеллект в чипе Найджел
установил год назад. И сначала было немного жутковато. Зена не возражала,
когда боевая лошадь чувствовала ее настроение, но машина — это другое.
Выдохнув с ворчанием, Зена вышла из машины, включила сложную сигнализацию и
пошла по заполненному людьми асфальту длинными шагами. Все эти века спустя
она все еще ненавидела магазины.
Зена вошла в душный мегаполис, протиснулась сквозь толпу. Внимание было
привлечено ноющим ребенком, сильно стиснутым взрослыми, и непрерывной бодрой
Рождественской мелодией, льющейся из подвесных динамиков. Цель была
определена. Зайти, взять одежду, выйти. Это целенаправленность при
совершении покупок расстраивала планы многих любителей, одинаково как
мужчин, так и женщин, но никого настолько сильно, как женщину, которой
принадлежало ее сердце. В это время, Зена была почти уверена, что если она
сможет заглянуть за плечо, она увидит хмурое лицо возлюбленной, наблюдающее,
как воин прокладывает путь через открытый рынок, игнорируя уличных торговцев
и милые побрякушку, как женщина на боевом задании.
Вытеснив картинку из сознания, Зена зашагали мило бутиков The Gap, Foot
Locker и Victoria Secret за рекордное время, не обращаю внимания на полезные
распродажи товаров и восхищенные взгляды, направленные на нее. С покупками в
руках, воин была нацелена только на благословенную тишину автостоянки, когда
ее глаз упал на манекен. Быстрее, чем произнести собственное имя, Зена
обнаружила, что покупает сексуальное, изумрудно-зеленое платье за страшно
дорогую цену, совершенно ошеломленная порывом, который овладел ею, когда
взглянула на подобную вещь, не говоря уже о ее покупке. Позже нашла
подходящую пару туфель, на изящные ноги двойника барда. Удивленная женщина
вышла на свежий воздух, со смущением на лице.
Поместив покупки на пассажирское сидение, Зена выехала со стоянки, и поехала
обратно в мотель. Внутренний голос ошеломленно молчал.
Сара смотрела на широкую спину уходящей женщины, пока не закрылась дверь.
Качнув головой, Сара поправила пучок непослушных волос за ухо. Блондинка
поднялась с кровати и допила остатки чая.
Что теперь делать?
Посмотри, Сара. Ты сейчас на самом дне. Закрытая ото всех, кого знаешь,
застрявшая в комнате отеля в какой-то глуши. Ждешь женщину, которая выглядит
так, как будто стоит на краю самой глубокой пропасти. Так держать,
детка! Она снова потрясла головой, рассуждая, что душ в порядке, и пошла в покрытую
белым кафелем ванную, задвинула шторку и повернула вентиль крана. Скинув с
себя бедную одежду, шагнула в ванну, давая теплой воде смыть накопившуюся
грязь и грязь, которую она подхватила, бегая по городу. Мыло было ароматным
и содержало крем, шампунь такой же. Сара просто нежилась в горячей воде,
чувствуя, как нечистота снова покидает ее тело.
Выключив душ, когда вода угрожала стать холодной, Сара вылезла из ванны,
бросив взгляд отвращения на свою грязную одежку. Вернуться в грязную одежду
после освежающего душа было на верху списка самых нелюбимых вещей.
Повернувшись, она заметила одну из рубашек Зены, висевшей на крючке двери.
Быстро вдохнув запах ткани, она почувствовала только моющее средство и
размягчитель ткани. Таким образом, она определила, что эта одежда должна
быть только постиранная.
Сняв полотенце и собрав спутанные волосы в хвост, она проскользнула в легкий
хлопок с пуговицами, улыбаясь на то, что плечи рубашки упали до локтей, а
низ до колен. Ухмыляясь в тепле и мягкости ткани, Сара вернулась в комнату,
села на стул и включила старый телевизор, решив посмотреть, из-за чего гости
Джерри будут сегодня драться.
(от пер.: видимо, имеется в виду Джерри Спрингер шоу — известное
дневное шоу в Америке) Джерри только что дал пройти Рози, когда Сара услышала характерный звук
Ягуара Зены, когда он въехал на стоянку мотеля, остановившись напротив
двери.
Схватив пакеты, Зена вышла из машины, прошла по разломанному тротуару, и
вставила ключ в дверь. Переступив через порог, она увидела фигуру Сары,
одетую в ее старую рубашку, и замерла, стараясь удержаться за свои покупки
трясущимися руками.
Хорошо. Немного великовата. Помоги мне затянуть! Она уже чувствовала яд, который распространялся по ее медленно
слабеющему телу. Ноги теряли чувствительность. Руки онемели до локтей, в
пальцах начало покалывать, указывая на то, что они будут
следующими. Т.е. я просто стою здесь, размахиваю поддельным шакрамом, и кричу
твою штучку? Покричи? айяйаяйаяй Этим не обманешь Толмадеуса АЙЯЙАЯЙАЯЙ! Это может сработать! Зена моргнула, чтобы рассеять видение, зашла в комнату, перехватывая в руках
пакеты, с серьезным лицом.
Сара испытала волнение и немного покраснела, глядя на свое одеяние.
— Извините, — сказала она мягко. — Я была в душе, и у меня не было ничего чистого, чтобы одеть.
Зена выдавила улыбку на лице, подошла к кровати и положила покупки. — Все
хорошо. Я не возражаю. — Она взяла пакет из The Gap, протянула это
огорченной девушке. — Это тебе. Сходи, переоденься. Это должно быть более
удобным, чем старая тряпка, которая на тебе.
Сара ухмыльнулась и взяла предложенный пакет, сжимая рукой рубашку. — Ммм.
Ну, я не знаю. Она милая и мягкая.
— Ты может оставить ее, если хочешь, — предложила Зена. — Но тебе лучше
переодеться.
Она не сказала, что когда видит девушку в своей старой рубашке, то всплывают
чувства, которые лучше оставить закопанными под неподвижным весом времени и
печали.
"Габриэль, ты можешь выяснить, какой бог мучает меня,
подвергая этому? Пожалуйста! Я не знаю, как долго я смогу
выдержать". Девушка сдержала недовольство и кивнула Зене. — Тогда я переоденусь в
ванной.
— Да и, — добавила Зена с опозданием и всунула пакет из Victoria Secret
в руки Сары. — Возможно, тебе это тоже понадобится.
Зена поняла, что сильно покраснела, а сердце замерло, когда она посмотрела
на загорелое лицо. Быстро отвернулась и пошла к покосившемуся столу, резко
села и занялась модемом.
Сара посмотрела ей вслед, немного ошеломленная, потом тоже повернулась и
пошла в ванную. Закрыв за собой дверь, она прислонилась к двери и выдохнула.
Положила пакеты, она открыла первый из The Gap. Глаза широко раскрылись от
удивления. Она вытащила три пары джинсов Levi's 501 и две пары мягких
вельветовых штанов. Одни штаны были светло-коричневыми, а другие темно-
рыжие. Следом шли пять рубашек с длинным рукавом или из легкого хлопка или
из фланели. Пять пар носков разного цвета завершали гардероб.
Немного покраснев, Сара открыла пакет из Victoria Secret, и сначала
просунула туда руку, как будто боясь, что ее укусят. Она вытащила гладкую из
атласа вещь и открыла от удивления рот. Трусики были кремового цвета,
французского покроя, из шелкового гладкого атласа с отделкой из кружева
вокруг пояса. Изысканно красивые и очень женственные. Она почувствовала себя
сказочной принцессой, как только взглянула на них. Сара из экономии покупала
вещи из магазина J.C. Penny, к которым относилась прохладно, поэтому знала,
что примерив однажды такие трусики, она, возможно, будет принадлежать им
навсегда. Быстро проверив размер кружевного бюстгальтера на косточках, она
изогнула бровь, удивляясь, как высокая женщина в другой комнате узнала ее
точные размеры. Что-то мне подсказывает, что Габриэль была больше, чем
просто хороший друг.
Сара не знала, как это воспринимать. Она поняла, что должна иметь некоторое
сходство с женщиной, которую Эквалайзер ошибочно видит в ней. Однако она не
заметила ничего большего со стороны Зены, взгляд которой не выражал ничего,
кроме тревоги.
Девушка пожала плечами, аккуратно положила нижнее белье на одежду, которую
вытащила из пакетов. Она никогда не придиралась к подаренным вещам. И не
собиралась делать этого сейчас.
Сара скинула белую рубашку и одела трусики, мурлыча от удовольствия.
Вот именно. Я всегда буду носить такие. Она быстро
застегнула лифчик и надела все остальное, выделив момент, чтобы быстро
взглянуть в зеркало.
Выглядишь хорошо, — сказало ей
отражение. Снаружи, как мальчишка, а внутри очень женственная.
Ага. Определенно выглядишь хорошо.
Отбросив светлые волосы за спину, Сара открыла дверь ванной и шагнула в
комнату, думая о том, какие битвы ожидают ее на пути.
Жизнь представляла из себя не более, чем дешевый рабочий труд, будучи мелкой
сошкой у криминальной семьи. Жить впроголодь, день за днем, надеясь, что
следующий рассвет еще дышишь через отверстия, которые предназначены для
этого богом, а не тем, которое оставлено на лбу от пули убийцы. Жить, ожидая
тот день, когда Босс заметит твою работу и поймет, что не может обойтись без
твоего опыта. И все это ради того, чтобы быть признанным Вором в законе —
Гангстером. Лучшим из лучших.
Булл и Твитч были на самом дне, насколько это возможно, без какого-либо
общественного положения.
Их новый день был занят тем, что они бесцельно объезжали изрытые рытвинами
улицы Филадельфии, без какого-либо результата.
После того, как Форд Гранада 76 года наехал на третью рытвину за несколько
секунд, Тритч неудобно съехал с пассажирского сиденья, вздрогнув. — Черт,
Булл, ты это специально делаешь? Я хочу в туалет, но клянусь, не хочу
обоссаться. И так вонь твоих штанов меня уже достала!
Булл схватил Твитча за грудки и притянул к себе ближе, запах мочи стал
сильнее. — Закрой пасть, чертов идиот. Мне все равно, если ты облегчишься в
штаны. Мы не остановимся, пока не поймаем девчонку, и это все! Поэтому
перестань жаловаться, если не хочешь, чтобы сбежавшая киска добавилась к
твоим бедам.
— Булл, послушай, дружище, — сказал Твитч, почесывая тонкую шею. —
Почему бы нам не забыть о том, что случилось? Давай поедем на север штата,
а? У меня там родственники. Мы сейчас можем уехать туда и притвориться, что
ничего не случилось. Что скажешь, а?
— Забудь, Твитч. Мы в глубокой яме. Мы найдем эту девчонку и приведем к
Боссу. Затем получим выручку. Нас, возможно, примут в Гангстеры в следующем
месяце!
— Ты действительно так думаешь, Булл?
— Я знаю, что так будет, Твитч.
— Эй, Булл?
— Да, Твитч.
— Мне действительно нужно в туалет, дружище. Там впереди закусочная.
Давай остановимся там и что-нибудь съедим, а?
— О, ради Христа, Твитч. Твой чертов желудок когда-нибудь делает
передышку?
Ухмыляясь, Твитч пожал плечами. — Что я могу сказать, Булл? Я растущий
мальчик.
— Растущий, как же, — пробормотал Булл, но все-таки заехал на маленькую
стоянку перед трактиром
Голубой колокольчик
. Ей-богу, он тоже был очень
голоден, а девчонка может быть на полпути к Калифорнии. Десять минут
перерыва не испортят дело, в любом случае.
Через час, Булл и Твитч продолжили свой путь, покинув заведение. Их выходки
Рауль наблюдал с удовольствием. Он покачал головой, когда понял, насколько
неуклюжи эти двое
как бы
Гангстеров, которые вскоре должны умереть.
Медленно заехав на стоянку на линкольне 98 Town Car, Пауль вышел, аккуратно
расправил шерстяное пальто и поправил прямые черные волосы в зеркальном
отражении нелегально тонированного окна. Хоть он и был убийцей, но всегда
старался произвести самое лучшее впечатление на своих намеченных жертв.
Потянув дверь за ручку, он вошел в трактир. Пауль вытащил пистолет и сделал
два длинных шага по направлению к стойке, направляя дуло оружия прямо между
выпяченных глаз Никси.
— Повторять я не буду, поэтому слушай внимательно, — сказал он низким,
спокойным голосом. — Я знаю, что девчонка была здесь прошлой ночью. Или ты
скажешь мне, куда она ушла, или начинай прямо сейчас учиться смотреть
третьим глазом, который я тебе продырявлю. Поняла?
— Я... Я... не знаю, о чем вы говорите, сэр, — заикаясь, сказала Никси.
Сердце бешено забилось во вздымающейся груди. — Клянусь Богом!
— Тогда должно быть у нас разные Боги, дрянь, потому что я знаю, что
она была здесь прошлой ночью, как и ты.
— Кто? Кто? — задыхаясь, спросила испуганная официантка.
— О, строишь из себя дурочку? Тебе пора поумнеть. На полу кровавые
грязные следы, и они ведут прямо в ту комнату. Держу пари, ты впустила ее
ночью. Я прав? А? — Он сильнее надавил пистолет на лоб Никси.
— Я... извините меня. Я... Я не могу помочь вам. Клянусь.
Пауль разочарованно заскрипел зубами. Храни его бог от честных людей. —
Тогда молись, дрянь.
— Стой! — раздался голос за решеткой гриля. — Подожди! Не убивай ее. Я
видел женщину, о которой вы говорите. Она была здесь прошлой ночью.
Блондинка, очень миленькая. Одета была в розовую ночную рубашку.
— Мы наконец-то сдвинулись с места, — ухмыльнулся Пауль. — Извини, —
сказал он всхлипывающей женщине, опуская пистолет вниз с фальшивым
состраданием на лице.
— Со мной все хорошо, — воскликнула Никси, с заметным облегчением.
Пауль еще раз мрачно ухмыльнулся своей собственной шутке, поднял пистолет и
нажал на спусковой крючок, выстрелив десять раз, меньше, чем за три секунды.
Брызги из головы Никси отлетели на стену позади, а тело приземлилось за
стойку с глухим ударом.
— Так, на чем мы остановились? — спросил он, поворачиваясь к рыдающему
повару. — А, да, ты говорил мне о девчонке. Где она сейчас, а? — Он
приподнял оружие, удивляясь, как выпученные зеленые глаза мужчины, следуют
за дулом. Как пьяный водитель следит за ручкой копа.
— Нет. Она ушла. Несколько часов назад!
— С кем?
— С... с женщиной!
— Как ее чертово имя, идиот?
— Я не знаю. Клянусь жизнью матери! Я был далеко, чтобы услышать!
— Хорошо, как она выглядит, а? Или ты тоже был слишком далеко, чтобы
увидеть?
— Она... она была действительно высокая. Выше, чем я! Как буч, одетая в
мужскую одежду, но очень привлекательная. Длинные, черные волосы и большие
голубые глаза!
Пауль злобно ухмыльнулся. — Вызвала у тебя эрекцию, да? И ты стрельнул в
стейк Солсбери?
(От пер.: Salisbury Steak — стейк Солсбери — это фарш из говядины,
сформированный так, чтобы быть похожим на хороший стейк, покрытый коричневым
соусом (из муки, масла, бульона)) — Что? Я не...
— Заткнись, болван. Ты видел ее машину?
— Ага. Зеленый ягуар. Не нового типа, но в хорошем состоянии!
— Она упоминала, куда направятся?
— Я мог не услышать, даже если и они говорили. Клянусь Богом!
— В какую сторону она выехала со стоянки?
— На север!
— Спасибо, — пробормотал Пауль, улыбаясь и опуская оружие. Ухмылка
стала шире. Он увидел, как мужчина быстро наклонил голову, обхватив руками,
а все тело напряглось. — Расслабься, идиот. Я не собираюсь тебя дырявить. Но
если хоть одно слово выйдет наружу, и я об этом услышу, — он снова поднял
пистолет, — твоя кровь прольется на этот гриль. Ясно?
— Да! Да, я понял!
— Хорошо, и если ты не понял намека... — Пауль навел пистолет на стену
и выпустил пули. Он жестоко усмехнулся, когда стекло, закрывающее свежие
выпеченные десерты, разбилось на миллион маленьких, блестящих осколков,
покрыв пол, стойку и половину закусочной. Кусочки меренги и яблок
разлетелись по стенам, составляя компанию мозгам Никси.
(От пер.: меренга — пирожное из яичного белка и сахара,
выпеченное, точнее, высушенное изделие, легкое и шуршащее, совсем как
ветерок. Недаром в прежние времена изделие это именовалось испанский
ветер
. Что-то на подобии безе). — Лучше убери этот бардак, — заметил убийца вскользь, убирая оружие в
кобуру и поправляя пальто, которое отлично прятало выпирающее оружие. —
Здравоохранению не нравятся полы, залитые кровью.
Пауль засмеялся, как сумасшедший, вышел из закусочной и залез в мрачный уют
машины. Включил зажигание, нажал на газ, и поехал в сторону севера.
Сара вышла из ванной. Зена сидела на отвратительно разукрашенном стуле,
работая на компьютере. Она переходила с одного файла на другой быстрее, чем
Сара могла их разглядеть. Там были размытые фотографии убитых в голову со
строчками текста под ними.
Не отрывая взгляда от экрана компьютера, Зена указала девушке на кровать. —
Буду с тобой через минуту, — пробурчала она, просматривая информацию о
членах семьи Калладоси. — Все подошло?
— Идеально, — ответила Сара и, улыбаясь, подошла к помятой кровати.
Аккуратно села на край, немного нахмурившись от того, как одна из пружин
решила ближе познакомиться с ее телом.
Нажатием мыши, Зена закрыла программу и повернулась к девушке, сидящей
напротив. Ее лицо приняло серьезный вид, как маска.
— Нам нужно поговорить, — решительно заявила она.
— О чем?
— Я просмотрела каждого члена организации Калладоси, включая и твоего
мужа. Достала много информации, но мне нужно больше.
— Я не знаю, насколько больше я смогу рассказать тебе. Джозеф никогда
не рассказывал об этом.
Зена улыбнулась. — Я говорю не о Джозефе. Я говорю о тебе. Мне нужно знать о
твоей жизни больше, чтобы я могла точно выяснить, зачем ты нужна и на что
они пойдут, чтобы поймать.
Сара взглянула на компьютер. — Ты разве не можешь просмотреть мои данные?
Уверена, в компьютере есть обо мне даже то, что я не знаю.
— Я могла бы, — ответила Зена, кивая. — Но предпочитаю узнавать такую
информацию из источника. Данные в файлах совершенно обезличенны.
Девушка сидела молча долгое время, размышляя. "
Можно ли ей
рассказывать? А что, если я ошибаюсь насчет нее?" Она мысленно
пожала плечами. "
О, да, не похоже, что она не может посмотреть в
этот чертов компьютер, и выяснить все, что ей нужно знать. Полагаю, общая
информация не сможет навредить".
— Ммм, конечно, — сказала Сара после того, как прошли все мысли. — С
чего начать?
— Лучше всего, с начала, — ответила Зена с теплой полуулыбкой.
— Да, правильно. — Сара позволила себе хихикнуть, развеивая напряженное
состояние. — С начала. Хорошо. Ну, мне 25, и я родилась в очень, очень
маленьком городке на севере Айовы. Он, в действительности, считается
пригородом. Но, поскольку, кукурузные поля там ближе, чем любой большой
город, я называю его городом. Мой отец был, и предполагаю, до сих пор, —
специалист по использованию электричества. Это шуточное прозвище для
человека, который ходит от дома к дому, снимая показатели со счетчиков. Но я
не слышала больше ничего об этом с тех пор, как окончила среднюю школу. Отец
никогда не обсуждал рабочие дела дома. Мама — типичная домохозяйка для такой
глубинки. Постоянно дома, убирает, готовит ужины, упаковывает обеды, изучает
живопись платно, или что-то в этом роде.
— У тебя есть братья или сестры?
— Нет. Я единственный ребенок. Мама сказала, что у нее были какие-то
женские проблемы, после того как я родилась, поэтому они больше не завели
детей. Думаю, что у нее был разрыв матки во время родов, но если бы я
сказала ей об этом, она возможно бы упала в обморок. — Сара улыбнулась от
воспоминаний. — Двоюродный брат Робби всегда говорил, что когда Бог создавал
меня, он действовал не как всегда. Предполагаю, это правдиво с чисто
медицинской стороны.
Сара смущенно улыбнулась, и взглянула на высокую женщину на стуле. — Почему
я себя чувствую так, как будто разговариваю с психиатром?
Зена насмешливо улыбнулась. — Ты можешь не рассказывать мне такие вещи, от
которых тебе неуютно.
— Точно так он и сказал, — ответила она, смеясь. — Хотя ты более
приятна, чем он.
— Спасибо. Я согласна.
Сара отклонилась на локти, ерзая на кровати, пытаясь найти хоть какое-нибудь
место без торчащих пружин. — Боже, как ты спишь на этом ночью?
— Я спала и на худшем, поверь мне.
Сара осмотрела ее с блеском в глазах и самодовольно улыбнулась. — Держу
пари, что ты можешь.
Реакции от темноволосой слушательницы не последовало, и блондинка продолжила
рассказ. — Так вот. Мое детство было достаточно хорошим. Никакого плохого
обращения, выходящего за пределы словесной ерунды. Не было никаких маленьких
сестричек, ласкающим меня ненадлежащим образом во время приема ванны. Я
хорошо училась в школе. Английский язык, история и наука были моими любимыми
предметами. У меня были проблемы с математикой, но когда я просила папу
помочь, он говорил мне, что женщинам не нужно знать математику, кроме как
быть уверенной в правильно выбитом чеке из магазина.
Она пожала плечами. — Поэтому, многие вещи я поняла сама. Моего уровня
знаний хватило, чтобы попасть в национальное общество почета, и я поступила
туда с 5% лучших учеников из нашего класса. Ммм, ты хочешь знать, чем я
занималась помимо учебы?
(от пер.: National Honor Society — национальное общество почета
США — школьная организация, созданная для объединения хорошо успевающих
учеников) — Пожалуйста.
— Я была помощником редактора нашей журналистской новостной ленты.
Занималась фотографией. За целый год, будучи первокурсником, мне
окончательно удалось убедить родню позволить заниматься спортом. Я очень
любила гимнастику и хотела заниматься ей больше часа в день, понимаешь?
Когда я окончательно получила их разрешение, я занималась софтболом и
хоккеем на траве. Также я бегала.
Зена игриво приподняла бровь. — Позволь мне угадать. Бег по пересеченной
местности.
— Как ты узнала? — спросила Сара, широко открыв глаза от удивления.
— Поняла, глядя на тебя.
— Хммм. Если ты так говоришь, то, наверное.
— Что ты делала после колледжа? — спросила воительница, пытаясь
получить то, что нужно для дела. "
Хорошо, ты спросила ее начать
сначала. Тебе следует понять, что она не воспримет это
буквально".
Сара нахмурилась. — Ну, хотя я хорошо училась в школе, отец не очень хорошо
относился к колледжу. Он считал, что если смог поднять семью и собственный
прекрасный дом с восьмью классами образования, то его ребенку не нужно
учиться дальше. Особенно, учитывая, что его деньги могут быть потрачены на
свадьбу, и на родившихся детей.
Она снова пожала плечами. — Я работала в аптеке по выходным в течение
выпускного года, а потом, полный день после окончания. Я думала, что если
отец не собирается помогать с колледжем, то я это сделаю сама. Вот тогда я
снова получила известие от Робби.
— От двоюродного брата?
— Да. Хотя он жил в Калифорнии, наша близость действительно росла. Она
был моим лучшим другом долгое время, хотя и старше меня на четыре года. Не
важно. Я получила от него письмо, в котором он приглашал меня провести
летний отдых с н
...Закладка в соц.сетях
